Жанр: Научная фантастика
Барлеман 1-3
...немся на что-нибудь
твердое, не могу даже предположить, насколько это вероятно, но пока
этого не случилось, мы в безопасности. Все наши приборы и установки
функционируют нормально, не считая того, что гусеницам не за что
уцепиться: они просто вращаются, если подавать энергию на тележки.
Пока все. Если ваши теневые спутники могут контролировать наше
местонахождение, мы также будем рады иметь и эту информацию, и как
можно чаще. Передайте Барленнану, что пока все в порядке.
Изи, поиграв переключателем на пульте, повторила все сказанное
капитаном практически дословно. Когда ее слова достигли Лагеря, она
увидела, как дежурный месклинит принялся записывать сообщение. Изи
надеялась, что у пишущего возникнут какие-то вопросы, и хотя вряд ли
она могла бы ответить на них, это придало бы ей уверенности, в которой
она нуждалась, а так на нее снова нахлынуло ощущение собственной
беспомощности и какой-то безнадежности. Тем временем месклинит, молча
приняв информацию, захватил записи и направился к двери, а Изи
принялась гадать, сколько времени понадобится ему, чтобы доставить
сообщение командиру. Ни у одного из людей не было ни малейшей идеи по
поводу того, где в точности расположен Базовый лагерь, который в
последнее время все чаще стали называть Поселком.
На самом деле путешествие было недолгим. Большая часть пути
пролегла снаружи корабля, по открытому месту - из-за вполне понятного
отношения колонистов к массивным объектам над головой, отношения,
которое трудно было изменить даже в мире, где тяготение составляло
лишь доли процента того, что было на Месклине. Почти всюду потолки над
Поселком были выполнены из плотной прозрачной ткани, доставленной с их
родной планеты. Единственное отступление от обычного, общего для
Месклина принципа строительства городов заключалось в том, что
строения здесь, за редким исключением, располагались вровень с
поверхностью, как диктовала сама местность. Мысль о фундаменте или
втором этаже никогда бы не пришла в голову месклиниту. Многопалубный
"Квембли" и остальные лэнд-крейсеры в основном были разработаны
землянами и панешками.
Курьер пропетлял примерно двести ярдов по переплетениям коридоров,
прежде чем добрался до строения, занимаемого командиром. Здание
располагалось в северной части скопления строений высотою в фут,
составляющих большую часть Поселка. Остальная часть построек
закопалась в почву вдоль края шестифутового уступа, протянувшегося
примерно на две мили с запада на восток и перерезанного в нескольких
местах искусственными проходами. Под уступом, возвышаясь палубами над
прозрачным покрытием Поселка, лежали два огромных лэнд-крейсера. Стена
дома Барленнана также была прозрачной и открывала вид на один из
кораблей, находящийся довольно близко. Другой корабль тоже было видно,
но он располагался примерно в тысяче футов восточнее. Снаружи работали
несколько месклинитов в гермокостюмах. По сравнению с кораблем, вокруг
которого они суетились, они казались карликами.
Барленнан как раз критически наблюдал за этой группой механиков,
когда появился курьер и, не прибегая ни к каким формальностям, тут же
принялся зачитывать сообщение, переданное Изи. И к тому времени, как
командир повернулся, чтобы взять письменную копию рапорта, он знал
4. Небольшая беседа
Битчермарлф, рулевой, испытывал странное чувство безнадежности.
Руль "Квембли" был соединен с тележками с помощью простой системы
тросов и рычагов. Силы месклинитов не хватало, чтобы развернуть
тележки, когда корабль находился в неподвижности, даже во время
движения управлять рулем было не так-то просто. Теперь же, когда
корабль находился на плаву, его движители-тележки не касались днища, и
руль поворачивался совершенно свободно, сам собой, в ответ на
случайный толчок или даже незначительный наклон корпуса. Теоретически
крейсер был маневренным в море, но для этого требовалось установить
гребные лопасти на гусеницах, что не составило бы труда, находись они
на земле.
