Жанр: Научная фантастика
Серебряные пули с урановым сердечником
...ин. - Или сделали вид, что не
поняли. Земля и Миры настолько различны, что их просто-напросто нельзя сравнить. Вот,
например, шпага, которую вы держите в руках. Что в ней важнее, работа эльфов или
космические сплавы?
- Ну, наверное, работа эльфов, - неуверенно предположил я.
- Да? Этой шпагой можно отразить удар меча гномской работы, причем от меча
останется одна рукоятка. Обычные эльфийские клинки такого не могут. Да и о самой идее
шпаги эльфы никогда не слышали. За тысячи лет никто в Мирах не додумался до оружия,
пробивающего доспехи не за счет грубой силы.
Полковник достал из ниши ножны, выглядевшие не менее изящно, чем сама шпага, и
передал мне.
- Йорунга выдаст вам разрешение. А не то вас случайно арестуют, - Бар Корин
усмехнулся, - за ношение холодного оружия, представляющего угрозу для окружающих.
- Простите, сэр. - Я прислонился к стене, пытаясь собраться с мыслями. - Вы мне
столько наговорили, но я не совсем понимаю, а какова все-таки моя роль?
- Не понимаете? - Корин пришпилил меня к стене своими черными прожекторами. -
Из всего, что я сказал, вы могли бы, если б захотели, сделать один очень важный вывод. Земля
и Миры взаимно беззащитны. Ни один Мир не может противостоять атаке любого из крейсеров
Флота Открытого Космоса. Но и житель Земли не может сделать то, что любой мирянин делает
инстинктивно, - отличить Силу Добра от Силы Зла. И вы тоже не можете этого, Мракович.
Так что будьте очень осторожны.
- Так точно, сэр, - пообещал я. - Буду.
Выйдя из кабинета Бара Корина, я был настолько задавлен обрушившейся на меня
Джомолунгмой, что механически поплелся за красным сигналом, даже не думая, куда он,
собственно, ведет. Единственной разумной мыслью, которую я сумел произвести, было то, что
Бар Корин, сволочь этакая, проделал это абсолютно сознательно.
Что ж, Силы Добра одержали очередную победу... над Силами Разума. С чем их и
поздравляю.
- Агент Мракович? - здоровенный негр, с трудом помещавшийся за столом,
дружелюбно улыбнулся мне. Я попытался вымучить из себя ответную улыбку. - Ваше
удостоверение сотрудника СБ, креда на три тысячи, разрешение на ношение нестандартного
оружия, ордер на склад, программа подготовки, две кодкарты: желтая для зоны А-4 и красная
для зоны К-7. На что выписывать штатное разрешение?
- Простите, сэр?
- Какое оружие записывать за вами по штатному расписанию, кроме этого вертела? -
переспросил негр.
- Скажите, - осторожно осведомился я, - а "смерча" у вас случайно нет?
Негр - я наконец догадался прочитать его лейбл и обнаружил, что передо мной тот
самый капитан Йорунга, заботам которого грозился поручить меня Бар Корин, - так вот,
Йорунга, очевидно, решил, что я шучу, и заржал. Хотя я вовсе не шутил.
- К сожалению, штурмовой автомат Смирнова "См-21" находится на вооружении только
отдельных частей специального назначения и приравненных к ним соединений полиции и
Службы. Выбирайте что-то другое.
- Тогда дайте "кольт-волк", - попросил я.
Это, конечно, не "смерч" и не "шмель", но стены разносит тоже неплохо.
- ...Разрядник "кольт-волк" "Мк.З", специальный. - Капитан заполнил остававшиеся
графы и протянул лист мне. - Проверьте и прикоснитесь внизу, где синий квадратик.
Неплохо они тут устроились. Бумагу, поддерживающую гипертекст, я видел второй раз в
жизни - первый был на выставке "Инкома" этой весной.
- Получить оружие сможете на минус пятом этаже. - Йорунга просмотрел лист и
отложил его в сторону. Я с ужасом заметил, что лист просто-напросто просочился сквозь
поверхность стола.
Ну вот, еще и пил-мебель. Бабушка, куда я попал?!
