Рассказы

Влад Ключевский.
Рассказы
Да здравствует экология!.
Контактёр.
Не та реальность.
Последнее желание.
Чудики желтого болота.
Влад Ключевский
Да здравствует экология!
Жизнь у Лешки стала совсем ни к черту. За пивом сходить в ближайший ларек и то стало
трудно. Выйдешь - а старушки у подКезда поймают и ну выспрашивать, как Нто он в Думе с
речью выступал и науку спасал. А что им скажешь? Что по заданию чертей все Нто делал? Что
спасать - спасал, но не спас?
А тут еще участковый стал смотреть как-то подозрительно. То поздоровается, то пройдет
мимо и вроде бы не заметит. Но Лешка-то спиной чувствует, что участковый наблюдает за ним.
А тут еще друзья - как соберутся у Лешки на квартире и давай приставать с глупостями -
расскажи да расскажи им, как науку спасал.
От всего Нтого Лешка нервным стал. Икнет, бывало, громче обычного - тут же
покраснеет и назад обернется. А вдруг кто сейчас его спросит что Нто с ним и какое отношение
Нто имеет к спасению науки?
И в тот вечер - уже и друзья собирались по домам идти - Лешка вдруг стал так громко
и отчаянно икать, что Кунька, лучший лешкин друган, головой начал качать из стороны в
сторону и причитать, как на похоронах:
- Точно, Лексей, тебя кто-то щас шибко вспоминает. Может, в Думу тебя опять
призовут? - а тут вдруг грохот, шум, лампочка под потолком как припадочная стала мотаться
и мигать. Наконец, вся квартира наполнилась едким дымом и запахом серы. Лешка вдруг
перестал икать, зато за столом оказалось сразу несколько чертей. И среди них - старый
знакомый черт, который бывал у Лешки и раньше. Лешка как-то сразу припомнил, что зовут
его не то Ватрон, не то Ватруш. А, может, и по-другому, но что-то похожее все-таки там есть.
Тут Кунька, который раньше никогда с чертями не знался, вдруг сильно оробел:
- Петрович, Нто что - твои новые друганы? - дрожжащим голосом спросил Кунька.
Лешка молча кивнул, - А что ж ты тогда роги не носишь?
- Дурак ты, Кунька, - подала голос с дивана Люська, лешкина сожительница. - Это ты
роги носишь! У тебя все бабы такие. А Леша у меня талантливый! - Кунька в ответ только
обиженно всхлипнул. Правда она завсегда обиднее голого вранья.
- Петрович, - черт доверительно наклонился к Лешке, - Понимаешь, тут у нас
проблема возникла, - Лешка в знак согласия наклонил голову, что ж, понимаем, мол,
понимаем, и там сейчас трудности с затруднениями, - Времечко такое, везде трудности. Вот и
у нас некоторые, понимаешь ли, чертовски несознательные Нлементы серу за бесценок за
границу продают. Котлы, бывшие в употреблении, тоже... Не поверишь, вместе с грешниками
так и продают! - Лешка опять склонил голову, мол, совсем обнаглели новые черти.
- А, пинжаки красные оне носют? - встрял в разговор Кунька. Ехидный стал какой-то
Кунька - то ли постарел, то ли на него так перестройка подействовала. Черт его поймет.
- Нет, не носят. - пропищал молоденький черт и тяжело вздохнул, - Жарковато у нас
там в пиджаках. Вот цепи золотые носят. И рога золотят.
- Так, понимаешь, - Ватруш поскреб голову между рогами, - Раньше мы серы столько
добывали, что и себе хватало, и пол-заграницы снабжали. А теперь, Нх! И себе не хватает, и в
заграницу как в пропасть...
- М-да, - Лешка словно нехотя разжал губы, - И у нас с серой напряг. Ну, я спрошу.
Тут у меня один знакомый новый русский есть, в красной фуфайке ходит, - мы тут у пивной
бочки частенько встречаемся по утрам, - может, у него сера есть? Тогда бы можно было
свести нового черта с новым русским и посреднические взять. Хоть серой, хоть пивом...
- Да, нет, Петрович, - Ватруш мотнул головой, - Другая у нас проблема. Понимаешь,
котлы, бывшие в употреблении, продали. А те, которые остались, оказались хуже проданных.
Удивительно! - Лешка понимающе кивнул, мол, и у нас с рельсами такое же, - Так вот, все
котлы старые, худые, из них все течет да в костер. Сам понимаешь, копоть, дым и все прочее,
прочее... Экология стала совсем ни к черту.
- Ни к кому? - опять встрял ехидный Кунька. Ох, неймется Куньке, - Лешка Нто
давно заметил. Его ведь то друганы отлупят, то опять же друганы. Опять же и отлупят. За
ехидство и полное непонимание каждого текущего момента.
- Так, понимаешь, - Ватруш даже не удостоил Куньку ответом, - Главный-то нам и
говорит, чтобы притащили к нам туда хоть кандидата наук. Чтобы, значит, Нкологию
исправить...- черти как по команде стали дружно кивать головами и горестно вздыхать, -
Дела-то у нас теперь совсем никудышние. Вон у молодого хвост облез, у других - шерсть
клочями слазит. - черти дружно, хором стали подвывать. - А где взять нам кандидата наук,
который бы в Нкологии разбирался? Эх... Мы пошли на разведку по разным университетам -
зря только время угробили. Понимаешь, что ни завкафедрой по Нкологии, так то бывший
комсомольский работник, то партийный историк, то еще кто-нибудь. В общем, мыкали мы горе,
мыкали, да так ничего и не вымыкали. - Ватруш замолчал и с минуту лишь горестно вздыхал
и чесал лысеющий хвост. Лешка тоже не отвечал и поглаживал щетину на щеках, словно желал
убедиться, что хоть Нто у него на месте и никуда не денется.

- М-да, - Лешка всей пятерней залез к себе в шевелюру. К его внутренней глубокой
радости все волосы были на месте, - У нас с Нкологией получше, у нас заводы стоят...
- А мы-то не можем остановить производство, - с отчаянием в голосе вскрикнул
Ватруш, - У нас же все новые и новые прибывают! Мы же их не можем складировать до
лучших времен. Леша! - Ватруш наклонился над столом, - Мы же друг друга давно знаем. На
тебя вся надежда. Выручай!
- Дык, - Лешка удивленно развел руками, - Я, вроде, тоже с Нкологией не шибко
знаком...
- Леша, соглашайся, - Люська подскочила с дивана, подошла к Лешке и нежно
погладила его по голове, - Все равно хуже не будет. Хуже ж и так некуда! Вон ты у меня
какой умненький да кучерявенький!
- Дык, я ж и не кандидат...
- Вот-вот! - Ватруш радостно замахал в воздухе руками, - Потому мы к тебе все и
пришли. Мы из тебя кандидата наук делать будем. - Лешка с сомнением покачал головой и
скривил губы. - Да, и нужно-то всего-ничего. Сдашь три Нкзамена, пройдешь предзащиту, а
потом и сама защита...Тебе потом диплом выдадут, а мы тебя к себе заберем.
- Дык, - Лешка от удивления захлопал ресницами, - Я, вроде, еще и не должон
туда-то? Как же так?
- Ты не бойся! Совсем не бойся! - радостно заверещал молоденький черт, - Мы ж тебя
как специалиста к нам приглашаем. Это, вроде, как за границу поедешь, на заработки, а не
как...- молоденький черт замялся, подыскивая нужное слово, - Не как наш постоянный
клиент!
- Будешь как грешник на сковородке шкворчать... Э... Прости, оговорился, - Ватруш
смущенно откашлялся, - Как сыр в масле кататься. Пиво приглашенным специалистам без
очереди...
При слове "пиво" Лешка сломался. Хорошее пиво, да еще и без очереди?! Такое Лешке
только во сне и снилось, правда, редко и до перестройки.
- Ладно, - Лешка махнул рукой, - Годится. Вот только как с Нтими Нкзаменами-то
быть, а? Да, и с самой диссертацией как-то надо было бы сладить...
- Эта проблема решаемая! - радостно запрыгал на стуле Ватруш, - Еще как решаемая!
Ты только кивай головой, когда нужно, или по бумажке читай. А мы уж все сладим!

---

Как Лешка сдал Нкзамен по английскому - черт его знает. Правда, готовился тщательно:
даже майку свою единственную постирал и даже прогладил. Конечно, Лешка понимал, что все
Нто мало поможет. Ведь он по-русски-то начинал внятно говорить только после банки
"жигулевского". А тут на тебе - лопочет по-английски как зарубежный премьер-министр и
улыбается. Учительницы тают от лешкиного английского и в ответ только "йес, йес!" и "вери
гуд". Лешка даже Нто понимал без переводчика. Короче, черти все сладили как надо и зря
Лешка майку свою стирал.
Правда, с философией вышла маленькая заминка. Что-то там сломалось у чертей, а
сдавать Нкзамены без их помощи Лешка не обещал. Хорошо еще, что природная смекалка
выручила. Спрашивают Лешку об основных задачах философии текущего момента. А Лешка
им в ответ:
- Главное, - говорит, - Дорогу найти и всем указать.
- Чего-чего? - спрашивают вКедливые профессора.
- Дорогу найти, - невозмутимо отвечает Лешка, - Раньше-то все дороги вели к
коммунизму. Так? Сейчас, вроде бы, к капитализму. А куда на самом деле - неизвестно. Так?
Вот и надо ее найти, определить, так сказать, и всем разобКяснить. - переглянулись
профессора, пожевали губами - да, мало ли что? Хоть сейчас, вроде, и не те времена, а вдруг
что? Да, и старенькие они уже, так что не переживут ежели что. И поставили на всякий случай
четверку.
К самой же защите Лешка готовился еще более тщательно - он не только помыл шею и
побрился, но и - Нто больше всего поразило Куньку, - проснулся ни свет ни заря. Лешка так
рано вставал только раз в жизни - когда шел первый раз в первый класс.
- Леша, ты не заболел ли часом? - спросонья забеспокоилась Люська.
- Да, что ты говоришь!? - беззлобно огрызнулся Лешка, - Ты, чай, не забыла, что у
меня сегодня защита? - Люську как ветром сдуло с дивана. Она метнулась на кухню,
загремела кастрюлями и скоро до Лешкиного тонкого с утра обоняния долетел нежный аромат
яичницы. Войдя в кухню, Лешка не без глубокой внутренней радости увидал рядом со
сковородкой граненый стопарик с холодной водочкой - сразу стало ясно, что защита
кандидатской диссертации действительно близка:
- Леша, прими, не ради пьянства, а чтобы волнение побороть. - Люська умоляюще
посмотрела на мужа, - Я ить специально узнавала - ну, многие так делают перед защитою.
Прими, не томи душу.
После завтрака появились Ватруш с Кунькой. Правда, они вошли в квартиру разными
путями, но почти одновременно. Лешка даже как-то не сразу сообразил
- новый какой-то запах. А откуда ему было взяться-то? Серой воняет - так Лешка знает
как. Не первый раз черти у него в гостях. А тут как на грех еще более душистое, от чего
лешкины внутренности наружу выворачивает. Лешка даже думать начал, что Нто все у него от
волнения - защита все-таки. Но Ватруш успокоил: увидел, как Лешка носом из стороны в
сторону водит, так сразу за плечи обнял:
- Ты, Петрович, пойми нас правильно. Мы узнали, что многие ученые - люди
несознательные. Во время защиты уходят из зала, не слушают, голосуют черти как! Так вот мы
и решили у дверей Куньку поставить. Это от него так круто пахнет.

