Жанр: Научная фантастика
Подразделение 000
...обрав в единый комок накопленный за время вынужденного простоя энергетический
потенциал, спецмашина подразделения 000 выдвинула из днища строчечный излучатель и
прострекотала зарядом в несколько, а то даже и больше, вольт точно в хвост лже-пингвина. А
кто видел хвост у пингвина, тот знает, что он и все остальное тело представляют практически
единое место.
- Эк его! - второй номер, создавая видимость кипучей работы у шлюзовых дверей, в
десятый раз заносил размеры проема в ноутбук. Но параллельно наблюдал за событиями на
улице, - Командир, а что будет, если Директор не признает в нем своего пингвина?
- А бес его знает, - меня данный вопрос волновал не меньше американца.
- Что такое "бес"? - янкель начинает волноваться за ближайшее будущее.
- Бес, второй номер, это постаревший на сорок лет Амур со стрелами. По-вашему,
по-американскому, старый индеец. Вместо того, чтобы стрелять в сердце, попадает
преимущественно в ребра. Прекрати отвлекать меня от работы.
- Да ладно, - протянул американец, приступая к одиннадцатому, контрольному замеру
шлюзовых дверей.
В это время, получивший свою дозу электричества пингвин, он же замаскированный агент
подразделения 000 медвежатник Пискун, руководствуясь внутренним чутьем и указаниями,
которыми снабдила его Милашка, направился прямиком к Директору Службы. По дороге агент
очень ругал груду железа. В каждом слове так и слышалось косвенное упоминание умственных
способностей спецмашины. Также медвежатник выразил пожелание поскорей оказаться на
Северном Ледовитом и не видеть больше этих мерзких рож. Именно так и выразился.
К всеобщему облегчению команды, Директор о подмене не догадался, и даже погладил
любимчика по голове.
Агент подумал о чистоте рук всяких там Директоров и вспомнил о долгих полярных
ночах, когда можно все время спать и ничего не делать. Или сидеть, задрав голову к звездному
небу и пересчитывать звезды.
Порой у закоренелых преступников такие романтичные мысли.
Присутствующие телевизионщики, журналисты и репортеры стали обеспокоено
поглядывать на часы. Особенно усердствовала потерпевшая. До начала сериала оставалось не
более четырех минут.
Директор забегал между приглашенными и вынужденными гостями, убеждая всех, что
часы у них сильно спешат. И сериал начнется гораздо позже. И команда спасателей скоро
приступит к разблокированию шлюзов. Не убедив даже расстроенную пострадавшую,
Директор, получив обратно потерявшегося было пингвина, попросил его продемонстрировать
умение жонглировать мячиками.
"А на голове тебе не постоять?" - подумал Пискун.
- Или постоять на голове, - закончил мысль Директор.
Распоясавшийся медвежатник назвал нашего горячо любимого Директора уркой
несмышленой, но мячики побросал. Милашка может еще раз по хвосту разрядом полоснуть. А
это неприятно.
Но народ продолжал волноваться. А вместе с народом заволновался Директор. И хотя он
находился здесь на нелегальном положении, его совесть старого спасателя и строгого
Директора не выдержала. Скинув с плеч маскировочный халат и связь-каску с приделанными к
ней зелеными ветками кактусов, Директор с грозным видом направился к спецмашине
подразделения 000 за номером тринадцать.
Появление начальства в кабине могло привести к непоправимым последствиям. Могли
быть обнаружены следующие вещи: - пившие восьмой стакан чая охранники, загорающий в
морозильнике настоящий пингвин и выстиранное белье населения, которое до сих пор не было
возвращено законным владельцам.
Любой из названых факторов приводил к немедленному обвалу звезд на погонах и
падению зарплаты в перспективе.
- Пора, командир! - простонали одновременно спецмашина и второй номер.
Спецмашина в динамики. Второй номер прямо в ухо.
- Пора! - прошептал я сам себе и, раскрывая объятия, выбежал на улицу.
Телевизионщики переметнулись на снятие моего радостного лица, а журналисты
приготовились слушать комментарии.