- На том же этаже находится склад спецоборудования. Осмотритесь и, если вам
что-нибудь понадобится, оформите заявку и пришлете мне.
- А что, с вами можно связаться по Сети? - поразился я. То, что внутренняя Сеть
Безопасности работала по принципу "вход-эко, выход-два", было настолько общеизвестной
истиной, что даже не пояснялось писателями триллеров.
- Режим эм-почты поддерживается всеми инками и компьютерами Службы, -
невозмутимо сообщил Йорунга. - А соединяться непосредственно вы сможете после того, как
получите служебную фишку и научитесь ей пользоваться. Все соединения должны проходить
через нее.
Вот тебе и раз. Выходит, Сеть Безопасности имеет развитые контакты с внешним миром,
но при этом как-то умудряется не загибаться от вирусных эпидемий, потрясающих Глобальную
Сеть чаще, чем парагрипп - Нью-Йорк. Это ж какой инк нужно держать на фильтре!
Глава 2ПОДАРКИ ДЛЯ ПОКОЙНОЙ БАБУШКИ
В безграничной наивности я предполагал, что в здании Конторы за нулевой, как и везде,
считают уровень открытой поверхности. Следовательно, минус пятый должен был находиться
где-то в районе третьего подъяруса. Поэтому я очень удивился, когда, зайдя в лифт, обнаружил,
что вообще-то нахожусь сейчас аж на двадцать восьмом этаже.
Три ха. Нулевым в Конторе считался тротуар восьмого подъяруса. Это если там вообще
есть тротуар. В Университете прикладной архологии, где я имел несчастье обучаться в
прошлом году, была парочка типов, именовавшая себя - возможно, не без оснований -
диггерами. Самый наглый из этой компании утверждал, что спускался аж до шестого -
технического - подъяруса. Если это было правдой - во что никто из нас не верил, - то
парень был значительно храбрее, чем выглядел, потому что обслуживать тамошние комм-лины
посылают роботов не ниже третьего класса, а живые ремонтники туда спускаются не чаще раза
в год, не меньше чем вдесятером и с обязательным сопровождением из "Крысиного отряда".
А все из-за того, что на шестой иногда может попасть чего-нибудь с седьмого.
Про восьмой же было достоверно известно только две вещи - что он частично завален
еще со времен Большой Аварии и что на нем живет - если это слово вообще применимо -
такое, чего боятся те, кто обитает на седьмом. Одним словом, стра-ашно, аж жуть.
И сейчас я свободно падал на пять этажей ниже.
Само падение длилось не так уж и долго, но за эти секунды я успел, во-первых, подумать,
что, возможно, Службу называют конторой глубинного бурения вовсе не из-за аналогий с
тайной полицией Советской Империи, а во-вторых, припомнить все ужасные слухи об особых
экзаменах для курсантов Службы - и о проценте сдавших, читай, выживших.
А потом лифт замер. Я глубоко вздохнул напоследок, зажмурился и шагнул вперед.
Ничего не произошло. На меня не напал гигантский таракан, в генокоде которого
покопался дебил-школяр, на меня даже не набросился окосевший робот-ремонтник с фрезой
наперевес. На меня...
- Агент Мрачкович?
Я осмелился приоткрыть один глаз. Прямо передо мной стояла весьма миловидная
девушка, которая никоим образом не походила на клопа-мутанта.
- Вообще-то я Мракович, - сказал я, постаравшись произнести это действительно
мрачно - сам не знаю зачем.
- Извините. - Девушка растерянно глянула на свой брик. - Ой, еще раз простите,
оперативный сотрудник Мракович.
Судя по ее тону, оперативный сотрудник был птицей куда более высокого полета или -
учитывая специфику Конторы - кротом куда более углубленного закапывания, чем простой
агент. Впрочем, возможен и другой вариант - она просто еще никогда не видела оперативных
сотрудников Бара Корина живьем.
Последний вариант мне понравился, значительно меньше первого.
- Как зовут меня, - улыбнулся я, - это не так важно. Вы лучше скажите, как зовут вас?
