Жанр: Научная фантастика
Девушка у обрыва
...е раз возникали
подобные мысли.
- Если бы Омар мог видеть тебя сегодня утром, он остался бы тобой
доволен.
- Вы уверены?
- Ты был на высоте, мой мальчик. Твердый, насмешливый, небрежный. Я,
признаться, ожидал, что ты станешь извиняться перед этими холеными мордами
за те неприятности, которые ты им причинил, представишь подробный отчет о
своей деятельности и с радостью согласишься на предложенную тебе
должность.
- Знаете, я и сам удивлен, что поступил иначе. Но меня слишком часто
загоняют в угол с тех пор, как я вернулся сюда.
- Ты сбил их с толку, Кирби, и оставил с носом. Им не за что теперь
ухватиться. Они, конечно, подумали, что твоя независимость поддерживается
спрятанными миллионами.
- Значит, дядя был бы мной доволен. А что толку? Немножко поздновато,
не правда ли?
- Пожалуй.
Кирби еще раз посмотрел в телескоп, вздохнул и положил часы в карман.
- Пускай они помучаются. Я помогу им, когда сочту нужным. А может, и
вовсе не стану помогать. Я этого еще не решил.
- Только не думай, что они станут сидеть сложа руки. Готовься к
ответному ходу с их стороны.
- Тогда я прибегну к вашей помощи. Вы ведь мой адвокат.
- Вот только узнать бы, что все-таки Омар задумал перед смертью! Как
жаль, что мы не можем прочитать письмо, которое он тебе оставил. Оно очень
бы помогло сейчас. Но увы, мой милый мальчик, этот путь уже закрыт.
Человек, желающий сохранить свою репутацию, обязан не доверять даже самому
себе. В нашей конторе есть некто мистер Виттс, личность с патологическим
чувством ответственности. И я уже попросил мистера Виттса запереть письмо
в его личный сейф. Он теперь не отдаст письма ни на день раньше
договорного срока, даже если его медленно поджарить на сковородке.
- Может, у меня и появятся какие-нибудь мысли, прежде чем год
завершится.
- Если так, то не поленись сообщить мне об этом. Две головы лучше
одной. Омар был странным человеком, да. Но ошибок он никогда не совершал.
Я часто раздумывал над секретом его успехов. И знаешь, к какому выводу
пришел? Это может показаться вздором, но ничем иным я не могу объяснить
его постоянную удачу. Много лет назад он создал математическую формулу,
которая будто бы позволяет предсказать будущее. Возможно, эта чудесная
формула и находится в письме. Тогда становится понятным, почему твой
характер так заботил его. Способность предсказывать будущее накладывает на
человека серьезную ответственность.
Кирби задумчиво кивнул.
- Да, это действительно объясняет его поразительные выигрыши. А потом
он специально проиграл все деньги, чтобы отвлечь от себя внимание, когда
оно стало слишком уж утомительным.
- Как бы там ни было, главное - благополучно пережить этот год. Хотя
бы из любопытства - чтобы потом узнать, что в этом письме.
Выйдя из конторы Винтермора, Кирби зашел в соседнюю закусочную.
Старый адвокат расстроил его. В голове все время вертелось одно
отвратительное словечко, которое он между делом произнес. Это словечко
было "простофиля". Простофиля, тряпка, лопух, мягкотелый слюнтяй. Человек,
который начинает многословно извиняться, когда ему наступают на ногу, у
которого можно занять деньги в уверенности, что он никогда не потребует их
назад. Жалкая собачонка, которая вечно бегает с поджатым хвостом.
Действительно ли он таков? Вполне законченный простофиля? А может,
этот изъян излечим, как излечима болезнь? Ну хорошо, пусть он простофиля.
Но оглядимся вокруг. Так ли замечательно иметь противоположные качества.
Быть грубым, самоуверенным, жаждать власти... Правда, у таких людей меньше
комплексов. И кое с чем у них нет проблем.
- С женщинами, - вслух произнес он.