Дондрагмер, когда понял, что они на плаву, подумал, не послать ли
матросов в гермокостюмах, чтобы поставить лопасти на гусеницах, но
решил не рисковать: риск был велик, даже если прочно привязаться к
корпусу страховочными фалами. Все считали, что их путешествие скоро
закончится, что они, наверное, вот-вот достигнут берега реки или
озера, по которому они плыли, и случится это раньше, чем работа может
быть завершена, так что не стоит ее и начинать. Если кто-то окажется
снаружи во время толчка о берег, страховочные фалы не спасут.
Подобные мысли мелькнули и у рулевого, находящегося на своем посту,
однако он не высказал их вслух. Битчермарлф, конечно, был молод, но уж
не настолько, чтобы предположить, будто никто, кроме него, не мог
догадаться об очевидном. Он целиком полагался на профессиональную
подготовку своего капитана.
Тем не менее, по мере того как шло время, он начал беспокоиться, не
получая от Дондрагмера никаких указаний по этому поводу. Что-то надо
предпринимать, не могут же они без конца вот так дрейфовать в
восточном направлении. Он взглянул на компас - да, определенно, в
восточном направлении. Согласно последней разведке с воздуха, в этом
направлении где-то впереди располагаются холмы, те самые холмы,
которые окружали снежное поле слева по борту на протяжении последних
трех или четырех тысяч миль и были иногда слегка заметны, возвышаясь
над далеким горизонтом.
Судя по цвету, холмы были из камня, а не изо льда; если
поверхность, над которой дрейфовал "Квембли", была просто растаявшей
снежной равниной, рано или поздно, но они почти наверняка должны на
что-нибудь наткнуться. Битчермарлф не более других представлял себе, с
какой скоростью их несет, но его уверенность в прочности корпуса не
уступала подобной же уверенности капитана, хотя он и не испытывал
желания наткнуться на риф на Дхрауне, впрочем, как не испытывал
такового и на Месклине.
Так или иначе, ветер не должен был бы гнать их так быстро, учитывая
плотность атмосферы. Хотя верхняя часть корпуса, гладкая, хорошо
обтекаемая, за исключением командного мостика, представляла собой
небольшое сопротивление, зато тележки внизу, под днищем, сильно мешали
движению. Насколько могли судить воздушные разведчики, равнина была
ровной, как стол, так что непонятно, почему такое сильное течение.
Рулевой пошевелился при этой мысли, поглядел на капитана, помешкал и
все-таки решился:
- Капитан, как насчет того, чтобы проверить пост по наблюдению за
давлением на корпус? Если нас несет сильное течение, следовательно, мы
движемся под уклон, и это указывает...
Дондрагмер перебил его:
- Но поверхность ровная... нет, ты прав. Надо проверить. - Он
поднялся к переплетению переговорных труб и вызвал лабораторию: -
Ворн, как давление? Вы, надеюсь, следите за ним?
- Безусловно, капитан. Как носовой, так и кормовой пузыри
безопасности все время расширяются с тех пор, как мы начали
дрейфовать. Мы опустились примерно на шесть длин тела за довольно
непродолжительное время. Я готов добавить немного аргона.
Дондрагмер одобрил принятое решение и оглянулся назад на своего
рулевого.
- Правильно посоветовал. Мне бы следовало подумать об этом. Похоже,
нас несет не только ветром, но и течением. Так что все пари о
скорости, расстоянии, о времени остановки ничего не стоят. Течению
неоткуда взяться, если только воздушная разведка не прозевала наклона
поверхности, ну, а так как наклон все же есть, то, следовательно,
плато где-то осушается.
- Мы готовы продолжить путь по твердому грунту. Не вижу, что еще
можно сделать.
- Есть еще одна вещь, - угрюмо сказал Дондрагмер.
Он снова поднялся к переговорным трубам и издал сиреноподобный рев
общего сбора. Держа голову на одинаковом удалении от труб, капитан
заговорил, стараясь, чтобы его услышали все:
- Всему экипажу - немедленно надеть гермокостюмы! И побыстрее!
Пусть все покинут свои посты для выполнения этой процедуры, но
возвращайтесь как можно скорее.
Он опустился на свое командное место и приказал Битчермарлфу:
- Достань свой гермокостюм, и мой, и принеси их сюда. Быстро!
Рулевой вернулся с обоими комплектами одежды уже через девяносто
секунд. Он хотел помочь капитану одеваться, но, остановленный весьма
выразительным жестом, занялся собой. Через пару минут оба, облачившись
в защитную одежду, но с откинутыми головными шлемами, вернулись на
свои посты.
