Жанр: Научная фантастика
Рапсодия гнева 1. Рапсодия гнева
...чам только и думал, как это сделать. Саша сдал
его беззастенчиво, ни один волос дыбом не стал, мол, умеет Женя петь, да
так, что заслушаетесь.
Насели... Отнекивался подопечный долго, но толпой дожали и деваться было
некуда, особенно когда за всех попросила Татьяна. Притащили гитару и Японец
запел... Пел он о воле, о чести, о доблести, о нелегком ратном труде и о
любви, за которую и в огонь, и в воду, и на любую, даже самую страшную
смерть.
Притихли...
Слушали долго, запоем, в перерывах обсуждали уважительно, шепотом,
терпеливо ждали, пока певец подстроит гитару. Такого в эдакой глуши никто из
них и не слыхивал. Сам Японец был уверен, что пел хуже некуда, но в этот
вечер Татьяну до дома провожал именно он. Никто оспаривать это право даже не
думал - лучшие воины и лучшие певцы во все времена пользовались на Руси
уважением и почетом.
Саша вечером потирал руки, выкладывая историю со счастливым концом жене,
а подопечный до часу ночи простоял с Татьяной в подъезде и до утра лежал на
кровати без сна, пялясь в потолок глуповатой счастливой улыбкой. О Саше он в
это время не думал, был уверен, что всего добился самостоятельно. А Фролову
было без разницы - главное, что дело сладилось.
Татьяна оказалась вовсе не такой боевитой и неуязвимой, какой хотела
казаться в клубе...
- Милая... Ласковая... - не помня себя от счастья, шептал вечерами Женя.
Кличку "Японец" в те дни похоронили без всяких почестей, как символ того,
что Женька стал другим человеком. Только Джек за спиной упорно звал его по
старому, не веря в окончательный успех предприятия и дабы зазря не
переучиваться.
Да, вне клуба Татьяна, Танечка, как звал ее Женя, была совсем другой -
тихая, загадочная и какая-то грустная. О семье почти не говорила, только то,
что живет без отца, с младшим братом и мамой. Институт, клуб, книги - почти
все ее интересы, даже друзей особенных нет, в основном все как были, так и
оставались добрыми знакомыми.
Женька чувствовал, что эта затаенная грусть мешает им сблизиться, как
мешала, наверное, многим другим сблизиться с Таней. С одной стороны он от
души благодарил за это высшие силы, с другой люто гневался за это на них. Он
хотел быть ближе к той, которую искал и ждал так давно, но смелости влезть в
чужую душу все таки не хватало. Да, странностей в Танином поведении было с
избытком, через край, можно сказать. Это давило, мучило, заставляло
задуматься.
Например провожать себя девушка позволяла только до подъезда - Женя не
знал ни этаж, не квартиру, где она жила. Не давала она и телефон, хотя он
был, как-то раз Таня об этом обмолвилась. Все решила зародившаяся и окрепшая
в эти дни ответственность за любимую - Женя не выдержал непривычного
душевного груза и стал плакаться Фролову в жилетку.
- Не понял? - ставя кастрюлю с водой на электроплитку, поднял брови Саша.
- Что значит ГРУСТНАЯ? Слушай, друже, ты что-то совсем оборзел... То тебе
помоги познакомиться, то, теперь, развесели.
- Не бурчи! Чего ты такой злой с утра? Понимаешь, Саня, с ней что-то
серьезное. Очень. Но я никак не могу узнать в чем дело.
- Спроси.
- Не могу! А вдруг это как ножом по сердцу? Надо бы выяснить как-то
иначе...
- Во... Ты как скажешь... Хочешь нанять меня частным детективом? - Ну...
Что-то вроде того.
- А платишь скока?
- Ну тебя... - Женька обиделся не на шутку. - А вдруг человек в беде?
- Ты сам только выкарабкался из большой беды, а уже туда же - в
спасатели.