- Товарищ Директор! - в три прыжка я преодолел растояние от подъезда до парадного
трапа спецмашины, - Не ждали вас так рано.
Директор попытался меня обойти, но я крепко сжимал его руку. Такому только дай до
приборной панели добраться, всю операцию завалит на корню.
- Объясните, что происходит, пока что майор Сергеев? - грозно просипел Директор,
пожирая меня добрыми глазами, - И отпустите мою руку.
Не выполнив прямого приказа вышестоящего начальства, я потащил упирающегося
Директора к журналистам:
- Прошу минуту внимания! - мой голос, усиленный наружными динамиками
спецмашины, заставил присутствующих оторваться от созерцания часов и переключить все
внимание на меня, - Сейчас вы увидите, как мы, команда спасателей, образцово-показательно
вскроем двери вот этой несчастной женщины! Снимите ее на всякий случай для истории.
Мерцание вспышек озарило улицу.
- Мы, спасатели, не станем применять сегодня ни совершенную технику, ни взрывчатку.
Даже не воспользуемся форточкой, как думают многие из вас.
В толпе журналистов послышался глухой ропот вопроса: - "А как?" А я продолжал
воодушевленною врать:
- Силой только своего ума, мы заставим вот это скромно стоящее животное, - быстрый
взгляд на засмущавшегося пингвина, - Птицу, я хотел сказать, одним клювом вскрыть самые
секретные шлюзовые коды на планете.
- Не верю! - сказал Директор и все-таки вырвал побелевшую ладонь из моей руки.
- Не верим! - застрекотали камерами телевизионщики.
- Вызовите команду 06! - закричали журналисты, строча срочные доносы о
свихнувшемся командире подразделения 000 в утренние газеты.
- Смотрите сами! - улыбнулся я широкой улыбкой командира спецмашины
спасателей, - Подразделение 000 никогда не врет. Правда, товарищ Директор?
Директору ничего не оставалось, как встать грудью на защиту мундира. Он важно закивал
и первым указал лже-пингвину на подъезд.
Пискун-медвежатник, оправдывая кличку, запищал сто-то в свое оправдание, но стянутый
суперклейкой лентой рот заглушил слова.
- А ну двигай ластами, - сквозь зубы выдавил я, обращаясь к медвежатнику, - И без
лишней болтовни. Сделаешь дело, загуляешь смело. Иначе попрошу перевести тебя в
южно-пустынную колонию строго режима. Тамошние ребята давно меня просили подкинуть им
на перевоспитание хоть одного мохерового преступника.
Пискун чертыхнулся и, правдоподобно ковыляя, направился прямиком к месту работы.
Телевизионщики и журналисты аж запищали от удивления. Временно отложили снимать
скандальную хронику с командиром спасателей в главной роли и переключились на съемки
героических новостей с теми же лицами в главных ролях.
На входе всех встречал американец и, тщательно проверяя аккредитацию, рассаживал
журналистов на пронумерованные квадратики на полу. Телевизионщиков, как более серьезную
и дорогостоящую организацию, янкель усадил на диваны. Любимого Директора второй номер
втиснул на кресло вахтера, отправив того в неоплачиваемый однодневный отпуск.
- Прошу подписать расписку о неразглашение строго государственной тайны, - Боб
быстро прокатил между рядов контрольно-кассовый аппарат, который вместе с распиской
вручал журналистам трехстраничный контракт, предписывающий зрителям перевести энную
сумму на счета Службы 000 в двухдневный срок после просмотра работы сына подразделения
000 ученого пингвина.
Директор от подписи отказался, что и было занесено в протокол замечаний.
Я обтер ордена и медали рукавом, для лучшего блеска, и дождавшись, пока американец
соберет контракты, выступил вперед:
- Товарищи, - многозначительная пауза, сопровождающаяся красноречивым
вглядыванием в лица, - Надеюсь, не надо объяснять важность события, при котором вы
присутствуете. Некоторые средства массовой информации рассказывают о спасателях
подразделения 000, как о людях, у которых в груди вместо пламенного сердца обычный
ядерный мотор. Да, это можно записать. Майор Сергеев, к вашим услугам.
