Жанр: Научная фантастика
Город Солнца
...дно-зелёное пришлось выйти из маленькой двери внутри них, чтобы
отодвинуть два деревянных барьера. Я почти был готов обнаружить
внутренний круг в виде величественного футбольного стадиона с
гигантской чашей для зрительских мест и маленькой центральной
ареной, на которой при случае визитёров скармливали львам. Вместо
этого там оказались сады, засаженные деревьями и экзотическими
растениями, заложеные с тщательной и искусстной ассиметрией.
Тут же имелась квадратная площадка тротуара, где мы все
спешились. С внутренней поверхности последней стены выступала такая
же беспорядочная масса квадратных клеток с лестницами, балконами и
переходами, но ввместо того, чтобы простираться к центру, она
образовывала только внутреннее кольцо - своего рода украшение на
огромной белой поверхности. Несколько человек из тех, что я смог
увидеть идущими по переходам, были одеты в зелёное - остальные были
лучниками.
Животные были уведены, вероятно в стойло - длинное,
неправильной формы строение, зримо отличающееся от человеческих
жилищ. Человек в серебрянной тунике повёл нас в сад по дорожке,
выложенной мозаичной плиткой. Лучники за нами не последовали.
Мжду деревьев порхали птицы, но они не подавали голоса. Не было ни
малейшего ветерка, чтобы раскачивать ветки, и поэтому лёгкий,
шелестящий звук перелетающих птиц был единственным, нарушавшим
тишину. Но теперь подо мной и рядом не раздавалось цоканье бычьих
ног, и я смог расслышать слабые звуки, доносящиеся из отдалённых
частей города - или может быть из помещений под ним. Слабые,
непонятные, аритмичные звуки.
В центре сада - очевидно в геометрическом центре всего города -
находилось каменное строение, по форме похожее на четырёхугольную
пирамиду, но с балконами и слуховыми окнами.
Наш проводник открыл главную дверь и жестом пригласил
внутрь, затем последовал за нами. Цокольный этаж тянулся через всё
здание, без каких-либо внутренних стен, хотя им елось три ряда толстых
каменных колонн, поддерживающих остальную часть строения и две
широкие спиральные лестницы. Не было никаких ковров и никаких
стульев, но в дальнем конце огромного помещения виднелось нечто,
похожее на ряды паралельных изогнутых лавок. Нам не предоставилась
возможность взглянуть на них по-ближе, поскольку нас повели к одной
из лестниц. Всё так же, не открывая рта, тёмнокожий человек показал,
что мы должны подниматься.
На первом этаже имелись коридоры и обычные комнаты. Мы
поднялись на второй, который был заметно меньше, в соответствии с
наклоном сторон пирамиды. Здесь, похоже, имелся единственный
коридор, идущий в обоих направлениях, с рядом комнат по вненшней
стороне и только одной за внутренней стеной. Нам было указано войти в
неё, и здесь наш проводник наконец нас оставил, закрыв дверь сразу
после того, как мы вошли.
Комната была не велика. Она была треугольной, с низким
потолком. Все три угла треугольника были завешаны. В центре
располагалось шесть лавок, расставленных приблизительно по кругу.
Другой мебели не было, если не считать низкого стола, на котором
стояла разнообразная посуда. Тут были четыре чашки - или, возможно,
суповые миски - с ручками как у кастрюль. Имелись также чайник и ваза,
наполненная чем-то вроде засушенных фруктов. Не было ни молочника,
ни сахарницы. Из носика чайника поднималась тонкая струйка пара.
Из-за драпировок, закрывавших дальний угол комнаты, выступил
человек. Они сомкнулись за ним. Он выглядел пожилым, но хорошо
сохранившимся. Он был высоким и тонким. У него была длинная шея и
впалые щёки, что всё вместе создавало впечатление, будто верхняя часть
его тела была неестественно вытянутой. Чёрный паразит покрывал его
череп почти до бровей и собирался по обе стороны шеи почти до кадыка.