- Что? Ах да, агент Элли. Капитан Йорунга распорядился, чтобы вас обеспечили всем
необходимым, - девушка улыбнулась, впрочем, улыбка вышла чуть растерянной, - в том
числе и гидом.
- И с чего начнем экскурсию? - осведомился я.
- Для начала, я думаю, вам необходимо получить фиш, - неуверенно сказала Элли. - А
уже потом все остальное.
- Ну конечно, - с энтузиазмом воскликнул я. - А то что же это за оперативный
сотрудник без фиша. Кстати, вы не знаете, она тут заливная или ужаленная?
На этот раз Элли улыбнулась чуть больше.
- Пойдемте. Только, - обернулась она, - не шутите так при Дональде, а то он
обидится. Он-то обожает все эти интелктронные штучки и страшно расстраивается, когда
другие, особенно оперативники вроде вас, подшучивают над ними.
Оперативники вроде вас - это звучит обнадеживающе. Еще более обнадеживает то, что
фраза была произнесена в настоящем времени. Возможно, я все же не единственный живой
оперативник Бара Корина.
Док Дональд Рагнарссон явно никогда не смотрел старинные мультяки, иначе бы он либо
убрал с дверей упоминание об ученой степени, либо сменил имя - в зависимости от того, что
ему было дороже. В крайнем случае пошел бы на радикальную пластоперацию. Конечно,
любой человек имеет право зваться Дональдом и быть при этом доктором хоть трех наук сразу.
Но если он при этом еще и похож на легендарную утку, то ему остается только
посочувствовать. Впрочем... Good products - бог на стороне уток.
- Вот он, - с гордостью и даже, как мне показалось, трепетом произнес Док Дональд.
У меня лично данный экспонат никакого особого восторга не вызвал. Черная матовая
пластинка, размером с ладонь. Обычный личный брик "Nokia" или "Ericsson", правда, без
названия фирмы, ну и, пожалуй, чуть поуже. А так, брик как брик, каких по полтораста эко - в
любом магазине навалом.
- И какие же у него характеристики? - вежливо осведомился я.
- У него потрясающие характеристики, - вскричал доктор. - Просто невероятные. В
эту крохотулю умудрились запихнуть чуть ли не всю базу данных Службы. Ввод-вывод в
омега-диапазоне, на частотах... впрочем, это вам, наверное, неинтересно.
Надо же, сам сообразил!
- ...Опознание владельца по комплексу из восьми индивидуальных характеристик:
биоритму, пси-ауре...
Я с трудом удержался от зевка.
- ...Никто, кроме вас, не сможет воспользоваться им. Я было собрался спросить Дока,
слышал ли он когда-нибудь про клонирование, но вовремя сообразил, что штуковину
проектировали люди поумнее его.
Что-то подобное нам рассказывали на лекциях, которые я благополучно проспал, -
клонирование, так же как и скрен-маскировка и другие методы, может сдублировать часть
характеристик, но бессильны против анализа их связи в комплексе. Правда, для этого нужна
система...
- ...Псевдоинк класса ЗМК...
- Что? - переспросил я.
- В пересчете на стандартные единицы мощность ИРа соответствует классу ЗМК, с
учетом специфических особенностей, разумеется, - повторил Док.
Ничего себе. Я мысленно присвистнул. Дело даже не в том, как такое количество мегакью
умудрились запихнуть в эту пластиночку, - микротехника прогрессирует хоть и медленно, но
верно и неотвратимо. Фокус в том, что, согласно Закону об Ограничении Использования
Искусственного Разума... Это что ж, я теперь получаюсь сам себе средней руки корпорация?
- ...Основа корпуса из реструктурированного карбида вольфрама, - продолжал вещать
Док. - Выдерживает нагрев свыше 2500 градусов, ускорение более 270 "же", давление...
Мне очень захотелось напомнить, что я лично вряд ли выдержу нагрев даже до каких-то
жалких 200 градусов, а что станет потом с фишкой, вряд ли будет представлять для моего пепла
хоть какой-нибудь интерес. В конце концов, я собираюсь спрятать эту штуку себе на грудь, а не
приклеивать на внешнюю обшивку космолета, которого у меня, кстати, пока и нет.