- Из какой такой беды? - искренне удивился тот, кого совсем недавно звали
Японцем. - Ладно, отвянь... - Фролов насупился и высыпал пельмени в кипящую
воду.
- Хорошо, я заплачу. Помнишь, мою электрогитару в Москве, а? Она твоя,
если выяснишь все и поможешь.
Саша чуть не ошпарился - вздрогнул даже не смотря на всю многолетнюю
выучку.
- Сдурел? - негромко шепнул он.
Но уже понял, что дело действительно очень серьезное.
- Ладно... - Фролов выглядел чуть сконфуженно. - Ты гитару того... себе
оставь понял? Это я пошутил на счет платы, веришь? И давай, выкладывай все
про свою Таню. Пельмени были благополучно съедены, Джек взял Сашин
спортивный велик и поехал размяться по горам, чтоб не терять формы. Начался
разговор - не столько долгий, сколько нудный, потому что Женька стеснялся и
сведения из него приходилось клещами вытягивать. Но в результате Саша узнал
достаточно, чтоб начать действовать самому.
Для начала он, с помощью компьютерного справочника, выяснил Танин адрес и
телефон по узнанной в клубе фамилии. Удивительным оказалось то, что в
указанном Женей доме на эту фамилию был зарегистрирован всего один телефон,
причем квартира эта оказалась НЕ В ТОМ подъезде, где Женя по вечерам
прощался с Таней. Затем, пользуясь скудной Женькиной информацией и своими
милицейскими связями, узнал место, где работает Танина мама. Дальше больше -
брату пятнадцать лет, учится, занимается в каком-то кружке, отец жив, но с
семьей не живет. Обычное дело. Многие так живут и это вовсе не повод, чтоб
вести себя как Таня. Хотя такая странная замкнутая общительность может быть
обусловлена не внешними, а внутренними, чисто психологическими причинами, но
Фролов был последователен и решил для начала попробовать нащупать причину
внешнюю. Дело в том, что с внутренней причиной он бы связываться не стал -
это дело врачей. Как говаривали рыцари Круглого Стола: "Дай мне силы
изменить то, что можно изменить, дай мне терпение принять то, что изменить
нельзя и дай разум, отличить одно от другого."
Неразрешимые проблемы Саша старался на себя не вешать, наверное поэтому у
него никогда их и не было. Линя возможных проблем, связанных с Таниной
мамой, оказалось тупиковой - женщина вполне благополучная, бухгалтер очень
приличной фирмы, зарплата регулярная и не маленькая - на всех хватает. Без
излишков, но пояса подтягивать не надо, как самому Фролову иногда.
Таня тоже вроде бы в норме - институт тянет успешно, интересуется
историей, этимологией, занимается в клубе исторического фехтования, имеет
призы на турнирах. Подруги, друзья... Обычная девушка. Ее и замкнутой
назвать трудно, наоборот, общительна сверх всякой меры, центр всеобщего
внимания. Если бы Женька не познакомился с ней ближе, все проблемы так бы и
остались в тени.
Первый сигнал тревоги прозвучал для Саши, когда он начал исподволь, через
Женю, узнавать меню семьи, кто во что одевается и вообще приблизительные
расходы. Оказалось, что любую подобную тему Таня старательно обходит,
отшучивается или отнекивается, а иногда откровенно обижается. Первое, что
пришло Фролову в голову - мама пьет. Посудачил с бабушками у подъезда...
Отбой. Ничего похожего. Тихая женщина, выглядит свежо, никогда не скандалит,
по воскресеньям надевает косынку, словно в церковь идет, но в церкви ее как
раз никто никогда не видел. Дело зашло в тупик, потому что расспрашивать
Таню о религиозных пристрастиях мамы, было бы в высшей степени глупо - если
проблема действительно в этом, как заподозрил Саша, то не ответит все равно,
иначе все давно уже знали бы.