Его туника также была чёрной, и при тусклом освещении - комната
освещалась тремя маслянными светильниками, установленными в нишах
на каждой из трёх стен - было трудно определить, где кончается одежда,
и где начинается растительность. Его руки выше кистей были обнажены,
и сетка чёрных линий, казалось, охватывала их, словно продолжение
рукавов. Только его сандалии, которые были коричневыми,
контрастировали с паразитами. Человек имел коричневую кожу, но его
глаза содержали намёк на восточное происхождение. Глаза были
маленькими и чёрными.
Он двигался вперёд плавно, как казалось полностью расслаблено.
На его губах застыл намёк на приветливую улыбку.
- Пожалуйста, садитесь, - сказал он. Он сделал жест рукой, но не
пожал руку Натана. Натан шагнул было вперёд, но быстро изменил
направление и доволно осторожно опустился на одну из лавок. Я сел
слева от него, Мариэль - справа. Наш хозяин занял место так, что слева и
справа от него осталось по лодной свободной лавке. Я заподозрил, что
шесть лавок было установлено как раз по этой причине. Я уже заметил,
что было четыре чашки вместо трёх. Известие опередило наше
действительное прибытие.
- Вы являетесь первыми посетителями откуда-либо, которых
встречал наш город когда-либо, - сказал человек в чёрном, беря чайник и
начиная разливать его содержимое, перегнувшись над столом. - У нас нет
обычаев на такой случай. Мне приходится импровизировать, и я
надеюсь, что не оскорблю вас.
Его голос был тонким и шелестящим. Я не смог сразу решить, был
ли он так же недоразвит, как и лучники, или нет.
Натан уверил его, что мы достаточно невзыскательны и
представился сам, затем представил Мариэль и, наконец, меня.
- Меня зовут Эго, - сказал наш собеседник. - У меня нет своего
имени - это я получил, заняв своё положение. Было решено, что я должен
расспросить вас. Мы должны узнать цель вашего визита.
- А сможем мы в свою очередь расспросить Вас? - Спросил Натан.
- Сможете, - любезно сказал Эго, - но есть ряд вопросов, на
которые я хотел бы получить ответы до того. Надеюсь, это не оскорбит
вас.
Натан дипломатично заверил его, что это был его город, и что мы
будем подчиняться его решениям.
Я попоробовал свой чай. Он не силшком напоминал по вкусу
любой чай, который мне доводилось пробовать до этого. Но, в конце
концов, я пил его через многослойный фильтр и стерилизатор. Я снова
поднял взгляд и увидел, что Эго наблюдает за мной. Возможно он
ожидал, что я сниму свой костюм. Возможно в этом и состояла истиная
цель предложения нам питья.
Натан и Мариэль тоже пили. Маленькие капельки жидкости
начали стекать по внешней поверхности их костюмов под вводами.
Питьё через фильтр является искусством, котрым трудно овладеть -
несколько проще, если можно использовать специально приготовленные
тюбики, которые продавливают жидкость внутрь без потерь.
Мы оставили без внимания сухие фрукты, не имея возможности
есть твёрдые продукты. Челдовек в чёрном, очевидно из вежливости,
тоже не прикоснулся к ним.
Пока мы на свой сложный манер отпивали несколько милилитров
странного напитка, мы все внимательно присматривались к своему
хозяину. Он, в свою очередь, очень внимательно присматривался к нам.
Здесь не было и намёка на равнодушие людей, с которыми мы
встречались на улице. Я никогда так ясно не осознавал, что меня
изучают и ~оценивают~. Словно он бросал все взгляды, которые не
бросили на нас его люди - делает это за них. И всё же... это не было
настоящее ~любопытство~. В его взгляде не было никакого удивления,
никакой поспешности. Его намерения были чисто ~аналитическими~.
- Какова цель вашего прибытия сюда? - Спросил он, когда пауза,
по моему, несколько затянулась.
