Жанр: Научная фантастика
Холод Маглиогонта
...ожет, наш майор загулял? Чего вы так взгоношились?
- Да, Сашок, видно, ты и в самом деле влип. Или еще не выспался?
- Почему ты так решил?
- Да потому что не мог он загулять! На эту ночь он самолично назначил
проведение операции, понимаешь? И пропал... Митрофанушка рвет и мечет. Он
ведь успел наверх доложиться, а сейф у Борейко пуст. Исчезли практически
все материалы. И ребятам своим он ничего не сообщил.
- Дома у него были?
- Само собой. Нет там никого.
- Странно...
- Еще как странно! В общем каша заваривается серьезная. Ты-то
подъедешь?
- Попозже.
- Тогда бывай!
Вернувшись к столу, Александр сунул лист в полиэтиленовый пакет и
спрятал в планшетку. В лабораторию он все-таки забежит. Мало ли что. И
перед Лесником легче будет отчет держать, и перед Митрофанушкой...
Подтянув брюки, он снова оглядел себя в зеркале. Некоторые люди любят
прибегать к уловкам, которые, как им кажется, украшают их. Кто-то
оборачивается в профиль, кто-то напрягает бицепсы и расправляет плечи,
очень многие ходят тяжеловатой развальцей, расставив руки подобно
гиревикам из цирка. У Александра подобных поз не существовало. Черт его
знает почему. Не привык и не научился. У Димки Губина они были, а у него
нет. Димка и одевался-то, как заправский денди, а Александру зеркало было
необходимо только для того, чтобы лишний раз поиздеваться над собой. Утром
- показать язык, вечером - послать к черту или куда подальше. А чего еще
он, в сущности, заслуживал? Следователь-маргинал, недотепа, выброшенный из
седла в первом же серьезном бою. Вот и сейчас начинается: "отчитаться
перед Лесником, отчитаться перед Митрофанушкой..." Черта-с два! Он
мысленно вскипел. Разве обстоятельства не изменились? Еще как! И разве не
сказано, что раба нужно выдавливать из себя по капле?.. Вот и будем
выдавливать! Порой и маргиналы способны взбунтоваться. Особенно если их
сбрасывают в фонтаны с седьмых этажей... Александр улыбнулся. Дело
начинало по-настоящему затягивать. Этот этап он любил, пожалуй, более
всего. Нет еще головной боли, но есть уже азарт. И в лабораторию он
забежит отнюдь не для отчетности. Гипноз гипнозом, а экспертиза
экспертизой. И Митрофанушка с Лесником здесь абсолютно ни при чем!..
Уже в прихожей он вспомнил вдруг о завтраке. Поразмыслив, махнул
рукой. В самом деле! Если уж завертелась такая карусель, то плевать на
завтраки с обедами.
В лаборатории у Иннокентия работали исключительно эрудиты. Об этом
приходилось вспоминать всякий раз, попадая в царство реторт и
электролизных агрегатов. Здесь говорили о Фрейде и Шопенгауэре, толковали
о преимуществах люизита перед ипритом, рассуждая о талантах Иисуса Навина,
не забывали и центурии Нострадамуса, а, цитируя фразы из Лопе де Веги,
поминали всю французскую гвардию максималистов. Интеллект живет языком, и
в интеллектуальных голосах звучала интеллектуальная снисходительность,
провидческая усмешка не покидала лиц, а глаза поблескивали пониманием или
чем-то весьма на него похожим. Всякого гостя встречали, как потенциального
оппонента, и поддевали от души, опрокидывая шахматной акробатикой слов,
добивая семизначными числами, оглушая хохотом гениальных глоток.
Иннокентий, начальник криминалистической лаборатории, зубоскальство
поощрял, и именно по этой причине заглядывать к "эрудитам" решался далеко
не каждый. Вот почему, протягивая Кеше злополучный листок, Александр
заранее морщился ожидая насмешливых замечаний. И последние незамедлительно
последовали.