Пришлось искать обходные маневры и в качестве одного из них неплохо
подходил Танин брат. Это был тот источник информации, через который можно
было выведать очень многое, не вызвав никаких подозрений у самой Татьяны.
Надо было только к нему подобраться. Пару дней Саша потратил на выбор места
контакта, - в конце концов выбрал кружок по изучению английского языка, - и
один день на поиски контактера. На его роль прекрасно подошел младший
Голубев, пятнадцатилетний сын хороших знакомых. Следующим же днем, после
обеда, дело сдвинулось с мертвой точки.
Знакомство с Витей, так звали Таниного брата, Фролов решил организовать
прямо в кружке английского, заслав туда Диму Голубева под видом новенького,
желающего записаться. Идею поиграть в настоящего разведчика Дима воспринял с
неприкрытым восторгом, а Саша во всем этом спектакле играл роль Диминого
отца.
Кружок располагался на втором этаже кинотеатра "Москва", в двух маленьких
комнатенках, но занятия проводили прямо в кинозале, освобождая его от
дневных сеансов. Когда молодой мужчина аскетичного вида увел детей на урок,
Фроловым и "сыном" занялась довольно эффектная сорокалетняя женщина.
- Марта Кори. - стандартной улыбкой поздоровалась она. - Чем могу помочь?
Фролов выглядел не менее эффектно - жена постаралась. Строгий серый
пиджак, темные брюки из тяжелого шелка, безупречная белая сорочка и даже
галстук. Волосы тоже пришлось привести в порядок, иначе бы костюм не
смотрелся, так что теперь Саша походил на слегка разбогатевшего отставного
офицера. То что надо.
- Мы бы хотели записаться... - не очень уверенно начал Фролов, заранее
отработав линию поведения. - Я слышал, что у вас бесплатные курсы
английского.
- Вы правильно слышали... - Марта улыбнулась шире, а глаза работали как
сканер, изучая собеседника, разве что не светились. - Но у нас не только
английский. И не только для детей. Вы ведь офицер флота?
- Бывший. - неловко пожал плечами Саша.
- Тем более! - ничуть не смутилась женщина, чуть расправив плечи. -
Где-то работаете?
Дима Голубев отошел в сторонку, стараясь не мешать взрослым - молодец
мальчик, работает, словно профи.
Фролов изучал американку не менее внимательно, но совсем не так приметно
как она. Удивился быстрому переходу на флирт. Умеет себя подать с
соблазнительной стороны: Вот только зачем? Нда... Надо пощупать в этом
направлении. Прикинуться эдаким сексуально озабоченным вдовцом.
- Скорее подрабатываю... Пенсия сейчас вполне человеческая, я ведь служил
в ЧФ, так что нам с сыном на жизнь хватает. Семья не большая...
Марта клюнула на подставленную наживку. Стала в профиль, показав ладную
грудь.
- Да, без женщины в доме трудно... - почти без притворства вздохнула она.
- Особенно с ребенком.
- Да и без ребенка... - ностальгически вздохнул Саша, робко подняв
взгляд.
Это была такая подсечка - теперь рыба с крючка не сорвется. Очень хорошо.
Но все это в высшей степени странно. Что тут вообще за дела творятся? Не
очень-то похоже на обычные кусы английского языка. Кто они вообще, эти
преподаватели? Англичане? Американцы? По именам же не разберешь... И кем тут
работает эта красавица? Нда...
Марта оставалась в полной уверенности, что охотится именно она, взгляд
приобрел победное выражение, как у волчицы, взявшей след. Эх, до чего же
переоценивает себя! Думает, будто улыбкой и флиртом можно спрятать от
мужчины все, что угодно, любой интерес, любые эмоции. Может быть от самца и
спрятала бы, но от мужчины вряд ли. Ладно, пусть тешится девочка.
