Жанр: Научная фантастика
Импорт правосудия
...при помощи одной
хитрой программы... - оттесняя нас от стола, сказал молчавший до того Алексей.
- Ты еще и компьютерный гений?! - уважительно, но в то же время с долей
иронии спросил Красавчик. - Только в моем компьютере, кроме "пасьянса",
приличных программ нет.
- а о твоем компьютере никто и не вспоминает, - ответил Алексей и вошел в
Сеть.
- Да, да, да! - Красавчик поднял руки и сделал пару шагов назад.
- Все время забываю, что теперь в Сеть выходят даже, чтобы найти "молнию"
на брюках!
- Пожалуйста, - спустя десять минут сказал стажер и нажал на "ввод".
"Если сможете" с угрозой сказал компьютер голосом господина Беляева. Я
почти обомлел. Мы опоздали? Или наоборот? Я, видимо, спросил это вслух,
поскольку Красавчик потер стриженый затылок и ответил:
- Одно из двух. Или Олег сейчас плавает в луже собственной крови, или
Беляев сидит, прикованныйк столу, и отвечает на неприятные вопросы. Второе
предпочтительнее.
- Засветились мы в любом случае окончательно и бесповоротно, - добавил
Евгений. - Этот дом кирпичный?
- Ты оборону решил занять? - мгновенно догадался Красавчик. - Я против!
Где я потом буду жить? Нет, обезьянье отродье, давайте бить врага на его
территории!
- Час нам придется посидеть здесь, - возразил Евгений.
- Зачем? - спросил я. - Если Олег нам поверил, - он примет меры и без
нашего участия, если нет, то связываться с ним повторно не имеет смысла... Надо
выключать ближайший Храм Возрождения как можно скорее. Иначе все живущие в
городе атланты пройдут через его поля и двинутся стройными рогатыми колоннами
прямиком сюда. Беляев может это организовать в два счета.
- А как же помощь? - все еще сомневаясь, спросил монах. - Нас только
четверо.
- Бездна в Храме бессильна, - попытался возразить Алексей.
- Они могут нас прикрывать, - перебил его я.
- Некогда, - на удивление спокойно прервал наш спор Красавчик.
- Войсковую операцию будем планировать, только если не получится вылазка.
- А будет кому планировать, если она не получится? - угрюмо спросил
Евгений.
- Не дрейфь, воздухоплавающий! - Красавчик бодро потер ладони. - Вспомни,
чему тебя учили в Рязани!
- Откуда ты узнал? - удивился Евгений.
- Это у тебя на лице написано, - ответил Красавчик.
- А если серьезно, то когда ты не смог меня удавить и попытался вступить в
рукопашную схватку - помнишь под озером? - так вот, подобную боевую стойку
принимают только наши доблестные десантники. Для шпиона это, конечно, не такой
прокол, как прогулка в семейных трусах по пляжу в Майами, однако на будущее
учти...
- Учту, - буркнул Евгений. - Рогатых тоже нравоучениями убивать будем?
- Счет сравнялся, - спохватившись, признал Красавчик и раскрыл стенной
шкаф. - Распродажа! Рекомендую выбирать только длинноствольное нарезное оружие
с бронебойным боекомплектом! Прошу, товарищи офицеры, не стесняйтесь!
- Постойте, - как всегда, в последний момент опомнился Алексей. - Если мы
тоже где-то глубоко в генах несем частицу атлантов, нам нельзя входить в Храм
Возрождения!
Мы замерли, пораженные простотой и верностью мысли стажера.
- Что скажешь? - уныло спросил я Красавчика.
- Ты же у нас главный специалист по вымершим цивилизациям...
- А что я могу сказать? - напарник развел руками. - Придется мне спасать
мир в одиночку. Как и происки Бездны, эти поля на меня не действуют. А вы
будете прикрывать мой тыл с окраины Храма снайперской стрельбой... Евгеша, как
там выглядит твой генератор и где у него тумблер?
