Жанр: Научная фантастика
Будущее не выбирают
...опадет мир, когда погибнет
последний сновидец?
Артур облизнул губы под кислородной маской и активировал связь на открытой волне. Он
не использовал шифрование сигнала, и сейчас его голос могли слышать все, кто находился в
зоне схватки, включая и пилотов Альянса.
- Говорит Колверт. Приказываю всем отступить на станцию. - А затем, не дожидаясь
неминуемого отказа пилотов, которые, как он точно знал, предпочли бы сгореть в пространстве,
чем сдаться на станции, и возмущенных криков диспетчеров на самой станции, продолжил,
обращаясь к пилотам противника: - Вниманию внешних. Я вас вызываю. Один. Всех сразу. -
И тут же ушел свечой перпендикулярно плоскости эклиптики, выводя свой файтер из общей
мясорубки, выигрывая себе пространство для маневра.
При прочих равных условиях побеждает тот, на чьей стороне технологическое
преимущество, повторил себе Артур. Вот только никто внешним не собирается предлагать
равных условий.
Если бы запись происходящего не велась непрерывно с обеих сторон, этот бой стал бы
легендой. Однако задокументированных легенд не бывает, и потому то, что сделал Артур, стало
просто одним из величайших моментов войны. Много лет спустя эти записи неизменно
показывали курсантам летных училищ, и те после просмотра редко могли высказать связно
свои впечатления. Чаще всего они ограничивались бессвязными и не всегда цензурными
междометиями. И было от чего впасть в такое состояние, когда не хватает слов, чтобы описать
увиденное. То, что сделал Артур, не удавалось до этого никому, и никто потом не смог
повторить.
Ошарашенные приказом Артура, его ведомые и все те, кто к тому моменту уцелел, начали
оттягиваться к станции, а пилоты внешних затормозили свое движение и просто вырисовывали
стандартные цепочки маневров уклонения, что в данной ситуации было равносильно полной
остановке файтеров.
- Говорит капитан-лейтенант Родин. Вооруженные силы Альянса Внешних Планет. -
Голос раздавался все на той же открытой волне, что выбрал для своего вызова Артур. - Пилот,
вы отдаете себе отчет в своих действиях?
Артур отметил, что голос явно звучит как синтезированный. Конечно, если им легкие
заполнили жидкостью, то и говорить они не могут. Тембр искусственного голоса им, конечно,
подберут так, чтобы он был похож на настоящий голос того или иного пилота, чтобы во время
схватки они могли различать друг друга и на слух. Но все равно, с настоящим живым голосом
эту имитацию спутать нельзя.
К тому моменту Артур уже отошел от общей схватки и развернулся к файтерам
противника носом, погасив импульс движения одним выхлопом маневровых двигателей.
Скорость была погашена до нуля. Теперь он просто висел в пространстве.
- Послушайте, пилот, - продолжал лидер внешних. - Вы понимаете, что в одиночку
против двух полных звеньев вы не продержитесь и тридцати секунд?
- Меня зовут Артур Колверт, - упрямо процедил Артур. - Я вызываю вас. Всех сразу.
- Твою мать, что это за героизм? - Это уже был кто-то из координаторов станции, но
Артур не обратил внимания на его выкрик. Больше никто в диалог двух пилотов не
вмешивался.
- Артур. - Голос лидера внешних чуть изменился. Имитация имитацией, но что-то в
голосе действительно поменялось. Возможно, лидер внешних стал чуть медленнее говорить? -
Это Сергей Родин. Ты должен помнить меня. Я правда не хочу твоей гибели. Сдайся нам.
Пожалуйста.
Артуру было знакомо это имя. Очень хорошо знакомо. С Сергеем Родиным он вместе
проходил обучение в летном училище. Сергей был его другом и единственным человеком из
всего курса, который мог составить ему конкуренцию в качестве пилота. У него действительно
был талант к пилотированию малых боевых кораблей. До войны Артур служил вместе с ним и
они не раз выходили на патрулирование в Поясе Астероидов вместе. Но на станции "Аутспейс"
у Родина жила вся его семья. Так что после взрыва тот перешел на сторону Альянса. И вот
сейчас дороги друзей снова пересеклись.
