Жанр: Научная фантастика
Возвращение
...рядом со мной сидела Таня - испуганная и встревоженная. Таня, а не
какая-то иная, неизвестная мне (позабытая мной?..) женщина. И моя Таня была
до смерти напугана всем происходящим.
Таня понимала, что мой жест более чем способен послужить откровенной
провокацией к драке. Она стиснула ладонью моё колено и я почувствовал, как
дрожит её рука.
- Пойдём отсюда, - снова шепчет она.
Я киваю головой, не отводя взгляда от компании "танцора". Они о чём-то
совещаются, даже не глядя в мою сторону. Потом вдруг подзывают официанта,
расплачиваются с ним и не спеша направляются к выходу.
- У вас проблемы?
Я поворачиваюсь и вижу рядом с собой учтиво склонившегося метрдотеля
ресторана - своего старого и хорошего знакомого.
- Нет, что вы! - широко улыбаюсь я. - Всё в порядке!
- Возле второго выхода - через кухню - стоит моя машина, - задумчиво
говорит он, глядя вслед удаляющейся компании. - Если желаете... У меня
сейчас как раз есть свободное время... Я мог бы...
- Спасибо, - продолжаю улыбаться я. - Не стоит утруждать себя. Мы
превосходно доедем на такси.
Я понимаю причину его озабоченности. Ему не нужна драка в ресторане.
Но, будь я проклят, если понимаю, почему вдруг отказался от его предложения
нас подвезти!
Мы встаём из-за столика и прощаемся с метрдотелем.
- Надеюсь, вам у нас, всё-таки, понравилось! - с заметным облегчением
произносит он.
- Конечно! - соглашаюсь я. - Особенно оформление зала!
Он смеётся, делая вид, что оценил мою шутку, и мы с Таней покидаем это
гостеприимное заведение.
На улице никого не было видно, но я понимал (или чувствовал), что мои
новые "друзья" где-то поблизости. Плечи Тани испуганно вздрагивали под моей
ладонью от вида каждой проезжающей мимо машины, что тоже не прибавляло мне
уверенности в благополучном завершении похода в ресторан. Мы тормознули
тачку и назвали адрес.
Когда наше такси завернуло за угол, Таня облегчённо вздохнула. Она уже
решила, что всё закончилось, и теперь вспомнила, кто именно был виновником
всех её переживаний.
- И чего ты нарываешься на скандал? - спросила она. - Тебе это надо,
что ли?
- Да ведь, скандала-то не было, - попытался возразить я без особого,
впрочем, воодушевления. Мысли мои были в этот момент далеко отсюда. Я
превосходно понимал, что если эти типы так быстренько и тихо слиняли из
кабака, то явно не за тем, чтобы найти себе местечко поспокойнее.
- И слава Богу, - сказала Таня. - Не делай так больше. Ладно? Это
сегодня всё обошлось, а в другой раз может быть и хуже...
Я промолчал. Я почему-то был уверен в том, что ничего ещё не
закончилось и вздыхать с облегчением пока ещё рановато. И, как показали
дальнейшие события, я оказался прав. Компания "танцора" решила не обрывать
наше неожиданно завязавшееся знакомство. И первым заметил их водитель
такси - две чёрные иномарки, следовавшие за нами по пятам.
- Чего им надо-то?! - недоумевающе пробормотал таксист.
- Это ОНИ? Да, Костя? - замирающим голосом прошептала Таня.
- Наверное, - только и ответил я.
- Ох! Быстрей бы до дома доехать!.. - простонала Таня.
А я живо представил себе, как мы подъезжаем к моему дому, выскакиваем
из машины и несёмся по плохо освещённой лестнице ко мне, на пятый этаж. А за
нами - с топотом и злобным матом - несётся давешний танцор со всей своей
подтанцовкой. Весь шоу-балет, короче говоря...
Дверь-то они, может быть, и не выломают, но адресочек мой запомнят.
Если, конечно, мы вообще успеем забежать в квартиру...
И что тогда? Кричать, звать соседей? Ага, как же! Вылезут они, хрен
там! А вы бы сами вылезли? Вот, то-то и оно!