- К сожалению, - с тоскливой ноткой в голосе закончил Док. - нам не позволили снять
ограничение на управление тяжелым наступательным вооружением. Только в ситуациях класса
Красный-А3.
Я приподнял бровь.
- Угроза жизни подданным Федерации числом не менее килоединицы, - пояснил Док.
Замечательно. То есть, если меня будут убивать в одиночестве, эта штука пальцем не
пошевелит. Которого у нее, кстати, нет. Гы. Чего у нас еще нет? Пожалуй что антиматерии.
- Сейчас фиш находится в режиме пассивного сбора информации, - сообщил
Рагнарссон. - Я рекомендую вам задействовать его после сеанса психотренинга, тогда ему
меньше придется перестраивать симпатические частоты.
Просто замечательно. В переводе на обычный язык это означает, что они собираются
копаться в моей голове так капитально, что меня после этого личная интелктроника не
опознает. Бар Корин, я вас люблю! Вы с таким изяществом насаживаете кролика на вертел...
- Благодарю, что сообщили мне это заранее, - огрызнулся я. - Было бы весьма
неосторожно с моей стороны подвергать новый, необкатанный инк столь сложному испытанию.
К моему вящему ужасу, Дональд не уловил потока желчи в ответе, а, напротив,
одобрительно кивнул.
- Чертовски рад, что вы это понимаете, - сообщил он с милой улыбкой, живо
напомнившей мне дядюшку Бью, главного злодея из сериала "Линейная семья Браунов". -
Очень редко приходится сталкиваться со столь ответственным отношением к вверенной
технике. Особенно со стороны оперативных работников. Боже, видели бы вы, в каком ужасном
виде мне приносят иногда их фиши: смятые, перекрученные, оплавленные. Просто не
представляю, что они с ними делают!
Меня куда больше занимал вопрос, в каком состоянии пребывали в данный момент опера,
чьи фишки приносили Доку в столь непотребном виде.
- Заверяю вас, - я яростно прижал фишку к груди, - что я приложу все усилия, дабы с
этой малюткой не случилось подобных неприятностей.
Я был абсолютно искренен - немного наберется за мою жизнь вещей, в которых я был
бы столь же живо заинтересован.
Рагнарссон одобрительно покивал, неловко сунул мне свою пухлую ладошку - мне
показалось, что я сжал плохо надутую секс-куклу, - и, моментально утратив к нам с Элли
всякий интерес, вернулся к своему прежнему занятию - разглядыванию под Т-проектором
чего-то светло-коричневого. По виду, а главное, по консистенции предмет его исследований
больше всего походил на продукт жизнедеятельности... ну, скажем, кота - кучка была
небольшая.
- Куда теперь? - осведомился я у своего очаровательного гида, когда дверь лаборатории
Дока с тихим шипением отрезала его от враждебного мира. - Кто у нас следующий на
очереди, дядюшка Скрудж или Русалочка?
- Думаю... - начала было Эллй, но ее речь была прервана стремительным появлением
из-за угла коридора парнишки лет четырнадцати. Встрепанная прическа - восемнадцать
цветов, классический "ретро" - и совершенно дикие выпученные глаза, словно по коридору
следом несется как минимум свихнувшийся штрекер.
Естественно, мимо меня он благополучно пробежать не сумел - ножны "Кобры",
которые я заботливо придерживал, дабы не оцарапать о пол, находились как раз на уровне его
колен. Лететь ему метров пять... не поймай я его за шиворот.
А вот моя дальнейшая реакция изрядно удивила меня самого.
Я поднял паренька за воротник куртки и припечатал к стене.
- Еш-ш-ще раз, - никогда не думал, что умею подражать змеиному шипу, -
коснеш-ш-шся моей ш-шпаги - обреш-ш-жу ноги! До уш-шей! - После чего разжал пальцы.
Парнишка с четким стуком ссыпался на пол, несколько раз ошалело моргнул, бросил
затравленный взгляд в сторону моей сопровождаюшей и, испустив что-то среднее между
взвизгом и всхлипом, вскочил и бросился прочь.
Мы с Элли недоуменно переглянулись.
