Жанр: Научная фантастика
Страшные вещи лизы макиной
...е оборачиваясь.
- Для человека у тебя феноменальные способности, - без тени иронии похвалила Лиза.
- Никакого окна нет. Наружу проецируется изображение внутренней обстановки с записью
моих передвижений. Подделку обнаружить невозможно, усилитель ежедневно меняет
сценарии. Вероятность повторения - один на миллиард. Но моделируется не только
визуальный сценарий. На случай использования высокочувствительных микрофонов ежедневно
меняется звуковой ряд.
- Почему он похож на тебя? - хрипло спросил я. - Этот штамп... Его сделал твой отец?
О В ответе я догадывался, но мне обязательно надо было услышать правду от нее.
- У меня нет отца, - сказала Лиза. - Это штамп, выращенный из моего семени. Мы
давно отказались от искусственного моделирования. Кроме того, телепатическая связь с
генетически зависимым роботом наиболее прочная.
- А почему старики послали тебя? - Я следил за медленными колыханиями прозрачного
пузыря. Похоже, невидимая дверь все же имелась, только не в стене, а в потолке...
- Потому что это я виновата в том, что Скрипач похитил штампы.
Ее слова прозвучали обыденно, словно Лиза объясняла простейшую теорему.
- Ага, зашибись... Значит, в вашем добром гармоничном мирке завелись воры?
Каким-то образом я почувствовал, что каждым упоминанием о Скрипаче я доставляю
Макиной новую боль. Какая-то собака тут была зарыта! Лиза не просто охотилась на своего
соплеменника - их связывало нечто большее!
- Он хотел добра, но выбрал неверный путь...
- Так вы раскидываете эти семена, чтобы они потом нападали на людей?
- Остроумная мысль, - кивнула Лиза. - Вполне в духе вашей пропагандистской
машины. Я ничего не раскидываю. Я пытаюсь собрать то, что по нелепой случайности попало в
Москву. Страшно представить, что вас ждет, если я не успею.
- А что нас ждет?
- Полное спокойствие. Умиротворенность. Благодать.
- Ты издеваешься?
- Ничуть. Пастухи выполняют возложенные на них функции. Удаляют нервозность,
ликвидируют очаги напряжения, рассеивают агрессивную энергию. Их пока просто слишком
мало, чтобы обеспечить необратимые изменения в массовой психологии. Нужны доноры, по
крайней мере человек десять. Или один - такой, как ты.
- Значит, меня хотели украсть и подсадить под кожу десяток зародышей? Если бы ты
мне его не дала...
- Сейчас у меня остались лишь три работоспособных штампа. Усилитель генерирует
новые семена слишком медленно, это один из самых энергозатратных процессов... Я не
обманывала тебя, я действительно не могла тогда покинуть квартиру. Мне пришлось свернуть
усилитель, потому что люди, подосланные Скрипачом, прибыли со специальной аппаратурой.
Среди них был один из полиморфов, выращенных из семян четвертого поколения. Вне
квартиры он нашел бы меня и убил. Если бы ты успел передать семя, мой "отец" вырастил бы
дубля. Конечно, это опасно, но другого выхода не оставалось. К счастью, пока ты ездил,
вернулся другой мой помощник и уничтожил врага.
- Так тот очкарик в сером плаще, что убил ребенка, это был?.. - ахнул я.
- Это один из моих "отцов", - кивнула Лиза. - Мне сложно перевести на русский язык,
но приблизительно звучит так: пластичный автономный полиморф полужесткого типа. Я
располагаю более новыми и гибкими моделями, чем Скрипач, потому что мой дед входит в
Ложу Мастеров. В результате общего голосования в мое распоряжение предоставлены лучшие
ресурсы. К сожалению, Ложа не могла предугадать, что мне придется иметь дело со
спецслужбой...