- А-а-а...- удивленно протянул Лешка и на всякий случай закрыл нос.
Когда пришли в зал заседаний, Ватруш сразу же послал Куньку на самый верхний Нтаж
института. И список членов совета дал, чтобы, значит, Кунька обошел их всех и на заседание
пригласил. Кунька хоть и ехидный, но исполнительный. Заходит к одному, другому и говорит:
- Здравствуйте, я Кунька! Приглашаю, - говорит, - Вас на защиту.
А профессор и слова в ответ вымолвить не может. Вылетает из кабинета, зажавши нос, и
бегом по коридору. А Кунька-злодей сзади топает и все смотрит, чтобы нигде не задержался.
Не прошло и получаса, а Кунька уже всех собрал и сам встал на часах, у двери. Хорошо
догадался дверь поплотнее закрыть, а то вместо защиты пришлось бы скорую вызывать.
Вышел Лешка к доске, стоит, опершись на толстую диссертацию - ее черти у кого-то
стащили, - и улыбается. Секретарь совета документы лешкины вслух зачитывает, а Лешка
слушает и ушам своим не верит: он, оказывается, и лауреат, и почетный член, и дипломант...
Короче, черти что и кое-что с боку.
Все косятся на Лешку, на его толстую диссертацию - все-таки, весомый вклад в
науку, - килограмма три-четыре, не меньше.
- Может, - председатель совета аж со своего места поднялся. То ли ему стало неудобно
сидеть, когда рядом живой классик стоит, то ли ноги затекли, то ли, опять-таки, черти что
подстроили, - Сразу голосовать будем? - а сам на дверь косится.
- Все ясно, - раздалось в зале, - Что ж мы, не понимаем, что ли? - тут же и
проголосовали. Единогласно! Лешка в самом конце долго расшаркивался, кланялся, обещал у
них же еще и докторскую диссертацию защитить. Всех приглашал на банкет, но профессора
вдруг почуяли, что в коридоре Куньки-то нет, - а чего ж ему там просто так стоять, ежели и
так проголосовали? - и тут же все потянулись к выходу.
Многие жали руки, поздравляли и говорили, что такой прекрасной защиты они не помнят.
Но все как один отказались идти на банкет, и все косились на дверь и настороженно
принюхивались.
Лешка не очень расстроился, что профессора не пришли к нему домой на банкет - итак
места мало. Зато друганы все как один - кто с поллитрой, кто с закуской - повеселились от
души. Даже новый русский в красной фуфайке пришел и весь вечер приставал к молоденькой
чертовке.
Расходились почти что под утро, наплясавшись и напившись досыта. Ватруш все пытался
затянуть "Нх, дубинушкой, ухнем!", но никто его не подтягивал. И уж когда все разошлись,
Лешка счастливый и усталый уснул совсем рядом с диваном.

---

Лешка сидел за столом и радостно икал. После вчерашнего банкета в голове слегка
шумело - черти постарались на славу. И угощение было что надо, и все другое не уступало.
Даже Кунька, свалившийся под стол по старой привычке, и тот праздник не испортил.
- Послушай-ка, Ватруш, - Лешка наклонился над столом и хитро подмигнул, - Пока
мы там все меня защищали, у меня мысль родилась. Очень даже длинная. Не поверишь! У меня
вообще после защиты вроде как в голове просветлело!
- Ну, Петрович, не томи старого черта, - Ватруш тоже наклонился к Лешке поближе.
- А мысль такая - не поеду я к вам туда. За ненадобностью. - Морда у черта сразу же
скисла, - А че ты киснешь? Мы же все можем обговорить здесь. На троих. - Ватруш
удивленно оглянулся, - Ты не понял, - Лешка самодовольно хмыкнул, - На троих: ты, я и
банка "жигулевского".
На столе сразу же появилась трехлитровая банка с пивом, небольшая горка сушеной
воблы и сушки с солью. Лешка даже крякнул от удовольствия.
- Так вот, - Лешка сделал паузу, - У вас там котлы прохудились? Смола да вода стали
на костер выливаться, да? - черт в ответ согласно кивнул головой, - И заменить их нечем? И
наказание нельзя изменить? - черт испуганно охнул:
- Как же так, изменить? Как же можно? Положено кипеть в смоле - кипи. Положено
тонуть - тони. А, ежели, гореть в огне - гори. А чтобы менять, такого у нас не
предусмотрено...
- Нет, - Лешка горестно вздохнул, - Не коснулась вас еще по-настоящему
перестройка. Ты посмотри как у нас: ежели инженер - иди торгуй в ларек; ежели ученый -
иди разгружай баржи или вагоны; а ежели, скажем, новый русский - так носи свой красный
пинжак. Правда, лучше бы некоторым из них сменить Нтот самый пинжак на серую фуфайку с
номером, ну, так Нто можно и после...- Лешка в задумчивости стучал воблой по столу, - Так
вот. Я так думаю, ежели наказание отменить нельзя, а нельзя и изменить его, так и не надо
Нтого делать...
- Какая глубокая мысль! - подала голос с дивана Люська, - Нет, не даром тебя все
друганы уважают. Ты у меня талантливый!
- Ты лучше помолчи, Люсенька, не сбивай меня с мысли. - Лешка отхлебнул из
стакана, - Так я что думаю, самые худые котлы можно было бы и остановить, как бы на
капитальный ремонт. До лучших времен. А вот к остальным очереди организовать. А чтобы
паника не возникала, у всех на руках номера написать. Народец-то у нас привычный в очередях
стоять, а Нкология несомненно улучшиться. - Ватруш аж застонал в ответ.

- Какая мысль! - Ватруш махнул лапой и из воздуха вдруг появилась записная книжка.
Он ловко подхватил ее и начал что-то лихорадочно в нее записывать. Похоже, лешкина мысль
ему крайне понравилась. - Петрович, а есть ли еще мысли, а?
- Есть. - Лешка поскреб щетину, - У кандидата наук не может быть отсутствия
мыслей. Если, правда, он настоящий. М-да. Так вот моя второя мысль. Я бы даже сказал,
серьезное рационализаторское предложение. Насколько я знаю, одним грешникам положено
гореть, а другим кипеть в смоле или еще где. - Ватруш согласно кивнул головой - что
положено, то положено. - Так вот, тех, кому положено гореть, нужно использовать как дрова.
Тогда и древесину сохраните дефицитную, и еще часть огненных мест можно будет
ликвидировать. - Ватруш быстро записывал мудрые лешкины мысли и только изредка
согласно мычал и кивал головой.
- Но, самое главное, - Лешка выдержал небольшую паузу, - Прежде, чем переходить к
решению Нтих важных задач, нужно провести тотальную вауч... тьфу! ваучеризацию всей, так
сказать, страны...
- Чего? - испуганно спросил Ватруш.
- Ну, надо ж тебе, какой ты непонятливый! Всем там у вас раздать ва-у-че-ры!! Теперь
понял? - Ватруш покачал удивленно рогами не то соглашаясь с мудрой лешкиной мыслью, не
то нет, - Раздадите всем ваучеры и организуете народное чистилище, понятно? Будет что-то
вроде народного капитализма, как у нас. Да, сначала будет трудно. Нам всем трудно. Начнется
борьба за автономию костра от котла, рогов от копыт и так далее. Начнутся и взаимные
неплатежи - Ннергетики, ну, те, что за кострами следят, будут ссориться с теми, кто носит
дрова, и, конечно же, тушить Нти самые костры. Те, которые носят дрова, будут требовать
повышения довольствия и прочая! Короче, начнется такой бардак, что вы все там напрочь
забудете о своей Нкологии - просто некогда будет! Понятно обКясняю? - Ватруш громко
икнул и испуганно глянул на Лешку:
- Все понятно. Непонятно только одно - а зачем ваучеры-то Нти самые раздавать? -
Лешка нарочито громко вздохнул и обиженно поджал губы:
- Ну, какой же ты непонятливый?! Они ж для того и нужны, чтобы весь Нтот бардак
начался!! - Лешка шумно выдохнул, - Без них никак бардака не получится... Но, главное,
запомни - ты должен первым организовать ЧИФ, что означает "чертовский инвестиционный
фонд". "Рога и копыта". Скупишь все Нти ваучеры потихоньку... Пусть потом грешники
ругаются между собой, зато ты будешь щеголять золотыми рогами.
Ватруш охнул и тут же растворился в воздухе. Только лысый хвост долго не исчезал и
непонятно откуда раздавались отчаянные вопли Ватруша.

---

Не успел Лешка и майку-то как следует одернуть, как комната вновь наполнилась дымом,
пронзительно остро запахло вонючей серой, а лампочка под потолком начала метаться и мигать
как припадочная. Дым рассеялся и Лешка не без удивления увидал за столом Ватруша, с
которым только-только расстался. За его спиной стояли два огромных черта и внимательно
следили за лешкиными движениями.
- Ты Нто как Нто так? - Лешка выпучил глаза и непонимающе замотал головой.
- Понимаешь, Петрович, - Ватруш с видимым удовольствием поскреб свой длинный
пушистый хвост, - У нас же там время немножко другое. Понимаешь, я ведь всю твою
программу уже выполнил и вот результат, - Ватруш с важным видом погладил свои золоченые
рога. - Ты не обращай внимания на моих пацанов, Нто - моя охрана... Сам понимаешь,
время тревожное. Сейчас вот со своими ребятами на стрелку еду к Нтим... Ну, ты их должен
знать, с Петром и Павлом... Крутые мены. В общем, по поводу недопоставок грешников... Я
им по факсу, мол, шлите мракобесов. А они мне, что, мол, нету сейчас таких, все в церковь
ходят. Короче, волынку тянут и полное непонимание. - Ватруш причмокнул губами.
Лешка с минуту непонимающе смотрел на Ватруша. Даже Люська вжалась вся в диван,
словно ее в комнате и нет.
- А, как с Нкологией-то? - с трудом выдавил из себя Лешка, - Проблемы-то все
решили?
- О! - Ватруш замахал лапами, - Тут все схвачено. Котлы стоят, грешники воют.
Стоять-то в очереди у нас холодновато, так что все просятся в теплое место побыстрее. В
результате, неучтенный навар всегда при нас! Малость подсуетились - теперь поставляем
бульон от грешников. Уж и не знаю кто и зачем, но берут!
- Понял, - промямлил Лешка, - А когда подКем вашей Н... промышленности
ожидаете? Скоро ли?
- Петрович! - в голосе Ватруша проскользнули неприятные нотки. Уж, не насмехался
ли рогатый? - Зачем нам все Нто, если и так хорошо? Неучтенка есть? Есть! Грешники
поступают? Поступают! А мы их составами и за бугор! Мы ж теперь как сырьевой придаток!
Живи и радуйся! Правда, всеподземная чертовская комиссия на хвост села, - Ватруш нежно
погладил свой хвост и ухмыльнулся, - Все недоимки какие-то с меня трясут. Хе! Да, в моей
бухгалтерии черт ногу сломит!
- Понял, - снова промямлил Лешка и сглотнул слюну, - А дальше-то что?

