Жанр: Научная фантастика
Расплата
... не будем об этом... Они здесь?
- Да. Ждут встречи с тобой.
- Зови их.
Толвин подошел к двери и приоткрыл ее.
- Входите, вы двое.
В кабинет вошли Ясон и Меррит. Они сделали движение, чтобы вытянуться по стойке
"смирно", но Бэнбридж махнул рукой, а потом, к их удивлению, вытянулся сам, отсалютовал
им, подошел и пожал им руки. Дружеская улыбка осветила его лицо.
- Черт возьми, как приятно видеть вас живыми.
- Спасибо, сэр, - ответил Ясон. - Это и вправду здорово - остаться в живых.
- Вы оба - герои, вам это известно? Я лично представил вас к наградам. Вся
Конфедерация только о вас двоих и говорит. Журналисты дерутся между собой за право
первыми взять у вас интервью, ваши лица не сходят с экранов.
Ясон молчал, не зная, что ответить на это.
- Бригадный генерал Меррит, ваше начальство сообщило мне, что вы назначаетесь
командиром Первого полка космической пехоты.
- А как же Гонсалес, сэр? Она отлично справляется с этой должностью.
- Прошу прощения, вы что, не в курсе? Она погибла на Byкар.
- Она была чертовски хорошим командиром, - сказал Меррит, опустив голову.
- Мы потеряли много хороших людей, но вы, слава Богу, вернулись.
- А как там Большой Дюк? - спросил Меррит.
- Потерял руку, но ему ее уже регенерировали, и скоро он снова вернется в строй.
- Хорошая новость. - Меррит улыбнулся. - Наверно, им нелегко удерживать его в
постели.
Бэнбридж взглянул на Ясона:
- Вот и ты, сынок... Тебе понравилось быть командиром корабля? Я разговаривал о тебе
с командующим флотом. В следующем месяце встанет в строй новый легкий авианосец.
Хочешь - бери его, а не хочешь - иди ко мне в штаб, мне нужны такие чертовски крепкие
парни.
- Я бы предпочел остаться на "Тараве", сэр.
- Она же вся в дырах, как сито, сынок. Нет, с "Таравой" покончено.
- Черт возьми! - воскликнул Толвин. - Если весть о том, что вы собираетесь списать
геройскую "Тараву", дойдет до широкой публики, все же просто с ума сойдут! Нет, "Тараву"
нужно отремонтировать во что бы то ни стало.
- Ладно, ладно, - ответил Бэнбридж. - Это обойдется дороже, чем построить новую,
но, пожалуй, так и вправду будет лучше. Корабль останется под вашим началом, капитан
первого ранга Бондаревский. Ясон с благодарностью кивнул.
- Мы уже извлекли множество полезной информации из тех записей, которые были
сделаны во время вашего рейда. Моя разведка в поте лица изучает все, что попало в память
компьютера. "Тарава" - первый военный корабль, побывавший рядом с Килрахом и
вернувшийся обратно. Я уже бегло просмотрел ваши записи, хотя позднее буду изучать их
более подробно, чтобы не упустить ничего. Однако моя разведка уже сейчас убеждена, что ты
столкнулся лицом к лицу с принцем Тхракхатхом.
- Значит, его не было на Вукар? - спросил Ясон.
- К сожалению, нет, - ответил Бэнбридж.
- Черт возьми, если бы я знал, что он там, я бы атаковал авианосец и постарался
уничтожить его, - сказал Толвин. - Странно только, что он отступил, не стал со мной
связываться. Это на него не похоже.
- Ну, не так уж и странно. Они понесли такие огромные потери, что ему ни к чему было
увеличивать их число... Гордись, сынок, - продолжал Бэнбридж, обращаясь к Ясону, - ты
подергал за усы самого принца Тхракхатха.
Он вернулся к столу, давая тем самым понять, что разговор окончен.
Ясон и Меррит отсалютовали, и, поколебавшись, Ясон сказал:
- Спасибо за то, сэр, что отдали приказ спасти нас.
