Жанр: Научная фантастика
Бюро-13 1-3
...? - предложил Рауль и сам же ответил:
- Нет, нельзя. Он обладает способностями не только Атомного Вампира,
но и Таннера. Ему ничего не стоит организовать прослушивание телефонной
сети Алабамы. Может быть, Джесс?
Я пожал плечами.
- Сейчас не время, но попробую.
"Джесс! - надрывался мой мозг. - Джесс! Это я, Эд! Ты меня слышишь,
детка? Тревога! На помощь, Джесс, на помощь!"
Ответа нет - жена, хоть она и телепат, не думает обо мне в этот
миг... А когда минутная стрелка дойдет до двенадцати, мы уже будем на
таком расстоянии от Хантсвилла, что Джессике ни за что не дотянуться.
Черт, черт, черт! Так близка - и так безнадежно далека!
- Без толку. - У меня зверски заломило виски: только попытался - и то
глаза чуть не вылезли из орбит.
Рауль поскреб подбородок.
- Как секретным сотрудникам связаться с секретной службой? Интересный
вопрос...
- У тебя есть интересный ответ?
- Надо подумать, Эд. Пораскинуть мозгами.
- Ну-ну! Думай-думай! Рожай идею! Или спой песенку:
Мудрых преподавателей
Слушал я невнимательно.
Даром со мною мучился
Самый искусный маг.
- "В голове моей тучи безумных идей - нет на свете преград для
талантов!" - не остался в долгу Рауль.
Не спуская глаз с мчащегося автомобиля, я старался выдерживать
безопасную дистанцию. Он свернул на шоссе и покатил в северном
направлении. Отлично, теперь мы его быстренько накроем! Но мы опять
ошиблись. Вскоре стало ясно: Алхимик не такой дурак, чтобы подстроить нам
западню в опасной близости от своего логова. Наш недоучка катил целый день
и часть ночи, сделав только одну остановку - на заправочной станции.
Наверное, выпитая кровь придала ему силы.
Алабама... Теннесси... Кентукки... Мы с Раулем вели машину и спали по
очереди. Сандвичи, которые Минди дала нам в дорогу, оказались весьма
кстати. На одной заправке я увел со стола владельца коробку патронов
тридцать восьмого калибра. Впрочем, "увел" - слишком сильно сказано:
оставил ему сто долларов наличными за коробку патронов ценой в двадцать
четыре доллара девяносто пять центов. Рауль удивился: неужели они подходят
к нашему "Магнуму-357"? Принялся было объяснять ему разницу между обычной
пулей и пулей для "магнума", но маг зевнул и потянулся к радиоприемнику. Я
понял намек и заткнулся.
Позднее, когда он сменил меня за рулем, я воспользовался ножом и
прикладом, чтобы с огромным трудом выгравировать риску на каждой пуле из
свинца - операция не только противозаконная, но и чертовски опасная.
Проделывая ее не в специальной мастерской, рискуешь: ошибешься на микрон -
и, когда взводишь курок, оружие взорвется в руках. Но у меня нет выбора:
лучше так, чем остаться вовсе без оружия.
- Знать бы, что замышляет этот ублюдок! - вырвалось у меня, когда мы
успешно избежали радарной ловушки.
- Младший?
- Нет, его хозяин. Уничтожить мир? Стать диктатором? Или он затеял
такую каверзу, какую мы даже не в силах вообразить?
Рауль дипломатично кашлянул - раз, другой... Я вздохнул.
- О'кей, выкладывай.
- Послушай... Когда мы с Тиной просматривали мою копию Книги
мертвых...
- Когда вы... что делали? - Я едва не выпустил из рук рулевое колесо.
- Просматривали мою копию книги. Как только книга попала нам в руки,
я сфотографировал ее - каждую страницу.
Я был взбешен. Чертовы маги!
- Да разве не опасно ее читать - даже копию?
- Копию - нет. Это все равно что радиоприемник включать в сеть -
никакого эффекта. Дело в самой книге.