Устаревшие штампы, те "нищие ", которых ты видел, не способны оперативно изменять
внешний вид, но все же они не менее опасны. Эти роботы запрограммированы на боевые
действия, обычным людям не под силу их остановить. Мы выловили и уничтожили восьмерых
в метро, но Скрипач нас заметил. Я слишком поздно поняла свою ошибку. Я была уверена, что
мальчик действует автономно, что произошел сбой в работе мозга под влиянием внутренних
генетических факторов. На самом деле мальчик не один, в деле замешаны ваши военные.
- Мальчик?!
Макина отвернулась, но тут же взяла себя в руки.
- Он старше нас с тобой на два года. Каким-то образом его подчинили или подкупили
ваши силовики. До вчерашнего дня я думала, что Скрипач дезинформирован, что он сам не
понимает опасности бесконтрольного клонирования. Я была уверена, что сумею ему помочь, но
все оказалось гораздо сложнее. Поэтому тебя опередили в подземке.
- Черт подери, а чего они хотят? Зачем им все это надо, если роботы никого не убивают?
- Они провоцируют массовый гипноз... - Лиза замялась. - Саша, я не понимаю, какую
роль играют ваши военные, ведь семена Скрипача настроены только на его мозг. Без мальчика
они не смогут управлять, если только не нашли какой-то способ... Мой дед боялся именно
этого. Он считал, что последние модели суперкомпьютеров способны решить задачу
перепрограммирования для старых версий штампов. Четвертое поколение было завезено еще
Забытыми, это семена чуждой нам расы. В поселках они запрещены к использованию, но срок
инкубации неограничен. Усилителю все равно, на базе какого генетического материала
запускать программу развития эмбрионов. Человек вполне годится, но человек
модифицированный.
- Как ты?
- Как я. Скрипач отважился на открытое нарушение всех законов Ложи. Обычные
жители Земли не должны использоваться как доноры, иначе разрушается и донор, и штамп...
- Но эти, вон какие живучие! - Меня передернуло, когда я вспомнил, как раздавленный
Макин отскребывал себя от капота. - Как же того, на станции, так легко порешили?
- Его ликвидировали не из обычного пистолета. Я не буду тебе говорить, что способно
разорвать молекулярные связи в организме робота, но Скрипач подсказал вашим военным
другой выход. Его штампы бессильны против моих, однако они не неуязвимы. На одном из
ваших оружейных заводов выпущена портативная установка с тепловым наведением,
стреляющая фугасными патронами. Кучность стрельбы на расстоянии до сотни метров -
стопроцентная, поскольку каждый последующий заряд ориентирован на хвостовой поток
предыдущего. Мозговой центр полиморфа располагается в поясничном отделе и защищен такой
пластичной броней, которая по прочности в тридцать раз превышает показатели лучших сортов
ваших стальных сплавов. Он способен выдержать прямое попадание из гранатомета. Даже
фугасные снаряды, предложенные Скрипачом, не прожигают броню, но поднимают
температуру тела до таких значений, что включается программа самоликвидации.
- Так он сгорел?
- Ни один мой штамп не попадет к ним в руки, - сурово произнесла Макина.
Я отодвинул кресло, встал в угол возле обшарпанного буфета и уставился в потолок.
Самый обычный, сто раз крашенный потолок, но что-то там было не так...
- Браво! - снова сказала Лиза. - Хоть в этом я не ошиблась.
- В чем "этом"?
- Твой мозг воспринимает... тяжело подобрать точный перевод. Назовем это "тонкой
материей". Мы туда поднимемся, но сначала я должна убедиться, что ты верно оцениваешь
ситуацию.
- Неужели я такой дебил? Ты растолкуй, и я пойму.
- Те люди, что намеревались захватить семя и заодно тебя, они тоже понимают. Но
оценивать и понимать - это две разные вещи. Они понимают, зачем это делают, но
неспособны оценить последствия своих поступков, поскольку ими движут извращенные
этические критерии.
