Жанр: Научная фантастика
Дракон не спит никогда
...о, сколько раньше. Кейбл, ты бы тоже посмотрел.
Здесь описано наше место в Каноне, внезапно расширившемся в полтора раза.
Панцирь уступил место Шайку. Кейбл прочел отчет так, будто понял каждое
слово. Забавно. Но у Кейбла мог найтись сюрприз для каждого. Для Блаженного
в особенности.
- А что случилось, Лупо? - спросил Блаженный.
- Нам надо обдумать это будущее. - Лупо сложил пальцы пирамидой. - Кез
Маэфель предложил мне изучить отчеты переписей. Я это сделал. Наши
неквалифицированные и полуквалифицированные работники по большей части
нелюди или биороботы. Не имеющие никаких причин сохранять лояльность.
Квалифицированные работники и управленцы - половина на половину.
- И?
- В твоем отчете не учтен состав рабочей силы. Они могут дезертировать.
Особенно ввиду вот этого. Он показал трехстраничную распечатку.
- Когда это пришло? - спросил Блаженный.
Панцирь не слышал ответа. Он был поглощен текстом. Это был эдикт флота, и
потому он был неизменен, как закон природы.
Им нужны пять миллионов добровольцев. Любой гражданин Канона, который
может пройти испытание.
Одно это меняло контуры будущего. Но это было лишь начало.
По-настоящему поразителен был пункт, распространявший полноправное
гражданство Канона на любого жителя космоса Канона, никогда не поднимавшего
оружия против Канона и официально объявляющего себя его гражданином. He-люди
на борту Стража? Не может быть.
- Что ты об этом думаешь? - спросил Провик.
- Я думаю, что это самый опасный документ, который мы когда-нибудь видели
или увидим. Тебя ошеломляют призывом добровольцев. Пока ты еще не пришел в
себя, юридически утверждается принятая де-факто практика. От прерогатив
Домов отщипываются маленькие кусочки, но равновесие в пользу бюрократии
Канона сдвигается ударом молота. Здесь нет ничего, что ущемило бы хоть
какую-то значительную часть населения, и все же это революция - юридическое
признание, что Канон есть сообщество многих видов.
Озадаченный Блаженный сказал:
- Мне это не нравится, но опасности я не вижу.
- Следующий шаг будет столь же мягок. И следующий. Эти люди мыслят
тысячелетиями.
Вошла женщина Провика, и вид у нее был оцепеневший.
- Лупо, только что с Паутины сошла "Джемина-7". Панцирь подумал, что
Предвечному не чужда извращенная ирония. Опять "Джемина-7"!
- Блаженный, Кейбл, - спросил Провик, - есть что-нибудь в системе - любой
системе, - что может нас выдать?
- Все чисто. Только психозондирование.
- Вы уверены?
- Ничего не пропустили, - ответил Шайк. - Мы усвоили урок М. Шрилики.
- Я проверила, - подтвердила Вторая. - Они полностью переписали
реальность.
- Не совсем, - вмешался Панцирь. - Вам стоит надеяться, что они также
замкнулись на информационные системы, как и вы. А допустим, кто-то из них
поймает коммерческое вещание? Все время там меня упоминают, меня или моих
солдат, или нашу работу.
Он раньше уже жаловался, что они позволили ему стать общественной
фигурой. Никто не относился к этому серьезно.
- Важный момент, - сказал Провик. - Цензуру новостей, Вторая. С
санкциями, которые заставят ее придерживаться.
Вторая подняла палец: подождите. Пальцы другой руки она прижала к уху,
прислушиваясь. Потом сказала:
- Они пришли из-за твоего рапорта о Внешниках. Посылают к нам своих
экспертов. Провик пожал плечами:
- Дай им столько, чтобы они ни на что другое уже и не смотрели.
- Не давай знать Миднайт, что "Джемина-7" здесь, - сказал Панцирь
Блаженному. - У нее есть друзья на борту, а что такое режим безопасности,
она не понимает.