Толстуха, сидящая на стуле рядом с ним, повернула голову и посмотрела
на него долгим холодным взглядом. Кирби почувствовал, что краснеет, а губы
начинают складываться в отвратительную извиняющуюся улыбку. И весь он
как-то непроизвольно стал сутулиться - но, все же, сделав над собой
усилие, выпрямился, вздернул подбородок и вызывающе заявил:
- Мадам, я разговаривал сам с собой. Если вы думаете, что с вами
сексуальный маньяк, пожалуйста, пересядьте на другой стул. Места кругом
достаточно.
- Грубиян!
- Полегче на поворотах, мадам!
- Этот Майами - город сумасшедших, - пробурчала толстуха, наклоняясь
над своей тарелкой.
Кирби несколько приободрился. Возможно, он и не окончательный
простофиля. Конечно, начинать излечение необходимо с малого, выбираться
постепенно, шаг за шагом, обретая все большую уверенность после очередной
маленькой победы.
Вообще-то, на конференции он вел себя вполне достойно. Простофиля,
тот подробно отчитался бы за свою деятельность в "Проектах О.К.",
обязательно постаравшись убедить всех в том, что говорит он абсолютную
правду. Он же сделал иначе: сказал правду, но сказал так, что получилось,
будто он уклоняется от ответа. Следует, однако, честно признать, что
помогла ему проявить выдержку непреклонность мисс Вильмы Фарнхэм. А теперь
пусть они помучаются.
Когда кругленькая официантка подошла получить с него деньги, Кирби
опять собрался с духом и, улыбаясь заявил:
- Кофе, надо сказать, отвратительный.
- Что?
- Кофе, говорю, отвратительный.
Девушка кокетливо улыбнулась ему.
- Чистая правда, дружок.
Из телефонной будки Кирби позвонил на квартиру Вильме Фарнхэм. Та
подняла трубку после второго гудка. Как всегда, ее голос звучал отчетливо
и спокойно.
- Это Кирби Винтер. Я пытался дозвониться до вас вчера, - сказал он.
- Да?
- Нам необходимо поговорить, мисс Фарнхэм.
- Вы думаете?
- А что? Что-нибудь случилось?
- Со мной все в порядке, мистер Винтер. Контора закрыта. Все
документы переданы адвокатам. Я ищу другую работу. Мистер Креппс оставил
мне по завещанию крупную сумму, но говорят, я смогу получить ее только
через несколько месяцев. Наши отношения, таким образом, отныне
прекращаются. Всего хорошего, мистер Винтер.
Она повесила трубку. Кирби снова набрал номер.
- Вы что-то еще хотите мне сказать, мистер Винтер?
- Послушайте, мисс Фарнхэм. Я слышал, вы сожгли документы.
- Именно так. Сожгла.
- Похоже, нас с вами ждет судебная повестка в налоговое управление.
- Мистер Винтер! Я знала, что вы мне позвоните. Я знала, что как
только мистер Креппс скончается, вы позабудете о честном слове, которое
дали ему. А я свое слово намереваюсь хранить, мистер Винтер. Лучше я сгнию
в тюрьме, чем нарушу слово, данное этому великому человеку. Я знала, что
вы немедленно броситесь рассказывать им все, что вам известно, только
чтобы угодить и подольститься. Но будьте уверены, никакого документального
подтверждения тому, что вы уже рассказали или расскажите им, не имеется.
Вам не удастся ни уговорить, ни запугать меня. Вы жалкое, льстивое,
слабовольное существо, мистер Винтер, и я считаю, что ваш дядя всегда
переоценивал вас. Это все. Не беспокойте меня больше, пожалуйста.
И она снова повесила трубку.
Двадцать минут спустя он бешено нажимал на кнопку звонка под ее
окнами. Она ответила через переговорное устройство, но едва он
представился, воцарилась тишина. Дверь не открывалась. Кирби наудачу нажал
еще несколько кнопок. Замок вдруг щелкнул, и он оказался внутри, в
маленьком вестибюле. Лифт был занят. Он поднялся на второй этаж, подошел к
порогу ее квартиры и принялся стучать в дверь кулаками.
- Убирайтесь - крикнула она изнутри.
