Жанр: Научная фантастика
Магия Incorporated
...вели на временные однодневные лицензии,
ссылаясь на то, что скоро в назначенный день будет произведена
переэкзаменовка. Нескольких особых упрямцев, которые упорно
отказывались подписать соглашение с ассоциацией, вызвали,
проэкзаменовали и в лицензиях отказали. Шантаж начался. Миссис
Дженнингс почти полностью прекратила всякую практику.
Как-то ко мне зашел Води. У нас с ним был незавершенный
контракт на строительство нескольких жилых домов.
— Вот твой контракт, Арчи, — горько произнес он. — Мне
потребуется некоторое время, чтобы заплатить тебе неустойку.
Все мои обязательства отменяются — они аннулировали мою
лицензию. Я взял контракт и порвал его пополам. — Забудь и
думать о неустойке, — сказал ему я, — ты сдашь экзамены, и мы
напишем новый контракт. Он невесело рассмеялся: — Не будь
таким наивным. Мне пришлось сменить курс. — Что ты собираешься
теперь делать, подпишешь соглашение с "Магией, Inc."? Он
выпрямился.
— Я никогда не имел никаких дел с демонами и теперь не
собираюсь.
— Прощай, — сказал я ему. — Если тебе станет нечего
есть, думаю, мы сможем подыскать тебе какую-нибудь работу.
Хорошо еще, что Води скопил немного денег, поскольку я был
явно излишне оптимистичным в своем предположении. "Магия, Inc."
быстренько перешла ко второй фазе своего шантажа, и скоро для
меня самого стало проблематичным, смогу ли я вообще заработать
на хлеб. Конечно, в городе еще оставались волшебники, которые
не работали на "Магию", — это была бы слишком явная
подтасовка, за которую можно и к суду притянуть, если бы они
захватили всех. Но эти свободные волшебники были просто
сапожниками, ни на что путное не годными. Компетентную
легальную магическую помощь нельзя было получить ни за какие
деньги, минуя "Магию, Inc.".
Я вынужден был вернуться к методам, старомодным во всех
отношениях. Поскольку я использовал магию не слишком
интенсивно, это оказалось возможным. Но есть некоторая разница
между тем, чтобы делать деньги и терять их.
Я взял к себе Фельдштейна торговым агентом после того, как
его агентство развалилось. Он оказался настоящим мастером
своего дела и помог мне значительно сократить потери.
Фельдштейн чуял прибыль даже лучше, чем я, лучше, чем доктор
Уоррингтон чуял ведьм.
Но многие бизнесмены были вынуждены капитулировать.
Большинство из них использовали магию по крайней мере в
какой-то одной фазе своего бизнеса. В итоге они могли выбирать
между тем, чтобы подписать контракт с "Магией, Inc." или
закрыть двери своих заведений. У них были жены и дети — и они
подписали.
Гонорары за тауматургию поднимались до тех пор, пока это
еще как-то позволяло свести концы с концами, когда все еще было
дешевле делать бизнес при помощи магии, чем без нее. Но
волшебники не получили из этих прибылей ничего, все ушло в
корпорацию. Конечно, теперь волшебники получали значительно
меньше, чем когда они работали самостоятельно, но они были рады
и этому: им ведь тоже приходилось кормить свои семьи.
Джедсон получил сильнейший удар — катастрофически
сильный. Он, естественно, держался, предпочитая почетное
банкротство общению с демонами, но он ведь использовал магию на
всех стадиях своего бизнеса. С ним было покончено. Они начали с
того, что дисквалифицировали Августа Уэлкера , его старшего
мастера, а потом обрезали и остальные его ресурсы. Ему дали
понять, что "Магия, Inc." не хочет иметь с ним дела, даже если
захочет он.
Мы собрались как-то однажды в полдень у миссис Дженнингс
на чашечку чаю: я, Джедсон, Води и док-
тор Ройс Уоррингтон, охотник за ведьмами. Мы старались не
говорить о наших неприятностях, но это никак не удавалось. О
чем бы мы ни говорили, разговор все время соскакивал на
Дитворта и его чертову монополию.
После того, как Джек Води потратил десять ми нут на то,
чтобы методично и не совсем искренне объяснить нам, что он на
самом деле вовсе и не переживает из-за того, что не может
теперь заниматься колдовством, что у пето никогда и не было-то
настоящего таланта к этому, что он занялся этим делом только
чтобы сделать приятное своему старику, я постарался сменить
тему. Миссис Дженнингс слушала Джека с такой жалостью и
состраданием, что мне самому хотелось заплакать.