- И что же, с ее помощью любой дурак может творить чудеса?
- Да, может.
- Ничего себе обрадовал!
- Так вот, - продолжал Рауль, - если принять во внимание, что
заурядный субъект, которого мы называем Алхимиком, идет на смертельный
риск, лишь бы завладеть Книгой мертвых, - возникает вопрос: какое именно
заклинание способно наделить его наивысшей властью? И при этом он
останется чародеем?
- И какое же?
- Тебе не понравится.
- Как-нибудь переживу.
И грянул гром средь ясного неба!
- Думаю, он подбирается к "Заклинанию Верховного мага".
Бах! Я аж застонал. "Заклинание Верховного мага"! Такое никому еще не
удавалось до конца, но в последний раз, когда книгой завладели силы зла -
в тысяча восемьсот семьдесят первом году, - только что созданному Бюро
пришлось вести битву не на жизнь, а на смерть. В этой войне ради
уничтожения злоумышленника пришлось сровнять с землей старый Чикаго.
- О'кей, - я вернулся к суровой действительности. - Чем сильнее
заклинание, тем больше ограничений.
Рауль поднял палец.
- Во-первых, оно действует только в пределах королевства, где
украдена книга.
- Америка не королевство.
- Для магов нет разницы. Это наука подчиняется букве закона, - мага
волнует лишь суть. Тут магия: "искусство подчинять духовной воле косную
природу".
- Пусть так. Давай дальше.
- Во-вторых, в момент колдовства книга должна находиться на
территории, куда захватчик имеет легальный доступ.
- А в-третьих?
Рауль опустил руку.
- Никаких третьих.
- Совсем никаких?
- Совсем никаких!
Погрузившись в мрачные раздумья, мы катили среди живописных гор штата
Кентукки. Мимо проносились фуры; я использовал их как прикрытие от
недоросля в малолитражке. Хорта уже два раза менял цвет нашего автомобиля,
водружал сверху багажник и даже на какое-то время сделал машину невидимой
(от последнего пришлось отказаться - трижды мы чудом избежали
столкновения).
Для верности, чтобы узнавать беглеца по ауре, я надел темные очки,
однако чуть не потерял его, обгоняя машину юридической фирмы, битком
набитую адвокатами. Пришлось довериться зрению и опыту - чудеса пока в
сторону.
Когда снова стемнело, футболист свернул с семидесятого шоссе на
дорогу, ведущую в Садл-Брук, на южном берегу Огайо, все еще в пределах
Кентукки. На другом берегу реки расположился симпатичный промышленный
городок Цинциннати [на английском языке корень "cin" входит в состав
некоторых слов со значением "шлак", "зола" и т.п.]. Несмотря на название,
это ультрачистый городишко во всех смыслах: здесь не принято ругаться при
дамах и запрещено продавать порнографические журналы типа "Медицинского
вестника". Стерильная чистота помыслов местных жителей простиралась до
того, что они даже предприняли попытку изъять из Библии слово "Ад".
Ну а вообще обитатели Цинциннати такие же, как все мы, грешные: когда
им хотелось вспомнить добрые старые времена, просто переправлялись на
другой берег, в Садл-Брук. Здесь все в норме: на каждой улице - салоны
массажа, книжные магазины для взрослых, стриптиз-притоны (где со вкусом
или без оного обнажались представители обоего пола), бары для "голубых",
забегаловки для мотоциклистов и магазины, где пропустить рюмочку можно
круглые сутки. Наркотиками торговали без оглядки на свидетелей либо
полицию. На розовых окнах домов - железные решетки, на дверях - тройные
запоры.
Проезжая мимо открытого оружейного магазина, я ощутил ностальгию по
южному Чикаго. Жаль, нельзя остановиться, - купил бы боеприпасов... Ведь,
как известно:
Большие люди - туз и крез
Имеют страсть к ракетам,
А маленьким - что делать без
Оружья в мире этом?
