Жанр: Научная фантастика
Ванги 3. Мастер боя
...ал их отдых. Луиза догадывалась, о чем пойдет речь. Какоето
время назад от "Императрицы" отделился "шаттл" и приземлился на поверхности
планеты. Возле него были замечены следы человеческих ног, обутых в космические
ботинки.
- Вы были правы, теперь это, по всей видимости, настоящая попытка высадки на
планету, - сказал Луизе Тон, когда она появилась на мостике.
- Они опустились довольно давно, "шаттл" был выпущен еще до того, как мы
достигли системы.
- А где же тогда монстр? - спросил Тон.
- Спрутоообразная форма, очевидно, остается на борту "Императрицы", ожидая,
пока мы не выдадим своего присутствия.
- Вы думаете, чудовище знает, что мы преследуем его?
- По-моему, да.
- Судя по всему, это весьма самоуверенное создание.
Чанг кивнула:
- Инициатива в его руках, и оно знает, чего хочет. А у нас сплошные домыслы. -
Она отвернулась, подзывая к себе Повет и сигналя через переговорное устройство Блейку.
- Блейк слушает.
- Капитан, можем мы немедленно высадить десант?
- Мои люди в полной боевой готовности, полковник.
- Тогда, вперед!
Глава 44
Хотя Рэм Кервилиг смутно понимал, что вокруг него происходят события
исключительной важности, способность трезво оценить ситуацию была им временно
утрачена. В обстановке всеобщего переполоха он проглотил слишком много желтых
треугольничков. Когда адмирал Хельдхайм осмелился задать ему несколько вопросов, Рэм
долгое время не мог сообразить, чего от него хотят. А затем в голову полезли всякие
глупости и он принялся хихикать.
Злость Хельдхайма через несколько минут прошла - он решил, что парень,
находящийся перед ним, слегка того. Как, впрочем, и все вокруг. Хельдхайм не мог взять
себе в толк, что, собственно, происходит.
Но Рэму кое-что было ясно, какой оборот ни примут события, прежней жизни на
Векселе ему не видать. Все, кого он знал, к тому времени отойдут в мир иной, даже если
ему суждено будет вернуться обратно.
Тем временем события развивались с головокружительной быстротой. Гигантское
розовое тело, занимавшее половину капитанского мостика "Императрицы", отрастило
новый внушительных размеров орган около семи футов в длину, напоминающий фаллос.
Прямо из стены плоти высотой в девять футов вылезла эта шишка и принялась
растягиваться, как огромный арбуз, беспрестанно пульсируя и раскачиваясь.
Рэм с изумлением наблюдал, как за считанные секунды этот отросток превзошел
рост человека. Внутри него продолжались толчки. Казалось, наружу рвется какая-то
неведомая новая жизнь. Некоторое время спустя отросток начал сжиматься и уплотняться,
а его розовая поверхность потемнела, став сначала бордовой, а затем почти черной.
Пульсация стихла, а затем прекратилась вообще. Наконец форма с треском раскололась, и
оттуда наружу показалось нечто. Взгляд Рэма был прикован к существу, что появилось на
свет из бывшего пузыря. Это было совершенно невиданное создание. Оно было двуногим,
но без головы и рук. Из плеч у него вырастали щупальца, гладкие и напоминавшие плети.
Щупальца были разной толщины и длины, одни походили на стволы, другие скорее на
веточки или даже папоротник. Кожа существа была темно-бордовой, с серыми полосками.
Этот рисунок Рэм уже знал. Вместо головы была лишь шишка, слегка возвышавшаяся над
плечами. Из нее вырастали два букета "цветов". Рэм захихикал, взглянув на пах существа.
Половых органов у него не было и в помине.
Внезапно на груди "новорожденного" надулись зеленые полипы, и воздух наполнил
странный сладко-солоноватый запах. Потом в теле существа открылся сфинктер, и шипя и
брызгая слюной к Рэму обратился потусторонний, но уже хорошо знакомый ему голос. В
это же самое время напоминающая футбольный мяч "голова" снова оказалась втянутой в
розовую массу главного тела монстра.
