Жанр: Научная фантастика
(улей 2)Боевое братство
...но иного!
Арбитр невольно вздрогнул:
- Чего?!
- Пока еще не знаю.
- Это придет с Земли?
Литакон посмотрел в глаза великого альтина Бровурга и многозначительно
промолчал, не позволяя себе прочесть, что таится за этим молчанием. Литакон
понял главное - если бы Советнику было что сказать, он бы это сделал.
- Давай вернемся к тому, что должно произойти здесь, на Бровурге. -
Отмахнувшись от мрачных мыслей, Арбитр вернулся к началу разговора. - Тебе
придется выступить в Арбитраже.
- Я знаю. Как скоро?
- Не раньше, чем Леверсон разберется с ситуацией на Земле. Не раньше,
чем у меня появятся все исходные данные.
Глаза Рилиота округлились, он даже вскочил на ноги:
- Я не смогу ждать здесь так долго!!!
- Но так нужно!
- Там моя дочь!
- Да, но ты ведь подчинился приказу прибыть в столицу для дачи
показаний, тогда как Тургаон, несмотря ни на что, остался там! Если там
твоя дочь, Рилиот, почему же ты здесь?!
Рилиот потупил взор, борясь с сомнениями:
- Я здесь потому, что я - Первый Советник! Моя обязанность блюсти
закон...
- Чушь! Сам же знаешь - почувствуй ты, что дочь нуждается в помощи,
никакая сила не заставила бы тебя вернуться на родину!
- Может быть, и так...
- Объясни мне!
Глаза первого альтина неожиданно наполнились тоской и усталостью.
- Не могу, - болезненным голосом прошептал Рилиот. - Сам ничего не
понимаю. Я не вижу Линти. Девятнадцать лет видел, а теперь вот не вижу.
Все, что меня ведет, - спокойствие, какое-то глупое, пустое,
бессмысленное... Убеждаю себя: раз не чувствуется тревоги, значит, с
девочкой все в порядке. Будет в порядке. И это все! Но никакого будущего не
видно. Там путаница. Там столько вероятных комбинаций, что не известно,
какая из нитей распутает клубок событий, а какая затянет их в тугой узел.
Впервые в жизни я не знаю, как правильно поступить, и вот - боюсь сделать
малейший шаг, боюсь, что, оступившись, потеряю ту единственную ниточку,
которая связывает меня с дочерью, - потеряю это свое дурацкое спокойствие!
Я здесь потому, что беспомощен! Потому, что закон обязывает меня быть
здесь, а не там! Но все равно, я не смогу просто так сидеть здесь и ждать!
Или возьми меня под стражу, Литакон, запри, парализуй, заморозь... или
отпусти назад, на Землю, к моей дорогой дочурке! Пусть я не стану
вмешиваться, но я буду рядом...
- Ни то, ни другое, ни третье! Я не могу предъявить тебе обвинение и
взять под арест, тем более запереть, парализовать, заморозить, - в моей
власти только отстранить тебя от поста, занимаемого в Совете Лиги. И то -
решением всего Арбитражного Суда. Пока ты - свидетель, не более... Но все
же, Рилиот, настоятельно умоляю тебя не покидать воздушного пространства
Бровурга!
- Хм! - Первый Советник с затравленным видом вновь опустился в кресло.
На него нахлынули воспоминания. - А Леверсон действовал так, словно ему
сказали: "Доставить живым или мертвым"...
- Он переборщил. Но ты правильно поступил, что прилетел. В отличие от
Тургаона. Неповиновением Тургаон признал собственную вину. Для него
оправдательный приговор невозможен. Он потеряет маршальский жезл.
- Иногда астральная связь между отцом и дочерью оказывается сильнее
человеческой воли. У Тургаона оторвали кусок сердца. Я хорошо знаю
маршала - он не думает, как наладить собственную жизнь или оправдаться в
чьих-то глазах, потому что у него нет оправдания самому себе. И Тургаон не
собирается возвращаться - ни на Бровург, ни к жизни...
