Жанр: Научная фантастика
Смерть травы
...чала Миллисент.
Она бросилась к Пирри, неуклюже спотыкаясь о рельсы. Прогремел
выстрел, отозвавшись далеким эхом с холмов. Почти в упор. Миллисент
дернулась и упала на землю.
Пирри опустил винтовку. Джон подошел к нему и глянул вниз. Так и есть
- все проснулись.
- Ничего страшного! - крикнул он. - Спите. Все в порядке!
- Кто стрелял? - закричал Роджер. - Кто там с тобой? Пирри?
- Да, - ответил Джон. - Ложитесь спать. Все нормально.
Пирри взглянул на него.
- Я, пожалуй, тоже пойду спать.
- Может, вы сначала поможете мне? - резко сказал Джон. - Нельзя же ее
здесь оставлять.
Пирри кивнул:
- В реку?
- Слишком мелко. Да и вообще, пресная вода еще пригодится. Лучше под
насыпь.
Они перенесли тело вдоль полотна ярдов на двести к западу и бросили в
кустарник под насыпью. Блузка Миллисент белела сквозь густую листву.
Возвращались молча. Только подойдя к посту, Джон сказал:
- Теперь можете идти. Но я скажу Оливии разбудить вас к часу
дежурства вашей жены. Нет возражений?
- Конечно, - коротко ответил Пирри. - Как прикажете. - Он пристроил
винтовку на обычное место, подмышку. - Спокойной ночи, Кастэнс.
- Спокойной ночи.
Глядя, как Пирри не торопясь идет к лагерю, Джон подумал: а ведь ее
можно было спасти и сам удивился, насколько это ему безразлично.
9
На утро Джон объявил, что Пирри застрелил Миллисент. Случайно.
Несчастный случай. Только Роджеру он рассказал все как было.
- Поразительная жестокость! - Роджер покачал головой. - А ведь мы
видели это еще в самом начале?
- Да, - ответил Джон. - Видели.
- Думаешь, будет хуже?
- Если дать ему волю. К счастью, его запросы, кажется, довольно
скромны. Он уверял меня, что имеет право убить свою собственную жену.
Позже, когда Джон мылся в реке, к нему подошла Анна. Она стояла
рядом, задумчиво глядя на волны, бегущие наперегонки.
- Куда вы дели тело? - спросила она. - Сейчас дети пойдут купаться.
- Не волнуйся. Далеко отсюда.
Анна взглянула на него.
- Может, ты расскажешь мне, что произошло, - равнодушным голосом
сказала она, - Пирри не из тех, кто убивает без всякой причины. А уж в
несчастный случай просто невозможно поверить.
Джон рассказал ей все, не пытаясь ничего утаить.
- А если бы Пирри не пришел? - спросила Анна.
Он пожал плечами.
- Отправил бы ее назад, наверно. Что я еще могу тебе сказать?
- Думаю, ничего. Теперь это не имеет значения. Почему ты не спас ее?
- вдруг спросила она.
- Не мог. Схлопотал бы пулю в лоб. Пирри вдолбил себе в голову, что
убьет Миллисент, и никто не смог бы ему помешать.
- Ты ведь здесь главный, кажется, - горько сказала Анна. - Неужели ты
собираешься молча наблюдать, как люди убивают друг друга?
Джон взглянул на нее.
- Я думал, - сказал он холодно, - что для тебя и детей моя жизнь
значит больше, чем жизнь Миллисент. И я по-прежнему так думаю, согласна ты
или нет.
Несколько секунд они молча смотрели друг другу в глаза. Потом Анна
бросилась к мужу. Джон обнял ее.
- Любимый, - прошептала Анна, - прости меня! Ты ведь знаешь, как ты
мне дорог! Но все это так ужасно. Убить свою жену... Что же дальше будет?
- Когда мы придем в Слепой Джилл...
- Пирри останется с нами, да? Джон, милый, разве мы не можем
как-нибудь избавиться от него?
- Ты напрасно волнуешься, - нежно сказал Джон. - Пирри довольно
законопослушен. А жену он ненавидел уже много лет. Да, крови пролилось
немало. Пусть это останется на его совести. В долине все будет по-другому.
Мы установим свои законы, и Пирри волей-неволей будет им подчиняться.
- Будет ли?