Я повернулся к Джедсону и довольно глупо спросил:
— Как поживает мисс Мегиф? Это была та самая белая ведьма
из Джерси Сити которая занималась творческой магией в текстиль
ной сфере. Хотя, если честно, меня не так уж интересовала ее
судьба.
— Элен? Она... с ней все в порядке. Они отобрали у нее
лицензию месяц назад, — закончил он совсем грустно.
Да, это была совсем не та тема, о которой я хотел
говорить. Я попробовал еще раз.
— Удалось ли ей все же проделать тот трюк с созданием
готового платья? Он немного просветлел:
— Да, конечно, она как-то сделала это, разве я тебе не
рассказывал?
Миссис Дженнингс проявила вежливый интерес к этой теме, за
что я молча поблагодарил ее. Джедсон объяснил остальным, что
они пытались получить.
— Однажды Элен начала очень удачно, и дальше все хорошо
шло, но только нам никак не удавалось вывести ее из транса. Она
сотворила более тридцати тысяч маленьких спортивных платьев в
полоску, все
одинакового размера и фасона. Все мои склады забиты ими.
Девять десятых из них растают раньше, чем я успею их где-то
пристроить. Но она больше не пыталась повторить такое, --
добавил он, — это слишком большое испытание для ее здоровья.
— Да? — поинтересовался я. — Конечно! Она потеряла десять
фунтов веса на одном этом трюке и сейчас еще, пожалуй, не очень
здорова для занятий магией. Что Элен действительно требуется,
так это отправиться в Аризону и поваляться на солнышке в
течение этак года. Бог знает, как мне жаль, что у меня нет
денег отправить ее туда. Я подмигнул ему.
— Это становится интересным, да, Джо? Джедсон --
закоренелый холостяк, но мне иногда доставляло удовольствие
подшучивать над ним. Обычно он держался мужественно, но на этот
раз явно приуныл. Это говорит о том, что у него нервы начинают
сдавать.
— О, ради всего святого, Арчи! Простите, миссис
Дженнингс. Неужели я не могу проявить простого человеческого
интереса к кому-то без того, чтобы вы не стали подозревать меня
Бог знает в чем? — Извини.
— Ладно, все в порядке, — он улыбнулся. — Я не должен
быть таким чувствительным. Как бы то ни было, мы с Элен тут
кое-что подготовили, что может быть выходом для нас всех. Я
собирался показать это, как только у нас будет работать модель.
Посмотрите-ка!
Он вытащил их жилетного кармана нечто, похожее на
автоматическую ручку, и вручил это мне. — Что это? Ручка? --
Нет. — Медицинский термометр? — Нет. Открой ее.
Я отвинтил колпачок и обнаружил там миниатюрный солнечный
зонтик. Он открывался и закрывался, как настоящий, но был
диаметром не более
трех дюймов в раскрытом состоянии. Он напомнил мне одну из
тех диковинных японских безделушек, которые берут с собой на
вечеринки. Только сделан он был не из тисненой бумаги и
бамбука, а из ткани и металла.
— Хорошенькая вещица, — сказал я, — и очень толково
сделана. Но зачем она нужна? — Опусти ее в воду.
Я огляделся вокруг в поисках воды. Миссис Дженнингс налила
немного в пустую чашку, и я опустил туда эту штуковину.
Казалось, она растет прямо в моих руках. Менее чем через
тридцать секунд я держал в руках нормальный зонтик и выглядел
при этом, наверное, столь же глупо, как и чувствовал себя. Води
прищелкнул пальцами.
— Это первоклассная вещь, Джо! Я удивляюсь, почему никто
не додумался до этого раньше.
Джедсон принимал поздравления с немного глуповатой улыбкой
на лице, а потом добавил: — Но и это еще не все.
Он вытащил небольшой конверт и достал оттуда крохотный
дождевичок, который пришелся бы впору разве что шестидюймовой
куколке. — Вот еще одна штука. И еще. Он вытащил пару
маленьких калош, меньше дюйма длиной.
— Мужчина может носить их в кармане для часов, а женщина
— на каком-нибудь браслете. С таким зонтиком или плащом им
нипочем любой дождь. Как только польет — раз! — и все
становится нормального размера. Когда вещи высохнут, они снова
сожмутся до прежних размеров.
Мы передали их по кругу, и все выразили свое восхищение.
