Жанр: Научная фантастика
Падение с Земли 1-9.
... торпедой по моему курсу, только на пару секторов
выше. Не ошибись, иначе мне крупно не повезет.
Самойлов не сплоховал, "толпа" расплескалась, как кастрюля с супом.
Колесница только пару раз вздрогнула, когда ошметки долетели до нее.
К123 вывел машину прямо под желтое брюхо одного из бродяг-плутонов, и
огненный ангел включил импульсники. Вспомогательные экраны показали с
замедлениями, как пузо плутона разверзлось, оттуда полетели жидкие потроха
и он превратился в гейзер. Тут с картинки локатора пропало еще одно
пятнышко.
- Пятый, рассказывай, не молчи, - всполошился Виктор К123.
- Я все время рассказываю, да, наверное, на глухонемом языке. Угостил
одного комарика между ребер, а потом вообще поджарил. Абзац товарищу
комару, - похвастал Митя.
За трех заваленных плутонов выдают орден и, что еще ценнее, доппаек.
Во время последней церемонии главкогор в лампасах сказал Виктору:
- Как хорошо, что вы у нас есть.
- А если меня не будет? - пошутил пилот.
- Тоже хорошо, - благодушно ответил большой начальник. И он был прав.
Если ты принадлежишь к касте "кшатриев", то считаешься "божественным
ветром" и входишь в список лиц, подлежащих официальному поминовению после
своей "безвременной кончины". Там много приятного скажут про тебя, будут
салют, водка, закуска... Виктор К123 посещал такие вечеринки и ему
понравилось.
К123 закончил набор высоты обратным разворотом и оказался над
плутонами. Их было всего два, но они крепко занимались Самойловым. Один
пикировал, а другой заходил в лоб. С этим по идее Митька должен сладить
сам, а вот пикировщика надо прихлопнуть. Капитан послал ангела копья,
отчего дракончик-айкон украсился рожками. Затем взял на себя наведение
торпед. Вот уже плутон поглядел на него в упор и, хоть не было у
тупорылого глаз, но ненависть почувствовалась. Но тут вокруг плутона
распустился белым тюльпаном плазменный защитный вихрь. Сыграл ангел огня,
стали торпеды ярко голубыми бульбами, а плутону хоть хны - цел, доволен.
Значит, гад все же сбил прицел плазменным выхлопом из своей задницы.
Расточительный жест, хватит ли ему теперь энергии на обратный путь-дорогу?
А плутон, не думая о родных краях, шарахнул из своего импульсника и снес у
Самойлова хвост.
- Пятый, ты как?
- Наслаждаюсь остротой момента. Мой броневик не хочет слушаться
баранки, - ответил задыхающийся Митькин голос. - Но этого таранщика я
заколочу в гроб. Остальные плутоны - уже твоя пайка, ешь ее на здоровье.
К123 увидел, как Митькину колесницу жрет с хвоста пламя, но он еще
держится на курсе, еще садит из импульсника.
- Как я ему в пятак, культурненько! - громыхнул Митька.
У плутона расщеплялся, становился аленьким цветочком нос. Тут К123
сообразил, что уперся взглядом в экран с режимом замедления. А Митя
Самойлов остался живым-веселым уже только у него в голове. На другом
экране два сияющих шара слиплись в один и разлетелись рваными клочьями.
Погубитель Мити вертляво улепетывал, но вовсе не в глубины космоса, откуда
явился. Он будто собирался свалиться на Землю. Терять его из виду не
стоило. Ведь покойник-командир четко обрисовал задачу - размазать всех,
кто попытается прорваться к Шарику - так и прохрипел на инструктаже. Ну,
не смешно ли - космическим поселенцам проявлять трогательную заботу о
куске грязи по имени Земля, который предал их дважды?