Но тут наш вампир-марафонец проследовал мимо, и я прощально махнул
рукой коробкам, полным стальных, со сплющенными кончиками патронов к
"магнуму". Они входили в цель, как палец, а выходили, как кулак. "Для пуль
- все досягаемы - ни черта нет, ни Бога им..." Но нам-то пули нужны для
Божьего дела - убить не черта даже, а самого Сатану и его клевретов.
Итак, едем дальше... Смотрю - на каждом шагу проститутки цепляются к
потаскушкам и уличным шлюхам, лавируя между машинами. Я начал было
объяснять Раулю разницу между этими разновидностями представительниц
первой древнейшей профессии, но он дал понять, что в курсе. Вот это маг!
Честно говоря, таких фантастических туалетов и причесончиков мне еще не
доводилось видеть... Ну и ну!
Мы с облегчением вздохнули, когда преследуемый объект (не могу даже
назвать его субъектом) въехал на стоянку возле "Ла-Петит-Корт" -
Комплекса, состоящего из мотеля, стриптиз-бара (фактически притона), ринга
для вольной борьбы "ню" и топлесс-бара (куда девушки являлись "без
верха"). Типичный центр сомнительных наслаждений для чокнутых мерзавцев
всех мастей.
Тот, кто принадлежал к вампирской масти, выбрал стриптиз-бар и уходя
не запер машину, - возвращаться, видимо, не собирается. Где-то по дороге
он ухитрился сменить футбольную форму на цивильную одежду.
- То ли у них тут штаб-квартира, то ли перевалочная база, -
предположил Рауль. Его внимание привлекла пышногрудая молодая особа с
поразительными способностями по части преодоления притяжения земли. Я
взглянул на часы: шесть часов до полуночи - и до равноденствия.
- Идем посмотрим.
Я припарковал "вишенку" возле мотеля и мысленно простился с ней: в
таком месте неохраняемый "корвет" не простоит и десяти минут.
- Нам тоже не мешает переодеться, - напомнил, вылезая из машины,
Рауль. - Он знает нас в лицо, не говоря уже о том, что слопал наши сердца.
За последние восемнадцать часов я немного пришел в себя. Хочешь сотворю
чудо?
- Милашка, я бы тебе такое чудо сотворила... - с наигранным задором
посулил хриплый женский голос.
Мы обернулись: нас соблазняла явно вытравленная блондинка с Востока,
сильно декольтированная, в "шикарном" палантине из фальшивой норки.
Понизив голос, мы извинились за недоразумение и двинулись к мотелю.
- Лучше побереги силы! - шепнул я Раулю, украдкой кладя руку на один
из "магнумов". - Попробуем обычные средства.
Окинув взглядом бурлящую вокруг человеческую похлебку, я наметил
первую жертву - костлявого типа в кожаной куртке, с сигаретой в
позолоченном мундштуке. По-моему, он перестарался по части косметики.
- Сколько хочешь за куртку?
Вопрос показался ему забавным.
- Только за куртку или за меня в куртке?
- Только за куртку.
- Двести баксов.
Я достал деньги.
- Вот сотня.
- Годится.
- Простите, мисс, - галантно обратился Рауль к зрелой матроне в
обтрепанной маечке, мини-юбчонке и замызганных, некогда белых кроссовках.
- Я бы приобрел вашу майку. Сколько вы за нее хотите?
Кроваво-алый рот выплюнул ароматическую жвачку. Бижутерия, которую на
себя нацепила эта особа, весила не меньше самой хозяйки.
- Сорок долларов.
- Двадцать пять - и дело в шляпе.
- Бери, красавчик! - С этими словами почтенная задрыга стащила майку
под отчаянный звон цепей и прочего. Под майкой - ничего. Да-а, ну и
местечко - почище Гонконга!
- И еще десять - за крест.
Она опустила глаза на свои обнаженные груди.
- Вот за этот? Само собой!
Больше вроде бы ничего интересного, вот разве группа мотоциклистов в
углу. Я направился туда. Далеко не каждый мотоциклист - дебил и убийца.
Среди них встречаются вполне приличные ребята, получающие удовольствие
просто от ветра в лицо: мирные, законопослушные граждане.
