Жанр: Научная фантастика
Умирающий свет
... хотелось. Боятся брейты Джаана
Викари или не боятся, но кража аэромобиля может подтолкнуть их к
действиям.
Нехотя Дерк выбрался из машины. Едва он коснулся ногами земли,
послышались голоса. Он как мог осторожно закрыл крышу. Раздался слабый, но
явственный щелчок. Дерк пригнулся и юркнул в тень в нескольких метрах
позади машины-волка.
Голоса и звуки шагов, гулкое эхо он услышал задолго до того, как увидел
людей. Их было только двое, но шумели они, как все десять. Когда они
появились в освещенном пространстве рядом с машиной, Дерк вжался в нишу в
стене гаража, утыканную многочисленными крючками, на которых когда-то
висели инструменты. Он не понимал, что заставило его спрятаться, но был
рад, что сделал это. То, что Гвен и Джаан рассказали ему о кавалаанцах, не
вызывало у него доверия к обитателям Лартейна.
- Ты уверен в этом, Бретан? - спросил один из них, более высокий, когда
они вышли на свет. Это был не Лоримаар, но сходство с ним поражало: тот же
огромный рост, такой же загар и такое же морщинистое лицо, как у Лоримаара
Высокородного Брейта. Но незнакомец превосходил того полнотой, а волосы
его сияли белизной, тогда как Лоримаар имел серую шевелюру. Щеточка усов
являлась дополнительным отличием. Он и его компаньон были одеты в короткие
белые куртки поверх брюк и рубашек из хамелеоновой ткани, которая
потемнела почти до черноты в слабом освещении гаража. Оба были вооружены.
- Розеф не станет шутить со мной, - ответил второй кавалаанец неприятно
скрипучим голосом.
Этот очень худой мужчина был намного ниже первого, почти такого же
роста, как сам Дерк, и значительно моложе. Из-под отрезанных рукавов его
куртки виднелись мускулистые загорелые руки и железный браслет со
светящимися камнями. Подойдя к машине, он попал в полосу света. Дерку
показалось, что кавалаанец пристально смотрит в его сторону. У него было
только пол-лица. Другая половина представляла собой кривой,
подергивающийся шрам. Левый "глаз" незнакомца беспокойно двигался, когда
он поворачивал голову, и озарял его лицо мерцающим светом - это горел
глоустоун, вставленный в пустую глазницу.
- Откуда ты это знаешь? - спросил старший, когда они остановились у
машины-волка. - Розеф любит шутить.
- А я не люблю шуток, - ответил другой, тот, которого звали Бретан. -
Розеф может шутить с вами, или с Лоримааром, или даже с Пиром. Но он не
посмеет шутить со мной. - Голос Бретана звучал очень неприятно, натужное
скрипение раздражало слух. Глядя на глубокие шрамы у него на шее, Дерк
удивлялся, что этот человек вообще мог разговаривать.
Высокий кавалаанец толкнул волчью голову крыши кабины, но она не
подалась.
- Ну, если это правда, надо поторапливаться, - пробурчал он. - Замок,
Бретан, замок!
Одноглазый Бретан издал странный звук, что-то среднее между ворчанием и
рычанием. Он попробовал открыть крышу.
- Мой тейн, - проскрежетал он. - Я оставил кабину приоткрытой... я... я
отошел за вами лишь на одну минуту.
В темноте Дерк изо всех сил прижался к стене, один из крюков больно
вдавился ему в спину между лопатками. Бретан нахмурился и наклонился.
Старший компаньон стоял с озадаченным видом.
Вдруг кавалаанец резко выпрямился и, выхватив пистолет, направил его на
Дерка. Его каменный глаз слабо светился.
- Выходи, дай нам посмотреть, что ты такое, - скомандовал он. - Ты
оставил в пыли на полу замечательные следы.
Дерк молча поднял руки над головой и вышел.
- А, оборотень! - воскликнул высокий кавалаанец. - Ко мне!
