Жанр: Научная фантастика
Миры 1. Мирыо бетованные
...ись? - прохрипел
он в микрофон.
Экран радара превратился в обычный телеэкран.
На нем появился полицейский в форме.
Он внимательно изучал удостоверение Хокинса.
- Идете из Невады? - хмыкнул полицейский.
- Что за дела? Киднеппинг?
Я даже не предполагала, что Джефф умеет разговаривать
с людьми таким грозным тоном.
- Ты и завтра надеешься выйти на работу? -
рявкнул Хокинс.
Полицейский замялся.
- Понял, - наконец произнес он. - Я тебя не
видел.
- Со мной еще четыре машины без опознавательных
знаков, - небрежно бросил Джефф. -
Какая-то из них, не исключено, окажется в воздушном
пространстве Аризоны. Или даже не одна.
Полицейский улыбнулся:
- Ни визуально не просматриваются, ни радар
их не засек. Уверен.
- Спасибо, - поблагодарил полицейского
Джефф. - Конец связи.
- Удачной охоты! - пожелал аризонец Хокинсу.
Джефф выключил телеканал. Вновь засветился
экран радара.
- Да, - вздохнул Джефф, - не ржавеет любовь
между Аризоной и Невадой. - Он еще немного
поиграл на клавишах пульта управления и
взялся за штурвал. - План игры таков. Как только
мы приземлимся у ангара, вызовем тебе такси.
Отправишься прямиком на вокзал, возьмешь
билет на первый попавшийся экспресс. Безразлично,
куда он идет. Потом пересядешь на другой
поезд и направишься в Атланту.
- Не хочу расставаться с тобой! - взмолилась я.
- Мы и не расстанемся, - заверил меня
Джефф. - Не волнуйся. Встречусь с парнями
как ни в чем ни бывало. Отправлю их по домам.
А сам воспользуюсь флаттером во второй раз -
вернусь в Лас-Вегас. На обзаведение новыми документами
уйдет часов шесть. Максимум - восемь.
К пластической операции прибегать не буду.
Просто куплю себе парик и накладную бороду.
Встретимся в Кейп-Тауне - все же территория
суверенного государства. По идее, мы должны
быть там в безопасности. И запомни, - добавил
Хокинс, - твою фотографию показывали в новостях.
Тебя может опознать кто угодно и где
угодно. Сыграй дурочку, изобрази прилив самодовольства:
"Масса людей твердят, что я - вылитая
она!" Но если все-таки прижмут, загонят
в угол по-настоящему, выдай "правду": мол-де,
освобождена пятью неизвестными, нанятыми
ново-йоркской корпорацией. Не думаю, что в
Ново-Йорке станут отрицать этот факт.
- Ладно, - согласилась я. - Но тебе не опасно
появляться в Денвере? Если ФБР занималось
тобой в Нью-Йорке... информация может дойти
и до Денвера, распространиться на все отделения.
- В принципе да, - не отрицал Хокинс. - Дело
в том, однако, что в Денвере относительно маленький
штат сотрудников. И всего один из них задействован
на ночном дежурстве. Кроме того, никто в
Нью-Йорке не знает, что я покинул город. На двенадцать
я вызван к инспектору ФБР. В это время
я уже буду на пути в Кейп-Таун.
- А не нарвешься на неприятности в Лас-Вегасе?
- забеспокоилась я.
- Да, я убил там человека. Они, конечно, не жалуют
иностранцев, убивающих людей в Лас-Вегасе.
- Но он сам не местный, - заметила я. - Есть
разница? Это что-нибудь да значит?
- Наверное. Но в любом случае нет повода для
беспокойства. Единственные люди, кто мог бы
вывести меня на чистую воду в связи с этим убийством,
- телохранитель, приставленный к тебе; но
у него сейчас свои проблемы, да мой информатор,
осведомитель ФБР, женщина, - сказал Джефф.
- Ты расстроен из-за того, что опять пришлось
убить? - спросила я.
Хокинс покачал головой:
- Разве что чуть-чуть. Я спустился по лестнице,
держа гранату с нервно-паралитическим газом
в левой руке, а лазер - в правой. В холле я увидел
вооруженного человека и швырнул гранату.