Бэнбридж поднял на него взгляд, холодно улыбнулся и... не ответил ничего.
Ясон вместе с Толвином вышли из кабинета.
- Ты, наверно, очень устал, сынок, - сказал Толвин.
Ясон кивнул; силы, казалось, и впрямь покинули его. После того как "Конкордия"
открыла им путь к отступлению, они отправились домой, и на всем протяжении пути шла
борьба за то, чтобы сохранить корабль. То там, то здесь еще вспыхивали очаги пожара, а утечка
воздуха через бесчисленные трещины и разломы была настолько сильной, что экипажу
пришлось надеть скафандры, и последние тридцать шесть часов полета вымотали всех вконец.
Как только они оказались на территории Конфедерации, навстречу покалеченному кораблю
вылетела бригада ремонтников; подошел танкер, снабдивший их воздухом и горючим и
взявший на борт раненых. Когда они прилетели, один из штабных офицеров Бэнбриджа
одолжил Ясону свою форму, чтобы тот выглядел прилично во время беседы с адмиралом;
прежде чем переодеться, Ясон принял душ, и это немного помогло, но шок от всего пережитого
еще не отпустил.
Воспоминания продолжали преследовать его. Последний прощальный призыв Светланы;
Гриерсон, маневр которого позволил им продержаться несколько драгоценных минут и таким
образом спас их; ангар, битком набитый убитыми и ранеными. Всего четырнадцать пилотов
уцелело из тех сорока четырех, которых он всего несколько недель назад называл юнцами!
- Может, останешься со мной на "Конкордии", отдохнешь немного? - спросил Толвин,
положив руку ему на плечо. - Хороший кусок жареного мяса с добрым двойным виски тебе
сейчас не повредят, а перед этим можешь понежиться в ванне.
- Нет, сэр. Я лучше вернусь на мой корабль.
"Мой корабль" - казалось странным называть его так. Он вспомнил свой первый
"Феррет" - его он тоже называл "мой корабль", засияв от гордости, когда его механик краской
вывел на кабине надпись "Медведь" и нарисовал смешную неуклюжую фигуру. А теперь он
стал командиром авианосца и готов был влепить затрещину любому, кто осмелился бы сказать
хоть слово против "Таравы". Что ни говори, она оказалась чертовски хорошим кораблем -
может быть, самым лучшим во всем флоте.
Они вышли на полетную палубу "Конкордии". Сейчас она казалась просто огромной -
пустая, чистая, совсем не похожая на ту, что ждала его на "Тараве".
Ясон посмотрел на Меррита и протянул ему ладонь.
- Ну, удачи тебе, космопех.
- И тебе тоже, пилот.
Они крепко пожали друг другу руки.
- Она была прекрасной женщиной; я никогда не забуду ее, - тихо сказал Меррит, и
Ясон кивнул, не в силах вымолвить ни слова.
Когда Меррит ушел, он повернулся к Толвину.
- Знаете, сэр, у нас есть кое-какие догадки насчет того, кому мы обязаны нашим
спасением. Так что спасибо вам.
- Это я должен благодарить тебя, - ответил Толвин, - за то, что мне выпала такая
честь - помочь тебе выбраться оттуда... И еще, Ясон, прими мою самую горячую
благодарность за Кевина. Я видел твой предварительный отчет и приписку Думсдэя в нем
относительно Кевина. Конечно, он не мог написать много в официальной бумаге, но остальное
мне рассказали люди. Ты взял Кевина избалованным маменькиным сынком, а вернул его
человеком, которым можно гордиться.
- Просто я сразу почувствовал, сэр, что если дать Кевину шанс, он в конце концов
покажет себя.
Они пожали друг другу руки. Ясон подошел к своему "Феррету" и залез в кабину. Это
было удивительно приятное чувство: снова сидеть в кабине истребителя за рычагами
управления. Внутри пахло горелой электропроводкой, экран дисплея не работал. На мгновение
в его памяти вспыхнул образ Дженис - сидящей в кабине точно такого же "Феррета" и
летящей навстречу торпеде, чтобы спасти "Тараву" и встретить свою смерть. Усилием воли он
отогнал это воспоминание.