- Нет, - осторожно возразил Дерк. - Я Дерк т'Лариен.
Высокий не обратил на его слова ни малейшего внимания.
- Какая редкая удача! - сказал он своему компаньону с пистолетом в
руке. - Те желейные дети просто ничто по сравнению с такой добычей. Этот
кажется мне более подходящим.
Его молодой тейн опять издал странный звук, и левая сторона его лица
дернулась. Но рука, в которой он держал пистолет, была тверда.
- Нет, - сказал он пожилому брейту. - Мне очень жаль, но мы вряд ли
сможем на него охотиться. Этот тип, наверное, тот, о котором говорил
Лоримаар. - Он засунул пистолет обратно в кобуру и попытался кивнуть
Дерку, но голова его лишь слабо качнулась, плечи медленно двинулись
вперед.
- Ты чрезвычайно неосторожен. Крыша защелкивается автоматически. Ее
можно открыть изнутри, но...
- Теперь я это понимаю, - сказал Дерк. Он опустил руки. - Я хотел найти
брошенную машину. Мне нужен был транспорт.
- Значит, ты хотел украсть нашу машину.
- Нет.
- Да. - Каждое слово давалось кавалаанцу с болезненным усилием. - Ты -
корариел Айронджейда?
Дерк растерялся, слова отрицания застряли у него в горле. Ему казалось,
что любой ответ не принесет ему ничего хорошего.
- У тебя нет ответа? - спросил кавалаанец со шрамом.
- Бретан, - остановил его другой. - Слова оборотня не имеют значения.
Если Джаантони Высокородный Айронджейд называет его корариелом, значит так
оно и есть. Не сами же эти животные определяют свой статус. Что бы он ни
говорил, имени у него нет, и его слова не имеют никакого значения. Если мы
убьем его, мы посягнем на собственность Айронджейда, и тогда они наверняка
вызовут нас на дуэль.
- Я прошу тебя взвесить возможные варианты, Челл, - сказал Бретан. -
Этот тип, Дерк т'Лариен, может быть либо человеком либо оборотнем, либо
корариелом Айронджейда либо нет. Ведь так?
- Так. Но он не настоящий человек. Послушай меня, мой тейн. Ты молод, а
я знаю о таких вещах от кета, который давно умер.
- Все же послушай. Если он оборотень и айронджейды назвали его
корариелом, значит он - корариел, признает он это или нет. Но если это
так, Челл, то тебе и мне придется встретиться с айронджейдами на дуэли. Он
посягнул на нашу собственность, вспомни. Если он принадлежит айронджейду,
то за его действия должны ответить айронджейды.
Высокий белоголовый человек медленно кивнул, неохотно соглашаясь.
- Если он оборотень, но не корариел, тогда все ясно: на него можно
охотиться. Но что если он не оборотень, а настоящий человек, такой же, как
наши высокородные?
Челл соображал намного медленнее, чем его тейн. Старый кавалаанец
задумчиво нахмурился и сказал:
- Да, он - не женщина, поэтому не может быть собственностью. Но, если
он человек, он должен иметь права человека и имя человека.
- Верно, - согласился Бретан. - Но тогда он не может быть корариелом и
сам отвечает за свое преступление. Я вызову на дуэль его, а не Джаантони
Высокородного Айронджейда. - Брейт снова издал свое странное
ворчание-рычание.
Челл кивнул, согласившись. Дерк оцепенел. Младший из охотников разложил
все по полочкам с отвратительной логичностью. Дерк заявил без всякой
двусмысленности и Викари, и Джанасеку, что категорически отказывается от
их позорного предложения защиты. Тогда это было довольно просто сделать.
На нормальной планете, такой как Авалон, это было бы единственно возможным
поступком. На Уорлорне все было не так.
- Куда мы его денем? - спросил Челл.
Два брейта разговаривали так, словно Дерк имел не больше сознания, чем
их машина.
- Надо отвести его к Джаантони Высокородному Айронджейду и его тейну, -
ответил Бретан скрипучим рыком. - Я знаю, где их башня.