А кто такие плутоны? Гуманоиды, звероиды, кибероиды? Их колесницы и
боевые горы на внешность мало отличаются от наших. Никто из них живьем или
трупом к нам руки еще не попадался, пощады не просил, не катапультировался
из разбитых машин. Иной раз такое впечатление создается, что сами с собой
воюем. Одно лишь известно наверняка: применять автоматические боевые
средства против них - ни-зя! Быстро и больно аукнется.
Да вообще нигде полную автоматику использовать нельзя, а то поплачешь
горючими слезами. Плутоны ловкие, что твой глист, пролезут в любую
кибернетическую оболочку, и жизнь тебе вначале медом покажется.
Исполнительность и четкость у киберсистемы станут невозможные. Ты,
главное, не лезь в нее со своими проверками и контрольками, а сиди,
радостный, поплевывай в экраны. Но если сунешься, тут угнездившийся в ней
плутон кончает любезничать и показывает жуткую харю: сбой за сбоем,
аварии, катастрофы, всего нахлебаешься.
Когда наконец прояснилось, где причина, где следствие, то настал
черед кибероболочкам подвергнуться мучительной санации. После проверок
пристегнули их к человеку, чтобы тот самостоятельно принимал все решения.
Для того и айкон был придуман. Правда, в итоге из человека получился
безропотный трудящийся орган вроде гипофиза.
Но едва мы стали заниматься санацией, плутоны поперли на нас в
открытую, рубя всех встречных-поперечных в крошку. Мы даже поначалу
растерялись, во многих наших поселениях от граждан один порошок зубной
остался. Мы к Земле, защити, дескать, мать! А Земля нам кукиш - вы такие,
дескать, разэтакие, на научно-технический прогресс замахнулись. Не поверил
Шарик, посчитал, что космические поселения, под предлогом каких-то
дурацких нептунов-плутонов, хотят разжиться пушками вместо масла и трахать
друг друга за милую душу. Или вообще ударить в мать, в Землю родную. Шарик
нам ни пушек, ни масла, вообще фаллос показал, когда утащил флотилию
боевых катеров с лунной базы Кузьмабург. Тут же плутоны под сурдинку
несколько звеньев колесниц заколдовали и увели с собой с фобосской базы.
Тогда мы от Шарика и отломились. Земля, правда, забила в барабан и
отобрала свои орбитальные станции. Несколько наших ребят, угодивших в
плен, отвели в "холодную" за здорово живешь. Ну и мы в ответном слове
принялись тюкать их челноки-шаттлы, раз - и нет птички. В конце концов,
тайные послы сторон состыковались где-то, выпили, закусили и подписали
замирение.
Заимели мы свое бытие, хреновое, конечно. Да и какое бытие вам
достанется, если на десять пестиков одна тычинка. Если же вычесть
звероподобных спортсменок, оголтелых солдаток и ученых мумий, у которых
жизнь теплится только в районе мозга, то одна сочная бабель на двадцать
балбесов приходится. Хоть в очередь становись, хоть лезь с толпой. Какая
тут моральная арифметика начинается, всем понятно. Таких дорогих, прямо
скажем, золотых лядей, как в нашей Космике, в целой Вселенной не сыскать.