- Странная бумажка... Интересно знать, где она побывала? В каком
таком удивительном месте? Ты действительно хочешь проверить ее?
- Да, и желательно поскорее.
- Результаты могут оказаться шокирующими, - предупредил Кеша. Кто-то
из лаборантов прыснул.
- Сегодня на шутки отвечаю выстрелами, - Александр ожесточенно потер
переносицу. - Дело серьезное. Замешан Лесник и вся его команда.
- Ого! - Кеша изобразил смешливое удивление. Подобными сентенциями
его было не пронять. - Ты хочешь, чтобы мы осмыслили и осознали?
- Вот именно! Всю полноту ответственности и так далее... Это не
просто листочек, а загадка номер один, с которой, собственно, все и
началось.
- Ясненько! - Кеша пинцетом вытянул лист из пакета. - Бьюсь об
заклад, на нем что-то написано. Или было написано.
- Молоком, - съехидничал девичий голосок.
- Невидимыми чернилами!..
Александр покосился на лаборантов. Силы, конечно, не равные. Если
навалятся разом, ему даже не перекричать их.
- Один из помощников Лесника, - внушительно начал он, - отбросил
копыта, подержав эту бумажку в руках. Ваша задача - сообразить почему. И
на всякий пожарный довожу до сведения, что информация секретная и
разглашению не подлежит.
- Будь спок, Александр Евгеньевич! Люди здесь сидят вдумчивые и
задачи свои знают.
- Именно поэтому я и упомянул про секретность.
- Обижаешь, гражданин начальник.
- Не обижаю, а предупреждаю. Самым деликатным образом, - Александр
шагнул к выходу.
- И ты не попьешь с нами чайку, не поделишься подробностями?
- Извини, Кеша, в другой раз и в другом настроении...
В отделе ему снова поведали о Борейко. Сперва Петя-Пиво, а затем и
всезнающий Казаренок. Майор исчез и исчез бесследно. Периодически звонили
родственникам, запрашивали городской морг и травматологические отделения.
Как намекнул Челентано, начальство вибрировало и тому имелись веские
основания. Исчезновение из сейфа документов, пропажа одного из сотрудников
накануне важнейшей операции могли выбить из колеи и человека покрепче
Митрофанушки. Димка Губин, Паша Семичастный и Коля Савченко рыскали по
городу, проверяя все возможные адреса. Митрофанушка всерьез подумывал о
том, чтобы объявить всесоюзный розыск. Сотрудники считали это лишним, а
кое-кто даже полагал, что через день-два майор сам вернется, притащив кипу
криминальных новостей или же связанного по рукам и ногам насильника.
В разгар беседы Александр услышал под окнами шум мотора. Подъехала
машина Лесника.
На этот раз Маципура приветствовал его, как старого знакомого, Цой
сдержанно кивнул. А через десять минут они уже въезжали в знакомую аллею.
Побарабанив пальцами по колену, Маципура загадочно обронил.
- Сегодня вы познакомитесь с новыми людьми.
- Весьма рад, - пробормотал Александр.
Крякнув, Маципура дождался, когда автомобиль остановится и открыл
дверцу.