Дерк подумал о побеге, но понял, что шансов на успех у него мало. Их
было двое, они имели оружие и аэромобиль. Ему не уйти далеко.
- Я сам пойду, - сказал он, когда они направились к нему. - Могу
показать дорогу.
Как бы там ни было, это даст ему время подумать. Брейты, по-видимому,
не знали, что Викари и Джанасек сейчас в Городе Беззвездного Бассейна, и,
несомненно, пытаются спасти несчастных желейных детей от других охотников.
- Тогда веди нас, - скомандовал Челл.
И Дерк, не зная, что еще можно предпринять, повел их к лифтам. По пути
вверх он с горечью признался себе, что влип в эту историю из-за своего
нежелания ждать. А теперь, похоже, ему придется ждать очень долго.
6
Поначалу ожидание казалось Дерку сущим адом.
После того как выяснилось, что айронджейдов не удастся найти, они
вывели его на пустую крышу башни и посадили в углу продуваемой ветром
крыши. К тому времени его начала охватывать паника и заболел живот.
- Бретан, - заговорил он, чувствуя, что нервы у него на пределе, но
вместо ответа кавалаанец повернулся и резко хлестнул его ладонью по губам.
- Я для тебя не Бретан, - отрезал он. - Зови меня Бретан Брейт, если
тебе надо обратиться ко мне, оборотень.
После этого Дерк молчал. Сломанное Колесо Огня почти неподвижно висело
в небе Уорлорна и, следя за его еле заметным движением, Дерк чувствовал,
что близок к срыву. Все, что с ним случилось, казалось нереальным, а
брейты и события дня представлялись ему еще менее настоящими, и он стал
думать, что будет, если он неожиданно прыгнет с края крыши вниз. Он будет
падать и падать, как бывает во сне, но когда ударится о темные плиты
глоустоуна, боли не будет. Он с удивлением проснется и обнаружит себя в
кровати на Браке, взмокшим от пота, и будет смеяться над абсурдностью
своего кошмара.
Дерку казалось, что он на долгие часы погрузился в свои мысли, но когда
он поднял глаза, Толстый Черт почти не сдвинулся с места. Тогда его
охватила дрожь. Он подумал сначала. Что причина этого холодный ветер
Уорлорна, но потом понял, что дело не в холоде. Чем больше он старался
удержать дрожь, тем сильнее его трясло, и кавалаанцы уже стали бросать на
него странные взгляды. Но ожидание продолжалось.
В конце концов дрожь прошла, как и паническое настроение, и мысли о
самоубийстве. На смену им пришло странное спокойствие. Дерк снова
задумался, но мысли приходили какие-то нелепые. То он прикидывал, какой
аэромобиль вернется первым - серый скат или зеленый "штурмовик", как будто
собирался биться об заклад, то пытался представить, как будут вести себя
Джаан и Гарс на дуэли с одноглазым Бретаном, то задумывался о том, что
случилось с желейными детьми в далеком городе Планеты Темновинного Океана.
Все это казалось ему сейчас очень важным, хотя он и не понимал, почему.
Потом он начал изучать своих пленителей, что оказалось самым интересным
занятием и помогало скоротать время не хуже какого-либо другого. Наблюдая,
он стал замечать.
Кавалаанцы почти не разговаривали с тех пор, как привели его на крышу.
Челл - тот, что был выше ростом, сидел на низкой ограде площадки всего
лишь в метре от Дерка. Приглядевшись к нему, Дерк понял, что он старше,
чем казался на первый взгляд. Сходство с Лоримааром Высокородным Брейтом
оказалось обманчивым. Хотя он ходил и одевался, как молодой человек, ему
было лет на двадцать больше, чем Лоримаару, по оценке Дерка. Когда он
сидел, его возраст становился более заметным. Над ремнем из металлических
пластинок заметно выступало брюшко, глубокие морщины пересекали его
загорелое лицо. На покоившихся на коленях руках Челла Дерк увидел голубые
вены и серо-розовые пятна. Долгое, праздное ожидание возвращения
айронджейдов на нем тоже сказалось, и не только усталостью. Щеки его
обвисли, плечи ссутулились, а он этого словно и не замечал.