- Симпатичные краги, - начал я разговор. - Нам с приятелем нужно
изменить наружность, и поскорее. Не продадите?
Они проявили интерес.
- Сколько дашь, мистер Тугая Мошна? - Наголо обритый здоровяк
выхватил пружинный нож.
Его дружки заухмылялись и вытащили на свет более внушительный
металлолом.
О'кей, не хотят по-хорошему - не надо. Я предъявил им "магнум".
- Даю пол-унции раскаленного свинца за штуку. Есть желающие?
Головы качнулись в стороны - нет; потом вниз - да; снова - нет. Я
нетерпеливым жестом показал на выход - слишком сложный вопрос, этак они
будут решать его целую неделю.
- Пошевеливайтесь!
И они двинулись в темную аллею. Через пять минут, когда после
нескольких простеньких пассов Рауля рокеры уснули сном праведников, мы
толкнули дверь стриптиз-бара - и сразу же нас как по голове шарахнуло:
стены сплошь залеплены определенного свойства фотографиями; оглушительная
музыка, смех, толкотня, разноцветные огни, дым, специфические запахи...
нормальные человеческие чувства в такой атмосфере совершенно притупляются.
Я убрал темные очки: здесь от них никакого толку.
Заведение стандартное, интерьер, обкатанный для мест такого рода.
Маленькие столики вокруг относительно небольшой эстрады, где, не попадая в
ритм рок-музыки, дергается парочка тощих полуодетых девиц; вместо задника
- громадное зеркало - любуйтесь кто желает. Подвешенный к потолку
облепленный осколками зеркала шар посылает во все стороны разноцветные
зайчики в тщетной попытке расшевелить обалдевшую публику. Официантки, в
одном прозрачном белье, снуют между столиками, высматривая подвыпившего
одиночку: может, возжаждет их общества - из расчета пятьдесят баксов за
порцию. Жалкое зрелище... Примерно в таком месте проходил мой последний
мальчишник - прощание с холостяцкой жизнью. Здесь - "скука та же", то есть
прямо-таки смертная: ни одной хорошенькой мордашки, и про каждую можно
сказать: "Танцует как чурбан". А уж по числу болезнетворных микробов эта
клоака наверняка не уступит заводику бактериологического оружия.
Я подсел к стойке бара, отодвинув свой табурет как можно дальше от
других, а Рауль занял место за столиком. Пришлось заказать выпивку - иначе
наши головы познакомились бы с увесистыми кулаками местных вышибал.
Наблюдая за знакомым мертвецом на отдыхе, я понял - торопится: очевидно,
не терпится доложить боссу о победе. И еще одно жуткое подозрение
закралось мне в голову: не конец цепочки, а лишь очередная остановка в
пути. Четвертьзащитник проголодался и намерен подкрепиться. Следующая моя
мысль была совершенно непроизвольна:
"Джессика! Где ты?"
В темном углу Дракула-младший с почти обаятельной улыбочкой вовсю
улещал почти хорошенькую юную официантку в атласном, отделанном кружевом
передничке, ее тоненькие ножки покачивались на неимоверных шпильках -
больше на ней, кажется, ничего не было. Она все качала головой - нет, мол,
не согласна. Он схватил ее за запястье; она заглянула ему в глаза,
поколебалась и, как деревянная кукла, кивнула - да... Проклятие! Этот
ублюдок жаждет крови! Проталкиваясь через толпу, он тащил девушку в заднюю
комнату. Мы хотели последовать за ними, но они тотчас вышли - девушка
надевала пальто. Рауль приблизился ко мне.
- Что будем делать?
Я глотнул из бокала и сразу выплюнул обратно. Черт, что за гнусное
пойло! Вот моя мать готовила текилу - это да...
- Продолжать преследование. Вампир - только ниточка к главному
преступнику.
К Раулю подошел какой-то грязный мужичонка в коже и сделал
поразительное предложение. Хорта скорчил гримасу отвращения; претендент
надулся и отошел. Просто он невежа: серьга в ухе (как у мага) вовсе не
означает, что вы "голубой", - спросите у любого пирата.