Глава 109
Военачальник посмотрел влево на экран. П. Бенетони-ка-3. Очень старая
планета старой звезды. Он попытался вспомнить, когда последний раз ступал на
поверхность планеты. Столетия тому назад. Он был тогда солдатом. Как ему это
будет теперь? Иногда бывшие солдаты тоскуют по своей молодости.
Он перевел глаза на примерный список своей группы высадки. Насчет
экспертов - никаких сомнений. Их выбирала "Джемина". Но вот остальные...
Особенно солдаты Стража с чартерного тревеллера Хоригава. Будет ли от них
польза?
Какое-то предчувствие говорило ему, что да.
Да в конце концов, какой от них вред? Все равно ожидается, что он будет с
эскортом.
К нему подошла Алеас.
- Хочешь, что-то скажу? - спросила она. Видно было, что ее что-то
позабавило.
- Что на этот раз? Ему было не до юмора.
- Наши люди никак не смогли проникнуть в местное хранилище данных. Что ни
делали, все время получали ответы "несанкционированная попытка доступа".
Наконец они так разозлили систему, что она их предупредила: при следующей
попытке они будут арестованы и получат пять лет трудовых лагерей.
Это и в самом деле забавно.
- Кто-то ее заблокировал?
- Да нет. Наше зондирование при посещении М. Шрилики дало им
предупреждение, что следует усилить охрану своих данных. Как ты думаешь,
если мы снова попытаемся, они арестуют весь Страж?
Тут и он не сдержал смешка.
- Полезно знать, когда тебя обнаружат. Копаем дальше. Хотя вряд ли мы
здесь что-нибудь найдем.
- "Джемина" говорит, что так не только для Стражей. Трегессеры не любят,
когда кто-нибудь сует нос в их дела.
- А кто любит? Ты вниз пойдешь?
- Попробуй только меня остановить.
Лупо и квай смотрели, как гости высаживаются у корней Пилона. От Шестой,
которая встречала их в порту, пришел панический сигнал:
- Это та самая баба-лейтенант! Как она выбралась? Квай в изумлении
прыгнул к экрану. Но с облегчением вздохнул:
- Нет, это не та же самая. Новая копия.
- Хорошо.
Лупо и думать не хотелось, что кто-то мог удрать с В. Ор-тики-4.
- А вот на этого стоит посмотреть, - сказал квай. - Военачальник Ханавер
Стрейт. Я удивлен.
Стрейт точно соответствовал представлению Провика об офицерах Стража.
- Еще кого-нибудь узнаешь?
- Женщину рядом с ним. Как лицо в толпе. Кто она - я не знаю.
Лупо постучал себя по запястью:
- Вторая! Они уже пробились в эту систему данных?
- Нет.
- Хорошо. - Он сдвинул кнопку наушника на своем левом ухе и сказал кваю:
- Следи за спектаклем. Давай мне любую информацию, которую сможешь. У
этого Стрейта есть слабости?
- Он одинок. На "Джемине-7" одиночество - эпидемия. И каждого, сходящего
с корабля, за эту ниточку можно подергать. Еще он тщеславен относительно
собственной персоны. И любит женщин. Главное же правило - не надо его
недооценивать.
- Это тот человек, что разбил меня у конца пряди. Я собираюсь быть
осторожным.
Военачальник не мог скрыть впечатления, которое произвел на него Пилон. В
своем обрамлении он был так же внушителен, как Звездная База.
Решив не поддаваться паранойе, которая охватывала людей со Стража вне
корабля, он дал сотруднице Дома Трегессер провести их, куда она хочет.
Но почему так мало суматохи? Встречать их послали только эту женщину. Она
же была водителем. Не было видно никаких распоряжений по службе
безопасности. И, насколько можно судить на взгляд, никаких попыток
что-нибудь убрать с глаз долой.
Пересаживаясь с лифта на лифт, они поднялись в приемную, по виду которой
можно было предположить, что здесь и есть сердце империи Трегессер.