- Значит у Вас достаточное число свободного времени? - поинтересовалась
"девочка". - Да Вы проходите в комнату, не стесняйтесь. А мальчик пусть идет
в кинозал, осваивается. Как его зовут?
- Дима. - Я его запишу с Ваших слов. Дима, иди на урок, там дядя Алекс
все тебе объяснит. У нас много новеньких, не стесняйся.
Младший Голубев играл, как Бельмондо, не подвел - на лице буквально
написана жажда познавать иностранный язык, в глазах неподдельная
заинтересованность и легкий налет покорности. Прямо идеальный ребенок из
слезливого американского фильма. Красота!
Фролов еле удержался, чтоб ему не подмигнуть.
- И отчего же Вы так интересовались моим свободным временем? - Саша
поспешил поддержать разговор, потому что когда подсек рыбу, нужно быстренько
ее вытянуть, иначе все усилия зря.
- Хотела Вам рассказать о нашей программе для взрослых. - тепло
улыбнулась женщина, открывая одну из комнат. - Если у Вас есть свободное
время по вечерам, то Вы могли бы принять в ней участие.
- И что это за программа? Тоже курсы английского? - Саша вошел внутрь и
оглядел обстановку.
Два замечательных мягких стула с амортизаторами, большой компьютер на
столе таращится выключенным монитором, куча бумаг повсюду, даже на
подоконнике. И почти все на английском. Не разобрать.
- Ну... Это не совсем просто объяснить. Очень многосторонне. - Марта
развела руками и грациозно присела на стул.
За окном бушевал летний вечер - темнеть начнет не скоро. Солнечные лучи
просачивались сквозь полузакрытые жалюзи и замирали на черной ткани
бархатистого платья, мягко скрывающего едва заметную излишнюю полноту
женщины. Сквозь открытую форточку слышно было, как чирикают воробьи, купаясь
в теплой пыли у автостоянки.
Фролов обратил внимание на табличку у двери и предположил, что "Миссия
Надежды" все таки именно американское детище - англичане не так активно
занимаются сектантскими проповедями и уж совсем мало их экспортируют. За
океаном же на этом руку набили отменно: адвентисты Седьмого Дня, свидетели
Иеговы и прочая нечисть, взращенная на навозе "общечеловеческих" ценностей.
В России половина этой дряни запрещена, а тут еще трепыхаются. Даже вполне
не плохо.
Значит, если Марта американка, то вести себя нужно как можно более
галантно - у этих грубых крестьян подсознательное преклонение перед любыми
проявлениями аристократизма. Некая задавленная сознанием англофилия. Не
даром у них таким успехом пользовался сериал "Династия" и "Санта Барбара" -
картинки красивой аристократичной жизни, идеал для подражания.
Саша поправил пиджак и присел на самый краешек стула. - Я так понял, что
ваша программа с религиозным уклоном? - неопределенным тоном спросил он.
- Вас это беспокоит? - чуть напряглась женщина. В глазах мелькнуло
желание распознать настроение собеседника.
- Нет, просто я не очень религиозен. Боюсь, что будет неинтересно.
- Что Вы! - тут же включилась с изменившуюся обстановку Марта. - Наша
программа для всех! И мы никому ничего не навязываем. Представьте себе некий
клуб. Да, именно клуб, где люди могут встречаться, проводить время,
беседовать с теми, чьи интересы им близки.
- Звучит заманчиво. - с налетом грусти улыбнулся Фролов. - А скажите у
вас ну... в группе много женщин?
В глазах американки полыхнуло победное пламя.
- Их даже больше, чем мужчин. К нам их приводит одиночество, понимаете? У
вас в стране так много развалившихся семей...
"Как будто у вас их меньше". - зло подумал Саша. - Вы знаете, тут многие
знакомятся. Мы вместе проводим праздники, День Независимости, День
Благодарения, День святого Валентина, выезжаем на природу, вместе устраиваем
пикники. У нас свой автобус, места хватает всем.