- Что это было?
- Не понимаю, - озадаченно произнесла Элли. - Джонни Клейн из третьего сектора...
мне он всегда казался таким тихим и скромным мальчиком...
- Интересно, - я как бы случайно положил руку на эфес и направился к углу, - что
могло его так напугать?
- Может...
На первый взгляд в коридоре за поворотом не наблюдалось ничего, способного вызвать в
сотруднике СБ, пусть и неполовозрелом, столь дикий ужас. Собственно, там не было почти
никого, кроме одного-единственного человека в серебристо-серой повседневной униформе
космофлота, неторопливо приближающегося к нам.
- Пойдемте, - обернулся я к своей проводнице, убирая руку с рукояти. - На Шипке все
спокойно!
-Что?
- Ничего, это я так, - рассеянно отозвался я, - классиков цитирую.
Космолетчик меж тем приблизился настолько, что я получил возможность разглядеть его
более внимательно. И то, что я замечал, потихоньку начало изменять мое мнение о причинах
бегства Джонни Клейна.
Человек. Лет тридцать-сорок, точнее сказать сложно из-за правильных и симметричных
черт лица. Слишком уж правильных и симметричных, чтобы быть созданными
матушкой-природой, а не лазером пластхирурга. Фигура а-ля шкафчик двухметровой высоты.
Короткий ежик светлых волос и холодные серые глаза. А на груди значок...
Мне враз перехватило дыхание - словно неумолимая рука в бронированной перчатке уже
сдавила гортань, дожидаясь противного хруста позвонков. Я судорожно схватился за "Кобру",
одновременно делая шаг назад - чтобы заслонить стоящую за мной девушку. Со стороны это,
должно быть, выглядело комично.
Красноголовый дятел на фоне руки, сжимающей молнию. Седьмая рейтарская дивизия.
Точнее - отдельный карательный батальон.
Те самые "отдельные части специального назначения", на вооружении которых состоят
"смерчи", бронекостюмы четвертого уровня и прочие "вкусные", как говорили в оружейке
Академии, штучки. "Дятлы" - санитары леса!
Серые глаза медленно скользнули по мне - я с запоздалым ужасом разглядел на
воротнике узкую цветную полоску майорских знаков различия - ощущение было, словно за
ворот сыпанули горсть льда. Это не был взгляд, каким человек смотрит на другого человека.
Скорее уж - так лабораторный кибер глядит на подопытных мышей, просчитывая - кого из
них приготовить к опыту для очередных студентов в виде "получившейся кашицы".
На миг мне показалось, что каратель замедлил шаг, собираясь остановиться, - не знаю,
какую бы глупость я выкинул в этом случае. Но он все так же неторопливо прошел мимо,
скрылся за углом - и только после этого я вновь обрел способность вдыхать воздух.
Bay!.Ничего ж себе кошмары во плоти бродят по коридорам минус пятого этажа. Куда там
до них тараканам-мутантам. Милые, домашние тварюшки...
Майор, майор... сколько я помнил выпуски интервида, в карательном батальоне седьмой
рейтарской было два майора. Сам командир батальона, Ринальдо Гомес, и его заместитель...
Мелвил?!Это был - Мелвил?! Палач Аркона собственной персоной?!
Можно поставить себе большой жирный плюс в личной зачетке, уныло подумал я. Не так
уж много людей может похвастаться тем, что лицезрели целого карательного майора и
сохранили после этого прежнее количество жизненно важных органов.
Особенно же интересно выглядит его появление в свете того, что карательным частям
категорически запрещено находиться даже на стационарной орбите Земли - за исключением
обстоятельств, вызванных техническими неполадками, но не более чем на время их устранения.
Вход же в атмосферу не разрешен ни под каким видом - при такой попытке, чем бы она ни
была вызвана, их расстреляют все системы ближнего пояса. А офицерам этих частей вне района
боевых действий так же категорически запрещено покидать место дислокации на срок,
превышающий сорок пять стандартных минут.
И какое же из этих двух правил нарушил Мелвил? Лучше бы все же второе, потому как
первый вариант означает, что где-то над моей головой болтается штурмовой транспорт с
батальоном "дятлов"... а возможно, и не один.