Женщина приложила ладонь к стене. Открылась дверь в просторную, почти
полностью коричневую и почти полностью пустую комнату. У окна стоит женщина,
смотрит в окно. В кресле сидит мужчина, читает. Увидев их, он отложил в
сторону свои бумаги, спокойно посмотрел на вошедших. Возле компьютерного
терминала у стены сидел другой, отвечая на звонки.
- Так пристрелите его, - сказал он кому-то. - Остальным неповадно будет.
- Переключился на другую линию:
- Извините. Семейные неприятности. Послушайте, этот запрет скоро введут в
действие. Так скажите Деккану, чтобы занимался своими исками. За те деньги,
которые мы ему платим, он должен был бы уже кастрировать любого толстозадого
бюрократа на Капитале Примагении. Простите, Раш, у меня посетители.
Он прервал разговор, оглядел вошедших и приподнял бровь.
- Я вижу, вы хорошо выглядите, лейтенант. Рад вас снова приветствовать на
Приме Трегессера.
- Кто вы, к дьяволу, такой? - буркнула Класс.
- И ваше неотразимое обаяние все то же. Военачальник состроил гримасу.
Надо было предупредить Класс.
- Я - Лупо Провик, - представился человек. - службы безопасности Дома и
исполнитель работ, от которых другие увиливают. Сегодня я - уста
Председателя. Вот этот джентльмен - Кейбл Шайк. Он представляет Блаженного
Трегессера, наследника Кресла. Эта дама - Тина Бофоку, представляющая дочь
Блаженного и свою собственную, Пласидию Трегессер. К кому мы имеем честь
обращаться?
Военачальник нахмурился. Он ожидал не этого.
- Ханавер Стрейт, Военачальник Стража "Джемина-7", дважды Диктат.
Обожествленная Алеас Нотабль, бывший Военачальник Стража "Джемина-7", трижды
Диктат.
Что-то в этом Провике настораживает.
- Полагаю, это означает, что вы на важных постах. Я, к сожалению, не знаю
принятых на флоте званий. Единственное мое знакомство с флотом свелось к
тому, что присутствующая здесь лейтенант Класс угрожала разрушить Приму,
если Блаженный не передаст ей нескольких гостей нашего Дома. Он с тех пор не
слишком вас любит. Был сильно увлечен женщиной-биороботом.
Военачальник не позволил себе никакой заметной реакции.
- Мы об этом поговорим. Если лейтенант вышла за пределы данных ей
инструкций...
Провик позволил себе тень смешка. Класс - нет. Большинство солдат,
попадая на какие-то следы своего прежнего воплощения, усмехнулись бы.
- Мне сказали, - начал Провик, - что вы прибыли по поводу нашего
сообщения о людях-Внешниках. Что могло заинтересовать Страж?
- Люди вашего положения редко лгут, но никогда не говорят правду. Я хочу
знать, о чем вы не сообщили. Провик не стал отрицать.
- Могу я предложить обмен информацией? В порядке уважения законов
термодинамики? Смел, бродяга.
- Я слушаю ваше предложение.
- На самом деле это пустяк. Но я от природы любопытен. Вот мой вопрос:
чем так важны для вас были чужак и биоробот, что лейтенант угрожала
разрушением всей планеты?
Чего он прицепился к Класс?
- Биоробот и ее два спутника иных рас были гостями на "Джемине-7", мистер
Провик. Один из них - это Кез Маэфель, который командовал силами Ужаса
Лучезарного во время квайских войн. Несколько лет назад мы, преследуя
противника, были вынуждены покинуть Звездную Базу без них. За время нашего
отсутствия они сбежали со Звездной Базы, унося с собой критическую для
безопасности флота информацию. Каким-то образом они достигли системы М.
Шрилика, принадлежащей Дому Трегессер.
Провик не сводил с него глаз. Потом глотнул воздух. Почернел. И медленно
повернулся к Шайку, у которого на лице последовательно сменились удивленное,
скептическое и оборонительное выражение.