Он погладил ее руку.
- Ну а ты? Как ты теперь? Уже лучше?
- Да, лучше. Может, и правду говорят, что все проходит. Даже
воспоминания.
К семи часам собрались в путь. Небо сплошь затянуло тучами, только
кое-где проглядывали голубые лоскутки.
- Погода не шепчет, - сказал Роджер.
- Вот и хорошо, - отозвался Джон. - Зато не жарко. Нам ведь в гору
подниматься. Все готовы?
- Я бы хотел, чтобы Джейн шла со мной, - вдруг объявил Пирри.
Все уставились на него в недоумении. Требование было столь же
странным, сколь и бессмысленным. Джон не считал необходимым разбиваться в
каком-то строгом порядке. Поэтому каждый шел с тем, с кем ему хотелось.
Джейн не отходила от Оливии.
- Зачем? - спросил Джон.
Пирри спокойно оглядел всех.
- Может, я хочу изменить свою жизнь. Вот я подумал-подумал и решил: а
не жениться ли мне на Джейн? Конечно, если это слово сейчас что-нибудь
значит.
- Не будьте смешным! - воскликнула Оливия с неожиданной для нее
резкостью. - Об этом не может быть и речи.
- Не вижу никаких преград, - невозмутимо сказал Пирри. - Джейн -
девушка незамужняя, я - вдовец.
Джейн широко раскрытыми глазами смотрела на него. О чем она думала?
- Мистер Пирри, - сказала Анна. - Ночью вы убили свою жену. Разве это
не достаточная преграда?
Мальчишки, затаив дыхание, смотрели на них во все глаза. Мэри
отвернулась.
- Нет, - ответил Пирри. - Я не считаю это преградой.
- Вы убили отца Джейн, - не выдержал Роджер.
Пирри кивнул.
- Печальная необходимость. Я уверен, что Джейн все правильно поняла.
- Пусть пока все останется как есть, - вмешался Джон. - Джейн слышала
ваше предложение, пусть подумает день-другой.
- Нет, - Пирри протянул руку. - Иди сюда, Джейн.
Она не двинулась с места.
- Оставьте ее в покое! - крикнула Оливия. - Не касайтесь ее! Вы и так
уже достаточно сделали.
- Иди сюда, Джейн, - повторил Пирри, не обращая внимания. - Конечно,
я не молод, да и не красавец. Но в подобных обстоятельствах смогу
позаботиться о тебе лучше, чем любой молодой Аполлон.
- Позаботиться? А потом убить, да? - сказал Анна.
- Миллисент уже не раз изменила мне, - ответил Пирри. - Этот случай
просто перевесил чашу терпения. Вот единственная причина ее смерти.
- Вы рассуждаете так, будто женщины - низшие существа, - заметила
Анна.
- Весьма сожалею, если вы именно так восприняли мои слова, - учтиво
ответил Пирри. - Джейн! Идем со мной!
Девочка медленно подошла к нему. Все молчали.
- Я думаю, нам будет очень хорошо вместе, - сказал он, взяв Джейн за
руку.
- Нет! - крикнула Оливия. - Джейн, не надо!
- А теперь, - спокойно заявил Пирри. - Можно отправляться.
- Роджер! Джон! - не сдавалась Оливия. - Остановите же его!
Роджер взглянул на Джона.
- По-моему, это нас не касается, - сказал тот.
- А если бы на ее месте была Мэри? - спросила Оливия. - Джейн имеет
равные с нами права.
- Ты напрасно теряешь время, Оливия, - сказал Джон. - Мир стал совсем
другим. Девушка пошла с Пирри по доброй воле. Не о чем больше говорить.
Пора идти.
Анна шла рядом с Джоном. Путь их пролегал вдоль железной дороги.
Впереди долина резко сужалась, и дорога поворачивала на север.
- Все-таки в Пирри есть что-то жуткое, отталкивающее, - сказала Анна,
поежившись. - Это равнодушие, жестокость. Страшно подумать, что будет с
такой юной девушкой.
- Ее никто не неволил.
- Да она просто испугалась! Этот человек - убийца.
- Мы все не лучше.
- Да нет же! Ты ведь понимаешь, что я имею ввиду. А почему ты даже не
попытался остановить его? Вы с Роджером могли помешать ему. Что же ты?