Джо продолжал:
— Вот что у меня на уме. Для такого дела требуется
волшебник — это ты, Джек, и предприниматель — ты, Арчи. Есть
еще два главных акционера — это Элен и я. Она таким образом
сможет продолжить
свой отдых, в котором так нуждается, а я удалюсь от дел и
закончу свои исследования, о чем всегда мечтал.
Мой мозг сразу стал просчитывать коммерческие возможности
этого предприятия, и я сразу обнаружил зацепку.
— Погоди минутку, Джо. Мы ведь не можем вести бизнес в
этом штате. — Нет.
— Для того, чтобы перебраться в другой штат, тоже
потребуется некоторый капитал. Честно говоря, я не знаю, смогу
ли собрать даже тысячу долларов, если придется ликвидировать
дело. Он криво усмехнулся. — По сравнению со мной ты богач. Я
вскочил на ноги и принялся нервно ходить по комнате. Мы должны
были каким-то образом достать деньги. Это было слишком
заманчиво, чтобы упустить дело. Оно оправдало бы нас всех. Его
явно можно было запатентовать, и я видел коммерческие
перспективы, которые Джо и не снились. Палатки, каноэ,
купальные костюмы, походное снаряжение любого вида. Это была
просто золотая жила.
Миссис Дженнингс, как всегда, нежным голосом прервала мои
размышления:
— Я не уверена, что будет так просто найти подходящий
штат. — Простите, что вы сказали? — Доктор Ройс и я провели
некоторое расследование. Боюсь, что и вся остальная часть
страны так же контролируется ассоциацией. — Что? Пятьдесят
штатов? — Демоны не имеют тех ограничений в пространстве,
какие есть у нас. Это охладило меня. Опять Дитворт. Уныние
опустилось на нас, как туман. Мы обсуждали дело со всех точек
зрения и каждый раз приходили к тому, с чего начали. Помощи
ждать было
неоткуда. Такая идея погибла! Дитворт вытеснил нас
отовсюду. Повисло тягостное молчание.
Наконец я взорвался, да так яростно, что сам себе
удивился.
— Послушайте! — вскричал я. — Это уже становится
непереносимым. Нужно перестать обманывать себя и признать это.
До тех пор, пока все контролирует Дитворт, мы будем неминуемо
биты. Почему мы ничего не делаем? Джедсон улыбнулся невеселой
улыбкой. — Бог свидетель, я бы непременно что-нибудь сделал,
если бы мог придумать что-то путное.
— Но мы знаем вашего врага — это Дитворт! Давайте
перехватим его — легальными или нелегальными, чистыми или
нечистыми средствами!
— Но в том-то все и дело: действительно ли мы знаем
нашего врага? Мы точно знаем, что он демон, но что он за демон
и где находится? Никто не видит его неделями.
— Хм, но я думал, что как раз на днях... — Это манекен,
кукла, пустая скорлупка. Настоящий Дитворт где-то далеко, вне
пределов досягаемости.
— Но послушайте, если он демон, то его можно вызвать
чарами и заклясть... На этот раз ответила миссис Дженнингс: --
Возможно, хотя и трудно, и опасно. Но нам не хватает самого
главного — его имени. Для того чтобы вызвать демона,
необходимо знать его настоящее имя, в противном случае он не
будет вам подчиняться, каким бы могучим ни было заклинание. Я
искала его по всему Полу-Миру в течение нескольких недель, но
так и не узнала нужного имени.
Доктор Уоррингтон прочистил горло громким звуком, густым,
как цементный раствор, и предложил свои услуги.
— Все мои способности в вашем распоряжении, если я могу
быть полезен в этом затруднении". Миссис Дженнингс
поблагодарила его:
Я пока не знаю, как мы могли использовать Вас, доктор. Но
я уверена, что на вас можно положиться.
Джедсон неожиданно спросил — Белое выше, чем черное?
Она ответила: — Конечно.
— Везде? — Везде, поскольку темнота есть только
отсутствие света. Он продолжал:
— Не годится белому дожидаться черного? — Не годится.
— С помощью моего брата Ройса мы сможете пролить свет на
тьму. — Это возможно, да. Но очень опасно. — Вы бывали там?
— По случаю. Но вы — нет, и все остальные тоже нет.
Казалось, что все понимают, о чем идет речь, кроме меня. Я
прервал их:
— Минуточку, пожалуйста. Не будете ли вы столь любезны
объяснить мне, о чем это вы говорите?