- Извини, Сергей, но ты сам прекрасно знаешь, что я не сдамся. Ты слышал мой вызов,
так что приступайте.
- Мне жаль, - коротко ответил Родин,
- Судьба такова, - усмехнулся Артур. Усмешка у него вышла достаточно кривой, но
под кислородной маской никто бы не смог этого заметить.
Пилоты Федерации начали медленно отходить к станции. В этот же момент файтеры
внешних начали снова формировать строй. Артур дышал все медленнее и медленнее, вгоняя
себя в транс. Еще неизвестно, погибнет ли весь мир, когда умрет Артур, но если сейчас он
позволит себе проиграть схватку, погибнут его друзья.
Артур заметил, что к нему навстречу выдвигается только одно звено. Видимо, Родин взял
только своих ведомых. Это был не жест уважения и не желание хоть как-то уровнять шансы.
Нет, просто два звена в схватке с одной машиной будут больше мешать друг другу. А одно
звено будет оптимальным выбором. Сергей Родин был прежде всего профессионалом.
Звено файтеров приближалось с обманчивой медлительностью. Артур отлично знал, что
сейчас они резко ускорятся и начнут плести вокруг него свой танец. Но пилот не стал
отступать, выгадывая себе дополнительное пространство для маневра. Он направил свой
истребитель навстречу противнику.
Скорость и маневренность? Они не имеют больше никакого значения. Достаточно знать,
где будет твой противник через несколько секунд, и его технологическое преимущество
обратится в ничто.
Двигаясь навстречу звену файтеров, Артур выбрал себе цель. Первым выстрелом он
заставил файтер уйти с прежнего курса, А второй выстрел сбил его во время выполнения
быстрого виража. Правда, в этот же момент Артуру пришлось самому выполнить несколько
очень быстрых маневров. От перегрузок он чуть не потерял сознание, зато все выстрелы
прошли мимо его файтера. Подопечные Сергея Родина отлично знали свое дело, и будь на
месте Артура какой-нибудь другой пилот, у него не было бы ни единого шанса выбраться
целым из той сети, которую сплел противник. Даже несмотря на то что Артур знал, куда будут
стрелять пилоты противника, ему пришлось достаточно тяжело. Серия плазменных выстрелов
оставшейся пятерки файтеров была так хорошо рассчитана, что любой стандартный маневр
уклонения подставлял машину Артура под удар. Именно поэтому ему и пришлось лихорадочно
уворачиваться, не просчитывая маневр как следует, а опираясь только на интуицию.
Уйдя из-под удара, Артур сместил машину так, чтобы один файтер противника закрывал
его от основных сил. Теперь они не могли открыть огонь, не опасаясь задеть своего же коллегу.
Звену Сергея Родина пришлось спешно перестраиваться, чтобы полноценно вести бой. Но за
это время Артур успел сжечь ту машину, которая закрывала его от остальных файтеров.
Оставалось всего четыре машины.
Файтеры внешних почти мгновенно сократили дистанцию между собой и Артуром и
снова навалились на него. На этот раз Артуру пришлось намного тяжелее, чем в первый раз.
Пару раз он чувствительно приложился о стенки кабины на особо резких маневрах. Впрочем,
результат был достигнут. Он снова ушел из-под удара. Один раз он прошел так близко от
вражеского файтера, что ему самому казалось, что столкновение неминуемо. Увы, полностью
контролировать движение файтера в пространстве невозможно. Все равно неизбежны
небольшие рыскания машины. В обычных условиях это не имеет никакого значения, так как
ассистирующая компьютерная система выравнивает машину, возвращая ее на выбранный
пилотом курс, но если бы подобное отклонение произошло, когда он был рядом с чужой
машиной, избежать столкновения было бы сложно. Впрочем, тогда другого выбора не было.