На Арконе до "акции по умиротворению" обитало 15 тысяч душ.
- Странный тип, - озадаченно сказала Элли, глядя на опустевший коридор. -
Какой-то... жидкоазотный.
- Вы его уже встречали?
- Нет... ни разу.
- И хорошо, - тихонько пробормотал я, - очень даже хорошо.
Первая приятная новость за сегодня. Не считая сданного зачета. Боже, сколько лет назад
это было!
- Знаете, - начал я, - Йорунга говорил, что я смогу получить штатное оружие...
Не знаю, что за черт дернул меня так срочно нестись в Уссурийск. Казалось бы - лежали
эти пушки на складе с бог-весть-какого две тысячи лохматого года. Лежат же в архиве
Академии лазерные диски примерно тех же годов с наклейкой "хранить вечно". Но что-то
дернуло. Возможно, и к лучшему - с моим теперешним везением завтра с этим складом
непременно чего-нибудь бы стряслось - от землетрясения до объявления музеем.
- Давно оно тут лежит, - завскладом старший прапорщик СБ Голопупенко, должно
быть, здорово заскучал в этой глуши. Лет ему было чуть больше, чем мне, так что на "ты" мы с
ним перешли почти сразу. Хороший парень, вот только этот русский диалект всемирного...
нервирует. - Еще против китайцев готовили, до Первой Атомной. Запах чуешь? Дерево.
- Оно что - деревянное?
- Не, это ящики. Сами-то они вот, - прапорщик снял со стеллажа черный, матово
поблескивающий предмет. - Гляди. Металл да пластик, никакого керамита. Старина-с.
- Да, это же... - На миг я было усомнился, но длинный изогнутый рожок был до боли
знаком. - Неужели "калашникофф"?
- Он самый. Я ж говорю - старина. Классика.
- Bay! - Я моментально прикинул, сколько может стоить подобный раритет на сетевом
аукционе. Черт, да зачем куда-то лететь, такие экспонаты у меня и на Земле с руками оторвут,
да еще и драться будут.
Угу. А потом Бар Корин оторвет мне ноги... до ушей.
- И много у вас их? - осторожно осведомился я, мысленно прикидывая: может, удастся
пустить хоть часть груза налево.
- "Калашей" - немного, - развеял мои мечты прапорщик. - Пара ящиков. Редкость,
сам понимаешь. Так что их я тебе не дам. Разве что пару штук, не на продажу, а лично, для
души. Повесишь в спальню, на стену - друзья будут от зависти загибаться.
- Хорошо, а тогда чего у вас много?
- Много? - переспросил Голопупенко. - Хлама у нас много... всяческого.
- Вот там, - ткнул он рукой куда-то в сторону бесконечных стеллажей, - "абаканы".
Семьсот штук... трещотки хреновы. Там - гранатометы. Поближе - "гепарды", "13-е"
военной штамповки... В том углу экзотика всякая свалена... из тех, что перед Смутой мелкими
партиями гнали.
- И все сплошной огнестрел? - разочарованно выдохнул я.
- А че ты хотел? - удивился прапорщик. - У тебя ж в ордере ясно сказано, белым по
синему: "До 2025-го".
- Так ведь тогда уже лазерами вовсю жгли. И эти... кинетические...
- Кинетические у нас есть, - прапорщик разинул рот, даже не изобразив попытку
прикрыть его ладонью, и начал зевать. Я терпеливо ждал. Ждать пришлось долго - зевок
удался Голопупенко только с седьмой попытки.
- Там, - повторил прапорщик свой давешний жест, - Объект хранения 34м456ву,
число хранимых единиц на момент последней инвентуры - 45. "КВМ-2". Кинетическая
винтовка Морозова, модель вторая. Двенадцать кило чистого весу, не считая шариков и
батареек, плюс обмотка у нее горит постоянно. Тебе этот геморрой надобен?
- Ну-у. Мне ж из них не стрелять.
- Тем более. На самом деле, - оживился Голопупенко, - тебе по фигу должно быть,
чего этим чуркам с Миров впаривать. Этим лохам все, что сложнее арбалета, - уже чудо
технологии.