Какое может быть житие, если мы все время только по тропе войны бродим,
одна рука томагавком машет, другая придерживает собственный скальп. Мы,
конечно, односторонние, тоталитарные; человечьи души у нас за пучок
пятачок, да и то в базарный день. Но никто этого не скрывает, наоборот
похваляются, поэтому у нас самый передовой реакционный режим. Еще бы, чем
нас попрекнешь? Если все пальцы сжаты в кулак, то этим кулаком на пианино
не поиграешь, василек не намалюешь, даже ногти не отрастишь - им только
бить можно. Зато мы себя за правдивость уважаем, зато нам для радости мало
требуется, особенно "спичкам" из породы бойцов. Раз в квартал выдают трусы
и носки, раз в год башмаки, которые можно обменять на пиво, если
предыдущую пару расходовал экономно. Чем не повод для веселья, когда
узнаешь, что в твоем комбинезоне уже щеголяли двое-трое мертвецов. Их
бирочки остались, и ты будь аккуратен, чтоб твоя не последней украсила это
ожерелье. На нашу утилизацию приятно посмотреть. Если скопытился на базе,
то как следует поможешь согражданам. Лекарств из тебя понаделают и органы
заберут на пересадку. Кое-что пойдет на мыло, кое-что на клей, и на
удобрение для оранжерей. Жирком твоим баньку натопят, в которой будут
париться твои друзья-товарищи, вернувшиеся с задания. Остальное сгодится
на спирт - тоже в радость кому-то. Ну, а если в безвоздушном пространстве
хана улыбнется, то станешь космическим газом, тем самым, из которого новые
звезды получаются.
И самое интересное, как ни старались светлые головы сочинить
что-нибудь светлое, украшающее быт и работу, выходило у них только темное.
Ничего не попишешь, живем на небе, значит, всего в обрез. Кроме знаний,
конечно. Этого добра завались, хоть носом ешь, оттого земляне у нас его
стянуть пытаются - у них там вроде мозги похудели. Мы землянских агентов
время от времени публично аннигилируем, чтоб другим неповадно было.
Симпатичная казнь, сам не отказался бы, но помогает плохо. Эх, будь у меня
родня, может, и присоветовали бы мне в ученые идти, которым положено
думать да гадать день-деньской с карамелькой во рту. Или в техники -
снимать хрустящую пенку из кредиток со своей мастеровитости. А так я стал
бабочкой-однодневкой, как выражаются про нас низшие касты. Родился, набрал
веса по-быстрому, укусил, испекся. Бойцы нужны, поэтому инкубаторы жужжат,
работают. Земляне у нас продукты ума тащат, а наши спецы-евгеники продукты
половых органов воруют в земных городах и весях: яйцеклетки да живчиков.
Это имущество у нас сильно мутировавшее из-за злых космических ветров,
отчего из эмбриончиков могут произрасти динозавры вместо
героев-космонавтов. Да и генофонд, увы, ограниченный.
А плутон в самом деле собирается припопиться к Земле, мчится урод к
уродам. Высота двести восемьдесят километров, а с двухсот начинает
работать по-черному противокосмическая оборона землян, забивать нашего
брата без особых церемоний. Ну что за приказ такой - не пускать плутонов к
землянам на свидание. И те, и другие - ворье, и повадки у них одинаковые:
мы напридумываем всяких хитрых хреновин, а они сопрут. Даже если у них
синтез культур случится - Космика ничего не потеряет сверх обычного.
Неужто мы землян оберегаем и чтим прямо по-сыновьи за импортируемые
от них половые клетки. Да уж давно можно было набрать полные баки этих
самых зигот, и прости-прощай, Земля-мама. Или же мы все-таки боимся, что
Шарик, скрестившись с плутонами, родит не какое-нибудь мелкое дрянцо, а
масштабную угрозу?
Митька намедни травил мне про своего дядьку двоюродного, который
такой важный член совета касты, что ему дозволено для развлечения даже
секретаршу иметь. В частности, передал Самойлов дядькины слова, что один
наш подлый гад-изменник спустил землянам рецепт приготовления
искусственной крови. А это не простой кровезаменитель. Накачаешь такой
жижей любого умника и он мигом превращается в заводного пупсика. Правда,
дядька подробности не разжевал, да и Митька, дружок мой откоптивший, особо
не врубился. Мол, чтоб эта кровь парашная пригодилась на полную катушку,
землянам надобно еще кое-какое оборудование из нашей небесной империи
свистнуть. А при нынешнем жестком контроле серьезное воровское дело без
плутонов не обойдется. Может, мой птенчик так на землю тянется, потому что
с важным товаром.