- Так эта ваша программа вроде брачного агентства, что ли? - чуть
разочарованно спросил Фролов.
- Нет, что Вы! Ничего общего. Я же говорю - просто клуб. Даже не столько
общность интересов, сколько общность душ. Мы много говорим, много слушаем
друг друга. Это некая психологическая реабилитация, что-то вроде лекарства
от одиночества, понимаете? Мы учим и учимся новому взгляду на жизнь, учимся
любить и быть любимыми, не смотря на все перенесенные огорчения. Любовь это
то, что лечит душу. Это... Саша неожиданно поймал себя на том, что слушает,
развесив уши - едва рот не распахнул. Ну и ну! Навыки эриксонианского
гипноза у нее те еще, позавидуешь. И ритм речи, и подстройка позы, и
смысловые акценты. Мастер. Американская школа. Высший пилотаж. Эдак можно
довольно легко внушить очень многое - клиент даже не почувствует.
- ...То, что сближает людей. - продолжала Марта. - Любовь это стержень
мироздания, это священное семя, данное Богом. Поэтому мы идем от любви к
Богу, но не останавливаемся на ней, не зацикливаемся. Ведь Иисус был прежде
всего сыном человеческим, его плоть и кровь - плоть и кровь человека. Только
дух его от Бога. Дух, несущий любовь. Истинная любовь человека может
развиться только через человека...
Фролов попытался незаметно выйти из подстройки, как учил Володя, -
хороший спец по эриксонианской технике внушения наяву, - но побоялся, вдруг
Марта заметит. Лучше напрячь волю. Когда человек знает, что на него пытаются
воздействовать, то это уже невозможно. А женщина пусть думает, что Саша весь
растаял уже, а то забеспокоится. - ...Только в человеке она зарождается,
только им раздувается в буйное пламя. Поэтому мы всячески приветствуем
контакты между людьми в самых разных их проявлениях, от дружеских до
сексуальных. И хотя истинная любовь не связана с сексом, она имеет корни от
Бога, но через секс постигается так же, как через дружбу. Даже лучше. В
принципе секс, это некое продолжение дружбы, переходная ступень от дружбы к
любви. "Вот это завернула..." - подумал Саша. - "Выходит что секс это не
наивысшее проявление любви, как оно есть на самом деле, а только ступенька,
переходный этап к некой абсолютной внетелесной любви. Весело. Трахайтесь
побольше и вы полюбите весь мир. Нда... На такой лозунг клюнут многие
одинокие, кого удерживают от беспорядочных связей только внутренние запреты.
Подобное внушение способно запросто поколебать систему внутренней
дисциплины. Еще как! Людям хочется расслабиться, это естественно, а тут еще
говорят, что расслабляться даже нужно, что это благо, несущее всеобщую
любовь. Ладно, к чему она, интересно, клонит?"
- Дружба и секс - одно целое. - с сияющим взором вещала Марта. - Это
синтез, созданный Богом. Разве можно осудить тех, кто дружит? Так почему же
можно осудить тех, кто занимается сексом? Почему в сексе можно вводить
какие-то особые правила, которых для дружбы нет? Какие вообще могут быть
правила, какие вообще могут быть запреты? Вы говорили, будто наша программа
похожа на брачное агентство, но очень скоро вы поймете, как далеки от
истины. Брак - это ответственность, а ответственность убивает любовь. Мы же
сеем именно любовь, взращиваем ее, стараемся заполнить ей все уголки мира.
Ведь чем больше людей подружатся, тем больше станет в мире любви, значит чем
больше люди будут заниматься сексом, тем сильнее заполнит их души любовь.
Чем меньше запретов для секса, тем меньше запретов для любви.
"Пытается создать ложные связи между словами "дружба", любовь" и "секс",
хочет заменить в мозгу значения понятий". - определил Фролов. - "Знакомый
приемчик".
