Жанр: Научная фантастика
Большие гонки
...лось вновь встретиться с ним. И
неудивительно! Он, всю жизнь спасавшийся от нас, созревал куда быстрее, чем любой
добропорядочный гений. На его долю выпало множество страданий, от которых
незаурядному человеку не избавиться никогда. С ними можно мириться, бороться, их можно
преодолевать - здесь уместно любое слово. Однако Трент куда острее и скоротечнее
переживал душевную боль. Может, менее глубоко, но таковы обстоятельства. Ему
приходилось взрослеть на бегу.
К сожалению, в ту пору мне не было известно значение слова "смирение". Я считала
себя одним из лучших сотрудников МС и гордилась этим.
До встречи в Трентом я никогда не знала неудач.
Из воспоминаний Мелиссы Дюбуа,
офицера элиты Корпуса миротворцев,
вошедших в Библию Исхода
ъТрент проснулся спустя два часа, когда исчезла сила тяжести. Он как будто завис над
креслом, однако захваты мягко удерживали его на прежнем месте. В салоне было тихо, свет
притушен. Прозрачная переборка, до сих пор разделявшая сиденья, казалось, исчезла. Теперь
на ее месте светилось голографическое изображение свободного пространства, заполненного
голубоватыми, золотистыми и белыми звездочками, излучающими ровный, немигающий
свет.
Миротворцы в большинстве своем спали. Немногие бодрствующие просматривали
какие-то материалы с помощью "глазков". Страницы странным образом высвечивались
перед глазами, навевая мысль о некоем колдовском ритуале, вызывающем к жизни сияющие
в воздухе письмена. Другие неотрывно рассматривали открывшуюся перед ними
космическую даль, словно соизмеряя с ней свои помыслы и надежды.
Первым делом Трент просмотрел сообщения, которые прошли через виртуальное
пространство за последние два часа. За это время на "Новостном канале" не появилось
ничего нового. Только "Электроник Тайме" добавила масла в огонь, сообщив, что по
непроверенным, но вполне достоверным слухам Эмиль Гарон был убит своим сослуживцем,
также сотрудником какого-то элитного подразделения. Электронная газета ничего не
утверждала, но в материале было прямо указано, что до сих пор не было случая, чтобы
элитники гибли во время выполнения служебного задания.
Мелисса открыла глаза, засмотрелась на панораму космического пространства и не
удержалась, чтобы не поделиться с соседом:
- Какая красота!
Трент в ответ кивнул, потом после паузы добавил:
- Да, потрясающе!
Он бросил на нее взгляд и тут же понял, что ничего на свете он не желает больше, чем
лечь с этой женщину в постель. Он даже не очень удивился, испытав подобный прилив
страсти.
- Когда я была маленькой, - призналась Мелисса, - я мечтала стать астрономом. Мы
жили тогда на внешней стороне Луны, в кратере Циолковского. Там есть такой городок
Звездоград, или, по-вашему, Стар-сити. Родители одобряли мое увлечение, они купили мне
телескоп, и я изучала небо, часами просиживая на балконе. Папа говорил, что Луна - это
лучшее место для изучения звезд. - Она вздохнула. - К сожалению, с астрономией у меня не
сложилось. То ли способностей не хватило, то ли усидчивости. А может, из-за родителей.
Мой папа служил в элитных частях. После того как пришло извещение о гибели брата, он
мечтал, чтобы я продолжила его дело. - Она мечтательно улыбнулась. - Вы слышите меня? А
вы кем хотели стать, когда были маленьким?
Трент задумался, можно ли использовать в ответе вызывающее самые различные
ассоциации словосочетание "Игрок в сети". С точки зрения девочки, чей папа служил в
элитных частях, в этом, безусловно, было что-то скверное, полукриминальное. Поэтому он
решил приземлить детскую мечту, введя ее в общепринятые рамки.
- Я хотел стать вебтанцором. А вы теперь не жалеете, что с астрономией не
получилось?
- Представьте себе, нет. А вы?