- Но он ведь обязан прибыть на заседание!
- Оставь его в покое, Арбитр. Подумай лучше, что произойдет на Земле.
Ты способен предсказать там развязку?
- Я? Как ты правильно заметил, клубок сильно запутан.
- Но мы оба чувствуем, что на Земле назревает нечто серьезное. На
древней планете вновь созидается история человечества!
- Слишком громкое заявление! На самом деле мы ничего не знаем, чтобы
утверждать наверняка.
- Одно все же можем: Леверсон последний, кому стоило доверять историю
всей Галактики.
- Да нет никакой истории! Леверсону поручено произвести арест и
прибыть на Бровург - ни больше ни меньше. И ты...
Первый Советник грустно улыбнулся, прерывая Арбитра на полуслове:
- Литакон, кому ты это рассказываешь? Ты побоялся отправить на Землю
человека, способного повлиять на ход истории. Ты отправил туда пустышку,
чтобы не помешать Естественному развитию событий, как я - послушался твоего
приказа, чтобы удержать самого себя от непредсказуемого поступка. Только
вся беда в том, что, будь твой актер бездарь или гений, - Леверсону
досталась главная роль в этом спектакле. А играя такую роль, нельзя
отсидеться в тени кулис!
ГЛАВА 18
Русский граф не переставал удивлять Леверсона.
Во-первых, он предложил идеальные место и условия для приема
оборудования с военных крейсеров. Разгрузку молекулярных шаблонов для
заводских синтезаторов русских производили на севере страны, в условиях
полярной ночи и сорокаградусного мороза, с соблюдением высочайших
требований секретности - не включая сигнальных огней, закрываясь
низкоэнергетическими силовыми щитами и подгадывая погодные условия,
называемые здесь "пурга". В разобранном виде в контейнерах русским
доставлялись также космические перехватчики и тяжелые штурмовые машины на
антигравитационных подушках. Погрузчики Лиги опускались в сопло
вулканообразной трубы, едва поднимающейся над дрейфующими льдами в
Ледовитом океане и уводящей глубоко под землю, к ангару, более всего
напоминающему законсервированный не так давно секретный космический порт.
Благодаря высочайшей автоматизации всех операций разгрузка в этом порту
занимала считанные минуты: погрузчик едва успевал достигнуть посадочной
площадки, как к нему уже пришвартовывали направляющие гравитационного
конвейера. Дальше груз буквально уносился в бесконечную даль подземных
тоннелей.
Во-вторых, выяснилось, что сеть секретных подземных тоннелей
пронизывает всю Россию, а каждый тоннель заканчивается пустующими, но
вполне функциональными ангарами и базами, местонахождение которых, по
странному совпадению, было выбрано невдалеке от границ с соседними
государствами, а точнее, практически на самих границах. Размеры ангаров и
баз позволяли сосредоточить в них многотысячные летные дивизии;
организованные по принципу скоростных магнитных магистралей, тоннели быстро
перебрасывали тонны грузов из одного ангара в другой, а специальное
геомагнитное покрытие на стенах подземных укреплений исключало
проникновение туда лучей-щупов разведывательных зондов.
В-третьих, отбирая инструкторов для "самоучек" графа Владимира,
Леверсон ожидал увидеть небольшие и только что сформированные отряды из
"сырых", неопытных полицейских. Вместо этого граф продемонстрировал
настоящую армию прекрасно подготовленных легионеров, прошедших и летную
школу, и школу рукопашного боя, и школу выживания. Два миллиона солдат,
разбитых на подразделения и строго соблюдавших субординацию, уже знали, как
управлять истребителем, прекрасно владели колюще-рубящим оружием,
показывали неплохие результаты в стрельбе из узконаправленных излучателей.
В итоге подготовка к вторжению на территорию САД Г началась и
продвигалась намного быстрее, чем в самом смелом плане, который мог бы
только вообразить себе генерал Лиги.