Но левой я бросаю плохо, - вздохнул Хокинс. -
Граната ударилась о стену, откатилась и не взорвалась.
Парень вскочил со стула и вскинул сразу
два ствола. А дальше все произошло точь-вточь
как в прошлый раз - его реакция против
моей. Я снова выиграл, хотя это и не принесло
мне никакого удовлетворения. Дай Бог, чтобы в
моей жизни подобные ситуации больше никогда
не повторились.
- Не повторятся, - кивнула я. - В НовоЙорке
нет оружия.
- Чудесно. - Джефф расслабился, потянулся.
- До Денвера час полета. Впереди длинная
ночь. Давай-ка вздремнем, - предложил он.
И мне приснился странный сон, один из тех,
что навевает клонексин. Вдруг рядом с нами во
флаттере очутился маленький стеклянный динозаврик.
Он прыгал и клацал челюстями. В конце
концов Джеффу удалось поймать динозаврика.
Джефф приоткрыл крышку фюзеляжа и выбросил
диковинного зверя за борт. В этот момент я
и проснулась.
- Денвер, - сообщил Джефф.
Стояла чудесная ночь. Далеко внизу веером
разбегались освещенные, сплошь в ярких золотых
огнях, магистрали, улицы, проспекты. Они
уходили за горизонт...
Но когда я окончательно протерла глаза и
взглянула на землю повнимательнее, оказалось,
что огни исчезли. Ни огонька не осталось.
Глава 42 А ТЕМ ВРЕМЕНЕМ... (I)
Все это произошло не из-за Марианны О'Хара.
История с ее похищением не могла повлиять
на ход событий. На ход событий повлиял главным
образом отказ американцев платить Мирам
за пересылку энергии по новому тарифу, и еще
один фактор - ряд членов организации "Третья
Революция" проявили живой интерес, так скажем,
к нетрадиционным формам обогащения. Было,
конечно, и множество мелких причин, среди
которых - расхождение определенных лиц во
мнениях по поводу: кто должен платить выкуп за
Марианну О'Хара?
Итак, Ново-Йорк повысил плату за пересылку
энергии, но его требования повисли в воздухе.
Свою первую же оплату по счетам с момента
введения новых тарифов штат Нью-Йорк провел
исходя из старых расценок, что выглядело вызывающе.
Параллельно администрация штата
направила руководству Ново-Йорка на орбиту и
его представителям в Кейп документ, в котором
обосновывалось право Нью-Йорка на подобные
действия. Координаторы Маркус и Берриган отдали
документ на экспертизу одному своему соотечественнику,
специалисту по американскому
торговому праву. Получили ответ и заявили, что
оборудование гелиостанции нуждается в профилактическом
ремонте. Станция была отключена,
и не просто, а точно в пять часов вечера по ньюйоркскому
времени.
Администрация штата немножко хитрила, говоря
о том, что количество энергии, получаемой
Нью-Йорком с орбиты, составляет лишь десять
процентов от всего объема электричества, потребляемого
штатом. Реальная цифра колебалась
где-то между сорока - пятьюдесятью процентами.
Поэтому, когда гелиостанцию отключили, все
в Нью-Йорке пришло в упадок.
Момент был выбран "самый неподходящий"
- последствия просчитывались легко. Те
люди, что закончили работу чуть раньше, давили
друг друга во мраке подземки. Другие застряли
во внезапно остановившихся лифтах и в
коридорах офисов, где электросети оказались
внезапно обесточены. Кто-то отправился с верхних
этажей небоскребов в нескончаемый путь на
землю по черным пожарным лестницам. Несколько
десятков человек скончались от разрыва
сердца.
Конечно, была и внутренняя энергосеть, подключенная
к электролиниям Восточного побережья.
Здесь перебоев с энергией не было. НьюЙорк
попытался было "потянуть одеяло на себя",
но это уж, как говорится, ни в какие ворота не
лезло. Во многих городах тотчас прекратилось
освещение улиц и витрин. Некоторые населенные
пункты погрузились в кромешную тьму. Был
нанесен урон как большим, так и малым предприятиям
от Бостона до Норфолка.