Спешка, к счастью, оказалась ненужной. Время текло, ничего не
происходило. Битчермарлф играл с бесполезным рулем, а Дондрагмер
погрузился в размышления.
Капитан "Квембли" ждал, когда же придет хоть какая-то информация от
ученых-эемлян, и сомневался, будет ли от нее польза. Он надеялся, что
спутники помогут хотя бы примерно определить скорость "Квембли".
Приятно знать, несколько цинично думал он, насколько серьезна
вероятность врезаться во что-нибудь, что окончательно остановит их.
Необходимые данные, как он отлично знал, трудно получить вовремя, по
расписанию. Они поступали более чем с тридцати "теневых спутников",
находящихся на орбите на высоте не более трех тысяч миль над
поверхностью планеты. Не было предпринято ни одной попытки изменить их
орбиты, чтобы расширить охватываемую ими зону наблюдения, но ведь, с
другой стороны, обмен информацией не был их основным предназначением.
Само расположение главной базы землян, находящейся на синхронной
орбите в шести миллионах миль над меридианом Поселка, предполагало,
что подобная задача не является необходимой. Кроме того,
фантастическая скорость спутников на низких орбитах - более девяноста
миль в секунду, - хотя наблюдатели-люди утверждали, будто это весьма
удобно для наблюдения за положением базовой линии, казалась
Дондрагмеру непреодолимой причиной трудностей. И он не особенно
надеялся узнать свою скорость из этого источника.
Спустя примерно полчаса после того, как они надели гермокостюмы,
короткая дрожь пробежала по корпусу "Квембли", капитан немедленно
сообщил на станцию, что они, наверное, коснулись дна. Все остальные
члены команды пришли к такому же выводу, и обстановка на борту
становилась все напряженнее.
Из переговорной трубы, связывающей мостик с лабораторией, раздался
рев, а за ним последовал рапорт о том, что давление стало расти
быстрее и что надо немедленно добавить аргон в корабельную атмосферу,
иначе пузыри безопасности могут лопнуть. Хотя никакого увеличения
скорости ни в малейшей степени не ощущалось, из рапорта совершенно
четко следовало, что теперь они спускались гораздо быстрее. Но вот
насколько быстрее? Капитан и рулевой переглянулись, не задавая вопрос
вслух, но он легко читался в их взглядах.
Проходили минуты, напряжение росло, клешни все крепче сжимали ремни
безопасности и захваты.
Раздался грохочущий удар - корпус судна резко дернулся в сторону,
за ним последовал другой - и корпус вздыбился со стороны правого
борта. В течении нескольких секунд корабль яростно швыряло, и те, кто
находился на корме и на носу, чувствовали себя, как на гигантских
качелях, то вздымаясь вверх, то ныряя вниз, а разглядеть что-нибудь
снаружи по-прежнему мешал туман. Затем еще один, гораздо более мощный,
удар сотряс "Квембли", судно, развернувшись, накренилось на шестьдесят
градусов, но на этот раз выравнивания не произошло. Скребущие,
скрежещущие звуки наполнили корабль, пытавшийся изменить положение, но
тщетно. Наконец наступила тишина, и тут впервые стал слышен шум
проносящейся снаружи мимо корпуса жидкости.
Дондрагмер и Битчермарлф не ушиблись. Для существ, считающих две
сотни земных "g" нормальным явлением, а шестьсот - лишь незначительной
помехой, подобные передряги были нипочем. Они даже не ослабили
захватов и остались каждый на своем посту. Капитан не беспокоился о
каких-то непосредственных травмах экипажа. И первые же его слова
показали, что он просчитывал ситуацию на много ходов вперед.
- Всем постам - приказываю! - проревел он в переговорные трубы. -
Проверить герметичность корпуса и немедленно доложить о любых
трещинах, разломах, пробоинах и прочих свидетельствах возможных
протечек. Персоналу лабораторий занять посты по аварийному расписанию,
проверить внутреннюю атмосферу на содержание кислорода.
Жизнеобеспечение, прекратить циркуляцию атмосферы до завершения
проверки на кислород. Выполняйте!
Совершенно очевидно, что переговорные трубы были в сохранности.