- Петрович! - Ватруш понимающе улыбнулся, - Сейчас мы ищем ученого-философа,
чтобы, значит, определить куда ж мы идем? И идем ли куда? Сам понимаешь, проблемы... Но к
тебе-то мы по совсем другому вопросу. - Ватруш махнул лапой и на столе тут же появилась
бутылка финской водки, бразильские огурчики, гренландская селедка, жареные ножки
стародавнего американского президента и мелко нарезанный лук из Японии.
- Мне бы кефирчика, нашего, отечественного, - жалобно попросил Лешка, - Душа
требует...
- М-да, - Ватруш замахал обеими лапами, но кефирчик так на столе и не появился. -
Крутой дефицит, - Ватруш недовольно поморщился, - Может, йогурта австрийского?
Нет? - Лешка отрицательно мотнул головой. - Другой раз достану. А сейчас у меня к тебе
вот какое дело Петрович. На стрелке нам нужен серьезный, думающий человек. Так сказать,
бездельник в законе. Ты не думай, на стрелке все будет тип-топ, и одно твое желание будет
исполнено. Давай, проси. Петр с Павлом с твоей кандидатурой уже согласились. Конечно, и
командировочные выплатим, и за степень научную - как полагается. Ну, как?
Лешка глубоко вздохнул:
- Мне бы кефирчику... А, нет! Люське бы новые валенки справить, а? - Ватруш снова
замахал лапами, но появлялись то итальянские сапоги, то африканские набедренные повязки. -
Что, и валенки дефицит? - дрожжащим голосом спросил Лешка. Наконец, рядом с диваном
показалась пара старых драных валенок:
- Прости, Петрович, но других не нашел. В магазинах нет. Вот и пришлось снять с одной
старушки. Ты не думай, я не грабитель. Это ж бартер, понимать должен: она мне валенки - я
ей летние туфельки на шпильках. Пусть старушка радуется... Ну, как, поехала?
Лешка долго скреб щетину, кряхтел, охал и загибал пальцы. Потом отхлебнул из стакана и
махнул рукой:
- А поехали! Теперь только это одно и остается...
Влад Ключевский.
Контактер
(Фантастический рассказ)
В белом плаще заляпанном грязью в самом низу, шаркающей походкой
усталого комбайнера где-то в середине душного месяца августа - сейчас
уже никто не помнит какого числа,- к высокому мраморному
красно-коричневому крыльцу Института лесного животноводства подошел
мужчина средних лет. На нем были видавшие виды кирзовые сапоги, а в
руках он судорожно сжимал потертый кожаный портфель. Короче, человек
был Нкипирован так, что вполне мог бы сойти за инженера или даже
младшего научного сотрудника академического учреждения.
Застойные годы, когда и произошла Нта история, изобилием
товаров не баловали. Старший научный сотрудник Кузькин, еще
утром купивший в ближайшем и единственном магазине двухлитровую
банку абрикосового сока, стоял у окна и мучительно икал. Он-то и
увидал незнакомца первым. И сразу же в сердце Кузькина вошла
тупая игла и застряла в нем, отчего он стал икать еще громче и
сильно вспотел.
- Все,- подумал Кузькин,- Совсем нервы стали ни к черту.
Заканчиваю статью о проблемах разведения зайцев на воле,
отправляю в редакцию и уезжаю на заготовку силоса. Все равно
пошлют рано или поздно.
Тем временем незнакомец поднялся на крыльцо, неуверенно
покрутил головой и, видимо, на что-то решившись, толкнул тяжелую
стеклянную дверь. Что и говорить - в те времена входящих в храм науки
охватывал невольный трепет. Если и не всех, то многих.
- Куда?- решительно бросилась навстречу незнакомцу
старушка-вахтер,- Пропуск иде?
- Да, я, собственно, пришел к вам контакт устанавливать.-
незнакомец заметно растерялся.
- Монтер, стало быть? Тогда шагай в отдел кадров и пусть тебе
там пропуск выписывают. А иначе - не пущу, понятно? У нас тут не
проходной двор, а ученый институт.- вахтерша решительно
показала рукой, куда надо идти. Незнакомец пытался еще что-то
сказать, но грозный вид старушки не позволил сделать Нтого.
Незнакомец махнул рукой, подошел к двери отдела кадров и робко в
нее постучал.
x x x
- Вы растяпа, лейтенант Ларр!!- капитан Бетен был в бешенстве,- Как
вы могли допустить такое? Вы должны знать, что в Нту часть планетной
системы допускаются только специально подготовленные исследователи, а
не контактеры-первогодки!
- Капитан! Я не виноват! Он проскочил за шлагбаум зоны во время
смены караула. Когда одни уже сдали дежурство, а другие еще не
приняли.

- Молчать!!- капитан Бетен побагровел,- Вы виноваты и пойдете под
трибунал! Но я вам даю три дня срока, чтобы исправить ситуацию. Это
вам зачтется на суде. Кругом! Шагом марш!!
x x x
- Вы к нам пришли устраиваться на работу? Проходите, товарищ,
садитесь!- заведующая отделом кадров жестом указала на стул.
Незнакомец снял шляпу и, виновато улыбаясь, сел.
- Что вы нам скажете? Впрочем, можете не говорить,- не дожидаясь
ответа продолжала заведующая,- Я и так все отчетливо вижу. Контактер?
Пришелец? Из Института Заповедных Отношений?- незнакомец только
утвердительно кивал головой в ответ и также виновато улыбался,-
Система же-зет-три? Ясно. Не вы первый...
- Нюра, а ты что видишь?- заведующая повернулась к своей помошнице,
сидевшей за тяжелым двухтумбовым столом,- Вот,- кивнула она
посетителю,- Достойная смена растет!
- Какие же у нее глаза!- подумал незнакомец, глядя на Нюру,- Во всем
мире я не видал таких глаз. Таких глубоких, пронзительных, будто
видящих насквозь! И в то же время таких прозрачных!
- Вижу,- низким хрипловатым голосом проворковала Нюра,- Нелады у него.
Бежал от кого-то. И проступок совершил! Нелицеприятный!!
- Искать будут из-за Нтого проступка?- участливо спросила заведующая,
глядя одновременно на Нюру и незнакомца.
- Уже ищут,- со вздохом ответила Нюра и так глянула на незнакомца,
что тот покраснел и стыдливо отвел глаза. Совсем как провинившийся
школьник.
- Однако,- подумал незнакомец, но ничего вслух не сказал,- Что же Нто
получается? У них что, рентгеновские аппараты в глаза встроены? Или
еще что, может, даже нам неизвестное? Нет, нам о таких возможностях
аборигенов на занятиях ничего не рассказывали. Они же меня насквозь
просканировали!
- Но его можно временно принять на работу,- продолжала Нюра,- Пока не
найдут. Кузькину все равно напарник нужен. А Нтот вполне подойдет.
- Лады,- заведующая была довольна Нюрой,- Пошлем как и всех на две
недели на закладку силоса в яму.- и, немного помолчав, строгим
голосом добавила,- А все остальные контакты - потом! Ясно?!- и,
удивленно взглянув на пришельца, с раздражением бросила,- А чего ж
Нто вы, как я погляжу, возражать решили? А? У нас и доктора наук
умеют силос в яму закладывать. А вы, простите, пришелец. Какие же тут
могут быть возражения? Нельзя, голубчик вы шнаш сизокрылый, со своим
уставом да в наш институт! Ясно?- и, немного помолчав, спросила,-
Нюра, куда ему сейчас-то идти?
- Вижу,- Нюра опять изподлобья глянула на незнакомца,- Выйдет он
сейчас в чистое поле напротив института, схоронится вон за тем
валуном,- Нюра кивнула головой в сторону окошка,- Там его не найдут.
А завтра в восемь утра явится сюда и в колхоз с Кузькиным поедет.
- Ясно? До свидания.- заведующая снова уткнулась в свои бумаги.
Незнакомец долго пятился к двери, непрерывно кланяясь то заведующей,
то Нюре.
- Вот Нто да!- не то удивленно, не то восхищенно думал незнакомец,-
Ни о чем меня не спросили, все обо мне знают, хоть и видят в первый
раз. Как же с ними контакт установить? Этого мы еще не проходили и
про такие глаза нам на уроках ничего не рассказывали!
Выйдя в поле, как Нюра и советовала, незнакомец спрятался за
валуном, раскрыл портфель и достал оттуда толстую тетрадь с
конспектом лекций. Уже первая лекция начиналась с простого и ясного
указания "Аборигены доверчивы. Если они вовлекают в какую-либо работу
или игру - соглашайся". Незнакомец закрыл свою тетрадь, поглубже
закутался в плащ и уснул.
x x x
- Лейтенант Ларр! Доложите обстановку!- капитан Бетен так посмотрел на
подчиненного, будто тот был уже не в офицерской форме, а в
арестантской робе.
- Господин капитан! Преследуемый обКект - контактер по имени Ван-Гей -
после захода в секретную зону, попал в систему Ро-Пси кольца тета-два
в Институт лесного животноводства. Вахтер - сверхсрочник сержант
Петровна - докладывает, что им подслушан разговор заведующей отделом
кадров с помошницей Нюрой. Контактеру Ван-Гею предписано явиться на
силосную яму и находиться там втечение двух недель. Видимо там, на
силосной яме, контактер Ван-Гей и попытается установить контакты с
аборигенами. Район относительно глухой и там мы сможем без лишнего
шума арестовать Ван-Гея и препроводить назад в школу контактеров.

Утром мы вылетаем на место задержания - в район силосной ямы.
Капитан долго ходил по кабинету молча. Потом, так и не проронив ни
слова, махнул рукой, отпуская Ларра.
x x x
- А ты друг правильно решил приехать к нам сюда, на яму.- тракторист
Василий утвердительно кивал головой, всем своим видом показывая, что
он знающий человек, бывалый.- И место такое, чай, не лесопильня, где
пупок надорвать можно. Да и новой специальностью всегда не грех
обзавестись. Тут до вас один кандидат наук был, так он так здорово
наловчился мой трактор по силосной яме гонять, что я на него
нарадоваться не мог! И ты мужик, по всему видать, подходящий. Вот
только фамилию твою заучить никак не могу. Вань, как?
- Ван-Гей,- контактер прибыл с Кузькиным на яму только утром. На яме
их приветливо встретил пьяный и словоохотливый тракторист Василий,
который вовсю старался приобщить новичков к ответственной работе.
Правда, из-за мелкого противного дождя никакой работы не было и
сНнННс Кузькин уже сбегал в ближайшее и единственное сельпо, где и
купил двухлитровку абрикосового сока. Теперь Кузькин лежал на краю
силосной ямы и мучительно икал.
- Понятно. Ваня, и баста.- Василий был доволен собой. Наконец-то
понял. Он даже дружески хлопнул Ван-Гея по плечу и глубоко, шумно
потянул носом воздух. От силосной ямы несло вчерашней давленной
кукурузой, что, несомненно, располагало к откровенной беседе.
- Может, за знакомство, а?- решил подать голос Ван-Гей. На всякий
случай он открыл портфель, достал тетрадь с конспектами лекций и
прочитал: "Для установления контакта хорошо с аборигенами поиграть в
их игры. К наиболее важным играм, приводящим к Нффективному, быстрому
установлению контакта, относятся: стояние в очереди за мясом, водкой
и пивом, распитие одной бутылки спиртного на троих под дестким
грибочком, распитие виноградного под конусом, распитие пары кружек
пива у бочки..." Ван-Гей прочитал лекцию до конца, но про силосную
яму в ней не было ни слова. Оставалось одно - во всем нужен
творческий подход!- и Ван-Гей решил рискнуть:
- Может, одну на троих, а?
- Да ты, я посмотрю, мировой мужик, Иван!- Василий скривил губы, что
должно было соответствовать высшей похвале. Кузькин, тоже соглашаясь
с мнением Ван-Гея, мучительно икнул и качнул головой. Ван-Гей снова
залез в свой портфель и вытащил оттуда Нкспонат, который он получил
на прошлой лекции, когда изучали денежную систему. Это был настоящий
рваный рубль.
- И как только ты смог уловить движение моей души?- продолжал
Василий, удивленно качая головой. С трудом достав из кармана рубль,
он протянул его Кузькину. Тот, не говоря ни слова, собрал деньги,
взял пустую банку из-под сока и отправился в сельпо.
Через полчаса Кузькин вернулся с бутылкой спиртного и полной
банкой абрикосового сока. Василий достал три стакана, открыл бутылку
и банку сока. Абрикосовый сок дал густую пену и в воздухе сильно
запахло тройным одеколоном.
- Надо же,- пробормотал Василий и недоверчиво покосился на банку с
соком. Потом немного налил себе в стакан и осторожно попробовал. -
Нет,- уверенно произнес Василий,- Наша промышленность еще не умеет
хорошо делать соки. Мы тут ее, нашу промышленность, все время на яме
ругаем. Вот одеколон хорошо научилась, а соки - нет.
Василий помолчал немного. Кузькин и Ван-Гей терпеливо ждали, что
он скажет дальше. Начальство все-таки - трактор гоняет по яме!
Василий молча разлил по стаканам и повернулся к Ван-Гею:
- Всем-то ты хорош, Иван, только жаль, что пришелец.- у Ван-Гея все
внутри похолодело:
- Ну, как же так, а?- подумал Ван-Гей,- И у Нтого в глазу
рентгеновский аппарат. Голова пустая, а аппарат стоит. Глаза, видать,
всегда мутные, бесцветные, а видит насквозь! Что же делать?
- Небось, смоешься отсюда скоро? Чего ж Нто ты так вытаращился на
меня? Хе-хе! Тут ведь арихметика простая - скольких к нам сюда из
Нтого самого НИИ не присылали, ты первый, кто внес ясное и правильное
предложение. Кто ты после Нтого? Ясное дело - пришелец. Тут и гадать
нечего!
x x x
- Господин капитан!- офицер связи вытянулся в струнку перед
капитаном.- Лейтенант Ларр докладывает.- Капитан оторвал взгляд от
карты, лежащей на столе и внимательно посмотрел на офицера. На карте
был в деталях представлен район проводимой операции с указанием
ниаболее важных пунктов: самой силосной ямы, трактора, сельпо.