Сложись ситуация по-иному, предприятия побережья
стали бы останавливаться лишь на следующее
утро, и можно было попытаться как-то
выправить положение. Но сейчас об иных обстоятельствах
оставалось только мечтать. Не спасали
и крайние меры.
Наконец в одном из правительственных зданий
Вашингтона человек, настоявший, кстати,
на том, чтобы О'Хара была похищена из Нового
Орлеана, счел, что уже - пора, что хаос уже
воцарился. Человек имел доступ к особо охраняемому
секретному объекту-аппарату, чем и воспользовался
- сделал три конфиденциальных
звонка, после чего поднялся по лестнице этажом
выше и без лишних слов в упор застрелил своего
шефа, директора Федерального бюро расследований.
В полночь человек уже отдыхал, сидя в бункере
где-то под холмами Западной Вирджинии.
Часы пробили двенадцать, и неизвестными лицами
были произведены террористические акты
по всей территории страны, несколько тысяч диверсий.
Они отличались силой взрыва и степенью
жестокости в отношении населения: от диверсии
на кабеле в Де-Муане до ядерных взрывов в Вашингтоне
и Чикаго.
Третья Революция началась ровно в полночь
и через минуту закончилась победой революционеров.
Хотя никто никому не мешал сопротивляться
и дальше - правда, какой в том
смысл? По замыслу вождей и идеологов "Третьей
Революции", день победы должен был наступить
13 апреля, в Светлую Пятницу. Но вся эта
катавасия с энергосбоями нарушила планы мудрейших.
Выдвинутый победителями лозунг "Вся власть -
народу" не был оригинальным. Но он обрел второй,
совершенно новый смысловой иронический
оттенок: когда у тебя дома нет света и бесполезно
втыкать штепсельную вилку в розетку - какая
уж тут власть народа? Конец света.
- Что за черт, - пробормотал Джефф с досадой.
На приборной доске зажглась красная лампочка.
Несколько раз мигнула и перестала мигать.
Теперь она горела ровным светом:
"Внимание! Энергия на исходе!"
Джефф перевел флаттер на бреющий полет, и
мы пошли над верхушками деревьев, высматривая
место для посадки. Нашли бейсбольное поле
с изумрудно-яркой травой.
- Не Денвер, не та волна, - сказал Джефф. -
Федеральные дела.
Мы включили телевизор. Ни одна станция не
работала, что ни канал - белый экран, разряды.
Вдруг попали на франкоязычных канадцев. Картина
была достаточно четкой. Текст шел с синхронным
переводом на английский:
"...Так вот, оценивая ситуацию, сложившуюся
в соседнем государстве, скажем: напрашиваются
исторические аналогии. Уже взорваны, по крайней
мере, две атомные бомбы, в Вашингтоне и в
Чикаго. Террористические акты направлены в основном
на уничтожение энергоблоков, электросетей,
коммуникационных систем. Группа лиц,
взявшая на себя ответственность за происходящее,
объявила себя представителем организации
"Третья Революция" - "Коррекция". Лидеры организации
заявили, что в ее рядах - более миллиона
вооруженных членов. Формирования приведены
в состояние боевой готовности. Вождь партии,
захватившей власть, провозгласил себя временным
президентом. Это - Ричард Коклин".
- Боже, - ахнул Джефф.
"...Который является также исполняющим обязанности
директора Федерального бюро расследований.
В ближайшее время будет передано обращение
президента к народу.
Пока не известно, кто из лиц прежней администрации
остался в живых. Здание администрации
в Вашингтоне разрушено. Министр обороны
США объявил военное положение, призвав всех
военнообязанных немедленно прибыть в расположение
своих частей. То же касается резервистов
национальной гвардии..."
Сообщение было повторено. Хотелось получить
новую информацию. Мы ждали ее, держа
приемник на той же канадской волне. Потом искали
иные каналы. Увы...
Джефф выключил телевизор.
- Не знаю, сколько протянем на аккумуляторе,
- сказал Джефф. - До Кейпа неблизко... Попробуем,
однако, дотянуть.
- Подпитку должны восстановить, - предположила
я. - Но когда?