Или, может быть, в полицию звонить? Так ведь те приедут как раз на
похороны. Констатировать летальный исход, так сказать...
И вдруг!..
Неожиданно в голове моей словно бы что-то щёлкнуло. Весь хмель - как
ветром выдуло. Мысли стали холодными и ясными. Более того - я вдруг понял,
что мне нужно делать. И я вдруг стал АБСОЛЮТНО уверен в том, что у меня всё
получится.
Может быть, уверенность эта проистекала от ощущения неожиданной силы,
которая вдруг начала наполнять всё моё тело. Словно миллиарды крошечных
иголочек на одно мгновение слабо кольнули каждую частичку моей кожи. Словно
холодный и свежий ветер продул всё сознание, наполнив его небывалой ясностью
и ощущением неописуемой власти.
- Притормози-ка на минутку, - попросил я водителя.
- Ты с ума сошёл! - взвизгнула Таня. - Ты... - она вдруг испуганно
замолчала.
Нет, ничего особенного не произошло, просто я на неё посмотрел. И она,
наверное, увидела в моих глазах нечто такое, от чего у неё мгновенно пропала
всяческая охота спорить со мной.
Я шёл по направлению к этой озверевшей компании. Надо сказать, что в
своём поведении я был не оригинален - они тоже спешили сократить разделяющее
нас расстояние. Совсем как тогда, в Гдане. Но, в Гдане подобной мрази было в
сотни раз больше. Хотя, и я тоже был не один...
И, как тогда, в Гдане (а до этого в крепостях Асли и Крин), я вновь
почувствовал "песню смерти" - миллиарды крошечных уколов на своей коже. И,
как в Гдане, я уловил это ощущение и зафиксировал его. И "песня смерти"
снова вдохнула в меня чувство могущества. Ибо, кто может сейчас сравниться
со мной в силе, ловкости и реакции? Никто! Ведь сама СМЕРТЬ поёт для меня -
Бессмертного! Одного из клана Вечных!..
Всё, происходящее вокруг меня, сильно замедлило свой ход. Словно бы
само время стало подыгрывать мне. Впрочем, так оно, наверное, и было.
Движения несущихся ко мне людей стали медлительными и плавными. И первого же
из них, попавшего в пределы моей досягаемости, я вырубил одним сильным
ударом в челюсть. Таким сильным, что почувствовал под костяшками своего
кулака хруст треснувшей кости. Троих следующих пришлось уже некрасиво бить
ногами, ибо они подоспели все одновременно. И тут же, как назло, сзади
неспешно подгребли двое последних. Я присел и одновременно круто повернулся,
выбросив перед собой правую руку. Моя ладонь чиркнула по их животам, после
чего оба человека стали медленно наклоняться вперёд, грозя в конечном итоге
пробить своими лбами асфальт.
Я вскочил и отпрыгнул в сторону, машинально нащупывая рукоять своего
меча. И волна страха окатила меня - меча не было! Чёрт возьми! Меч!!! Где же
меч?.. Куда он мог... Стоп! Какой ещё меч?! Тьфу ты!... Обалдел совсем! Ну,
откуда у меня сейчас мог взяться меч? Я же не дома! И, кстати, неплохо было
бы узнать, где именно я сейчас нахожусь.
Я прикоснулся к груди и вдруг понял, что рация тоже исчезла, как и меч.
То есть, меча-то и не было, а вот рация...
Ну, всё! Кранты! Сливайте воду, тушите свет! Теперь уж Эска точно
голову мне оторвёт! Третью рацию посеял! Надо же, а?! А Вирон будет ехидно
высказываться в пространство на тему того, что, мол, дикарю пользы от рации
никакой... Потеряет...
Ну, потерял! Ну и что? Подумаешь - рация! Дали бы нормальный чип в
подкорку - не потерял бы! Сами виноваты, а потом...