Он продолжал стучать. Приоткрылась соседняя дверь, и в щелку
выглянула незнакомая женщина. Он яростно оскалился в ее сторону и лицо
исчезло.
Наконец дверь распахнулась. Вильма попыталась загородить ему дорогу,
но он грубо оттолкнул ее и вошел внутрь.
- Да как вы смеете! Вы - наглец!
- Наглец! Сильно сказано!
- Вы совершенно пьяны.
- Я хочу вам кое-что сообщить, а вы меня не пускаете. Я совершенно
возмущен! Присядьте, помолчите и послушайте.
Он взял Вильму за плечи и силком подвел к дивану. Она села с
возгласом изумления и негодования.
- Все, что вы можете сказать мне...
- Прекратите вы, бога ради! - он решительно посмотрел на нее. Вильма
куталась в толстый бесформенный махровый халат неприятного коричневого
цвета. Неприбранные каштановые волосы падали на плечи. Она была без очков
и близоруко щурилась на него.
- Почему, черт возьми, вы присвоили себе одной привилегию на верность
и благородство? Почему вы так легко и быстро судите других, не имея на то
никаких оснований? Кто дал вам право быть уверенной, что вы все обо мне
знаете, в том числе и то, как я поведу себя в критической ситуации?
- Но вы всегда плыли по...
- Да перестаньте, вам говорят! Вы сделали все в точности, как вас
просили? Это прекрасно. Я вас поздравляю! Но это еще не значит, что вы
одна такая щепетильная. Я сделал тоже самое. В точности как обещал. Я
также ничего им не сказал.
Вильма строго посмотрела на него.
- Вы хотите меня обмануть.
- Господи! Да вы позвоните любому из этой шайки!
Она с сомнением покачала головой.
- Ничего не сказали?
- Ни единого слова.
- Но они были уверены, что вы расскажите им про наши дела. Они
говорили, что это единственный способ для вас получить хоть что-нибудь от
их Фонда.
- Они обманулись также, как и вы.
- Получается, что вы им вообще ничего не сказали? Отказались
разговаривать?
- Я сделал куда лучше. Я им объявил нечто такое, во что они никогда
не смогут поверить.
- Что же?
- Я сказал им, что все раздал.
Ее глаза округлились.
- Но ведь...
Вдруг она захихикала. Ему никогда бы не пришло в голову, что она
способна хихикать, как девчонка. Потом она стала хохотать. Он засмеялся
вместе с ней. Ее смех становился все безудержней, и неожиданно он понял,
что это уже не смех, а рыдания. По ее маленькому личику побежали слезы.
Кирби подошел к дивану, сел рядом с девушкой и погладил по плечу. Она
благодарно уткнулась ему в шею, всхлипывая. Ее хрупкое тело вздрагивало у
него в руках. С трудом, сквозь рыдания, она смогла выговорить несколько
слов:
- Извините... так одиноко... стыдно... не хотела...
Кирби обнимал ее, продолжая поглаживать по плечу и приговаривая:
- Ничего, ничего, ничего...
Постепенно Вильма стала успокаиваться. Тепло ее тела передавалось
ему, под бесформенным халатом он ощущал стройные контуры ее фигуры и
почувствовал свежий запах ее чистых волос. Время от времени она еще
всхлипывала. Неожиданно тело в его руках напряглось, она вырвалась и
отскочила в сторону.
- Не подходи ко мне! Не дотрагивайся до меня, сукин сын!
- Вильма!
- Я все про тебя знаю. Может, другие и падают на спину от одного
твоего взгляда, но не думай, что такое возможно со мной! Выбрось это из
своей распутной головы!
- Ты с ума сошла!
- Ха! Какая прекрасная имитация невинности, Кирби Винтер! Я рада, что
ты чтишь память своего покойного дяди, но это вовсе не дает тебе право
считать, что я с тем же энтузиазмом разделю и прочие твои убеждения.