- Не знаю, - искренне признался Трент. - Вроде бы и мечта осуществилась, но все равно
я чувствую себя кем-то вроде клоуна. Вы никогда не хотели стать клоуном в цирке?
На лице Мелиссы появилось изумление. Она часто заморгала, потом рассмеялась:
- Нет. Но когда меня в первый раз привели в цирк, знаете, кем я захотела стать? - Без
всякой паузы, она тут же выложила свою тайну: - Воздушной гимнасткой, которая
выделывала всякие сальто-мортале на трапеции под куполом. Потом она прыгала вниз
головой, и ее ловил красивый молодой парень. Мне тогда было двенадцать лет. - Она искоса
и откровенно кокетливо взглянула на Трента. - А когда вам исполнилось двенадцать, кем вы
хотели стать?
- Тринадцать, - уточнил Трент.
- Почему тринадцать?
- Это было самое радостное для меня время. Веселее не было.
- Неужели? И как вы провели детство - ведь вы же американец. Наверное, вас учили
ненавидеть нас?
- Учили? Нет, этому нас не учили! Казалось, до нее так и не дошел смысл, вложенный
Трентом в эту фразу.
- Где вы росли? - продолжала расспрашивать Мелисса.
- В Нью-Йорке. Неподалеку от Столичного города. Потом я оказался в офисе
Генерального секретаря.
- И чем закончилось ваше детство? - не отставала мадемуазель Дюбуа.
Последний вопрос вконец озадачил Трента - неужели она настолько непроходимо
глупа?!
- Я попал в дурную компанию, - ответил он. - Там меня растлили.
Мелисса на мгновение задумалась.
- Вы, вероятно, имеете в виду "лишили средств к существованию" ?
- Точно, - кивнул Трент, - и это тоже. Расскажите мне лучше еще что-нибудь о ваших
детских годах. Мне никогда не приходилось бывать во Франции.
- Что-то вы стали исключительно вежливы.
- Нет, серьезно, я люблю слушать истории о счастливом детстве.
Мелисса недоверчиво посмотрела на него, глаза их встретились.
- Ну пожалуйста!
Они проговорили все оставшееся время.
Мелисса Дюбуа родилась и выросла в Нарбонне, маленьком городишке на юге
Франции. Городок лежал на берегу Средиземного моря. У ее отца был собственный дом на
побережье; там она и приобрела свой нынешний загар, побывав в отпуске в родных краях.
- Я всегда мечтал побывать в тропиках, походить по теплым морям, - признался Трент.
- На островах Французской Полинезии, например. Это не то что в Нью-Йорке. У нас,
конечно, тоже есть пляжи, но песок там серый, вода холодная. То ли дело поселиться на
острове, засыпать с закатом, подниматься с восходом... - Он невесело усмехнулся. - А вместо
этого приходится отправляться на Луну, где и загореть-то толком нельзя, зато замерзнуть до
смерти и одновременно зажариться - сколько угодно.
На вопрос, доводилось ли ей раньше бывать на "Ла Гран-же-5", она честно призналась
- доводилось. Три года назад. Она и ее родители на пути к Луне сделали там короткую
остановку. Там, на Луне, они собирались провести отпуск. Первый отпуск, в который они
отправились все втроем. Отец тогда вышел в отставку. На Луне они остановились в отеле
"Коперник". Мелисса научилась там летать.
- Там, в Лунном городе, есть такие пещеры, - объяснила она, - где собираются
желающие летать по воздуху. Они объединяются в группы, к ним прикрепляется инструктор
- и вперед. Но больше всего, - вздохнула Мелисса, - я хотела побывать в Нью-Вегасе. Это
там, на свободных территориях. Когда папа узнал о моей мечте, он очень рассердился. Мне
показалось, что он и слышать не хочет о свободных территориях, о независимых поселениях.
- Она замолчала, потом с грустью добавила: - Мой брат погиб во время короткой кампании,
которая случилась на Луне в 2064 году. Когда Объединенные Нации столкнулись с
вольными поселенцами в районе кратера Альфонс.
Наступила тишина.