Всё... Всё закончилось. Весь этот хоровод мыслей и событий длился,
наверное, не больше нескольких секунд. Потому, что я успел ещё увидеть
момент падения на асфальт неподвижных тел моего ресторанного шоу-балета,
неприятно похожих на мешки набитые тряпьём. Я окинул взглядом поле боя и
пошёл обратно к такси.
Таня сидела, словно каменное изваяние. На её лице можно было прочесть
всё что угодно, кроме понимания происходящего. Морда водителя выглядела не
лучше.
- Десантник? - полуутвердительно спросил он, заводя мотор. - Или
спецназовец?
- Дизайнер, - коротко ответил я.
Водитель понимающе кивнул.
- 3 -
Чего я особенно не люблю, так это выяснять отношения с девушкой на сон
грядущий. Хорошо ещё, что разговор не был достаточно длинным и нудным, чтобы
отбить у меня охоту ко всему тому, ради чего, собственно, мы и собирались
провести вместе этот вечер. В конце концов, Таня просто хотела получить для
себя хоть какое-то (пусть даже самое неправдоподобное) объяснение по поводу
происшедшего. И небольшая порция фантазии с маленькой добавкой явной лжи
вполне удовлетворила её любопытство. Тем более, что таксист уже подсказал ей
примерный ход развития объяснений - спецназ или десантура. Так что, мне
оставалось только наплести ещё немного об армии, и всё - Таня оказалась
вполне довольна услышанным. Она составила для себя примерный образ моего
прошлого - тяжёлого и мужественного, не лишённого опасности и героизма - и
немного успокоилась.
Иначе обстояло дело со мной. Себе-то я ничего не мог наврать! И
объяснить самому себе эти, неожиданно проснувшиеся способности, тоже не мог.
Как ни старался.
Я лежал, ощущая своим боком тепло Таниного тела, и думал о том, что же
всё это могло значить. Все эти непонятные мысли и чувства, все эти
необъяснимые чудеса. И постепенно я начал погружаться в сон. И во сне передо
мной всплыло лицо Тани.
Но, это была уже не совсем Таня. Черты её лица начали неуловимо
изменяться, стали более острее. Серые глаза приобрели непонятный красноватый
оттенок, который, несмотря на свой неестественный цвет, тем не менее очень
подходил ей. Светлые волосы стали длиннее, легли волнами на плечи. Я вдруг
понял, что передо мной не Таня, а совсем другая женщина. Женщина, которую я
уже неоднократно видел в своей жизни. И её лицо, её фигура вызывали в душе
какие-то тоскливо-приятные чувства. Что-то такое, от чего невозможно было
просто отмахнуться и забыть.
Женщина стояла на холме и за её спиной - до самого горизонта, на
сколько хватало глаз - расстилалась ровная степь. На женщине была куртка без
рукавов, мехом наружу. На талии, стянутой широким кожаным поясом, висел меч.
Порыв ветра всколыхнул светлые пряди её волос и женщина подняла правую
руку, чтобы отбросить их со лба. На её руке я увидел массивный браслет из
белого металла и, сам не знаю почему, именно его вид вызвал у меня в памяти
одно непонятное слово - Йорка. И через миг я вдруг понял, что это не просто
слово, это имя. Её имя...
Холодный ветер дул не переставая. Яркое зимнее солнце совершенно не
согревало ни степь, ни лошадей, ни людей.
Я протянул ладони к пламени костра, едва заметного в лучах обманчивого
солнца, и посмотрел в сторону лагеря. Люди отдыхали. Кто-то также, как и мы,
грелся у костров; кто-то уже поставил свои палатки и занимался лошадьми или
приготовлением пищи. Дня три можно и отдохнуть, подумал я. Пусть люди
наберутся сил.
- Ну, что скажешь? - спросила меня Йорка.
Я посмотрел на неё. Взгляд у Йорки был тяжёлым и хмурым. Она очень не
хотела, чтобы я уходил. Но она не понимала, что это может помочь мне. Она не
понимала, что знания, полученные мной, помогут осуществиться моей мечте.
Ведь без них даже мне, со всей моей армией, неприступные стены Лаоэрта не по
зубам. Это ведь не Гдан, клубы дыма от развалин которого всё ещё поднимаются
из-за леса.