- Это было у вас в руках? И все, о чем мог думать Блаженный, - это макать
своего одноглазого змея? Да вы понимаете, что мы могли с этим сделать? - Он
встал, зацепив стол так, что компьютер подпрыгнул. - Да мы могли выменять их
на пару звездных систем! Да чего там, на Капитолу Примагению! Ну ладно,
Блаженный думает только яйцами, но у тебя-то еще и голова есть! Ты хоть
пытался выяснить, что у тебя на руках?
- Да обычный мусор из Нижнего Города, Лупо! Мы бы с ними и связываться не
стали, если бы Блаженный на эту биобабу глаз не положил!
Провик стал на него орать. Женщина по фамилии Бофоку попыталась их
разнять, но кончилось тем, что влезла в склоку на стороне Шайка.
Они так охотно обнажают свое нутро негодяев? Им наплевать, перед кем?
Ворвались две решительные женщины и растащили Провика с Шайком в стороны.
Одна силой усадила Шайка обратно на стул. Провик вернулся к своему
терминалу. Голос его дрожал. Он обещал убийство.
- Кейбл, ты сейчас вытащишь этого кретина из чьей там кровати и доставишь
к его матери. Т. В., свяжись с Валереной. Сообщи ей, что он идет к ней.
Сообщи почему. И никому ни слова! Если на директорате узнают, что мы
профукали, нам поднесут на блюдечке наши собственные головы.
Если инсценировка, то прекрасная. Просто слышится запах ненависти и
гнева.
Но инсценировка или правда - не важно. От главного никуда не деться; если
бы эти люди знали, что у них в руках, они бы это использовали.
- Убери его отсюда, Т. В.
Провик закрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул.
- Он был у нас в руках, - повторил он, как в забытьи. Когда он открыл
глаза и посмотрел на гостей слегка блуждающим взглядом, руки его еще
дрожали. Неустойчивая психика? Чтобы достичь такого положения в одном из
ведущих Домов, нужно быть слегка не в себе.
- Вторая, скажи там, в исследовательском отделе, пусть соберут все, что
мы узнали от Внешников.
Лупо взглянул на гостей, и на секунду сквозь его взгляд пробилась
первозданная ненависть. Он прижал ладони к столу, пытаясь унять дрожь.
- Баш на баш, сэр. Я утаил, что Внешники выдали нам всех своих агентов в
космосе Канона. Тех из них, которые могли вредить Дому Трегессер, я
нейтрализовал. Остальных оставил действовать дальше.
- У вас совсем нет лояльности к Канону? - спросила Алеас.
Провик посмотрел на нее так, будто она предложила ему показать уродливую
физическую деформацию.
- В той степени, в которой Внешники - хуже. Вы не устраиваете ритуалов
мучений и увечий - так я слышал. Как я полагаю, среди этих людей есть
научный и технический персонал?
- Да.
- Шестая, когда мы закончим, уведи всех вниз и путь начинают работу.
Линверу скажи, пусть даст им все, что они захотят. Разрешение от меня.
- Ясно, что вы не слишком нас любите, - сказал Военачальник. - Почему вы
соглашаетесь помогать?
- Прагматизм. Страж в системе - это гроб для бизнеса. Стражи получают,
что хотят. И ваш получит, что бы это ни было. Когда Т.В. вернется, я скажу
ей, чтобы снабдила вас документами. Осторожнее бродите по окрестностям.
Сотрудники безопасности не знают, кто вы. Они получают премии, стреляя в
тех, кто находится там, где им не положено. Если хотите куда-то попасть,
согласуйте в офисе Т. В. Выживание требует от нас суровой политики.
Чем-нибудь еще могу быть полезен?
- Здесь ты не полубог, Ханавер, а докучный посетитель, - шепнула Алеас.
Провик ждал ответа. Военачальник решил сбавить тон. Он сделал ошибку,
бросив этим людям вызов на их территории. Здесь устрашали они, а не их.
- Отдых, еда и возможность освежиться были бы для нас сейчас лучше всего,
мистер Провик.
