Жанр: Научная фантастика
Пилот Хаоса 3. Несущий перемены
...на глиссер, - она
расслабилась, запрокинув голову.
К тому времени, как они достигли плато, Палатон перестал дрожать. Он
приподнялся, пробормотал: "Йорана?" и придвинулся к ней. Она лежала тихо, не зная,
умирает он или оживает, и что будет лучше для него.
Без бахдара он не сможет противостоять Паншинеа. У него нет будущего - ни как у
наследника, ни как у тезара, и Йорана спрашивала себя, как это могло случиться, как она
пропустила признаки. Неужели защита человека вызвала его полное сгорание?
Руфин остановила вездеход. Йорана выбралась из него и вместе с пилотом перенесла
Палатона в глиссер, а потом на минуту вернулась на свежий воздух, съежившись от ветра
и задумчиво склонив плечи.
Палатон очнулся, когда она вошла в салон. Руфин усмехнулась, произнесла: "Я
ухожу", и исчезла в кабине.
Когда корабль задрожал, прогревая мотор, Йорана закрыла дверь, ведущую в салон.
Она вновь подошла к Палатону, тот выпростал руку из-под одеял, взял ее пальцы и сжал
их.
Йорана не смогла сдержать горечь в голосах, спросив:
- Почему ты не сказал мне? Почему не объяснил, что теряешь силу? Это из-за
Рэнда? Он истощил тебя?
Палатон отпустил ее руку.
- Нет, Рэнд мне только... помогает, - его губы постепенно приобретали обычный
цвет, но как только он согрелся, все тело стала бить нервная дрожь. Палатон произнес,
стараясь сдержаться: - Никто не знает. Даже Ринди.
- А Паншинеа?
- Тем более.
Йорана взглянула в его глаза, золотисто-карие, в которых сейчас преобладал
золотистый цвет. Она поняла, что Рэнду обо всем известно. Рэнд говорил о бахдаре Ринди,
когда тот очнулся. Она ни о чем не спросила, желая только, чтобы доверие не ослепило ее.
- Но почему ни я, ни кто-нибудь другой этого не заметили?
- Ты видела то, что ожидала увидеть, - он с трудом сел и потянулся к ней.
Она напряглась, но тут же заставила себя расслабиться в его объятиях. Он пригладил
ее волосы.
- Ты же знаешь, я не мог сказать тебе. Ты служишь Паншинеа. Я не мог надеяться
на твою преданность.
- И ты собираешься вернуться, как будто ничего не случилось?
Он скривил губы.
- Попытаюсь.
- У тебя ничего не выйдет. Паншинеа возвращается.
Он отстранил ее, всматриваясь в лицо.
- Что?
- В Баялаке вновь вспыхнул мятеж. Неожиданный и опасный. Мы можем потерять
все. Пан сообщил, что возвращается, едва уладит дела на Скорби. Тебе нельзя встречаться
с ним без бахдара.
Палатон натянул одеяло на плечи.
- Почему Рэнд не приехал с тобой? .
- Он пропал. Покинул дворец вчера утром, и я не смогла найти никаких следов.
Кажется, его увез Чирек...
- Кто?
- Служащий Гатона. Но зачем ему понадобился Рэнд, я не знаю.
- Для Малаки, - решительно проговорил Палатон.
- Нет. По крайней мере, мне так кажется. Я постоянно слежу за Малаки. Кто-то
другой решил воспользоваться Рэндом как заложником, но только не Малаки.
- Ты узнала что-нибудь?
- Нет, кроме слухов из Баялака. Там появилась чоя, настоящая прорицательница, и
неизвестно, откуда она взялась. Никто прежде о ней не слышал.
- Мы должны найти Рэнда.
- Я стараюсь.
Палатон снова задрожал, одеяло спустилось с его плеч. Йорана почувствовала укол
жалости. Она вновь закутала его, зная, что Палатон не переживет мести Паншинеа. А она
потеряет Палатона.
Йорана молча приняла решение и встала.
- Тебе надо выпить чего-нибудь горячего, - она прошла по салону и сунула руку в
карман, где дожидался своего часа сосуд с рахлом.
Если нельзя сохранить Палатона, помочь ему, по крайней мере, ей останется его
ребенок.
