Жанр: Научная фантастика
Сверхзадача
...одят, но
скоро вернутся. "Ты должен понять, Гилл, так будет лучше для всех нас!
Мы долго думали, прежде чем решиться. Ты обязан считаться с реальной
действительностью"
Но эта реальная действительность, которая заключалась в том, что
Эор и Рэ собрались навестить своих жен, и тем более то, что оба
Максима не видели в этом ничего предосудительного, никак не
укладывалось в голове Гилла. Для него подобная блажь означала лишь
угрозу выполнению сверхзадачи, прямое предательство. Сид с философией
циника заявил, что и он охотно составил бы им компанию, если бы в свое
время Гилл не заставил его изучить семейные фотографии. "Поэтому я
остаюсь, но поверь мне, Гилл, с большим сожалением".
Гилл крайне неохотно вспоминал потом об этой дискуссии.
Эор и Рэ вернулись через два дня и, как ни в чем не бывало,
продолжали свою работу. Сами они помалкивали, а Гилл и Сид их не
расспрашивали. С тех пор по молчаливой договоренности Эор и Рэ время
от времени повторяли свои прогулки. За все время он еще лишь однажды
заговорил об этом с Сидом, но на сей раз не мог согласиться с его
точкой зрения. Сид, посмеиваясь, сказал:
- К счастью для них, твое мнение в этом деле не играет никакой
роли. Меня больше интересует другое: заметили ли Бек и Меи какие-либо
перемены в своих мужьях? Выходит, не слишком далеки от истины были
древние греки, когда рассказывали о том, как главный бог Зевс порой
спускался со своего Олимпа к земным красавицам. А ты, бог Гефест, -
тут Сид явно намекнул на хромую ногу Юму, - не хочешь последовать его
примеру?
Гилл не знал, сердиться ему или удивляться. Откуда воспроизведенный
им новый Сид знаком с древнегреческой мифологией, знание которой и на
Земле считалось редкостью? Ведь он никогда ее не изучал. Еще одна
загадка...
- Ну-с, когда ты собираешься начинать?
Вопрос, заданный Эором, вернул Гилла к действительности. Они
валялись в траве под тенью "Галатеи"; нежное щекотание травинок всегда
доставляло им удовольствие, от которого трудно было отказаться. Гилл
немного стеснялся этой причуды, но подчеркивать серьезность совещания
сидением в креслах командного салона представлялось ему глупостью.
Шарик уже готовил на костре ужин; зачем заставлять его лазить по
лестницам?
- Дня через два-три. Что касается инженерной переориентации Эдди, я
думаю, здесь мы не встретим трудностей...
- Только очень прошу тебя, Гилл, не внушай ему никаких земных
воспоминаний! - воскликнул Сид. - Правда, мы похоронили все, что могло
бы их вызвать, но вдруг они всплывут сами по себе?
Гиллу изрядно надоели постоянные намеки Сида на собственные
ностальгические переживания, но каждый раз он подавлял в себе
раздражение тем, что винил в этом только себя. Потому и воздержался от
резкого ответа, молча кивнул.
- Кого же ты посадишь под консоциатор? - продолжая Сид. - Об этом
мы еще не говорили!
- Ему придется работать с Максимами. - Гилл уклонился от прямого
ответа.
- У нас есть один кандидат, - с некоторым смущением отозвался Рэ. -
Мы подумали, если ты, Гилл, избрал для оживления Сида своего
родственника Тиака, то, пожалуй, нет никаких препятствий, чтобы взять
теперь моего младшего брата Гаима... Мы хорошо бы понимали друг
друга...
Гилл покосился на Эора. Его мнение важнее, чем желание Рэ
пристроить братца. Эор задумчиво смотрел перед собой и в эту минуту
напомнил Гиллу, вернее, Юму, прежнего Эора возле костра охотников.
Бывало, тот всегда сделает лишний удар по каменному ножу или
наконечнику копья, прежде чем начнет отвечать. Итак, Гаим... Юноша
такой же дикий и необузданный, как Рэ, если не хуже. Хорошо бы
установить, какова была доля инфразвуковых лучей, кроме поставленной
Гиллом репрограммы, конечно, в столь эффектном усмирении бешеного
нрава Рэ...