Во рту у Рэма пересохло. Хотя он давно оставил всякие попытки осмыслить
происходящее, эти новые жуткие превращения совершенно выбили его из колеи. Ему
почему-то казалось, что розовый колосс, заполнивший собой весь корабль, и есть
конечная форма.
- Мы собираемся покинуть корабль и высадиться на поверхность планеты, -
медленно произнесло существо, делая между слогами долгие паузы.
Рэм глядел на него в изумлении, не находя слов для ответа.
- А где мы? - произнес он наконец и снова хихикнул, задумавшись о нелепости
таких понятий: как "где", "мы" и бытия вообще.
- Это предначертано судьбой, - ответило существо. - Ты будешь свидетелем.
Это родная планета.
- Понятно, - отозвался Рэм. Это было безрадостное место, и то, что произошло с
Рэмом прежде, могло показаться детской игрой по сравнению с тем, что ждало их
впереди.
Во время этих метаморфоз Хельдхайм сидел, дрожа от страха, в дальнем углу. Он
увидел, как розовая стена напряглась, щупальца зашевелились. Органы-цветы
покачнулись, один обернулся. До Рэма вдруг дошло, что это органы зрения.
- А что с ним? - произнес он, указывая на адмирала. Глаза-цветы снова слегка
покачнулись.
- Вы оба последуете за мной и будете свидетелями. Вам нужны скафандры.
- Конечно же, скафандры! В каком же еще костюме можно выступать в роли
свидетеля!
- Пошевеливайтесь! - резко произнесла "Рина", или то, что походило на Рину.
Когда они проходили мимо, Рэм заметил, что лицо и тело "Рины" являли собой
картину крайнего изнеможения. Всего за несколько дней она из соблазнительной
красавицы превратилась в уродливую старуху. Однако тело ее функционировало попрежнему
и, наверное, протянет еще какое-то время. Затем возникнет необходимость в
церемониальной трапезе, и будет найдена новая форма-носитель. На этот раз туго
придется ему, Рэму, либо адмиралу.
Корабль был целехонек, он просто освободился от излишка людей. Кое-где валялась
перевернутая и разбитая мебель. Вокруг царили тишина и покой. В стыковочном отсеке
Рэм и Хельдхайм нашли шкаф со скафандрами, в которые и облачились. Существо,
отпочковавшееся от пузыря, и "Рина" тоже надели скафандры.
Они перешли на борт отделяемого аппарата, который уже находился в режиме
ожидания. Вскоре "шаттл" отделился от корабля и пошел на посадку. Так как
иллюминаторов не было, а экраны видеоробота были отключены, Рэм и Хельдхайм могли
только гадать, куда они спускаются.
Внезапно "шаттл" содрогнулся, по-видимому, нырнув в верхние слои атмосферы.
Рэма это ужасно напугало, и он непрестанно думал о том, что сгорит до последнего атома,
случись какая-нибудь авария.
- Прекрасно, атмосфера здесь есть, но в ней вряд ли можно дышать. Иначе зачем
бы нам понадобились скафандры? - прокомментировал Хельдхайм.
Эти слова заставили Рэма задуматься о вероятности смерти в глубинах чужой,
удушающей атмосферы. Мысль эта была вовсе не из приятных.
Затем их спуск стал плавным, и они продолжили снижение, пока с грохотом не
коснулись земли и не запрыгали по гладкой равнине, раскинувшейся на многие мили
вокруг. По сильной гравитации они догадались, что приземлились на довольно крупной
планете. Это не был астероид размером с арбуз, но, с другой стороны, вряд ли могло
сойти за место обитания людей, привыкших тщательно подсчитывать расходы на
обустройство жизни.
Перед выходом в шлюз "Рина" вручила своим спутникам два тяжелых инструмента
- портативную буровую установку и отбойный молоток.
Из отсека с шипением вышел воздух, и команда шагнула в открытый мир, навстречу
ветру, гнавшему через темную пустынную равнину тучи мелкой пыли. Свет был тусклым.