Высота двести двадцать, внизу - море по кличке Средиземное. Пора
урку-плутона окунать. Не спать, ангел копья! Одолжи торпеду товарищу. Но
плутон пустил задом белый плазменный вихрь и опять уцелел. Прыть, впрочем,
у него уже не та. Отпрыгался, вонючкин. Высота - двести, внизу - солнечная
Испания. И тут, как и полагается, крик-ор по аудиоканалу.
- Внимание, нарушитель. К вам обращается пятое генеральное
командование сил противокосмической обороны. Немедленно покиньте наше
внутреннее воздушное пространство. Иначе вы будете уничтожены без
дополнительных предупреждений.
- Как же, уничтожен. Разбежался, кабальеро. Прямая кишка у тебя во
внутреннем пространстве.
Но пора было обратиться к узлу секретных инструкций, печально
известному как "совесть". Этот узел, если надо, выйдет на спецсвязь с
"Гевурой" и уточнит задание. Двадцать секунд "совесть" мучилась и наконец
шепнула: "Противник подлежит безусловной ликвидации". Гора дает добро.
Теперь уж любовный треугольник получается: ПКО хочет приголубить Виктора
К123, тот в свою очередь не в силах не приставать к прекрасной плутонянке.
Высота - сто восемьдесят, до плутона двадцать. Земляне не зря
дрейфят, пальни колесница из бортового оружия где-нибудь над городом, и
получится вместо квартала с домами отличное поле. Таков уж эффект
выжигания атмосферы. Еще один интеллигентный плевок ангела копья - торпеда
пошла по траектории сходящейся спирали. Когда берешь ее управление на
себя, такое впечатление, что ловишь муху стаканом. А вот и хвостик
плутона, в прошлом неприятный, а теперь столь беззащитный. Все, не удрать
орлику из сетки наведения, самое ему время околевать.
Сочувствую горю, плачу, но задница у него отвалилась. И последним
аккордом надо бы размазать его из импульсника - для красоты, чтоб заря
кровавой была.
У айкона начинает мигать умный проницательный глаз. Так, что у нас на
экране автоискателя? Здесь у нас шуба падает. Этакая "шуба" согреет
хорошо, мало не покажется. С платформы-соленоида, высота так двести
десять, швырнули, недолго думая, кучу болванок. Это на ПКО похоже, болваны
кидают болванки. А если своим же землянам по голове? Ладно, беседа с
плутоном слишком затянулась, будем прощаться. Ангел огня раскурочил его в
один момент, злыдень даже не особенно полыхнул, видимо, двигатели были
выключены. Ангел скорости уже вздрючивал колесницу, все соки организма
поплыли к спинке кресла, но Виктор К123 еще профессионально полюбовался
кадрами, где разваливается брат мусью. Ну-ка замри, мгновенье. Ага, перед
тем, как все хозяйство разлетелось окончательно, из плутона выскочил
небольшой черный контейнер. Приглянемся - да это ж яичко сантиметров на
двадцать! снесла-таки пташка. Неужели кто-то живой катапультировался?
Тогда, выходит, противнички у Космики аховые, размером не больше краба или
воробья.
И тут "шуба" припечатала его. Словно кретинистый великан ударил
наотмашь ладонью, дробя позвонки. Виктор К123 больше ничего не видел,
кроме айкона, покрывающегося темными пятнами, визжащего, словно от боли,
сминаемого, как шоколадная обертка. А автопилот, "второе я", еще
комментировал агонию занудным голосом: "Повреждение сопла... неуправляемый
выход струи... дисфункция главного двигателя... главный двигатель не
контролируется процессором... температура в активной зоне подходит к
критической точке... отказ узла ближнего наблюдения... экраны обзоров
отключены... возможен взрыв главного двигателя... с достаточной
вероятностью взрыв произойдет в ближайшую минуту..." Последний вопрос узлу
секретных инструкций: "катапультироваться или пропадать вместе с машиной?"