- Когда мы помешаем ему убить девушку? - не отставал Рауль.
Я ждал этого вопроса и собрался с духом. До того как прозвучит
"Заклинание Верховного мага", остается пять с половиной часов. И если
Алхимику это удастся - человечество получит Бога. Настоящего,
первостатейного, законченного Бога. У нас не такой уж богатый выбор
средств...
- Мы ему не станем мешать, - честно ответил я, ощущая страшную, тупую
усталость. - В сущности, чем скорее он ее убьет, тем лучше. Ее гибель -
наш единственный шанс.
Никогда еще я не видел, чтобы наш чародей позволил себе такое
выражение лица...
11
...Впрочем, маги умеют владеть собой. Он тотчас опомнился, только
процедил сквозь зубы:
- Что ты сказал?!
- Возможно, - холодно объяснил я, - это наша единственная надежда
добраться до Алхимика. Пойми: мы имеем дело не с профессионалом, а с
жалким недоумком. Он выиграл крупный приз, ему не терпится отпраздновать.
А потом он сразу отправится к боссу с докладом.
Рауль стал заикаться:
- Эт-то аб-бсолютно н-неприемлемо.
- Друг, не вынуждай меня напоминать тебе, кто из нас старший по чину.
Он взорвался:
- Пошел ты... с твоим старшинством! Задача Бюро - защищать людей от
подобных вещей, а не навешивать на уши лапшу и звонить к обеду!
Разговор принимал нежелательный оборот. Пришлось отойти в угол,
выбрав такой, откуда можно вести наблюдение. Тут же подскочила официантка
- мы услали ее, заказав еще выпивку.
Сквозь завешенное тонкой тканью окно мы отлично все видели: вампир
вместе с девушкой пересек стоянку и вошел в один из двухкомнатных
коттеджей. В нашем распоряжении считанные минуты, чтобы вмешаться... Но мы
не вмешаемся...
- Пожалуйста, Эд! - взмолился маг.
Я вздохнул.
- Нет!
- Нужно же что-то делать!
- У тебя есть идея?
- Вполне определенная: хватаем этого подонка и выбиваем из него
информацию. Лучше вытрясти душу из монстра (да что я говорю, какая у него
душа!), чем позволить ему загубить невинную девушку!
- Неверно мыслишь! - Я старался не утратить хладнокровия. - Обо всем,
что происходит с рабом, тотчас узнает хозяин. В данном случае - Алхимик.
Я повернул руку часами вверх.
- По-твоему, мы можем позволить себе роскошь пойти на риск?
На лице Рауля отразилась вся гамма чувств истинно страдающего
человека, но в конце концов он смирился.
- Пора! - Я встал и бросил на стол несколько банкнот.
Мы стали протискиваться сквозь пьяную, скалящую зубы толпу.
Официантка молниеносным движением циркового фокусника убрала свой гешефт в
кармашек, пока не заметил хозяин... Перед уходом Рауль опрокинул себе в
глотку содержимое одного бокала, а потом и другого. Я не стал его
останавливать: все маги пьют; Рауль - немного больше других, не без
причины.
Короткий обмен репликами, несколько перекочевавших из кармана в
карман купюр - и портье дал нам ключ от второй комнаты в коттедже, куда
вампир привел свою жертву. Очутившись в номере, мы сразу же погасили свет,
и Рауль достал авторучку-глазок в футляре из легированной стали, с
тефлоновым покрытием. Она легко вводится в стену, острый игольчатый кончик
проделывает микроскопическое отверстие с другой стороны, а вмонтированные
в ручку призма и система линз передают изображение в соседнюю комнату. Во
всем цивилизованном мире нет ни одной разведки, которая не пользуется
подобными штуками (разумеется, ни одна и не думает признаваться).
Я собрался с духом и взглянул: что и говорить - жуткое зрелище!..