- А у меня критерии не извращенные? - Я примирился с тем, что обижаться на нее
бесполезно. Эта коротышка не только играла в шахматы на уровне чемпиона мира, она
прилетела из деревни, где умели в двухкомнатной квартире прятать целый дворец. Теперь-то я
различал в потолке глубокую шахту с боковыми проходами... И следовательно, Лиза была
умнее меня раз в сто, если не в тысячу!
- Любая личность, взаимодействующая с социумом, подвержена контролю среды. Весь
вопрос в том, с какими целями контроль осуществляется. Но даже в архаичных обществах
наблюдается прослойка людей, обладающих определенной внутренней свободой. Это
творческие личности, политические нонконформисты либо шизоиды - лица, чья психика
нарушена. По крайней мере с точки зрения официальной психиатрии.
- Вот обрадовала! Так я, выходит, скрытый шизик?
- Пока что ты внутренне свободный человек. Это огромное благо и источник больших
проблем в будущем, поскольку твоя высокая потребность в самореализации постоянно
сталкивается с жесткими требованиями среды. Ты не умеешь контролировать эмоциональную
сферу. Как и большинство мужчин, не умеешь сублимировать агрессивную сексуальную
энергию в творческое русло. Не владеешь достаточными знаниями для определения
профессиональных потенций. Проще говоря, ты сам не знаешь, чего хочешь. Обладая
известной харизмой, позитивным нравственным началом и врожденным чувством гармонии, ты
торгуешь на рынке ворованными телефонами.
- Это мы слыхали.,. Мать тоже говорит, что я тюрягой кончу. А что мне, на завод идти
ишачить? Или в шиномонтаж? Я как Сережа не хочу жить, вечно на сигареты у всех стрелять!
Я опасливо проводил взглядом шестиугольную сиреневую платформу, проплывшую по
диагонали из левого нижнего угла комнаты в сторону окна. Сквозь платформу просвечивала
мебель, но наверху крутился шершавый темный сгусток, похожий на свернувшегося дикобраза.
Макина улыбнулась.
- Ты стремишься к независимости. Это оправданно и похвально. Но за любые
достижения приходится платить, верно? Перелезая через забор, всякий раз рискуешь оставить
кусок штанов. Наше основное разногласие состоит в том, что в моем маленьком обществе
материальное благополучие достижением не считается. Скорее наоборот, Наставницы
рассматривают материальные стимулы в учебных программах именно в контексте опасных
заблуждений. Так учили Забытые, и в этом они правы.
- А, так вам нравится жить, чтобы всем поровну? У нас раньше тоже хотели, чтобы всё
поровну. Мать говорит, что полный отстой вышел, жрать нечего было!
- Не поровну, Саша, а по реальным потребностям. Человеку нет необходимости иметь
два дома или три автомобиля. Он пользуется одним домом и одним средством передвижения.
Зато, если ему захочется пожить в горах или, наоборот, возле океана, всегда найдутся
желающие поменяться с ним...
- Ага, так я и поверил! Найди таких дураков, чтобы незнакомым свою хату оставили...
- В сегодняшней ситуации у меня есть лишь немного времени, чтобы привить тебе
элементарные навыки социальной гармонии... Остается надеяться, что лучшее возьмет верх. Я
попытаюсь объяснить в двух словах, что происходит в метрополитене, только потому, что
надеюсь на твою помощь.
- Выходит, что я тебе все-таки нужен, как и Скрипачу?
- Ты мне не нужен для проращивания семян. Ты мне нужен для того, чтобы его найти и
остановить.
- Что?! Тут я тебе не помощник.
- Неужели ты не понимаешь, что большинство людей его попросту не замечает, как не
замечает и моих штампов, и меня? Мы все - и люди, и полиморфы - постоянно используем
ментальный экран для защиты от внешних санкций. Когда я просмотрела записи четвертого,
как ты шел за ним в метро я была поражена.
- Это тот, что поймал мальчика?
- Да, он успел его отключить...
- Так он меня что, затылком видел?
- Обзор круговой. То, что ты принимаешь за их глаза, всего лишь имитация.