Ловко и быстро она достала бутылку вина, мед и специи и смешала все в двух
бокалах, подогрев их так, что аромат наполнил самолет. Она вернулась к Палатону,
вложила бокал в его руку.
- Когда допьешь, я разотру тебя и найду другую одежду. А потом решим, что
делать с Рэндом и Паншинеа.
Он взял бокал и выпил вино длинным глотком.
Глава 28
Жар болот Баялака проникал во все, даже в сны. Он уносил покой, и после
пробуждения все чувствовали себя вялыми и уставшими. Чирек дремал, просыпался,
вновь погружался в сон, пытаясь успокоиться.
"Твои руки трижды обагрятся кровью. Не проливай ее на улицы, иначе все
пропало". Чирек вновь неожиданно проснулся. Шлюпка качнулась от его движения.
Легкий шарф, которым он закутал лицо от солнца и мошкары, взлетел в воздух и упал за
борт, где закачался на воде, как опавший лист, прежде чем уплыть.
Руки в крови... Чирек поднял их и оглядел так, будто ожидал увидеть кровь. Первой
была Дорея, затем Сели. Он с трудом вынес это испытание, но ужасался мысли, что
окажется повинным в еще одной трагедии. Кому еще он может причинить вред? Он
перевел взгляд на Рэнда и вздрогнул. Человек замедлил ход шлюпки и теперь стоял у
руля, проводя суденышко мимо корней и огромных, образованных ветвями туннелей, как
нитку в игольное ушко.
Запах пакета пропитывал воздух, мешая дышать. Чирек повернулся и съежился,
ощущая боль в голове. Дорея сидела неподвижно, время от времени подавая голос,
объясняя Рэнду, куда повернуть - это свидетельствовало о том, что она видит, несмотря
на слепоту. Она вела их обратно в Баялак - даже Чирек понимал это. Усиливающийся
запах дыма примешивался к аромату пакета. За Бая лаком находилось открытое море.
Куда ведет их Дорея - к спасению или в ловушку врагов?
Чьей крови он должен опасаться? Шлюпка внезапно и резко качнулась. Рэнд что-то
пробормотал. Чирек не понял незнакомых слов, но догадался об их значении, когда Рэнд
наклонился и отвел с пути корень. Чирек перегнулся через борт и увидел коричневую
морду наблюдающего за ним водяного зверя. Зверь плеснул хвостом и скользнул в воду,
как только мотор вновь загудел ровнее.
- Если мы задержимся здесь до ночи, мы погибли, - заметил Рэнд. - Я плохо
вижу, даже с помощью Дореи.
Прорицательница повернулась к Рэнду.
- Вряд ли нам надо беспокоиться об этом, - отозвалась она и указала вперед, на
мутную болотную воду.
Откуда-то из мириадов каналов, из-за островков поваленных деревьев и корней к
ним направлялось судно, похожее на плот, которое уверенно вел чоя, отталкиваясь
шестом. Рэнд сбавил скорость и дождался, пока чоя приблизится.
Он явно был Заблудшим, его роговой гребень выглядел тяжелым и грубым,
закрученным на концах и покрытым грибками, которые походили на серовато-зеленый
мох. Изорванная одежда была пропитана болотной водой. Улыбаясь, чоя приблизился к
ним и наклонился, без опасений протягивая Рэнду руки.
- Вестник, - почтительно произнес он.
Рэнд без смущения потянулся и пожал ему руки. Чирек заметил, как тонкая
голубоватая аура окружила их. Он вздрогнул, зная, что делает Рэнд. Собственная реакция
удивила Чирека. Неужели он этого хотел? Неужели этому посвятил свою жизнь,
проповедуя появление Вестника Преображения?
Чоя сдавленно крикнул, радость исказила грубые черты его лица. Он затряс головой,
и пряди гривы разлетелись по плечам. При втором его крике с ветвей деревьев взлетели
птицы, а вода забурлила от поспешно уплывающих зверей. Гребень чоя заметно напрягся.
- Следуйте за мной, - попросил он и направил плот в один из каналов.
Рэнд оглянулся на Чирека. Тот пожал плечами.
- А что еще нам остается?
Их шлюпка двинулась за плотом на минимальной скорости. Рэнд умело правил.