Любой нормальный человек на месте Леверсона заинтересовался бы
причинами, побудившими русских заблаговременно принять такие странные для
миролюбивого государства меры. И даже неопытный наблюдатель пришел бы к
выводу, что русские готовились к интервенции в соседние страны еще задолго
до падения на Землю корабля Братьев. Но Леверсон принял факты нарушения
Россией международных конвенций не только спокойно, но и как должное - его
меньше всего беспокоила политическая обстановка на планете: как офицер
Арбитража, Леверсон занимался лишь поиском и арестом высокопоставленных
чинов Лиги и считал наиболее для себя разумным не выходить за сферу
интересов, ограниченную условиями получаемых заданий. В данном случае
генерал должен был разобраться с кораблем пиратов и не имел никаких
инструкций, как реагировать на поведение тех или иных землян в тех или иных
обстоятельствах. Кажущаяся твердолобость Леверсона на самом деле была
выработана годами и являлась результатом накопившегося опыта - охотясь за
людьми, которые завтра вновь могли встать у руля истории, генерал ходил по
лезвию бритвы и защищал свою карьеру и репутацию только тем, что в любом
своем действии ссылался на соответствующий пункт полученных сверху
инструкций. Затаенный милитаризм русского графа для исполнителя службы
безопасности Арбитража означал только одно: сокращение расходов и времени
на подготовку к решающему удару по кораблю преступников. Что он означал для
Земли или Лиги в целом, должны были решать совсем другие люди...
Одновременно с тем как русский граф стягивал войска к границе САДГ,
Братья и вся Северная Азия интенсивно готовили космический город к отрыву
от поверхности планеты. Несмотря на гениальный ум техников "Улья" и широкие
возможности промышленности САДГ, поставленная задача каждый день открывала
новые аспекты ее решения и порождала очередные сложности. Основной
проблемой стали двигатели - мнения технического персонала разделились: одни
Братья предлагали перенастроить уже имеющиеся внутренние генераторы "Улья",
другие требовали установки внешних, заявляя, что внутренние понадобятся,
чтобы избежать общения с крейсерами, едва корабль оторвется от притяжения
планеты...
Вокруг космического города все кипело. Уходящая в бесконечную высоту
небес громадина "Улья" была оцеплена невероятным количеством летающей и
наземной гражданской техники. По всей площади корабля ползали
роботы-ремонтники. Братья-техники контролировали работу механизмов как из
центра управления "Улья", так и из космических ботов, в которых зависали на
некоторой высоте и собственными глазами изучали оперативную обстановку. Еще
больше работ велось внутри города - тысячи Братьев-техников настраивали и
ремонтировали приводы и генераторы, заряжали батареи, разрабатывали схемы
для подключения внешних двигателей и источников энергии.
Задача по превращению демократической Азии в тоталитарное государство
много времени не потребовала. Старшие техники почти сразу выяснили, что
экспериментальная когда-то программа "накопления рейтингов" так и сохранила
гриф "опытной", а поэтому имела доступную функцию отключения, которой сразу
же и воспользовались. Все работы проводились исключительно Братьями - ни
один житель САДГ даже не заподозрил, что его личное неприятие к тому или
иному согражданину больше не имеет никакого значения, а датчики
эмоционального фона превратились в бутафорные радио-маячки. Чтобы
отсутствие динамики в так любимых азиатами диаграммах собственного и чужого
рейтинга не привлекло к себе преждевременного внимания, Братья запустили
другую программу, генерирующую случайные плюсы или минусы для каждого
человека страны, за исключением, конечно, самого президента.
Разместив вокруг "Улья" живой щит из созванных со всех близлежащих
городов полицейских катеров, Григ таким образом избавился от необходимости
защищать корабль силами Братьев-воинов. Оставив на борту "Улья" около
тридцати тысяч лучших из лучших, всех остальных молодой Первый разослал по
городам и по всей приграничной территории Севере-Азиатского Государства.