- Почему же он меня не...
- Не поступило соответствующей команды.
- Спасибо, Лиза.
- Пожалуйста. Мне было любопытно понять, откуда ты такой взялся. Саша, вряд ли я
найду человека, такого же, как ты, способного заметить Скрипача. Я буду продолжать поиск, но
теперь все усложнилось. Он знает, что я здесь, и знает, как выглядят мои штампы. Не внешне,
конечно, есть масса иных параметров, которые невозможно изменить. Он их почует, как самая
лучшая собака.
- Так он что, стоит и играет на какой-то станции? Тогда можно поспрашивать нищих,
они своих конкурентов знают. И вообще, там же целая мафия - и бандиты попрошаек пасут, и
менты...
- Он играет, но отыскать нелегко. Он играет для тех, кто его может услышать, чтобы
привлечь их внимание и просканировать мозг. Скрипач выбрал неординарный образ для
воплощения. С одной стороны, таким образом он пропускает мимо себя массу народу,
отфильтровывая тех, кому можно подсадить семена, а с другой стороны, никто на него не
смотрит. Никому не интересен нищий музыкант.
- Но вы-то можете его засечь?
- Он не полиморф, и он не хочет быть найден. Вот уже месяц, как я ежедневно
спускаюсь в метро. А до этого два месяца я искала его следы во всех группах новостей. Потом
мне посчастливилось: я обнаружила волну от его усилителя.
- От чего?
- От того, что ты назвал бы звездолетом.
- И где же ваши звездолеты? - ехидно поинтересовался я.
- Мой усилитель - здесь, но к звездам мы не летаем, - невозмутимо повела рукой
Макина. - Десятки поколений Мастеров так и не сумели решить эту задачу. Забытые сделали
из нас идеальных сторожей. Можно сколько угодно играться с космическим кораблем в
пределах атмосферы, но дальше путь закрыт. И так обстоит дело почти со всеми их
техническими устройствами: лежит под рукой, но не дотянуться.
- Потому что вас мало?
- Так думают Мастера. По оценкам Ложи, требуется около восьмидесяти тысяч
освобожденных разумов, чтобы слиться в цепочку биокомпьютера. Тогда мы построим
усилитель, способный преодолеть тяготение.
- Восемьдесят тысяч доноров?! Ого-го... А мы зато давно полетели в космос и без вас!
- В создании ваших ужасных ракет участвует в десять раз больше народу... А где
Скрипач спрятал свой усилитель, предстоит узнать. По всей видимости, мальчик держит его в
свернутом состоянии, где-то вдали от города...
- Я, может, и дурак, но не до такой степени. К твоему сведению, это мой дом, и номер на
парадной есть, а никакой не звездолет.
- Мне сложно подобрать перевод, хотя язык достаточно богат... Усилитель - наиболее
подходящее слово. Многофункциональный комплекс циклического жизнеобеспечения, в том
числе для длительного пребывания в агрессивных средах.
- И он летает?
- М-м-м... Он не летает, как ваши космические челноки или как самолеты. Извини, но
нет смысла объяснять тебе технологии, которые даже фундаментальная физика пока не
рассматривает. Еще раз подчеркну: Забытые поступили чрезвычайно хитро. Это только
кажется, что они бросили нужные вещи. Оставленные ими усилители не могут подняться в
космос, программа поддержания здоровья действует только в поселке и так далее...
- А здесь... Ну, у нас, в Москве, для тебя вредно?
- Сашенька, мне так не хочется тебя пугать, - вздохнула Лиза, - но то, что ты видишь,
это защитная оболочка.
- Скафандр?
- Не совсем так. Это больше чем скафандр.
- Покажи мне! Ну, здесь-то ты можешь расстегнуть?
- Могу, но не буду. Я заболею. В трюмах усилителя поддерживается адекватный состав
атмосферы, такой же, как за климатическим барьером в поселке. Ты ничего не почувствовал, но
как только вошел, тоже оказался в защитном костюме. Иначе ты заразил бы меня.