- Как пожелаете. Шестая, отставить лаборатории. Отведите гостей в жилой
отсек.
Провик повернулся к экранам. Он с ними закончил. Военачальник заметил,
что руки этого человека все еще дрожат.
Как только закрылась наружная дверь, вошли Первый, Третий и Четвертая.
Первый поднял четыре пальца. Лупо кивнул, глядя, как они вынимают жучков.
- Это все?
- Мы видели каждое движение.
- Отдайте в научный отдел.
- Ты устроил чертовски хороший спектакль.
- Я чуть сам себе не поверил. Шайк сыграл лучше, чем я ожидал.
- Ты навел их прямо на наш след.
- Если наша позиция уязвима, они бы так и так нас нашли.
- Хотел бы я иметь такую же уверенность насчет нашей способности ходить
по краю и не падать.
- Уже имеешь.
И это было правдой. Он только надеялся, что наступит день, когда можно
будет отступить от края пропасти.
- Оставайтесь с нами, лейтенант, - сказал Военачальник, когда женщина
Провика вела их по сектору, показывая их комнаты. Он должен был дать ей
объяснения.
Техники начали очистку, как только женщина вышла. И нашли богатую россыпь
подслушивающих устройств. Было бы тревожно, если бы их не было.
- Беспокоит меня этот Провик, - сказал Военачальник, когда помещение
очистили. - Не знаю почему. Может быть, это что-то скрытое. Садитесь,
лейтенант. Я расскажу вам, в чем дело.
Панцирь рассматривал Провика, пытаясь проникнуть в его игру.
- Ты стал слишком изощренным, чтобы я тебя мог понять.
- Просто вешал им лапшу на уши. Но Панциря это убедило не до конца.
Приказ уходить Военачальник отдал неохотно. Он смотрел на удаляющийся
образ П. Бенетоники-3 и чувствовал неудовлетворенность.
- Не могу избавиться от подозрения, что меня обвели вокруг пальца.
- "Джемина" удовлетворена, - возразила Алеас.
- "Джемина" не видела Лупо Провика. Этот человек... Как-то мне неуютно,
когда я знаю, что он свободно разгуливает.
- А теперь ты собираешься искать след квая?
- Ему я тоже не могу дать свободно разгуливать.
- У него была большая фора. И он не сделал ничего с тем, что узнал. Если
вообще что-нибудь узнал.
Он понял это мягкое предупреждение. Обожествленные не оставляли его своим
вниманием.
- Война будет нас ждать, когда мы туда доберемся. - Он посмотрел на
планету. Шесть дней там, внизу, и нашел пшик. И не очень много узнал о
планете. Даже знаменитого разлома Фуэрогоменга не видел.
- Что-то там нечисто, Алеас. Слишком много случилось, чтобы это было
просто совпадением. Квай. Одичалый Страж. Внешники.
- Квай не выбирал М. Шрилику. Одичалый столетиями был Вовне. Ты никак
этого не свяжешь, Ханавер.
- Логически - нет. Но чую, что связь есть. Алеас посмотрела на него с
тревогой.
"Джемина-7" потеряла след лейтенанта Класс. Военачальник этому не
удивился. Он не стал копать слишком глубоко. Знал о недоброжелательном
внимании Обожествленных.
- Этот проклятый квай где-то что-то сплетает, Алеас. Если он попадется к
этим Внешникам...
- Ты опять о Внешниках?
- Я точно знаю. Они ждут, что мы покажем им свет. Мои досточтимые
предшественники считают меня одержимым. Они думают, что для меня квай -
предлог найти биоробота.
Он велел операционной части вести корабль к М. Меддине. Он Военачальник,
и его приказы неотменимы.
- Скоро мы увидим правду воочию. И ворчунам опять придется замолчать.
- Надеюсь, что ты прав. Ради тебя самого. Вот так. Даже она сомневается.