Один раз старый кавалаанец пошевелился. Вздохнув, он убрал руки с колен
и, сплетя пальцы, потянулся. В этот момент Дерк увидел его браслеты. На
правой руке у него был железный браслет со светящимися камнями - точно
такой, какой так гордо выставлял одноглазый Бретан. Левое запястье
охватывал серебряный. Но без жадеитов. Вместо когда-то украшавших его
камней зияли дыры.
Пока уставший старый Челл - вдруг Дерку стало трудно видеть в нем
опасного, воинственного человека, каким он казался совсем недавно, - сидел
и ждал, Бретан (или Бретан Брейт, как он потребовал себя называть) шагал
без остановки часы напролет. Он весь кипел неугомонной энергией, которой в
нем было больше, чем в ком-либо, кого Дерк знал. Даже больше, чем в
Джинни, которая в свое время тоже могла шагать часами. Бретан засунул руки
в прорези карманов своей короткой белой куртки и мерил шагами крышу,
доходя до края и поворачивая обратно... туда, обратно... туда, обратно...
туда, обратно... Каждую третью ходку он останавливался и нетерпеливо
смотрел вверх, словно осуждая сумеречное небо за то, что оно не доставило
ему до сих пор Джаана Викари.
Понаблюдав за ними, Дерк пришел к выводу, что они довольно странная
пара. Челл был довольно стар, тогда как Бретан Брейт - еще молод.
Возможно, не старше Гарса Джанасека и наверняка моложе, чем Гвен и Джаан,
или он сам. Каким образом он мог стать тейном человека намного старше его?
Молодой брейт, без всякого сомнения, не был высокородным, поскольку он не
привел брейтам бетейн и не носил серебряного браслета на левой руке,
покрытой великолепными рыжими волосами, блестевшими на солнце, когда он
проходил мимо Дерка.
Ничего безобразнее этого лица Дерку видеть не доводилось, но по мере
угасания дня он привыкал к нему. Когда Бретан Брейт шел в одном
направлении, он выглядел совершенно обычным молодым человеком, стройным,
полным энергии, которую ему приходилось сдерживать с видимым усилием. С
этой стороны его лицо было свежим и гладким. Короткие черные кудри плотно
завивались вокруг уха, и несколько прядей свисали до плеч, но не было и
намека на бороду. Даже бровь еле прослеживалась над большим зеленым
глазом. Он был похож на невинного юношу.
Дойдя до крыши, он поворачивал обратно, и все менялось. С левой стороны
лицо этого кавалаанца не имело ничего общего с человеческим, его
поверхность испещряли бугры и складки, в нескольких местах плоть стягивали
рубцы, в других она блестела, как эмаль. На этой стороне у Бретана волосы
не росли вообще, на месте уха виднелась дыра, кусок пластика цвета кожи
прикрывал нос с левой стороны, и, что самое страшное, безгубая щель рта
шевелилась. Время от времени его перекашивало тиком, который начинался от
левого угла рта и зыбью пробегал вверх по обезображенной шрамами
поверхности лица.
При дневном свете глоустоун в глазнице брейта чернел, как уголь. Но вот
стало темнеть. Хеллей скрылся за горизонтом, а искусственный глаз начал
светиться. В полной темноте сам Бретан станет светилом, заменив уставшее
гигантское солнце Уорлорна; камень в его глазу будет пылать ровным,
немигающим светом и половина лица вокруг него станет черной карикатурой
черепа, подходящим обрамлением для такого глаза.
Его вид действовал бы устрашающе, если не знать - а Дерк знал, - что
это сделано намеренно. Никто не заставлял брейта вставлять светящийся
камень на место глаза. Он сам так захотел по причинам, о которых нетрудно
было догадаться.