"Новых" людей оказалось двое. В углу комнаты, закинув ногу на ногу,
сидел Мамонт, первый зам Лесника, фигура не менее известная и по колориту
безусловно превосходящая шефа. Впрочем, все условно. Серый, изящного
покроя костюм, галстук с алмазной булавкой и зеркальные очки наверняка
сразили бы Димку Губина, но Александр остался равнодушен. Более того,
изучив внешность респектабельного зама, он решил, что простовато
одевающийся Лесник ему куда как симпатичнее. Лицо и поза человека номер
два дышали опасной самоуверенностью. Такие не любят выслушивать, слагая
мнение в считанные секунды, и переубедить их - целая проблема. Второй
новостью дня явилась подружка Лесника, та самая Регина, о которой поминал
Маципура. Александр заметил, что последний, войдя в комнату, избегает
взглядов в ее сторону. Легкий румянец играл на щеках здоровяка, и
неожиданно для себя Александр ощутил, что его тоже охватывает
подозрительное волнение. Регину нельзя было назвать красавицей - по
крайней мере в общепринятом смысле слова, но то, как она себя держала, с
каким выражением глядела на собравшихся, поневоле привлекало к этой даме
внимание. Арсенал женщин воистину безграничен. Регина владела
электричеством, которое завораживало. В ней угадывалась внутренняя сила,
способная очаровывать и подавлять. Высокая, лишь на пару сантиметров ниже
самого Александра, она обладала юношеской фигурой. Решительная линия
подбородка, чуть вздернутый нос, короткая стрижка и брови, которые могли
бы украсить любое лицо. "Атаманша", - мысленно повторил он, вспомнив
определение друга чекиста. Теперь по крайней мере понятно что это такое...
На мгновение они встретились глазами, и, сморгнув, Александр в точности
последовал примеру Маципуры, уставившись в стену с лиловыми обоями.
- Кажется, все в сборе. Это и есть тот следователь, о котором я
говорил, - не поднимаясь из-за стола, Лесник кивнул в сторону Регины с
Мамонтом. - Знакомьтесь, мои ближайшие сподвижники: Регина и ммм...
некоторым образом Анатолий Валерьевич.
Александр кивнул. Типа, замершего слева от Мамонта, он не стал
принимать в расчет. Коли его не представили, стало быть, так и надо.
Шестерка. Максимум - телохранитель.
- А теперь коротко о том, что с вами произошло.
Лесник обращался к гостю, но прежде чем заговорить, Александр еще раз
осмотрел комнату. Взгляд его задержался на схеме, развернутой на столе. В
ней без труда угадывался план гостиничного здания. В ряде точек стояли
жирные кресты, пунктиром были помечены лестничные марши. Здесь же в
вазочке покоилась все та же усохшая растительность. Не укрылось от
внимания следователя и то, что Леснику явно нездоровится. В мощной пятерне
мафиози мял аэрозольную упаковку, и было видно, что он уже попривык к ней.
- В сущности ничего особенного не произошло. Я попытался отыскать
Чолхана, мне этого не позволили. Вернее, я наткнулся на какого-то
Приакарта, после чего некий Громбальд довольно эффектно выставил меня вон.
Однако, того, что я видел, достаточно, чтобы понять причину ваших
волнений. Люди, которые обосновались в гостинице, не просто рядовые
гипнотизеры. Я мало что понимаю в подобных вещах, но случившееся не
очень-то похоже на галлюцинацию. По крайней мере одежда на мне вымокла
вполне реально, да и все прочие ощущения...
- Чушь! - Мамонт обернулся к Леснику. - Сначала сказки плели твои
недоумки, а теперь этот ментяра. Кого еще ты собираешься пригласить?..
- Тебе придется его выслушать! - голос Лесника прозвучал жестко. -
Тем более, что из всех присутствующих ты один не сталкивался с НИМИ
воочию.
- И очень жаль! Случись нам встретиться, не было бы и этого маразма.
Что скажут твои друзья, Лесник? А? - Мамонт желчно усмехнулся. - Подумать
только! Ты обратился за помощью в органы!..
Судя по всему, чувствовал себя Мамонт уверенно. Возможно, он
примерялся к мантии обличителя, но так или иначе разговор проходил
практически на равных. И это Александру очень не понравилось.
- Я давно тебе предлагал: соберем ребятишек покрепче и наведаемся к
твоему чудо-администратору. Можно вкручивать мозги корейцу или Маципуре,
но только не десятку вооруженных молодцов. Убери из комнаты лягавого, и мы
решим дельце в пять минут.
- Трепло! - Регина даже не взглянула на того, к кому обращалось
данное замечание.
- Что она сказала? - Мамонт привстал. Длинная его рука потянулась к
девушке. - Лесник! Пусть твоя подруга придержит язык! Или я сумею укротить
ее сам!..