- Все зависит от того, как далеко эти деятели
зашли, - ответил Хокинс. - Предположим, они
действительно уничтожили все энергоблоки, генераторы
страны. Две тысячи должным образом
подготовленных террористов вполне способны
провести эту широкомасштабную операцию.
Джефф наметил курс, перевел управление машиной
в режим "автопилот". Флаттер поднялся с
травы. Земля властно притягивала нас.
- Не будет энергии - не построим новые генераторы,
- сказал Джефф. - Ничего не построим.
А как обеспечить горожан едой?
- Что, если это та самая организация, в которой
состояли мы с Бенни? Вернее, то дерьмо, в
котором и мы измазались, а? - предположила я.
- Вполне может быть, - кивнул Хокинс, -
Если Коклин - глава их организации, чему тут
удивляться? Тогда вполне логично - Аронса убрало
ФБР. Интересно, сколько людей из Бюро работало
на "Третью Революцию"? И сколько военных?
Час за часом мы вглядывались в экран, высматривая,
где бы подзаправиться. Нашли разрушенный
энергоблок.
Нью-Йорк переживал худшие дни в своей истории.
Три силы делили власть: полиция, мародеры
и революционеры. Связь с другими городами
была потеряна. Камеры, установленные на
спутниках, запечатлели объятые пламенем Питсбург
и Лос-Анджелес.
Канада, Мексика и Невада закрыли границы.
Большинство стран - членов Общеевропейского
Союза - не приняло "Третью Революцию", осудило
террористов. Руководство Советского Союза
пыталось смотреть в реальное будущее - они
признали новую власть США.
Более десяти тысяч человек попали в ловушку
подземки. Спасательные операции хоть и были
проведены, но не дали должного эффекта. Прекратилась
подпитка с земли - рухнули на землю
тысячи флаттеров.
Официальный Нью-Нью-Йорк отрицал свою
причастность к происходящему, но и дураку ясно:
если в одну минуту с неба на землю падают тысячи
флаттеров, связь Координаторов с революционерами
- налицо. Один из телекомментаторов осмелился
высказать эту мысль в прямом эфире.
- Возможно? - спросил меня Джефф.
- Не знаю. Какое нам дело до политики землян?
Нас интересуют лишь цены на сталь да на электричество.
Мафиози "Третьей Революции" помогают
сформировать честный рынок? - ответила я вопросом
на вопрос. - Ты же знаешь, мы все в Мирах
- пацифисты. И крайне озабочены тем, чтобы
не влипнуть в какое-нибудь дерьмо под названием
"Революция" или "Война"! Боюсь, Джефф, что
лично ты как раз в это дерьмо и влип, - сказала я.
Такой вот состоялся у нас разговор за два дня
до того, как мы оба поняли, куда влипли, и посмотрели
правде в глаза, более-менее объективно
оценив размах катастрофы.
Руководители военного ведомства США имели
план игры на все, как говорится, случаи жизни.
Врасплох застать их было нельзя. Был просчитан
и вариант захвата власти революционерами. Но
что планы, даже самые совершенные, если подчиненные
отказываются исполнять приказы и переходят
на сторону оппозиции?
Планы-то были, но не был предусмотрен вариант
измены: что, если высокопоставленное лицо
начнет проводить свою линию? Что, если этим
лицом в Пентагоне окажется генерал с четырьмя
звездами? Да и сыграет не просто в свою дуду, а
на стороне оппозиции. Генерал, оказавшийся как
бы не у дел... Он обиделся, он кликнул собратьев
по обиде - целые полки, нет, даже целые дивизии
перешли на сторону оппозиции. Проделано
было все тонко и заранее - части рассредоточены
по всей стране и приведены в состояние боевой
готовности: учеба, "ночные маневры". И началось...
Началась революция.
В штабе ведомства имелись и другие, общемировые,
глобальные планы. "Ответный удар. Возмездие",
например. Достаточно было нажать кнопку,
и с лица планеты стирались Куба, Франция или даже
Великий Социалистический Союз. Человек вспыльчивый,
истинный служака, оставшийся один на
один со своими амбициями, так как его вашингтонское
начальство было уничтожено взрывом
атомной бомбы, - генерал нажал-таки на кнопку,
нанося массированный ракетный удар по Мирам.