Мысли Дерка вернулись к событиям дня, к разговору у машины-волка.
Несомненно, Бретан умен и сообразителен, но Челл, по всей видимости, уже
вступил в раннюю стадию старческого слабоумия. До него все доходило очень
медленно, и, как вспоминал Дерк, его молодой тейн буквально вколачивал ему
в голову каждую свою мысль. Теперь два брейта уже не казались Дерку такими
страшными, и он удивлялся, как он мог их испугаться. Они были почти
забавны. Что бы ни сказал Джаан Викари, когда вернется из Города
Беззвездного Бассейна, ничего страшного не произойдет. Разве могут эти
двое представлять реальную опасность?
И, словно в подтверждение его мыслей, Челл начал бормотать. Он
разговаривал сам с собой, не сознавая этого. Дерк посмотрел на него и
прислушался. Продолжая говорить, старик слегка раскачивался, глядя перед
собой отсутствующим взглядом. В его словах не было никакого смысла. Дерк
напряженно вслушивался, пытаясь хоть что-то разобрать. Прошло несколько
минут, прежде чем до него дошло, что Челл говорил на старокавалаанском
языке. Языке, который сложился на Верхнем Кавалаане в течение долгих
столетий Смутного Времени, когда кавалаанцы не имели никаких контактов с
другими планетами людей. Впоследствии их язык вернулся к нормам
стандартного земного, обогатив его словами, которым не было эквивалента.
Гарс Джанасек сказал Дерку, что сейчас вряд ли кто-нибудь говорит на
старокавалаанском языке, но вот перед ним сидел Челл - старик из самого
консервативного сообщества - и бормотал себе под нос слова, которые,
несомненно, слышал еще в дни своей юности.
А этот Бретан... Он ударил Дерка за то, что тот применил неверную форму
обращения, разрешенную только сородичу. Еще один отмирающий обычай, как
сказал Гарс. Даже высокородные допускают отступления от правил. Но не
молодой Бретан Брейт, не имевший высокого титула и цеплявшийся за
традиции, от которых отказывалось даже старшее поколение кавалаанцев из-за
их неудобства.
Дерку даже стало жалко обоих брейтов: они показались ему еще более
неприкаянными и одинокими, чем он сам. В некотором смысле эти люди
лишились даже своей планеты, потому что Верхний Кавалаан изменился, почва
ушла у них из-под ног, их мир стал для них чужим. Ничего удивительного,
что они прилетали на Уорлорн: гибнущая планета была самым подходящим
местом для доживающих свой век брейтских охотников с их никому не нужными
традициями.
Особенно ему было жалко Бретана, который очень уж старался быть
страшным. Этот молодой брейт, возможно, был последним приверженцем старых
традиций. А ведь может так случиться, что ему доведется дожить до того
времени, когда уже никто не будет думать, как он. Может, поэтому он и стал
тейном Челла? Потому что его ровесники отвергли его и его взгляды. Дерк
решил, что так вполне могло быть, и это показалось ему и страшным, и
печальным одновременно.
Одно желтое солнце еще висело в небе, от Хаба остался только красный
свет, тлеющий над горизонтом. Дерк уже освободился от всех своих страхов,
когда до него донесся звук приближавшихся аэромобилей.
Бретан Брейт остановился и, вытащив руки из карманов, посмотрел вверх,
затем привычным жестом потянулся к кобуре пистолета. Челл, моргая,
поднялся, помолодев разом лет на десять. Дерк тоже встал.
Серая и зеленая машины приближались. Они летели рядом, крыло к крылу,
почти военным строем.
- Иди сюда, - прохрипел Бретан.
Дерк подошел к нему, Челл присоединился, и так они втроем стояли рядом,
плечом к плечу: два брейтских охотника и их пленник, Дерк. Холодный ветер
пронизывал его насквозь. Светящиеся камни Лартейна заливали город кровавым
светом, а глаз Бретана, теперь такой близкий, кровожадно горел в своем
страшном гнезде. Тик почему-то прекратился, его лицо было абсолютно
спокойным.