- Ты уходишь? - снова спросила Йорка.
Я перевёл взгляд на третьего человека возле нашего костра. Эска -
золотоволосый парень, виденный мною во сне за раскалывающимся стеклом -
снисходительно улыбался. Его светлый комбинезон выглядел несколько
неестественно на фоне одежд из звериных шкур.
- Ты уходишь? - повторила свой вопрос Йорка. Голос её дрогнул. Она уже
догадалась, каков будет мой ответ.
- Я ещё ничего не решил, - попытался успокоить её я.
- Ну, так решай быстрее! - воскликнула Йорка.
- Женщины уже командуют Бессмертными? - усмехнувшись спросил меня Эска.
Мне очень не понравилась эта фраза. Я посмотрел на Эску и тот
быстренько опустил глаза. Молодец, не нужно так со мной разговаривать при
посторонних. Мы сейчас не одни, а в лагере наши разговоры вполне могут быть
услышаны.
- Эта женщина, между прочим, также принадлежит к клану Вечных, -
холодно произнёс я. - Но никто не может командовать нами помимо нашей воли.
Даже близкие нам люди.
- Прости меня, - сказала Йорка. - Я тоже не должна была так говорить...
Рация на груди у Эски запищала. Он поднялся с земли, отряхнул
комбинезон и вопросительно посмотрел на меня.
- Когда Бессмертный даст ответ? - официальным голосом спросил Эска.
- Завтра, - я тоже поднялся на ноги. - Завтра я тебе отвечу. Пойдём, я
провожу тебя.
Йорка дёрнулась было пойти за нами следом, но я взглядом остановил её.
Лицо Йорки приобрело обречённое выражение покорности своей судьбе. Она уже
не сомневалась в том, какой именно ответ я собираюсь завтра дать Эске.
Когда мы вошли в лес, Эска обернулся и положил руку мне на плечо.
- Ну, что, приятель? - улыбнулся он. - Тяжело расставаться?
- Да уж, - вздохнул я и прислонился спиной к стволу дерева. - Тяжело, и
не говори...
- А может, возьмёшь её с собой? - спросил Эска.
- Йорка не захочет, - возразил я. - Она и дня не проживёт без Степи.
- А без тебя?
- Не знаю. Думаю, что без Степи ей будет хуже. Даже если я буду рядом.
- Ладно, не кисни, - успокоил Эска. - Это же ненадолго. Особенно, по
твоим меркам. И я ещё всё равно попробую её уговорить. Может быть, когда
здесь уже не будет тебя, она легче сможет расстаться с этим варварством. Не
обижайся, - добавил Эска, заметив, что последнее слово меня кольнуло. - Ведь
ты же видел, что в других мирах люди живут иначе - без войн, без крови, без
насилия. Очень многие из вашего клана согласились со мной. Они сейчас
работают в разных мирах, учатся, набираются знаний. Потом они смогут
вернуться сюда, чтобы научить остальных жить по-человечески. И ты - тоже.
- Да, - вздохнул я. - Ты прав, Эска. Знания - это для нас сейчас самое
главное. И потом, мне и самому интересно повидать все эти миры.
- Конечно! - подхватил Эска. - Представляешь, сколько ты там нового
можешь увидеть? И сколько из этого тебе может пригодиться здесь.
- Ладно, - сказал я и улыбнулся. - Иди, тебе пора. Завтра Бессмертный
даст тебе свой ответ.
- Положительный? - расхохотался Эска.
- Положительный.
И мы пожали друг другу руки.
Йорка сидела у костра, уставившись на угли неподвижным взглядом. Я
присел на камень рядом с ней и обнял её за плечи.
- Ну, что, Бессмертная? - спросил я. - Пойдём?
- Не оставляй меня, - попросила Йорка. Голос её звучал жалобно. -
Пожалуйста, не оставляй меня, не оставляй армию, не оставляй Степь.
- Перестань, - ответил я как можно ласковее. - Ты же знаешь, что это не
навсегда. Я вернусь. Обещаю тебе.