Девушка лежит на кровати с широко раскинутыми руками и ногами - он
привязал их обрывками простыни к столбикам на спинках. Обнаженная грудь
бесстыдно торчит из разорванного в клочья бюстгальтера, на одной лодыжке
болтаются трусики. Сам мучитель абсолютно гол; поджарое тело вздымается и
опадает... И вдруг он застыл в какой-то странной позе... На лице девушки -
смертельный ужас... Она начала бешено отбиваться. Вампир расхохотался во
все горло и прильнул алчным ртом к ее шее. Пальцы жертвы беспомощно
хватали воздух...
- Он... - начал Рауль, сжимая в кулаке жезл. - Да. Вижу по твоему
лицу.
"Такова агентская жизнь", - сказал я себе. У Рауля дрогнул голос.
- Сменить тебя?
- Нет! - выдавил я и добавил: - Благодарю.
Он не настаивал, и я досмотрел до конца... Да поможет мне Бог! Я
наблюдал за тем, как эта мразь убивает девушку... смотрел и вспоминал
стихи:
И ты лежишь в крови, нагая,
Изранена, изнемогая,
И не защищена никем.
Мне страстно хотелось зажмуриться, заткнуть уши - пока еще не поздно
- и стереть в порошок этого взбесившегося скота! Нет, хуже чем скота, -
нет для него слов... Рауль прав: наш долг - спасать жизни! Но на другой
чаше весов - миллиарды жизней; они зависят от наших действий, вернее, от
нашего бездействия. Стоит ли весь мир такой жертвы? Можно ли пожертвовать
жалкой стриптизеркой для спасения человечества?.. С нравственной точки
зрения - нет! С практической - да! Приходится!.. И я исполнил свой долг -
я не отвел глаз. Раз уж мне суждено стать виновником ее смерти, придется
видеть... Чтобы хорошо представлять себе, на какие муки я обрек бедную
девушку. И унести это воспоминание с собой в могилу... И все же в
потаенных уголках моего существа зародилась в тот миг - впервые за все
время - ненависть к работе в Бюро.
Наконец он насытился и скатился с изувеченного трупа. Я вынул из
стены авторучку и отдал Раулю. Он обнял меня за плечи и заглянул в глаза.
- Может, он сделает из нее вампира? Тогда Бюро сможет ее завербовать
и научит справляться с вампирской сущностью. По крайней мере она будет
жить полной жизнью. И достаточно долгой.
Слова застревали у меня в горле:
- Он сожрал ее сердце.
Маг поник головой.
- Так... Что ж, "всемогущий маг лишь на бумаге я".
Смерть девушки необратима, воскрешение невозможно... В молчании мы
подошли к окну, раздвинули шторы и проводили живодера взглядами. Он запер
дверь на ключ, сунул руки в карманы и зашагал вдоль по улице... Готовится
к новым "подвигам"... Мы содрогнулись и... двинулись вслед за кровавым
убийцей. Пустив в ход стандартный прием "ротация двоих", добрались так в
лучший район города. По Ковингтон-бридж вернулись в Цинциннати и здесь
быстро, как только могли, видоизменили свои костюмы - теперь мы
респектабельные горожане. Вампир остановился, пустил струю на памятник
Тайлеру Давиду в районе Пятой улицы и зашагал дальше по тенистой аллее.
Выждав минуту из осторожности, мы стали пробираться за ним. Уличное
движение здесь слабое; шаги редких прохожих гулко отдаются в неподвижном
воздухе... В аллее взметнулся дымок и исчез за стальной решеткой дождевого
люка.
- Дальше иди один! - шепотом приказал я Раулю. - А я вызову команду.
- Как?
- Иди, друг!
- Удачи тебе!
- Спасибо. Тебе тоже.
Рауль достал канистру с мазутом и усмехнулся.
- Хлебные крошки...
Я мрачно кивнул. Он нарисовал вокруг себя в воздухе воображаемое
кольцо - и испарился. Ненависть и гнев помогли мне сохранить
самообладание; времени в обрез - беру курс на какой-нибудь винный
магазинчик: мне просто необходимо сейчас как следует напиться. Причин для
этого накопилось куда как достаточно.