- Мы посещаем колонии, основанные Землёй более ста лет назад, -
сказал Натан. - Наша задача - выяснить, как они устроились. Мы также
предлагаем определённую помощь тем колониям, которым она
требуется. У нас есть на борту "Дедала" лабораторя генной иженерии -
это может помочь в приспособлении посевов, которые в противном
случае оказываются неудачными, в борьбе с вредителями, в
урегулировании любых проблем со здоровьем, которые возникают.
Когда люди попадают в чужое окружение, всегда имеются какие-либо
проблемы - обычно незначительные. Игногда колонисты не понимают,
что проблема существует, или что она может быть решена. То -есть, мы
предлагаем помощь, взамен на возможность узнать, как вы помагали
себе сами. Вскоре должны быть основаны новые колонии, и вы сделали
бы доброе дело, если бы смогли научыить нас тому, что может иметь
значение для них.
Это была полностью исчерпывающая речь, с некоторыми
содержащимися в ней деликатными намёками. Эго выслушал её всю, не
меняя выражения лица.
- Какая нация послала ваш корабль? - Спросил он.
- Объединённые Нации, - сказал Натан. - Состояние дел не
слишком изменилось с тех пор, как вы покинули Землю - точнее, с тех
пор, как ваши предки покинули её. Ни одна нация не обладает
космической программой. ОН объединяют средства и усилия всех наций.
- Здесь есть только одна Нация, - сказал Эго. По тому, как он
произнёс определяющее слово, я мог заключить, что оно содержало
заглавную букву - и очевидно обладало особым значением.
- Так и должно быть, - мягко сказал Натан. - Колония должна
оставаться единой, если она хочет процветать.
Эго не обратил внимания на его слова. Я бы тоже поступил так же.
Философская пустопорожняя болтовня... дешёвая пошлость.
- Генная инженерия включает в себя вмешательство в естественные
процессы, не так ли? - Сказал человек в чёрном, сделав очередной глоток
из чашки. Я отставил свою, чувствуя, чо это выглядит жестом. Напиток
нравился мне не на столько, чтобы пить его ради него самого.
- Генная инжденерия может улучшить посевы и уничтожить
сорняки, - сказал я. - Это ~является~ вмешательством, конечно. Но
агрокультура сама по себе является вмешательством. Все семена,
которые ваши отцы привезли с Земли, были продуктами геной
инженерии - манипуляций ради жизнестойкости и высокой урожайности.
- Теперь у нас новый образ жизни, - возразил он невозмутимо.
- Я хотел было указать, что их стиль включает в себя сельское
хозяйство, но Натан знаком заставил меня промолчать.
- Мы хотели бы изучить ваш образ жизни, - сказал он.
- Почему вы носите эту странную одежду? - Прямо спросил Эго.
Странно, хотя его голос был совершенно ровным и неагрессивным,
тем не менее, у меня почему-то возникло впечатление, что он был
настроен враждебно, что его вопрос о геной инженерии являлся явным
осуждением. Я чувствовал себя настороженно, но не мог понять почему.
Возможно Мариэль сможет позже больше рассказать нам о его
намерениях.
- Костюмы служат для защиты, - спокойно сказал Натан.
Поскольку нас уже видели без них, он не мог утверждать, что это
являлось обычным, и следовательно он вынужден был сказать больше,
чем нам бы хотелось. - Мы знали, что этот мир обладает большим
количеством паразитических организмов, - продолжил он, - и, когда
увидели образования на коже людей, пришедших встретить нас, то
заподозрили, что это мог быть один из таких организмов. Мы посчитали
лучше перестраховаться до тех пор, пока не переговорим с вами и не
получим от вас объяснений.
Наконец правда вышла наружу. Теперь Эго была предоставлена
возможность дать нам какое-либо объяснение.
Человек в чёрном не стал колебаться. - Слово "паразит" является
неверным, - сказал он. - Вы не понимаете. Сейчас я не могу объяснить.
Сколько человек на борту вашего корабля?