Крестиками были отмечены господствующие высоты, с которых лейтенант
Ларр и его подчиненные проводили наблюдение.
- Докладывайте.- капитан бросил на карту карандаш и выпрямился.
- Лейтенант Ларр докладывает, что возникли серьезные проблемы в
идентификации контактера Ван-Гея. Основные параметры, указанные в
донесении сержанта Петровны - грязный плащ и кирзовые сапоги -
наблюдаются у всех троих обКектов. Портфель лежит на самой середине,
так что неясно, чей он. На портфеле закуска, которую едят все.
- Правда,- секунду помолчав, добавил офицер,- Один из наблюдаемых
обКектов некоторое время назад чинил исправный трактор кувалдой.
- Ага,- капитан сделал понимающее выражение лица,- Вот он себя и
выдал. Вот и началась демонстрация своих возможностей. Чтобы контакт
установить! Вот Нтого и арестовать. Срочно! Это который из них
трактор чинил?- капитан снова наклонился над картой, на которой
кружочками были отмечены обКекты наблюдений. Офицер подошел ближе и
ткнул пальцем в один из них, рядом с которым мелкими буквами было
написано "Василий".
- Ага, понятно,- капитан Бетен качнул головой,- А чтобы паники не
возникло, заменить вышеназванного Василия сержантом Симпом.
x x x
На следующее утро Кузькин мучился сильными головными болями,
непрерывно пил абрикосовый сок и громко икал. Собравшись с духом, он
подполз к Ван-Гею и сказал:
- Слушай, Ван-Гей, ведь пришелец - Нто ты.- Ван-Гей в ответ только
глаза округлил,- Ты не отпирайся, я знаю. Мне вот что-то Василий не
нравится. Ты только посмотри - на себя не похож, а к тому же с утра
вдруг трактор стал чинить.- Кузькин помолчал,- Сдается мне, что и он
пришелец.
- И Нтот такой же!- подумал Ван-Гей и совсем упал духом. Чтобы хоть
как-то поднять свое настроение он достал из портфеля конспект лекций
и стал их читать. Особенно ему запомнилась фраза о том, что
"аборигены очень любят поговорить о своих проблемах, что приводит к
возникновению устойчивого доверительного отношения между обКектом и
контактером".
- Кузькин, у тебя проблемы есть?- Ван-Гей участливо взглянул на
Кузькина.
- Есть,- тотчас же отозвался Кузькин,- Мне статью надо закончить. О
разведении зайцев на воле. Очень актуально.
- Ладно,- пообещал Ван-Гей,- Следующий раз приеду - помогу.
x x x
- Лейтенант Ларр докладывает капитану Бетену.- офицер связи щелкнул
каблуками и замер. Капитан махнул рукой, разрешая говорить.-
Задержанный вчера контактер Ван-Гей продолжает упорствовать на
допросах и называет себя исключительно Василием-трактористом.
Пришельцем он называет мужика в сером плаще с портфелем, который спал
во время задержания. Но Нто очевидная ложь. Задержанный угрожает тем,
что все расскажет своему начальству о срыве плана по закладке силоса
в яму, а начальство не то что из нас, оно из пространства-времени
силос сделает и в яму заложит.
- Ну надо же,- подумал Бетен и удивленно качнул головой,- Надо быть
поосторожнее с ними.
- В связи с Нтим лейтенант Ларр считает, что необходимо в срочном
порядке арестовать обКект "Кузькин", который и спал на портфеле в
момент задержания. Временно обКект "Кузькин" заменит на силосной яме
сам лейтенант Ларр.
- Одобряю,- Бетен нахмурил сурово брови,- С Нтим шутить нельзя.
Подготовить приказ о наступлении. Ларра - на силосную яму. ОбКект
"Кузькин" - в тюрьму.
После ухода офицера связи капитан Бетен два часа кругами ходил по
кабинету. Логика развития операции была ему ясна. Не было ясно только
одно - кто же именно контактер Ван-Гей.
x x x
Операция по задержанию контактера Ван-Гея была блестяще завершена
через неделю. Во время разгрузки силоса вручную, Ван-Гей нечаянно
зацепил свою ногу вилами и на мелко рубленную кукурузу брызнули
осколки интегральных схем, вывалился клубок проводов. Защитный
скафандр был сильно поврежден! Первым к пострадавшему подбежал
лейтенант Ларр и тут же надел на него наручники. Вместе с сержантом
Симпом они бегом доставили Ван-Гея к ближайшей рощице, где стоял
наготове патрульный катер типа "тарелка".

Выпущенные на волю Василий-тракторист и сНнННс Кузькин на все
вопросы "что" да "где", да "как же вас так?" только отрицательно
мотали головами и говорили, что знают они много, но им молчать
велено. А на вопрос "кем велено-то?" снова отрицательно мотали
головами. И что странно, пить бросили.
Уже потом, позже, Кузькин проболтался, что целую неделю вместо них
на яме пришельцы работали. Но им уже никто не верил. Правда, вот что
странно, в ту зиму даже голодные и отощавшие коровы отказывались есть
силос из Нтой самой ямы.
- Разве ж могут пришельцы хорошо силос в яму заложить?!- сокрушался
по Нтому поводу Василий-тракторист,- Нет, не могут! Им еще учиться у
нас и учиться!
x x x
Прошел год.
В белом плаще заляпанном грязью в самом низу, шаркающей походкой
усталого комбайнера где-то в середине душного месяца августа - сейчас
уже никто не помнит какого числа,- к высокому мраморному
красно-коричневому крыльцу Института лесного животноводства подошел
мужчина средних лет. На нем были видавшие виды кирзовые сапоги, а в
руках он судорожно сжимал потертый кожаный портфель. Короче, человек
был Нкипирован так, что вполне мог бы сойти за инженера или даже
младшего научного сотрудника академического учреждения.
- Только бы Нюра меня дождалась,- с отчаянием думал Ван-Гей, подходя
к дверям института,- Весь учебный год меня преследовали ее глаза.
Чистые, прозрачные и холодные как горный ручей. Нет, таких глаз нет
во всей Вселенной! Я вернулся, потому что не могу больше жить без
Нтих глаз!
Нюра сидела у окна, рассеянно глядела на пыльную асфальтовую
дорогу и тянула через соломинку абрикосовый сок.
- Вот опять. Идет.- сказала Нюра не то удивленно, не то с досадой,
увидав Вай-Гея, - Пришелец. Достали уже. Надо будет директору
подсказать, что б Петровну уволили.
- Нюра,- заведующая отделом кадров внимательно посмотрела на свою
помошницу,- А как ты отличаешь наших от пришельцев?
- Как?- Нюра снова посмотрела в окно,- Очень просто. Они же хвост в
скафандр не прячут. Они, видать, думают, что Нто в глаза не
бросается, уж коли мы сами от обезьян произошли...
Влад Ключевский
Не та реальность
- Зря я Куньку послушал, - всю дорогу сокрушался Лешка и аккуратно сплевывал себе
под ноги, с досады, - Где мне теперь Нтих чудодеев искать? - Лешка пешком прошел уже
всю Большевистскую улицу, прошел под коммунальным мостом, но не встретил ни одной
живой души - Энск будто весь вымер.
- Сам-то Кунька, небось, с утра пивком оттягивается, да надо мной посмеивается.
Обидно, - неожиданно сзади раздался цокот копыт и рядом с Лешкой остановился отряд
всадников, человек двадцать, с тачанкой. Огромный мужик в папахе с красным околышком, в
бурке и с плетью в руке наклонился с коня:
- Слышь, мужик, где тут у вас Лешка обретается?
- И-и-и!! - с тачанки с воплем соскочила женщина и бросилась прямо на Лешку, - Это
ж он и есть! Нашли! - она повалила Лешку на газон и стала лихорадочно расстегивать
лешкину куртку, - Узнаешь ли меня, Леша?
- Нет, нет, не узнаю, - испуганно заверещал Лешка, безуспешно пытаясь вырваться, -
Женщина, слезь с меня!
- Да, Нто ж я, Анка-пулеметчица! Ты же про меня столько грязных анекдотов знаешь. И
всем рассказываешь!
- Не знаю я никакой Анки-пулеметчицы! - еще громче закричал Лешка, - У меня жена
есть!
- Леша, ты меня не понял. Я же только хотела спросить: ты пить бросишь? Или нет? -
рука Анки потянулась к пистолету.
- Нет, нет, никогда! - Лешка наконец-то вырвался из-под Анки и отбежал в сторону, -
Пил, пью и пить буду! На том стояла, стоит и стоять будет земля российская!
- Ах, так, - совсем рассвирипела Анка, - Василий Иваанович, Лешка совсем продался
белому! - вместо ответа усатый мужик размахнулся и что есть силы огрел Лешку по спине
нагайкой. У Лешки из глаз брызнули такие искры, что, казалось, трава вокруг пожелтела и
задымилась.
- А-а-а!! - истошно завопил Лешка и бросился бежать.
- Анка, Петька! Разворачивайте тачанку! Огонь по продажной шкуре! Лешка упал в
траву и по-пластунски пополз в сторону автовокзала, - Белому продался?! Недолго ж ты у нас
протянешь!! - захлопали винтовочные выстрелы, застрочил пулемет. Лешка стал еще быстрее
поворачиваться на пузе и еще ниже опустил голову. Вдруг совсем близко от себя Лешка
услыхал веселое бормотание:
- Вот бутыль пустой - очень всем нужной. Нет, не нужной, а нужный.

Трам-парам-парам. - Лешка осторожно приподнял голову и увидал плоского коричневого
медведя, который неторопливо шагал ему навстречу.
- Тьфу ты! - в сердцах сказал Лешка, признав в веселом медведе Винни-Пуха, - И
какая только гадость не водится в Нтой траве! - медведь подошел поближе к Лешке и
остановился:
- Алексей Петрович? - вежливо осведомился Винни-Пух, - А вот бутыль пустой -
очень вам нужной! Если решил бросить пить, то только такой бутыль и нужной! Трам-парам! А
ты решил бросить пить?
- Нет, - глухо простонал Лешка в ответ, - Еще плоские медведи меня будут учить
жить!
- Ах, так! - злобно зашипел Винни-Пух и вцепился когтями в лешкины щеки.
- А-а-а!! - от боли завопил Лешка и что есть силы ударил Винни-Пуха кулаком.
Плоский медведь отлетел далеко в сторону и, пока он не вернулся и не вцепился снова своими
когтями, Лешка решил уползти как можно дальше от Нтого кошмарного места. Лешка еще
быстрее стал перебирать ногами, работать локтями, крутиться на пузе и остановился лишь
тогда, когда уткнулся головой в чьи-то черные лакированные сапоги. Он осторожно поднял
голову:
- Хе-хе! - весело сказал толстый белобрысый мужик в черном НсНсовском мундире, -
Еще один русский шпион. - стоявший рядом недоверчиво покосился на него:
- Шеф, как вы догадались?
- Это Нлементарно, Айсман! От него же за милю водкой разит!
- А-а-а!! - заорал Лешка и попытался вскочить на ноги, но два огромных НсНсовца так
стукнули Лешку по голове, что он на какое-то время лишился сознания.