Эор по-прежнему раздумывал о чем-то, как во времена, которые
никогда не вернутся, а Рэ ерзал от нетерпения. Гиллу не хотелось
торопить "второго" Максима. Полная свобода мнений после трансплантации
была одной их важнейших заповедей метода Бенса. Однако заговорил Сид.
- Не слишком ли он дикий?
Эор встрепенулся, критическое замечание Сида вывело его из
размышлений.
- Ну если он не станет болтать без умолку...
Сид вскочил и уставился на Эора.
- Чем я тебе не нравлюсь?
- Всем нравишься. Только говоришь много.
- Не знаю, кто дал тебе право меня осуждать!
"Если бы они сцепились вот так там, в стойбище охотников, Эор
просто поколотил бы Тиака, - про себя улыбнулся Гилл. - А еще через
полчаса оба забыли бы об этом. Но Максим и Сид не бросятся друг на
друга, а потому ненависть будет и дальше отравлять им жизнь. Значит,
мне нужно вмешаться, как это делал Дау, когда драка грозила зайти
слишком далеко".
- Никто не давал. Но болтовня мне мешает, - невозмутимо ответил
Эор.
Сид уж шарил глазами вокруг, ища, чем бы запустить в ненавистного
Эора.
- Стой! - властно вскричал Гилл.
Сид обернулся к нему.
- Ах, так? И ты еще смеешь вмешиваться, ты, который один виноват в
том, что я...
- Перестань, Сид, - Эор тоже поднялся со своего места. Он был на
целую голову выше Тиака, самый рослый из племени охотников после Дау.
- Если бы ты не оскорбил Рэ, я не ответил бы тем же. Ясно?
Рэ продолжал сидеть на корточках.
- Идиоты! - заорал он. - Все вам ясно, все вы знаете, только
почему-то забыли о выдержке. Где ваша дисциплина? Вы думаете, мне
легче, чем вам? Я давно бы уже разнес Сиду череп, если бы не знал, что
он не волен в своей болтовне. А если говорить о праве, у нас действует
только одно право. Больше чем право - закон. - И этот закон -
сверхзадача!
- Ты слышал, Гилл! - продолжал кричать Сид. - Ему, видите ли, не
легче! Он только из милосердия не проломил мне череп! Потому, видишь
ли, что они совершенны, они безукоризненны! Джентльмены репрограммы!
Да если бы не я, они были б такие же несчастные, как я! Вспомни, разве
не я тебя предупреждал?
- Прекрати истерику, Сид. Хватит! - Рука Эора угрожающе поднялась.
- Я не знаю, о чем ты кричишь, да и знать не желаю. Но если ты не
перестанешь, я...
- Ты... Ты, Гилл, причина всего. Это ты виноват во всем...
Гилл подступил к Сиду, опустив руки по швам.
- Что же, ударь меня, Сид! Да, я причина всего. Я виноват в том,
что ты живешь, что говоришь такие слова. Я знаю, не перебивай, ты не
хотел такой жизни. Но не хотел и я! Эта жизнь всего лишь средство для
выполнения сверхзадачи. Скверное, но необходимое средство. Смысл всей
затеи только в этом. Иначе незачем жить. Можешь избить меня до смерти
или лучше возьми пистолет, уничтожь нас, взорви "Галатею", истреби
красных охотников. Все в твоих руках, иди, рушь, круши, уничтожай,
ведь ты способен на все, не так ли? Только от одного тебе не уйти - от
мыслей, которые я заложил в твой мозг. Убьешь меня, Эора, Рэ, но мысль
останется, она будет жить в тебе, пока ты сам существуешь. Все, что ты
делаешь, исходит от меня, посеяно моими руками. Неужели ты не
понимаешь? Либо мы выполним сверхзадачу, либо перебьем друг друга
сегодня же, здесь сейчас...
Гилл, задохнувшись, оборвал свою речь, но поток мыслей неудержимо
мчался дальше. "Если Эдди будет так же прост и ясен, как оба Максима,
это не решение вопроса. Необходимо, чтобы он помог мне держать в узде
Сида, подавлять в нем взрывы отчаяния, эмоциональную расхристанность.