- Всего семеро, - ответил Натан.
- И что, по-точнее, вы собираетесь делать здесь?
- Мы хотели бы остаться на несколько месяцев, - сказал Натан. -
Может на год. Мы хотели бы детально изучить колонию, чтобы
подготовить исчерпывающий доклад. Мы хотели бы изучить её историю
и её географию, её социологию и экологию. Мы хотели бы обследовать
людей и землю. И, как я уже сказал, мы хотели бы помочь вам с любыми
трудностями, с которыми вы столкнулись.
Он не стал отрицать, что есть какие-либо трудности. Это было
странно. Везде, куда мы прилетали, люди отрицали, что у них есть
проблемы - или заявляли, что они не желают нашей помощи в их
преодолении. Никто никогда не был рад нас видеть, а ситуация
подсказывала, что этот человек был доволен даже меньше, чем другие.
Он встречал нас с предельной настороженностью. Но он не сказал
прямо, что Аркадия не нуждается ни в какой помощи, и что теперь мы
вполне могли бы отправляться восвояси. Он был слишком осторожен
даже для этого.
- Это может быть и к лучшему, если вы узнаете о нас, - сказал он. -
Но это решать Самому. Что вы думаете о нашем городе?
Натан с лёгкостью принял смену темы беседы. Внезапные смены
направления никогда не беспокоили его.
- Он прекрасен, - сказал он. - Почему вы взяли в качестве своей
модели описанный Кампанеллой Город Солнца?
- Его архитектура была нам подходящей.
- В таком случае, не являетесь ли Вы ~метафизиком~ - высшим
жрецом автократии? - Это был откровенный вопрос. Натан, очевидно,
решил, что то, что подходит для собеседника, сгодится и для него.
- Наша Нация не нуждается ни в какой автократии, - сказал
человек в чёрном, - а Бог не нуждается ни в каких жрецах. - Вторая
сентенция, по крайней мере, прозвучала многозначительно.
- Значит только стены города являются отзвуком Кампанеллы, -
сделал заключение Натан. - Но не ваша социальная философия. Но зачем
их украшение? Безусловно, это несколько... пышный... символ?
Эго терпеливо отпил свой чай. - Стены являются средством
передачи информации, - сказал он. - Они содержат знание Нации. Они
представляют Нацию.
- Высеченные камни не являются знанием. Они могут не более, чем
символизировать его.
- Этого джостаточно.
У меня было ощущение, что мы не выигрываем спора. У меня
имелась тысяча вопросов, но я знал, как трудно их задать. Даже, если бы
барьер изысканной вежливости исчез, не было никакой возможности в
разговоре выяснить то, что я хотел знать о чёрном паразите.
- Какая у вас форма правления? - Спросил Натан. - Кто это Сам,
который принимает ваши решения?
- Это наша коллективная воля, - последовал ответ.
- Но как вы определяете коллективную волю? Голосованием? Как
реально принимаются решения?
- Если вам будет позволено остаться в этом мире, - ответил Эго, с
полнейшим спокойствием, - вы прийдёте к пониманию. А Сам, в свою
очередь, поймёт вас. Не думаю, что взаимопонимание возможно в
данный момент. Вы напуганы тем, что увидели в городе?
Это был очень деликатно поставленный вопрос. Не: ~Вы напуганы
чёрными отметинами на наших телах?~ но: ~Вы напуганны тем, что
увидели в городе?~
- Мы испытываем некоторую настороженность, - осторожно
ответил Натан. - Мы ещё не всё понимаем, и поэтому беспокоимся. Но
мы не напуганны.
- Люди кажутся вам странными?
- Естенствено. Но не всё, что является странным, обязательно
оказывается страшным. Мы посетили несколько чужих миров. Мы
видели много такого, что при первой встрече казалось странным.
После этого Энго быстро встал на ноги. Он, очевидно, овладел
искусством подниматься с низких сидений. Мы не могли похвастаться
тем же, поэтому нам пришлось прибегнуть к помощи рук, чтобы
несколько неуклюже подняться.