Глава 11
Возьми мои патроны! - уговаривал я Красавчика, настойчиво засовывая две
обоймы с бронебойными в его карман. Мы шли по заснеженному лесу, все больше
удаляясь от шоссе. Евгений вел нас по памяти, тем не менее периодически
сверяясь с компасом.
- У меня другой калибр! - отмахнулся напарник.
- Ты меня совсем за придурка не держи! - возмутился я. - Тот же "9 Пар."!
- Эрик, я могу привести тебе сотню доводов, но не стану усложнять, -
спокойно сказал Красавчик. - Я могу попасть в глаз - он у рогатых без брони, -
а ты нет, так что оставь "усиленные" при себе...
- Извини, - сказал я, смирившись. - Волнуюсь...
- Это хорошо, - ответил напарник. - Лучше поволноваться сейчас, чем на
огневом рубеже.
- Отсюда метров двести, - заявил, останавливаясь, Евгений. - Площадь Храма
невелика - квадратов пятьсот, но нам лучше окопаться здесь. Отсюда все видно
как на ладони.
- Логично, - одобрил Красавчик и достал пистолеты. - Следите за тылами,
господа гусары! У меня есть подозрение, что первая партия древних атлантов
восстановлена из Черных Монахов, а это весьма искусные бойцы. Так, Женя?
- Так, - подтвердил Евгений и поднял винтовку. - Не беспокойся, я
прослежу...
- Удачи, - пожелал я и включил переговорное устройство. - Комментируй по
ходу пьесы, что увидишь.
- Обязательно, - пообещал Красавчик и двинулся в сторону Храма.
Мы рассредоточились между деревьями и принялись наблюдать за его
продвижением. Первая реплика раздалась в динамиках меньше чем через минуту.
- Лужа жидкого снега и четыре часовых вокруг...
- Бред какой-то, - фыркнул Алексей. - Жидкий снег - это вода!
- Что ты понимаешь, юноша! - обиженно отозвался Красавчик. - Я же не
утверждаю, что так оно и есть. Просто поверхность снега на площади в пару
десятков квадратных метров дрожит, словно студень, а рядом сидят рогатые...
Вот, что-то происходит... Черт! Из середины "лужи" выбрался пятый! Как на лифте
выехал, в полный рост, и шагнул в сторону! Тоже уселся караулить... Интересно!
Вот это да! Шестой всплывает! Женя, вы что, генератор в землю зарывали?
- Да нет, прикрыли дерном, и все, - ответил Евгений.
- А впечатление, словно под "лужей" целое подземелье расположено, так лихо
они оттуда выезжают! Седьмой! Знаете что, граждане, придется нам пересмотреть
свой грандиозный план. Пока эта плантация рожает "панцирных", к ней незаметно
не подберешься.
- Может, врезать по ней из "жезла"? - предложил Евгений.
- Это оружие ближнего боя, - возразил Красавчик. - Здесь нужна хотя бы
импульсная винтовка, а ее вы оставили в погибшем планере...
- Что же делать? - спросил я.
- Думать, теоретик, думать, - иронично ответил Красавчик и замолчал.
- Я схожу к останкам машины и поищу винтовку, - предложил Евгений.
- Сходи, - согласился я. - Только тихо... Десантник осторожно отполз
подальше от огневого рубежа и, поднявшись на ноги, побежал в направлении места
недавней перестрелки. После этого в течение нескольких минут в динамиках было
слышно лишь бормотание Красавчика, который ругался, подсчитывая "всплывающих"
древних.
- Кто-то идет, - вдруг шепнул Алексей. - Слева от меня... Трое, нет,
четверо... В маскхалатах, внешне вроде бы люди...
- Не шевелись! - так же шепотом приказал я. - Пропусти их мимо.
- Они идут прямо на меня, - в голосе стажера послышалось волнение.
- Замри, как девственница в первую брачную ночь! - фактически повторил мой
приказ Красавчик. - Если они пройдут мимо, то наткнутся на рогатых. Это нам на
руку. Я под шумок смогу приблизиться к "луже" на расстояние выстрела из
"жезла"!