— Никто не хотел вас обидеть, Арчи, — сказала миссис
Дженнингс таким замечательным голосом, который сразу все
уладил. — Джозеф предположил, что раз мы все находимся в
безвыходном положении, мы должны сделать вылазку в Полу-Мир,
выследить там демона и атаковать его на его же территории.
Мне потребовалось лишь мгновение, чтобы ухватить всю
простую смелость этого плана. Тогда я сказал:
— Отлично! Так и сделаем. Когда мы вступаем? Они
ударились в профессиональные споры, за которыми я был не в
состоянии уследить. Миссис Дженнингс извлекла откуда-то
несколько замшелых томов и стала справляться там по таким
вопросам, которые для меня были чистейшей китайской грамотой.
Джедсон позаимствовал у нее календарь, и они
вместе с доктором пошли во двор понаблюдать за луной.
Под конец они устроили небольшой спор — или, скорее,
обсуждение; спора на самом деле быть не могло, поскольку все
они полагались на мнение миссис Дженнингс относительно способа
установления связи. Никто не мог предложить удовлетворительного
способа поддерживать контакт с реальным миром, а миссис
Дженнингс не хотела начинать экспедицию, пока он не будет
найден. Трудность же была в следующем: не будучи черными
магами, не подписав соглашения с Лукавым, они не были
гражданами Полу-Мира и не могли путешествовать по нему без
определенного вреда для себя. Води повернулся к Джедсону: --
Как насчет Элен Мегиф? — спросил он нерешительно.
— Элен? Отчего же, да, конечно. Она согласится. Я позвоню
ей. Миссис Дженнингс, есть ли у кого-нибудь из ваших соседей
телефон?
— Не беспокойся, — ответил ему Води, — просто думай о
ней в течение нескольких минут, чтобы я мог попасть на линию...
Он пристально вглядывался в лицо Джедсона в течение
мгновения, а потом неожиданно исчез.
Минуты через три Элен Мегиф легко выпорхнула ниоткуда.
— Мистер Води будет через несколько минут, — сказала
она. — Он остановился купить сигарет.
Джедсон взял ее под руку и представил миссис Дженнингс.
Она действительно выглядела слабой, так что я мог понять
беспокойство Джедсона. Каждые несколько минут она начинала
задыхаться в приступе кашля; похоже, что ее беспокоила
увеличенная щитовидная железа.
Как только появился Джек, они перешли к обслуживанию
деталей операции. Джек объяснил Элен, что они задумали, и та с
готовностью согласилась принять в этом участие. Она уверяла,
что еще один
сеанс магии не причинит ей особенного вреда. Не было
смысла больше ждать, они приготовились стартовать тут же.
Миссис Дженнингс отдавала последние распоряжения:
— Элен, тебе придется в трансе сопровождать меня,
сохраняя близкий раппорт. Я думаю, вон та небольшая кушетка у
камина — самое удобное место для тебя. Джек, ты останешься
здесь и будешь охранять портал.
Дымоход очага в комнате миссис Дженнингс был признан самым
подходящим местом для отбытия.
— Ты будешь сохранять тесный контакт с нами через Элен.
— Но я буду нужен в Полу-Мире... — Нет, Джек, — в
голосе ее была мягкая непреклонность. — Ты здесь нужен больше.
Кто-то должен охранять дорогу и помочь нам вернуться обратно,
ты знаешь это. У каждого своя работа.
Он проворчал что-то себе под нос, но сдался. Она
продолжала:
— Думаю, что все. Элен и Джек — здесь, Джозеф, Ройс и я
— отправляемся в путешествие. Тебе же, Арчибальд, ничего не
остается, как ждать, но мы пробудем там не более десяти минут
— по здешнему времени, — если вообще вернемся.
Она поспешила на кухню, говоря что-то насчет мази и
напоминая Джеку, что свечи должны быть наготове.
— Что вы имеете в виду, — потребовал я объяснений, --
когда говорите, что мне остается только ждать? Я иду с вами.
Она обернулась и, прежде чем ответить, посмотрела на меня
своими потрясающими, хотя теперь и встревоженными глазами.
— Я не знаю, чем ты можешь нам помочь, Арчибальд.
Джедсон подошел к нам и взял меня за локоть. — Послушай,
Арчи. Не будь ты таким щепетильным. Тут совершенно нечего
обсуждать , ведь ты не волшебник. Я вырвал у него руку. — Но
ведь и ты тоже не волшебник. — Не волшебник в техническом
смысле слова, да. Но я знаю достаточно, чтобы быть полезным. Не
будь упрямым ослом, парень, если ты пойдешь с нами, то просто
будешь мешаться под ногами.