Канал расширился, замкнутые туннели растений поредели, открыв голубое небо. Ветви
деревьев начали распрямляться, их шатры уже не мешали обзору. Испытывая облегчение,
Чирек все же понял, что Рэнд встревожен, поскольку он все чаще смотрел на небо, будто
опасаясь приближения врага.
В глубине души Чирек не мог поверить, что этим врагом окажется Кативар, но
рассудок холодно убеждал его в обратном. Он не понимал причин его действий.
Единственное, о чем он мог подумать - что Прелат из Дома решил покончить со старыми
верованиями, религией простолюдинов, Заблудших, уличных чоя, ничтожных и
презираемых хозяевами жизни. Он понимал, что этого недостаточно, но, вероятно,
главной причиной следовало считать именно эту. Чирек никогда полностью не доверял
Кати-вару, но не знал, чем это объяснить. Теперь он надеялся, что верить можно хотя бы
Малаки, несмотря на его подозрения к способностям Рэнда. С помощью Малаки им было
бы гораздо проще - его возможности Чирек считал неограниченными.
- Чирек! - осторожно позвал Рэнд.
Оторвавшись от своих мыслей, священник поднял голову и увидел впереди целый
караван самых разных суденышек - плотов, лодок, шлюпок, всего, что только могло
держаться на воде. Болото заполнили чоя. Чирек осторожно привстал и начал
вглядываться в их лица, но не заметил ничего подозрительного. Они скользили по тихим,
теплым водам залива, поочередно пристраиваясь к шлюпке Рэнда. Время от времени ктонибудь
из чоя осторожно наклонялся и протягивал руку. Рэнд отвечал на пожатие, и чоя
вскрикивали, пораженные контактом, но не протестовали. Большие лодки были
переполнены - чоя в них сидели целыми семьями. Когда кто-нибудь из них касался
Рэнда, остальные близкие радостно утешали счастливца, заливающегося слезами.
- Расскажи, - попросила Дорея Чирека. - Расскажи мне все, - и она
рассмеялась, когда Чирек описал ей эту сцену. Тихий и радостный смех напомнил
священнику, какой была Дорея до Преображения. Она склонилась к Рэнду и заметила: -
Они услышали твой призыв.
- Но я не... - Рэнд подавил возражение и побледнел.
- Разве нет?
Он перевел взгляд на Чирека.
- Я звал Палатона, - ответил он, продолжая управлять шлюпкой и замедляя ход по
мере того, как залив заполнялся лодками.
- Ты звал на помощь, - поправила Дорея. - И они пришли.
Чирек сел, чувствуя, как шлюпка качается на волнах, поднятых другими судами. Он
задумчиво скрестил руки на груди.
К ним приблизилась крохотная, узкая лодка.
- Отец Чирек! - окликнул сидящий в ней чоя.
- Да?
Чоя широко усмехнулся - это был подросток, почти ребенок.
- Нас прислал Малаки.
- Малаки! - Значит, молитвы Чирека были услышаны! - Где он?
- В Баялаке - вернее, в том, что от него осталось. Старый город сгорел дотла.
Сохранились аэродром, порт и большая часть нового города. Малаки говорит, что сможет
защитить вас. И он просил передать, что прежде недооценивал вас, - чоя широко
ухмыльнулся, пытаясь скрыть иронию своих слов.
Рэнд повернулся к ним.
- Это далеко? - спросил он.
- Час пути. Вскоре можно почувствовать запах пожара.
Дым, правда, ощущался постоянно, но Чирек не стал поправлять юношу. Он
благодарно произнес:
- Скажи ему, что мы придем.
Лодка развернулась и понеслась вперед, опережая весь караван; вскоре она
скрылась.
- Малаки, - недоверчиво повторил Чирек.
- Ты в чем-то сомневаешься? - тихо спросила прорицательница.
- Да, - ответил священник. - Да.
Сны о тропическом болоте, деревьях с низкими ветвями, лианах, поросших мхом,
вновь вытеснили прежние сны, в которых присутствовали лед, снег и мрак. Палатон
проснулся, наконец-то согревшись, слабый и утомленный, ощущая боль в мышцах.