- Они меня видят! - волнение в голосе Алексея сменилось нотками паники.
- Они сейчас тебя еще и услышат! - резко сказал Красавчик. - Лежи молча!
Я не выдержал напряжения и немного приподнял голову, чтобы осмотреть
позицию Алексея. К нему действительно приближались четыре белые фигуры. В
ранних зимних сумерках они казались неестественно крупными и устрашающими. Снег
под ногами незнакомцев почти не хрустел, что не совсем стыковалось с их
кажущейся массивностью. Я лежал на пригорке немного выше Алексея, а потому
видел то, что стажеру было пока недоступно. Четыре приближающихся к нам
человека были только авангардом. Чуть позади развернутой цепью шли еще три
десятка белых фигур, перечеркнутых темными штрихами оружия.
- Красавчик, их здесь больше взвода, - шепнул я и, посмотрев в
противоположную сторону, добавил: - Или роты...
С той стороны от незамерзающего озера приближалась такая же цепь.
- Может, это наши? - предположил напарник. - Прилетели выяснять, что тут
была за стрельба?
Я с надеждой вынул из футляра бинокль и направил его на солдат.
- У них импульсные винтовки, - сдавленно шепнул я и поежился. - Это
беляевский спецназ...
- Ты думаешь? - Красавчик хотел сказать что-то еще, но вдруг замолчал.
Я направил бинокль на его позицию и увидел, что напарника там уже нет.
Куда он мог так быстро перепрятаться, я не понял. Тем временем солдаты
благополучно миновали скрытого кустами, сумерками и снегом Алексея и двинулись
к тому месту, где Красавчик обнаружил центр Храма. Вторая цепь пока отставала,
и до "лужи" ей надо было пройти вдвое больше, чем первой Двигалась она прямо на
меня. Я вжался в снег и задержал дыхание. Неторопливые шаги солдат
приближались, как мерный шум перекатывающего гальку прибоя. Вот они поравнялись
со мной, вот прошли дальше...
- Не спи, замерзнешь, - очень остроумно пошутил кто-то надо мной, и влед
за шуткой я получил тяжелый пинок под ребра.
Я поднял голову и посмотрел вверх. Вокруг меня собралось несколько белых
теней. Две из них схватили меня под руки и поставили вертикально, а одна
наступила на мою винтовку.
- Командир, сыщик у нас, - доложил обезоруживший меня шутник по рации. -
Привести к вам?
- Сдался он мне, - ответил невидимый командир.
- Мне нужен Абсолютный Воин, остальных бросайте в Храм! Если возродятся,
нам же лучше, а если нет, туда им и дорога!
Я хотел вырваться из крепких рук людей-атлантов, но меня успокоили парой
тяжелых ударов и, легко подтащив к "луже", бросили в самую ее середину...
Тепло нежных женских рук и глыбы тяжелого камня...
Ожившие цветные шары и разноцветные струйки текучего огня... Дрожащие
расплывчатые тени и яркий контраст черного и белого... Я падал и взлетал
одновременно. Мое тело стало невесомым и в то же время налилось свинцовой
тяжестью. Я не дышал, но не чувст-, вовал удушья. Я не жил, но и не умирал. Мой
разум словно попал в водоворот. Все мысли и ощущения вращались вокруг одной
вертикальной оси, соскальзывая все глубже в воронку совершенно новых эмоций.