На такой аргумент, конечно, трудно отвечать, но это было
явно нечестно. — Почему? — продолжал настаивать я. — Черт
побери. Арчи! Ты молодой, сильный и ролевой парень, и я был бы
абсолютно спокоен во время любой потасовки, если бы ты был у
меня за спиной. Но это дело не требует отваги или даже большого
ума. Тут прежде всего нужны специальные знания и опыт.
— Хорошо, — не унимался я, — у миссис Дженнингс хватит
ума на целый полк. Но — я прошу прощения, миссис Дженнингс, --
она стара и немощна. Я буду ее мускулами, если ее сила
ослабеет.
Джо посмотрел на меня с таким удивлением, что мне
захотелось его стукнуть. — Но ведь этого совсем не требуется
в... Глубокий бас доктора Уоррингтона пророкотал где-то у нас
за спиной, прервав нашу перепалку:
— Мне кажется, брат, что и для неопытной горячности
нашего юного друга там найдется применение. Бывают такие
случаи, когда мудрость становится излишне осмотрительной.
Миссис Дженнингс положила конец нашей дискуссии.
— Подождите-ка, — скомандовала она и поспешила к
кухонному столу. Она раскрыла дверцы, отодвинула в сторону
пакет с пучками овса и вытащила маленький кожаный мешочек. Он
был полон каких-то маленьких палочек.
Она бросила их на пол, и все трое столпились вокруг
коврика, изучая сложившиеся фигуры.
— Бросьте еще раз, — настаивал Джо. Она бросила.
Я видел, что миссис Дженнингс и доктор кивнули друг другу
в молчаливом одобрении. Джедсон пожал плечами и отвернулся.
Миссис Дженнингс обратилась ко мне, в глазах ее все еще стояла
тревога:
— Ты пойдешь, — мягко сказала она. — Это небезопасно,
но ты пойдешь.
Мы не стали больше тратить времени. Волшебная мазь была
подогрета, и мы принялись намазывать ею друг другу спины. Води,
как хранитель ворот, уселся посередине своих пятиугольников,
мекагран и рун и монотонным голосом начал читать что-то из
огромной книги. Уоррингтон решил идти в своем самом
торжественном обличье — эбеново-черный, в набедренной повязке,
с головы до ног расписанным пара-символами, бережно прижимая к
груди голову отца.
Небольшая дискуссия возникла относительно того, в каком
виде должен идти Джо. Попробовали несколько метаморфоз, пока,
наконец, не остановились на следующем облике: тонкая, как
бумага, серая кожа, обтягивающая безобразно перекошенный череп,
обвислый зад и впалые бока какого-то животного, и длинный
костистый хвост, которым он непрестанно подергивал из стороны в
сторону. В общем, картинка получилась такая, что человеку от
нее сделалось бы дурно даже скорее, чем от какой-нибудь
инопланетной экзотики. Я немного посмеялся над его видом, но он
был доволен.
— Вы прекрасно выполнили эту работу, миссис Дженнингс.
Сам Асмодей не отличит меня от своего племянника.
— Надеюсь, что так оно и будет, — сказала она. — Ну,
пойдем? — А как быть с Арчи?
— Сдается мне, что его лучше всего оставить так, как
есть.
— Тогда как насчет вашей собственной трансформации?
— Я об этом позабочусь сама, — ответила она немного
резко. — Займите ваши места.
Миссис Дженнингс и я оседлали вдвоем одну метлу. Я сел
впереди, лицом к свече, которая была воткнута в прутья метлы. Я
видел как-то декорации ко Дню Всех Святых1 на которых метла
была черенком вперед, а прутьями назад. Это ошибка. Обычаи
важны в таких вещах. Ройс и Джо должны были следовать сразу же
за нами. Кот Серафин быстро вспрыгнул на плечо хозяйки и
устроился там. Усы его дрожали мелкой дрожью от возбуждения.
Води произнес какие-то слова, наша свеча вспыхнула ярким
пламенем, и мы полетели. Я испугался до ужаса, но старался
этого не показывать и крепко держался за метлу. Камин разинул
свою пасть в чудовищном зевке и подхватил нас в свой гигантский
свод. Пламя вокруг ревело, как в горящем лесу, оно охватило нас
со всех сторон. Пока нас кружило в огненном вихре, я разглядел
танцующую посреди пламени саламандру. Я уверен, что это была
моя знакомая — та самая, которая оказала мне честь своим
согласием иногда появляться в моем камине. Это показалось мне
хорошим предзнаменованием.