На секунду я почувствовал себя запертым в чреве огромного космического корабля, одна
лишь атмосфера которого способна растворить человеческую кожу за пару минут...
- Так они... - Я не находил слов. - Так эти сволочи заставили вас дышать другим
воздухом?!
- В поселке даже атмосферное давление выше, чем везде. - Макина смотрела на меня
очень грустно. - Скажем так: за право получить теплую работенку при военной базе персонал
поплатился очень многим. Уже много поколений мы не совсем люди, а всего лишь охранники
подземных хранилищ...
- А что там, в хранилищах?
Лиза посмотрела на меня очень странно:
- Наверное, то, за чем Забытые планируют вернуться.
- И на кой черт я с тобой связался? - сокрушенно пробормотал я. Полеты сквозь стены
меня уже не радовали, и прочих чудес тоже не хотелось. Я думал лишь об одном: как
спрятаться от Пети и Вовы, которые неминуемо припрутся в третий раз, - Не могла ты свою
ракету где-нибудь в деревне посадить? Чем тебе эта халупа приглянулась?
- Как ни парадоксально это прозвучит, но усилителю, способному к многократной
развертке внутреннего пространства, требуется внешняя фиксированная оболочка, не
подверженная изменениям. Приборы можно запустить на открытом воздухе где-нибудь в лесу,
и под водой, и даже под землей. Большой роли не играет, автономное существование было бы
обеспечено, хотя энергии уйдет на порядок больше... Я понимаю, тебе тяжело преодолеть
традиционные представления о пространственном конструировании...
В компактном виде весь усилитель, или, если так проще, космический корабль, легко
помещается в пробирке. Но это с точки зрения догматов вашей физики, из которых следует, что
больший объем нельзя уместить в меньшем. При этом совершенно упускается из виду, что
указанные законы применимы лишь в координатных сетках с заранее заданными жесткими
параметрами, иначе все построения рушатся... Тебе непонятно?
Возьмем, к примеру, отрезок идеально ровного дорожного покрытия между двумя
столбами длиной сорок метров. От одного столба к другому перемещается автомобиль. С
математической точки зрения, мы признаем, что точка движется вдоль прямой. В
действительности это неправда, поскольку не учитывается кривизна земной поверхности,
гравитационная составляющая планеты-спутника и множество иных флуктуации. Но
строителям дороги и водителю машины не нужны эти факторы, они действуют, руководствуясь
приблизительными расчетами. То же самое происходит при вычислениях любой степени
сложности, ваша наука пока не в состоянии учесть все погрешности... Ученые считают, что
дорога прямая, хотя и догадываются о своих заблуждениях. Но в противном случае дорожные
строители не построили бы и метра полотна, они бы тысячелетиями ждали верное уравнение, с
учетом всех коэффициентов. Это нелепо.
Однако когда вы найдете эти коэффициенты, сделаете необходимые поправки, составите
новые уравнения, то увидите, что правила прокладки шоссе никак нельзя распространять на
Вселенную. То, что вам представляется прямой, совсем не прямая, а там, где визуальные
наблюдения ваших телескопов указывают на пустоту, напротив, совсем не пусто...
Поскольку нам необходимо ежедневно бывать в центре этого города, арендовать квартиру
мне показалось разумнее всего. В отелях персонал ежедневно пытался бы проникнуть в номер.
А с тобой, Саша, я знакомиться не планировала. Произошло удивительное совпадение;
религиозные люди назвали бы нашу встречу перстом Божьим, знаком провидения и тому
подобным... Не скрою, вначале, когда я заметила, что ты за нами следишь, я не могла
избавиться от подозрений. Слишком необычной казалась такая встреча...