Серый "скат" Джаана Викари парил в воздухе, медленно спускаясь. Затем,
перевалив через барьер на краю крыши, быстро приблизился к ним.
Безобразная военная машина с такой толстой бронированной крышей, что
пилота не было видно, приземлилась почти одновременно с первой. Массивная
металлическая дверь распахнулась, из нее вышел Гарс Джанасек, слегка
пригибая голову и осматриваясь вокруг. Увидев их, он резко выпрямился, с
силой захлопнул дверцу и, подойдя к Викари, встал рядом с ним по правую
руку.
Сначала Викари кивком и легкой улыбкой поприветствовал Дерка. Потом он
перевел взгляд на Челла.
- Челл Ним Колдвинд фре-Брейт Дейвесон, - церемонно обратился он к
нему. - Честь вашему сообществу, честь вашему тейну.
- Честь и вам, - ответил старый брейт. - Новый тейн охраняет меня, и вы
с ним не знакомы, - он указал на Бретана.
Джаан окинул юношу оценивающим взглядом.
- Джаан Викари, - представился он. - Из Сообщества Айронджейд.
Бретан издал характерный странный звук. Наступило неловкое молчание.
- Если сказать точнее, - вмешался Джанасек, - моего тейна зовут
Джаантони Рив Вулф Высокородный Айронджейд Викари, а я - Гарс Айронджейд
Джанасек.
Теперь Бретан ответил:
- Честь вашему сообществу, честь вашему теину. Я - Бретан Брейт Лантри.
- Кто бы мог подумать! - удивился Джанасек. - Мы о вас наслышаны.
Джаан Викари предупреждающе посмотрел на него. Что-то было не так с
лицом Джаана. Сначала Дерк думал, что это ему кажется из-за плохого
освещения - сумерки быстро сгущались, - потом он увидел, что у того
действительно с одной стороны распухла челюсть, что было особенно заметно,
когда Викари поворачивался в профиль.
- Мы пришли к вам, имея серьезный повод для недовольства, - сказал
Бретан Брейт Лантри.
Викари посмотрел на Челла.
- Это так?
- Да, это так, Джаантони Высокородный Айронджейд.
- Мы не хотим с вами ссориться, - ответил Викари. - В чем дело?
- Это мы должны спросить вас, - сказал Бретан. Он положил руку на плечо
Дерка. - Нас интересует этот тип, Джаантони Высокородный Айронджейд.
Скажите нам, является он корариелом Айронджейда или нет?
Теперь Гарс Джанасек широко улыбался. Он смотрел на Дерка
пронзительно-голубыми глазами, а в их ледяной глубине плясали насмешливые
огоньки, словно вопрошая: "Ну, что ты натворил?"
Джаан Викари нахмурился.
- Почему вы об этом спрашиваете?
- Разве может причина вопроса влиять на правдивость ответа,
высокородный? - резким голосом спросил Бретан. Лицо его перекосило тиком.
Викари взглянул на Дерка с явным неудовольствием.
- Нет никакой надобности оттягивать ответ или отказываться от него,
Джаантони Высокородный Айронджейд, - вмешался Челл Дейвесон. - Правда
состоит либо в "да", либо в "нет". Больше от вас ничего не требуется. -
Голос старика звучал ровно. Ему незачем было стараться скрыть свои чувства
- он и так был спокоен, а законы морали подсказывали ему каждое слово.
- В прежние времена вы были бы правы, Челл фре-Брейт, - заговорил
Викари. - Раньше в нашей жизни правда была проста, но пришли новые времена
и новые понятия. Теперь мы, люди многих миров, живем в одном мире. Теперь
наша правда имеет много сторон.
- Нет, - возразил Челл, - этот оборотень - либо корариел, либо нет, и
никаких сторон я в этом не вижу.
- Мой тейн Челл прав, - добавил Бретан. - Вопрос, который я вам задал,
прост, высокородный. Я требую от вас ответа.
Викари не сдавался.