На М. Меддине не было сюрпризов, зато хватало разочарований. Из обмена с
землей даже "Джемина" мало что смогла извлечь. Но, кажется. Искатель
Потерянных Детей и Янтарная Душа успели прибыть на планету до разрушения
станции, которое, предположительно, на совести Внешников. Но ни одного, ни
другой сейчас на планете нет, как могла понять "Джемина". Может быть,
местные хотели этим сказать, что оба мертвы.
Военачальник бросил это дело и велел вести "Джемину-7" обратно к Д.
Зимплике, невзирая на протест Обожествленных. Там он остановился лишь для
того, чтобы издать директиву флота, обещающую награду за квая. Янтарную Душу
он не включил, поскольку не видел оснований ее бояться. Бояться леди Миднайт
основания были, но ее он не включил из политических соображений.
Сам точно не понимая как, он поставил себя в сомнительное положение.
А Алеас, его единственный друг, смотрела на него тревожно, когда думала,
что он не видит.
Панцирь посмотрел на Провика. Проник ответил таким же взглядом.
- Это оно, не правда ли? Твой час, Кез Маэфель.
- Да.
Он должен был не просто тут же идти в соседнюю комнату и продавать этим
сурово-мрачным Внешникам стратегию уничтожения Звездной Базы. Ему предстояло
продать им самого себя. И он никак не мог победить Сомнение - дьявола,
который не давал ему покоя.
Он слишком долго был среди людей, или достаточно долго. Слишком хорошо
стал их понимать. Их мышление заразило и его. Но не настолько хорошо он их
понимал, чтобы стать одним из них. У этих угрюмых палачей за дверью больше
общего с Лупо Провиком, чем может быть когда-нибудь у Кеза Маэфеля.
- Я могу это сделать, - сказал Панцирь. - Я это сделаю. Но мне легче
будет действовать, если я буду знать, что делаю то, что надо, и ради того,
чего надо. Мотив не менее важен, чем само деяние. Разве ты никогда не
совершал правые поступки по не правым причинам?
Тень воспоминания мелькнула в глазах Провика.
- Конечно. И не правые поступки ради правых причин. Но то было тогда, а
это - сейчас. Зачем терять из-за этого сон? Если тебе нужны еще мотивы,
вспомни, что они назначили цену за твою голову.
Была ли это угроза?
- Нет, не угроза. Не правильный выбор слов. Мы не были разумны, когда
начинали. На Приме знают твое имя. Есть такие типы, что попытаются получить
награду. И трудно будет избежать их всех. Разве что ты проведешь свою жизнь
в Пилоне, как Председатели.
- А другой вариант - пойти с Внешниками и давать сдачи?
- Ты знаешь их условия. Мы входим в эту дверь, и тогда мы связаны до тех
пор, пока нас не раздавят или не отпустят. Валерена-дубль и Блаженный могут
увильнуть. Ты и я - нет.
- И ты не можешь? - Панцирь смотрел прищуренными глазами.
Провик удивился. Потом понял.
- Как давно ты знаешь?
- С тех пор, как пытались убить тебя. Блаженного и Валерену. И тебя
убили. Это было на ленте. Но ленту принес ты и эта женщина с невозможно
быстрой реакцией.
- И ты никогда этим не воспользовался.
- Я не человек, - сказал Панцирь и усомнился - не поймет ли Провик это
так, что ему пока не было причин доставать стрелу из колчана.
- Я у тебя в долгу.
- Нет необходимости.
Появилась одна из женщин-Провиков, эскортируя избранную Валерену. Она
подняла бровь.
- Еще одно моральное распутье, - сказал Провик. - Мы и его переживем. Где
дубль Блаженного?
- В дороге. Говорит, что на несколько минут опоздает. Я так думаю, что он
хочет прибыть последним. Провик что-то буркнул.
- Ну, Кез Маэфель, сейчас последний акт пьесы. Можешь ли ты отдать себя
спасению этого Дома?
- Это вы идете спасать свой Дом, мистер Провик. Я иду снести с лица
Вселенной логово дракона.
Мало оставалось кваев. Несколько тысяч их было рассыпано по всему Канону.