Пятнадцать секунд "совесть" прикидывала, может, совещалась с "Гевурой":
кому нужно продолжение его жизни, остается ли он в списках? И вот большой
палец направлен вверх, жить будем, гореть синим пламенем не требуется,
блокировка катапульты снята.
К123 вылетел из колесницы, которая через секунду лопнула под ним.
Ощущения были, как у мухи, путешествующей над взрывающейся гранатой. А
потом был еще затяжной прыжок, "совесть" давала последние ЦУ перед тем,
как самоперегореть.
Место посадки и адаптации - деревня Пустомержа, координаты такие-то.
Улица такая, дом такой - место проживания Виктора Васильевича Лучкина.
Положительные свойства этого землянина - во-первых, он однояйцовый
близнец Виктора К123, коэффициент сходства 0.85; во-вторых, В.В.Лучкин,
ныне отсутствуя в Пустомерже, колымит в городе Анадырь. Надлежит
использовать сходство для обмана окружающих, допустимо применение
психотропных средств.
Содержимое контейнера, вылетевшего из плутона и попавшего на
поверхность Земли, с вероятностью 0.7 - мощный биоинтерфейс, он же
супер-БИ, устройство широкоспектрального обмена информацией между
человеческим организмом и кибероболочками.
Задание К123: изъять или уничтожить супер-БИ. Обратить особое
внимание на то, чтобы супер-БИ не попал к сотрудникам Службы Санации
Систем или Центра Киберологических Исследований. Для К123 в такой-то день
в район с координатами такими-то будет спущен беспилотный аппарат. На
борту возможно получение дополнительных инструкций. Гора желает всех благ.
"Совесть", сделав доброе дело, самостоятельно сгорела.
Капсула с К123 бодро заглатывала радарные волны и оставалась
незаметной для ПКО. Пятое генеральное командование занесло в журнал с
грифом "секретно" сведения об уничтожении высоко летящей цели. Ввиду
отсутствия ущерба на Земле, эта запись могла всплыть лишь по получению
протеста от Космики через спецкомитет ООН.
Тем временем контейнер, сброшенный плутоном, завис над шоссе в одной
из южноевропейских стран и принялся считывать магнитные транзит-карты на
бортах автотрейлеров. Наконец, он выбрал нужную карточку и прилепился к
днищу машины, следующей на восток Европы.
А капсула уже глубоко проникла в земные сумерки. К123 включил
маневровые двигатели и с помощью маленького айкона на крохотном экранчике
вышел в район посадки. Там он выпустил парашют и стал планировать, выбирая
место, где легче спрятаться.
На Земле его встретила ночь в лесу. Ночь пришлась ему по вкусу,
потому что новая обстановка была не слишком заметна, да и Космос рядом,
хотя уже как бы за занавеской. Для начала К123 раскурочил спускаемое
кресло, добавил к обломкам свой скафандр, парашют и сжег все это барахло
спецзарядом. При нем остался только комбинезон и аптечка. Он сделал себе
несколько уколов для повышения иммунитета к земным хворям. Потом кое-как
устроился на корнях большого дерева - похожее он видел в ботаническом саду
на Венере. Дал себе установку: спать три с половиной часа. Он впервые
заснул в естественной среде, которая оказалась к тому же и агрессивной.
Через час, презирая все установки, его разбудили комары и муравьи, о
которых он был информирован, и еще какие-то неизвестные ему мелкие
насекомые. Он застегнул свой капюшон на все застежки, хлебнул из фляжки
сорокапроцентного спирта, положил голову в капюшон и дал себе еще более
жесткую установку - спать два часа. Однако, когда продрал глаза, заметил,
что установка опять не сработала. Наступил уже земной полдень.