Журналисты подчеркнули высказывание двумя черточками.
- Смею заверить, что это далеко от истины. Спасатели подразделения 000 самые
аккуратные, самые понимающие спасатели в мире. И сегодня мы лишний раз докажем этот
факт.
С дальних рядов послышались одинокие хлопки. Рукоплескало заинтересованное лицо.
Роберт Клинроуз.
- Спасибо. Мы хотим, чтобы сегодня вы посмотрели и сняли, конечно, как бережно и
нежно обращаемся мы с имуществом честных налогоплательщиков. А заодно
продемонстрировать последние научные разработки в этой области. Дежурный экземпляр
пингвина-спасателя, выполняющего самую черную, самую э-э...
- "Неблагодарную..," - подсказал мысленно медвежатник
- Неблагодарную работу. Хочу также отметить тот факт, что согласно пописанным
заявлениям о неразглашении вы не имеете права упоминать или показывать возможные
неточности в работе опытного образца. И никаких конкретных имен и фамилий. Кроме майора
Сергеева, лейтенанта Роберта Клинроуза и, безусловно, наставника пингвина-спасателя
Директора.
- "А груду железа и капитана, который дрыхнет во время работы? - мысленно
напомнил Пискун-медвежатник.
- "Много чести. Газеты не резиновые" - подумал я.
- "И то верно" - согласился вор и преступник .
Я поймал растерянный взгляд Директора. По его мнению, я совершал самую
непростительную глупость за все время работы в подразделении 000. Заваливал не только себя
и свою команду, но и самое святое, начальство в лице Директора.
Взглянув на настенные часы, я быстренько подсчитал, что до начала сериала осталось
полторы минуты.
- Эти супер прочные шлюзовые двери, - я красивым жестом руки указал на
бронированного монстра, - Эту неприступную крепость пингвин-спасатель вскроет без
всяческих разрушений и без посторонней помощи ровно за одну минуту!
- "Двадцать секунд, шеф!" - поправил меня последний преступник страны.
- Двадцать секунд!? - вырвалось у меня в открытый эфир. Народ даже привстал от
удивления. Я быстро пришел в себя, и привел в чувство остальных, - Поправка! Вскрытие
неприступной крепости произойдет за двадцать секунд!
Шквал аплодисментов заглушил звук падающего в обморок Директора.
- Пингвин-спасатель! - я незаметно пнул ногой по ласту и добавил мысленно: -
"Двадцать секунд или остаток жизни в южно-песчаной колонии".
- "Гад!" - без всякой злобы подумал Пискун-медвежатник, - "Убивать таких гадов
надо, а не командирами назначать".
На площадке стихли овации, тихо заскрежетали камерами киношники и несколько
десятков глаз в ожидании скрестились на пингвине.
- "Уроды!" - подумал про всех Пискун. Поплевал, как мог, на кончики коротких
крыльев и отвернулся к шлюзу. Присутствующим осталось только разглядывать кончик
опаленного Милашкой хвоста.
Настенные часы неторопливо, словно подчиняясь воле коварного и безжалостного
преступника, неторопливо отсчитывали секунды. Восемь, семь, ...
Директор пришел в себя, посмотрел на стрелки с снова ушел.
- Боб, Разведчик все еще в коридоре? - чуть слышно просил я в
связь-намокшую-потом-бейсболку, - Если что, взрывай все к чертовой матери.
...пять, четыре....
- Палец на крючке, командир!
...два....
- "... и в колонии строгой прокурор навещал..." - мысленно подбодрил я
медвежатника.
...один....
- "Фиг тебе!"
Внутри шлюзовой двери щелкнуло и она, скрипнув давно несмазанными подшипниками,
въехала в стену.