Ведь на этот раз все было не так, как с Миллисент - ты стоял всего в двух
шагах от Пирри.
- Да, и я, и Роджер могли застрелить его.
- Так в чем же дело?
- Даже если бы была не одна, а десять таких Джейн, и Пирри возжелал
бы их всех, клянусь, он бы их получил! Он нам сейчас просто необходим.
- А если бы это была Мэри?
- Да он бы просто убил меня еще до того, как объявить об этом. Он мог
ухлопать меня еще ночью, ты знаешь. Может, я здесь и главный, но мы все
еще вместе по обоюдному согласию. Неважно, вызвано это согласие страхом
или чем другим, лишь бы сохранилось подольше. Мы с Пирри не собираемся
запугивать друг друга, потому что каждый прекрасно понимает - ему без
другого не обойтись. От него зависит, придем мы в долину или нет.
- А как ты собираешься поступить с ним потом?
- Поживем-увидим. А что касается этого... - Джон улыбнулся.
- Чего?
- По-моему, Джейн не из тех, кто долго боится. Она скоро оправится,
вот увидишь. А уж тогда... На месте Пирри, я бы не рискнул доверяться ей
ночью, если он, конечно, собирается затащить ее в постель. Да и вообще,
неужели Пирри настолько легковерен? Хотя, с одной женой он уже
промахнулся.
- Что она сможет сделать? Он сильнее.
- А уж это решать вам с Оливией, правда? Ножи-то в вашем хозяйстве.
Анна внимательно посмотрела на мужа, пытаясь понять, шутит он или
нет.
- Но не раньше, чем мы придем в долину, - добавил Джон. - До тех пор
ей придется смириться со своей судьбой. В любом случае.
Дождь настиг их на вершине Моссдейл Хэд. Черное штормовое небо висело
над вересковым полем. Дождь усиливался. В рюкзаках было четыре легких
накидки, и Джон отдал их женщинам. Мальчики, конечно, вымокли, но, к
счастью, дождь был теплым.
Хлынул настоящий ливень. За полчаса все вымокли до нитки. Эта горная
дорога была знакома Джону. Когда-то давно он проезжал здесь на машине. Но
даже тогда при взгляде на унылое однообразие вересковой равнины, его не
покидало чувство невыносимого одиночества, а теперь и подавно.
"Какими заброшенными, несчастными кажутся рельсы, - подумал Джон, -
когда знаешь, что по ним никогда уже не пройдет поезд. Да и сами
вересковые поля - печальное зрелище. Ни единой травинки. Лишь вереск да
серые камни, торчащие, словно зубы в пасти скелета".
Время от времени в пути им встречались маленькие горстки людей. И
снова - взаимное подозрение, снова - страх.
Однажды мимо них прошла группа беженцев. Нехитрые, стянутые ремнем
пожитки тащил... осел. Джон с изумлением глядел на чудом сохранившееся
животное.
- Вариант собачьей упряжки, - сказал Роджер. - Используешь, сколько
можно, а потом кушаешь бедных собачек.
- Вряд ли они с ним далеко уйдут, - усмехнулся Джон.
- Может, поможем? - спросил Пирри.
- Нет, - ответил Джон. - Не стоит. Мяса у нас достаточно. А Слепой
Джилл уже завтра. Зачем лишний груз?
Оливия заметила, что Стив чуть прихрамывает. Она осмотрела ногу
мальчика - пятка пузырилась кровавыми мозолями.
- Стив! - ужаснулась Оливия. - Почему ты сразу ничего не сказал?
Стив виновато смотрел на лица взрослых вокруг, и вдруг бравая
уверенность десятилетнего мальчишки оставила его. Стив разревелся.
- Ну-ну, старичок, не плачь, - сказал Роджер. - Мозоли, конечно,
штука неприятная, но ведь не конец света?
В рыданиях мальчика чувствовались какие-то недетские переживания. Он
что-то сказал, Роджер не расслышал:
- Что ты сказал, Стиви?
- Если я не смогу идти - бросьте меня.
Роджер и Оливия переглянулись.
- Никто не собирается тебя бросать, - сказал Роджер. - Как только
тебе такое в голову пришло?
- Мистер Пирри ведь бросил Миллисент.