Думаешь, я не понимала, что у тебя в мыслях, когда ты приглашал меня якобы
для деловых свиданий в эту омерзительную конуру твоего отеля? Мы оба
прекрасно понимали, не правда ли? Поэтому я всегда была начеку. Я всегда
знала, что стоит мне расслабиться хоть на мгновение - ты набросишься на
меня как сумасшедший.
- Что???
- Я была готова дать тебе отпор в любую минуту. Я не собираюсь
становиться твоей игрушкой здесь, в Майами. У тебя достаточно подружек по
всему свету. Знай, что я с ужасом входила в твой номер! Я чувствовала, как
ты на меня смотришь. И благодарю бога, мистер Винтер, благодарю бога за
то, что моя внешность помогла мне обуздать ваши дурные наклонности. Я
специально делала себя еще более непривлекательной, чем я есть на самом
деле, когда приходила к вам в номер. И теперь, когда все кончено, меня
переполняет стыд из-за того, что иногда, мистер Винтер, несмотря на весь
ужас и презрение к вам, мне хотелось, чтобы вы на меня набросились.
- Набросился? Я?
- Дьявол искушал меня, мистер Винтер. Болезнь плоти, безумное желание
быть растоптанной вашей грязной страстью. Но воли ему я никогда не давала.
А вам - ни малейшего намека.
- Но мы же только сидели и обсуждали отчеты.
- Конечно, снаружи все так и выглядело. Но внутри бушевали страсти, и
вам хорошо известно об этом, мистер Винтер.
Кирби поднял кверху сжатый кулак.
- Богом клянусь, мисс Фарнхэм, я никогда ни на секунду не чувствовал
ни малейшего желания...
Но не договорив, он вдруг замолчал. Как будто заново увидел милую
чистоту квартиры, некрасивую девушку на диване, жалкое выражение на ее
лице, увидел и понял, какой страшный удар по ее гордости сейчас нанесет.
Даже если она слегка помешанная, он не должен так поступать.
Сообразив все это, Кирби неожиданно опустил руку и хитро подмигнул
Вильме.
- Боюсь, мне все равно не удастся тебя обмануть, не так ли?
- Не понимаю, - пролепетала она.
Он снова подмигнул.
- Черт возьми, я видел твою походку, крошка, как ты покачиваешь своим
кругленьким задиком, и часто думал, что если бы снять с тебя очки и эту
одежду старой девы, распустить волосы, дать тебе в руку бокал, ты будешь
красотка хоть куда!
- Ты - грязное животное!
Кирби пожал плечами.
- Но действительно, милашка, ты не давала мне ни одного шанса. Ни
малейшего...
В один скачек она преодолела расстояние от дивана до двери в спальню.
На пороге она обернулась и посмотрела на него, побледнев.
- Почему же ты сам не сделал первого шага?
В наступившей тишине он мучительно искал подходящий ответ, но все,
что смог придумать - это сказать правду.
- Потому что я боюсь женщин, Вильма. Я стараюсь скрыть это, вот и
все. Женщины наводят на меня ужас.
Ее лицо выражало полное недоверие. Она сделала полшага к нему.
- Но ты такой... такой обаятельный и такой...
- Я паршивая подделка, Вильма. Я все время сбегаю, точно заяц.
Она прикусила губу.
- У меня было не так уж много возможностей. Но когда они возникали, я
всегда убегал. Но ты! Ты первый человек, которому я все это рассказал.
Неожиданно она снова принялась хохотать, но смеяться вместе с ней
Кирби уже не мог. Она опять была на грани истерики.
- Не надо, Вильма, - попросил он робко, - перестань, Вильма,
пожалуйста!
Она всхлипнула, повернулась и выскочила из комнаты в спальню, хлопнув
за собой дверью. До Кирби доносились какие-то неотчетливые звуки, какое-то
хлюпанье, как будто кто-то двигался по болоту. Кирби возбужденно ходил по
комнате из угла в угол до тех пор, пока звуки не прекратились. Затем сел
на стул, спиной к двери.
- Вильма! - позвал он.
- Минуточку, - отозвалась та хриплым от слез голосом.