Высоко над головой висело крошечное красное солнце. Пыль носилась вокруг, совершая
свое вечное, разрушительное дело. Дальше чем на тридцать метров разглядеть что-либо
было невозможно. Мастер Боя, однако, знал, куда идти, и двинулся вперед быстрым,
уверенным шагом. Какое-то мгновение Хельдхайму казалось, что он может спастись
бегством, - он был готов броситься куда угодно, лишь бы оказаться подальше от этих
кошмарных существ.
Рэм увидел лицо Хельдхайма и прочел его мысли. Схватив адмирала за руку, он
прижал своей шлем к его голове:
- Вы меня слышите? - прокричал он.
- Слышу, - ответил адмирал. - И не надо орать!
- Вы не сможете убежать, они слишком проворны. Поверьте мне, я видел, на что
они способны. Они догонят вас и убьют.
Хельдхайму пришлось расстаться со своей безумной затеей.
Равнина была каменистой, и хотя было холодно, холод этот не шел ни в какое
сравнение с холодом обратной стороны планеты. Гравитация была значительной. Они
медленно побрели вперед, по щиколотку утопая в пыли. Молоток в огромном стальном
футляре вскоре превратился в неподъемную ношу, и Рэм отстал от группы. "Рина" стала
подгонять его, и Рэм, обливаясь потом, вынужден был ускорить шаг.
Собственно говоря, равнина была плоской вершиной гигантского хребта или горы.
Было невозможно определить, на каком расстоянии от ее подножия они находятся. Со
всех сторон виднелись горы. Равнина уходила вдаль до самого горизонта, но позади был
громадный разлом и складчатая линия, перерезавшие хребет пополам, приподняв одну его
сторону футов на пятьдесят над другой. Во взвешенной пыли слабо поблескивали огни
"шаттла". На фоне гор он напоминал какое-то насекомое.
Впереди на равнине показался еще один разлом. Там образовалась впадина - как
будто от скалы оторвали огромный кусок, который скатился вниз по склону. Кроме того,
там были пещеры, множество пещер, которые на фоне скал казались темными пятнами.
На самом же деле поверхность этих скал была пористой, с бесчисленными отверстиями
наподобие губки. Команда перебралась через острые уступы и достигла ряда крупных
отверстий, каждое пяти-шести футов в диаметре.
Осмотрев несколько пещер, Мастер Боя наконец нашел ту, что искал, и загнал Рэма
и Хельдхайма внутрь. На скафандрах автоматически зажглись огни, осветив гладкую
внутреннюю поверхность пещеры, - она тянулась, изгибаясь, куда-то глубоко внутрь -
можно сказать, в неизвестность. Хельдхайм прижал свой шлем к голове Рэма:
- Это не естественная формация, - произнес он. - Стены подозрительно гладкие.
Рэм пожал плечами - для него это было очередное невиданное зрелище. К
сожалению, действие желтых треугольничков постепенно кончалось, и Рэм никак не мог,
будучи в скафандре, принять новую порцию. В желудке у него возникло ощущение
пустоты. У него заболела голова, и снова нахлынул страх, неотступный страх смерти, от
которого не было спасения. Рэм в который раз оказался во власти кошмара, будто
впившегося в него цепкими когтями.
После нескольких минут неуклонного продвижения вперед туннель стал наклонным.
Он несколько раз загибался наподобие спирали. Наконец открылся вход в просторное
помещение, изрытое выдолбленными в полу ямами глубиной в несколько футов. Они
прошли между этими ямами и вошли в небольшую полость, пронизанную сложными
структурами, явно имевшими органическое происхождение. Как будто это был скелет
давно умершего гигантского ископаемого. Может быть, таковым он и являлся.
Внезапно они наткнулись на препятствие. Земля была здесь сморщена складками.
Вот тут и понадобились отбойный молоток и буровая установка. "Рина" ухватилась за
пневматический молоток и поднесла его к поверхности складок. Скальные осколки
полетели в разные стороны, однако в разреженном холодном воздухе звук был слабым.