Вернувшись в Садл-Брук, я без труда разыскал круглосуточно открытую
лавочку, торгующую спиртным, купил за наличные шесть бутылок питьевого
спирта "Чистейший" и пинту скверного виски. Потом отошел за несколько
кварталов и в замусоренной аллее стал готовить себя к новой роли: зажав
ноздри, влил в себя половину виски, а вторую половину оставил на потом.
Следующий шаг - избавиться от всего, что указывало на мою
принадлежность к Бюро. Темные очки, удостоверение, перстень с печаткой,
зажигалка... Бронежилет, фальшивые зубы, начиненные сывороткой неправды,
бумажник, ключи, вечная расческа, авторучка... Кобура, боеприпасы, нож,
небольшой крупнокалиберный пистолет... Носовой платок, пряжка на поясе,
наручные часы... "И что у них есть еще там..."
Расстелил на дне мусорного контейнера кусок огнестойкой ткани,
положил все это сверху и вылил туда все шесть бутылок "Чистейшего" -
девяносто девять процентов чистого спирта! Поставил часы и зажигалку на
"Взрыв", схватил бутылку с виски - и наутек. Едва успев выбежать на улицу,
услышал позади грохот: оборачиваюсь - аллея охвачена пламенем, усыпана
осколками, обломками... Вокруг на несколько кварталов светло как днем.
Уношу ноги и вижу: мимо проносится на взрывной волне вечная расческа,
ударилась о кирпичную стену и умчалась Бог весть куда, неповрежденная.
Попробуй уничтожить... Окна стали оживать. Я вылил себе на одежду остатки
виски, сунул бутылку в карман, взвел курок "магнума" и с воплем:
"Пятнадцать человек на сундук мертвеца! Йо-хо-хо! И бутылка рома!.." -
пальнул по зеркальной витрине из обоих стволов. Завыла сирена -
сигнализация сработала.
Вряд ли стоит говорить, что даже в Садл-Бруке полицейские легки на
подъем. Когда они подъехали, я как раз заряжал "магнум", осталось всего
три патрона. Примерно в половине квартала от меня копы тихонько выпрыгнули
из машины и стали подкрадываться с пистолетами на изготовку. Молодцы! Я
опасен - "вооружен и очень опасен"! Чтобы убедить их в этом, я снес башку
уличному фонарю, помочился в штаны и на всякий случай заорал: "Пиастры!
Пиастры!" - ради блага Америки.
- Эй, бросай свою пушку, парень! - обратился ко мне сержант.
Голос тихий, приятный, с умиротворяющими интонациями: должно быть, не
одному буяну заговорил зубы.
- Пр-рава не имеете меня ар-рестовывать! - рявкнул я и громко икнул.
- Я... "я не то чтобы чокнутый какой..." Я... Я - гр-ражданин Марса!
Сержант улыбнулся.
- Разумеется. Я тоже. Кореш, значит. Земляк!
Черт, этот парень и правда знает свое дело. Я лихорадочно соображал.
- Ты мне не кореш! - Тут я покачнулся, и уже не нарочно: эта пакость,
да еще выпитая на пустой желудок, свалит любого. Хватит, пожалуй, палить
из "магнума", еще и впрямь кого-нибудь подстрелишь. - Др-ряносос паршивый!
Биггл-миггл!
- Неправда, - не согласился он и подобрался ближе. - Это мой
напарник. Профессионал экстра-класса!
Я пустил слюни и замахал над головой "магнумами".
- Др-раный землелюб! "Пей - и дьявол тебя доведет до конца! Йо-хо-хо!
И бутылка рома!" П-пошли...
- Эти пушки на Земле не действуют, - предупредил "кореш",
приблизившись на расстояние вытянутой руки. - На, возьми мою! - И протянул
мне пистолет, - ясно, незаряженный.
- Осторожно, он нас слышит! - С этим
...Закладка в соц.сетях