Он вынул золотые часы. Осторожно посмотрел в маленький телескоп и
поежился. Когда дверь из спальни отворилась, он разглядывал замысловатую
монограмму на обратной стороне часов.
- Мистер Креппс всегда носил их при себе, - услыхал он за спиной
голос Вильмы. - Всегда.
- Думаю, что и я не буду с ними расставаться. Придется носить жилет
или сделать какое-нибудь приспособление на поясе.
Она подошла, глядя на часы через его плечо. Неожиданно он
почувствовал, что целое облако ароматов окутало его.
- Иногда он смотрел в этот маленький телескоп и посмеивался. Однажды
я спросила, что это за штука. Но он не дал мне посмотреть. Сказал, что я
все равно не знаю языка. Я не поняла, что это значит. Ты дашь мне
взглянуть в него?
- Я... э... может быть, когда... э...
Она обошла по широкой дуге стул, на котором он сидел, и остановилась
напротив, так что он наконец смог увидеть ее. Кирби открыл рот, да так и
остался сидеть.
- Я купила это два года назад, - сказала Вильма мрачным шепотом. - И
надевала только раз в жизни.
Ее каштановые волосы были расчесаны так, что даже блестели, и впервые
Кирби заметил в них рыжеватые отблески. Стояла она, словно новобранец,
которого только что отругали за плохую выправку: повернув голову
вполоборота, но отчаянно косясь, чтобы глядеть ему прямо в лицо. Она не то
что дрожала, она вибрировала с такой скоростью, которую глаз не в
состоянии уловить. Казалось, что ее подключили к цепи высокого напряжения.
У Кирби появилось ощущение, что стоит ему щелкнуть пальцами, как цепь
окажется перегруженной, и девушка исчезнет - со вспышкой голубого пламени
и запахом горящей изоляции. Кирби медленно закрыл рот. Одеяние на Вильме
было неописуемое. Горло окружало дюймовой ширины гофрированное черное
кружево и такие же кружева охватывали запястья. Еще одно черное кольцо
опоясывало талию, в нескольких дюймах над бедрами, отчетливо
вырисовывающимися под совершенно бесплотной тканью, прозрачной, как
ветровое стекло. А ниже этого последнего кольца слегка шевелилась вышитая
розовая наглая морда самого дегенеративного кролика, какого он когда-либо
в жизни видел.
От усилия, с которым он закрыл рот, у него свело челюсть. На десятую
долю секунды он вспомнил о том, что воспаленно городил ему Гувер Хесс в
отеле, и с рыдающим отчаянным вскриком бросился вон из квартиры.
За спиной раздался громкий стон разочарования и длинный надтреснутый
крик:
- О-о-у-у-у-блю-ю-док!
Выскакивая на лестницу, он вновь услышал истерический хохот,
переходящий в рыдания, и стремглав кинулся вниз по ступенькам.
Только через два квартала Кирби внезапно понял, что все время не
переставал повторять вслух: "Ради бога, Вильма!" Золотые часы были
по-прежнему зажаты в его руке. Две пожилые дамы посмотрели на него со
странным выражением на лицах. Он пошел медленнее, опустил часы в карман и
улыбнулся им располагающей улыбкой. Одна из дам улыбнулась в ответ. Но
вторая, вздернув подбородок к небу, завопила:
- Держи вора!
В панике он снова бросился бежать, но, завернув за ближайший угол,
опять перешел на шаг. Ноги дрожали. Кирби остановился, бессмысленно глядя
на витрину книжного магазина, подождал, пока уляжется дрожь и
восстановится дыхание. Осмотревшись наконец, он понял, что находится в
семи или восьми кварталах от отеля "Бедлайн". Неожиданно вспомнилось, как
он наврал Джозефу про личные бумаги дядюшки Омара, которые будто бы
хранятся в отеле. Каким хитрым и ловким он тогда себя чувствовал! Но
теперь, протрезвев, он подумал, что, называя отель, поступал не так уж
умно.
Кирби быстро пошел в сторону отеля.
Клерк, сидящий за маленьким столиком, позвал хозяина. Хесс появился в
холле, потирая руки и улыбаясь своей мертвенной улыбкой.