- Чего же тут необычного? - Я почти освоился с ее перегруженным языком, просто
пропускал мимо ушей мудреные словечки, чтобы окончательно не тронуться. Макина стояла
передо мной, такая же маленькая и толстая, как всегда, ни капельки не похожая на прислужника
давно слинявших пришельцев. Пухленькая, с раздутыми щеками и двойным подбородком. Я
вдруг представил, что, если крепко зажмурюсь и сосчитаю до десяти, все это окажется сном,
внезапным глюком...
Я зажмурился, но Лиза никуда не делась. Напротив, стало еще хуже: вместо узкого люка в
потолке на сотню метров вверх простиралась широченная труба, освещенная рядами бледноголубых
плафонов; точно такие же, круглые в сечении коридоры открылись за секретером и
слева, за спинкой облезлого дивана. По диагонали через комнату проползла еще одна сиреневая
гайка. Потом я неосторожно глянул вниз и поневоле схватился за подоконник.
Пол в ярыгинской гостиной отсутствовал. Прямо из-под ног на колоссальную глубину
разбегались три наклонные шахты с движущимися эскалаторами. Шахты - почти как в метро,
только узкие, метра по два в диаметре. Сколько я ни вглядывался, конца тоннелей не мог
заметить. Мы с Макиной словно находились по разные стороны от широченного провала. Углы
комнаты заплыли, помещение приобрело очертания шара, точно я попал в один из узлов
гигантской кристаллической решетки, вроде той, что стоит на шкафу у нашей химички.
Вероятно, это был самый центр, откуда разбегались коридоры и тоннели, или, напротив, всего
лишь прихожая, шлюз, из которого можно проникнуть дальше... Совсем недавно я бродил по
линолеуму покрывавшему скрипучий пол, а нынче боялся ступить и шагу.
- На хрена ты это делаешь? - Не отпуская подоконник, я осторожно перенес вес на
левую ногу и потрогал пол. Серый линолеум, прожженный и расцарапанный, никуда не пропал.
Я понял, как невесело живется несчастным психам в стране сплошных глюков.
- Я ничего не делаю. - Макина вышла на середину комнаты, ее ноги висели над
пропастью.-Просто благодаря успокоительному ты немножко расслабился и позволил себе
увидеть одну из граней реальности.
- И что мы будем делать, если его найдем? - Я не отрывал глаз от двери в кухню. Там
что-то происходило, что-то медленно ворочалось, словно крутился квач из сдобного теста
размером с голову слона. Сквозь "тесто" виднелись убогие кухонные шкафчики, допотопная
мясорубка и несколько дешевых иконок, намертво прибитых в сыром углу. - Он меня
вычислит и тут же скормит своим? Или ты дашь мне парочку лазерных пушек?
- Нет, у меня нет лазерных пушек, но защитить тебя я постараюсь. Да, здесь все время
приходится пребывать в состоянии защиты - это так необычно и так неприятно... Не всем
старикам приглянулась идея отпустить меня в Москву. Очень высокий ментальный потенциал,
чрезвычайно плотная концентрация сборных бессознательных устремлений - все это
привлекает наших ученых... Ты спросил о хранилищах Забытых. Некоторые Мастера из клана
Плачущих считали, что открыть хранилища можно, если увеличить количество разумов в
цепочке в десять раз. Но нашим четырем поселкам никогда не достичь необходимого
населения. Косвенно идея Плачущих подтверждается тем, что мы не можем сами регулировать
рождаемость. Все подчинено древней программе модификации. Как будто пришельцы
стремились обезопаситься от вторжений в энергетические блоки и закрытые сектора. Никто не
знает, что там. Известно лишь, что под сопкой Горбатый клюв в землю уходит труба, на
глубину не менее километра. Клан Плачущих полагал, что достаточно нарушить запрет и
пригласить обычных горожан... Но они упустили из виду, что ваше общество не прошло и
десятой доли необходимых циклов и не готово к адекватному восприятию мира...
- Они послали Скрипача вербовать сторонников?
- Я все тебе объясню. Сначала нужно его найти. Полагаю, что Скрипач не очень хорошо
умеет играть на скрипке - это тебе должно помочь.