Любой другой маневр выводил бы Артура под удар, именно поэтому он и вошел в зону опасной
близости с чужим истребителем. Но так или иначе он выжил, а значит, рискованный маневр
был верным.
Второй раз ему не дали спрятаться за каким-либо одним файтером от остальных.
Истребители танцевали в пространстве, обмениваясь выстрелами издалека, и никто не шел на
сближение первым. Наконец Артуру надоело осторожничать, и он пошел вперед, обостряя
ситуацию. Четверка файтеров внешних тут же ответила на его маневр, подаваясь вперед и
обходя Артура, лишая его свободы маневра.
Артур снова бросил машину в сторону, а потом резко повысил скорость, собираясь снова
пройти рядом с одним из атакующих файтеров. Если бы ему это удалось, Артур планировал
прижечь его боковым выхлопом. Впрочем, увидев его маневр, который больше походил на
таран, пилот Альянса резко ушел в сторону. Все же на скоростных режимах Артур не мог
составить им конкуренцию. Но сама реакция вражеского пилота Артура обнадежила. Значит,
его уже немного побаиваются, если чужой пилот решил не обострять ситуацию.
Прижечь вражескую машину выхлопом у Артура не получилось, но зато он снова прошел
через построение пилотов Альянса, и тем придется перестраиваться для организации новой
атаки. Но Артур не стал ждать, пока Сергей снова выстроит своих ведомых. Он резко развернул
файтер и снова пошел на сближение. Как он и планировал, пилоты Альянса начали отходить
назад, чтобы все же беспрепятственно выстроиться в атакующий порядок. Артур выжал из
маршевых двигателей своего файтера все возможное, чтобы подобраться хотя бы немного
поближе. Он чувствовал, как дышать становится все труднее и труднее из-за увеличивающейся
перегрузки, но в анимационной картинке боя он уже видел, как выстраивается четверка его
врагов. Он знал, кто куда будет двигаться. Так что, когда Артур вышел на дистанцию
эффективного поражения, он уже знал, где будет находится истребитель, который он выбрал
себе в качестве мишени. Артур выстрелил, и сгусток хай-плазмы сжег один из файтеров. Артур,
не снижая ускорения, нырнул в образовавшуюся брешь. Оставив позади машины противника,
Артур развернул свой файтер к ним носом и начал торможение. За несколько минут он сбил
половину звена. Четверть всех наличных сил противника.
- Это Родин. - Артур услышал голос лидера пилотов Альянса на обшей волне. -
Артур, ты действительно великий пилот, но против всех нас не выстоишь даже ты. Ты уже
сделал больше, чем мог бы сделать человек. Но я прошу тебя сдаться, иначе я введу в бой все
наши силы.
Артур облегченно выдохнул. Каждый раз, когда он сжигал вражескую машину, он
осознавал, что в ней мог находиться его друг. Теперь он знал, что Родин выжил. Даже если они
стали противниками, дружбы это не отменяет. Артур не без оснований полагал, что Родин
думал точно так же. Иначе он не стал бы предлагать Артуру сдаться второй раз. Любого
другого пилота он бы уже сбил. Впрочем, на станции остались тоже его друзья, так что Артур
даже не рассматривал всерьез предложение Родина.
- Я с самого начала предлагал вам всем поучаствовать в бою, - ответил Артур.
- Какого черта ты защищаешь этих убийц? - Синтезированный голос был ровным, но
Артур не сомневался, если бы Сергей мог сейчас говорить сам, он бы уже кричал. - Федералы
взорвали "Аутспейс" со всем его населением. Неужели ты оправдываешь их за это? Ты ведь
всю жизнь провел на станциях, какое дело тебе до этих планет?
- Сергей, если мы останемся живы до нашей следующей встречи, то мы обсудим этот
вопрос. Но сейчас у нас осталось слишком мало времени для того, чтобы тратить его на
бесплодные разговоры. Давай закончим то, что начали.