- Ему нельзя идти, - вмешался Джон. - Будет хуже.
- Я его понесу, - сказал Роджер. - Тихоня, возьмешь мое ружье?
- Конечно, - обрадованно закивал тот.
- По очереди понесем, Родж, - сказал Джон. - Не волнуйся, все будет
нормально.
- Это наш сын, - Оливия нахмурилась. - И мы с Роджером понесем его
сами.
После истории с Пирри и Джейн она не разговаривала с Джоном.
- Оливия, здесь командую я, - отрезал Джон, - Поэтому будет так, как
я скажу. Стива понесем мы с Роджером. А ты будешь брать у нас рюкзаки.
На секунду глаза их встретились, и Оливия отвернулась.
- Порядок, старина, - сказал Роджер сыну. - Забирайся на меня.
Удивительно, что поначалу их скорость даже возросла. Но Джон не
обманывался. Пассажир на руках, пусть даже такой маленький мальчик, -
все-таки обуза.
Ветер стих, но дождь еще моросил.
- Костер вряд ли разгорится, - сказал Джон. - Так что сегодня -
холодный обед. Ну и отдохнем немного.
- Может, поищем место посуше? - предложила Анна.
Ярдах в пятидесяти виднелся небольшой дом.
- Я тебя понял, - ответил Джон. - А если там кто-нибудь есть?
По-моему не стоит рисковать только ради того, чтобы полчаса отдохнуть.
- Но Дэви совсем промок, - сказала Анна.
- За полчаса он все равно не высохнет. А времени в обрез. Как ты,
Дэви? - крикнул он сыну. - Промок?
Дэви кивнул.
- Да, папа.
- Попробуй сухо рассмеяться!
Это была их старая шутка. Дэви слабо улыбнулся. Джон подошел к нему и
погладил по мокрым волосам.
- Ты молодец, - сказал он. - Настоящий боец.
Западный подступ к Чарсдейлу лежал через полосу великолепной
пастбищной земли, усеянной фермерскими домиками. Дождь превратил землю в
непроходимую грязь. Внизу раскинулся Седберх. Над городом клубился дым.
Седберх горел.
- Бандиты, - сказал Роджер.
- Уже с северо-запада идут, - пробормотал Джон, глядя на город в
бинокль. - А я-то надеялся, что тут еще спокойно... Скверно...
- Лучше всего, по-моему, - сказал Роджер, - прямо отсюда повернуть на
север. Может, в Лунной Долине будет получше.
- Если пал такой город, как этот, - заметил Пирри, - в округе ничего
хорошего не жди.
Оставался еще один путь - в Кендал, через вересковые поля. Правда,
тогда все равно пришлось бы пересекать Лунную Долину, да и что ждет в
Кендале - тоже неизвестно.
Пирри вопросительно посмотрел на Джона.
- Мне кажется, мы недостаточно вооружены, чтобы идти дальше, - сказал
он. - Зря мы отпустили тех чудаков с ослом - у них было оружие.
- Может, мы напрасно паникуем? - сказал Роджер. - Попытка - не пытка.
Рискнем?
- Не знаю, не уверен, - задумчиво проговорил Джон. - Можно угодить в
переделку. Тогда будет слишком поздно.
- Но ведь здесь нельзя оставаться, правда? - настаивал Роджер. - И
назад пути нет. Значит, надо идти вперед.
Джон взглянул на Пирри и вдруг понял, что давно уже безотчетно
полагается именно на его мнение и рассчитывает только на его выдержку и
хладнокровие. А ведь Роджер был лучшим другом Джона...
- Я думаю, у нас мало оружия, - сказал Джон. - Да и людей - тоже.
Дальше так идти нельзя. Что скажете?
Пирри кивнул.
- Пожалуй, верно. Трех человек недостаточно.
- Что же делать? - с раздражением воскликнул Роджер. - Повесить
плакат "Требуются новобранцы"?
- Я предлагаю остановиться здесь, - сказал Джон. - Пока мы на
перевале - будем встречать всех проходящих через Пеннины.
- Можно устроить засаду, - предложил Пирри.
- Нас маловато для отряда вербовщиков, - возразил Джон. - Будем
надеяться на добровольцев, даже если они окажутся сильнее нас.
- Ну, и что ты предлагаешь? - спросил Роджер. - Разбить лагерь на
обочине дороги?