В ту же минуту двести ракет вспороли поверхность
океана и из океанских глубин устремились
в космос. Удар был нанесен сразу по сорока одной
цели, по всем без исключения орбитальным
комплексам Миров. Кровавая расправа!
Ракеты-убийцы не имели ядерной начинки,
они были заряжены тоннами металла и заходили
на Миры с востока, словно метеоритный дождь,
тогда как сами комплексы вращались в направлении
с запада на восток. Скорость ракет равнялась
скорости метеорита. Цель лобовых ударов была
предельно ясна.
Старые, с маркировкой "2035 год. САЛТ XI",
ракеты подверглись перед запуском тщательному
осмотру. Их восстанавливали дотошные американские
специалисты, и большая часть ракет выполнила
поставленную задачу.
Почти все маленькие орбитальные станции,
такие, как Фон Браун и комплексы-близнецы
Мазетлов и Бишмалла Машаллах, были разрушены
мгновенно и полностью. Мир Девона получил
пробоину, от станции оторвало гигантский
кусок. Здесь при столкновении погибло около
девяноста процентов населения, находившегося
в тот момент вне балок-ступиц станции или не
в центральной части Девона. Люди умерли от декомпрессии,
порожденной взрывной волной.
Некоторые из Миров имели до тридцати минут
на осмысление обстановки, на принятие решения.
Так, три четверти жителей Мира Циолковского
уцелели, поскольку инженеры успели
закачать в изолированные секции воздух и разместить
в них людей, предварительно рассчитав,
в какой бок станции и с какой скоростью ударит
ракета. Люди были перемещены на противоположный
край. Народ на Учудене дружно приготовился
к смерти, но облако металла прошло
в сотнях километров от Учудена. Руководство и
инженеры Миров Галилея, ОАО и Беллкам-4 сумели
уклониться от атаки, изменив траекторию
полета своих Миров.
В Нью-Нью погиб всего один человек. Ракеты
не могли нанести сколько-нибудь серьезный ущерб
такой махине, как Нью-Нью. Несколько осколков
металла пробили купол обсерватории в то время,
когда там находился сторож. Утечка воздуха из секций
Нью-Нью-Йорка была незначительной.
А по замыслу военных Земли пятьдесят ракет,
предназначенных для Нью-Нью, должны
были пробить обшивку комплекса и, прорвавшись
внутрь, уничтожить там, внутри, все живое
и неживое. Землянам удалось разнести на куски
большую часть рабочих панелей гелиостанции и
вывести из строя ее двигатель. В случае, если бы
двигатель не удалось отремонтировать, четверть
миллиона человек были обречены на гибель.
С этой технической проблемой ньюнью-йоркцы
справились за три дня. Площади гелиопанелей
подлежали восстановлению в кратчайшие
сроки. Любопытно, что сектора, обслуживающие
Восточное побережье США, бомбардировке не
подверглись. Запустить в работу эти панели и механизмы
не составляло ни малейшего труда.
Всего в Мирах в первый с начала атаки час погибло
четырнадцать тысяч человек. Еще пять тысяч
должны были умереть в течение ближайших недель,
так как лишь Нью-Нью-Йорк полностью сохранил
свою систему жизнеобеспечения. Сюда на шаттлах
непрерывным потоком устремились беженцы с
Мира Девона и Мира Циолковского - шаттлов
хватало, и оборачивались они достаточно быстро.
- Девятнадцать тысяч жертв - мизерная величина
в масштабах истории. Втрое больше погибло в
первый же час сражения при Сомме, когда безмозглые
черви буквально усеяли, свою землю трупами.
В пятьдесят раз больше погибло при Сталинградской
битве, в две тысячи пятьсот раз - за
время Второй мировой войны.
Впоследствии космическую бойню окрестили
"Казнью каждого десятого". По своему значению
для развития человечества эта трагедия превосходила
все предыдущие.
Говоря о событии, кто-то сравнивал его влияние
на будущее с действием катализатора, но они
были не правы, потому что катализатор, чисто теоретически,
может появиться лишь в той среде, где
идет стабильная реакция.