- Нет, - грустно покачала головой Йорка. - Если ты и вернёшься, то это
будешь уже не ты. Они сломают тебя. Разве ты не видишь, что они делают, эти
люди из другого мира? Неужели ты не понимаешь, что происходит? Они же
забирают с собой всех Бессмертных! Они же обескровливают Степь! Ты же
знаешь, что в крепостях и городах Бессмертные не рождаются. А нас всего-то
осталось человек сорок. И почти все уже ушли с этими златоглазыми.
- Ну, не все, - возразил я. - Ты осталась, Крон, Сои, Ландер...
- Себя ты уже не упоминаешь? - грустно улыбнулась Йорка. - Ты прав, -
вздохнула она. - Несколько Вечных ещё остались. Но ты - самый старший из
всех. Все, кто был старше тебя, уже погибли. И если ты сбежишь, кто встанет
во главе армии? Кто поведёт войска на Лаоэрт? Ты говоришь - Крон, Ландер...
Ты уверен, что если даже они и захватят город, кто-нибудь из них сможет
прекратить все эти бесконечные войны? Вспомни Дара! Он захватил крепость
Хадр, перебил проклятых инксов, и что? Как он сам теперь себя называет? Дар,
принц Хадра!!! Принц!!! А ведь Дар - тоже Бессмертный. Бессмертный, воюющий
ради богатства, ради захвата новых земель и рабов. Тьфу! Мерзость какая! Я
бы своими руками перерезала ему глотку!
- Успокойся, Йорка, - я притянул к себе распалившуюся женщину. - Дар -
глуп и вспыльчив. Ландер и Крон не такие...
- Ты уверен? - спросила Йорка. - Кого именно из них ты хочешь поставить
во главе армии?
- Ещё не знаю, - ответил я. - А с кем бы тебе хотелось спать?
- Не шути так! - вспыхнула Йорка. - С тобой! Только с тобой, скотина!
Будь ты проклят!!! Будь ты... - она закрыла лицо ладонями.
Я молчал.
- Можно, я немножко поплачу? - тихонько спросила она.
- Ты - Бессмертная, - ответил я. - Никто не может приказывать тебе
вопреки твоей воли.
- Никто, кроме тебя, - Йорка повернулась ко мне. В глазах её стояли
слёзы.
- Знаешь, чего я боюсь? - неожиданно дрожащим шёпотом спросила она. -
Не того, что тебя могут убить. Того, что ты сломаешься. Того, что ты
забудешь, ради чего живёшь на свете. Я прошу тебя, не забывай, помни, - она
прижала ладони к моим щекам. - Не забывай, милый. Помни Степь. Помни меня,
помни моё лицо. Помни, что тебя зовут...
Бледный свет утреннего солнца постепенно заливал окружающие предметы. Я
вдруг понял, что сон закончился. И своё пробуждение я воспринял совершенно
спокойно. Как и то, что нахожусь я не в палатке и не в каюте космического
корабля, а у себя дома. И рядом со мной, свернувшись тёплым калачиком и
положив голову мне на плечо, спит, нежно улыбаясь во сне, Таня, а не женщина
с необычным именем из далёкого холодного мира.
Я осторожно повернул голову и посмотрел на Таню. Нет, всё-таки она
очень похожа на ту, другую... Впрочем, как и все остальные мои подружки,
неожиданно подумал я. Все они, без исключения, были очень похожи друг на
друга. Димка даже смеялся, называя это моим собственным фирменным стилем. И
я сам не мог понять, почему мне нравились только женщины одного типа? Но
сегодня утром мне вдруг пришло в голову, что все они просто-напросто были
похожи на женщину, виденную мной во сне. На Йорку.
Таня, словно почувствовав на себе мой взгляд, приоткрыла глаза.
- Который час, а? - сонно пробормотала она.
- Спи, - ответил я. - Ещё рано.
Я осторожно высвободил из-под неё плечо и прошлёпал в ванную. Глянув на
себя в зеркало я вдруг понял, что в моём отражении что-то изменилось.