Мы уже оставили наш портал далеко позади, — если только
слово "позади" можно применить к месту, где все направления
совершенно условны. Воющий шум огня уже не докучал нам, и я,
кажется, начал потихоньку приходить в себя. Я почувствовал
ободряющее прикосновение руки к моей ладони и обернулся, чтобы
поговорить с миссис Дженнингс. И чуть не свалился с метлы.
Когда мы улетали из дома, позади меня садилась старая-престарая
женщина со сморщенным, высохшим телом, которое держалось только
силой ее неукротимого духа. Та же, которую я видел теперь, была
молодой женщиной, сильной, совершенно и невообразимо
прекрасной. Ее невозможно описать. Она вся была без единого
изъяна, даже воображение не могло подсказать ничего лучшего.
Видели вы когда-нибудь статую лесной богини Дианы? Она была
похожа на нее, если только металл может передать живую,
трепещущую красоту, которую видел я. Но это была одна и та же
женщина! Миссис Дженнингс — Аманда Тодд Дженнингс — такой она
была в свои двадцать пять лет, когда достигла расцвета своей
великолепной женственности, а время еще не сгладило вершину ее
совершенства.
День Всех Святых празднуется с 31 октября на 1 ноября.
Кельтский праздник в конде лета (Samhain) — в
противоположность Майскому дню (Beltrane), празднующемуся в
начале лета, что разделяет два основных времени года в
кельтском календаре. 31 октября — канун начала Нового года в
кельтском и англосаксонском летосчислении, один из древнейших
праздников, связанных с огнем. Возвращение скота с летних
пастбищ обозначалось и обновлением всех правил и установлении,
а также символическим разжиганием огня на наступающий год. При
этом широко использовались гадание, ворожба, контакт с душами
умерших, которые, как считалось, посещают в этот день свои
дома. Этот праздник имел особенно зловещее значение, поскольку
считалось, что призраки, ведьмы, феи и демоны особенно активны
в этот день.
Я позабыл о своем страхе. Я позабыл обо всем, кроме того,
что рядом со мной была самая волнующая и трепетная женщина,
какую я только знал. Я позабыл о том, что она была по меньшей
мере лет на шестнадцать старше меня, и что ее нынешний вид --
всего лишь триумф волшебства. Думаю, что если бы кто-нибудь в
этот момент спросил меня, влюблен ли я в Аманду Тодд, я бы
ответил: "Да!" Но в тот момент мои мысли были в слишком большом
смятении, чтобы нормально их высказать. Она была тут, и этого
было достаточно.
Она улыбалась, глаза ее были наполнены теплотой понимания.
Она говорила, и это был тот же голос, который я знал, хотя он и
превратился в богатое контральто вместо привычного слабого
сопрано. — Все в порядке, Арчи?
— Да, — ответил я дрожащим от нахлынувших переживаний
голосом. — Да, Аманда! Все в порядке!
Что же касается Полу-Мира... Как можно описать место, для
которого нет ни одного знакомого нам понятия? Как можно
говорить о вещах, для которых не
изобретено слов? Обычно говорят о незнакомых вещах в
терминах вещей знакомых. Но здесь нет ничего такого, за что
можно было бы зацепиться. Все иное. Единственное, что я могу
сделать, так это рассказать, как все это воспринималось моими
человеческими чувствами. Хотя я понимаю, что на это
накладываются два типа искажений: искажения от несовершенства
человеческих чувств и искажения. вызванные неумелостью моего
рассказа.
Я обсудил этот вопрос с Джедсоном, и он согласился, что
трудности здесь необычайные. И если в какой-то мере можно вести
речь об истинности — это истины Полу-Мира, увиденные
человеком.
Есть одно поразительное различие между реальным миром и
Полу-Миром. В реальном мире действуют устойчивые естественные
закономерности, которые неподвластны обычаям и культуре, а в
Полу-Мире лишь обычаи имеют какую-то устойчивость, и нет
никаких естественных законов. Представьте себе, если сможете,
ситуацию, когда глава штата может отменить закон всемирного
тяготения, и его декрет на самом деле будет действовать, место,
где король Канут мог приказать морю отхлынуть, волны
послушались его. Место, где "верх" и "низ" — дело вкуса, а
расстояния могут с равным успехом изменяться как в днях, так и
в милях или цветах.
И тем не менее там не было бессмысленной анархии,
поскольку все они были обязаны
...Закладка в соц.сетях