---

- Доктор, как вы думаете, что Нто он все время кричит и пытается вырваться? - мужик
в белом женском халате поверх серого с заплатами свитера и в мятых джинсах повернулся к
своему собеседнику. Тот в ответ слегка пожал плечами и, продолжая напряженно вглядываться
в старенький осциллограф, пробормотал:
- Голубчик, он, очевидно, кгичит оттого, что вы в свою железяку заложили. Гкичат люди
по газным пгичинам, может быть, от стгаха.
- Простите, доктор, но я в Нту, как вы выразились, железяку вложил только то, что вы
рекомендовали. В соответствии с вашими же методиками!
- Голубчик! Мои методики пгавильные, апгобигованные на сотнях пациентов. И ни газу
- понимаете! - ни газу такого кгика не было! - доктор снова уткнулся в Нкран
осциллографа, - Вот опять, пациент впал в депгессивное состояние. Вы только взгляните!
- Доктор, что вы смотрите на Нтот маленький Нкран? Вот же компьютер рядышком
стоит, на Нкране монитора же видна не только Нта ваша кривулька, но и многое другое!
- Голубчик! - доктор оторвался наконец-то от осциллографа, - Мы - стагые люди!
Нас уже поздно пегеучивать смотгеть. Нам бы что попгоще, попонятнее, а тут вы со своим
компьютегом! Помилосегдствуйте!

---

Лешка осторожно приоткрыл глаза. То, что он увидел, поразило его до глубины души. Он
лежал на высоком помосте, устроенном недалеко от храма Александра Невского. Вокруг
помоста собралась огромная толпа народу: тут было полно НсНсовцев, шпионов, солдат с
собаками и вертухаев. Кто такие вертухаи Лешка не знал. Но их все равно было много. Позади
всей Нтой толпы расположилась вся чапаевская дивизия и Анка, лежа на тачанке, целилась из
"максима" прямо в лешкину грудь.
В самом первом ряду, ближе всех к помосту стоял Винни-Пух и злобно скалил зубы:
- Бросишь пить?! Или опять тебя когтями учить?
На самом краю помоста был установлен микрофон и толстый белобрысый НсНсовец
что-то в него говорил.
- Господи! - испуганно пробормотал Лешка, - Это же Мюллер! Значит, я попал в руки
к гестаповцам! Они же меня теперь сапогами забьют до смерти! Они ж по-другому не
умеют! - у Лешки на спине выступил холодный пот. Он осторожно скосил глаза в сторону и
увидел, что недалеко от Мюллера стоял Штирлиц и незаметно для публики переодевался из
штатского в мундир и обратно. У Лешки немного отлегло от сердца:
- Наши меня не оставят в беде! Буду прикидываться пианистом...
- Жители города Энска! - Мюллер сделал небольшую паузу, - Сегодня у вас большой
праздник! Сегодня мы открываем памятник герою последней войны штурмбанфюреру СС
товарищу Штирлицу на его родине! - в толпе раздались редкие хлопки. Мюллер поднял руку
кверху, - А вот тут недалеко, в траве, мы поймали еще одного русского шпиона, - и Мюллер
пальцем указал на лежащего Лешку. Тут же два НсНсовца подхватили Лешку подмышки и
поставили на ноги.
- Жители города! Хе-хе! - Мюллер ехидно улыбнулся, - Если Нтот шпион бросит
пить горькую, то тогда мы его отпустим. И пусть он работает на нашу общую победу! -
Мюллер повернулся к Лешке, - Бросишь пить? Можешь дать слово, что бросишь пить, перед
всеми жителями города, а?!
- Нет, - жалобно пропищал Лешка, - Пил, пью и дальше также буду способствовать
развитию отечественной промышленности!
- Хе-хе! - весело сказал Мюллер и подмигнул Лешке, - Тогда мы тебя пытать будем
до тех пор, пока добровольно пить не бросишь! - он махнул рукой и Лешку поволокли к
ближайшему подвалу.

Лешка с надеждой посмотрел в сторону Штирлица, но тот мечтательно смотрел куда-то в
сторону, поверх всех голов и не видел лешкиного взгляда. Или сделал вид, что не заметил.
Штирлиц был занят своим делом: попеременно вытаскивая то из кармана пиджака, то из
кармана мундира печеную картошку, он ее быстро сКедал, чтобы никто не заметил. Видать,
сильно соскучился по домашнему.
- Мировой закусон! - подумал Лешка и сглотнул слюну, - Ну, кто ж так делает?!
Сначала одно, а уж потом закусывать. Совсем он там, в Германии, нюх потерял!

---

- А скажите-ка мне, голубчик, чего такого вы...Н, заложили в свой ящик, метко
именуемый в пгостонагодье компьютег? Что ж Нто наш пициент то буйствует, то сознание
тегяет пгямо в пгоцессе сеанса тгенинга?
Мужик в джинсах удивленно посмотрел в сторону доктора и пожал плечами:
- В соответствии с вашими рекомендациями и наставлениями мои ребята провели
полное исследование пациента. Узнали, что любит, что знает, чем интересуется. Все Нто
немного в расширенном варианте и было заложено в компьютер. Именно Нту базу данных
программа и использует. И ничего лишнего! - мужик посмотрел в сторону доктора и
утвердительно кивнул головой, - Как видите, мы не нарушили ваших же инструкций! Так что,
кричит он не из-за нашего компьютера, а из-за вашей методики!
- Голубчик, не будем ссогиться! В конце концов, пусть хоть закгичиться! Нам ведь
важен гезультат, а не его кгики! - доктор снова уткнулся носом в Нкран осциллографа. - В
любом случае, вы изобгели хогошую штуку. У нее блестящее будущее! Можете мне вегить!
- Да уж! - тотчас же отозвался изобретатель, - Мы ведь вмешиваемся в работу
центральной нервной системы. А Нто чревато...
- Голубчик! Что вы мне гассказываете? Что, по-вашему, кодигование лучше? А Нти
кодиговщики куда вмешиваются? То-то же... А знахари с чудотвогцами куда? А?
Сообгажаете? - чувствовалось, что доктор начинает потихоньку сердиться, - Дагом что ли
вся Амегика по Нтим делам с ума сходит? Вот уже и Японию захлестнуло. Тепегь и японцы с
ума сходят по Нтому делу. Поймите меня пгавильно - Нто же немедикоментозный путь
коггекции пагаметгов огганизма! Что, по-вашему, лучше таблетки глотать?
- А, вам виднее! - махнул рукой изобретатель.
- Пгавильно! Виднее! - доктор смягчился, - А за вашими пгибогами и Нтим...как его?
Компьютегом! Действительно большое будущее. Я тут как газ договогился с нашим
сумасшедшим домом и с гогодской тюгьмой, что мы и для них сделаем соответствующие
штучки. Психам и пгеступникам, голубчик вы мой, мозги начнем впгавлять! Я уже и договога
подписал... А то, знаете ли, надоело. Все алкаши да алкаши...

---

Лешку завели в длинный и сырой подвал, связали руки за спиной толстой веревкой и
стали тянуть Нту самую веревку вверх. Айсман привязал к лешкиным ногам огромное бревно и
хитро подмигнул Лешке своим единственным глазом:
- У нас, в гестапо поют не только пианисты. У нас все поют, но разными голосами. И
помощи тебе ждать неоткуда. Штирлиц мне друг и из-за тебя, алкаша, сыпаться не захочет.
Ясно? - Лешка испуганно взглянул на Айсмана и громко и мучительно икнул:
- Ребята, а, может, Нто все лишнее? Может, вы меня просто так уговорите? Я ж
понятливый...
- Хе-хе! - Мюллер добродушно усмехнулся, - А у нас, в гестапо, не разговаривают. У
нас вопросы задают. Хе-хе! - Мюллер подождал пока все члены суда соберутся вместе.
Последним прибежал Василий Иванович со своей свитой и уселся на самом краешке огромного
черного стола:
- Простите, опоздал! - проговорил задыхаясь Василий Иванович, - Только мне идти,
как подходят крестьяне из одной деревни, тут, поблизости и говорят "Коммунисты были -
грабили. Демократы пришли - опять грабют. Куды бедным крестьянам податься?" А я им и
говорю "Мужики! Пить бросайте! Вот как протрезвеете, так сразу же и сообразите куды
податься!"
Мюллер повернулся к сидевшему рядом мрачному мужику, на лице которого хищно
поблескивало квадратное пенсне:
- Лаврентий Палыч, вам начинать. Все-таки, русский шпион. - тот в ответ молча кивнул
и спустился к Лешке:
- Что, Лексей, попался? Злобные анекдоты про меня рассказывал, да дорогой? Небылицы
повторял, дорогой?!
- Нет!! - испуганно завопил Лешка, - Только стихи и те хорошие "Цветок душистый
прерия Лаврентий Палыч Берия!" А больше ничего.
Лаврентий Палыч не стал отвечать Лешке и, повернувшись к Айсману, негромко
проговорил:
- Дорогой товарищ Айсман, подтяни веревочку повище. Чтобы косточки чуть-чуть
хрустнули. А то щпион на дибе высыт и не понимает, что лучше сразу во всем признаться и
покаяться. Вот харащо! - Берия повернулся к Лешке, - Ну, щто? Пить будешь или веревочку
повыше поднять?
- Когтями его лечить надо! Когтями! - шумел из-за стола Винни-Пух и злобно скалил
зубы.
- И когтями харащо! - Берия усмехнулся, - И до когтей дело дойдет, ежели Лешка
ничего не поймет.

Лешка вдруг осознал, что здесь с ним шутить не будут. Руки сильно затекли, а
позвоночник вообще казался чужим. С трудом набрав воздух в легкие, Лешка истошно завопил:
- Брошу пить! Обещаю!!
- Вот Нто правильно. Вот Нто харащо! Дорогой товарищ Айсман, подтяни еще повище
веревочку, чтобы Нта правильная мысль у него в мозгу закрепилась. Вот так, харащо! И
запомни, Алексей Петрович, как говорил великий русский писател Гегел... нет, Гогол... а, нет,
товарищ Горкий "надо жизнь прожить так, чтобы не было мучително болно!" Кажется, за
бесцелно пропитые годы.
- А-а-а!! - еще громче заорал Лешка, - Да, брошу я, брошу!!
- Хе-хе! - Мюллер рассмеялся, - Сейчас мы тебя отпустим, но мы будем тебе
постоянно напоминать о данном тобой обещании. В анекдотах, с телеНкрана, по радио... Ты
меня понял? И запомни, следующий раз ты так просто не отделаешься. Из гестапо не выходят.
- Да, понял я, понял! - задыхаясь, орал Лешка. - А-а-а!!

---

Лешка очнулся и увидал себя лежащим на тахте. Руки и ноги были крепко привязаны к
Нтой самой тахте, а голова и все туловище были опутаны разноцветными проводами. Два
мужика в белых халатах склонились над ним и пристально всматривались в его лицо.
- Как вы себя чувствуете? - спросил мужик в мятых джинсах.
- Мужики! - жалобно проговорил Лешка, - Я же обещал не пить. Вы только отпустите
меня!
- Вот! Я же говогил - пгекгасный гезультат! Один сеанс - и как гукой сняло
зависимость от алкогольных напитков и табакокугения!!
- Что? - Лешка испуганно взгянул на обоих мужиков, - Я еще должен бросить
курить? - Лешка мучительно громко икнул и потерял сознание.