Не дожидаясь ответа Родина, Артур направил свой фай тер в сторону внешних. Теперь он
двигался скупо, и выстрелы проходили совсем рядом с его машиной, но все же не задевали его.
Артур знал, какое место в пространстве будет безопасно. За полторы минуты скольжения в
паутине, которую ткали вокруг него сгустки хай-плазмы, Артур сделал всего три выстрела, и
каждый из них нашел свою мишень. Еще три файтера сил Альянса сгорело. Артур в одиночку
сбил половину атакующих. Увидев это, Родин начал отводить свои файтеры назад к кораблям.
Артур же остался на месте. Он уже давно не слышал ничего из диспетчерской. Видимо,
координаторам на станции уже было просто нечего сказать.
- Я не пропущу вас, - сказал Артур на общей волне. - Убирайтесь.
Никто, конечно, ему не ответил. Файтеры внешних давно уже вернулись на корабль,
поэтому в пространстве сейчас находились только два крейсера Альянса и преграждавший им
дорогу к станции файтер. Ситуация стала просто патовой.
Для того чтобы захватить станцию, кораблям Альянса необходимо было подойти к ней.
Но перед этим нужно было нейтрализовать орудия, которые были в состоянии разнести оба
крейсера просто в клочья. Впрочем, если корабли откроют огонь, то станция тоже будет
уничтожена. Но Альянс не стремился уничтожать станцию, он хотел ее захватить. Значит,
нужно было нейтрализовать систему защиты станции. Первый расчет, конечно, делался на
группу техников, которые должны были после захвата технического яруса перехватить
управление над орудиями. Мятежникам это действительно удалось, но они плохо рассчитали
время, и их взяли за сутки до прихода ударной группировки Альянса. Оставался традиционный
путь, когда файтеры прорываются к станции и методично отстреливают ее орудия. И это
должно было сработать, особенно если учитывать технологическое преимущество сил Альянса.
Но сейчас дорогу к станции преграждал один файтер с пилотом, которого просто нельзя было
убить. Две огромные махины крейсеров удерживал на почтительном расстоянии всего один
малый боевой корабль.
Нонсенс. Такого просто не может быть.
Однако факты, как известно, чрезвычайно упрямы.
Впрочем, корабли Альянса не собирались уходить просто так. Если одиночный файтер не
могут сбить истребители, всегда есть другой способ. И Артур знал, что именно они собираются
делать.
- Переведите на меня управление гауссовыми орудиями, - попросил он диспетчера.
На станции уже, видимо, ничему не удивлялись, поэтому через полминуты Артур увидел,
что у него появился интерфейс к системе защиты станции. Пилот начал нацеливать орудия в
пустые участки пространства и методично производить выстрелы. Орудия смотрели не в
сторону кораблей Альянса, а куда-то между ними и файтером Артура. На первый взгляд
действия Артура выглядели бессмысленными. Однако вскоре все выяснилось.
Когда командиры крейсеров Альянса поняли, что выбить Артура с занимаемой им
позиции просто так не получится, они решили применить тяжелое вооружение. Стрелять по
нему из гауссовых орудий было просто бессмысленно, Артур бы ушел с пути снаряда раньше,
чем тот успел бы до него долететь. Ракетой попасть в файтер было еще более затруднительно.
Но ведь в маленький корабль совершенно необязательно попадать точно. Какая-то светлая
голова в рубке управления одного из крейсеров додумалась устроить огневой вал в
пространстве. Крейсеры выпустили несколько ракет с ядерными боеголовками. Они должны
были взорваться почти одновременно в строго определенных местах. Жесткое излучение
должно было выбить все электронное оборудование файтера, а образовавшийся огневой вал
вполне мог сжечь беспомощную машину.
Однако Артур немного опередил противника. Пользуясь установленным интерфейсом, он
произвел несколько выстрелов из гауссовых орудий, точно рассчитав время. Когда ракеты
покинули крейсера, небольшие металлические снаряды пробили каждой из них двигательную
систему. Лишившись энергии, ракеты стали просто безжизненными кусками металла с мертвой
электронной начинкой и отправились в бесконечный инерционный полет.