Пока Виктор К123 добирался от леса до поселка, новые ощущения
нападали на него, давили, душили - все, без исключения, из породы самых
мерзких. Никак их было не унять. То, что видел глаз, слышало ухо и нюхал
нос, было чужое и одновременно знакомое, а также глупое. Особенно ему не
понравилось, что энергия пропадает зазря в воздушной толще, ветер дует без
толку, растения растут как попало, заслоняя друг от друга свет, птицы
снуют внаглую повсюду и, наверняка, мешают воздушному транспорту.
От самой Пустомержи разило уже беспредельной дуростью. Дома - просто
кучи грязных досок и кирпичей, брошенных на землю абы как, столбы
сваливаются набок, повсеместно ямы с дерьмом, видимо, местное достояние.
Кругом ржавеют, гниют и по-всякому разлагаются остатки и останки.
Покойников как бесполезный мусор загоняют на два метра в землю! Пилота
даже затошнило, очень захотелось, чтобы на землян свалилась комета или
метеорит поувесистей. Наконец, Виктор К123 мысленно превратил Землю в
красивый ледяной шар, облегченно вздохнул и смог отыскать нужный ему дом.
"Нет, это много лучше, чем яма с дерьмом", - утешил он себя и приступил к
осмотру строения. Два окна заколочены крест-накрест досками, остальные
разбиты. Зажав нос, он заглянул внутрь. Звенели мухи и осы, этих насекомых
он опознал без труда, вспомнив посещение зоопарка. Раздвигая половицы,
пробивалась трава, там и сям располагались экскременты. "Ага, вот он,
главный способ, которым жители Земли метят свою территорию". Дядя Витя
представил себе своего брата, обитателя такого дома, и ему впервые стало
жутко.
- Витька, ты, что ль... Витя, это ты? Скажи хоть, - раздался голос,
похожий на скрип калитки.
Из-за забора, похожего на челюсть акулы, выглядывало существо, с
головой, замотанной в кусок ткани. Существо двуногое. На двух ногах
передвигаются люди, обезьяны и медведи. Обезьяны на такой широте не
водятся, медведи покрыты густой шерстью. Ясно, это человек, скорее
женщина, чем мужчина. Просто на Космике даже мертвецы выглядят намного
свежее. К123 сделал поправку на большую силу тяжести, солнечную радиацию,
ускоренный обмен веществ, и все утряслось. Выглядывает старый человек,
старуха! Взаправду ли старуха приняла его за Виктора Лучкина? Или это
только игра Глобальной контрразведки Земли? Есть ли повод к физическому
или психическому уничтожению появившейся персоны? Пожалуй, лучше смыться
отсюда и провести дополнительный анализ данных. Но старая женщина не дала
ему нырнуть в лопухи. Она просочилась сквозь забор и ухватила его за
рукав.
- Витек, он и есть. Возвернулся, - удостоверилась старуха, - но с
лица спал. Лицо твое, как у цыпленка замороженного, синее, костяное.
Доигрался. Зато наряд-то прям космический. Ты его для потехи купил? Или
там на Ядовитом Окияне такие за спасибо выдают, лишь бы работал, не
убегал?
К123 глубоким дыханием снял напряжение. Ликвидировать старуху он
всегда успеет, лишь только она "сфальшивит". Лучше принять рабочей
гипотезой, что старуха посчитала его Виктором В. Лучкиным, благодаря их
общим генам.
- Да что ты, Витенька, смотришь на меня, как на белого медведя? -
тараторила себе старушка. - Я же бабушка Хаврония, а ты мой воспитанник.
Кто тебя пестовал, когда твои родители, рабы Божии, преставились? Разве
такое забывают?
- Здравствуйте, бабушка Хаврония. Как поживаете? - уклончиво сказал
К123 и продолжил с жаром, чтобы ей понравиться. - Хорошо в краю родном,
пахнет сеном и говном!
- Ты эти слова не кричи, - укоризненно сказала старуха, - а то люди
подумают, грубияном был, грубияном и остался... Ну, давай к нам, потом в
избе приберешься. А то ведь не поесть кашки, откуда силе взяться?
