Жанр: Научная фантастика
Цена выигрыша
...юбом случае, эта идея мне не нравится. Позавчера мы выиграли, потому что
противник не знал, с какой стороны будет удар, не был готов к нашим
действиям, сейчас все может сложиться иначе.
— Так даже интересней. Ты, Олег, стал слишком осторожным. Даже,
если в RISC-е что-то заподозрили, мы все равно их обманем. Ты сам отлично
знаешь, что поймать грамотного хакера сложно, не говоря уже о том, чтобы
доказать его вину. Я думаю, что так мы быстрее добьемся результата.
— Так мы можем вообще все запороть. К тому же Света вчера вытащила
жучек, а как мы без него войдем в систему?
— Будет, конечно, сложнее. Тут мы пролетели, не надо было спешить.
Пусть бы жучек стоял, еще пригодился бы. Но я думаю, что мы сможем обойтись
и без него. Если сисопы поставили ловушки, то это не значит, что они
сменили пароли. В любом случае, теперь мы знаем об их системе гораздо
больше, что-нибудь придумаем. По-моему, Олег, ты просто ищешь отговорки.
— Миша, может быть, я и трус, может быть, я ищу отговорки, но, черт
побери, эта затея мне не нравиться и я не собираюсь в ней участвовать.
— Почему же. Хочешь, показать свою крутость, сделать все сам.
Поэтому ты предпочитаешь ломать защиту, а не сеть RISC-а?
— Ребята, — вмешался Толя, - если вы поругаетесь, то это точно
будет самый плохой вариант.
— Ладно, извини, Олег, я что-то завелся.
— И ты меня извини, Миша, я тоже погорячился. Просто хотел
высказать свое мнение, я не собираюсь отгораживать вас или делать что-то
подобное. С этим делом мы можем справиться только командой.
— Согласен, — сказал Бобров, - но что мы тогда решим?
— Не знаю, — сказал Брусникин, - но в новом взломе серверов RISC-а
я участвовать не собираюсь, по крайней мере, сейчас: это рискованно.
— Но, Олег. Я знаю, что ты профессионал, но ты сам сказал, что не
знаешь, когда справишься с защитой, Я думаю, что нам нужно определиться.
— Может, вы все-таки найдете компромисс, — сказал Корин.
— Толя, ты подсказал хорошую идею. Давайте так и поступим. Олег
пытается взломать защиту на исходниках, а я попытаюсь проникнуть в сеть.
Таким образом, мы бьем с двух сторон. Кому-нибудь обязательно повезет, и
вероятность успеха приближается к ста процентам. Как вам такое предложение?
— По-моему, если мы разделимся, то будет хуже, — возразил Олег.
— Почему? Пока ты будешь взламывать защиту на распаковщике, я
постараюсь сегодня пошарить в сети RISC-а, может, удастся вытащить сами
исходники, а может быть узнаю серийные номера компьютеров, и тогда ты
сможешь быстрее снять защиту. Таким образом, наши шансы на успех
удваиваются. По-моему, это лучший вариант.
Брусникин понял, что Мишу не переспоришь, поэтому сказал:
— Хорошо, я не против, но, ты уверен, что так будет лучше?
— Я понимаю, что здесь есть риск, но это лучший способ достичь
цели, к которой мы стремимся.
— Ладно, тогда давай уточним план на сегодня, — предложил Олег.
— Да, тут то и уточнять нечего, — сказал Миша, - ты берешь
ускоритель у Толи и занимаешься защитой, я ночью попытаюсь пролезть в сеть
RISC-а. Дальше придется действовать по обстоятельствам. Толя, как обычно,
организует Inet-овский канал. Завтра мы свяжемся и обсудим дальнейшие
действия в зависимости от результата работы. Так идет?
— Идет, — ответил Брусникин.
— Согласен, — сказал Корин.
— Миша, — сказал Олег, - тебе, наверное, понадобятся "заплатки"
для ядра операционной системы сервера, которые мы использовали позавчера?
— Наверное. Я вечером свяжусь с тобой и перепишу их. Хорошо?
— Без проблем.
— Ладно, с делами на сегодня, похоже, закончили. Пройтись, что ли,
по пивку? — предложил Бобров, посмотрев на собеседников.
Брусникин молча кивнул, а Толя пошел на кухню за стаканами и пивом.