- Да, - ответил Джон, оглядел всех. - Надеюсь, ненадолго.
Прежде чем показалась первая группа, прошло около часа. Но долгое
ожидание не было вознаграждено. По дороге еле-еле, с трудом поднималось
восемь человек. Четыре женщины, двое детей - мальчик лет восьми и девочка
помладше, двое мужчин толкали детские коляски, доверху нагруженные
домашним скарбом. Когда они были уже в ярдах пятидесяти, из одной коляски
выпала кастрюля, и со звоном покатилась по дороге. Женщина, шедшая сзади,
остановилась и устало нагнулась за ней.
- Похоже, здесь ловить нечего, - сказал Пирри, глядя на измученных и
насмерть перепуганных людей.
Он, Джон и Роджер стояли посреди дороги. Каждый держал ружье. Дети и
женщины отошли к стене из плоских каменных глыб неподалеку.
Джон кивнул.
- К сожалению, вы правы. И оружия у них, видно, тоже нет. Если только
водяной пистолет у мальчугана.
Заметив наконец на дороге трех вооруженных людей, маленький отряд в
нерешительности остановился. Но, оглянувшись назад и посоветовавшись
тихонько, путники медленно двинулись дальше. Первым шел мужчина лет
пятидесяти. Он изо всех сил пытался выглядеть безразличным, но тщетно, -
страх прочно поселился в каждой его клеточке. Девочка заплакала. Одна из
женщин яростно, и в то же время украдкой, словно боясь выдать себя,
одернула малышку. Джон молча глядел на проходящих мимо него людей.
- Как, по-вашему, далеко они уйдут? - тихо спросил Роджер.
- Может, до Уэнслидейла. Не знаю. Если повезет, так протянут еще
неделю.
- Повезет? Или наоборот?
- Да. Скорее всего, наоборот.
- Они возвращаются, - сказал Пирри.
Джон проследил за его взглядом. Уже пройдя ярдов семьдесят,
несчастные погорельцы развернулись и пошли назад, толкая перед собой
никчемные коляски. Дождь хлестал им в лицо. Плащ, завязанный у девчушки на
шее, развязался, и она безуспешно теребила его неумелыми пальчиками.
Они остановились чуть поодаль.
- Мы вот подумали, - сказал мужчина, шедший первым, - если вы тут
чего-то ждете, может, мы вам что скажем?
Джон оценивающе взглянул на него. Это был человек, всю свою жизнь
занимавшийся тяжелым физическим трудом, скорее всего, рабочий. Теперь
шансов выжить у него почти не было. Разве только примкнуть к какому-нибудь
гангстеру - маленькому "наполеончику" долин, который оценит его
преданность, закрыв глаза на бесполезность. Но в таком окружении гасла
даже эта слабая надежда.
- Нет, - сказал Джон. - Вам нечего сказать нам.
- Мы идем через Пеннины, - не унимался мужчина. - Может, в тех краях
будет поспокойнее. Найдем какую-нибудь ферму, подальше от дороги, где нам
дадут работу и немного еды. Нам ведь много не нужно.
Еще несколько месяцев назад несбыточной мечтой было выиграть 75 тысяч
долларов, поставив на футбольную команду. Такие же ничтожные шансы были
теперь у этого бедняги. Джон посмотрел на женщин - только одна из четырех
была достаточно молода, чтобы выкупить свою жизнь ценой собственного тела.
Дети отошли к стене. На мальчике вместо ботинок были надеты насквозь
промокшие парусиновые туфли на резиновой подошве.
- Значит, вам надо спешить, - резко ответил Джон.
- Вы думаете, мы найдем такое место? - спросил мужчина.
- Возможно.
- А куда вы идете? Тоже в Йоркшир?
- Нет, - сказал Джон. - Оттуда.
- А мы и не раздумывали, куда идти. Просто решили, что за Пеннинами
будет потише.
- Да, может быть.
- Отец хотел сказать, нельзя ли нам присоединиться к вам? - вмешалась
женщина - мать малышей. - Вместе и с бедой справиться легче. Ведь вы тоже
ищете спокойное место. Сразу видно, вы - порядочные люди, не то, что те -
внизу. А в такое время порядочные люди должны держаться вместе.