Длительное автономное пребывание вдали от "Улья" потребовало от воинов
экономить энергию боевых машин и запасы собственных лат-скафандров. Было
решено, что Братья разместятся в городских зданиях, начнут использовать в
пищу местную продукцию, дышать неочищенным городским воздухом, а в
патрульные рейды выходить с нерегулярными интервалами по разработанному
командирами расписанию.
За двое суток, прошедших с момента вступления на президентский трон
САДГ, Григ ни разу не вышел из состояния "Бога". Находясь в каком-то
трансе, молодой Отец каждую секунду что-то проверял, кого-то учил, с кем-то
спорил. Ни один штрих на корабле или за его пределами не делался без
участия юноши. Григ почти не ел, ни разу не спал, не отдыхал, не расслаблял
внимания, не посещал собственных покоев.
Но, несмотря на титаническое напряжение, у него ничего не получалось.
Ремонтные работы затягивались. Техникам не везло - стоило починить один
модуль, как ломался другой. Роботы словно по собственной инициативе
допускали ошибки в точности монтажа, перерезали не те кабели, производили
неверные расчеты. Даже со своим даром предвидения Григ не мог определить, в
какую сторону движется работа - вперед или назад - чем больший объем работ
удавалось завершить, тем больший открывался пласт новых нетронутых задач.
Создавалось странное впечатление, что "Улей" противится людям, не желая
больше возвращаться в привычную для себя среду обитания.
Разведчики докладывали о передвижениях грузовых погрузчиков - от
крейсеров к Земле и обратно. Погрузчики приземлялись где-то за Полярным
кругом и пропадали из зоны слежения. Что бы ни перевозили в них солдаты
Лиги, количество совершаемых грузовиками рейсов говорило о значительном
объеме грузов, а секретность проведения разгрузочных работ наводила
бригадиров Грига на тревожные размышления.
В дополнение к перечисленным неприятностям начали поступать сообщения
о заболевании Братьев, контролирующих городские территории. Симптомы
выглядели одинаково: сперва насморк и кашель, затем общая слабость,
выделение пота, резь в глазах, повышение температуры. Солдаты продолжали
выполнять постовые обязанности, но становились такими слабыми, что
напоминали раненых. Они тяжело дышали, с трудом двигались, плохо видели,
теряли способность трезво мыслить. Стоило заболеть одному, как в считанные
часы из строя выходила целая сотня. Эпидемия не ограничивалась зоной одного
города - сообщения о заболевших начали поступать приблизительно в одно и то
же время и сразу отовсюду. Техники-биологи "Улья" не смогли быстро
справиться с ситуацией - через информационную сеть Мозга Григу пришлось
обратиться к врачам САДГ.
- Обыкновенная простуда. Вирусы или бактерии, - сообщил Мозг.
- Это опасно? - спросил Григ.
- Для землян - ничего страшного. А у твоих людей нет иммунитета. Если
не примешь меры, большинство заболевших умрут.
- Что мне делать?
- Этого мы не знаем. Общеукрепляющие препараты не помогут, а лекарства
земного производства могут оказаться опаснее земных вирусов - они
рассчитаны на реакцию организмов, от рождения и генетически привычных к
вирусным заболеваниям такого рода. Потребуются лабораторные эксперименты.
- Что еще за эксперименты?
- Анализы крови, изучение ДНК, исследование реакции на лекарства...
Григ отключил связь и прислушался к внутреннему голосу. Ощущалось
только раздражение, но тяжелого предчувствия не было. Эпидемия гриппа
грозила лишить Братство армии, а юный Отец не предвидел в этом особого
несчастья - значит, задача имела простое решение.
- Анализатор! - понял Григ. - Он проверяет биополе, а если нужно,
берет кровь... Дор, всех с признаками болезни - назад в "Улей"! Пусть
поскорее возвращаются к питанию через анализатор- это их вылечит.
Техникам-медикам - готовность номер один: возможно, будут тяжелые случаи!
Братьям, не чувствующим недомогания, - надеть скафандры! Сообщи всем:
воздух Земли ядовит!