---

Лешка вышел из кабинета и с удивлением увидал сидящего в очереди своего друга
Куньку.
- Ты зачем сюда? Тебе что, Кунька, одного раза не хватило? - Лешка выпучил глаза и
стал мелко трясти головой, - Не стоит! Поверь мне, Кунька, не стоит! Там такое! - Лешка
поежился, - Уж лучше просто кодироваться...
- Ну, точно! - сказал Кунька и саркастически хмыкнул, - Твоя баба как всегда правду
говорит - жизнь тебя по башке бьет, а ума все не прибавляется. Ты ихним спецам что
рассказывал-то?
- Анекдоты про Штирлица. Про Василия Ивановича. Про то, что мультики про
Винни-Пуха люблю. - Лешка поежился, - Между прочим, мерзопакостный медведь. Так,
кое-что по мелочам...
- А я, между прочим, - Кунька выдержал небольшую паузу, - Им сразу же наврал, что
с детства тащусь от сказок "Тысяча и одна ночь"! А там такое!...- Кунька от блаженства
закатил глаза, - Короче, я сюда теперь хожу не от пьянства лечиться, а перед ихним
компьютером оттягиваться. Вот такое оттягивающее средство, - Кунька выставил большой
палец кверху, - Ихний компьютер. И пива не надо!
Влад Ключевский.
Последнее желание
(Фантастический рассказ)
Черт появился внезапно. Будто все время сидел за столом,
изредка обмакивая кусочки хлеба в соль и потягивая из граненого
стакана жигулевское. Даже Нюрка, Лешкина сожительница, не
шелохнулась на диване. А уж у нее чутье как у сторожевой собаки
— она раньше с милиционером жила и потому вздрагивала от
малейшего стука в дверь. А тут среди белого дня рогатый мужик с
копытами за столом вырисовывается, в воздухе ясней-ясного серой
воняет — Нюрка не вздрагивает и не икает. Удивительно!
— Петрович,-- черт наклонился над столом. Лешка даже
майку одернул, чтобы солидней выглядеть. — Петрович, ты не
стесняйся. Наливай себе пивка-то. Дело у меня к тебе серьезное
есть.
От смущения Лешка даже в кулак кашлянул, а черт легонечко
так, аккуратненько трехлитровку пододвигает. Лешка сразу понял,
что дело назревает вполне почтенное. Да и пивко всегда
располагает к серьезной и откровенной беседе.
— Понимаешь, Петрович, очередь твоя подошла. В прошлом
месяце была Кунькина очередь, ты Куньку-то знать должен,--
Лешка в знак согласия склонил голову — Как же, как же, знаем
Куньку, уважаемый человек, почтенный, хоть до сих пор стольник
и не вернул,-- Ну, вот,-- продолжал черт,-- А теперь и твоя
подошла.-- при слове "очередь" Нюрка встрепенулась и, едва
протерев кулаками заспанные глаза, метнулась к столу.
— Неужто отоваримся?-- это Нюрка вместо "здрасте".--
Значит, хорошо бы косметики, которой цыгане промышляют. Гони
талон, рогатый!

— Обязательно отоваритесь,-- весело отозвался черт,
утирая рукавом пену с усов,-- И талоны дам. Целых три дам, уж
как полагается. Только сначала в "Договоре" расписаться нужно,
что обещаете отовариться втечение трех дней. Сами понимаете, в
наше время с этим делом тянуть нельзя.
Нюрка опрометью кинулась искать огрызок карандаша. Зато
Лешка как-то сразу скис и в душу к нему закралось странное,
смутное, тревожное предчувствие чего-то нехорошего. Какая
очередь? Какие такие талоны в наше-то время? Причем здесь
Кунька?
— Послушай, друган, а талоны-то на что? Может мне этого
совсем не нужно?
— Дурак ты, Лешка, — тотчас же из-под груды белья
отозвалась Нюрка,Сорок лет тебя жизнь по башке бьет, а ума
совсем не прибавляется. Сейчас время такое, что все брать
надо-ть. Ежели размер не подойдет, так ить на водку поменяем.
Или еще на что потребное. На дворе капитализм бушует, а ему,
видите ли, талоны не нужны!
— Петрович,-- с укоризной в голосе произнес черт, так что
Лешка сразу почувствовал себя виноватым,Отоваришься тем, чем
захочешь. Самым нужным! Загадаешь желание, порвешь талончик —
и получай, что запросил,-- черт-те знает откуда на столе рядом
с "Договором" появились три сиреневых листочка.
--И-и-и!-- завизжала Нюрка,-- Бери быстрей талоны, Лексей,
пока ить дають! Подписывай быстрее!-- Нюрка силой затолкала
огрызок карандаша в Лешкину руку. Не выдержав Нюркиного напора,
Лешка поставил под "Договором" свою закорючку-подпись.
— Отоваримся!-- от счастья Нюрка совсем обалдела,--
Достану ить такое, что ни одной бабе в подъезде не снилось.
Старухи на скамеечках совсем оборзеют.
— Эх, дорогая Анна Павловна,-- от такого обращения Нюрка
осеклась на полуслове и покраснела. По имени-отчеству ее
последний раз величали в восьмом классе, когда аттестат
вручали.-- Сначала хорошо было бы текст "Договора" почитать, а
уж потом подписывать,-- в голосе черта не то нотки сочувствия
появились, не то просто насмехался рогатый,-- А там написано,
что если к концу очередных суток талон не будет порван, то он
сам собой исчезнет, а исполнится последнее желание Алексея
Петровича. А еще написано, что все запрошенное вами в удвоенном
объеме достанется Куньке и вдесятеро взыщется с бывших мужей
Анны Павловны. Причем в самом наипакостнейшем варианте, хотя и
без смертоубийства. И последнее, во время действия нашего
договора,-- голос у черта стал прямо-таки издевательским,--
Стоять вам в очередях не перестоять.
— Эх, влип!-- в седцах произнес Лешка и, поднявшись со
стула, влепил Нюрке в глаз,-- Дура! Вона как влипли-то! Друган,
послушай, а отказаться от договора нельзя, а?
— Поздно. Подпись уже стоит.-- Черт свернул "Договор"
трубочкой и сунул к себе в рукав.-- Тут даже я уже ничего не
могу поделать.
— Ну, ты, друган, разобъясни хотя бы, что мне теперь
делать с твоими талонами, что другие делают-то?
— Да, разное,-- черт пожал плечами,Помнишь, в прошлом
месяце пропали две бутылки самогона и пимы Анны Павловны? Тогда
очередь Куньки была, а с тебя все взыскивалось. Ну, мне пора.
Черт махнул рукой на прощание и растворился в воздухе.
Хнычущая Нюрка осторожно подползла к столу, на котором все еще
красовалась почти полная трехлитровка с пивом.
— А вообще-то, это парнокопытное ничего себе. Сам
растворился, а банку оставил из вежливости. Культура.
x x x
До конца первого срока оставался всего час, а талон был цел
и невридим. Лешка сидел с ногами на диване, качал головой из
стороны в сторону и тихонько подвывал:
— Влип, влип, влип...
Чертово пиво давно кончилось, а попытки купить чего-нибудь
покрепче окончились неудачей. При приближении к вино-водочным
отделам и киоскам буквально за считанные секунды образовывались
длиннющие очереди, в магазинах ломались лифты, разбегались
грузчики, а продавщицы начинали истошно вопить, чтоб больше в
очередь не становились. Друзья неизвестно куда пропали, а,
может, и черт их попутал. Навалившаяся трезвость душила и
путала лешкины мысли.

Нюрка сидела за столом и рисовала коротенькие вертикальные
черточки на листке бумаги:
— Жила с милиционером. Это раз. Помню, жила с
математиком. Это еще раз. Уже два получается. Моня-бич. Это уже
три, а может быть и четыре. Шибко жирный был Моня...-- На
втором десятке Нюрка сбилась со счета и с досады махнула
рукой.-- Ить ежели со всех них взыскать, да еще вдесятеро? Нет,
не сдобровать нам...
— Дура!-- протяжно, с тоской завыл Лешка на диване.
Лешка уже все, что мог, передумал. Ясно было, что нужно
забрать у Куньки нюркины валенки и две бутылки. Но как это
сделать? Закажешь себе две — у Куньки появится четыре. Это уже
само по себе обидно. Да еще у каждого бывшего нюркиного мужа по
ящику спиртного пропадет. Лешка представил себе толпу трезвых и
ограбленных нюркиных мужей и от страха поежился.
Вот это все он передумал. Ничего другого не получалось.
Трезвые и злобные глаза нюркиных мужей свирепо преследовали
каждую новую мысль, тщетно пытавшуюся пробиться в лешкину
голову. Нет, была еще одна мысль — Нюрку выгнать. Но и она не
сулила ничего хорошего.
— Дура!-- опять протяжно и с тоской завыл Лешка.
— Слушай, Лешка, а не вызволить ли нам из тюряги дружка
твово, Леньку? И пусть приходит сразу с бутылкой, чтобы обмыть
освобождение!
— Ну, ты, Нюрка, башковитая! Сразу видно, с учеными
общалась!-- идея Лешке сразу понравилась. Крупных неприятностей
она вроде бы не сулила и казалась благородным поступком. Лешка
разорвал первый талон и, откашлявшись, проговорил:
— Хочу, чтобы Ленька был здесь и с бутылкой.-- и тут
показалось Лешке, будто прямо перед ним, в воздухе появилось
испуганное лицо черта, который показал один палец и сказал
"Раз!". И пропал.
Первым пришел Леонид Брежнев. Чмокнул Нюрку в щеку,
пожевал губами и говорит:
— Это вы правильно сделали. Что пригласили. — налил себе
в стакан водки и с удовольствием выпил за нюркино здоровье.
Потом толпой подошли киноартисты, члены Государственной Думы,
министры, директора заводов... В квартиру набилось людей, как в
бочку сельдей. Быстро солидная толпа набралась под окнами. Все
шумели и спрашивали друг друга — а чего это все здесь делают.
Появились сотрудники милиции, которые искали зачинщиков
несанкционированного митинга и просили всех разойтись. Но толпа
продолжала увеличиваться. Появились активисты разных партий и
движений, решившие воспользоваться удачным случаем. В толпу
полетели пламенные лозунги:
— Свободу узникам первых лет перестройки!
— Нечего ждать милости от Америки, взять у нее самим —
вот наша задача!
К Лешке с трудом протиснулся Леонид Ильич:
— Тебе, как застрельщику митинга, речь сказать надо.
Только кратко, четко, как на партсобрании.
Лешка пошире распахнул окошко, откашлялся и крикнул:
— Куньке — по морде!!
Толпа радостно заревела, кто-то захлопал в ладоши.
Моментально внизу вспыхнуло несколько потасовок. Кто-то думал,
что Куньку бьют. Кого били — думал, что ошибка вышла. Хорошо,
ОМОН подоспел, и справедливость восторжествовала. Но Леньки все
продолжали прибывать. В конце концов началась всеобщая
потасовка. Не то член Государственной думы назвал известного
киноартиста шутом, не то наоборот. Нюрка с подбитым глазом и
двумя оставшимися талонами пробралась к Лешке:
— Куньку в реанимацию увезли. К тебе сюда пробираются мои
бывшие мужья. Все трезвые и злые. Их всех родственников
арестовали. Бить тебя будут. Быстро кончай все это!Нюрка
протянула талон Лешке.
— Что говорить-то? Загадывать-то что, а?-- Нюрка в ответ
только завизжала. Кто-то тяжелый рухнул прямо на нее. Лешка
плюнул и порвал второй талон:
— Пусть все будет как на заседании Государственной
думы!-- и опять Лешке померещилось, что перед ним в угарном
мареве качнулось испуганная морда черта, который показал два
пальца и вроде бы сказал "Два!" И пропал. А, может, и
померещилось все это. Черт его знает.
Драка в квартире разгорелась с новой силой. Внизу, под
окнами, уже не дрались, а только с интересом смотрели наверх.