Несмотря на неясную заботу Йораны, ему предстояло проболеть несколько дней. Что
касается остальных ее ласковых забот, он думал, что запомнит их до конца жизни, как и
огонь, вспыхнувший в нем от нежности и страсти. Он уже думал, что больше никогда не
будет любить ее. Она возбудила в нем страсть и удовлетворила ее - Палатон не знал, что
можно почувствовать все это без бахдара.
Осторожно задвигавшись на своем ложе, он сел. Йорана спала на соседнем сидении,
запрокинув голову с растрепанными от его ласк волосами. Палатон выпутался из одеял.
Его летный костюм, одолженный у Руфин, совсем измялся, был слишком широким и
коротким, но Палатон не сетовал.
Йорана не спрашивала его о том, что он нашел в Мер лоне, и за это Палатон тоже
был благодарен. Он еще сам не знал, что делать, когда пройдет первое потрясение.
Свойства Огненного дома не так доминировали в нем, как надеялся Аэлиар - или же
были подавлены учебой. Вероятно, дисциплина тезара в каком-то смысле спасла ему
жизнь. Но потенциал оставался при нем. Будет ли этого достаточно, чтобы соблюдать
осторожность и впредь? Он не представлял себе, как взять силу обратно у Рэнда, не знал,
можно ли это сделать.
Что говорил ему глава общины Мерлона? Если у него не хватает смелости взять то,
что принадлежит ему, никто ему не поможет. Были ли эти слова пустыми или старик
просто хотел ободрить его и что-то подсказать?
Должно быть, Йорана услышала, как он ходит по салону, она подняла голову и
робко улыбнулась:
- Тебе лучше?
- Намного.
- Отлично. Мне пора возвращаться к делам. Пойду к Руфин, - подкрепляя свои
слова, Йорана встала, потянулась и прошла мимо Палатона, как ни в чем не бывало. Она
открыла дверь в кабину пилота.
Руфин обернулась, освещенная подсветкой пульта.
- Проснулись? Хорошо. У меня есть новости - нашелся Рэнд.
- Где?
- В Баялаке.
Мысли Палатона вернулись к снам о глухих болотах.
- Он в безопасности?
- Ему помог Малаки. Он послал сообщение полчаса назад.
Им овладел гнев. Палатон ударил кулаком по стене и не обратил внимание на боль,
пронзившую пальцы.
- Так вот чем объясняется мятеж! Будь проклят Малаки! Он не останавливается ни
перед чем. Он изо всех сил старается показать, что улицы принадлежат ему - причем в
любое время. Как только представится случай, я напомню ему о нашем соглашении.
- Но ты же не знаешь, что там случилось.
- Ну и что! Сейчас я только хочу вытащить оттуда Рэнда. Измени курс, Руфин, и
добейся разрешения на посадку. Не обращай внимания, если Малаки запретит ее.
- Слушаюсь, - отозвалась Руфин и повернулась к приборам.
Йорана выглядела встревоженной.
- Что ты намерен делать?
Спасти Рэнда и себя. И всех остальных.
- Сейчас речь идет о жизни множества чоя, - ответил он. - Когда прибудет
Паншинеа, он не захочет вести переговоры с простолюдинами - он просто начнет аресты
и казни. Ты знаешь так же хорошо, как и я, что он сделает это - хотя бы из-за первого
мятежа. И ему придется действовать решительно, если он хочет сохранить поддержку
Домов. Революция Заблудших немыслима.
- Даже Пан не может быть таким жестоким, - произнесла Йорана так, как будто не
верила собственным словам.
Глиссер качнулся, ложась на крыло и меняя курс. Палатон чувствовал, что гнев в
нем не угасает.
- Первый шаг сделаю я, - произнес он. Йорана не ответила.
Посадочная полоса была тускло освещена. Палатон не видел признаков опустошения
в аэропорту, но на горизонте, над городом, полыхало оранжевое зарево. Еще прежде, чем
Йорана распахнула дверь, он ощутил запах дыма. Воздух был наполнен жаром, копотью и
вездесущим запахом пакета. Палатон помедлил на трапе.
Малаки, чья массивная фигура возвышалась среди чоя, выглядел так, как будто
только что вырвался из схватки. Правая рука его была перевязана, бронежилет явно
выдержал не один выстрел. Палатон заметил, что на одежде одного из сопровождающих
его чоя красуется знак местной охраны.