Насколько быстро происходит укрощение он показать не успел. Не успел,
потому что его опередили. Шагнув к нему, Регина наотмашь ударила Мамонта
по лицу.
- Ша! - Лесник громыхнул кулаком по столу. - Я не собираюсь разнимать
вас. Регина, присядь!
- Она мне за это ответит, - прошипел первый зам. Левая щека у него
стремительно разгоралась. - Таких вещей я не забываю...
- Все на свете забывается, дорогой мой. И оплеухи в том числе, -
Александр улыбнулся Регине. - Во всяком случае во вкусе вам не откажешь. Я
хочу сказать, что объект для пощечин вы избрали удачный. Я бы и сам с
удовольствием ему врезал, но чертово воспитание... Вы не поверите, но у
меня было две гувернантки! Самых настоящих. Я и сейчас помню кое-что на
французском, могу стишок прочитать...
- Что вы несете?
Он разглядел, как смешливо расширились ее зрачки. Пульсирующие
капельки туши. И только сейчас заметил, что на девушке совершенно нет
украшений. Ни колец, ни брошек, ничего. Возможно, в этом заключался ее
стиль, и он с горечью вынужден был признать, что во вкусе нельзя отказать
и Леснику... Девушка настолько заняла его мысли, что фразу Мамонта он
расслышал лишь частично.
- Что вы сказали? - он вежливо обернулся.
- Ты мой, - отчетливо повторил Мамонт. - Мой!.. Понял, лягаш?
Александр покосился на типа возле стены.
- Временами я становлюсь рассеянным, это точно. Но ты ошибаешься,
думая, что ругань до меня не доходит. Ты знаешь, что бывает за оскорбление
лиц при исполнении?
- Ну же, напугай, - Мамонт осклабился. - В жизни не садился на
пятнадцать суток.
- А кто здесь говорит о пятнадцати сутках? - Александр резко выбросил
правую руку, ударив Мамонта по кадыку. Телохранитель тотчас отлип от
стены, но следователь уже ждал его. Нырнув под встречный удар, он с силой
боднул противника в грудь. Бедолага с хрипом отлетел к столу. Впрочем,
хрипел не он один. Те же самые звуки издавал Мамонт. Александр потер лоб.
Голова гудела словно после приема пенальти. - Прошу прощения, - он
посмотрел на Лесника. - Думаю, инцидент исчерпан?
- Тебе это только кажется, лягаш, - сипло выдохнул Мамонт.
Александр присел возле него на корточки.
- Какой же ты ненасытный, дружок. Или ты из этих... из мазохистов?
- Все, хватит! - Лесник со скрипом выдвинул ящик стола и достал
пистолет. - Это газовый. Но для усмирения хватит. Кто-то хочет испытать на
себе?
- Только не я, - Александр миролюбиво поднял руки. - В конце концов я
работаю на вас, разве не так?
- А я ухожу, - Мамонт неуклюже поднялся, кое-как оправил на себе
костюм. - По крайней мере свое мнение я изложил. Что бы вы там не решили
насчет гостиницы, мне на это чихать. Как говорят чокнутые: каждый строит
свой дурдом.
- Ты совершаешь ошибку, Мамонт!
Не отвечая, человек номер два кивнул своему телохранителю и
решительно направился к выходу. Маципура загородил было ему дорогу, но тут
же смущенно отступил. Некоторое время оставшиеся прислушивались к
удаляющимся шагам.
- А может, так оно и лучше?
Это предположила Регина. Вынув изящного вида портсигар, она покрутила
его в пальцах и со вздохом спрятала обратно в сумочку. Видимо, вспомнила о
легких Лесника.
- Во всяком случае теперь мы можем спокойно поговорить.
- Минутку! - Александр приблизился к двери, отворив ее, выглянул
наружу. - Да, они в самом деле ушли...
- А вы ждали, что они притаятся у порога и станут подслушивать?
- Как знать. От этого щеголя можно ожидать чего угодно.