Антон Возняк уже битый час пытался разобраться в структуре
прохождения платежей одного коммерческого банка. Он радовался, что смог
понять хотя бы общую схему и реализацию доставки платежек по компьютерным
сетям. Для полного понимания было необходимо экономическое образование,
которого у Антона не было. Возняк понимал, что занимается не своим делом.
По-хорошему, эту проверку должны были делать оперы из отдела по борьбе с
экономическими преступлениями. А отдел по борьбе с правонарушениями в
компьютерной сфере, в котором работал Антон, должен был заниматься только
безопасностью компьютерной сети банка. Но "экономический" отдел был сильно
загружен, и выделить лишнего опера не представлялось возможным. Большинство
сотрудников Главного Управления МВД считало, что "компьютерный" отдел
ничего не делает, поэтому на него можно свалить всю бумажную работу, какую
не хочется делать самим. "Антон!" — Возняк вздрогнул, услышав голос своего
начальника, он оторвался от компьютера и повернулся на стуле:
— Да, Николай Петрович?
— Антон, как там у тебя работа продвигаются?
— Не так быстро, как хотелось бы.
— Ну, оно и понятно. Похоже, что нам ее придется оставить на время,
потому что, возможно, придется заняться более важным делом. Как ты на это
смотришь?
— Я, с радостью, надеюсь, что новое дело по нашему профилю?
— Именно по-нашему, в самую точку. Сейчас я разговаривал по
телефону с директором RISC-а Рыбаковым, он сообщил мне, что их сеть или
взломали, или пытались взломать какие-то хакеры. Он просил, чтобы мы срочно
приехали и помогли разобраться.
— RISC? Интересно. Сеть у них, вроде бы, защищена неплохо, а кто
взломал? Обычные любители бесплатного Inet-а.
— Этого я не знаем, но, скорей всего, нет. Рыбаков явно темнит,
намекал, что у них в сети хранятся важные данные, какие — коммерческая
тайна. Говорил, что ими могли заинтересоваться конкуренты, а это уже пахнет
промышленным шпионажем, поэтому нам надо скорей со всем этим разобраться,
так что, Антон, собирайся, едем в офис RISC-а.
— Хорошо, Николай Петрович.
Несмотря на то, что Антон Возняк работал в отделе по борьбе с
компьютерными правонарушениями, он не имел звания, а был гражданским лицом,
работающим по контракту в милиции. Вышестоящее начальство косо смотрело на
этот факт, но профессиональные знания Антона были необходимы отделу,
поэтому он там до сих пор и работал. Возняк начал работать программистом на
полставки в вычислительном центре Управления, когда еще учился на третьем
курсе университета. Там он себя хорошо зарекомендовал, свободно
ориентировался в сетях, поэтому, когда год назад организовали специальный
отдел по "компьютерным" преступлениям, он перешел туда. Этим летом он
окончил университет, получив диплом математика, поэтому сейчас работал на
полную ставку. Антон раздумывал, стоит ли ему проходить аттестацию, чтобы
получить звание и стать полноправным оперативным работником. В общем,
работа ему нравилась, и он не стремился перейти в частные структуры, но
пока предпочитал оставить все как есть.
"Компьютерный" отдел был небольшим. В нем работало всего четыре
человека: Николай Петрович Кондратенко, сам Антон и еще два "опера", все
бывшие работники вычислительного центра. Соответственно и помещение
выделили небольшое, слава Богу, хоть обеспечили современными компьютерами
каждое рабочее место. Антон был так погружен в работу, что даже не заметил,
как шеф разговаривал по телефону. Поэтому сейчас он терялся в догадках, что
представляет собой новое дело, которым им предстоит заниматься. Еще до
милиции Антон некоторое время работал в RISC-е и знал, что большинство
служащих фирмы имеют завышенное самомнение, поэтому ему показалось
странным, что они обратились в милицию, а не стали заниматься этим делом
самостоятельно. Видать, в RISC-е случилось что-то серьезное. Но, с другой
стороны, если сисопы не уверены, взламывали их сеть или нет, то зачем
вообще поднимать шум. Возняк почему-то чувствовал, что дело будет
интересным. Еще, он не совсем понимал, почему шеф так быстро решил взяться
за это дело. Обычно, в других отделах милиции, не очень-то занимаются
подобными вопросами, когда не ясно, совершено преступление или нет, и так
хватает текущей работы, а тут... Антон догадывался, что причина-то как раз
в этом и заключалось. В последнее время в Приморской провинции не было
крупных компьютерных преступлений, были кражи в банках через электронные
платежи, но это было ближе к обычному мошенничеству, чем к хакерству,
поэтому стали поговаривать, что "компьютерный" отдел не сильно и нужен.