- А он... Он твой личный враг?
- Слово "враг" в официальном языке Забытых давно стало анахронизмом... Он не враг,
но я виновата в том, что он здесь оказался. Если бы не моя доверчивость, этого бы не
случилось. Позже я тебе все расскажу... Сейчас я могу только сказать, что Скрипач должен был
нести доброту. Этого не произошло. Знаешь, когда я впервые спустилась в ваше метро, то чуть
не потеряла рассудок от обилия отрицательных эмоций. У меня никогда не было недругов, и
попасть во враждебное окружение оказалось крайне неприятно... Очень тяжело жить одной
особенно в такой дали, быть оторванной от семьи и подруг. Мне тяжело, но я нашла тебя. Я так
обрадовалась, Саша, когда мы встретились, даже не подозревала в себе столь сильных скрытых
эмоций.
Самое смешное, что я посылала своей семье оптимистические сообщения. Я просила их
радоваться за меня и за всех нас, потому что мне несказанно повезло встретить добрых людей,
проникнутых идеями красоты и гармонии. Больше мы не контактировали, я пока не знаю, что
сказать близким. Слишком сильное разочарование. Я была не готова к агрессии. Перед
отправкой сюда мне пришлось проходить специальный курс защиты психики - и все равно,
очень тяжело...
- А эти... нищие, они злые?
- Полиморфы четвертого поколения? Им несложно сменить установочную директиву.
- Вот блин... Значит, они должны были приносить пользу? А какой же от них вред?
- Вред огромен, Саша, но тебе может показаться, что проблемы попросту не существует.
Самое опасное то, что они разносят споры... Помнишь, я говорила, что недостаточно понимать,
надо уметь всесторонне оценивать?
- Стой! Ну, допустим, ты меня убедишь, что они вредят, и я поверю... А дальше что? Я
же простой человек, а не Джеки Чан. Дело не в трусости, но сегодня меня едва не убили. Как,
по-твоему, я смогу его вырубить?
- Очень просто. - Макина подошла и взяла меня за руку. - Мы сделаем так, чтобы
Скрипач сам тебя нашел.
20
ДВОРЕЦ В ПРОБИРКЕ
- Меня звали в детстве Маленькая принцесса, - засмеялась Лиза. - Я была младшей
сестрой в семье и, наверное, самой любимой, хотя мама ко всем относилась тепло. Но во мне
было что-то, отличное от других детей, - не ум и не красота. Бабушка называла это меткой
богини Тэкэ... Год Забытых тянется почти в полтора раза короче, чем земной, но учиться
принято по их календарю. Когда мне исполнилось шесть, я впервые была допущена к
дошкольным слушаниям. Точно перевести это непросто, в русском языке не хватает слов. Я
вела себя как обычный ребенок, но задавала слишком много вопросов, на которые ни мама, ни
старшие сестры не могли ответить...
Видишь ли, Саша, когда в вашей стране в семье подрастает мальчик, родители поощряют
его в изучении мира. Отец берет ребенка с собой чинить автомобиль, мальчику покупают
конструкторы, доверяют доламывать старые будильники, позволяют точить ножи. Но те же
родители пугаются, если их дочка норовит вытащить из лужи жука или пытается сама
включить телевизор. Девочке с пеленок внушают, что она не способна мыслить, как мужчина,
что ее обязанность - возвращаться домой с прогулки в чистом платье и ни в коем случае не
подходить к розеткам или спичкам. По сути дела, в сознание девочек внедряют установку, что
они тупее мальчиков, хотя в школе показатели учебы говорят об обратном. Мужское общество
не может позволить женщинам претендовать на равные права в интеллектуальной сфере.
Что происходит в результате? Громадное количество женщин все равно добивается
карьерного роста, опережает мужчин, но тратит при этом в пять раз больше сил и времени...
У Забытых все было иначе, и какие-то свои правила они внушили нашим пр
...Закладка в соц.сетях