Меня распирало от нереализованной любви, которая граничила с безумием и
ненавистью к неизвестному предмету обожания. Я не понимал, что или кого я так
вожделею, а от этого бесился вдвойне. В какой-то упущенный сознанием момент с
моего тела начала сползать кожа. Она стекала, словно воск, сначала робкими
каплями, а потом ручьями и водопадами. Подкожная клетчатка вспенилась
миллионами белесых пузырьков и почти в один момент взорвалась, окружив меня
облаком брызг. Я поднес к глазам свою препарированную руку и ужаснулся. Под
мутной пленкой фасций перекатывались тугие узлы крепких мышц. Я никогда не был
худосочным, однако эти мышцы превосходили все мои прежние пропорции минимум
вдвое! Вместе с ними увеличился просвет сосудов и толщина нервов. Мизинец вдруг
сдвинулся к запястью и, укоротившись на фалангу, стал походить на уменьшенную
копию большого пальца. Ужасно зачесались веки. Я принялся их растирать, но
после нескольких движений почувствовал боль. Отняв руки от глаз, я увидел, что
на мои обнаженные мышцы начинает возвращаться кожа. Не такая, как раньше, а
плотная и толстая, но в то же время исключительно эластичная и податливая.
Неожиданно для себя я рассмеялся. Мне начинало нравиться новое состояние! Я
чувствовал огромную физическую силу своего тела и несгибаемую твердость духа. Я
становился непобедимым и бесстрашным. Меня уже не волновали проблемы вчерашнего
дня - эти ничтожные мелочи человеческой жизни. Меня не трогали их эмоции и
переживания. Я становился гораздо выше по уровню сознания, а значит,
освобождался от глупой зависимости. Общество недозревших мартышек меня больше
не интересовало. Они были теперь лишь одним из условно съедобных видов
животных, муравьями, тщетно строящими свои хрупкие дома из хворостинок,
социальным зверьем, толком не понимающим, зачем объединилось в стаю, но
соблюдающи1ее сумбурные законы... Мое лицо затянулось твердой кожей, поле
зрения сузилось,поскольку его ограничили роговые складки вокруг налитых кровью
глаз, а из горла вырвался первый возглас:
- Это я! - слова забытого языка звучали как нежная песня. - Я снова стал
собой!
- Гордиться, право, нечем! - раздался рядом со мной глухой скрип
человеческого голоса.
Я удивленно оглянулся. Человек в Храме Возрождения?! Это было интересно.
Неужели среди приматов остался хоть кто-то, не впитавший в себя частицу
атлантов? Ту самую частицу, что просыпается в Храмах и, легко преодолевая
человеческую природу, определяет в дальнейшем внешность и образ мысли
пробудившегося существа!
Сквозь плывущие очертания стен подземелья проступил контур высокого
человека. Некоторое время он оставался таким же размытым, как и стены, но потом
"затвердел" и отделился от их поверхности...
- Видел бы ты, на кого стал похож! - насмешливо сказал стоящий рядом со
мной Красавчик.
- Нельзя себя так запускать, Эрик. Мыться надо почаще.
- Шутишь, коротышка? - проревел я на своем древнем языке. - Это твоя
последняя в жизни ошибка!
Я сгреб его в сильные объятия и сжал так, чтобы раздавить каждую из
составляющих его хрупкое тело косточек. К моему удивлению, сыщик не
сопротивлялся и даже не возмущался. Он спокойно ждал, когда я оставлю свои
тщетные старания и поставлю его на землю. Я удивленно развел руки и выпустил
человека на волю.
- Ты слаб, атлант! - высокомерно заявил Красавчик и, поправляя помятый
комбинезон, раздраженно добавил:
- Потому и передохли все твои предки...
- Ты, червь! - изрыгнул я проклятие, считавшееся в Золотых Воротах особо
неприличным. - Я сожру тебя живьем!
Это было тоже не самое приличное выражение.
- Вот ведь штуковина, эта генетическая память! - восхищенно сказал
Красавчик.
- Что бы доброе помнилось, так нет - одни ругательства!
Я грозно оскалился, сделал пару шагов в сторону противника и занес над ним
тяжелый кулак. Человек невозмутимо приблизил свое лицо к моему и заглянул мне в
глаза...