Поэтому шеф был готов браться за любое дело, лишь бы доказать необходимость
своего отдела.
Антон уже час сидел в небольшой комнате для совещаний, которая
находилась на третьем этаже в офисе RISC-а. Вместе с ним находились еще
четыре человека: его собственный шеф, директор RISC-а Рыбаков, системный
администратор сети Сергей Капустин и представитель северной фирмы
"Юниверсал программ" Алексей Владимиров, которого Антон видел впервые.
Возняк, слушая Капустина, пытался вникнуть в суть дела, что было не так
просто, потому что Сергея постоянно перебивал Рыбаков, который каждый раз
подчеркивал важность этого дела и величину убытков от возможной
деятельности преступников. Кроме того, он придавал слишком большое, для
данных обстоятельств, значение коммерческой тайне, и только под нажимом
Кондратенко рассказал, какие именно важные данные хранятся в сети RISC-а.
Оказалось, что RISC заключил контракт с известной западной корпорацией на
перевод их последней игры и ее адаптацию к северному рынку. Этот факт
несколько удивил Антона. Он немного сомневался в возможностях программистов
фирмы: "Ладно, Макс Ганин в этом деле рубит, Анциферов еще куда ни шло, но
Гена Ольшанский... А у Никольского опыта мало".
Возняк ушел в себя, слушая разговор в пол-уха. Но про себя он
отмечал все важные моменты, всплывавшие в ходе беседы. Он слушал о том, как
сисопы принимали исходники игры по спутниковому каналу, что связь шла
медленнее, чем обычно, что была загружена одна из линий связи, которая по
идее должна была быть свободной, про то, как Капустин и Владимиров пытались
найти причину всему этому. Он пропускал мимо ушей комментарии Рыбакова.
Наконец Кондратенко сказал:
— Все понятно, эти факты, о которых вы рассказали, могут навести на
подозрение, но, по-моему, их мало, чтобы можно было утверждать о
совершенном преступлении.
— Подождите, Николай Петрович, — я не сказал самого главного, -
поспешил добавить Сергей Капустин.
— Что же еще?
— Вчера вечером мы в системе сервера оставили программную ловушку,
чтобы определить, если кто-то попытается нелегально подключиться, обойдя
стандартную защиту. Ловушка ничего не зарегистрировала, но у нас есть все
основания полагать, что она была довольно искусно обойдена, потому что есть
несовпадения по времени списка регистрации пользователей, со списком
выполнявшихся программ.
Кондратенко попытался возразить, но Сергей продолжал:
— Кроме того, у нас даже есть предположения, кто мог проникнуть в
систему в понедельник. Мы узнали, что к "подозрительной" линии, через Elcom
скорей всего была подключена Anarchy BBS, которая имеет довольно
сомнительную репутацию, как и ее сисоп Анатолий Корин.
"Хитрый Капустин, — подумал Антон, - самое главное оставил
напоследок".
— Анатолий Корин... — сказал Кондратенко, немного растягивая
слова, он как будто пытался что-то вспомнить, - где-то я о нем уже слышал,
но в нашей базе данных его нет.
— Насколько я знаю, у него были неприятности с налоговой
инспекцией, связанные с производством видео-рекламы, — сказал Рыбаков, -
но главное, у Корина были неприятности с провайдерами из-за его BBS, на ней
можно было свободно найти инструменты для хакерства, были пиратские копии
программного обеспечения, подозревают, что некоторые из них он продавал.
Кроме того, он предоставлял доступ в Inet всяким подозрительным личностям.
Но конкретных обвинений против него никто не выдвигал, так что до сих пор
ему удавалось оставаться чистым.
— Мы подозреваем не только Корина, — добавил Капустин, - сам он не
большой специалист по операционным системам, но он связан с некими Михаилом
Бобровым и Олегом Брусникиным, которые по слухам, грамотные хакеры.
— Это уже более веские аргументы, — сказал милицейский шеф.