- Так мы вернем в "Улей" почти всех, - заметил Дор.
Григ кивнул:
- Пускай! Иначе мы их потеряем.
- Кто будет охранять границу? Грузовые погрузчики уже в тридцатый раз
вернулись на крейсера - земляне явно что-то затевают!
- Я знаю, Дор... Но затевают слишком далеко отсюда... К чему такая
осторожность?..
Григ опять погрузился в себя. Что могли перевозить грузовики Лиги?
Учитывая, зачем Лига прислала корабли на Землю, только оружие. Значит,
готовилась наземная операция. Почему так далеко от границы САДГ? Потому что
нападение на президента демократической страны противозаконно.
Следовательно, нападение все-таки произойдет, но под видом какого-то
другого мероприятия. Солдаты Лиги не отказались от затеи захватить "Улей",
а решили обойти собственные законы! В любом случае войска должны были
стягиваться поближе к границе. Наверняка стягивались... Перед закрытыми
глазами Грига неожиданно сформировался определенный образ.
- Дор, сколько у нас бойцов? Сколько воинов сейчас в "Улье"?
- Тридцать четыре тысячи.
- Возьмем пятнадцать тысяч. Поведу я. Объявляй тревогу!
"Улей" покинули пятнадцать тысяч истребителей. Навстречу им отовсюду
возвращались потоки ботов с "простудившимися".
Григ уверенно направил машину на запад. Через некоторое время под ними
возникла синяя полоска реки.
- Река, - сказал Дор. - По воде проходит граница САДГ. За рекой уже
Россия.
- Вторгаемся на территорию соседнего государства, - задумчиво
подтвердил Григ. - Стоп машины!
Истребители зависли в воздухе над рекой. Высокие берега покрывали
заросли хвойных деревьев. Кое-где зеленое полотно уродовали черные скальные
глыбы. Насколько хватало глаз, ничто не напоминало о присутствии человека.
- Они где-то здесь, - сказал Григ.
- Ни под, ни над нами ничего нет. - Дор изучал показания радаров.
Григ продолжал вглядываться в лесной массив за рекой.
- Если нападем первыми, - пробормотал юный Отец, - вновь окажемся вне
закона. Сами разрешим начать открытую войну против САДГ. Если не нападем -
война все равно начнется, только враг успеет лучше к ней подготовиться.
Выбор невелик!
- Что делаем? - спросил Дор.
- Атакуем!
- Но кого?
- Всем истребителям пересечь реку и открыть огонь в землю!
Не понимая смысла, Братья безропотно подчинились. Огонь импульсных и
лучевых излучателей пятнадцати тысяч космических истребителей в одно
мгновение превратил лесной массив в гонимый ветром пепел. Братья продолжали
стрелять. В воздух взлетели куски горной породы, песок расплавился, пепел и
пламя помешали что-либо рассмотреть...
- Глубже! - приказал Григ. - Всем приготовиться к бою!
Дор посмотрел удивленно, но промолчал.
Истребители пласт за пластом выжигали горную породу, образуя котлован
площадью в квадратные километры. И вдруг котлован обрушился. Изумленным
Братьям предстало огромное подземное сооружение, заставленное всевозможной
техникой. Оно кишело людьми. Наземные машины уже находились в движении.
Воздушные готовились к взлету. И их были десятки тысяч!
- Не останавливаться! - крикнул Григ. - Огонь! Огонь! Огонь!
Их здесь не ждали. Во всяком случае, атака получилась столь
стремительной, что противник не успел ничего сделать. Ни один летательный
аппарат русских так и не взлетел, взорванный или сожженный непрерывным
огнем Братьев. Но все равно враг показал зубы - заработали зенитные
комплексы наземной техники. Огонь распределился по всему объему - с земли
до самых облаков. Некоторые машины Братьев запылали и рухнули вниз.
Завязался бой.
Стихло все очень быстро - минут через пять лишь обожженные стены и
проломленный у входа теряющийся в скалах транспортный тоннель напоминали о
недавнем существовании подземного ангара.