Он спустился на полосу.
- Где Рэнд?
- В сущности, пока я его не видел, - ответил Малаки, не обращая внимания на
напряженные голоса Палатона. - Его везут сюда.
- Везут? Откуда?
- С болот. Пойдем к южному причалу - он должен появиться там с минуты на
минуту, - Малаки мельком взглянул на Йорану, но та отвела глаза. Он прикусил губу. -
Тяжелый день?
- Для всех нас, - Палатон широко зашагал к ждущим их машинам. - Какая часть
города находится в твоих руках?
Малаки коротко рассмеялся.
- Не в моих, Палатон, совсем не в моих. Думаю, ты будешь удивлен, увидев, кто
завоевал город, - он сунул руку в болтающуюся на груди повязку и забрался в машину,
напоминающую открытую платформу. Йорана молча последовала за ним.
Палатон устроился на платформе.
- Разве ты не обещал мне больше не устраивать ничего подобного?
- Обещал, но хорошо хотя бы то, что я поспел сюда вовремя. Впрочем, - челюсть
Малаки дрогнула и он мрачно добавил: - Дело еще не кончено и может не кончиться
совсем.
- Не говори загадками, - попросил Палатон, отворачиваясь от Малаки и
оглядывая разгромленный город, по которому они ехали. Несмотря на то, что мятеж в
Чаролоне продолжался гораздо дольше, здесь улицы имели куда более воинственный вид.
Поперек них были воздвигнуты баррикады, в стенах виднелись отметины зарядов
инфорсера. - Что здесь случилось?
- В этом квартале произошла первая схватка, - Малаки поерзал на сидении с
недовольным видом, и наконец откинулся на подушки. - Больше я ничего не могу тебе
сказать - до тех пор, пока мы не встретим Рэнда и Чирека.
Йорана обернулась к нему с побледневшим лицом и напряженным взглядом.
- Чирека?
- Да.
- Человек по-прежнему у него? Мне казалось, ты сообщил, что забрал его.
- В сущности, правильнее было бы сказать, что Рэнд призвал меня, - Малаки
тонко улыбнулся, отказываясь продолжать.
Йорана удивленно взглянула на него, но промолчала.
Палатон смотрел вдаль, на приближающийся берег. Фонари всевозможной формы
очерчивали его изгибы. Как только машина затормозила и припарковалась, Палатон
вышел, оказавшись в огромной толпе.
Будучи тезаром, он привык к вниманию и уважению, но эта толпа раздражала его.
Он не мог понять, чего она ждет в таком напряженном молчании, не глядя ни на него, ни
на Малаки, а только на воду. Чоя заполняли все пространство причалов, кроме канала,
который помощники Малаки удерживали стеной своих тел. Малаки подал знак
охранникам присоединиться к нему. Они прошли по неровному коридору, время от
времени сужающемуся под напором тел. Малаки зашипел от боли, когда кто-то из чоя
задел его руку, но охранник расчистил проход, и они вышли к берегу.
- Смотри внимательно, - провозгласил Малаки. - Сегодня преображается мир, к
которому мы привыкли, - его голоса подрагивали от гордости.
Он указал вдаль, туда, где болотные воды смешивались с морской водой залива. Изза
деревьев и поросших мхом лиан появилась флотилия, состоящая из самых
разнообразных судов, всего, что только могло плавать. На воде заплясали огни, и
флотилия двинулась к берегу.
Отражения фонарей повисли в воде, как десятки лун. Они разбивались от ударов
шестов и весел, слышался шум двигателей более современных судов.
Йорана встревожилась.
- Вот они - впереди!
Палатон с беспокойством выпрямился. Он заметил Рэнда за рулем, ведущего
шлюпку. Черты его лица оставались неразличимыми, но судя по росту, это был именно
человек.
- Кто это с ним?
Йорана успела ответить прежде, чем это сделал Малаки:
- Чирек. И чоя, которую называют прорицательницей.
Палатон заметил белую повязку на ее лице.
- Она ранена?
- Нет, - ответил Малаки, - она сделала это сама.
Палатон не знал, что думать и чего ждать. Он посмотрел на Малаки, пытаясь
выяснить истину, и вновь перевел взгляд на Рэнда. Он уже чувствовал касающийся его
бахдар, связь между ними усиливалась. Как только он увидел, что Рэнд приближается, тот
должен был почувствовать его присутствие в толпе.