Вернее, не в отражении, а в самом моём облике. Зеркалу-то что? Оно отражает
то, что ему покажут. А вот я...
Я внимательно изучал своё лицо. Всё, вроде бы, было, как и прежде, вот
только глаза... Я обратил внимание, что в глазах появились какие-то слабые и
едва заметные красноватые искорки. С чего это вдруг? Всегда были карими, а
теперь... Как у Йорки, подумал я и вздрогнул.
Потому, что вспомнил, что именно эти красные искорки в глазах и есть та
отличительная черта людей, которым не грозит смерть от старости. Которые
рождаются от обычных родителей и рожают обычных детей, но, тем не менее,
сами способны жить вечно. Кого можно убить или ранить, но над кем не властны
обычные процессы старения. Отличительная черта таких, как я или Йорка...
Бессмертных.
Откуда я всё это знаю? Почему я так уверен в том, что всё это является
правдой? Я просто вспомнил. Вспомнил то, что знал всю жизнь. Вспомнил то,
что услышал очень и очень давно, лет... лет сто назад. Нет, раньше. Тысячу.
Тысячу лет назад...
Я встал под душ и пустил воду. Свистящие струи, хлеставшие по телу,
показались мне слишком тёплыми и я до отказа открыл кран с холодной водой.
Прикосновения холодных водяных капель к моей коже вдохнули в меня
неожиданный поток бодрости и напомнили мне те самые ощущения, что я
испытывал накануне, во время драки. Очень похожие покалывания.
Я зажмурился и попытался искусственно вызвать у себя то же чувство, что
и вчера вечером. И мне это удалось. Когда я открыл глаза, то увидел, как
капли воды замирают в воздухе. Движение их стало настолько ленивым и
медлительным, что мне безо всякого труда удалось взять одну из капелек
пальцами.
Я рассмеялся. Мне было радостно от того, что я вдруг понял - отныне эти
ощущения я смогу вызывать у себя в любой момент, по своему желанию. Не знаю,
в чём тут фокус, но у меня это получается! И это здорово, хотя и похоже на
сказку.
Всё это продолжалось очень недолго - по моим ощущениям минуты три -
четыре. А на самом деле, наверное, вообще одну или две секунды. Вскоре струи
воды ожили и перестали походить на едва шевелящиеся полоски льда.
Я закрыл воду, вытерся и вернулся в комнату, стараясь не потревожить
спящую Таню. Всё моё тело было наполнено звенящей бодростью. Сознание и
мысли мои были свежи и чем-то напоминали разгорающееся за окном ясное утро.
Пока я одевался, взгляд мой случайно упал на самурайский меч,
валявшийся на шкафу. Собственно говоря, эта железяка имела с настоящим мечом
столько же общего, сколько я сам - с японским императором. Обыкновенная
самопальная поделка, подаренная мне кем-то много лет назад. Неудачная копия
самурайского меча, даже не заточенная. Не знаю, такими ли штуковинами
самураи делали харакири, но именно данное изделие для подобной цели
совершенно не годилось - стопроцентная гарантия того, что останешься жив.
Я достал меч со шкафа и вытащил его из ножен. И когда тяжёлая и
неудобная рукоять оказалась в моей ладони, со мной вдруг что-то произошло.
Правая рука словно бы сама собой согнулась в локте, кисть совершила сложное
движение и лезвие меча описало в воздухе замысловатую фигуру. Я и сам не
понял, как это случилось. Рука моя двигалась как будто самостоятельно. И,
если бы напротив меня в этот момент кто-нибудь стоял, я бы разрубил его на
несколько частей. При условии, конечно, что эта штуковина будет заточена,
как следует.
Память, подумал я. Память тела, память мышц...
Я взмахнул мечом. Лезвие со свистом рассекло воздух передо мной. И
мышцы руки и груди вздрогнули от напряжения. Значит, это я тоже умею -
владеть мечом. Правда, мой собственный меч был гораздо удобнее. И
уравновешен лучше, и остроты ему было - не занимать... Да и боевого опыта у
него было побольше, чем у этой кочерги. Не одного инкса на тот свет
отправил...