- Бросьте! Что за нелепость!
Александр пожал плечами.
- Думайте что хотите, но все могло кончиться и хуже.
- Вполне возможно.
- Этот ваш слон с остатками рыжей шерсти - настоящий псих. Придурок и
псих. Я это понял еще с порога.
- Тогда зачем затеяли драку? - Регина фыркнула.
- Вы что-то путаете, сударыня. Затеяли драку вы, я лишь вмешался на
одном из критических этапов.
- Но вмешались достаточно агрессивно.
- С психами только так и надо. Не дать им успеть завестись. Кроме
того, я боялся, что свара перерастет в перестрелку. Не сомневаюсь, что под
мышкой у Мамонта тоже имелась какая-нибудь игрушка. И может быть, даже не
газовая.
- В сообразительности вам не откажешь, - пробормотал Лесник.
- А как же...
- Может быть, мы все-таки вернемся к тому, с чего начали? -
предложила Регина.
Лесник с улыбкой покосился в ее сторону.
- Не возражаю.
- Так или иначе, но все мы теперь причастны к событиям, происходящим
в гостинице, - Лесник только что вдохнул порцию аэрозоли, и голос его
звучал тверже. - Задача наша - не из простых. Мы должны определиться с
позицией. Это во-первых...
- И во-вторых, и в-третьих, - оборвала его Регина. - Позиция
определяет все, и если мы согласимся, что обстоятельства сильнее нас, то
дело автоматически прекращается. Я, например, голосую за это. Нужно
отозвать от гостиницы наблюдателей и попытаться успокоить Мамонта.
- Словом, ты предлагаешь отступиться.
- Да. Я считаю это разумным. Кто бы ОНИ ни были, они сотрут нас в
порошок.
- Женская интуиция? - Александр хмыкнул.
- Это уж как хотите!
- Но кто они, черт подери?! Мы ведь ничего о них не знаем!
- А нас это и не касается. Во всяком случае так полагают ОНИ. И тут
уж ничего не попишешь, - Регина говорила ровно и уверенно. Глядя на нее,
Александр ощутил внезапный укол ревности.
- Если у вас на виду будет гореть дом, вы предложите то же самое? -
поинтересовался он.
- В данном случае дом не горит, и я...
- Вы не можете знать, горит он или не горит! В конце концов это наш
город, и в городе этом начинает твориться черт-те что! Вы же со спокойной
совестью советуете закрыть глаза.
- Извините, я забыла о вашей профессии, - с сарказмом произнесла
Регина. - Вы ведь связаны по рукам и ногам служебным долгом!
- Вам не нравится слово "долг"?
- Я его не выношу. Словесная ширма, прикрывающая насилие.
- Вы ошибаетесь. Нередко за этим словечком таятся куда более ценные
вещи.
- Свобода подчинять и ничего больше!
- Только не устраивайте здесь дискуссий, - ворчливо заметил Лесник.
- По-моему, мы коснулись сути вопроса, - Александр взглянул на
девушку. - Разве не скверно сознавать, что поблизости кто-то страдает?
- Поблизости всегда кто-нибудь страдает, - Регина хладнокровно
скрестила на груди руки. - Или вы собираетесь помочь всем несчастным в
мире?
- В меру сил!..
- Вот именно - в меру дарованных вам природой сил! А много ли их вам
даровано? Это во-первых, а во-вторых, о чьих страданиях вы говорите? Если
имеются в виду наши жертвы, то будем честны: мы сами влезли в то, что нас
не касалось.
- Хорошо, коли так. А если все-таки касалось?
- Каким образом?
- А вы предположите самое сумасшедшее - западные разведслужбы,
инопланетян, спятивших телепатов - да мало ли что! Разве в самом незнании
не кроется гипотетическая опасность?
- В таком случае бояться следует всего! Так как, в сущности, мы
НИЧЕГО не знаем! И потом, мы рискуем раздразнить нашего неведомого
противника.