Он более непосредствен, чем я сам, но в этом-то вся опасность. Нет,
Эдди должен быть мудрым, более мудрым, чем я. Разве это возможно?
Абсурд, нелепость. Но, во всяком случае, он должен знать больше, а
главное, быть смелее, решительнее, не таким рефлектирующим субъектом,
как я, и не таким переполненным горечью, как Сид. Он будет совершенен,
наш будущий Эдди, и питательной средой для его совершенного разума
станет неукротимая агрессивность Гаима. Рэ верно сказал: не право, а
закон. А закон требует приказа, жестокого, беспощадного приказа и
повиновения И человека, способного отдать этот приказ". С изумлением
Гилл поймал себя на том, что в первый раз за всю жизнь, через столько
лет после смерти командира "Галатеи", он впервые почувствовал, что
понимает Нормана...
Сид, обессиленный, опустился на траву. Карие глаза Тиака смотрели
на Гилла грустно и виновато.
- Я опять натворил глупостей, Гилл. Пожалуйста, не сердитесь на
меня... Простите. Надо ли объяснять...
Эор вернулся к своему месту и сел возле Рэ.
- Не надо! - Оба Максима сказали это в один голос. Помолчав, Эор
добавил:
- Мы понимаем, Сид. Даже тогда, когда ты не предполагаешь. Я тоже
виноват перед тобой...
- Только без оправданий! - Сид усмехнулся. - Если так пойдет
дальше, в конце концов мы все превратимся в ангелочков, станем в
кружок и запоем хором... - Он бросился на траву, потянулся и, увидев
приближающегося робота, крикнул: - Шарик, живее! Ты заморил нас
голодом!
Никогда не испытывавший, подобно остальным, пустоты в желудке, Сид
и теперь не слишком интересовался ужином; он поторопил Шарика только
затем, чтобы лишний раз скрыть этот свой недостаток, которого сам
стыдился. Гилл по достоинству оценил его грустную попытку, но это
отнюдь не изменило принятого решения. Над нами будет властвовать Эдди,
самый совершенный из всех. Хотят они этого или не хотят.
Спускаясь по ступенькам трапа из одного отсека в другой, Гилл все
более терял надежду разыскать Эдди. Наружный люк нижнего отсека,
правда, оказался запертым, но это отнюдь не говорило о том, что Эдди
где-то тут, в гигантском чреве "Галатеи". Он мог уйти, поручив
автоматике запереть люк спустя несколько минут, а в контрольной памяти
Большого Мозга эта автономная команда не отразилась. Но куда он мог
уйти и зачем? Вчера после ужина он, как обычно, направился в
библиотеку. Помещение библиотеки, заставленное полками, было так узко,
что удобно там мог расположиться только один человек. Поэтому
договорились, что по ночам будет работать Эдди, поскольку день у него
пока еще не так сильно загружен, как у Сида или обоих Максимов, и ему
можно спать днем.
Эдди хотел знать больше каждого из экипажа "Галатеи" даже по их
узким специальностям, но признался в этом только Гиллу, причем однажды
и с глазу на глаз.
- Мне не хотелось бы их обидеть, Гилл. Ты понимаешь меня? - добавил
он заговорщическим тоном. Все верно. Эдди удался на славу, он был
совершенен, даже лучше, чем Гилл мог себе представить. Составляя
репрограмму для Эдди, он затягивал ее окончание под всевозможными
предлогами на долгие недели. Оба Максима вслух выражали нетерпение, но
были не в состоянии проверить, насколько основательны объяснения
Гилла, Когда же наконец он разрешил им отправиться в лес и доставить
Гаима, Гилл твердо был уверен, что с появлением Эдди в "Галатее"
начнется новая жизнь; пусть не сразу, не с первого дня, но наступит
непременно. Гаим пришел на собственных ногах, не получив даже порции
снотворного. Он был свиреп и любознателен, как прирожденный искатель
приключений. Его давно уже интриговали сначала загадочное исчезновение
Эора и старшего брата, а потом их не менее таинственные визиты. Эору
достаточно было сказать, что он может пойти с ними и посмотреть, чем
они занимаются, как Гаим через час уже поднимался с ними в лифте
"Галатеи", и, хотя руки и ноги у него тряслись, эту дрожь вызывало
скорее любопытство, чем страх. По-настоящему испугался он лишь в тот
момент, когда над ним, усаженным в кресло, опустился гигантский колпак
консоциатора. Но Рэ успокоил его, объяснив, что и они с Эором тоже
испытали это.