К123 пытался выработать линию поведения в условиях недостатка
информации, особенно его затрудняло сообщение о каких-то людях, думающих о
нем. Но бабка уже потащила его с собой, с ходу протолкнула в щель забора.
А на пороге соседнего дома маячил еще один местный житель, тоже
неприглядной наружности.
- Какого-такого к нам волочешь? Меня сейчас в послеобеденный сон
клонит, и я к умному разговору не предрасположен.
- Да какой с ним умный разговор. Это ж Витя тут у меня. Или уже своих
не признаешь, старикашка?
Дед, прищуриваясь, как при стрельбе, всматривался в него, а Виктор
К123 с тоской понимал, что если узнавание не состоится, то придется уже
убирать двоих. Но тут старик, одобрительно причмокивая, заявил:
- Бляха-муха, узнаю ряшку. Только чего ты нос отрастил, Витек? Лед,
что ли, им долбил?
- Да это у него щеки от ветра спрятались, - объяснила бабка. -
Шевелись, дед Прогресс, веди гостя в дом.
- Ну как, вернешься вскорости обратно в снега, или же здесь
творить-вытворять будешь? - спросил дед, умильно наблюдая за тем, как
бабка подает на стол. - Надо работать как следует, так все вожди учили.
- Мать честная, - всплеснула руками бабка, - что ты человека пугаешь?
Да здесь отродясь как следует никто ничего не делал.
Может, это провокация, напрягся Виктор К123. Если он заявит, что
предпочитает работать над собой, то дед заложит его соответствующим
инстанциям. Если будет настаивать на своей исключительной активности -
рискует привлечь недоброе внимание бабки.
- В определенном смысле я могу оказаться полезным, - уклончиво сказал
он.
- Ой, какой разговор нездешний, - растерялась бабка.
- А мне нравится, - поддержал дед Прогресс. - Я Витька давно
приметил, хотя он раньше только ушами шевелил, как вундеркинд. У него
тогда, как у дельфина, весь ум внутри был, а нынче снаружи. Так в чем твоя
полезность заключается, Витек? Пьешь так, чтоб другим не хватило?
- Я не знаю нынешнего уровня и ориентации местного хозяйства. Но я
кое-что смыслю в системотехнике, программировании, астрономии, физике,
особенно небесной механике.
Бабка так и села.
- Батюшки, Лемонардо да Винчи пожаловал.
- Вот теперь я вижу, что не будешь груши кое-чем околачивать, - со
сдерживаемым одобрением сказал дед Прогресс. - Завтра я тебя в контору
сведу, там похвастаешься. Порадуешь начальство своими успехами. Интересный
ты человек, Витек, в районном масштабе. Глядишь, и поднял бы нашу
свинофабрику на кибернетический уровень. А то нашим мудодеям наприсылали
разных хитрых штук, от которых хозяйство краше делается. А как их
приспособить, никто не догадался. Лежат себе под навесом, ржавчиной
прорастают, а Пахомыч их сторожит с газовым пистолетом. У него газа много,
особливо, как гороха накушается.
К123 сообразил, что наляпал много лишнего.
- Бабушка Хаврония, дедушка Прогресс, можно я целый день ничего
говорить не буду, а если и скажу, то вы не вслушивайтесь, будто кот
мяучит. Вы все делайте, как привыкли, а я здесь на полу полежу. У меня
болезнь такая от непосильного труда на крепком морозе. Приступ, до вечера,
понимаете?
- Понимаем это и кое-чего еще, - ответили дед с бабкой. - Бери
раскладушку и делай на ней, что хочешь.
Виктор К123 уже разобрался с тем, что он хочет. Если он останется
такой, как есть, миссии его досрочные кайки, задохнется она в зародыше.
Заморочить головы всем он не сможет, значит, надо заморочить себя.
Л
...Закладка в соц.сетях