Другие аналитики вели речь о своеобразной новой
точке отсчета истории человечества, о точке
опоры, центре тяжести... И они тоже были не правы,
потому что такая точка в истории уже есть, и
она существует, и наряду с ней существуют центробежные
и центростремительные силы.
То, что случилось, было просто-напросто
страшной ошибкой человечества.
Мы держали курс прямо на Флориду. Вдруг на
приборной доске тревожно замигал красный аварийный
сигнал. Мы быстро снизились, и Джефф
посадил флаттер на живописное пастбище, в мягкую
траву. Он кивнул в направлении какого-то
амбара, выкрашенного в розовый цвет, кивнул в
сторону силосной ямы.
- Приземлились чуть севернее Джанесвилла, -
сказал Хокинс. - Если б нам удалось раздобыть
транспорт, мы добрались бы до Кейпа за сутки или
двое.
Приземлились мы с большим трудом. Не успела
я перевести дух, как Джефф открыл верх
фюзеляжа, схватил в руки оружие, хранящееся за
спинкой кресла, и спрыгнул на траву.
- Давай быстрее! - скомандовал Хокинс.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы
освободиться от ремней безопасности. Я вывалилась
из машины, как мешок с картошкой. Мой
боевой дух был напрочь утрачен. Так неестественно
ощущать безотчетный страх, когда вокруг тебя
блестит озаренная первыми лучами солнца роса
на стеблях, щебечут птицы, а воздух настоян на
ароматах луга.
Джефф забрался на флаттер, поднялся в полный
рост, осмотрелся по сторонам и стал пристально
вглядываться в окна фермерского дома,
расположенного метрах в пятидесяти от нас.
- Странно, если... - пробормотал Джефф.
В этот момент раздался ружейный выстрел, и
тотчас мимо меня просвистела пуля. Она ударилась
в обшивку флаттера и отлетела в росу. Я упала
рядом с пулей и съежилась от страха.
- Прекрати пальбу! - крикнул кому-то
Джефф.
Но снова прогремел выстрел. На этот раз пуля,
правда, не дала рикошет. Возле дома фермера стояло
дерево с куполообразной кроной. Джефф выстрелил
по дереву из лазера. Ствол клена запылал.
- Через пять секунд точно так же запылает
твой амбар! - проорал Хокинс. - Затем - силосная
яма, затем - дом! Руки на голову и -
выходи!
- Какого черта тебе здесь надо? - ответил
Джеффу громкий мужской голос. На слове "черт"
голос дрогнул, сломался, как ломается подростковый.
- Что ты собираешься сделать?
- Пусть тебя заботит не то, что я собираюсь
сделать, - сказал Джефф, - а то, что я сейчас
сделаю!
Дверь дома распахнулась, и на пороге появился
седой фермер. Следом вышли два молодых парня
и девушка. Они остановились на крыльце и подняли
руки вверх.
- Вперед, к флаттеру! - скомандовал Джефф. -
Мы не причиним вам вреда.
Хокинс резко вскинул ладонь, запрещая мне
двигаться.
- Ни шагу, - прошептал он.
Фермер и его семья побрели вниз по склону
нам навстречу. Трава была мокрая, и башмаки
крестьян скользили. Джефф замер на месте. Когда
крестьяне выстроились перед нами, Джефф
произнес:
- Опустите руки. Встать поплотнее, плечом к
плечу! И дружненько - три шага влево! Сюда,
вот так...
Теперь они своими телами загораживали дом.
Джефф подал мне лазерную винтовку.
- У тебя хорошая позиция, О'Хара, - сказал
мне Хокинс. - Услышишь выстрел, пали во все
подряд. Пусть горит.
Пали! Я даже не знала, на какую кнопку нажимать.
Джефф отступил к хвостовой части
флаттера.
- Не исключено, один из ваших скрывается в
доме, - заявил Джефф, доставая лазерный пистолет
из кобуры. - Пусть не вздумает делать глупости!
Кто вернется в дом и приведет его сюда?
Фермер не сводил с Хокинса глаз. Он глядел
на него исподлобья с нескрываемой злостью.