Мимо меня, оттолкнув в сторону радостно улыбающегося Пискуна-медвежатника, в
квартиру пронеслась пострадавшая. У нее еще есть время, чтобы включить домашний
кинотеатр, налить чашечку кофе, разложить компактный диван и, развалясь на нем,
приготовиться к долгожданной встрече с любимыми теле героями.
Следом за Объектом, на ходу сверкая вспышками, ломанулись в кинозал журналисты,
киношники, осветители, продюсеры, режиссеры, стажеры и ассистенты. Если старушка не дура,
то сможет сделать на сегодняшнем просмотре неплохие брюлики.
- Повезло! - второй номер завистливо посмотрел вслед последнему, скрывшемуся в
квартире объекта, звукорежиссеру, - А нам что делать?
- Готовить дырки для новых звездочек, - улыбнулся я, - Подними пока Директора, а я
займусь нашим спасителем.
Пискун-медвежатник топтался у шлюзовых дверей и терпеливо ждал своей порции
благодарности.
- Молоток! - не удержался я, - Сто не сто, а лет двести с судимости скинем. Слово
майора Сергеева. Отлично работаешь. Не будь ты злодеем и вором, непременно бы взял тебя в
свою команду. Милашка! Срочно требую почетное сопровождение для нашего заключенного
героя. Разбуди Герасима, пусть готовит охранников в обратную дорогу.
- Командор! - запищал в ухе взволнованный голос спецмашины подразделения 000 за
номером тринадцать, - Проблема у нас.
- У нас сегодня праздник, Мыша, - перебил я спецмашину, - Все проблемы
переносятся на завтра. Готовь банкетный зал. Мы сейчас с Директором припремся очередные
звания обмывать. Только в чувство его приведем.
- Не надо приводить Директора в чувство, - тихо попросила Милашка.
- Да в чем дело?
- "Завидует!" - медвежатник почесал крылом, на котором синела татуировка, белый
живот
- Дело такое.... Вы не того пингвина с собой на работу взяли.
Эпизод 17.
- Але! Але! Привет! Какие новости! Давно я не был в Америке. Уже пятнадцать сезонов
я в России, ну как идут у вас дела? Все хорошо? И хороши у вас дела? Ни одного печального
сюрприза? Пустяк один? А что это за пустяк?
Я перестал любоваться заснеженным городом и прислушался к переговорам второго
номера с сородичами из бывшей родины.
- Что? Упала и разбилась моя любимая керосиновая лампа времен короля Джима? И
подпалила ковер, который мне подарила бабушка на день рождения? Сгорела комната? И огонь
перекинулся на ферму? И штат весь выгорел дотла? Командир! Представляешь, в Америке
очередная революция!
- Какая по счету? - никак успокоиться не могут. Не золотуха, так другие неизлечимые
болезни.
- Последняя, - обиделся почему-то Боб и выключил сеанс дальней связи.
Раз в году нам разрешают подключиться к почтовым службам и поздравить
родственников с Новогодними праздниками. Я лично считаю, что это настоящее баловство. Вот
американец, например, сейчас расстроится. А какой из расстроившегося спасателя спасатель? А
может, я просто завидую американцу, которому есть, кого поздравлять?
Я вздохнул и снова уткнулся в стекло.
За окном кабины шел последний предновогодний снег. Команда спецмашины
подразделения 000 за номером тринадцать занималась расчисткой улиц от этой холодной
заразы. Главный метеоролог столицы перед самыми праздниками ушел в беспробудный загул и
забыл перекрыть клапан двухчасового снегопада. Пока начальство спохватилось, пока
разобралось, что к чему, столицу засыпало по самые пончики.
- На ферму бы съездить, - Боб отложил в личный сейф недоеденный пакетик с сухими
пельменями, - Говорят, без меня там плохо. Слышишь, командир!? Плохо там.
- Что с тобой, что без тебя, разницы никакой, - пробурчал я, наблюдая за работой
Герасима.
Третий номер, вооружившись деревянной лопатой, двигался параллельно Милашке и
очищал соседнюю полосу. Производительность у третьего номера и у спецмашины,
вооруженной грейдером, была практически одинакова. Милашка разве что на полкорпуса
отставала.