Доклады стали поступать практически немедленно, и по мере их
поступления Битчермарлф стал расслабляться. В общем-то, он не ожидал,
что корпус, защищавший их от губительной атмосферы Дхрауна, выдержит
подобный натиск стихии, и его уважение к инженерной мысли чужаков
сильно возросло. Он считал, что любые искусственные сооружения
уступают в прочности и надежности живым телам, и, конечно же,
месклинит имел право на такой подход. Так или иначе, когда поступили
все доклады, выяснилось, что не произошло никаких значительных отказов
внутри крейсера, не было даже видимых повреждений. А что касается
обычных протечек, неизбежных в любой конструкции, имеющей люки для
персонала и оборудования, не говоря уж о специальных отверстиях для
инструментов и контрольных канатов, то выяснить, ухудшилось ли
положение с ними, удастся не сразу. Наблюдение за давлением и проверка
на кислород будут, конечно, вестись непрерывно, по установленному
расписанию.
Энергия поступала по-прежнему, что, в общем-то, никого не удивляло.
Двадцать пять независимых друг от друга водородных конвертеров -
практически идентичных друг другу модулей, которые можно было
перемещать, по мере надобности, из одного места в любое другое,
являлись машинами, лишенными каких-либо подвижных частей и работающими
на газообразном топливе. Их вполне можно было сунуть под молот без
всякого вреда для них.
Большая часть внешних прожекторов исчезла или, может быть, просто
вышла из строя. Правда, есть запасные. Однако несколько прожекторов
работали, и с погруженного в жидкость края мостика можно было
наблюдать внешний пейзаж. Что же касается другого края мостика, то он
возвышался над поверхностью жидкости, но туман по-прежнему блокировал
обзор. Дондрагмер легко пробрался в нижний конец и скользнул взглядом
по нагромождению скругленных камней на дне - больших и маленьких,
размерами от половины длины его тела до таких, которые раз в двадцать
превышали его рост. В эти камни и умудрилось вклиниться судно. Затем
капитан осторожно вернулся назад на свой пост, включил звуковую
систему своего радио и передал доклад, который Барленнан должен был
услышать примерно через минуту. Не дожидаясь ответа, он повернулся к
рулевому.
- Битч, останься здесь, на посту, на случай, если у землян будет
что передать. Я собираюсь произвести полный осмотр самолично, особенно
воздушных шлюзов. Хочу посмотреть, как проявил себя вариант
инженерного решения, на котором мы остановились. Возможно, в нашем
распоряжении остались только малые аварийные шлюзы, так как основной
на данный момент, похоже, находится под нами и может быть заблокирован
снаружи, даже если удастся открыть внутреннюю переборку. Поболтай с
землянами, если захочешь. Чем больше месклинитов научится пользоваться
их языком и чем больше людей овладеет нашим, тем лучше. Командный пост
- твой.
Дондрагмер совершил уже ставший привычным, но теперь бесполезный
ритуал: издал предупредительный стук по люку отсека, прося разрешения
пройти, после чего открыл его и исчез, оставив Битчермарлфа в
одиночестве.
У рулевого на данный момент не было никакого желания затевать
пустой разговор со станцией где-то высоко над ними. Капитан оставил
ему слишком много забот, требующих размышления.
Битчермарлфа не радовало, что он остался ответственным за командный
пост корабля при данных обстоятельствах. Зато его не волновала мысль о
возможной блокировке основного воздушного шлюза, потому что малые
вполне надежны, хотя через них и нельзя протащить аппаратуру
жизнеобеспечения, неожиданно вспомнил он. Что ж, на данный момент вряд
ли есть смысл выходить наружу, но если "Квембли" поврежден
окончательно и бесповоротно, с этой необходимостью придется
столкнуться лицом к лицу.
Ну, а самый главный вопрос - что сулит выход наружу? Двадцать тысяч
миль, то есть около сорока миллионов кабельтовых, отделяющих их от
Поселка, представлялись Битчермарлфу долгим, очень долгим путем,
особенно с грузом аппаратуры жизнеобеспечения, а без этой аппаратуры
нечего даже и думать ни о каком путешествии. Месклиниты были
поразительно живучими организмами и могли выдержать такие перепады
температур, что земляне-биологи не могли поверить, но кислород - это
уже совсем другое дело. Его парциальное давление в атмосфере снаружи
составляло примерно пятьдесят фунтов на квадратный дюйм - вполне
достаточно, чтобы убить любого из членов экипажа "Квембли" в считанные
секунды.