- Зачем?
Таков был последний вопрос, заданный Гаимом. Эдди донимал их уже
совсем иными вопросами, да и то лишь на первых порах. Ориентировался и
адаптировался в новой обстановке он невероятно быстро, и Гилл сожалел,
что никто из экипажа, кроме него, не отдает себе в этом отчета. Было
ясно, что репрограмма Эдди, безусловно, лучшее творение всей его
жизни. Гилл позаботился даже наделить его лукавством и актерскими
способностями, чтобы при случае умел изобразить любовь, сочувствие и
энтузиазм, равно как возмущение или гнев...
- Поверь мне, Гилл, - признался Эдди однажды, - я все это
изображаю, а на самом деле не испытываю никаких чувств. У меня нет
эмоций. Мне одинаково смешны важность Максимов, упрямство Сида и твоя
вечная озабоченность. По правде говоря, я принимаю всерьез только
одну-единственную вещь, во мне еще надо поразмыслить, прежде чем я
назову ее тебе.
- Эта вещь - сверхзадача, не так ли? - позволил себе догадаться
Гилл.
Эдди с улыбкой кивнул утвердительно. Это тоже относилось к
совершенству, о котором мечтал Гилл, создавая Эдди. Мимика Гаима была
ближе к партитуре человеческого лица землян, насколько ее помнил Гилл,
чем у кого бы то ни было из остальных.
- Конечная цель предельно ясна, Гилл! - уже не с улыбкой, а смеясь
подтвердил Эдди. - Все дело лишь в способе и средствах... И тут,
кажется, даже ты бессилен помочь.
Но куда все-таки исчез Эдди? Оглядев еще один пустой коридор
очередного отсека, Гилл готов был биться головой о стену. "Ты хотел
наделить его хитростью, а он стал еще и скрытным". Он не знал еще, что
скрывается за внезапным исчезновением Эдди, но одно воспоминание о его
лукавой улыбочке бросало в дрожь. Теперь этот мошенник водит за нос не
только других, но тебя самого, Гилл.
Продолжая поиски, он одну за другой отодвигал двери различных кабин
в складском отсеке. Распахнув предпоследнюю, замер на месте. От ужаса
редкая растительность на загривке Юму встала дыбом - на полу кабины,
где хранились лучевые пистолеты, валялся пустой футляр. Между тем Гилл
отлично понимал, что только он один заглядывал сюда, когда,
проснувшись на рассвете, отправился на охоту в сопровождении Шарика;
он взял пистолет, а потом, возвратившись, спрятал его вместе с
футляром в одном из шкафов возле выходного люка в нижнем отсеке.
Прежде чем к нему вернулась способность соображать, портативная
рация, вмонтированная в пояс, вдруг ожила. Хриплым голосом кто-то
вызывал его, Гилла. Он стремглав выскочил из кабины, захлопнул дверцу
и помчался со всех ног, не отдавая себе отчета, куда и зачем. Он
только тогда узнал голос Сида, когда тот, повторив вызов, нетерпеливо,
как всегда, завопил:
- Почему не отвечаешь, Гилл? Ты слышишь меня? Где ты? Слушай меня,
слушай меня...
Но Гилл был в состоянии представить себе только одно: как Эдди
выходит из какой-то двери с пистолетом в руке. Он сам хотел, чтобы
именно Эдди взял в свои руки верховную власть в "Галатее", чтобы
выполнить сверхзадачу, чтобы он выбрал для этого наиболее верный путь!
Вот теперь Гилл и окажется первой жертвой на этом пути к единоличной
власти...