- Командир, а правда что в Управление пришла телефонограмма из Америки с просьбой
прислать им команду спасателей для обмена опытом?
- Не телефонограмма, а голубиная почта, - поправил я американца, - Правда. Хочешь,
чтобы я поговорил с Директором? Ладно. Только учти, лично мне эта идея не нравится.
Зачахнем мы в твоей Америке.
Боб изобразил на лице мольбу, пустил пару слезинок и полез в карман за групповой
фотографией всех своих родственников.
- Не сейчас, второй номер, у нас диспетчерская на проводе. Не дай бог вызов. До Нового
года два часа осталось. Тринадцатая машина слушает. Пока что майор Сергеев на связи.
Красный фонарь вызова сменился зеленым, и в динамиках связь-ушанки захрипел
незнакомый голос:
- Майор Сергеев?
Мы с Бобом недоуменно переглянулись. Доступ к секретной линии имели кроме
диспетчера только Директор и товарищ, которого мы сняли с Восточной башни. Но товарищ с
Восточной башни уже поздравил команду, а Директор ждал нас за накрытым столом в
Управление.
- Да. Сергеев. Майор.
Неприятно засосало сначала под левой, а потом под правой лопаткой. Верный признак
неприятностей.
- Майор Сергеев. Мужайтесь!
Точно неприятности.
- Вы готовы мужаться?
Одной рукой я уже наклеивал на лоб валидольный пластырь, а второй нажимал на кнопку
экстренного сбора.
- Вам надлежит срочно прибыть в Управление, майор Сергеев. Вам, и вашей команде. С
Директором Службы большие неприятности.
- Прощай Америка, - заскулил Боб, пристегиваясь к креслу ремнями безопасности.
- Что случилось? - я не узнал собственного голоса, - Что с Директором?
- Подробности на месте. Поспешите, майор Сергеев. Если конечно хотите увидеть
Директора живым.
Третий номер, получив сигнал экстренного сбора, уже бежал к спецмашине. Следовавшая
за Герасимом колонна машин, уткнулась мордами в вертикальную стену сугробов и уныло
провожала спасателя протяжными сигналами клаксонов.
- Милашка! Командир на связи! Поднять парадный эскалатор. Задраить люк. Курс на
Управление. Самый полный!
Спецмашина подразделения 000 захлопнула за третьим номером дверь и, взревев топками,
рванула вперед, пробивая в толще снега тоннель.
Управление Службы располагалось в редко заселенном микрорайоне, на проспекте с
романтическим названием "Сто восьмая садовая". Ничем не примечательный проспект. Район
старых высоток. Несколько универсальных магазинов, две школы, один детский сад и
восемьсот банков.
- Мм? - запыхавшийся Герасим, цепляясь за поручни, добрался до своего места.
- Черт с ней с лопатой, - с лопатой, конечно, не черт. Водители народ ушлый, приберет
к рукам моментально. Надо бы вернуться и забрать инвентарь. Но уже поздно. Разворачиваться
негде, - С Директором проблемы.
Герасим ахнул и прикрыл рот рукой. Зубы, что ли, болят?
- Подробностей нет. Но приказали срочно прибыть в Управление. Сказали, что можем и
не застать Директора в живых.
Подпрыгивая на ледяных ухабах, вглядываясь в снежную пелену, стремительно летящую
и разбивающуюся о лобовое стекло, я думал о нашем Директоре.
Жизнь странная штука. Вот вроде живет начальник, ругает по каждому поводу. А ты его
ненавидишь, презираешь. А умрет начальник, и жалко. Жалко, что не успел сказать ему всего,
что накипело в душе. Наш Директор не такой. По пустякам не приставал, зря разносов не
устраивал. Бывало, вызовет к себе в кабинет, посмотрит жалостливо так, и махнет рукой. Иди,
мол, ущербный. Что тебя обижать, ты жизнью обиженный. Такой вот был человек наш
Директор. Хотя, почему был?