Возникшая пауза длилась целую вечность. Я не мог отвернуться, потому что
взгляд Красавчика меня буквально парализовал. В глубине его карих глаз
скрывалась такая глубокая и вечная тоска, что я непроизвольно принялся
подвывать Песню Павших. Человек смотрел на меня, как на того самого червя,
которого так презирали мои предки. Он смотрел так, как разум и сила смотрят на
глупость и безволие. Он пронзал меня этим взглядом насквозь, вырывая из тела
нервы и душу. Он оставлял внутри моей пустеющей оболочки только смрадную
темноту заброшенного склепа. Я чувствовал себя разрытой могилой, восставшим
из-под каменного обелиска, разлагающимся покойником, пришедшим на детский
утренник. Я видел в его глазах свое гниющее лицо, с которого, обнажая желтые
кости, опадают ошметки серо-зеленой кожи. Он показывал мне, кто я, однако мой
новый разум никак не желал с этим мириться...
Я попытался преодолеть гипноз человека, но эта попытка только усилила его
воздействие. Я тонул в себе самом, я растворялся в огромном море Ушедших, где
все мое естество было лишь одной незначительной каплей. Я изо всех сил пытался
вползти на твердом брюхе в заводь у берега Живущих, но упрямый отлив
человеческого взгляда уносил меня обратно. Я ожесточенно барахтался в высоких
волнах и упрямо плыл к берегу. Однако, едва коснувшись мягкого песка прибрежной
отмели, я соскальзывал обратно в глубину жидкого небытия...
В очередной раз подобравшись к прибрежным скалам, я разглядел бредущих по
линии прибоя людей. Их было двое. Одного я узнал сразу: это был мой мучитель.
Второй был мне незнаком. Вернее, он кого-то явно напоминал, но я никак не мог
его вспомнить. Люди беседовали, и, чтобы уловить их слова, я даже перестал
барахтаться.
- Они обречены, - говорил Красавчик. - Восстановить тело и даже часть
разума можно, но нельзя эти изменения удержать. Это как бунт в одной из
миллиона провинций империи. Пока власти такой государственной махины приведут
в движение все нужные механизмы подавления, весть о героях разнесется по всей
стране! Она всколыхнет сонные массы обывателей, разворошит улей сплетен и
слухов, взбудоражит умы бездельничающей молодежи, подвигнет на создание
очередных шедевров обленившихся творцов от мольберта, пюпитра и пера... В
общем, она внесет разнообразие в серую жизнь и метрополии, и задворок. У
жителей всей империи появится если не Смысл Жизни, так хотя бы Тема для
Разговоров! А потом все уляжется, и на их лицах появится все та же печать
безразличия и лени. А причина проста: один из миллиона ничтожен и никогда не
изменит в одночасье всю их налаженную жизнь. Генетика - та же логика.
Возобладавшие при поддержке Храма гены атлантов ничтожны вне силовых полей,
разбудивших в них пламя созидания. Да, по сути, они ничего не могут и внутри
Храма! Это не возрождение расы! Нет! Помилуйте, сударь, на чем ей
возрождаться?! Нельзя печь хлеб из гречки! Также нельзя слепить атланта из
человека! Можно изготовить муляж, это да, это справедливо! Однако такой похожий
на древнего предка манекен получится без силы атлантов, без их великолепной
реакции, памяти, ловкости, изобретательности и невообразимо тонкого чувства
юмора! Уж поверьте, я провел рядом с ними не одно тысячелетие...
Так что - нет. Решительно и бесповоротно. Я склонен отклонить ваш протест,
защитник. Это не возрождение древней расы, а глумление над ней. Лучше отзовите
своих солдат и демонтируйте все Храмы Возрождения!
- Я не согласен с вами, Воин Закона, - собеседник поиграл желваками и
упрямо покачал головой.
- Я хочу обратиться к высшему суду.