— И это еще не все, — не унимался Рыбаков, - я, похоже,
догадываюсь о причинах, которые могли заставить этих людей пойти на
преступление, конечно, не говоря о деньгах. Так вот, около года назад,
когда мы только организовали в фирме отдел по созданию программ, мы
сотрудничали с Брусникиным и Бобровым. Мы вместе работали над компьютерной
игрой. У них не было понятий о трудовой дисциплине, что сильно затрудняло
нашу работу, но в целом со своей задачей они справлялись. Но потом, когда
наши программисты все больше и больше стали предлагать свои идеи, начались
конфликты. И кончилось это тем, что Брусникин сорвал выгодный контракт по
продаже прав ни игру нашим западным партнерам. Теперь, по слухам, они
обвиняют нас во всех грехах и хотят отомстить, хотя по справедливости, они
должны быть довольны, что мы не выдвигали никаких претензий.
Эти слова заставили задуматься Антона. Возняк знал и само дело, и
действующих лиц. Он учился в университете на одном курсе с Брусникиным,
впрочем, как и с Ольшанским и Анциферовым. Все они вышли с матфака. Но с
Олегом он дружил, а с Геной и Саней его никогда не связывали теплые
отношения, хотя неплохо знали друг друга. Естественно, Антон знал, что все
было не так, как рассказал Рыбаков. Но его волновало другое, с Кориным и
Бобровым он был практически незнаком, знал о них, в основном, со слов
Олега, но Брусникин все больше уделял время своему бизнесу, и они виделись
все реже и реже. Последний раз, наверное, месяца полтора назад. Возняк
знал, что Олег всегда был неравнодушен к хакерству, но не придавал этому
значения, он и сам взламывал программы для своих нужд, но тогда было другое
время, а сейчас многое изменилось, с компьютерным пиратством стали
бороться, был создан отдел, в котором работает сам Антон. Мог ли Брусникин
из-за мести или по каким-либо другим причинам пойти на настоящее
преступление, Возняк не знал, но он отдавал себе отчет, что не хотел бы
находиться с Олегом по разные стороны от черты закона.
— А сейчас, я думаю, нам нужно на время отложить в сторону
технические детали, — шеф немного повысил голос, увидев, что Антон
отвлекся, - сейчас нам нужно обсудить, какие шаги мы должны предпринять
немедленно, чтобы определить преступников, если сам факт преступления имел
место, и не допустить новых попыток незаконных действий.
Все на какое-то время замолчали, думая, что ответить. Антон
воспользовался паузой и сказал:
— Если хакеры пытались проникнуть в систему прошлой ночью, значит,
они вряд ли достигли своей цели в понедельник, следовательно, могут сделать
еще одну попытку сегодня. Нужно поставить в систему следящую программу,
невидимую для осуществляющего атаку хакера.
— Мы уже думали об этом, — сказал Капустин, - и собирались сегодня
перейти к конкретным действиям, но нам необходима ваша помощь. Даже если мы
обнаружим хакера, то не сможем предоставить доказательства, для этого
нужно, чтобы на АТС фиксировали номера телефонов тех, кто будет
подключаться к нашим каналам связи, кроме того, необходимо записывать
данные, передаваемые по линии. А это телефонисты могут сделать только по
требованию милиции.
— Не совсем так, для прослушивания телефонных линий нужна санкция
прокурора, а для ее получения нужны веские основания, но в целом, я считаю,
что идея правильная: раз хакеры остались безнаказанными в двух первых
случаях, значит, они могут попытаться и в третий раз, и несомненно, нам
этой ночью нужно взять сеть вашей фирмы под контроль. Насчет АТС я не могу
ничего обещать — это дело следователя и прокурора, но я постараюсь их
убедить, поскольку только так мы сможем поймать преступника, притом собрав
достаточно доказательств, чтобы добиться его обвинения в суде.
Шеф сделал небольшую паузу и продолжил:
— Я думаю, мы выделим сотрудника, — Кондратенко многозначительно
посмотрел на Антона, - которой поможет вам сегодня ночью следить за сетью,
и одного человека мы отправим на АТС...
Антон Возняк, отвернулся и тихо выругался, так чтобы не услышал шеф:
"Черт побери, почему инициатива всегда наказуема, стоит только предложить
идею, как тебя сразу запрягают ее выполнять". Антон вовсе не рассчитывал
провести сегодняшний вечер и ночь в сисопке RISC-а, уставившись в монитор,
напротив, он планировал гораздо более приятное дело. "Но похоже, что шефу
эта идея пришлась по душе и он от нее не откажется", — думал Антон. Тем
временем Кондратенко продолжал развивать свой план. Рыбаков пытался
возражать, но милиционер уже взял дело в свои руки, и не собирался терять
инициативу.