Вырулив на взлетную полосу, он получил разрешение на вылет, прошел через шлюзовую
камеру, включил ускорение и замер, наслаждаясь полетом. Уже через пять минут он оказался
рядом со своим кораблем и, запросив разрешение на посадку, сделал круг над "Таравой".
Ремонтный корабль все еще находился рядом, сплетение змееподобных канатов и шлангов,
точно пуповина, тянулось от одного корабля к другому. От носа до кормы на "Тараве" не было
живого места, в корпусе зияли пробоины, краска вздулась пузырями, оборудование,
обеспечивающее связь и наблюдение, было разбито.
Но Ясон увидел также кое-что, переполнившее его гордостью. На левом борту корабля
кто-то из членов экипажа восстановил свежей краской название "Тарава", а ниже были
нарисованы традиционные символы - скрещенные мечи и череп килратха - и золотыми
буквами выведены гордые, слова: ПЕРВЫЕ У КИЛРАХА.
Развернувшись, Ясон пошел на снижение, промчался через шлюзовую камеру и
затормозил. Распахнув фонарь кабины, он увидел Спаркс, которая приветствовала его, из-под
ее комбинезона виднелись бинты.
- Как твоя рана, Спаркс?
- Еще немного болит, сэр. Спасибо за внимание.
- Я беспокоился о тебе, когда узнал, что тебя здорово шарахнуло.
- Вы беспокоились обо мне?
- Конечно.
Ее лицо: осветилось сияющей улыбкой.
- Спаркс, как ты отнесешься к тому,. чтобы получить звание лейтенанта и взять под свою
команду всю палубную обслугу?
- Стать офицером? Вот уж не думала, что когда-нибудь доживу до этого дня. Спасибо.
- Ты заслужила это. Если бы не ты, многие истребители не были бы так быстро
отремонтированы и не смогли бы тут же вернуться в строй. Большая часть благодарностей,
которые мы получили, принадлежит тебе.
Она снова лучезарно улыбнулась и начала спускаться по трапу. Ясон последовал за ней.
Оказавшись на палубе, он отсалютовал дальней переборке, изрешеченной выстрелами, над
которой был прибит кусок нержавеющей стали, оторванный от разбитого истребителя, с
нарисованным на нем знаменем.
- Командир корабля прибыл на борт. Перед Ясоном возник дежурный офицер и
отсалютовал ему.
- Разрешите подняться на борт, сэр, - сказал Ясон.
- С удовольствием разрешаю, сэр. - И офицер снова отдал ему честь.
Думсдэй стоял на лестнице, ведущей на временный капитанский мостик, наблюдая за
установкой нового листа плексигласа вместо разбитого во время последнего сражения.
- Ну, как там старик?
- Похоже, они с Бэнбриджем все уладили. Черт возьми, не могут же они расстрелять
героя? Как бы то ни было, я успел и за тебя замолвить словечко.
- Ну, и что теперь? - с кислой миной спросил Думсдэй.
- Будешь командовать всем крылом истребителей на корабле и получишь награду.
- Ну, спасибо. Еще тридцать сопляков надо будет обучить, и каждый из них может
угробить меня.
- Уж это точно.
- Надеюсь, им это не удастся; тебе же не удалось, а?
Ясон засмеялся и зашагал по полетной палубе.
- Раундтоп! Одинокий Волк!
Они стояли, наклонившись над раскрытой орудийной панелью "Рапиры", их лица были
перепачканы смазкой. Подойдя к Ясону, они пожали ему руку.
- Как дела в верхах, сэр? - спросил Раундтоп.
- Я остаюсь на "Тараве". Мне обещали, что никаких разговоров об ее списании больше
не будет. Ее отремонтируют как следует, начинят новым оборудованием и вернут в строй.