Желательнее всего было бы поставить огромную машины снова на
гусеницы. Удастся ли это - во многом будет зависеть от потока
жидкости, несшейся мимо застрявшего корпуса. Наружные работы в потоке,
может быть, в принципе, и возможны, но, определенно, это будет весьма
трудно и опасно. Месклинитам, одетым в гермокостюмы, придется брать с
собой много балласта, чтобы их не относило от места работы, и
страховочные фалы еще более усложнят дело.
Да и поток, конечно же, не останется постоянным. Он вообще только
что зародился в связи с переменой погоды и так же неожиданно может
прекратиться. Тем не менее, как хорошо усвоил Битчермарлф,
существовала существенная разница между погодой и климатом. Но даже
если река была лишь сезонным явлением, это все равно могло оказаться
слишком долгим для месклинитов: год на Дхрауне соответствовал восьми
земным годам, что составляло около полутора лет на Месклине.
В этой области информация землян могла оказаться полезной. Чужаки
наблюдают за Дхрауном аккуратно уже в течение долгого времени и,
наверное, имеют какое-то представление о местных сезонах. Кроме того,
капитан сказал, что он может поболтать с земляками по
радиопередатчику, при этом ни слова не упомянув о том, что можно
обсуждать, а что - нельзя.
Мысль о том, что под запретом может находиться что-то помимо
инцидента с "Эскетом", не была доведена до ушей Битчермарлфа. И
молодой рулевой уже решился было включить радио, чтобы послать вызов,
когда из передатчика возле него раздался голос. Более того, речь
звучала на его собственном языке, хотя и с сильным акцентом.
- Дондрагмер. Я знаю, что ты очень занят, но если не можешь
говорить со мной сейчас, буду рад, если поговорит кто-то другой. Я -
Бенджамин Хоффман, ассистент лаборатории аэрологии здесь, на станции,
и мне нужна помощь двух видов, если у кого-нибудь из вас найдется
время. Кроме того, я хотел бы попрактиковаться в языке, мне это
понадобится в дальнейшем. Должен признать, что наша лаборатория
оказалась не на высоте: уже дважды за последнее время полученные нами
метеосводки-прогнозы, касающиеся вашей части планеты, совершенно не
соответствовали действительности. В оправдание хочу сказать, что нам
недостает детальной информации для правильного расчета. Наблюдения,
которые мы ведем отсюда, многого не решают, а внизу, на поверхности
планеты, число следящих станций даже близко не лежит к тому, что
требуется. Ваша команда оставила на своем пути огромное число
автоматики, но и она, увы, охватывает лишь небольшую часть планеты,
как вы знаете. И поскольку правильные прогнозы будут полезны как вам,
так и нам, я подумал, что мог бы по-настоящему обсудить некоторые
детали с кем-то из ваших ученых и даже, может быть, разработать планы
изменения метеоусловий для тех мест, о которых вы собрали достаточно
данных.
Рулевой ответил охотно:
- Капитана нет на мостике, Бенджамин Хоффман. Я - Битчермарлф, один
из рулевых, сейчас на вахте. Я тоже был бы очень рад поупражняться в
языке, когда позволяют обязанности, как сейчас. Боюсь, ученым сейчас
хватает работы, да и сам я, наверное, буду занят большую часть
времени: у нас тут некоторые неприятности, хотя ты и не знаешь
подробностей. У капитана не было времени рассказывать всю историю
целиком, когда он докладывал наверх несколько минут назад. Я
постараюсь обрисовать тебе как можно более полную картину событий и
хочу поделиться кое-какими мыслями, пришедшими мне в голову уже после
того, как капитан покинул командный пост. Можешь записать эту
информацию для ваших людей и прокомментировать мои идеи, если
захочешь. Если ты сочтешь, что о них не стоит говорить капитану, то я
и не буду, он и без моих идей занят предостаточно. А теперь я подожду
подтверждения от тебя, готов ли ты к записи. Или ты не будешь
записывать?