Трент даже не пытался нарушить ее. Все это время он был само внимание, жадно
впитывая все, что Мелисса рассказывала о неизвестной ему жизни. Это было так не похоже
на пережитое им самим, что сначала он решил, будто она подшучивает над ним. Потом ему
стало ужасно обидно, что по чьей-то злой воле у кого-то детство было похоже на сказку, а
ему пришлось выживать во Фриндже! Он слушал и млел. Мелисса оказалась очень
разговорчивой девушкой. Она даже поведала соседу свою маленькую сердечную тайну.
Рассказала о том, как ее родители отнеслись к парню, считавшемуся ее бой-френдом. Они
выгнали его из дома, а ей строго-настрого запретили встречаться с ним. Причина? Весомей
не бывает - у парня был привод в полицию. Один-единственный.
Трент не выдержал и спросил, что же в этом такого страшного.
Мелисса пожала плечами:
- Подобное знакомство могло плохо сказаться при поступлении в Корпус МС.
За все время разговора она ни разу не употребила термин "миротворцы", только МС.
Оказывается, и ее дядя служил в
МС.
- Это у нас семейная традиция - нести службу в общественных организациях. Мой папа
служил в МС и оба дяди.
- Мне понятно, - кивнул Трент, - их горячее стремление... нести службу в
общественных организациях. Понятно желание добиться, чтобы завтра было лучше, чем
сегодня. Конечно, приятно на склоне лет сказать себе: я тоже принимал участие в
благородном деле и сделал все, что мог.
Мелисса благодарно улыбнулась:
- Да, вы все так хорошо понимаете!
- Но ведь существуют и другие пути, ведущие к общественному благу. Здесь важно
учитывать разницу. Возьмем, например, бухгалтера, ведь он тоже может гордиться своим
участием в той или иной сделке. Он может испытывать удовлетворение, ведь без его
тяжелого каждодневного труда может замереть деловая жизнь. То же самое может сказать о
себе и продавец, и инженер. Или, например, надзиратель в детской колонии.
Мелисса кивнула:
- Меня как раз рекомендовали на работу в Министерство контроля за рождаемостью.
Вы правы, это очень важный участок.
- Не менее важный, - усмехнулся Трент, - чем работа в отделе слежения, где
программист фильтрует известия, которые приходят на сайт того или иного электронного
издания. Я мог бы привести еще множество других примеров, когда миротворцам не
требуется оружие, потому что их функции куда шире, чем можно было бы предположить.
Мелисса, казалось, ухватила его мысль:
- Конечно. Главная наша задача - осуществлять повсеместный и ежеминутный
контроль за общественным механизмом.
- Как точно вы подметили! - восхитился Трент. - Именно контроль! Наши товарищи не
возводят дома или дороги, не собирают компьютеры. Они не создают произведения
искусства. Они просто следят, чтобы назревающий в том или ином месте конфликт не
перерос в войну. Их задача - предусмотрительно вырезать недоброкачественные опухоли,
нарождающиеся на теле Объединенной Земли.
- Вот я и говорю, - подхватила Дюбуа, - одного этого достаточно, чтобы испытывать
чувство гордости.
- Не то слово! - поддержал ее Трент. - Подобный контроль - абсолютно необходимое
условие прогресса. Кто-то ведь должен осуществлять его.
Мелисса, словно заподозрив неладное, посмотрела на него искоса. Затем, после
недолгого, но пристального созерцания невинной физиономии говорливого собеседника,
кивнула:
- Да, кто-то должен.
За восемь минут и пятнадцать секунд до посадки на "Ла Гранж-5" Мелисса обратилась
к соседу:
- Трент, я вот о чем подумала...
- О чем-нибудь необычном? Фантастическом?
- Возможно. Скажите, как ваше настоящее имя? Трент заткнулся на полуслове. Уже
готовая шуточка застряла в горле. Он откашлялся и неохотно проговорил:
- Смит.
- Вы не удивитесь, если я попытаюсь отыскать вас, когда вернусь на Землю? Я хотела
бы увидеться с вами. Если можно. Это будет не скоро, - торопливо принялась объяснять она.