Артур начал медленно отводить свою машину к станции. Ракеты были последним шансом
внешних справиться с ним. Теперь они могут лишь попробовать взять его измором, выпуская
оставшееся звено с короткими интервалами времени, чтобы не дать Артуру даже выспаться. Но
эта тактика будет обоюдоострым оружием. Если Артур не сможет отдохнуть, то такая же
участь будет ждать и пилотов Альянса. Похоже, проигрышную ситуацию Артур перевел в
ничейную.
Артур подлетел к станции и снова затормозил. Он еще немного подождал и стал заводить
файтер на стартовую палубу. Даже если внешние выпустят свои истребители именно в тот
момент, когда Артур посадит свою машину, он все равно успеет еще раз стартовать, пока те
долетят до станции. Артур действительно не видел ни единого способа завладеть станцией
сейчас. Все, что могут сейчас делать внешние, это ждать подкрепление. Но станция
"Хабитейшн" его дождется быстрее. Опасаться сейчас было нечего.
Когда Артур вылез из кабины файтера, он увидел, что на стартовой палубе собрались все
уцелевшие пилоты. Совершенно машинально Артур начал искать глазами членов своего звена и
успокоился только тогда, когда обнаружил, что все его друзья живы. Снова повезло. Никто из
пилотов не сказал ни слова, глядя, как Артур спускается по лестнице вниз. Первым к нему
подошел Ким, один из его ведомых, и протянул ладонь для рукопожатия. Артур недоуменно
взглянул на свою ладонь, все еще измазанную в амортизирующем геле, но Кима, похоже, эти
мелочи абсолютно не волновали.
- Как там внешние? - тихо спросил Артур, когда Ким стиснул его ладонь.
- Висят неподвижно, - ответил его ведомый. - Ты знаешь, что я должен сказать тебе
спасибо. Ты и раньше вытаскивал нас, но то, что ты сделал сегодня... Это просто нереально.
- Ты же знаешь, что невозможное - это наша работа, - попытался отшутиться Артур.
- Я знаю, что такого не смог бы сделать никто, - не принимая его шутливого тона,
ответил Ким.
Их уже обступили другие пилоты, и каждый стремился что-то сказать Артуру или просто
похлопать его по плечу. Но Артур не любил становиться центром внимания и потому поспешил
уйти в душевую. Когда он вышел оттуда, то увидел, что его ждет в коридоре Стайрон.
- Ричард, ты не мог бы оградить меня от вопросов? Я подозреваю, меня долго еще будут
расспрашивать о сегодняшнем вылете, а мне не хотелось бы ничего придумывать. Правду все
равно не рассказать никому.
- Ты бы поспал, Артур, - ответил контрразведчик. - Выглядишь, извини, конечно, за
откровенность, просто ужасно. А вопросов никто тебе задавать не будет, я позабочусь.
Артур действительно ощущал себя вымотанным до предела. Поэтому некоторое время он
еще не мог заснуть, вытянувшись на откидной койке. Но вскоре первая усталость вытекла из
мышц, и сон все же пришел. А вместе с ним и неизменные сновидения.
Разбудил Артура зуммер коммуникатора, установленного у него в каюте. Пилот взял в
руки небольшой экран, чтобы посмотреть, кто же именно решил заставить его проснуться.
Оказалось, что разбудить Артура решила Цеззи.
- Как ты там? - спросила девушка вместо приветствия.
- Я тут сонный, - ответил Артур. - Меня, видишь ли, только что варварски разбудили,
совершенно не принимая в расчет тот факт, что вчера у меня был исключительно тяжелый день.
Короче, паршиво мне.
- Заметно. У меня к тебе разговор есть.
Артур поморщился.
- Слушай, Цез, я совершенно разбит. Дай мне хотя бы полчаса на то, чтобы привести
себя в порядок и слегка позавтракать.
- Хорошо. Значит, через полчаса я к тебе зайду.