Битчермарлф сделал паузу, и не только по причине, которую только
что указал. Он неожиданно подумал, а стоит ли беспокоить эти чуждые
существа своими мыслями, которые вдруг показались ему плохо
продуманными и никому не нужными.
И все же, убеждал себя месклинит, любые фактические данные должны
быть полезны. Ведь сколько мельчайших деталей в той ситуации, в
которой сейчас очутился "Квембли", могут оказаться важными, а люди
пока ничего не знают! И к тому времени, как подтверждение от Бенджа
поступило, рулевой вернул себе изрядную долю уверенности в себе.
- Все в порядке, Битчермарлф, все готово для записи! Да я и без
твоей просьбы собирался записывать - для языковой практики. Я передам
все, что пожелаешь. И даже если ваши метеорологи заняты, может быть,
мы вдвоем попытаемся разобраться с метеоинформацией? Держи с ними
связь и сообщай мне их данные. Кроме того, ты в самой гуще событий и
можешь все наблюдать, тем более что ты, как и любой на матросов,
набранных Барленнаном на Месклине, наверняка разбираешься в погоде.
Насколько я понимаю, ты провел на Месклине по крайней мере несколько
моих жизней, изучая методы проведения исследований и инженерное дело.
Давай начинай, я готов.
Эта речь способствовала полному восстановлению духа Битчермарлфа.
Прошло лишь десять месклинитских лет с тех пор, как чужаки начали
обучать нескольких избранных аборигенов своим наукам. Конечно,
взрослых особей человеческой расы в глазах месклинитов окружало что-то
вроде ореола сверхспособностей, но уж пятилетнего несмышленыша,
находящегося сейчас на связи, никак нельзя было считать превосходящим
существом.
Расслабившись, как только позволял наклоненный под шестьдесят
градусов пол, матрос приступил к описанию ситуации, в которой сейчас
находился "Квембли". Он описал в деталях путешествие вниз по реке, как
теперь точно установили, и о том, чем завершилось это путешествие;
подробно рассказал обо всем, что видел с командного поста; объяснил,
каким образом корабль сорвался с тележек, и обрисовал проблему,
вставшую перед командой. Он даже подробно объяснил устройство
воздушных шлюзов и высказал предположение, почему главный шлюз, скорее
всего, не удастся использовать, да и другие, наверное, тоже.
- Капитану, чтобы принять правильное решение, - заключил
Битчермарлф, - очень помог бы надежный прогноз ситуации с рекой: что с
ней может произойти в ближайшее время и когда она иссякнет, если это
вообще случится. Если в этом сезоне растает все снежное поле и вода
будет стекать с плато лишь по одному стоку - нашей реке, - то, думаю,
придется нам застрять здесь на добрую часть года, тогда надо
планировать соответственно. Если же есть какая-то надежда на то, что
почва под нами через недолгое время станет сухой, - это совсем другое
дело, и хорошо бы знать об этом заранее. Как ты считаешь?
Бендж задержался с ответом дольше, чем на обычные шестьдесят четыре
секунды: слишком много пищи для размышлений.
- Я все записал на пленку и отослал в секцию планирования, -
наконец пришли его слова. - Они размножат и раздадут копии по
лабораториям. Даже мне понятно, что ваша река доставит хлопот по
горло, и, в конце концов, все равно может оказаться, что сведений не
хватает. Вполне допускаю, что ваше снежное поле начало сезонное
таяние, но если бы все воды Северной Америки стали стекать через одну
такую реку, я бы ждал большого наводнения. Не знаю, как велико
пространство, охватываемое вашей воздушной разведкой, и не знаю,
насколько точны фотографии, сделанные отсюда, сверху, но готов
поклясться, что, если нанести все это на карты, белых пятен там
останется предостаточно. Даже если все и придут к какому-то общему
мнению, мы все равно многого еще не знаем об этой планете.
- Но у вас уже такой опыт работы на других планетах! - воскликнул
Битчермарлф. - Разве это не может как-нибудь помочь?
И снова ответ пришел позже, чем диктовалось обычной задержкой во
времени.
- Люди и их друзья имеют опыт работы со многими планетами, верно, я
прочел довольно много об этом. Все дело в том, что практически ничего
...Закладка в соц.сетях