- Никого там нет, - сказал фермер. - Все
здесь.
- Поверю. - Джефф прислонился спиной к
борту флаттера. - Я представляю законную
власть. Будете с нами сотрудничать, обещаю, что
про те ваши два выстрела забуду. Вам понятно?
Так обстоят дела.
- Дела обстоят так, что в государстве вообще
нет власти, - усмехнулся фермер, продолжая
глядеть на Джеффа исподлобья. - Или же сейчас
их сразу две, власти? Ты какую из них представляешь?
- Законную. - Джефф показал фермеру свой
"фирменный" знак. - Я - сотрудник Федерального
бюро расследований.
Фермер рассмеялся:
- Сотрудник чего? Того самого дерьма? Значит,
именно вас да ваших любимых космачей мы
должны благодарить за все эти пертурбации?
Низкий поклон.
- Ложь. Ричард Коклин - изменник. Но большинство
офицеров ФБР верны законно избранному
правительству, - сказал Хокинс. - Мы делаем
все, чтобы исправить положение. Что касается лично
нас, мы нуждаемся в вашей помощи.
Фермер продолжал наблюдать за Хокинсом.
Взгляд фермера потеплел.
- Послушайте, если бы мы хотели причинить
вам какой-нибудь вред, разве сумели бы вы произвести
хоть один выстрел? - взывал к разуму
фермера Джефф. - Да пожелай я, ваши кости
давно уже обуглились бы, а на месте дома дымилось
пепелище. Логично?
- Он правду говорит, пап, - сказала девушка,
- Заткнись,- цыкнул на красавицу седой
фермер. - В какой конкретно помощи вы нуждаетесь?
- обратился он к нам.
- Нужна еда, вода и транспорт, - ответил
Джефф. - Мы заплатим.
- По телевизору нам объяснили, что доллар -
туфта, - сказал крестьянин. - А еда нынче стоит
дорого.
- Мы заплатим не долларами, а золотом, -
пообещал Джефф.
- Золотом, - пробормотал крестьянин и сделал
шаг вперед.
- Назад! - Джефф вскинул ствол пистолета.
- Извини, не собирался тебя пугать, - сказал
фермер, - Хотел осмотреть твою машину. Никогда
прежде не видел воочию "мерседес".
- Это спецмодель. Для ФБР, - объяснил Хокинс.
- Мы на ней от самого Денвера сюда прилетели.
Без дозаправок. Только на аккумуляторных
батареях.
- Вот-вот. Эта машина кое-чего стоит, - закивал
крестьянин. - А энергосеть рано или поздно
заработает!
Я видела, Джефф заколебался. Но вскоре он
взял себя в руки и рявкнул сердито:
- Ох и дорого тебе могут обойтись подобные
речи. Ну, да черт с тобой, прощаю пока. Я не
вправе продавать машину, принадлежащую государству.
Не вправе идти на бартерную сделку,
даже учитывая то, что флаттер придется тут попросту
бросить. Собственность государства, понимаешь?
Она оборудована радиобуем, позволяющим
установить местонахождение флаттера в
любой точке земного шара. Попробуешь управлять
этой машиной, не пролетишь и десяти километров...
Фермер почесал подбородок.
- Да, - кивнул он. - Надо признать, ты говоришь
дело. Похоже на то. - Он развернулся
вполоборота и крикнул в сторону дома: - Мам!
Все в порядке. Это действительно коп. - Потом
крестьянин обратился к Джеффу: - Оставь старуху
и малявку в покое. А я... я не знал, что ты
за черт и каким ветром тебя к нам занесло!
Последняя фраза прозвучала, как извинение.
- Куда путь держите? - спросил Хокинса
юноша.
- В Кейп. В ново-йоркскую корпорацию.
- Что вы там забыли? - спросил Хокинса седой
крестьянин.
- У нас для них сюрприз, - ответил Хокинс. -
Кое-что неожиданное. Мало им не покажется. -
Джефф улыбнулся.
Фермер понимающе закивал.
- Увы, толком помочь вам тут не могу, -
сказал он. - Флаттер в округе есть, но очень далеко,
в соевом поле, через пять фермерс
...Закладка в соц.сетях