- Отлично, сэр. Рад за нашу старушку.
- Чемберлен, я хочу, чтобы ты возглавил эскадрилью "Ферретов".
Чемберлен расплылся в улыбке:
- Благодарю вас, сэр.
- Кевин, у меня к тебе есть разговор. Бок о бок они пошли по палубе.
- Пока я ждал встречи со стариком, ко мне подошел один из его штабных офицеров. У
адмирала есть для тебя предложение, я обещал передать тебе его.
- Что это, сэр?
- Бэнбридж хочет, чтобы ты стал у него адъютантом. Это очень завидная должность,
Кевин. Если ты будешь служить у Бэнбриджа и делать свое дело хорошо, ты далеко пойдешь. И
то, что ты был боевым офицером и заработал серебряную звезду на свои золотые "крылышки",
а я тебя к ней представил, тоже будет нелишне. В штабах не так уж часто оказываются люди с
таким послужным списком, поэтому их там особенно ценят. Ты быстро продвинешься, я не
сомневаюсь, Кевин. Черт, может, лет через пять ты даже станешь моим начальником.
- Спасибо, сэр, - хмуро ответил Кевин.
- Ты что, недоволен?
- Честно, сэр?
- Конечно. Ну, смелее!
- Пошли они знаете куда со своим предложением! Такая работа не по мне. Я лучше
останусь тут с вами и остальными ребятами и буду летать.
Ясон усмехнулся:
- В таком случае, как ты отнесешься к тому, чтобы возглавить эскадрилью?
- Здесь, сэр?
- Конечно, здесь. Я отдал бы тебе "Рапиры".
- Здорово, сэр! Вот это мне нравится. Ясон с улыбкой похлопал его по плечу:
- Ладно, у нас еще будет время обсудить все это.
Кевин расплылся в улыбке и помчался обратно к Чемберлену. Он что-то сказал ему, и они
рассмеялись, хлопая друг друга по спинам.
Ясон пошел к себе. Проходя коридором, ведущим на корму, он ненадолго задержался у
доски почета.
Двести восемьдесят три имени было на ней. Многих из них он даже не успел узнать, лица
и имена лишь смутно помнил, но зато все, что тогда происходило, он видел будто воочию. Он
не помнил, как звали молодую симпатичную женщину-связистку и другую, повариху, которые
вытаскивали раненых из дымящегося отсека и погибли, оказавшись в результате очередного
выстрела выброшенными в вакуум; не помнил он имени и того мужчины из палубной обслуги,
который, бросившись в ревущее пламя, закрыл своим телом поврежденный осколками
трубопровод с горючим и сгорел заживо, спасая корабль. Так много имен появилось на этой
доске за какие-то несколько недель...
Ясон пошел дальше по черному от пожара коридору, который уже начали приводить в
порядок, стараясь лавировать между работающими, чтобы не испачкать чужую форму, в
которую был одет.
Около своей каюты он замедлил шаги. Осталось всего четырнадцать человек, и лишь
четырнадцать кают были сейчас заняты! Остальные пустовали, в каждой лежали
приготовленные к отправке домой личные вещи того, кто жил в ней.
Войдя к себе, он закрыл дверь. На мгновение все поплыло у него перед глазами,
смертельная усталость наконец одолела его, и, не раздеваясь, он рухнул на койку. От наволочки
еще шел слабый аромат духов, и от мгновенно вспыхнувших воспоминаний на глазах у него
выступили слезы.
- Будь проклята эта война, - прошептал он.
Уже в полусне он всего раз произнес заветное имя, и потом, с мыслью о ней, капитан
первого ранга Ясон Бондаревский, по прозвищу Медведь, медленно погрузился в глубокий сон
без сновидений. Завтра, когда он проснется, его ждет мирный день, но война еще не окончена.
Ему предстояло вернуться в бой, и он был готов к этому.
12
Кристофер Сташеф, Уильям P. Форстчен: "Расплата"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