- В этой стране около пятидесяти миллионов, - сказал Джон. - И,
наверно, сорок пять из них - люди порядочные, и все ищут спокойное, тихое
место. Только вот мест таких маловато.
- Да, поэтому и надо людям вместе собираться. Порядочным людям.
- Как давно вы идете? - спросил Джон.
- Мы вышли сегодня утром - увидали пожары в Седберхе. Они сожгли
ферму Фоллингов, а это в трех милях от деревни.
- А мы вышли на три дня пораньше вас. И мы больше не порядочные люди.
На пути сюда мы убили несколько человек и не исключено, что нам придется
снова убивать. Так что, лучше вам идти одним, как и шли.
Они пристально посмотрели на него. Наконец, словно очнувшись, мужчина
торопливо проговорил:
- Наверно, у вас просто не было другого выхода. Человек должен идти
на все, чтобы спасти себя и свою семью. Меня заставляли убивать во время
войны, а ведь тогда фрицы не сжигали ни Седберх, ни ферму Фоллингов...
Джон не ответил. Дети уже подружились и затеяли шумную возню. Подошла
Анна.
- Можно нам пойти с вами? - спросил мужчина. - Мы сделаем все, что вы
скажете. если понадобится, я тоже буду убивать. Нам все равно, куда вы
идете. Я всю жизнь прожил в Карбеке, только в армию уходил. Теперь вот
пришлось покинуть насиженные места, и мне все равно, куда идти.
- Сколько у вас ружей? - спросил Джон.
Он покачал головой.
- У нас нет оружия.
- У нас три ружья, чтобы защитить шестерых взрослых и четырех детей.
Но даже этого недостаточно. Поэтому мы и ждем здесь. Нам нужно оружие. Мне
очень жаль, но мы не можем брать пассажиров.
- Мы не будем пассажирами! Я умею делать все. Могу стрелять, если вам
удастся заполучить еще оружие. Я отлично стреляю, поверьте!
- Вас одного мы, может, и взяли бы. Но всех... Это невозможно.
Дождь перестал, но небо еще хмурилось, и было довольно холодно.
Совсем молодой парнишка - наверно, сын этого мужчины, зябко поежился,
поплотнее завернулся в грязный плащ.
- У нас есть продукты, - в отчаянии воскликнул мужчина. - В коляске
целый кусок бекона.
- Продуктов у нас хватает. Мы убивали, чтобы добыть их, и можем убить
снова.
- Не отсылайте нас, - взмолилась мать. - Ведь с нами дети. Хоть их
пожалейте.
- Я забочусь о своих детях, - отрезал Джон. - И не могу думать о
миллионах других. На вашем месте я бы поторопился. Если хотите найти тихое
спокойное местечко, надо спешить, пока толпа не подоспела.
Они молча смотрели на Джона, понимая его слова, но все еще
отказывались поверить.
- Разве мы не можем взять их? - спросила Анна. - Ведь дети... - Джон
взглянул на нее. - Да, я не забыла. Я помню, что говорила о Тихоне. Но я
была не права.
- Нет, - ответил Джон. - Права. Сейчас нет места жалости.
- Не говори так, - ужаснулась она.
Джон махнул рукой в сторону долины, окутанной гарью и дымом.
- Жалость всегда была роскошью. Хорошо наблюдать за трагедией
издалека. К примеру, сидя в удобном кресле кинотеатра. Другое дело, когда
эта трагедия касается тебя лично.
Подошла Оливия. Джейн встала рядом с Пирри. Он коротко взглянул на
девушку, но ничего не сказал.
- Я не понимаю, почему ты против, - сказала Оливия. - Пусть идут. А
может, они нам даже пригодятся.
- Они позволили мальчишке идти в такую погоду в парусиновых туфлях, -
ответил Джон. - Мне казалось, Оливия, что ты уже поняла - сейчас выживут
только сильнейшие. Эти люди нам ничем не помогут, а будут только мешать.
- Я говорила ему про ботинки, - сказала мать мальчика. - А когда
хватились было уже рискованно возвращаться.
- Понятно-понятно, - устало сказал Джон. - Теперь многое забывается.
Если вы не обратили внимания на ноги сына, значит можете не заметить
что-нибудь более важное. А в результате любой из нас может погибнуть.