- Шесть месяцев я буду занята на орбитальной станции. Когда вернусь, ладно? Понимаете,
есть люди, которые с предубеждением относятся к элите. Вы - замечательный парень... так,
кажется, выражаются у вас в Нью-Йорке. Если вы не будете возражать...
- Замечательный, говорите?
- Вы проницательный, - с прежней горячностью добавила Мелисса, - и остроумный. Вы
дважды заставили меня смеяться, а это мало кому удавалось до сих пор.
- Ну, не такой уж я проницательный.
- Нет, проницательный.
- Хорошо. Тогда, может, еще и привлекательный? И романтичный?
- Нет, проницательный и остроумный.
- О'кей, - кивнул Трент. - Согласен.
- Вот и хорошо. Я, наверное, смогу разыскать вас через офис Генерального секретаря?
- Разумеется, - усмехнулся Трент. - Уж там-то всегда подскажут, где меня найти.
- Отлично.
Она застенчиво улыбнулась, чем окончательно сразила его. Такую улыбку он на улицах
Нью-Йорка встречал только у десятилетних девочек. Не старше.
- Когда я вернусь, - добавила Мелисса, - мы продолжим разговор.
Он молча кивнул. Так, вероятно, кивает опытный соблазнитель, сумевший одурачить
деревенскую простушку.
Между тем корабль начал подтягиваться к орбитальной станции, куда направлялась
группа миротворцев. Трент подумал, что пройдет немало времени, пока они высадятся.
Вполне вероятно также, что корабль захватит здесь какой-нибудь попутный груз. Как бы
узнать, сколько они здесь проторчат?
В салоне прозвучало объявление на французском, но настолько быстро и скомкано, что
Трент толком не уловил, о чем идет речь. Его соседи, выспавшиеся в невесомости,
посвежевшие, готовые к исполнению общественного долга, с такой скоростью лопотали
между собой на родном для них языке, что он вообще ничего не понимал.
Трент, имея в виду диктора, обратился к Мелиссе:
- Что он сказал?
- Вы не слышали объявление?
- Простите, задумался.
- Только что прозвучало сообщение, - объяснила ему Мелисса.
- Спасибо, я слышал. Что он сказал?
- Вы не понимаете по-французски?!
- Понимаю. Я просто не расслышал.
- Вы же только что сказали, что слышали.
- Я слушал, - объяснил Трент, - но не слышал.
- Как это?! - удивленно вскинула брови мадемуазель Дюбуа.
- Что он сказал?
- Диктор по громкоговорящей связи? - переспросила Мелисса.
- Да, - подтвердил Трент, - по громкоговорящей связи.
- Было два объявления. Было сказано, что карантин займет два часа, и что имеется
спецсообщение для нашей группы. Оно пришло из второго отдела.
- О чем говорится в сообщении?
В ее взгляде появилась настороженность.
- Я не имею права повторять. Да и зачем вам?
- Просто любопытно.
- Нам было сказано... - Мелисса резко оборвала фразу и взглянула на Трента так, словно
видит его в первый раз. - В общем, пустяки, - уклончиво проговорила она.
Трента поразила ужасная догадка: неужели?..
- Ну, раз вы не хотите сказать, почему карантин затягивается на два часа, я сам пойду и
выясню. - Он улыбнулся, затем не спеша расстегнул ремни, достал свой чемоданчик и
выбрался из кресла.
Мелисса тихо спросила:
- Куда вы? И почему с багажом?
Улыбка не сходила с лица Трента, она буквально примерзла к губам.
- Спрошу, почему такая длительная задержка? Не беспокойтесь, оставайтесь на месте, я
сейчас вернусь.
Хватаясь правой рукой за скобы, вделанные в спинки кресел, он легкой походкой
зашагал по проходу. Левой же крепко сжимал ручку чемоданчика. Только сейчас, сбросив
ремни, удерживавшие его в кресле, Трент почувствовал, каким легким он стал. Он мог
летать! Открытие, теоретически давно известное, произвело на него, в первый раз
оказавшегося в космосе, ошеломляющее впечатление. Однако радоваться было некогда.