Чоя закричали. Палатон не мог различить их слов. Рэнд замедлил скорость. Он
повернул, подводя шлюпку к причалу. От нее разошлись волны.
- Что они кричат? - невольно спросила Йорана.
- Ифалан, - объяснил Малаки, - Вестник.
Жажда почувствовать свой бахдар пересиливала любопытство Палатона. Он слушал
Малаки, но не придавал значения его словам. Толпа оживилась, и это оживление
встревожило его. Он хотел увезти Рэнда подальше отсюда, в безопасное место, пока вновь
не вспыхнул мятеж или нечто иное, о чем упоминал Малаки. Причал, предназначенный
для грузовых судов, возвышался над бортом шлюпки. Человек взглянул на Палатона,
потянулся и схватился за грубые, деревянные поручни лестницы.
- Палатон! - бледное лицо человека было покрыто пылью, но он дружески
улыбался, а его бирюзовые глаза, огромные на странном лице, просияли. Палатон
чувствовал, как в ответ улыбается он сам.
Малаки осторожно подошел, чтобы протянуть руку, но первым подоспел молодой
чоя.
- Ифалан! - крикнул он, склоняясь с причала.
Рэнд улыбнулся, и вместо того, чтобы подняться по лестнице, пожал пальцы чоя. В
этот момент Палатон почувствовал, будто сам он сжал чужие пальцы - бахдар мигнул
так ярко, что он не сдержал вздоха. Молодой чоя восторженно вскрикнул и попятился.
Его подхватили и оттащили прочь под изумленным взглядом Палатона. Его толкали,
дергали, но он стоял, не шевелясь, пытаясь выяснить, что произошло.
Йорана протиснулась к Малаки, как только напор толпы стал невыносимым. Причал
трещал под ее весом.
- Что происходит?
Палатон внутренне сжался. Вряд ли он вообразил себе яркую голубую ауру,
окутавшую сжатые ладони. Он чувствовал бахдар, острый запах, подавляющий вонь дыма
и пепла. Бахдар пах надеждой и страхом.
Рэнд уже не обращал внимания на протянутые ему руки и карабкался по лестнице.
Достигнув ее верха, он оглянулся и помог Чиреку и раненой чоя с завязанными глазами.
Йорана приблизилась к прорицательнице, защищая ее от усиливающихся толчков. Малаки
пробрался к ней поближе и протянул Рэнду руку.
Странная улыбка прорезала усталое лицо Рэнда. Он ступил на причал.
Палатон почувствовал, как между ними возникает мост бахдара. Он не мог понять,
что происходит, и это потрясало его.
- Нет! - метнувшись вперед, он отбросил руку Рэнда, борясь с неизвестным.
Толпа вскрикнула от ужаса. Палатон оглянулся и увидел вокруг море враждебных
лиц. Малаки мрачно взглянул ему в глаза.
- Не могу поверить, чтобы именно ты, Палатон, отказал мне в этом.
Жажда бахдара захватила его, подобно голоду, его мысли перепутались. Палатон
знал, что так и не понимает случившегося. Малаки говорил о преображении их мира, и
Рэнд оказался виной всему. Палатон взглянул на человека.
- Что происходит?
Третий чоя, которого Йорана назвала Чиреком, стоял позади остальных, спиной к
воде. Теперь он пробрался вперед - с достоинством, которое до сих пор Палатон замечал
только у Риндалана. Их взгляды встретились, и Палатон понял, что Чирек что-то узнал о
нем, как он сам - о Чиреке. Чоя примиряюще улыбнулся.
- Позволь мне объяснить. Пришло время, которого я даже не надеялся дождаться.
Наследник Палатон, я - священник Преображения. К нам явился Вестник, и этот Вестник
- Рэнд.
Прежде, чем Палатон сумел что-либо понять, Йорана прошипела:
- Ересь!
Прорицательница содрогнулась в ее руках. Она обернулась слепым лицом к Йоране
и произнесла:
- Прежде ты приходила ко мне. Разве ты не поняла, что преобразило меня,
пронзило меня, как огнем, и сделало меня сосудом для этих слов?