Глава двенадцатая
В это время Олег Брусникин занимался защитой на распаковщике
исходников. Еще утром он установил в свою GPC ускоритель, который ему дал
Корин, поставил в него PC-шную память, после чего занялся настройкой
эмулятора. Распаковщик в эмуляторе работать не захотел, но Брусникин был
готов к этому, он еще позавчера убедился, что защита там стояла не глупая,
поэтому ему пришлось самому исправлять программу распаковщика. После
некоторых исправлений удалось пройти первый уровень защиты, потом второй,
третий... Но на четвертом он опять застрял. К тому времени Олег уже пять
часов подряд сидел на компьютере и решил сделать перерыв. Он вышел на
балкон подышать свежим воздухом. Полностью отключиться от решения проблемы
ему не удалось, настырные демоны подсознания, как и вчера, шептали, чтобы
он не останавливался, а продолжал работать. Пока окончательно не перестанет
соображать. Но теперь "голос демонов" был слабей. Сегодня Брусникин работал
более спокойно, без лишней спешки и стремления решить проблему во что бы
это ни стало. Хакер был уверен, что все усилия не пропали зря, что на этот
раз он действует правильно и обязательно преодолеет защиту — это только
вопрос времени. Олег не знал, откуда у него такая уверенность, но она
подняла настроение, хотя оно еще и не вернулось на привычную нулевую
отметку.
Брусникин смотрел вдаль, на гору, которая выглядывала из-за крыш
девятиэтажек, на туманную линию горизонта. Сегодня начало темнеть раньше
положенного времени, как это всегда бывает в пасмурный день. Все небо было
затянуто бесформенными серыми тучами, но дождя не было. Олег ощущал сырость
в воздухе, но не мог сказать, будет дождь или нет. "Бабье лето"
заканчивалось, и осень постепенно вступала в свои права. Он любил дождь,
любой, хотя, конечно, июньский ливень был ему больше по душе, чем
октябрьский моросящий дождик. Брусникину с детства нравилось стоять на
балконе и наблюдать за дождем. Приятно смотреть, как воздух наполнятся
прозрачным потоком летящих вниз капель, как быстро возникающие лужи
покрываются кругами и пузырями, как потом по дорогам текут реки воды.
Приятно выставить руку и ощущать на коже прикосновение холодных капелек
дождя. Все это очень хорошо успокаивает: заставляет выбросить из головы
ненужные мысли, забыть о надоевших проблемах, позволяет просто спокойно
постоять и подумать о чем-то своем, почувствовать свое я. Олег решил
остаться на балконе еще некоторое время.
Антон Возняк поужинал и пошел в свою комнату, решив отдохнуть хотя
бы пятнадцать минут. Сегодня вечером он должен дежурить в "сисопке" RISC-а
и не спать практически всю ночь, не зная зачем. Но обижаться не на кого,
Антон сам предложил эту идею. Конечно, дежурить он будет не один,
обязательно будет кто-нибудь из сисопов фирмы, кроме того, на АТС будет
дежурить его коллега Василий Дугин. Возняк даже не знал, как шефу удалось
так быстро получить санкцию прокурора на прослушивание телефонных линий и
запись номеров. Возможно, потому что тот сам был заинтересован в этом деле,
возможно к этому приложил руку Рыбаков, воспользовавшись своими связями. Но
ордер был, и сегодня нужно работать по полной программе. В принципе, пока
дело продвигалось хорошо, если хакеры действительно существуют, в чем Антон
уже почти не сомневался, то они наверняка попадутся, кроме того, благодаря
слежке за телефонными номерами можно собрать необходимые доказательства.
Обычно Возняку нравилась его работа. Во-первых, это возможность
применять знание компьютеров, так сказать, в "реальной" жизни, и на пользу
государству. Кроме того, в детстве, наверное, каждый хотя бы раз мечтал
стать сыщиком, и Антон не был исключением, хотя и никогда не стремился
работать в милиции. Но, начав работу в вычислительном центре, Возняк
неосознанно приглядывался к "настоящим" операм, и ему самому хотелось
заниматься более ответственной работой, чем писать базы данных. Постепенно
это стало реальностью, и сейчас он бы радовался, что, наконец, может
заняться настоящим делом, если бы не две причины: Антон боялся, что Олег
Брусникин окажется в числе хакеров, атакующих сеть RISC-а, возможно, он
пойдет на это "дело" один, и тогда, скорей всего, Антону придется
встретиться с ним в поединке, и даже ни в том дело, кто выиграет, просто
Возняк не хочет в этом участвовать. Вторая причина заключалась в том, что
он должен отменить свидание с Леной.