Вскоре подъехали длинные черные машины и к Лешке в квартиру
стали подниматься крупные политические деятели. Драка стихла.
Заседание думы открыл Леонид Ильич:
— Товарищи! Я первый раз веду заседание, правил ваших еще
не знаю, но, думаю, мы сработаемся. Сегодня у нас — мне тут
товарищи подсказывают — на повестке дня очень важный вопрос:
что нам делать с Кунькой, Нюркой и Лешкой? Прошу высказываться
по очереди.
Первым выскочил на середину комнаты заводной кучерявый
политик:
— Все трое войдут в один вагон. И на север!
Другие с ним не соглашались категорически. И север
большой, неохватный, и обратно вагон порожняком гнать
нерентабельно:
— Дней за пятьсот их можно перестроить. А дальше будут
жить как люди.
Но и с этим не соглашались. За такой срок даже Нюрку
отучить от пива нельзя, не то что Куньку. А Лешка всякую
обновку пока какой гадостью не обольет, так не успокоится —
какая уж тут перестройка, ежели у него натура такая? Ну, не
будет он как француз ходить за своим Бобиком с лопаточкой и
целофановым мешочком, чтобы дерьмо собирать и домой тащить,
чтобы выбросить. Ему легче удавить Бобика, потому что выгнать
жалко.
— Шоком бы его хорошо. Пусть по утрам пальцы в розетку
толкает — другое его уже не проймет.
Нюрка тихонько подползла к Лешке:
— Слушай, может их всех турнуть? Я вспомнила, что
дружка-то твово звали не Ленька, а Гераська!
— Ах, ты, змея!-- зашипел на нее Лешка,Мне что теперь,
всех Герасимов сюда, да? Раньше вспомнить не могла?
— Да, ладно, ты, не шипи!-- огрызнулась Нюрка,-- Вон,
слышишь? Мои бывшие сюда пробиваются? Бить будут.
Лешку просить дважды не надо. Он злобно глянул на Нюрку и
пальцами порвал последний талон:
— Всех — к черту!-- и опять перед глазами качнулось
испуганная морда черта и все стихло.
x x x
Никого нигде не было. Ни в квартире, ни под окнами. Только
за столом сидел черт и громко икал:
— Я же говорил тебе, Петрович, что договора читать надо.
Пункт пятый — если все три желания будут невыполнимыми, то
тебе, Петрович, разрешается четвертое желание. Без всяких
дополнительных условий.Черт опять икнул,-- Так что давай,
заказывай.
— Что, опять?-- обозлился Лешка.
— Нет, теперь то, что надо.
Лешка посмотрел на Нюрку, потом на черта и сказал:
— Нюрке валенки вернуть надо. И две бутылки, что злодей
Кунька спер.
— Все?-- участливо спросил черт,-- Или есть еще что-то,
самое-самое заветное, а?-- Лешка аж слюну сглотнул.
— Есть. Мне бы еще пивка, литра три, из холодильничка.
Черт икнул громче обычного и пропал. А в центре стола
осталась стоять трехлитровая банка "жигулевского" —
прозрачного и холодного. Аж бока запотели.
Влад Ключевский.
Чудики желтого болота
(Фантастический рассказ)
— Послушай, Джекобс,-- Рей медленно повернул голову в
сторону сжавшегося в углу клетки друга,По-моему, они никоим
образом не воспринимают нас как пришельцев. Как представителей
другой цивилизации. Ей-богу, они любуются тобой, как слоном в
зоопарке...
— Отстань,-- серая масса в темном углу клетки дернулась,
как от укуса змеи, и снова затихла.-- У меня полностью нарушена
связь с Большим Компьютером корабля и я ничего не могу понять
из их стрекота. В наушниках стоит какой-то сплошной треск, шум,
гам, как будто я попал не на другую планету, а на самый
захудалый восточный базар в самом темном углу галактики. Да еще
в выходной день.

— Джекобс! Не время распускать нюни! Успокойся.-- Рей
старался придать своему голосу необходимую ободряющую
уверенность,-- Я твердо уверен, что они нас совсем немного
подержат в этой клетке и, в конце концов, убедятся, что мы
мыслящие существа и с нами можно иметь дело. Ты потом сам
увидишь, как мы с тобой весь груз замечательных стеклянных бус,
ножичков, ружей и старого доброго дымного пороха обменяем у
этих симпатичных семиногих таракашек на золото и платину! На
золото, Джекобс, на зо-ло-то!-- Рей долго тряс рукой, показывая
на небольшую толпу этих самых таракашек, толпящихся около
клетки.
--Нет, ты посмотри, посмотри!продолжал он, не дожидаясь
ответа,Посмотри вот на этого слева. Рыженький такой, с усиками,
вот этот самый, который пытается тебя погладить по плечу... Да
ведь у него же вся спина облеплена золотыми пластинами. Я уже и
анализ провел.
Джекобс приподнял голову и медленно осмотрел всех
облепивших клетку жителей этой странной планеты. Потом также
медленно лег головой на пол клетки и затих. Через несколько
минут, так и не подняв головы, Джекобс пробурчал:
— И это называется встреча двух цивилизаций! Мы к ним с
подарками, а они встречают с клетками. Я им бусы с порохом, а
они... Эх!...
Толпа разноцветных семиножек вокруг клетки становилась все
больше. Появились синие семиножки, которые грозным шевелением
усов старались отогнать всех подальше от клетки. Впрочем, это
помогало явно мало и вскоре в клетку из толпы стали бросать
куски серой желеобразной массы, быстро отвердевающей при
попадании на скафандр.
— Видать, съестные припасы,догадался Рей.
— Вот-вот,-- тут же отозвался Джекобс. Голос его звучал
несколько приглушенно, видать, желе залепило внешнее
переговорное устройсво скафандра,-- Рей, а ты был когда-нибудь
маленьким? Правда? А ты пытался когда-нибудь накормить кенгуру
кирпичом? Или полосатого тигра обломком железнодорожного
рельса?
Джекобс лег на живот, вытянул ноги и руками прикрыл
остатки наружних антенн скафандра. Если и их сломают, ну, тогда
сразу пиши-пропал. Полностью оглохнешь. Сожителя по клетке — и
того не услышишь. Рей прижался к единственной глухой стене
клетки и тоже замер.
— Нет, Рей, ты никогда не был маленьким и не бросал
огрызки своих яблок белым медведям. Ты хоть видел, как они,
изнывая от жары и безделья, плавают в помойке из этих огрызков?
Все, понимаешь, все наровят бросить им самый лакомый огрызок, а
некоторые хотят при этом еще и попасть в медведя. Как в тире. И
так везде, во всех зоопарках, где бы я ни был... Нет, Рей, на
своей родине белые медведи яблок не едят, а белая шкура им
нужна совсем не для того, чтобы отражать солнечные лучи.
— Перестань, Джек!
Получасовое молчание долго никто не решался прервать.
Наконец, не выдержав, Джекобс сквозь зубы пробурчал:
— Рей, дружочек, будь так милостив, не откажи в
любезности...Рявкни на этих тварей хотя бы своей инфразвуковой
пушкой. Тошно ведь смотреть, как они кривляются.
Инфразвуковой удар по толпе, собравшейся у клетки,
превзошел все ожидания. Несколько особо толстых и нервных
семиножек упали на дорожку кверху лапками и затихли. Десяток
худых и быстроногих вместе с грозными Синими исчезли с
поразительной быстротой. Будто никогда их и не было рядом с
клеткой. Толпа стала таять буквально на глазах. С последними
лучами огромного красного светила исчезли и последние зрители.
x x x
— Сильвен!-- проходит несколько минут тягостного молчания
и снова,Сильвен, ты меня слышишь?
— Что? А? Да, конечно, это я. Слышу, слышу. Прости, Стом,
задумался. Мне, понимаешь, не дают покоя их глаза. Нет, это я
оговорился. Точнее, не глаза, а то, что могло бы служить им
глазами. А это, право совсем неэтичное, кривляние, катание по
полу клетки и, наконец, этот бешеный рев, так испугавший толпу
наших бедных зевак...Все это связано какой-то логической цепью,
но какой? Уж не разумные ли они? Может быть, мы действительно
не одиноки во Вселенной?

— Э-э-э! Ишь куда хватил! Брось ты эти пустые мысли и
посмотри сегодняшние свежие газеты.-- Стом развернул первую
попавшую газету, на первой страницы которой аршинными буквами
было набрано сообщение:
СЕНСАЦИЯ! СЕНСАЦИЯ! СЕНСАЦИЯ!
Новые находки в Желтом Болоте!
Академик Уял считает, что вскрытие новых чудовищ поможет
выявить неизвестные звенья в цепи онтогенеза нашего организма!
По мнению маститого ученого Желтое Болото — наша прародина!
Покупайте нашу газету! Ждите новых сообщений с научного фронта!
Научная газета "Саен Тифик Мысль", выходящая гораздо
меньшим тиражом, как всегда возражала "Главным Ведомостям":
"Некоторые недальновидные специалисты полагают, что вскрытие
новых чудовищ, найденных в болоте, позволит получить им чуть ли
не Эликсир Вечной Молодости! Ничего подобного! Серьезные
заблуждения некоторых ученых вызваны, прежде всего, тем, что
они недостаточно информированы в соответствующих научных
областях. Группа авторитетных ученых в области желто-болотных
наук считает, что два чудика, содержащихся в настоящее время в
зоопарке, являются доселе нам неизвестными болотными
растениями". Внизу мелкими буквами было напечатано
сообщение:"Завтра начинается всепланетная конференция "Чудики
Желтого Болота и их рациональное использование".
Сильвен устало махнул передней конечностью и отвернулся.
— А все-таки мне кажется...Да, да, не смейся, Стом, они
все же разумные существа. И может быть даже... Нет, страшно
подумать об этом. Может, они с дальних голубых звезд? Конечно,
я не могу знать этого наверняка, но мне так хочется верить в
это!
— Сильвен, друг мой,-- Стом говорил тихим, успокаивающим
голосом, в котором явно слышались оттенки глубокой грусти,-- Ты
же не хуже меня знаешь Великую Теорему Уяла, которая гласит,
что наша планета — единственная обитаемая планета во всей
Вселенной! И уж только она населена разумными существами. Вся
же остальная Вселенная мертва!Стом замолчал.-- И
потом,-продолжал он,-- Ты же знаешь, что бывает с теми, кто
пытается это отрицать. Или же неправильно трактует некоторые
имеющиеся экспериментальные данные, сомнительные с точки зрения
Великой Теоремы...
Багровое солнце скатилось за дальнюю гору. Тени стали
длинными и злыми. Невдалеке грязно-желтый туман уже поглотил
полянку с огромными желтыми цветами, а Сильвен и Стом все еще
продолжали также молча и неподвижно стоять, погруженные каждый
в свои мысли. Было уже довольно темно, когда Сильвен неожиданно
вздрогнул, резко повернулся к своему другу и крикнул:
— Стом, бежим! Стом!!
— Куда бежим-то? Ты, что, Сильвен, совсем спятил?
— В зоопарк! Они сегодня уйдут. Мы можем опаздать!!--
Сильвен побежал со всех ног. Стом едва поспевал за ним.Я понял
их...Я вычислил их поведение! Они уходят. Они сегодня уйдут
навсегда!
Невдалеке от клетки, где все еще сидели болотные чудики,
Сильвен с разгону плюхнулся под цветок с гигантскими листьями.
Стом улегся рядом, также замаскировавшись листом.
— Успели! Они еще здесь. Надо немного подождать.
x x x
— Джекобс! По-моему, пора нам с тобой сматывать удочки с
этой богом забытой планеты. У меня почему-то очень нехорошее
предчувствие...Мы для них не пришельцы. Лучшее, что нас может
ожидать во всей этой истории, так это роль подопытного
кролика.-- Рей достал свой старый лайтер еще времен освоения
ближайших планет и любовно его погладил.-- Я режу клетку и
бежим. Твой лайтер цел?
— Нет,-- буркнул в ответ Джекобс,Совершенно все сломано,
ты же знаешь.
— Я всегда говорил, что новые лайтеры никуда не годятся.
Никакого сравнения со старыми.-- Рей ловко вскинул лайтер.
Слепящий луч света ударил в дальний угол клетки. Толстые прутья
стали быстро плавиться и капать на пол. Разрезав несколько
прутьев Рей выключил лайтер и вылез наружу.