Цеззи сдержала обещание и появилась в каюте Артура ровно через полчаса. Пилот уже
успел немного перекусить, поэтому чувствовал себя намного лучше, чем в тот момент, когда
его разбудил зуммер коммуникатора.
- И что такого срочного в этом разговоре, - спросил он Цеззи, - что потребовалось
меня будить?
- На самом деле, ничего особенного, - ответила девушка. - Просто ты уже долго спал.
Пора было просыпаться.
- У меня вчера был... - начал Артур.
- Да-да, я знаю. Трудный день, - прервала его Цеззи.
- Да у меня последнее время все дни трудные!
- Об этом и речь.
Цеззи чуть поерзала на стуле, устраиваясь удобнее.
- Артур, скажи мне, тебя последние события, разворачивающиеся вокруг тебя, не
напрягают?
- А ты сама как думаешь?
- Надо отметить, характер у тебя с утра просто ужасный, - улыбнулась девушка.
- Ну да. - Артур чуть убавил напор в голосе. - Действительно, последние месяцы у
меня как-то не задались.
- Устал? - коротко спросила Цеззи.
- Смертельно.
- Мы тут со Стайроном посоветовались...
- Так это он тебя прислал? - спросил Артур.
- Он решил, что у меня больше шансов уговорить тебя, - честно ответила девушка.
- Это смотря на что уговаривать, - ухмыльнулся пилот. Цеззи вздохнула.
- Ладно, начнем с самого начала. Ситуация достаточно проста. Тебя атакуют с двух
сторон. И Освободители, и внешние. Понятно, конечно, что пока ты на станции служишь,
внешним до тебя не добраться. Они уже попробовали. - Цеззи улыбнулась. - Так что с этой
стороны ты сам себя защищаешь. Стайрон тоже говорит, что на станции ему легче находить
агентов Освободителей.
- Ну так какие проблемы? - не выдержал Артур.
- Как ты себя чувствуешь после вылетов? - осведомилась Цеззи.
Артур промолчал.
- Именно это я и имею в виду. Рано или поздно ты сорвешься. А психолог тебе не может
помочь, ты мне сам это говорил. И это еще не все. Существует вероятность, что удар будет
нанесен по всей станции. Ее просто могут подорвать.
- Это откуда такие данные? - удивился пилот.
- Спроси у Стайрона. Он контрразведчик, потому и знает больше всех.
- Я понял, к чему ты ведешь. Хочешь предложить мне уйти со станции?
- Вообще-то да, - вздохнула Цеззи.
- Я не собираюсь дезертировать, - отрезал Артур.
- С чего ты взял, что об этом идет речь? Тебе достаточно подать рапорт о переводе. Его
подпишут сразу.
- Я останусь вместе со своим звеном.
Цеззи вздохнула еще раз.
- Не вздыхай, ты сама вызвалась на этот разговор. Его вполне мог вести и Стайрон.
- Артур, слушай, у тебя действительно характер портится. Мы с тобой провели чертову
уйму времени в спасательной капсуле и то не поссорились. А сейчас обычный здравый разговор
вызывает такую реакцию. Ты же сам должен видеть, как ты изменился. И мне эти изменения,
честно говоря, не нравятся. Прости, конечно, за откровенность.
Артур зажмурился и с силой потер глаза.
- Прости, Цез, - сказал он тихим голосом. - Как-то я действительно немножко
неадекватным стал. Это все из-за усталости. Больше всего сейчас я хочу отдохнуть. Забиться
куда-нибудь, чтобы никто-никто меня не трогал, и сидеть там долго. Очень долго. Но пойми,
Цез, сейчас я не могу себе этого позволить. Вечно так получается, что я оказываюсь на
переднем крае, куда и нацелена атака внешних. Это было уже на "Феллоу". Так было и здесь.
Если бы вчера меня здесь не было, то все пилоты погибли бы, а по станции уже расхаживал
десант в форме Альянса. А значит, я не могу себе позволить отдыхать.