- Кирб, дружище, ты пришел поговорить о деле? Правильно, самое время!
Лучшего...
- Не сейчас, Гувер. Я тороплюсь. Меня интересуют вещи, которые я
оставил здесь. Я подумал...
- О, Кирб, поверь мне, я умею ценить красивые жесты! До тех пор, пока
у меня есть свободное место, любые твои вещи будут храниться бесплатно.
Так ведь мы с тобой договаривались?
- Так, кажется.
- И я не таков, чтобы нарушать договор из-за того только, что ты
получил большое наследство, так?
- Но...
- Но ты, ты благородный человек, Кирб! Как я понимаю это! Я был
страшно тронут этими пятьюдесятью долларами, Кирб.
- Пятьюдесятью долларами?
Хесс выглядел изумленным.
- Там было больше? Неужели эти негодяи забрали часть себе?
- Э-э... нет... Там не было больше...
- А почему ты волнуешься, Кирб? Они приехали и забрали саквояж с
деревянной коробкой, как ты и наказывал. Утром, около одиннадцати.
- Кто? - слабо поинтересовался Кирби.
- Ребята из "Элайзы". В грузовике из "Элайзы"! Господи, да что ты
забыл, что ли, что посылал их? Послушай, если у тебя есть свободные пять
минут... зайди и посиди со мной, Кирб. Я все тебе сейчас расскажу. Если ты
выкупишь закладные, то сможешь получать неплохой доход. Я даже подумываю
об изменении названия. Гостиница Винтера. Тебе нравится?
- Как-нибудь в другой раз, Гувер.
- В любое время. Я брошу все дела. Все.
Кирби поспешил через вестибюль к телефонной будке. По дороге ему
пришлось посторониться, чтобы пропустить какого-то мчащегося матроса.
Матрос буквально летел по гладкому полу, раскачиваясь, с закрытыми
глазами, улыбаясь, как лунатик. Миновав Кирби, он врезался в группу из
трех мужчин, увлеченных разговором о скачках и вчетвером все рухнули на
диван, который с грохотом перевернулся.
Кирби набрал номер Бетси.
- Кирби! А я уже собиралась мчаться тебя разыскивать. Я...
- Не надо язвить, пожалуйста! Вы поймите, все так запутано, так
сложно. Как я могу кому-то вдруг полностью довериться?
- Что случилось, дорогой Кирби? У тебя стали появляться собственные
мысли?
- Дело в том, что я, сморозил страшную глупость. Я думал, что
поступаю очень хитро, но я был тогда пьян.
- Ты выбрал самый подходящий момент, чтобы напиться.
- Не надо, я все знаю... Но, видите ли, ловушка вроде бы сработала.
Они сейчас, скорее всего, в ярости. Я должен встретиться с Карлой в отеле,
в два часа. Она собиралась пойти со мной по магазинам.
- О, это известная процедура. Моя милая тетка обладает удивительным
даром: делать всех своих мужчин неотличимыми друг от друга. Они становятся
в ее руках одинаково похожими на инструкторов по лыжному спорту.
Мужественный загар, баки, галстук "Эскот" <Галстуки с широкими, как у
шарфа, концами, (прим. перев.)> - и ты законченный дегенерат. На "Эскотах"
она помешана. Кстати, Кирби, ведь сейчас уже заметно больше двух.
- У меня такое чувство, что лучше туда сейчас не ходить. Давайте я
расскажу вам, что...
- Приезжай ко мне. Мы сможем поговорить.
- Но я могу рассказать все и по телефону.
- Ненавижу телефон. Приезжай сюда. Я сейчас одна. Вдвоем мы во всем
разберемся.
- Но...
- Приезжай немедленно, ты, клоун!
С этими словами Бетси бросила трубку.
Отвратительное слово вновь стало проявляться у него в голове. Это
слово было как будто написано толстыми, маленькими, корявыми буквами.