- Отвечай, Гилл! Куда ты пропал? - Маленький динамик рации,
казалось, разрывался от негодования Сида. - Или ты тоже сошел с ума?
- Я здесь! Чего ты хочешь? - Гилл с трудом выдавил из себя ответ.
Теперь его голос наверняка укажет, где он находится.
- Поднимайся скорее! Мы нашли!
- Что? - У Гилла перехватило дыхание, потом он заорал: -
Берегитесь, Сид! Не подходите близко...
- О чем ты? Мы нашли кассету с приветом от Эдди, он оставил ее в
библиотеке! - Гилл пошатнулся и вынужден был опереться плечом о
стенку. - Иди скорее, мы ждем!
Огромными прыжками, припадая на короткую ногу, он бросился к лифту.
Небольшой магнитофон был в полете принадлежностью дежурного
штурмана, в библиотеку его перенесли для того, чтобы упражняться в
технике речи. Емкость его позволяла делать трехчасовую запись, но
звуковое письмо Эдди оказалось сравнительно коротким.
"Я ушел, не ищите меня. Почему я стал таким, как есть, Гилл знает,
пожалуй, лучше меня. Мне известно лишь, что единственная цель моей
жизни в том, чтобы стать вождем у красных охотников. Я полюбил их, еще
будучи Эдди, - и этим я обязан Гиллу, - а воплотившись в теле Гаима,
обрел необходимую для этого энергию и силу. Задача вернуть "Галатею"
на Землю, доставив людям все результаты исследований, прекрасна, но не
имеет ко мне никакого отношения. Вы все убийцы, ибо сможете
осуществить эту задачу, только убив Юму, Тиака, а затем Эора и Рэ,
одного за другим. Главным виновником всего этого является Гилл, но я
не имею права обвинять его. Я хочу лишь заявить вам, что не хочу
принимать участия в этом преступлении, а также позабочусь о том, чтобы
в жертву сверхзадаче не были принесены новые жизни. Я мог бы
поодиночке уничтожить всех роботов, окружающих племя, если те
попытаются удержать его с помощью инфразвуковых лучей. Но я не хочу
причинять вам ущерб, роботы понадобятся для других дел. Поэтому я
просто выключил их с центрального пункта управления, и мы сможем
беспрепятственно уйти. Теперь я ухожу, чтобы убить Дау и увести
охотников от "Галатеи" так далеко, как смогу. Не пытайтесь нас
настигнуть, у меня лучевой пистолет. Я хочу стать Первым, совершенным
и мудрым вождем, у которого будут знания и разум Эдди и не будет
ограниченности Дау. Вот так я хочу жить! И мне жаль вас всех, ибо
однажды вы тоже поймете, что мой выбор был правильным".
Гилл встал и пошел к выходу.
- Куда ты? - спросил Сид.
- К командирскому пульту. Может, еще не поздно вновь включить
роботов. Волны страха способны поразить Эдди, как и всех остальных, он
забыл об этом. Он не сможет применить лучевой пистолет, ибо, подняв
его, тут же выронит от страха.
- Ты хочешь вернуть его сюда?
Эор нагнал их в коридоре. Вопрос Сида заставил Гилла вздрогнуть.
- Мы думаем, Гилл, не стоит. Это слишком большой риск...
- А отпустить его бегать по лесу с лучевым пистолетом без всякого
контроля, по-вашему, не риск?
- Но как ты думаешь действовать?
- Еще не знаю. Прежде хочу установить, где он и его банда.
- Наверно, мы опоздали, - возразил Сид. - Вчера в десять вечера
Эдди сидел в библиотеке в полном одиночестве, а в одиннадцать мы уже
спали. Чтобы подняться сюда, выключить дозорных роботов, спуститься
вниз и взять пистолет, нужно всего полчаса. По-видимому, он подошел к
стойбищу охотников около двух часов ночи. А сейчас девять утра...
- Все равно я должен знать, где он!
Роботы послушно ответили на радиосигнал. В радиусе пяти километров
от "Галатеи" движение живых существ, судя по данным локатора, ничем не
отличалось от обычного. Хрюки, дикие собаки, птицы. Крупные хищники по
утрам еще спят.