- Угу. А теперь то же самое на всемирном, пожалуйста.
- Прости, - скривился прапорщик, - я тут со скуки мувов насмотрелся, типа
исторических... интересно стало, как из этих штук пуляли. Ну и... понацеплял словечек.
- К гипнургу сходи, - посоветовал я, - пусть ассоциативку через "каспара" прогонит.
- Лениво мне, - пожаловался Голопупенко. - Это ж, считай, пару часов на промывку, а
потом еще три дня на контрольные пунктации бегай. И потом, тут половина местных так
говорит.
- Медведей?
- Не, ежиков.
- Ну-ну.
- Короче, - "блеснул" прапорщик еще одним старинным оборотом, - дело к ночи. Ты
под что закладываешься... в смысле, космолет у тебя какой?
- Пока никакой.
- Ну, ты, кореш, блин... - Прапорщик резко оборвал фразу и схватился за виски. -
Стоп. Все, приехали.
- Ты, случаем, с утра разноцветок не жевал? - осведомился я.
- Здесь, - тоскливо произнес Голопупенко, - такая скукота, что к полудню без всяких
разноцветок глюки из стен лезут. Вылезают, осматриваются и дохнут прямо посреди прохода.
От скуки. Тебе-то, - продолжил он, - хорошо. На Миры летишь. А у меня тут одна отдушина
- интервид.
- Хочешь - махнемся? - предложил я.
- Нет уж, - оскалился прапорщик, - думаешь, я тут серый и темный, не знаю, кто в СБ
такие вот, - он дернул подбородком, - вертела для глухарей выдает? Лучше уж с глюками.
- Умный.
- Типа того, - кивнул Голопупенко. - Ладно, не кукожься, так и быть, потрачу на тебя
серое вещество. Все ж какое-то разнообразие.
- Уж не знаю, что бы я без тебя, благодетеля...
- Бутылка нектара, - перебил меня прапорщик. - Мистральского. В продолговатом
флаконе.
- Bay. А живого эльфа не хочешь?
- Нет, - мечтательно улыбнулся каким-то своим мыслям Голопупенко, - не одну. Две.
Две по ноль пять.
- А-а-а-аднако. Ты хоть знаешь, сколько такой флакончик стоит?
- Как раз сегодня с утреца аукцион смотрел, - прапорщик старательно почесал затылок
- Емкость нуль тридцать три ушла за осьмнадцать тыщ триста двадцать один кома двадцать
четыре эко.
- Вот-вот. А теперь умножь на три.
- Я столько нулей в памяти не удержу, - ухмыльнулся прапорщик, - она у меня
короткая... а все свободное пространство прогой учета забито.
- Чип вставь.
- Вот еще, буду я всякую кристаллическую гадость себе в черепушку вставлять. А ну как
прорастет!
- Не прорастет, - угрюмо сказал я. - Скорее загнется до конца гарантийки. Среда у
тебя там больно непитательная.
- У меня там четверг, - отозвался Голопупенко, - плавно переходящий в понедельник.
Короче, сколько у тебя на тарелку?
- И все ему скажи, - проворчал я, - все ему ответь. Три тысячи.
На самом деле я был весьма доволен собой. Тактика "увлеки своей работой другого"
использовалась мной давно и успешно. Прапорщик представлял в этом отношении совершенно
классический, вернее - с моей точки зрения, - клинический случай. То, с какой охотой он
взялся за обдумывание решения моих проблем... нет, как все-таки была права моя
предпред-последняя девушка, заявившая как-то, что люди - это очень странные мухи.
- Три штуки, значит. - Прапорщик задумчиво поковырял в носу мизинцем, вытащил его
и принялся сосредоточенно изучать извлеченную на свет добычу. Я отвернулся. - Маловато,
конечно. Новый пепелац ты за такие гроши не купишь. Разве что какую мелочь, которой только
до орбиты и вниз. Бери подержанный среднетоннажник, "Гризмо" или "Мазду". Лучше
"Мазду", у нее и багажник повместительней.
Я осторожно огляну
...Закладка в соц.сетях