— Джекобс! Ты видел? Видел, что здесь, на этой чертовой
планете, даже клетки в зверинце из золота делают? Я думаю, мы
можем вполне продать эту планету ребятам из "Голубого Дракона"!
Уж кто-кто, а они быстренько разберутся с
тараканчиками-аборигенчиками! Возьми этот кусок клетки и идем.
— Рей, я не только это успел увидеть. Подожди, там, вот
за этим кустом,Джекобс махнул в сторону широколиственного
растения невдалеке,-- Пара аборигенчиков спряталась.
Рей резко повернулся лицом в ту же сторону. Луч лайтера
буквально впился в тела двух жертв. Когда кончилась энергия,
Рей отшвырнул в сторону уже ненужный лайтер и медленно двинулся
к телам убитых аборигенов.
— Ты только посмотри, Джекобс, на этих двух...э...местных
жителей. Их тела действительно покрыты золотыми пластинами! Я
думаю, куска клетки и пары золотых пластин вполне хватит для
того, чтобы парни из "Дракона" долго не торговались!...
С трудом оторвав две пластины, Рей уложил их в походный
мешок и бодрым шагом отправился за Джекобсом, тащившим тяжелый
кусок клетки. Рея буквально распирало от радости. Еще бы — они
нашли столько золота! Море золота! И никто — совсем никто во
всем цивилизованном мире не знает про это бездонное море!
— Джекобс... Джек! Мы теперь станем настоящими людьми!
Ведь правда? Да? И все про нас будут говорить, что мы эти...ну,
как их там? Мульти... чего? Да, неважно. Не в этом же дело,
правда, Джек?
На несколько минут Рей замолчал, стараясь наладить
правильное дыхание. Но долго молчать он не мог и поэтому снова
заговорил:
— Не в этом же дело, правда? Все же дело только в золоте?
Ведь так, да? Ну, что ты все молчишь, Джек? У меня душа
разрывается на части от такой баснословной удачи, а ты все
молчишь и молчишь! Я буду человеком!!-- заорал Рей в полную
мощь своих легких,-- Ты слышишь, Джекобс!? Я буду настоящим
человеком!!
Вскоре сквозь туман стали проступать очертания
разведывательной ракеты. До старта было еще далеко и Рей с
Джекобсом не торопились. Где-то на орбите их ждала Мери Лоусон
— пилот их старого доброго "Пика" — и они знали, были
уверены, что все в полном порядке. Мери еще ни разу их не
подводила.
Издалека было видно, что уже вернулся робот-разведчик,
отправленный на исследование бескрайнего желтого болота. Можно
было ожидать чего-нибудь новенького. Хотя и так полученной
информации было более, чем достаточно. И так было ясно, что
продавать эту планетку надо. Со всеми тараканчиками и болотами
и как можно дороже!
Джекобс подошел к ракете и, положив рядом с трапом кусок
клетки, поднялся наверх.
— Рей, давай сначала пластины, а уж потом клетку.
Неудобно поднимать это одному. Все-таки тяжесть приличная.
Когда все золото было погружено, Рей пошел осматривать
робота
-разведчика. Джекобс вылез из
ракеты и уселся на нижней ступеньке
трапа.
— Рей, друг мой!-- на лице Джекобса было счастливейшее
выражение, полное какой-то неизбывной радости и вместе с тем
грусти. Как это часто бывает у людей перед долгой разлукой.--
Ты всегда был мне хорошим товарищем и помошником. Если бы ты
только знал, как мне действительно будет жаль расставаться с
тобой. Ты бы, наверно, грустил не меньше моего...
— Джек...Джекобс! Что ты там такое несешь? Неужели ты
думаешь, что я тебе дам улететь одному? Ты шутишь, Джек! Ведь
так?...
— Да, Рей, да! Я действительно полечу один. Но ты не
думай — я тебя здесь не брошу. Нет, нет! И не надейся! Я не
оставлю тебя на этой планете! Ты найдешь способ выбраться и с
нее! Я тебя хорошо знаю! Ты, Рей, способен на многое...-- На
несколько секунд Джекобс замолчал, но продолжал в упор смотреть
на Рея.-- Ты почти никогда не ошибался в жизни. Так, пустяки...
Но, по-моему, ты зря считаешь, что новые лайтеры хуже старых.
Старые-то совсем дрянь, Рей...А, впрочем, просто заряженный
лайтер лучше разряженного или выброшенного. Вот и все.
Джекобс любовно поглаживал свой лайтер. Рей будто бы
прирос к одному месту. Он совсем не двигался и только
беспомощно и глупо улыбался, глядя на Джекобса.

— Ты же меня понимаешь, правда? Больше двухсот миллионов
мне за эту планетку не дадут. Одно дело, когда это на троих, и
совсем другое, когда на двоих или даже на одного. Ведь это так?
— Джек... дружище! Ведь и на троих этого нам хватит до
конца наших дней! Это же миллионы!...
— Ты думаешь хватит? Ошибаешься. Ну, да ничего,
поправимо...
Джекобс стал медленно поднимать лайтер. На мгновение в
голове Рея возникла мысль бежать и нырнуть в болото. Тогда Джек
промахнется. Но ноги не слушались. Рей медленно повернулся и
сделал шаг в сторону болота. Луч лайтера уперся ему в спину и,
как-то неуклюже взмахнув руками, Рей стал падать лицом вниз. Он
упал на колени и протянул правую руку к болоту — вот же оно,
всего в десяти шагах. А там обрыв, спасительный обрыв, до
которого уже бесконечно далеко.
Рей ткнулся головой в мокрую зелено-золотистую траву и
затих. Джекобс поднялся со ступеньки трапа и подошел к своей
жертве.
— Я думал, с тобой будет гораздо труднее. А ты и про свою
инфракрасную пушку забыл. Слюнтяй... Но мне все равно жаль
тебя. И я не мог поступить иначе, Рей. Мне почему-то
показалось, что ты перед смертью понял это и простил меня. Ведь
это правда, Рей?
Несколько минут Джекобс стоял молча и, не мигая, смотрел
куда-то вдаль, на самую кромку горизонта.
— Я бы и сам хотел также умереть как ты — бесконечно
богатым. Вокруг ведь столько золота! Жаль, что все так
получилось. Мне немного даже жаль, что мы нашли эту планету.
Мери будет безутешна! Вы ведь так любили друг друга. Но я не
думаю, что разлучу ваши души на долгий срок. Мне бы только
добраться до "Пика", а там видно будет...
Джекобс подошел к краю обрыва. Дальше начиналось
огромнейшее болото, из-за дальнего края которого стало медленно
выплывать мохнатое красное светило. Странные сиреневые сполохи
плясали над желтой поверхностью болота. Слабый утренний ветерок
гнал перед собой мелкую ленивую рябь. И это странное утро, и
восход красного светила, видимо, сильно подействовали на
Джекобса. Что-то внутри у него надломилось, сдавило грудь. На
самом краю обрыва он упал на колени и сложил руки как перед
молитвой.
— Господи! Прости мне еще один грех, который замыслил я,
и который я искуплю, как только доберусь до дома... Господи, ты
же все видишь и знаешь. Я искренен сейчас как никогда...
С полчаса Джекобс стоял на коленях, ничего не видя и не
слыша. Потом медленно поднялся и побрел к ракете. Также
медленно он поднялся наверх, задраил люк и плюхнулся в кресло,
видимо, желая отдохнуть перед стартом. Впереди был еще целый
длинный час. Лишний час, который все нормальные люди тратят на
сон. Однако, хорошего отдыха не получилось.
— Есть сообщение! Есть сообщение! Получено два дня
назад!-- как всегда не вовремя запищал над самым ухом
металлический голос робота-информатора.
— Ладно, валяй...-- Джекобс поморщился, прогоняя легкую
дремоту. В кабину ворвался мягкий, спокойный и даже несколько
холодный голос Мери Лоусон.
— Ребята! Робот-разведчик, тот самый, что стоит сейчас
рядом с ракетой, передал мне все сведения, которые ему удалось
добыть на этой планете. Здесь так много золота, что "Голубой
Дракон" даст за нее крупную сумму. Миллионов двести и ни цента
меньше! Я хоть и женщина, но это быстро сообразила.
При этих словах Джекобс подался корпусом вперед и замер.
Остатки сна прошли, будто ничего и не было. Где-то глубоко
внутри невольно шевельнулась страшная догадка:
— Неужто она решила? Нет, нет, не может быть! Струсит,
ведь струсит же одна лететь...
— И я решила лететь одна.-- при этих словах Джекобс дико
зарычал и со всей силы ухватился за ручки кресла. От бессильной
злобы он только рычал, не будучи в силах произнести хоть слово.
Ему вдруг показалось, что сообщение окончено, как в кабине
снова зазвучал голос Мери Лоусон:
— Я не могла улететь, не попращавшись с вами. Поэтому я
вам говорю "прощайте, ребята!". Мне всегда было с вами хорошо.
Простите меня за все, если сможете...
И снова молчание. Пот крупными каплями катился по лбу
Джекобса и заливал глаза. Было больно смотреть, но он не
замечал и этого.

— Я верю в вас, ребята. Знаю, что вы сможете удрать и с
этой планеты, как некогда удирали и с других специальных
планет-тюрем. А конкурентов, как вы сами меня учили, нужно
уничтожать физически.
При этих словах Джекобс подскочил как ужаленный, и
бросился к выходу. Автоматическое открытие люка почему-то не
сработало. Он начал лихорадочно открывать люк вручную. Но люк
не поддавался. Из-под ногтей брызнула кровь. Но Джекобс, ничего
не замечая, продолжал лихорадочно работать.
— И поэтому, когда я скажу вам последний раз "прощайте!",
ракета взорвется. Для этого уже все готово.-- Мери выждала
небольшую паузу,-- Прощайте!
x x x
Взрыв был слышен издалека. Многие даже видели, как над
Желтым Болотом поднялся гигантский черный гриб и медленно
пополз куда-то в сторону.
Вечерние газеты много писали об исчезновении чудиков
вместе с куском клетки, в которой сидели. Писали также о
трагической и во многом непонятной гибели двух молодых ученых
Сильвена и Стома, тела которых были найдены недалеко от места
происшествия. Строились предположения о связи этих двух
событий, но фактов, как всегда, было крайне мало. Одна близкая
к научным кругам газета предложила назвать таинственное
исчезновение чудиков из клетки "эффектом Сильвена-Стома".
В газете "Саен Тифик Мысль" академик Уял опубликовал
большую статью, в которой призывал административные силы как
можно скорее собрать представительную конференцию "Чудики
Желтого Болота, их энергия и ее использование в домашнем
хозяйстве". Ведь правда, чудики приходят и уходят, взрываются и
исчезают бесшумно, а наука должна развиваться непрерывно.

Закладка в соц.сетях