Обломки породы Рэм и "Рина" отбрасывали назад, где уже выросли небольшие кучки.
Вскоре молоток пробил проход глубиной с несколько футов, но впереди по-прежнему не
было ничего, кроме неприступной скалы.
Тогда темно-розовое и не имевшее головы существо взяло в руки бур. По догадкам
Рэма, оно управляло им при помощи сжатых вместе внутри скафандра щупалец. Однако
рукавицы скафандра двигались вполне естественно. Может быть, для этого случая
чудовище отрастило некое подобие рук. Теперь уже оба создания принялись расширять
проход. Наконец они остановились. Из дыры вылетело облако пыли, и Рэм с Хельдхаймом
попятились назад. Однако их немедленно втянули в отверстие и протолкнули внутрь
узкого лаза, проделанного в скале. Затем они снова оказались в туннеле, который был
продолжением прежнего.
Вскоре туннель вывел их в огромный зал, в центре которого зияла круглая яма,
будто провалившаяся вглубь, в кромешную тьму преисподней. Размером яма была с
футбольное поле.
Хельдхайм, встав на краю пропасти, посветил вниз фонариком, прикрепленным к
запястью. При его свете им удалось разглядеть, что стена обрывалась вниз и вглубь на
добрую милю. Вокруг ямы шла галерея, по которой они медленно стали спускаться вниз.
- Что за адское местечко? - произнес Хельдхайм, нагнувшись к шлему Рэма.
- Откуда мне знать? - отозвался Рэм. - Вот если бы тут были лифты! А то мои
ноги уже отказываются слушаться.
Они побрели дальше по нисходящей спирали, постепенно погружаясь в кромешную
тьму, пока не достигли гигантского лабиринта с громадными залами, некоторые из
которых были наполнены какими-то уродливыми формами, напоминавшими скелеты
огромных насекомых.
Рэм, конечно же, не имел ни малейшего понятия, какие чувства обуревали Мастером
Боя по мере того, как он продвигался вперед. Скорбь, великую скорбь - вот, что
чувствовал Мастер Боя в эти минуты. Его взору предстал ужасающий упадок всего того,
что когда-то составляло громкую славу империи. Значит, все-таки восторжествовал
батрахийский враг. Как и опасался в свое время Мастер Боя, супероружие положило
конец всему. Низвергнутыми оказались даже сами Боги, а их храмы пришли в запустение.
Теперь для Мастера Боя существовал лишь один ответ, и он точно знал его, но разве это
могло хоть на йоту изменить его планы? Конец всего на свете должен быть
засвидетельствован и войти в историю. Эта роль возлагалась на двух представителей
человеческой расы.
Не было ничего удивительного в том, что Луиза в переполненной до отказа жилой
зоне наткнулась на Качестера.
Капитан выглядел неважно в своем спасательном скафандре и откинутым назад
шлемом. Презрительный взгляд Луизы вывел Качестера из себя. Его самообладания как не
бывало.
- Если бы мы пронюхали об этой чертовой твари в самом начале, то вряд ли
оказались в таком дурацком положении, - произнес он с неожиданной горячностью.
Луиза надулась было, но затем пожала плечами:
- К сожалению, это горькая правда. Мы наделали кучу ошибок, а вот эта
распроклятая тварь - ни одной.
- Если бы все эти сухопутные крысы были порасторопнее и не сидели сложа руки
во время чрезвычайного положения, тратя энергию на то, чтобы ставить подножки
флотским офицерам, может, тогда бы мы не наделали такой чертовой уймы ошибок, -
вскричал Качестер.
- Капитан, - прорычала Луиза, - неужели вы ничего не поняли? Я вовсе не
пыталась ставить подножки флотским офицерам, не имела ничего и против вас лично, я
видела свою роль в том, чтобы в корне изменить отношения между Векселем и ИТАА. И
эти отношения должны измениться, независимо от того, как сложится обстановка после
всего случившегося.
- Я знаю, на какие уловки вы способны, Тон рассказал мне. Вы натравили
Центральное командование на Хельдхайма!