- Теперь вы должны подождать в другой комнате, - сказал он. - Мы
предоставим вам кровати. Вы можете поспать, пока Сам решит, будет ли
вам позволено остаться здесь. Утром вы услышите решение.
- Благодарим вас, - произнёс Натан, с лёгким поклоном. Эго
направился к двери, передвигаясь легко и бесшумно. Мы последовали за
ним. Тот же человек, который привёл нас сюда, ожидал снаружи в
коридоре; он провёл нас к другой двери, расположенной в нескольких
шагах дальше, и пригласил в одну из комнат с внешней стороны здания.
Затем она закрыл за нами дверь. Я почти ожидал услыхать звук
поворачиваемого ключа или задвигаемого засова, но дверь не была
оборудована запором.
Мы услыхали его удаляющиеся шаги, а затем мы остались одни.
- Так, - произнёс Натан, - что, чёрт побери, вы из всего этого
поняли?
Глава 6
Эта комната, как и внутреннее помещение, было меблировано
только кушетками и одним низким столом, но три кушетки -
расположенные у стен - были достаточно большими, чтобы их можно
было считать кроватями. Углы комнаты были завешенны, и за одной из
занавесок я обнаружил котёл с тёплой водой и унитаз. Отверстие,
казалось не имело дна, но не ощущалось никакого неприятного запаха.
В комнате было окно и дверь, ведущая на балкон, но она была
затянута куском плотной материи, чтобы предотврартить сквозняк. Но
не смотря на это комната была очень холодной - если бы не одежда, мы
чувствовали бы себя более чем неуютно. Я подёргал дверь, ведущую на
балкон. Она не была заперта.
Мариэль уселась на одну из "кроватей" перед тем, как начать
отвечать на вопрос Натана. Мы с Натаном последовали её примеру.
- В обычных обстоятельствах, - сказала она, - мысли людей легче
всего читать, когда они задают вопросы и когда они пытаются их
избежать. В первом случае, ответы, которых они ожидают проявляются в
их мысленных образах, во втором - ответы, которых они пытаются
избежать. Этот человек только и делал, что задлавал вопросы и избегал
ответов, ноя не смогла ничего уловить. Он похож на остальных -
действовал механически. Словно он был актёром, читающим по
бумажке. Машинально. Он ~не воспринимал~ ответов, или же
умудрялся оставлять те ответы, которые скрывал, формироваться
невысказанными у него в мозгу. Так, словно он вообще не был
личностью, а всего лишь рукой или ногой, действующей по привычке и
подчиняясь рефлексам. Где-то имеется активное сознание, но только
тень его присутствовало в выражении лица, во всём, что я действительно
смогла ~почувствовать~.
- Другими словами, - сказал Натан, - он находится под контролем.
- Ты ~уверенна~ в этом? - спросил я её.
- Нет, - ответила она. - Конечно же, я не уверенна. Я говорю вам о
своём впечатлении. Даже попытка изложить всё словами искажает
картину - и, возможно, я воспользовалась не теми словами. Возможно,
~контроль~ - не самое удачное слово. Но мне кажется, что он находится
под каким-то влиянием, да... чего-то, что радикально снижает степень
его независимости. Его мысли на столько упорядочены ... что он
становится похожим на машину.
Что я мог возразить? Она казалась убеждённой и изложила всё по
полочкам достаточно ясно. Похоже, можно было сделать только один
возможный вывод из тех фактов, которыми мы располагали.
- Выглядит это паршиво, - согласился я. - Какой наш следующий
ход?
- Это вовсе не наш ход, - хмуро сказал Натан. - Это их ход. В
настоящий момент все хода - их.
- Думаешь, они скажут нам убираться из их мира и никогда больше
не приближаться к их порогу? - Спросила Мариэль.
- У меня такое ощущение, - сказал он, - что могут быть
возможности и похуже.