Отплывая подальше от своего места, он лихорадочно прикидывал: что дальше? Какие у него
шансы? Насколько опасна эта непредвиденная задержка и внезапно изменившееся
отношение к нему мадемуазель Дюбуа? Пожалуй, теперь, когда молодая миротворица
вернется на Землю, она уже не захочет с ним встречаться. "Не забивай голову глупостями!" -
прозвучал в мозгу внутренний голос. Опыт подсказывал: случилось самое худшее, что
только могло случиться. Сейчас на борту устроят проверку документов. Это конец.
Наконец он добрался до люка, ведущего на вторую палубу. У него не было никакого
желания возвращаться на прежнее место. Стоявший у выхода приветливый француз средних
лет предупредил Трента:
- Молодой человек, мне уже приходилось иметь дело с дальнепроходцами.
Настоятельно рекомендую вам соблюдать все их правила и ни в коем случае не допускать
ошибки. Мне почему-то кажется, что дело к тому и идет.
Он указал на голографический экран, на котором высвечивалось объявление: "Все
пассажиры должны оставаться на своих местах до особого распоряжения. Можно выйти в
туалет".
Стоило бы поблагодарить за предупреждение - доброжелательный миротворец,
по-видимому, являлся старшим группы, однако Трент так и не смог заставить себя
выговорить "спасибо". Между тем офицер, кивнув на экран, добавил:
- Вам необходимо вернуться на свое место. Трент постарался унять проснувшийся
страх и небрежно отмахнулся:
- Знаете, иногда, чтобы занять свое место, приходится покидать чужое.
С этими словами он нажал на ручку, люк отъехал в сторону, и он выбрался на палубу.
Француз так и остался стоять с раскрытым ртом. Никогда и ни при каких обстоятельствах
Трент не станет благодарить миротворцев. Даже самых благожелательных.
Неожиданно он обнаружил, что движется по коридору вниз головой. Ну и черт с ним,
какая разница?! Так и добрался до перекрестка. Теперь куда? А-а, поехали направо, авось
там повезет.
Нет, не повезло.
- Венс! - окликнул его грубоватый голос.
Трент нашел скобу, притормозил, перевернулся вниз ногами. По перпендикулярному
туннелю к нему приближался лейтенант Зинт. Этот вовсе не обращал внимания, в каком
положении он перемещается. Лейтенант даже не глядел на скобы, хватаясь за них
автоматически. Двигался он легко и быстро. К Тренту лейтенант подобрался, развернувшись
почти на сто восемьдесят градусов. Таким образом голова дальнепроходца оказалась в ногах
у Трента. Зинт снизу хмуро взглянул на него и сообщил:
- Вас хочет немедленно видеть капитан. Немедленно!
- В самом деле?
- Что за подлянку вы нам подложили? Почему нас задерживают?
- Что?! - не поверил своим ушам Трент.
- Почему, я спрашиваю, нам объявили какой-то карантин?
- Подождите, подождите. Объясните, что случилось? Я проспал последнее сообщение.
Зинт тем временем успел перевернуться. Теперь они разговаривали лицом к лицу.
- Вы сказали, задержка на три часа, правильно? - вновь задал вопрос Трент.
- Значит, черт бы вас подрал, вам известно, что мы попали в карантин и должны
дожидаться, пока не прибудет какой-то корабль?
- Конечно, мне все известно, - внушительно заявил Трент лейтенанту. - Я ведь
Мохаммед Венс. За мной выслан корабль с Земли. Вы сказали, он прибудет на орбитальную
станцию через три часа?
Зинт уже не мог скрыть раздражения:
- Как вы посмели задерживать наш корабль? Выметайтесь отсюда и ждите себе на
станции, сколько вам будет угодно!
Трент выпустил чемоданчик и неуловимым движением отправил его в сторону
дальнепроходца. Затем, изобразив замешательство и поспешно перебирая руками по скобам,
поспешил за ним. А когда поравнялся с Зинтом, ткнул пальцем куда-то в сторону и объявил:
- Да вот так и посмел! Именно по этой причине. Лейтенант непроизвольно повернулся
в указанном направлении.