Йорана скрипнула зубами и решительно ответила:
- Бахдар, только и всего.
- Для тебя - может быть, - возразил Чирек. - Но для большинства из нас до сих
пор это оставалось загадкой. Он принес Преображение, бахдар, о котором может просить
любой чоя.
Внезапно поняв все, Палатон схватил Рэнда за руки. Не выпуская его, он с силой
начал расталкивать толпу. Вслед ему летели голоса Чирека:
- Пришел день, когда все чоя смогут обрести бахдар, и никто из них не будет
обделен!
- Палатон... - начал Рэнд.
- Быстрее, - Палатон чувствовал нежелание Рэнда всем своим телом. Он понимал,
что бахдар отзывается ему в смятении и страхе, и боялся этого.
Человек хрипло прошептал:
- Не делай этого! Это твой народ!
Палатон не слушал его. Коридор, образованный помощниками Малаки, начал
суживаться под напором грубой силы. Йорана подгоняла их криками:
- Быстрее, быстрее!
Возгласы "Ифалан!" сменились хриплыми протестами и угрозами. Надежда
превратилась в ярость. Палатон чувствовал, как вокруг него растет стена гнева, как чоя
ненавидят его за то, что он отнимает у них. Теперь он понимал, почему улицы
перегорожены баррикадами и кто сражался на них. Дома против простолюдинов,
имеющие силу против тех, кто навсегда был лишен ее. Его мир рушился на глазах, и
причиной этому стал Рэнд.
Не только сам Рэнд, но его бахдар, проклятый дар проклятого Огненного дома.
Он выволок Рэнда из толпы и вместе с ним впрыгнул в машину. Йорана забралась на
водительское место и нажала кнопки, закрывая поле прямо перед Малаки и Чиреком. По
ее команде машина задрожала, набирая скорость, и рванулась вперед. Палатон видел, как
удаляется Малаки, но понимал, что они еще не в безопасности.
Рэнд решительно произнес:
- Ты не понимаешь...
- Нет, - прервал Палатон, - это ты не понимаешь. Ты разрываешь наш мир на
части. Мы стоим на пороге гражданской войны, бездны, которая поглотит нас.
- Все должно измениться...
- Это нельзя изменить, никоим образом, ни сейчас, ни потом - неужели
Двухдневная война ничему тебя не научила? Сила - наш единственный способ выжить.
Рэнд выпрямился на сидении и огляделся.
- Они следуют за нами.
Палатон видел, как другая машина отъехала от толпы и причалов и свернула на
боковую улицу, двигаясь им наперерез.
- Йорана!
- Вижу, - коротко отозвалась она и включила максимальную скорость,
напряженно следя за препятствиями на улице, лавируя между баррикадами и руинами.
Рэнд вытер лицо порванным рукавом. Палатон обнаружил, что его захватил вихрь не
совсем понятных эмоций.
- О чем ты думал? - горько произнес он. Рэнд взглянул на него.
- А ты? Почему я должен отказывать им? Они погибнут без силы. Их религию
преследовали триста лет, потому что вы не хотели о ней слышать. Я не просил этого, я не
хотел становиться Вестником, но стал им, - он протянул вперед руки, покрытые
шрамами и ссадинами, как после рукопашного боя. - Тебе придется с этим смириться.
Нет, он не мог. Кем бы ни был Рэнд, что бы он ни делал, сила принадлежала
Палатону. Неужели человек так и не понял, что эта сила не бесконечна, что бахдар
сгорает, исчезает навсегда? Или он просто не задумывается над этим, одержимый
фанатическим рвением? Палатон покачал головой.
- Нет, больше это не повторится. Я увезу тебя в Чаролон, а после домой - если
только сумею вывезти с планеты.
- Это неважно, - Рэнд посмотрел в сторону, и Палатон проследил за его взглядом.
Он видел следующих за ними чоя, крики их доносились сквозь рев двигателя.
Йорана вытащила передатчик. Резкими и отчетливыми голосами она приказала:
- Руфин, разогревайся и будь наготове. Мы срочно вылетаем.
- Опять? - насмешливо ответила Руфин. -
Везет же нам!
Йорана остановилась у края взлетной полосы, но здесь уже собрались чоя. Как
только П
...Закладка в соц.сетях