- Я полагаю, что у Хельдхайма сейчас другие проблемы, - произнесла Луиза
сквозь стиснутые зубы. Но почему этому человеку так легко удается вывести ее из себя?
Качестер побледнел. Значит, Хельдхайм попал в лапы к твари. Интересно, в какое
чудовище он превратился? И найдут ли они его, если им суждено пережить эту
кошмарную ситуацию? Преследование "Императрицы Ву" было равносильно
самоубийству, особенно для такого мелкого суденышка, как "Шаки". Качестер не питал
никаких иллюзий по поводу возможного финала этого конфликта. Хельдхайм выдал коды
Баада. И пусковых кнопок ракет. Сомнений не оставалось - адмирал захвачен
враждебной биоформой, иначе бы он тоже сумел спастись в эвакуационном скафандре. У
капитана перед глазами до сих пор стояли эти гигантские щупальца, летящие в
стремительном броске в гущу людей, хватая их и унося в неизвестность.
Чанг оставила ненужный разговор и поторопилась вниз к "шаттлам". На борту
"Шаки" было три крошечных спускаемых аппарата, припаркованных в узком
стыковочном отсеке, который располагался под жилой зоной. Собственно говоря, они
более походили на спасательные шлюпки и поэтому имели слишком малый запас топлива,
чтобы вернуться назад на борт корабля с поверхности планеты. Им суждено было
оставаться внизу, пока какое-нибудь крупное судно не подоспеет на помощь "Шаки" и не
сбросит им "шаттл" с достаточной подъемной силой для возвращения на орбиту.
Луиза протиснулась в первый "шаттл". Повет была уже там. У них были автоматы
"шлезингер", взрывпакеты и две установки по очистке выдыхаемого воздуха, чтобы
обеспечить себе практически бесконечный запас кислорода для работы в скафандрах. На
втором "шаттле" должны был спуститься Хопстер и младшие лейтенанты Диаз и Оршем.
Лейтенанты представляли на борту "Шаки" службу безопасности и добровольно
вызвались сопровождать Чанг при высадке на планету. У них было личное оружие и
полевые переговорные устройства. Будет ли от них польза или же они превратятся в
обузу, сказать сейчас было трудно, но Луиза испытывала некоторое облегчение от того,
что после приземления в их распоряжении будет еще пара стволов. Не о таком сражении
она, конечно, мечтала, но все же... Луиза постоянно убеждала себя, что тварей можно
остановить, другое дело, что сделать это будет чертовски трудно.
Не успели они подать сигнал о спуске отделяемых аппаратов, как на "Шаки"
раздался истошный вой сирен. Корабль сильно тряхнуло. "Императрица Ву" внезапно
совершила довольно опасный маневр, перепрыгнув с одной стороны планеты на другую.
Теперь она виднелась над горизонтом позади "Шаки".
На этот раз расстояние между кораблями было незначительным. Лазеры
"Императрицы" врезались в баадовские модули "Шаки". Капитан Тон попытался
перевести корабль в аварийный режим, но ему не хватило считанных секунд. Один из
модулей был серьезно поврежден, и двигатели Баада оказались выведенными из строя.
- Всем покинуть корабль! - разнеслось по системе оповещения. Люди
устремились в отсек, где хранились отделяемые аппараты. Чанг заметила, что Качестер
был в числе первых.
- Сколько человек мы можем принять? - спросила она, открывая люк.
- По-моему, человека три.
- Остается только надеяться, что нам хватит топлива, чтобы не разбиться в
лепешку при посадке, имея трех лишних пассажиров на борту, - произнесла Луиза.
Затем раздался глухой звук, и через стыковочный отсек пробежала ударная волна.
- По-видимому, оторвало один из модулей, - заметила Повет в привычной для нее
спокойной манере.