- Сколько угодно, - Красавчик махнул рукой. - Однако, когда Абсолютный
Воин скажет вам то же самое, время будет упущено, и пострадают не только
загубленные вами Монахи, но и все остальные потомки атлантов, особенно те, в
ком достаточно крови древних предков. Приобретя стабильную форму, они будут
умирать медленно и мучительно... А вот стать древним до конца не смогут даже
единицы... Я вижу, как вы хотите возразить, что благое дело восстановления вида
требует жертв... Не старайтесь, ни один ваш довод меня не убедит. Ваш замысел -
чистая авантюра.
- Вы читаете мысли?-- угрюмо спросил собеседник.
- Нет, просто я уже очень давно изучил весь перечень возможных вопросов и
ответов, - Красавчик улыбнулся, - всех разумных земных видов и на всех
языках...
- И все же я буду апеллировать к Абсолютному Воину! - вежливо, но упрямо
заявил собеседник.
- Быть по сему, - скорбно согласился Красавчик и, молитвенно сложив руки
на животе, побрел в глубь суши.
Я сделал несколько энергичных гребков к берегу, и тут до меня дошел смысл
подслушанного разговора. Мыльные пузыри... Я, все, кто прошел через Храм до
меня и кто пройдет после... Все мы никчемные мыльные пузыри! Пародии на древних
предков...
Я перестал двигаться и начал потихоньку погружаться на дно. Что за интерес
мне в этой жизни, если она закончилась, даже не начавшись? Что толку быть
древним, если ты мертв? Какой смысл быть муляжом сверхсущества, не в силах
стать им на самом деле?
Я ударился о твердое дно, и вдруг вся вода вокруг меня унеслась куда-то
вперед, словно курьерский поезд. Я сфокусировал взгляд и понял, что по-прежнему
стою перед человеком и смотрю в его бездонные глаза. С моего разума медленно
сползла покрывавшая его пелена, и я снова почувствовал себя Эриком, только
подцепившим ужасную, неизлечимую и уродующую форму ветрянки...
- Пристрели меня, - опустив массивные руки
вдоль тела, попросил я Красавчика.
- Сдурел, что ли?! - возмущенно поинтересовался напарник.
- Сиди здесь спокойно и делай вид, что весь из себя атлант. Понял? Я
обреченно кивнул.
- Долго сидеть? - русский язык моим "атлантическим" голосовым связкам
давался с трудом.
- Ну, пока Беляев побеседует с Абсолютным Воином, пока побесится от
безысходности, потом постреляет немного... Не со зла, конечно, а так, чтобы пар
выпустить. В общем, часа четыре, а то и больше... Продержишься?
- А куда я денусь? - я поморгал красными глазами.
- Слушай, а ты правда общался сдревними?
- Давай подведение итогов оставим на десерт! - предложил Красавчик. - Мне
еще с этим Беляевым спорить предстоит, так что пожалей мои скромные силы.
Хорошо? Вот и ладненько... И запомни главное - отсюда никуда! Ни копытом!
Понял, сохатый?
Я со вздохом кивнул, на что Красавчик обидно рассмеялся и исчез так же,
как и появился, - сквозь стену...
- Абсолютный Воин - судья для всех, - вкрадчиво шепнул новый Апостол
Северных территорий. - У него учились старейшины древних атлантов, вожаки
волков, вожди людей и даже наши Судьи... Если он говорит, что древнюю расу не
возродить, значит, это правда.
- Я не верю в сказку про Воина! - резко возразил Беляев.
- Ты заинтересован в сделке или нет?!
- Если бы ты не верил в Абсолютного Воина, то никакой сделки мне бы не
предложил, - мягко возразил Апостол.
- Если ты не веришь в сказку, с кем же ты тогда беседовал?
- С каким-то Воином Закона... - Беляев махнул рукой. - Он сказал, что
является правой рукой этого пресловутого абсолютного судьи.
Апостол негромко рассмеялся:
- Ты не хочешь замечать очевидного, атлант, а потому обречен на унижение
гордыни. Воин Закона - устаревший синоним слова "судья", если перевести его на
язык древних атлантов. А судья для нас один - Абсолютный Воин!
- Чтоб он провалился со своим заплесневелым правосудием! - в сердцах
воскликнул Беляев.