На проходной Службы нас даже не остановили. У шлагбаума с автоматической наводкой
и слежением за целью, рядом со штатными охранниками роботами, стоял вохровец, который
властно указал на центральный вход.
- Этим то, что здесь надо? - Боб в окошко показал вохровцу одноухого зайца,
созданного пальцами руки. По мнению янкеля на языке глухонемых это означало, что мы друг
друга поняли.
- Мм, - ответил за меня третий номер. И я был полностью с ним согласен.
Действительно, вохровцы похожи на мух, только с черными глазами. Только вот про Службу
зачем так?
Присутствие ВОХР в здании Службы навевало тревожные мысли. Эти ребята так просто
на людях не показываются. Значит, случилась не неприятность, а самая настоящая катастрофа.
- Милашка! Помнишь, мы два месяца назад на африканской пирамиде флаг водрузили?
Повтори маневр.
Спецмашина подразделения 000, рыкнув для разгона, снесла центральные шлюзы
Управления и, вгрызаясь гусеницами в мрамор лестничных маршей, стала карабкаться на
пятьдесят второй этвж. Повороты ей давались с трудом, но по моему личному приказу
Милашка не слишком церемонилась с перегородками.
Сотрудники подразделения, большинство из которых я знал с первых дней работы в
Службе 000, приветливо махали руками и прижимались к уцелевшим стенам. Некоторые, из
ветеранов, даже успевали запрыгнуть на подножку и переброситься парой фраз о житье-бытье.
Но у кого бы я ни спрашивал, что с Директором, все только недоуменно пожимали
плечами. То же самое касалось и присутствия в здании ребят в черных контактных линзах. В
Управлении царила полная неосведомленность.
Милашка остановилась лишь у кабинета Директора. Да и то, только потому, что обычные,
без всякой электронной начинки двери преграждало оцепление из ВОХР. Суровые женщины в
красных бронежилетках, на которых белой краской было выведено "ВОХР", вцепившись друг в
друга, образовывали непроходимую и не проезжаемую линию обороны.
- Командор. Мы на месте. Парадный эскалатор спущен. Вас ждут представители
ВОХР, - запыхавшиеся от быстрого подъема динамики слегка глотали окончания слов. Надо
потом техникам сказать, чтобы поставили спецмашине дополнительные, воздушные фильтры.
- Спасибо, Милашка. Сообщи им, что я иду.
Вохровцы не любят ждать. И не ждут. Сами приходят. Но сегодня не их день. Потерпят.
Пойду не спеша. Не нервничая. И не показывая вида, что волнуюсь.
Вохровцы не часто просят помощи у подразделения 000. Если уж быть совсем точным, то
совсем не просят. У них у самих силенок хватает, чтобы справиться с любыми проблемами. Но
уж если такое случилось, то и географические карты нам, спасателям, в планшеты.
На последних ступеньках эскалатора я не выдержал и быстренько пробежал оставшееся
расстояние. Гордость гордостью, но пулю за неуважение из положения "из-под мышки"
получить не хочется. Вохровцы, они ж не люди, а правительственные служащие.
- Майор Сергеев, - лениво козырнул я, вскинув ладонь к связь-тюрбану.
- Все еще майор? - не улыбнулся вохровец. Может быть даже тот самый, что работал с
нами у Восточной башни. А может, и нет. Иногда мне кажется, что все вохровцы на одно лицо.
А глаза закрыты непроницаемыми черными контактными линзами.
- А не ваше дело, - нагрубил я, - Это вы разговаривали со мной относительно
Директора? Где он, и что с ним?
Вохровец даже глазом не моргнул. Такая у них поганая профессия, глазами не моргать.
Развернулся и показал на двери, ведущие в кабинет Директора:
- Долго он не протянет.
Подскочившие женщины в красных бронежилетках грудью оттерли меня от дверей.
- Да отпустите же! - когда сверху наваливаются две дюжины накаченных женщин,
приятного мало, - Я уже успокоился.