Несколько десятков тысяч жили на родной планете, решительно повернувшись
спиной к звездам и к прошлому. А за Рубежом были мелкие рассеянные колонии и
немного кочевых кораблей, выживавших за счет перевозки случайных грузов.
Всего не более нескольких сот тысяч кваев, сходивших со сцены быстрее своих
покорителей и лишенных реальной воли к жизни.
Провик дал ему потратить целое состояние, чтобы всего лишь выяснить,
насколько лишен надежды его народ.
Но не было среди этих кваев ни одного, который не знал бы имени Кеза
Маэфеля. Может быть, услышь они, что легендарный полководец жив и снова
штурмовал несокрушимую крепость, они воспрянут к жизни.
Особенно если его убьют. Особенно тогда. Как лучших героев.
Он носил точную копию мундира, который пришлось снять в день Капитуляции
- дар от неряшливых волонтеров, прячущихся в замке Блаженного.
- Идемте со мной на последний акт пьесы.
В комнате было этих паразитов двадцать один, и ни один не был похож на
тех Внешников, что прилетали раньше. Эти были солдатами. Мастерами в своем
деле. Совершенными мастерами. Первый пожалел, что не пустил вместо себя
кого-нибудь из своих братьев.
И у Четвертой по спине пробежал холодок. Она подошла ближе. И
Валерена-дубль - тоже. Квай остался равнодушен. Первый подумал, может ли его
вообще что-нибудь испугать.
Это были истинные хозяева империи Внешников. Это были люди, говорившие с
теми, кто говорил с Разрушителем. Эти люди решали, какие именно слова вложил
Разрушитель в разум Голосов Божиих.
Первый не сомневался, что как бы сильно и во что бы они ни верили, у этих
людей есть высшие жрецы, говорящие то, что считают нужным сказать. Они и
были истинными творцами законов империи Внешников, как бы сервильны они ни
были в присутствии Голосов Божиих.
Он вступил на трибуну. Его спутники сели. Он осмотрелся. Все было
организовано правильно. Снаряжение квая, буфет с провизией и напитками в
достаточном количестве, чтобы выдержать осаду, удобства, дающие уединение,
но не уют.
- Доброго дня, джентльмены. Мне сказали, что вы запаслись адекватной
системой перевода. Если нет, у нас есть хорошая профамма...
- Продолжай, - сказал серый ящик, занимавший сиденье в переднем ряду. -
Мы замечаем отсутствие одного из тех, кому приказано явиться.
- Наверное, мне лучше принести нашу систему. Я уже вижу недостаток в
работе вашей. Вы не можете нам "приказывать". Неадекватность перевода ведет
к недоразумениям. Но мы учтем недостаток вашей системы. Для протокола:
Блаженный задерживается, но будет с минуты на минуту.
- Говори дальше.
Говоривший был именно тот, кого с самого начала он и выделил: тощий
кожистый старик с косматыми волосами, похожий на извлеченную из гроба и
оживленную для этого случая мумию. Его пышный титул в сухом остатке можно
было понимать как "Первый из Голосов". Личного имени у него не было. Он был
на поколение старше своих спутников и намертво настроен против любого союза.
Он был так стар и так близок к смерти, что мог позволить себе доктринальную
непримиримость.
Первый сказал:
- В космосе Канона продление жизни до тысячи лет - не такая уж редкая
вещь.
Посеять зерно соблазна просто ради процесса. И вернулся к теме:
- Наши агенты встретились с вашими в Нейтралитете Хемибук. Они нашли
предлагаемую плату щедрой и достаточной.
Пятый, Шестая, Седьмой и Восьмая взяли коммандос Кеза Маэфеля и дюжину
вооруженных кораблей и захватили конвой с сокровищем, предупреждая
предательство, задуманное этими злобными стариками, которые этого еще не
знали. Размер сокровища произвел на них впечатление.
- Мы решили принять ваше задание. Мы возьмем Звездную Базу. Если вы
одобрите план. Кез Маэфель расскажет, как он собирается совер
...Закладка в соц.сетях