ПРОСТОФИЛЯ. Фон, на котором проступали ухмыляющиеся буквы, переливался
теми же нежными оттенками розового, что и морда развратного кролика с
одеяния мисс Фарнхэм. Кирби заставил себя расправить плечи. Осторожно
обошел какую-то бурлящую толпу, собравшуюся у входа в отель, и, не обращая
внимания на толкотню, крики и шум, в котором можно было различить звуки
ударов, уселся в одинокое, стоявшее неподалеку такси.
Едва они отъехали, шофер словоохотливо обратился к нему.
- Похоже, они перепутали субботний вечер и утро понедельника, а?
- Что? - очнулся Кирби.
- Я говорю, драка там какая-то.
- Извините, я не обратил внимания.
После долгого молчания водитель вдруг сказал:
- Я не знаю с кем у вас сегодня свидание. Но то, что и я от такого бы
не отказался - в этом я твердо убежден.
Они не сразу нашли нужный адрес. Маленькая боковая улочка больше
походила на аллею. Здание много раз перестраивалось, но продолжало
выглядеть малопривлекательным. Квартира номер четыре, когда он наконец
нашел ее, оказалась на втором этаже. Туда вела железная лестница снаружи
здания. Дверь в квартиру была выкрашена ослепительно яркой оранжевой
краской. У него внезапно появилось желание не нажимать на кнопку звонка, а
только сделать вид, что он на нее нажимает, подождать для приличия секунд
десять, а затем бежать, скорее унося ноги.
- Простофиля! - прошептал он и решительно надавил на кнопку. Кто-то
посмотрел на него сквозь глазок. Потом дверь распахнулась.
- Привет, дурачок, - сказала Бетси. - Ну что ты стоишь как столб? Я
разрешаю тебе пройти.
Она опять была в тех же клетчатых обтягивающих брюках и голубой блузе
с коротким рукавом. Босая. Сигарета в углу рта. Волосы рассыпаны в
беспорядке.
Вся квартира состояла из одной большой комнаты. Ближняя дверь вела в
крошечную кухню, другая - в ванную. Никаких других помещений не было.
Бетси стояла, выставив бедро и насмешливо глядя на Кирби. Обведя
рукой квартирку, она сказала:
- Можешь осмотреть достопримечательности. Вот взгляни. Ковры,
доходящие до щиколоток. Освещение затемненное. Камин. Над камином - шкура,
тигровая. На какой бы стул не сел, без посторонней помощи тебе не встать.
Огромная кровать. Маленькая библиотека - сплошь эротика. Семнадцать
зеркал. Я считала. Тридцать одна подушка - их я тоже считала. Из продуктов
- полпачки заплесневелых крекеров, недоеденный гамбургер, двадцать одна
бутылка специального приготовления коктейлей, плюс две бутылки джина и
четырнадцать бутылок вина. А ну, попробуй догадаться, Винтер, - какое у
Берни Сэббита хобби?
- Гм... филателия!
Бетси усмехнулась.
- Реакция у тебя хоть и замедленная, но мыслишь ты забавно, Кирби. Я
была готова посчитать тебя полным занудой. Может быть, я и ошибалась.
Рекомендую этот диванчик. Он единственный, с которого ты сможешь встать
без подъемного устройства. Он, наверно, остался от прежних хозяев.
Она села, указав ему место рядом с собой.
- А теперь - подробный отчет обо всем, приятель. Выкладывай!
Кирби рассказал ей все, лишь слегка сглаживая досадные подробности.
Бетси казалась гораздо более спокойной и внимательной, чем во время их
последнего разговора.
- Что ты оставил в отеле "Бедлайн"?
- Да так, всякое барахло. Книги, пластинки, фотографии. Все для
тенниса и для охоты. И даже пару коньков.
- Коньки - это отлично! Они будут просто в восторге. Но все-таки мы
их опережаем. Теперь-то мы знаем наверняка, что им от тебя нужно.
Дядюшкины личные бумаги. Ключ к разгадке его постоянного успеха. Ты
сказал, что там нет никаких записей. Ты уверен?
- Абсолютно.
- А могла ли эта Фарнхэм что-нибудь припрятать. По твоим рассказам
она кажется ужас
...Закладка в соц.сетях