- Здесь мы в гостинной, - сказал я едко, - как нервничая сказала
муха пауку. Но они продолжают так думать. Они могли схватить нас в
любой момент.
- Они проверяют нас, - сказал Натан. - Они знали, сколько нас
прибывало... значит они должны были знать и о наших костюмахэ. Но
они приготовили чай и сухие фрукты, чтобы посмотреть, не заставят ли
нас правила вежливости раскрыться. Это были вовсе не расспросы, то,
через что мы прошли... он мог бы задать тысячу подробных вопросов,
если бы действитель но хотел этого. Тот факт, что он этого не сделал,
может означать только одно.
- Он не рассчитывал получить правдивые ответы, - предположил я.
- Они нас боятся, - сказал Натан. - Они боятся впечатления,
которое могли произвести. Они не хотят, чтобы мы убрались потому,
что не уверенны, могут ли они ~допустить~, чтобы мы убрались. С
другой стороны, если они рискнут позволить нам остаться... если наше
оставание означает, что у нас появится шанс изучить эту штуку и, быть
может, найти способ её уничтожить. Чего они ~действительно~ хотят -
это захватить наш корабль... чтобы быть уверенными в том, что они
никогда не улетит. Но они очень хорошо знают, что это было бы не
легко. Целью этой беседы для так называемого Эго - или что там дёргало
его за ниточки - было всего лишь выяснить, на сколько мы
настороженны. Один тот факт, что мы осались в костюмах должен был
сказать ему более, чем достаточно. Наши головы находятся прямо в
пасти аллигатора.
Метафора была эмоциональной, но я вынужден был признать, что
и сам чувтвовал то же самое. Вместе с тем, однако, мне подумалось что
ещё оставалось место для размышлений.
- Всё это всего лишь домыслы, - сказал я. - Есть одна вещь,
которую мы не понимаем. Если люди здесь - всего лишь беспомощные
интрументы в руках паразита, то зачем город? Зачем стены? И не
забывайте, что достаточно многое в отношении этого паразита является
нашим домыслом. Сто лет назад это был просто вид паразитирующий на
различных других видах. Теперь, убеждены мы, он приспособился к
человеку, его клетки не только научились маскироваться под нервные
ткани человека, но и собрали эти ткани в мыслящие мозги, и эти
мыслящие мозги одержали верх над мыслящими мозгами их хозяев. Это -
сплошные домыслы... И это граничит с невероятным.
- Как домысел, - возразил Натан, - это невероятно. Но это не
домысел. Это то, что мы видим. Даже без свидетельства Мариэль у нас
достаточно материала для такого вывода. Эго выказал крайнюю
враждебность по отношению к идее генной инженерии - безусловно, это
может быть своего рода экологической моралью, но мне это показалось
проявлением прорвавшейся обеспокоенности. Эго сам не принимает
никаких решений - они должны быть согласованны с чем-то,
называющимся "Сам". Даже наименования являются показательными -
~эго~ - всего лишь часть психики, ~сам~ - это всё. Как если бы его разум
существовал паралельно с другим.
- Паралельно, - прервал я, - не обязательно означает под
контролем. Возможно выросший паразит развил свой собственный мозг,
своё собственное сознание... Но даже это не означает, что один должен
доминировать над другим. Это может быть своего рода сотрудничество -
симбиоз. Этот паразит является осмотрительным, не забывайте этого...
Он старается избегать снижения эффективности организма своих хозяев.
- Но есть ещё одна вещь, которую он сказал, - продолжал Натан. -
Быть может самая показательная. Он сказал: "~Наша Нация не уждается
в автократии, а Бог не нуждается ни в каких жрецах~". А теперь
подумайте, почему Нация не нуждается в автократии или Бог - ни в
каких жрецах? Может быть, потому, что Нация управляется снаружи, и
её Бог сидит на плечах каждого отдельного мужчины, женщины или
ребёнка. И я заметил, что забота паразита о своих хозяевах принимает
довольно таки станные формы - вроде лишение пола касты воинов и
гражданских служащих, например.