Трент прицелился, выбрал точку ровно в пяти сантиметрах от центра подбородка и
провел хук справа.
Попал точно. Голова лейтенанта дернулась и поникла. В том месте, куда угодил кулак,
выступили капельки крови. Сам Трент начал отплывать в противоположную сторону, однако
успел ухватить лейтенанта за шиворот и оттащить в коридор. Он оглядел потерявшего
сознание космонавта, приметил, что они примерно одного роста и веса, следовательно, и
размеры у них одинаковые. Он вздохнул и, обращаясь в пространство, промолвил:
- Кажется, я сломал палец.
Затем, определившись по настенным указателям, принялся буксировать беднягу Зинта
к туалету.
Закрывшись в туалетной кабинке, Трент прошептал на ухо лежавшему без сознания
Зинту:
- Знаешь, парень, обычно при знакомстве я стараюсь не поступать подобным образом,
но сейчас, сам понимаешь, у меня нет другого выбора, - после чего начал методично
стаскивать с него одежду.
Обыскав лейтенанта, он обнаружил у него в кармане моток скотча, замотал ему
сведенные назад руки и заклеил рот.
Обменяться одеждой оказалось куда труднее, чем Трент себе представлял. Туалет,
вернее, единственная кабина, вмещала только одного человека.
Наконец ему удалось стянуть комбинезон с Зинта. В следующий момент в глаза Тренту
бросилось нижнее белье космонавта. Он не мог припомнить, видал ли в жизни что-либо
более красное, чем эти тряпки. Когда с переодеванием было покончено, Трент вынул из
кобуры мазер и осмотрел оружие. Не сразу отыскал, куда вставляется обойма. Нажал на нее,
и на ладонь выпала маленькая плоская капсула. Ну и ну! Вот это техника! Он осмотрел
капсулу, положил ее в чемоданчик, а мазер сунул обратно в кобуру.
Когда он вышел из туалета, корпус корабля начала сотрясать мелкая дрожь, затем
последовал легкий удар. Понятно. "Капитан Фландри" пристыковался к орбитальной
станции "Ла Гранж-5", осиному гнезду или, иначе, главной базе Корпуса миротворцев при
Организации Объединенных Наций.
- Все равно не поймаете! - поклялся Трент, направляясь на первую палубу.
15
Космическая база "номер первый", обиходное название - "Небеса
миротворцев" или просто "Небеса". Построена в 2019 году консорциумом
дальнепроходческих компаний, известным как "L-5". После доработки в 2025 году
перешла в ведение Корпуса МС. Расширена и реконструирована в 2060 году.
Разрушена во время восстания миротворцев в 2103 году (см. соответ. статью).
Космическая база "номер первый", так же как и военная база "L-4"
названная "Алмундсен" в честь Сары Алмундсен, была сооружена в одной из двух
стабилизированных в гравитационном отношении точек в системе Земля-Луна, что
позволяло им без затрат энергии пребывать в одном и том же месте. Этим "L-4" и
"L-5" отличались от станций "L-1", "L-2" и "L-3", расположенных на
околопланетных орбитах или, иначе, "над землей". "Четвертая" и "Пятая",
размещенные в гравитационных колодцах, позволяли полностью контролировать
систему Земля-Луна. Неудивительно, что Космические силы и Корпус
миротворцев поделили эти стратегически важные объекты между собой.
Первоначально база "номер первый" предназначалась для использования
элитой МС в качестве научно-исследовательского и тренировочного центра,
введенного в строй в 2046 году. За период до 2068 года здесь каждые полгода
производилось примерно пятьдесят бойцов элитных подразделений. В 2068 году
вследствие участившихся случаев саботажа со стороны различных подпольных
групп работы в области киборганической хирургии были прекращены.
Изготовление бойцов было перенесено на космическую базу номер четырнадцать,
расположенную вблизи Сатурна.