- Роджер... - сказала Оливия.
Тот покачал головой.
- За три дня все изменилось. Когда мы с Джонни бросали монетку, я не
воспринимал это всерьез. Но теперь он - командир, правда? Он принял все на
свою совесть. И он, наверное, прав... в любом случае.
Видя, что рухнула последняя надежда, мужчина отвернулся, горестно
качая головой.
Но мать двоих ребятишек не сдавалась:
- Тогда мы сами пойдем, - сказала она. - Подождем, когда вы
отправитесь дальше, и пойдем за вами следом. Вы не сможете нам запретить.
- Лучше вам идти сейчас, - ответил Джон. - Больше не о чем говорить.
- Нет! Мы остаемся! Вы не заставите нас уйти!
- Заставить вас уйти мы, конечно, не можем, - сказал Пирри. - А вот
заставить остаться здесь, после нашего ухода, пожалуй, можем. - Он
коснулся винтовки. - Думаю, разумнее вам уйти сейчас.
- Вы не сделаете этого, - ахнула женщина.
- Он - сделает, - горько сказала Анна. - Мы сами от него зависим. Вам
лучше уйти.
Мгновение женщина смотрела на них, потом отвернулась и закричала:
- Бесси! Уилф!
Дети неохотно оторвались от игры. Неужели придется расстаться с
новыми друзьями? Анна смотрела на них.
- Прошу тебя... - сказала она Джону.
Он покачал головой.
- Я должен думать о нас. Других - миллионы. Ведь эти - лишь капля в
море.
- Но милосердия просят именно они.
- Я уже сказал тебе - милосердие, жалость - все это в прошлом, да и
то - из области налоговой политики.
- Кастэнс! - сказал Пирри. - Смотрите.
По дороге, меж холмов, шла группа людей - семь или восемь мужчин,
женщины и несколько детей. Они уверенно шагали вперед, и даже издалека в
руках мужчин были видны блестящие предметы, похожие на ружья.
- То, что надо, - удовлетворенно произнес Джон.
- Станут ли они с нами разговаривать? - заметил Роджер. - Возьмут, да
и выстрелят первыми. Может, нам лучше спрятаться пока?
- Нет, тогда уж они точно выстрелят первыми.
- А ты не боишься за детей?
- Их женщины и дети тоже открыты.
- Можно нам остаться с вами, пока не пройдут эти люди? - умоляюще
глядя на Джона, спросил пожилой мужчина. Несчастные беженцы все еще были
здесь.
Джон уже собирался отказать, как вдруг поймал взгляд Пирри. Тот едва
заметно кивнул, и Джон понял - мол, пусть остаются. Не для дела, так хоть
для видимости пригодятся.
- Как хотите, - равнодушно бросил он.
Все молчали. Теперь, когда новый отряд подошел ближе, было видно, что
почти все мужчины вооружены. Джон уже различал пару армейских винтовок,
винчестер и несколько дробовиков. Да, с таким подкреплением им сам черт не
страшен! Но как переманить их на свою сторону?
Вот они уже совсем рядом. Спокойно, уверенно проходят мимо. Крупный
мужчина с красным обрюзгшим лицом - явно, главарь - поравнявшись с Джоном,
окинул его равнодушным взглядом и, не останавливаясь, пошел дальше.
- Минуту, - окликнул Джон.
Краснолицый остановился и вопросительно посмотрел на него.
- Что надо? - он говорил с сильным йоркширским выговором.
- Меня зовут Джон Кастэнс. Мы идем в одно местечко на холмах. Там, в
долине, живет мой брат. Он так надежно защитил свою землю, что можно не
бояться даже целой армии. Вас это не интересует?
- А от нас-то вы чего хотите? - спросил краснолицый, чуть помедлив.
- Там внизу, - Джон махнул рукой в сторону долины, - дела совсем
скверные. Тем более для такого маленького отряда, как наш. Мы ищем
компаньонов.
Краснолицый усмехнулся.
- А вот мы не ищем. Нам и так неплохо.
- Это сейчас, - сказал Джон. - Пока в земле есть картошка, а на
фермах - мясо. Но долго так не будет. Мясо кончится. А на следующий год вы
не найдете на полях ни одной картофелины.
- Поживем-увидим. Авось
...Закладка в соц.сетях