- Ты не думал, что случится, если ты тривиально сойдешь с ума в результате очередного
нервного срыва? Ты сейчас единственный сновидец, извини, что напоминаю тебе об этом.
- А что, психологи считают, что такое возможно?
- Нет, психологи считают, что тебе необходим длительный отдых.
- Я смотрю, Стайрон собрал много информации обо мне.
- Это его работа. И моя, кстати, тоже.
- И сейчас ты напомнишь мне, что на мне лежит ответственность за весь этот мир, и
поэтому я должен подумать о своей безопасности в общих интересах Верно?
Цеззи рассмеялась.
- Я не должна упоминать об этом. Те же самые психологи считают, что осознание этого
факта сильно на тебя давит - В чем-то они правы. - Артур кивнул. - Это действительно на
меня давит. Я просто устал.
- Так я и пришла предложить тебе отдых. Найдем тихое место на земной орбите. И все
будет замечательно.
- Хорошо звучит. Красиво. А дальнейший анализ событий ты делала?
Цеззи невесело усмехнулась.
- Делала, конечно. Ни земная, ни марсианская орбиты не являются действительно
безопасными. Удар может быть нанесен и по ним. Просто Альянс предпочитает обрабатывать
станции, поэтому планетарные орбиты и не входят в список их первостепенных целей. Однако
я могу представить себе несколько сценариев, в которых они решат атаковать орбитальные
группировки. А что касается Освободителей, то тут вообще никаких гарантий дать нельзя. Даже
если тебя запереть на каком-нибудь наблюдательном спутнике с командой из десяти человек,
которых всех проверили вдоль и поперек, нельзя гарантировать того, что Освободители не
попробуют его чем-нибудь взорвать. Так что вариант с земной орбитой дает лишь небольшую
передышку,
- Ну вот видишь. - Артур уже улыбался, но улыбку его веселой назвать было нельзя. -
Нигде мне не найти долгожданного покоя.
- В этом случае мы хотя бы даем себе небольшую отсрочку. Стайрон считает, и в этом
вопросе я с ним согласна, что тебя надо как можно интенсивнее перемещать по Солнечной
системе. Если ты долго остаешься на одном месте, тебя скоро вычислят Освободители и
попытаются убрать.
- Веселенькая жизнь, ничего не скажешь.
- А что, лучше возвращаться из вылетов с разодранной в клочья психикой?
- Ладно, разговор уже по второму кругу пошел, - заметил Артур. - Это мы уже
обсуждали.
- И какое же решение ты примешь?
- Давай пока подождем, хорошо? Внешние сюда еще не скоро наведаются, а с
Освободителями Стайрон справится.
- Все-таки рисковать не хотелось бы, - ответила Цеззи. - Чем больше времени ты
находишься на одном месте, тем больше риск.
- Я подумаю над этим предложением, Цеззи. Я правда подумаю.
- Вот и замечательно. - Цеззи поднялась со стула. - Я рада, что ты меня выслушал.
- Мне приятно было, что ты навестила меня, - не остался в долгу Артур.
- Ладно, увидимся.
После памятной схватки с новыми файтерами Альянса на станции осталось только три
звена файтеров. Поэтому приходилось несколько чаще выходить на патрулирование,
сопровождая "Призрака", который пытался засечь корабли контрабандистов. Строго говоря,
стоило патрулировать не только пространство, прилегающее к Поясу Астероидов, но и
внешний сектор, откуда пришли корабли Альянса. Если мятежники смогли
перепрограммировать несколько наблюдательных спутников, не стоило безоговорочно
доверять показаниям остальных. Но сил на охрану сразу двух направлений явно не хватало.
Именно поэтому "Призраки" контролировали внутренний сектор локального пространства
станции, а техники изо всех сил искали оставленные мятежниками закладки и вирусы во всех
системах станции и спутников.
Постоянное присутствие "Призраков" на дальних подступах к станции принесло свои
плоды. Через шесть дней после памятной атаки
...Закладка в соц.сетях