Антону не хотелось сейчас разговаривать с ней: Лене и так надоели
его частые задержки на работе, а в этот раз она точно обидится, если он не
придет, но позвонить ей нужно обязательно, поэтому Антон встал, и,
превозмогая себя, подошел к телефону.
Голос Лены был радостный, что Возняку совсем не понравилось:
— Антон, откуда ты звонишь?.. Из дома? Почему? Мы же договорились
на семь часов, ты опоздаешь?
— Извини, Лена, но сегодня не получиться, я не могу.
— Как? Ты же обещал!
— Непредвиденная ситуация, срочные дела на работе, я сам не в
восторге, но ничего не могу поделать, ты же знаешь.
— Неужели кроме тебя никого больше нет?
— Такая ситуация, что мне нужно обязательно быть на работе.
— Слушай, Антон, а ты мне не врешь? Поклянись, что не врешь.
— Конечно, не вру. Клянусь! Ты же знаешь мою работу, там такое
часто бывает.
— Вот именно, слишком часто.
— Ну, не сердись, я и сам бы хотел сегодня быть с тобой но, видишь,
не получается, может быть завтра смогу.
— Хорошо, Антон, я тебя прощаю, если ты мне не врешь. И что ты
должен мне сказать?
— ...
— Ну, Антон.
— Я люблю тебя, Лена!
— Повтори это еще три раза, тогда прощу окончательно.
Антон повторил еще три раза положенную фразу, потом они немного
поговорили, он сказал, что, возможно, завтра будет свободен, но
благоразумно обещать ничего не стал. Повесив трубку, Возняк вздохнул с
облегчением: хорошо, хоть Лена не сильно обиделась. Он прошелся по комнате,
ехать в офис RISC-а не хотелось, но ничего не поделаешь, и Антон начал
собираться.
— Я же тебе говорю, Марина, что сегодня не могу, — как ты не
можешь понять, - разговор Боброву уже начал надоедать.
— Ну, Миша, у тебя всегда дела, я уже почти неделю тебя не видела.
— Извини, Марина, что так получилось, но сегодня никак не могу,
очень важные дела.
— Мне порой начинает казаться, что ты меня не любишь.
— Ну что ты. Конечно, я тебя люблю. Но сейчас на меня навалилось
столько дел, никак не могу разобраться, может быть завтра или послезавтра
освобожусь. Ладно?
— ...Ладно.
— Ну, вот и хорошо, а ты расстраивалась, извини, я сейчас занят,
позвоню позже.
Бобров повесил трубку. "Интересно, — подумал он, - странное
совпадение, если позвонит одна, то вскоре обязательно позвонит и другая. А
что будет, если они встретятся?" Впрочем, сейчас Мишу это волновало в
последнюю очередь. В этот момент он собирался связаться с Олегом
Брусникиным и переписать у него хакерские "заплатки" и "программы-шпионы",
с помощью которых они в понедельник взламывали систему, но телефон Олега
почему-то не отвечал. Бобров задумался о деле, за которое они взялись. С
самого начала было ясно, что оно будет сложным, таким, с которыми они еще
не сталкивались, с самого начала их идея походила на авантюру, но это как
раз и нравилось Мише. В первый раз им повезло, но исходники были
запакованы, и Олегу не удалось справиться с защитой. Бобров, в какой-то
степени, даже был рад этому обстоятельству. Брусникин, конечно, был хорошим
другом и надежным партнером, с ним интересно было поговорить, хотя он
иногда пускался в пространные рассуждения, но не в этом дело. Без его
мозгов, самостоятельно, Миша вряд ли бы достиг больших успехов в хакерстве.
Но в данном случае, если бы у Олега все получилось сразу, то и основная
заслуга в этом деле принадлежала бы ему, Боброва же это не устраивало.
Также Миша был доволен, что Брусникин отказался от второго взлома сети
RISC-а. И всему этому была одна причина. Бобров пошел на "дел
...Закладка в соц.сетях