Над оставшейся частью жилой зоны со стальным лязгом захлопнулись временные
воздухонепроницаемые перегородки. Пол стыковочного отсека раздирало в щепки. Чанг
схватила первого попавшегося мужчину в белой форме и без скафандра и с силой
затолкнула его в "шаттл". Другой мужчина сам ринулся вперед и нырнул в спускаемый
аппарат. Времени на посадку третьего не оставалось. Луиза захлопнула люк, и "шаттл"
пошел на снижение.
Они успели как раз вовремя. Вся жилая зона "Шаки" внезапно озарилась от зеленой
вспышки главного лазера "Императрицы Ву". В мгновение ока от "Шаки" не осталось и
следа, лазер испепелил ее вместе с капитаном Тоном и теми, кто еще оставался на
мостике.
Спускаемые аппараты посыпались вниз, как горошины из стручка. Первый и второй
имели на борту по четыре человека, в третьем было шестеро пассажиров, включая
близкого к помешательству капитана Качестера.
На борту второго "шаттла" находилась и Каролина Риз, которая за это время успела
овладеть искусством выживания. Когда она увидела, что Качестер надел спасательный
костюм, она немедленно поспешила на склад скафандров в стыковочном отсеке,
облачилась в костюм, проверила его герметичность и дыхательное устройство. Она не
сомневалась, что Качестеру известно нечто важное, причем напрямую связанное с
"Императрицей Ву". Когда прозвучала сирена, Каролина опередила всех остальных,
устроившись у входа в отсек спускаемых аппаратов. И теперь она, сжавшись в комок,
возносила мольбы всемогущему Богу ее предков, чтобы тот милостиво позволил им
спуститься вниз целыми и невредимыми.
Над темным миром, расстилавшимся внизу, внезапно возник огромный сияющий
полумесяц. Поблескивали высокие ледяные облака. Зрелище напоминало гигантскую
саблю, карающий клинок Богов, словно занесенный над беглецами для того, чтобы
разрубить нити их судеб.
Спуск "шаттлов" был стремительным, и приземление прошло жестко. В течение
всего этого времени Луиза находилась в постоянном ожидании удара смертоносного
лазера с борта "Императрицы", но его так и не последовало. Может быть, их было трудно
различить среди обломков "Шаки", которая рухнула вниз в разряженную атмосферу,
полыхая и разваливаясь на куски? Возможно, неприятель хотел, чтобы они приземлились,
замыслив что-то. Или, наоборот, ему не было до беглецов никакого дела. Кто знает?
Луизе хотелось приземлиться как можно ближе к тому месту, где опустился "шаттл"
с "Императрицы Ву". К счастью, он был отлично виден со спускаемых аппаратов, когда
они пролетали над поверхностью планеты. Луизе даже удалось настроить устойчивое
видеоизображение "шаттла" - он лежал на плоской вершине гигантского хребта,
которых в этой части планеты было немало. После этого спускаемый аппарат Луизы,
кружа над "шаттлом", пошел на посадку. Два других отделяемых аппарата "Шаки"
последовали за ним и спустя некоторое время приземлились неподалеку.
Теперь они находились на вершине длинного, складчатого образования,
возвышавшегося над остальной местностью. Гребень его извивался наподобие гигантской
змеи, отчего Луизе почему-то вспомнились древние курганные захоронения в Огайо,
сохранившиеся в Северной Америке с незапамятных времен.
Примерно в десяти километрах от этого хребта тянулись другие, за которыми
виднелись еще и еще, насколько хватало взгляда, но все они уступали этому по
внушительности и размерам. Иногда, когда оседала пыль, на мгновение открывалась
величественная панорама неизвестной планеты. Отвесные склоны вздымались вверх на
тысячи метров над темной, едва различимой долиной. Бока этого гигантского гребня
прорезали зубчатые разломы и каньоны, уходившие в глубину на целую милю. Однако
сама верхушка гребня была ровной и довольно гладкой, поэтому приземление прошло
относительно легко.
Луиза поднялась, ощутив не себе силу гравитации, и при помощи командного кода
вскрыла пломбы на аварийном воздушном шлюзе. Компьютерная система "шаттла"
принялась извиняться за жесткую посадку, но Луиза, протянув руку, отключила выход
аудиосигнала.