Я сильно вздрогнул. Инкс! Это слово стегнуло меня, будто плётка. Я
вдруг словно наяву увидел перед собой человека (нет - ИНКСА!..) в блестящих
латах. Лицо его было скрыто забралом шлема, макушку которого украшали белые
и красные ленточки. За спиной развевался плащ, таких же бело-красных цветов.
И меч в его руке был остёр и беспощаден.
Я рубанул своей железякой по ненавистной фигуре и осколки хрустальной
вазы, стоявшей до этого на столике, запрыгали по паркету с весёлым звоном.
- Ты что? Обалдел? - разбуженная всем этим Таня сидела на кровати
подобрав колени к самому подбородку и испуганно вытаращив на меня глаза. -
Семь часов утра! С ума сошёл, да?
- Случайно... - пробормотал я, опуская меч.
И я вдруг неожиданно подумал о том, что Йорка бы так не сказала. Она бы
меня поняла...
Едва я вошёл в офис фирмы и шлёпнул на стол дипломат, как телефон
разразился мерзким улюлюканьем. Когда-то звуки, издаваемые телефоном, можно
было называть звонком. Теперь они больше похожи на крики подыхающей гиены,
если не пытаются изобразить пародию на классическую музыку. Но, лучше уж
издыхающая гиена, чем Бах в обработке "Панасоника"...
Звонила девушка из нашего отдела - она только недавно устроилась на
работу и я всё никак не мог запомнить её имени. К тому же она, видимо по
молодости лет и неопытности в делах, всё ещё разговаривала со мной на "вы",
от чего я постоянно испытывал желание уйти поскорее на пенсию.
- Здесь какой-то человек вас разыскивает, - скороговоркой протараторила
она. - С самого утра. Я направила его прямо к вам.
- Клиент? - без особой надежды на положительный ответ спросил я.
- Да-а-а... - неуверенно протянула девушка. - Клиент, наверное...
- Ну, хорошо, - ответил я. - Спасибо, золотко...
Я едва успел положить трубку, как дверь распахнулась и... Угадайте с
трёх раз, кого же я увидел? Своего старого знакомого - экстрасенса, полтора
часа полоскавшего мне мозги два дня назад! Вот уж действительно - вдруг,
откуда не возьмись, появился... и так далее... И такая... эта самая...
появлялась каждый день!.. Не дай Бог, конечно... Ну, понятно, почему
девчонка так сомневалась в том, что он именно клиент... Потому что он был,
скорее, потенциальным клиентом опытного психиатра, чем дизайнера.
- Вы помните меня? Вы у меня были, - безо всякого приветствия
забормотал этот экстрасенс. - Сеанс гипноза... Со своим товарищем, Димой...
Помните?
- Помню, - ответил я, опускаясь на стул и не приглашая сесть визитёра.
Впрочем, тому особого приглашения и не требовалось - он уже пристроился в
кресле для посетителей.
- Как вы меня нашли? - спросил я, чтобы хоть немного собраться с
мыслями.
- Неважно! - отмахнулся он. - Дима подсказал...
Вот, сука, подумал я. Ну, ничего! Я ему это припомню...
- И что вам от меня нужно? - я старался держаться как можно
официальнее.
- Понимаете, - нервничая начал он. - После того самого сеанса мне было
видение...
Ну, конечно, подумал я. Тебе же не могут просто сниться сны! Это удел
обычный людей. У таких, как ты - только видения!..
- ...И мне было поручено передать вам послание, - продолжал он,
вытаскивая из кармана какую-то смятую бумажку, очень похожую на послание из
сортира. - Я постарался всё точно записать, но не уверен, что правильно
запомнил. Вот, смотрите, - он нахмурившись уставился в свой манускрипт и
принялся медленно и громко читать. - "Старое око если может ответит нам
века".
- Чего?! - переспросил я, изрядно обалдев от этого "послания".
Гипнотизёр повторил и радостно посмотрел на меня, словно я должен был
от этих его
...Закладка в соц.сетях