В 2068 году на "L-5" базировалось примерно шесть с половиной тысяч
сотрудников МС, в число которых входили и те, кого было принято называть
элитниками. В тот год, когда Трент Неуловимый в первый раз оказался на "L-5",
базой командовал Этьен Жерико, чья несчастливая судьба может служить уроком
для потомков.
Выдержка из знаменитого труда, именуемого Историком "Год
3000: Краткий обзор исторических событий от истоков цивилизации до
современности" (Альтемитис-пресс, CU: 110.00, 3018 г., Зарадин)
Грузовой трюм "Капитана Фландри" был огромен. Он целиком занимал все внутреннее
пространство корабля между двигательным отсеком и служебными палубами.
Добравшись до трюма, Трент, хватаясь за скобы, двинулся к выходу, обозначенному
громадными шлюзовыми кольцами. Одолев полпути, обнаружил трех дальнепроходцев,
стоявших у внутреннего шлюза. Грузовой люк представлял собой трубу большого диаметра,
насквозь прорезавшую корпус и снабженную двумя шлюзовыми камерами - на входе в
корабль и на выходе на палубу.
Трент издали пригляделся к дальнепроходцам. Те же обтягивающие, сохраняющие
форму тела комбинезоны, на ногах башмаки с магнитными подошвами. С их помощью
можно удерживать корпус в вертикальном положении в состоянии невесомости.
Насмотревшись, Трент осторожно двинулся в их сторону. Когда он приблизился метров до
пятнадцати, да-льнепроходцы заметили его.
Двое из них оказались женщинами, причем одна совершенно седой. Вот это старушка!
Бет Дейвенпорт годилась бы ей в дочери. Она внимательно присмотрелась к молодому
человеку, потом воскликнула:
- Ты же не... - и мгновенно заткнулась, увидев наставленный на нее мазер.
Принимая во внимание обстоятельства, бабушка удивительно быстро взяла себе в руки.
- Что ты сделал с лейтенантом Зинтом, оболтус? - спросила она обыденным тоном
школьной учительницы, распекающей нерадивого ученика.
- Я отвлек его внимание, - охотно объяснил Трент, - Сказал, что у него вся спина белая.
Он обернулся, чтобы проверить, и я врезал ему в подбородок. Неужели дальнепроходцы
способны попадаться на такие дешевые уловки?
- Что ты сделал с лейтенантом Зинтом? - повторила старушка, слегка повысив голос.
- Он в туалете, на второй палубе. Возможно, еще без сознания, но целехонек и
здоровехонек. - Дулом мизерного пистолета Трент указал на единственного мужчину в
группе. - Ты! Скидывай ботинки, затем по одному перебрось их мне. Только не спеши.
Стреляю без предупреждения.
У седоволосой женщины на плече комбинезона было вышито золотыми буквами: "Кпт.
Саундерс". Она сделала два шага по направлению к Тренту.
- Я так понимаю, что ты никакой не Мохаммед Венс? - с некоторой долей презрения
спросила она.
- Да, мэм, я солгал. Простите, мэм. - В этот момент до Трента, кувыркаясь, долетел
первый ботинок, отдаленно напоминающий домашний тапочек. Он натянул его - тот
оказался почти впору. Затем поймал и надел второй, после чего предупредил: - Пожалуйста,
капитан, не подходите ближе. Освободите мне путь через выходной шлюз.
Трент с трудом дождался, когда все трое отодвинулись от устланного ребристыми
металлическими плитами прохода. Когда они отошли на несколько метров, капитан
поинтересовалась:
- Что теперь собираешься делать, сынок?
- Не знаю, мэм. Сначала я подумывал: не украсть ли мне "Фландри"? Потом решил, что
ничего не получится. Он слишком большой, в карман не влезет.
Женщина помоложе хихикнула, а Саундерс лишь сухо кивнула:
- Разумно.
- Я подумал, почему бы не стащить какой-нибудь корабль МС. Поменьше. Мне очень
не хочется, чтобы наши бравые друзья-миротворцы начали обливать меня мочой.
- Это реально? - тем же ровным тоном спросила капитан.
- Вполне, - подтвердил Трент. - Если поймают.
- Чего же они
...Закладка в соц.сетях