- Пора на выход, - произнесла она. В глубине души она сомневалась, сумеет ли
капитан Блейк справиться с новыми трудностями. Блейк, решила Луиза, как за ним
водится, двинется напролом. Его неизменная тактика - ошеломить врага, застать
врасплох, сломить на месте всей мощью неожиданной атаки.
- Все готово, полковник! - Повет уже пристегнула к бедру свой "шлезингер", а
плоскую коробку со взрывпакетом перекинула через плечо. Вся ее грудь была увешена
патронами для винтовки. Двое мужчин, не имевших скафандров, глядели на них в
изумлении.
- Зачем вы выходите наружу? - спросил один из них.
- Дела не ждут, - отозвалась Луиза с деланной беспечностью.
- То есть вы идете наружу, чтобы сражаться, я правильно понял? Вы, две
женщины?
- Я давно уже заметил, что у сухопутных войск с мозгами не все в порядке, -
заметил второй.
Услышав это, Луиза со злостью обернулась к ним:
- Заткнитесь, мистер. Уж мы-то не сухопутные, мы из 624-го соединения
космофлота, и ваши паршивые задницы, замечу, сейчас в наших руках. Не волнуйтесь, мы
не перетрудимся.
Оба мужчины двинулись было к Луизе, но едва она сама сделала шаг в их сторону,
тотчас ретировались. Чанг фыркнула - как глупо. А Джин Повет уже открывала
небольшой аварийный шлюз, с помощью которого они смогут поддерживать атмосферу
внутри "шаттла".
Оставив своих спутников на борту, обе женщины вылезли навстречу ледяному
ветру. На суше они зажгли сигнальные прожекторы, подавая знак на посадку остальным
"шаттлам", и подождали, пока те не приземлились.
Третий "шаттл" приземлился жестко и без торможения. Сломав шасси, он
соскользнул, прокатившись по гладкой поверхности, в складчатый разлом. Чанг и Повет,
бросив все, побежали к нему через все плато.
Жилой отсек "шаттла" разнесло на куски, передняя его часть была смята в
гармошку. В живых осталось двое - капитан Качестер и бортинженер Пентофски.
Луиза мрачно покачала головой. Казалось, Качестер был из тех неистребимых
землян, которых, как тараканов или крыс, не берет никакая отрава.
- Если ваши передатчики в исправности, будьте добры, ответьте, с вами все в
порядке?
- Со мной, да, - отозвался бортинженер испуганным голосом.
Качестер съязвил:
- Ну, полковник, по-моему, мы должны поблагодарить вас за проявленную заботу,
но, право, в данной ситуации давайте обходиться без церемоний. Я жив, и этим все
сказано.
- А что с остальными?
- Погибли.
Однако для Луизы было подозрительной роскошью терять время. Она обернулась ко
второму "шаттлу", лежавшему в отдалении. С каждой минутой пыль становилась все
гуще. Ветерок крепчал, грозя превратиться в настоящую бурю.
Из второго "шаттла" показались четыре фигуры в скафандрах: двое сотрудников
службы безопасности с "Шаки", затем Дарел Хопстер с какой-то женщиной. С
несказанным удивлением Луиза Чанг обнаружила, что перед ней не кто иная, как
Каролина Риз.
- Ну-ну, как мило с вашей стороны спуститься вниз, чтобы принять участие в
заключительной церемонии, - заметила с иронией Луиза.
С Каролиной за это время произошла разительная метаморфоза. Она почти
разучилась жаловаться на жизнь. Постоянные лишения и соприкосновение со смертью
закалили ее характер, что было удивительно даже для нее самой.
- Да, уж, никак нельзя пропустить конец этого действия, - печально усмехнулась
она. - Мне кажется, я просто обязана досмотреть все представление до конца, Может
быть, это судьба.
- Пожалуй, это судьба, - отозвалась Луиза. - Последнее время я только и думаю
о ней. В этом есть что-то такое, о чем я по-настоящему никогда не
...Закладка в соц.сетях