Американка вдохновенно продолжала, без запинки, словно откатывая
заложенную программу:
- Сексуальные проявления должны быть такими же естественными, как
проявления симпатии и дружбы. Вам кто-то нравится, значит Вы можете заняться
с этим человеком сексом. Почему нет? Кто выдумал эти запреты? Человек рожден
свободным и одухотворен Богом, значит только Божьим рабом может он быть, но
никак не рабом человеческих запретов. Любые запреты - это преграда для
устремлений души. Покорность должна быть только перед промыслом Божьим. Но
если Бог посылает Вам возможность, то не воспользоваться ею - отвратительный
грех. Отвергнуть данное Богом, это все равно, что отвергнуть самого Бога.
"Ничего себе установочка..." - мысленно ужаснулся Саша. - "Попробуй
теперь рыпнись! Не каждый ведь способен катить бочку на бога... Сильно
работает девочка, очень сильно".
- Бог дал человеку Свободу, значит отвергнуть свободу - это отвергнуть
Бога. - продолжала гнуть свою линию Марта. - Устанавливать себе и другим
любые запреты - это отвергать Бога, давшего нам возможности. Только та жизнь
достойна Человека, в которой нет запретов, одни лишь желания. Но
неудовлетворенные желания вызывают боль, поэтому всегда и во всем надо
достигать удовлетворения. Задуманное и начатое должно быть доведено до
конца. Только так можно приблизиться к Богу. И отказать кому-то в чем-то,
это установить для него запрет.
- Так что, - вслух усомнился Фролов. - Если кто-то попросит меня сделать
то, что я не хочу, значит я все равно должен это сделать? Поступиться
собственным желанием?
- Да. Только далеко не все на это способны и готовы к этому. Только те,
кто по настоящему близки к Богу. - Но если я поступлю вопреки своему
желанию, разве это не будет мне самому каким-то запретом?
- Да, это так. Но этим вы снимите запрет другого человека, удовлетворите
его желание, а это для воцарения всеобщей любви намного важнее. Поступиться
собственным желанием во имя желания другого - великий подвиг, приближающий к
Богу. Ведь Иисус взошел на крест не от того, что хотел, а от того, что этого
хотели другие. Это был наивысший подвиг - отдать свою жизнь тому, кто хочет
ее забрать. И награда за такой подвиг наивысшая - стоять по правую руку от
Бога в царствии Его.
- Значит тот, кто дает вопреки собственному желанию, приближается к Богу?
- радостно блеснул глазами Фролов. - Значит достичь царствия Божьего можно
не аскетизмом, не внутренними запретами, а наоборот, удовлетворением
собственных и чужих желаний?
- Вы все поняли правильно. - довольно улыбнулась женщина, выходя из
состояния подстройки к собеседнику. - Совершенно верно. Мы этому как раз и
учим - отдавать что-то, получая взамен настоящую любовь и близость к Богу.
- Значит вступив в ваш клуб я могу общаться с людьми, думающими так же,
как Вы тут говорили? - Саша изображал лицом одухотворенную радость. Он это
мог, когда очень постарается.
- Да, конечно. И их становится все больше. Мы начинали с пятерых, все они
были мужчинами, а теперь наши встречи посещают почти пятьдесят человек,
больше половины из которых женщины.
- Впечатляет... Значит я могу попросить любую ну...
- Заняться с Вами сексом? Не бойтесь этого слова, в нем нет ничего
запретного. Мы много говорим об этом на наших занятиях, чтоб преодолеть
почти врожденную стеснительность, свойственную многим русским. Вам слишком
долго устанавливали всяческие запреты, вы не привыкли быть свободными. Мы
этому учим. Многие, почти все, научились этому, но есть и новенькие, которые
идею близости к Богу восприняли не так легко, как Вы. Не полностью. Поэтому
не стоит пока просить любую из женщин заняться с Вами сексом, Вы можете
травмировать еще не адаптированную психику, испортив все, чего нам удалось
достичь, понимаете?