- Кто проверял племя в последний раз?
- Мы, я и Рэ, вчера утром, - ответил Эор.
- Где они были?
- В обычном месте, в северо-восточном секторе.
Гилл добавил силу увеличения, затем изменил направление радарных
антенн таким образом, чтобы они прочесали местность за пределами
охраняемой зоны. Несколько минут спустя на экране возникло скопление
точек. Племя успело уйти от "Галатеи" на расстояние не менее
пятнадцати километров.
Оба Максима взволнованно вскрикнули:
- Бек! Меи! Мы приведем их назад!
- Но вы только что сами утверждали, что риск слишком велик, не так
ли?
- Гилл, ты отвратителен, - спокойно изрек Сид. - Почему ты обижаешь
Максимов? Потому что не можешь уразуметь, насколько это для них важно.
Клянусь, Эдди, кажется, был прав, назвав тебя убийцей!
- И тебе хочется об этом поспорить? Именно сейчас?
- Нет, но брось свои насмешки. Нам сейчас и без них несладко.
Эор пристально вглядывался в монитор.
- Бегут бегом, Эдди их подгоняет. Что надо делать, Гилл? Ну скажи
хоть что-нибудь! Необходимо найти какое-то решение. Думай!
Гилл печально покачал головой.
- Нет, мы бессильны. Напомнив вам о риске, я вовсе не собирался
никого обижать. Риск и в самом деле велик. Я уверен, что Эдди в случае
погони применит лучевой пистолет без колебаний.
- Пойми, речь идет не только о наших женах, - веско сказал Эор. Его
двойник Рэ, не в силах говорить, безотрывно смотрел на мелькающие
точки на краю экрана, губы его беззвучно двигались.
- Нас слишком мало. Вместо Эдди нам нужен человек. Все равно, чью
репрограмму он получит, нужны его руки и голова.
- Что ты предлагаешь?
- Не знаю... Может быть, нам отправиться в погоню на геликоптере?
- И ты полагаешь, Эдди вас не обнаружит?
- Не в этом дело. Мы только приблизимся к ним на геликоптере, ведь
пешком-то их не догонишь. Сядем где-то на безопасном расстоянии, затем
подкрадемся ночью к усыпим их инфралучами.
- Допустим. Но лучше перед заходом солнца, в сумерках Эдди будет
труднее определить, где вы.
- Значит, мы идем готовить машину? - торопливо спросил Эор.
- Если с вами что-нибудь случится, мы останемся вдвоем. Это мой
последний довод. Я уже не спрашиваю о том, как вы представляете себе
путешествие на Землю для Бек и Меи. Одним человеком больше для
"Галатеи" пустяк; но чьи репрограммы вы думаете трансплантировать
вашим дамам?
- Не мучай их, Гилл, - вставил Сид. - Об этом мы успеем подумать.
Вот если они не полетят с нами, с Эором и Рэ у нас будет куда больше
хлопот...
- По-твоему, лучше рисковать их собственными жизнями?
- Мы просим об этом, Гилл, - подтвердил Эор.
Гилл прикрыл глаза.
- Я не могу дать согласия, Эор. Если вы оба погибнете...
- Но этого требуют интересы сверхзадачи!
- Чего требуют?!
- Того, чтобы мы вытащили их оттуда. Или ты хочешь, чтобы мы стали
такими же, как Сид?
- Благодарю, - проворчал Сид. - Лучшего аргумента ты не мог
придумать?
Эор помолчал. Он и Рэ опять уставились на экран, словно от медленно
движущихся по нему точек зависела их жизнь... "Может, так оно и есть",
- подумал Гилл, глядя на них. Во всяком случае, равновесие и мир на
"Галатее", видимо, во многом объяснялись их регулярными прогулками в
лес.
- Отправляйтесь. - Голос его прозвучал глухо. - Но если вы
останетесь там, знайте... Ну, да что там, вы и так все понимаете...
Отправляйтесь, готовьте машину, летите! И не смотрите на экран такими
глазами, это ничего не даст.
Он выключил монитор. Эор и Рэ, словно выпущенные из клетки,
помчались к выходу.