Вохровец не поверил и лично прилепил мне на лоб три дополнительных валидольных
пластыря. Дикий интерес немедленно взглянуть на загибающегося Директора понемногу стих и
на его место пришла обычная рабочая любознательность.
- Застрелился, или супруга подарок себе сделала?
Мне показалось, что человек в черных контактных линзах усмехнулся. Но только
показалось. Всем известно, что вохровцы не умеют ни смеяться, ни улыбаться. Уставом не
предусмотрено.
- Его похитили.
Я оттопырил нижнюю губу и вопросительно посмотрел на вохровца с немой просьбой
повторить только что сказанное.
- Его похитили, майор Сергеев. Вы не ослышались.
- Одну минуту..., Милашка, ты все записываешь?
- Как положено, командор. Записываю и снимаю. В трех экземплярах.
- Продолжайте, - обратился я к вохровцу, - Надеюсь, вы оторвали меня от расчистки
улиц не для того, чтобы по-приятельски поболтать о семейных проблемах Деда Мороза? Я
работаю в подразделение 000 достаточно долго, чтобы понять, здесь случилось нечто, с чем вы,
ВОХР, самостоятельно не справитесь. Я прав?
Человек с черными контактными линзами кивнул.
- Думаю, что вы, майор Сергеев, достаточно успокоились, чтобы взглянуть на тело
Директора. Пройдемте. И там, у тела, я расскажу все, что нам известно на эту минуту.
Вохровец поколдовал с дверной ручкой и с трудом открыл двери в приемную, где под
дулами автоматов сидели все пятнадцать секретарш Директора. Все они, часто заглядывая в
орфографические словари и поправляя прически, набирали в личных ноутбуках текст
объяснительных.
- Здравствуйте, - сказал я.
- Здравствуйте, пока что майор Сергеев, - заулыбались секретарши, зная мой крутой
нрав. Кто не улыбнется, враг навеки.
А вохровец уже тянул меня в самое святое место в Управлении, кабинет Директора, на
ходу давая короткие, и, честно сказать, совершенно непонятные объяснения.
- Мы обнаружили тело два с половиной часа назад. Пытались вытащить самостоятельно,
но пятеро наших агентов вышли из строя. Не выдержали нервы. Отправлены в лечебницу, и,
возможно, никогда уже оттуда не вернуться. Было принято решение использовать ваше
подразделение.
- Использовать? Вот даже как? - я выложил личные вещи на столик, подписал опись
имущества и получил именную карточку допуска, - Сами, значит, как пингвины летающие.
- Не понял? - не понял вохровец.
- Да куда уж! - грубить, так по полной программе. По всему выходит, что даже
могущественная ВОХР не в состоянии справиться с ситуацией. Пятеро потерянных агентов, не
автомат с газировкой на трассе потерять. За такое по головке не погладят.
Перед последней дверью вохровец на мгновение задержался:
- Я посоветовал бы вам использовать противогазные пластыри. Запах отвратительный. У
Директора отсутствует реакция Бройлера
Предварительно налепив на нос противогазный пластырь, я дождался, пока вохровец
приоткроет дверь, и заглянул внутрь кабинета, в котором неоднократно получал хорошие дозы
благодарственных комплиментов.
За своим рабочим столом, , среди переплетений толстых стекловолокнистых кабелей,
полулежал Директор. Его седые, давно, но не по миногу, выпадающие волосы раскинулись по
столешнице. Руки его лежали на строенной клавиатуре "супер персонального путера". Модель
Сура-4000. Память небольшая, но цепкая. Быстродействие медленное, но верное.
- Надеюсь, вы не трогали тело?
Черные контактные линзы не ответили. Вохровцы никогда не отвечают на глупые
вопросы. И на риторические вопросы тоже.
- Молчаливый ты наш, - улыбнулся я суровому лицу и прикрыл дверь, отсекая
неприятные запахи, - А теперь давайте все по порядку.
- Нами установлено, - глаз вохровца немного дергался, что говорило о его богатом
боевом опыте, - Установлено, что Директор вошел в Болото, чтобы срочно отправить
поздрави
...Закладка в соц.сетях