- Дерк т'Лариен прилетел к нам с далекой планеты Авалон из глубины
галактики, далеко за Покровом Искусителя, - планеты, где я когда-то
учился. Я назвал его корариелом, чтобы предложить ему мою защиту и защиту
Сообщества Айронджейд против тех, кто хотел бы причинить ему вред. Но я
защищаю его как друга, как собрата из моего рода, как тейн защищает тейна,
и он не является моей собственностью. Я не имею на него никаких прав. Вы
понимаете?
Челл не понимал. Старик плотно сжал губы под щеточкой усов и
пробормотал что-то на старокавалаанском языке. Потом он громко заговорил,
почти закричал:
- Что за глупости! Ваш тейн - Гарс Джанасек, а не этот чужестранец. Вы
не можете защищать его как тейна. Он не айронджейд! У него даже нет
оружия! И человек ли он вообще? Если он человек, он не может быть
корариелом, а если он человек и является корариелом, тогда он должен быть
вашей собственностью. Вы и сами-то говорите как оборотень. В ваших словах
нет смысла.
- Мне очень жаль, что вы не поняли, Челл фре-Брейт, - сказал Викари. -
Но в этом виноваты ваши уши, а не мои слова. Я стараюсь быть вежливым, но
мне это уже удается с трудом.
- Вы смеетесь надо мной! - гневно воскликнул Челл.
- Нет.
- Да, смеетесь!
В спор вступил Бретан Брейт. В его голосе не было гнева Челла, но он
звучал сурово.
- Дерк т'Лариен, как он называет себя и как вы его называете, нанес нам
вред. И дело именно в этом, Джаантони Высокородный Айронджейд. Он
прикоснулся к собственности брейтов без разрешения. Вопрос в том, кто
ответит за это? Если он оборотень и ваш корариел, то здесь и сейчас я
вызываю вас на дуэль, потому что Сообщество Айронджейд причинило зло
Сообществу Брейт. Если он не корариел, тогда... - он замолчал.
- Я понял, - сказал Джаан Викари. - Дерк?
- Прежде всего я должен сказать, что не сделал ничего плохого, кроме
того, что одну секунду посидел в их проклятой машине, - ответил Дерк с
тревогой в голосе. - Я искал брошенную машину на ходу. Мы с Гвен нашли
одну такую, в Крайн-Ламии, и я думал, что смогу найти еще одну.
Викари пожал плечами и взглянул на брейтов.
- Если вам и причинили зло, то - малое зло. Никто ничего не взял.
- Но он коснулся нашей машины! - взревел старый Челл. - Этот ублюдок,
этот оборотень! Он не имел права! Он мог улететь на ней. И вы хотите,
чтобы я закрыл на это глаза, как какой-нибудь оборотень, и поблагодарил
его за то, что он причинил нам малое зло? - он повернулся к Бретану,
своему тейну.
- Айронджейды смеются над нами, оскорбляют нас, - сказал он - Наверное,
они сами оборотни, не настоящие люди. Они говорят как оборотни.
Гарс Джанасек не замедлил с ответом.
- Я - тейн Джаантони Рив Вулфа Высокородного Айронджейда, и я
утверждаю, что он - не оборотень, - быстро выпалил он необходимую формулу.
По тому, как Джанасек посмотрел на Викари, Дерк понял: он ждет, что
тейн повторит формулу. Но Джаан только покачал головой и сказал:
- Ах, Челл. Нет никаких оборотней. - Все в нем - и интонации голоса, и
опущенные широкие плечи, - все говорило о неимоверной усталости.
Высокий старый брейт посмотрел на Джаана, будто тот его ударил. Он
снова хриплым голосом пробормотал что-то на старокавалаанском.
- Так не может продолжаться, - вмешался Бретан Брейт. - Мы ни к чему не
пришли. Вы назвали корариелом этого человека, Джаантони Высокородный
Айронджейд?
- Назвал.
- Я не принял статус корариела, - сп
...Закладка в соц.сетях