- Мы уже его раздразнили. И останавливаться на полпути глупо!
- Я же сказал: хватит дискуссий! - брови Лесника изогнулись сердитыми
дугами. - Тем более, что вам друг друга не переспорить.
- Но вы же слышали ее установку! Либо да, либо - нет. Или вы с этим
согласны?
- Черта лысого он согласен! - Регина все-таки достала сигарету и
зажгла спичку. - Просто пренебрежет моим мнением, вот и все.
- Правильно, - Лесник кивнул. - А иначе мы не сдвинемся с места.
Регина никак не желает понять, что в выигрыше всегда атакующий.
- Даже когда этот твой атакующий с хворостиной идет на медведя?
- Я вовсе не уверен, что перед нами медведь, - Лесник прищурился. - И
кроме того, я не уверен, что нас оставят в покое, если мы отступимся.
- Логично, - Александр кивнул. - Если силы эти дурные, то так или
иначе от нас постараются избавиться.
- А если нет? Если мы встали у них на пути в то время, как никаких
катастроф не предвиделось?
- Сомневаюсь, что это так, - буркнул Лесник.
- Согласен. Они должны были действовать более корректно.
- Но мы же не имеем о них ни малейшего представления! Как можно
судить о том, что корректно, а что нет? - Регина обернулась к Маципуре. -
А ты что молчишь? Или поддерживаешь этих двоих?
Здоровяк покачнулся, словно выдержал крепкий удар. В растерянности
покосился на хозяина и развел руками.
- Как скажете, так и будет.
- Отстань от него, - Лесник с нездоровым сипом втянул в себя воздух.
- Я не отступлюсь от этого дела. С хворостиной или без, но я заставлю
твоего медведя пожалеть о причиненных мне неудобствах. Александр
Евгеньевич прав: это прежде всего НАШ город!
- Как мило, какое чудное содружество... - Регина выпустила густое
облако дыма.
- Я же просил тебя!..
- Ладно, сам виноват, - она отшвырнула сигарету. - Поступайте, как
знаете.
Александр поднял окурок, потушив о подошву, бросил в мусорную
корзину. Он сидел в кресле, в котором недавно располагался Мамонт, и
чувствовал себе более или менее уютно.
- Хотел бы кое-что добавить, - он строго взглянул на Регину. - В этом
деле помимо всего прочего у меня есть и свой корыстный интерес. Не далее
как вчера мне выкручивали руки, а затем самым паскудным образом чуть было
не утопили в фонтане. Наверное, это выглядит по-мальчишески, но я желал бы
поквитаться.
- Надеюсь, вам это удастся.
Он решил было, что она шутит, но ошибся. Лицо девушки оставалось
серьезным.
Они сидели вокруг стола, рассматривая схему. Колесо времени замедлило
бег, Александр явственно слышал, как в соседней комнате тикают часы -
мрачно, лениво, словно всерьез раздумывая, не остановиться ли насовсем.
- Вряд ли мы что-нибудь тут увидим, - пробормотал Маципура. -
Все-таки мы не специалисты.
- Может быть, стоит пригласить кого-нибудь со стороны?
- Не надо, - Лесник поднес к носу баллон с аэрозолем. - Так или иначе
история загадочна сама по себе. Архитектор взялся повторить старинную
кладку, обнаруженную где-то на Алтае. Не знаю уж, чем она ему
приглянулась, но пробивал он идею весьма упорно. Нашлись и противники.
Прежде чем претворить эту громаду в жизнь, старикашка перенес два
инфаркта. После третьего он скончался, и в память о нем проект наконец-то
утвердили. А в следующую пятилетку три таких здания украсили просторы
нашей родины.
- Не совсем улавливаю, какая связь...
- Слушайте дальше. Я уже сообщил, было построено только три таких
здания. В настоящее время уцелело одно.
- То есть?