- Один не один! Я не намерен вступать в дискуссию еще и с тобой! Просто
ответь мне, ты согласен на твердый раздел территорий и проживающего на них
населения планеты поровну или нет?!
- У меня есть ряд поправок... - попытался потянуть с ответом Апостол.
- Да или нет?! - требовательно повторил Беляев, перегибаясь через стол и
заглядывая одержимому прямо в глаза.
- Ну хорошо, - отступил Апостол. - Что требуется от моих воинов?
- Немедленно войти в пространство Земли в таком количестве, которое
позволило бы подчинить Бездне сразу всех обитающих на ваших территориях и
доступных для вселения людей и волков! Всех остальных следует уничтожить без
колебаний!
- Но Абсолютный... - попытался возразить Апостол.
- В этом случае не сможет нам помешать, поскольку будет уничтожен вместе
со второй категорией населения, - перебил его Беляев.
- А как быть с вашей территорией? - спросил Апостол.
- Если Воин укроется,в каком-нибудь Храме?
- Тогда это станет нашей проблемой, - недобро улыбаясь, ответил атлант. -
Я изменю настройки всех существующих Храмов и сделаю из них единую Систему
Возрождения! Всех живущих в зоне моей ответственности я прогоню через нее
принудительно и разделю их на те же группы: возрожденные и неподдающиеся.
Вторые нам не понадобятся, а первые станут основой нового мира!
- Который вскоре почувствует, что половины планеты ему маловато, и
двинется войной на нас, - закончил за Беляева Апостол.
- Это наше неотъемлемое право, так же, как и ваше, - парировал атлант.
- Мы, конечно же, не сможем прожить без конфликтов, но это естественно, а
значит, не стоит обсуждения. С другой стороны, однополярный мир
нежизнеспособен, и однажды это уже погубило мою расу...
- О гневе Воина Бездна помнит страшные вещи, - попытался предупредить
Апостол.
- Эти сведения устарели! - уверенно отрезал Беляев. - То, что казалось
нашим предкам чудом, теперь кипятит нам воду. Абсолютный Воин - всего лишь
зажившийся на свете червь, а вся его мудрость стала спорной уже тогда, когда
появилась Бездна, ведь с ее объемом знаний не сравнится ни один банк данных
даже сейчас! Что же говорить об одном человеке, пусть и странствующем между
тысячелетий?! Прошлые заслуги - слабый козырь. Воин уже давно всего лишь
сторонний наблюдатель, я уверен! Ведь ему нечего предложить просвещенному миру,
кроме своего ортодоксального правосудия! Вместе мы сотрем его в порошок и
напишем свои законы!
- Хорошо, хотя твое представление о Воине весьма превратно, - еще немного
подумав, согласился Апостол.
- Мы начнем через восемь земных часов.
- В знак уважения я постараюсь изменить все настройки и запустить Храмы в
новом режиме к тому же времени, - заверил Беляев.
- Сверим часы?
-Там еще один, - донесся до меня еле слышный шепот.
- Спит, по-моему...
- Он как раз у выхода! Придется подождать, пока он за чем-нибудь отойдет.
- За чем?
- Ну мало ли? В туалет или в киоск за сигаретами...
- Все тебе шуточки! А если обнаружится, что мы сбежали?!
- Ну мы пока еще не сбежали...
- Умеешь ты успокаивать!
- Да не суетись ты, сейчас что-нибудь придумаю... А может, он уже сдох?
Смотри, даже не шевелится...
Я наконец-то понял, почему мне так знаком один из голосов. Несмотря на то
что его маскировал неровный шепот, не узнать незатейливый Пашин юмор было
трудно. Я приоткрыл один глаз и посмотрел на притихших контрразведчиков.
Выглядели они для пленных вполне нормально. У Паши была разбита губа, а Ольга
почему-то осталась без обуви. Вникать в подробности здешних методов допро
...Закладка в соц.сетях