- Он сказал и другое, - напомнил я Натану. - Он сказал, что Сам
является коллективной волей... быть может, коллективной волей
человеческого разума и разума пасажира.
- Поставил бы ты на кон свою жизнь в таком споре? Или свой
разум?
- Они уже на столе, - заметил я. - Таковы ставки, нравится нам это
или нет.
Аргумент не был жестоким - мы пытались прояснить положение
вещей, а не разорвать друг другу глотки. Но комната каким-то образом
создавала напряжённую обстановку. Мы все были почти на пределе. И
все напуганны, не смотря на то, что Натан сказал нашему любезному
хозяину.
Я открыл дверь на балкон и вышел наружу. Я надеялся, что мне
удасться посмотреть вниз и увидеть весь город, раскинувшийся подо
мной, расходящийся во все стороны. Но внутренняя стена была слишком
высокой. Всё, что я смог увидеть, это затенённые сады и несколько
смутных огоньков в строениях внутри последней стены. Слабые звуки
города по-прежнему ничего мне не говорили.
Здесь мы, подумалось мне, торчим, словно на вершине
муравейника. Посторонние в чужом гнезде. Пленники воинской касты.
Другие касты должны быть различными категориями рабочих.
Различающихся цветом своей одежды. Но каких рабочих? Рабов?
Автоматов? Сколько из них относятся к среднему роду? В конце концов,
в этом есть смысл... так же, как есть смысл в муравейнике. Несколько
трутней могут обеспечить необходимое количество спермы для
поодержания роста общества. Конечно, нельзя иметь человеческую
матку, которая откладывает за раз тысячу яиц, поэтому должен
существовать определённый источник воспроизводства - или особая
каста женщин, или же все женщины определённой возрастной группы.
Просто, эффективно... Одним словом - Утопия.
Внизу открылась дверь, и с пол дюжины человек вышло на
дорожку и направилось к воротам. Они делали это молча, словно один
человек. В свете, который просочился через дверь, покак она была
открыта, я увидел, что они были одеты, как и темнокожий человек,
бывший нашим сопровождающим, странную серебристую одежду.
Другие представители его ранга - вероятно, он был с ними. Слуги, как он
охарактеризовал их.
Меня заинтересовало, куда они направлялись. В город, чтобы
провести плебисцит, вероятно. Натан вышел, чтобы присоединиться ко
мне, и увидел их, скрывающихся среди деревьев.
- Нежели, всё уже решено? - Спросил он. - Я думал, что это
расписанно так, чтобы занять всю ночь.
- Возможно, всё ещё только начинается, - сказал я.
- Никакой возможности положить эому конец, - проворчал он.
- А если бы мы и могли? - Возразил я. - Если бы мы смогли
добраться обратно до корабля? Что тогда? Убираться на Землю и
просить их прислать военную силу?
- Мы не пожем воевать с этой штукой сами, - сказал он. - Разве не
так?
- Не знаю, - ответил я. - Слишком многого я не знаю. Мне не
нравится мысль удирать от этой ситуации, не узнав ничего больше.
- Узнавание ещё немногого может стоить Земле всего, что мы уже
знаем, - напомнил он мне. - Мы и так уже совершили преступную
глупость - мы должны были захватить с собой радио, чтобы иметь
возможность передавать всё Конраду.
- Если бы мы только подумали, - произнёс я с иронией, - мы могли
бы оставить ему запечатанный приказ, который должен был быть
открыт только в том случае, если бы мы не вернулись. Так всегда
поступают в мелодрамах.
Он грустно посмотрел на меня. - Если бы это была мелодрама, -
проговорил он, - тогда стратегия паразита состояла бы в том, чтобы
захватить тебя, меня и Мариэль, заставить нас принести его на корабль,
затем захватить всех остальных. Затем он направил бы корабль обратн
...Закладка в соц.сетях