- То есть, снова начинается полоса загадок. Первое здание рухнуло,
как считается от подземных толчков. Это, заметьте, на Урале, где о
землетрясениях слыхом не слыхивали. Во второе врезался терпящий аварию
истребитель... Да, да! Именно так!.. Третье же построено здесь, в
Уткинске, но и с ним творится что-то неладное. Я имею в виду то, с чем мы
столкнулись.
- Секундочку! Чем вас не устроила версия о землетрясении? Мало ли что
Урал. И на старуху бывает проруха.
- Нет, не бывает! И кстати, эта самая версия не устроила многих.
Прежде всего по той простой причине, что целиком высосана из пальца.
- Почему вы так решили?
- Да потому, что никакого землетрясения не было и быть не могло! Но
когда рушится махина в шестнадцать этажей, что-то необходимо представить в
качестве объяснения. В данном случае решили погрешить на дефекты
строительства, возможно, кого-нибудь даже посадили, но официально
прикрылись тем, чего не было.
- Понимаю, к чему вы клоните...
- Верно, к тому самому. Наша гостиница - последняя из роковой троицы,
и снова начинаются аномалии. Я не знаю, связано ли это каким-нибудь
образом с особенностями конструкции, но подобно тем, кто занимается
статистикой, я попытался суммировать факты, не объясняя их.
- Другими словами, странное может случиться раз или два, Но в
дальнейшем это наводит уже на некоторые размышления, так?
- Что-то в этом роде, - Лесник кивнул. - Вероятно, аномалии
сосредоточиваются там, где для этого есть предпосылки. Не забывайте про
кладку на Алтае. Черт его знает, что там было прежде.
- Таким образом мы приходим к знаменательному выводу: ГОСТИНИЦА! От
этого и надо плясать.
- Во всяком случае это единственная нить, за которую мне удалось
ухватиться.
- Вот именно! Единственная, - Регина откинулась на спинку кресла. -
Тебе кажется, что ты нашарил ахиллесову пяту, но ты можешь и ошибаться.
- В ее словах есть резон, - Александр сожалеюще качнул головой.
Землетрясение с истребителями, история проекта - все это и впрямь более
чем странно. А с другой стороны отвратительные застройки у нас не
редкость. Как сказал де Кюстин еще полтора века назад: Россия - страна
фасадов. Здесь все из глины и рушится само собой. Вот если то же самое
случилось бы где-то в Германии или в Англии...
- Значит, вы по-прежнему сомневаетесь? - болезненным движением Лесник
потянулся к горлу. - Честно говоря, после вчерашних событий я ожидал
встретить большее понимание.
- Да нет, дело в другом. Ваша версия говорит в пользу загадочных
аномалий, и только. Здесь же несколько иное. Уверен, что мы столкнулись с
разумом увертливым и коварным. А это, согласитесь, несколько отлично от
того, что вы нам обрисовали. И даже на эту вашу схему я смотрю иными
глазами. Шестнадцать этажей по пятьдесят с лишним номеров... В итоге -
восемьсот потенциальных гостей. Сумма более чем приличная, и было бы
неплохо познакомиться с нашими постояльцами поближе.
- Но вы, кажется, уже познакомились?
- Я говорю об элементарной проверке: документы, данные по месту
работы и так далее. И не только постояльцев, но и служащих!
- Вы что, всерьез полагаете, что к делу причастны все обитатели
гостиницы? Но это же абсурд!
- Не знаю. Откровенно говоря, не хочу, чтобы это оказалось так. Но
тот человек из вестибюля упомянул про какой-то съезд. Съезд мелиораторов -
так кажется. А съезд подразумевает определенное множество. Словом, надо бы
навести справки о статусе съезда, его президиуме и основных темах.
- Не мешает разузнать и о всех последних перемещениях в гостиничном
штате, - предложил Маципура.
- Согласен. Это тоже может помочь. Если что-то в гостинице
затевается, то безусловно с ведома администрации.
- На некоторые из ваших вопросов я мог бы ответить прямо сейчас, -
Лесник неспешно поднялся из-за стола. - Всю гостиничную
...Закладка в соц.сетях