- Теперь ты доволен? - Гилл обернулся к Сиду.
Сид криво усмехнулся.
- Ты убийца, Гилл.
- А ты просто сумасшедший. Нам не в чем упрекнуть друг друга, Сид.
Особенно теперь, когда ты принял сторону Эора. Эдди убьет их обоих.
- Ну это еще не факт. Максимы постараются ради женщин, они ловкие
ребята. И сделают все, чтобы выиграть игру.
Геликоптер поднялся в воздух, когда уже опустились сумерки, а на
востоке небо потемнело, и взял курс не на северо-восток, а значительно
левее. Максимы решили описать большой полукруг, выйти на беглецов с
фланга и опередить их. Сид сопровождал полет радаром, ни на минуту не
упуская геликоптер из виду и по радио ориентируя его по курсу, так что
пилотам не надо было вглядываться в темный лес под ними. Пролетев
километров тридцать, они повернули к северу и, достигнув линии, по
которой племя должно, по их расчетам, двигаться завтра, взяли обратный
курс к "Галатее".
- Уменьшим скорость, - сообщил Эор. - Так мы, пожалуй, немного
избавимся от шума.
- Высота?
- Двести метров; иду на снижение.
- Что ты видишь?
- Под собой ничего, темный лес. Дальше к северу зарево, похожее на
огонь костров.
- Они не скрывают свое стойбище?
- Нет, Эдди нас не боится. Он ведь ясно сказал об этом.
- Именно поэтому будьте осторожны.
- Знаю. Сид, сообщи, как далеко мы находимся от "Галатеи"?
Гилл взглянул на шкалу радара.
- Примерно в сорока километрах, - ответил он вместо Сида. - Что,
пока ничего нового? Очень прошу, будьте осторожны.
- Ясно. Вы на "Галатее", я вижу, боитесь больше, чем мы тут.
Почему?
Гилл не нашелся, что ответить. Замолчал и передатчик геликоптера.
- Думаешь, они обнаружат охотников? - спросил Сид, прикрыв ладонью
микрофон. - Темнота сгущается.
- Боюсь, что обнаружат.
Сид помотал головой.
- Ты ужасный человек, Гилл. Все время сомневаешься в чем-то. И с
таким характером ты собираешься долететь до Земли? Когда я думаю об
этом...
- Вот они! Эор, ты видишь? - Гилл узнал голос Рэ. - Впереди по
курсу, чуть правее!
- Держись, иду на вираж! - Эор тоже повысил голос. - Сообщите
удаление, скорее! Эй, Гилл!
- Тридцать, тридцать два километра. Как далеко от вас костры?
- Трудно определить точно, но не менее трех километров.
- Садитесь, сейчас же садитесь!
- Зачем? Я выключу мотор, и мы тихонько повиснем над ними! Они и
ухом не поведут...
- Замолчи, Эор! Сейчас же снижайтесь! Требую посадки.
- Чтобы потом три километра шлепать по лесу с женами на плечах? В
такой темноте? Черта с два...
- Садись сейчас же! - заорал в микрофон Гилл.
Шум мотора прекратился. Через минуту послышался голос Эора:
- Зря волнуешься, Гилл! Высота сто пятьдесят метров, перешел на
скольжение. Кругом ни звука...
Неожиданный треск в динамике был не сильнее отзвука далекой грозы.
Но Гилл знал, что это означает. Только одно. На светящемся экране
радара точка, обозначавшая геликоптер, дрогнула и словно растворилась.
Сид закричал истошным голосом, затем внезапно умолк, пустым
взглядом уставился перед собой. Даже не взглянув на него, Гилл ринулся
к выходу. Он крикнул было Шарика, но затем передумал, кинулся к лифту.
Вездеход, только вездеход! Набрал код на пульте у нижнего выхода. В
блестящем боку "Галатеи" неслышно открылся люк; на двух шарнирных
рычагах там висел, покачиваясь, небольшой крытый приплюснутый вездеход
на гусеничном ходу, похожий на черепаху. Гилл уже протянул было руку к
другой кнопке, чтобы спустит
...Закладка в соц.сетях