- А как же с удовлетворением желаний? Мне это так понравилось! Неужели
это все липа?
- Нет, что Вы! - поспешила уверить Марта. - Просто на первом занятии,
когда я буду знакомить Вас с остальными, я дам Вам особый знак. Если сожму
руку в кулак, когда представлю Вас кому-то, значит этот человек еще не готов
полностью. Хорошо? Но уверяю Вас, таких очень мало, всего пять человек из
пятидесяти. Дело в том, что русские женщины настолько долго жили в сетях
всяческих сексуальных запретов, что выпутаться из них не так уж просто. На
это нужно время.
- Понимаю. Но пять человек это совсем не много.
- Да. Только Вы должны помнить, что взяв что-то, придется потом и отдать,
когда кто-то попросит. Если Вы не готовы отдать что угодно по первому
требованию, то не стоит просить у других слишком много. Это просто нечестно.
Вы либо принимаете нашу веру, либо нет. Полностью. Никаких односторонних
вариантов не выйдет. Но от Вас никто ничего не потребует, пока Вы сами не
захотите брать и отдавать. Это приходит скоро, причем к мужчинам быстрее,
чем к женщинам. Но приходит только через Ваше собственное желание, ни в коем
случае не насильно. Просто приходите на наши занятия. Послезавтра в это же
время.
- Обязательно! - честно пообещал Фролов. - Нда... Как-то даже не верится,
что все это правда... Я как-то неестественно себя чувствую, словно шторы с
глаз упали и воздух стал чистым-чистым...
- Это естественная реакция. - улыбнулась женщина. - Эйфория от познания
Истины. В такие моменты очень желательно подтверждение сказанному, тогда все
становится на естественные места. Вот у Вас есть какое-нибудь желание,
которое я в состоянии удовлетворить? Попросите, не стесняйтесь.
Саша прекрасно понимал, какую именно просьбу она желает услышать, но
именно ЭТО делать сейчас он хотел меньше всего. Тем более с американкой.
Пусть даже не такой толстой, как большинство ее соотечественниц. Фу...
Противно даже думать. Надо как-то выкрутиться. Что бы пожелать попроще, для
отмазки? О! Классная мысль!
- Да, наверное Вы можете удовлетворить одно из моих желаний. - честно
признался он.
Марта с готовностью улыбнулась. Ободряюще так, мол, давай, говори, не
стесняйся.
- Я хочу... - робко продолжил Саша. - Взять у Вас пятьдесят долларов.
Улыбка не сошла с лица женщины, но на мгновение застыла, будто
превратившись в холодную маску.
- Это Ваше желание? - несколько заторможено переспросила она. - Вы
уверены?
- Абсолютно! Хочу хорошую электробритву купить. Американскую. Тогда можно
будет подумать и о других желаниях.
- О них можно подумать и сейчас. - чуть раздвинула бедра женщина, показав
под платьем довольно эффектные ноги.
- Нужно быть последовательным в желаниях. - убежденно покачал головой
Саша. - И не требовать сразу слишком многого. Вы же говорили!
- Да, конечно... Она сконфуженно открыла сумочку и протянула улыбающемуся
Фролову новенькую пятидесятку. - Спасибо! - от души поблагодарил он.
- Всегда пожалуйста. - выдохнула американка. Саша был за нее очень рад,
ведь особого желания давать ему деньги она не испытывала, значит здорово
приблизилась к своему богу. Всегда приятно делать добрые дела!
Они еще поболтали непринужденно, пока не закончился урок английского,
потом Фролов попрощался и пошел забирать "сына".
- Ну как? - спросил он юного Голубева, выходя из кинотеатра в багровеющий
закат.
- Фигня какая-то! - пожал плечами мальчишка. - Такую пургу несли, что
...Закладка в соц.сетях