Дор смотрел на Грига с таким восторгом, словно лицезрел бога. Сам же
Григ выглядел расстроенным.
- Сколько погибло наших? - спросил юноша. Подсчет произвели быстро -
на связь не вышло около двухсот машин.
- Двести четырнадцать человек, - сказал Дор.
- А ведь они нас не ждали! Не успели поднять ни одного перехватчика! И
только одна нора! Сколько еще таких нор по всей пограничной линии?!
- Будем искать?
- Нет, Дор. Я только проверил свою догадку. Подземные бункеры хорошо
укреплены, между ними наверняка есть связь. Тревога обежала границу -
Теперь нас повсюду ждет отпор. Возвращаемся! Нужно готовиться к обороне!
Григ возвращался в "Улей" в глубокой задумчивости. Подтвердились самые
худшие его опасения - захват президентского кресла САДГ не спас положения,
а только дал Братьям небольшую отсрочку. Юный Отец по-прежнему ощущал в
себе силу, по-прежнему мог предсказать ближайшее будущее и по-прежнему
знал, какой шаг принесет Братству пользу, а какой - вред. Но окончательного
решения не находилось. Его словно и не существовало.
- Мы не сможем удержать границы, - сообщил Григ встретившему его в
ангаре "Улья" Вику. - Нас мало. Люди заболевают, нужно время, чтобы
поставить их на ноги, а армия врага множится. Запугать уничтожением
заложников тоже не получится - боюсь, что Россия решилась объявить войну не
только нам, но и всей Северной Азии, а мы еще и подкрепили ее в этом
решении - теперь русским нет дела до чужих городов. Единственное спасение -
немедленно выходить в космос! Делайте что угодно, но ускоряйте работу
техников!
Линти не находила себе места.
Григ бросил ее во время приступа истерии, даже не обратив на состояние
красавицы своего драгоценного внимания. За одно это следовало наказать и
его, и всех его Братьев, самое малое - уничтожить весь этот треклятый
"Улей"!
За Григом закрылись двери. За дверями - непроницаемые силовые поля.
Охрану Григ снял - не будь этого, альтинка точно сорвала бы злобу на
доступных ее воле головорезах, караулящих выход. Теперь, насколько могло
видеть телепатическое зрение девушки, в округе не оставалось ни единого
мыслящего существа. Это было уже слишком! Получалось, ее просто замуровали
в шикарных, но мертвых апартаментах. Оставили умирать здесь одну, без
заботы, без внимания, даже без свидетелей, способных если не помочь, то
хотя бы рассказать остальным, что и как здесь произошло!
Что именно произошло? Не важно! Что-то обязательно могло и должно было
произойти! Что-то страшное! Линти вовсе не хотелось умирать, но хотелось
сделать нечто такое, что заставило бы Грига пожалеть о своем невнимании -
чем сильнее пожалеть, тем лучше. А ничто не казалось ей столь чудовищным,
изощренным и трагическим, как собственная смерть. Никакое другое бедствие
не выглядело для Линти более достойнейшим наказанием зарвавшемуся
мальчишке. Но такое "наказание" требовало и некоторого труда от нее самой,
причем при мысли об этом "труде" альтинка бледнела и теряла весь свой
воинственный пыл. Правда, всего лишь на несколько мгновений. Потому что
время шло, Григ не возвращался, а приступы бешенства находили на нее снова
и снова.
Осознав наконец, что умереть у нее не получится, тем более что слишком
вероятным казалось, что толстокожие Братья не появятся вовремя - ни чтобы
спасти умирающую в самую последнюю секунду, ни чтобы рассказать Григу, как
именно по его вине едва не погибло такое милое и чистое существо (еще
больше тревожило подозрение, что этот негодяй может вовсе и не
расстроиться, а второй попытки воспитательного воздействия уже не
состоится...), - Линти не сдалась.
Все же она должна была что-то натворить!
Голова шла кругом. Внутри все клокотало. Грудь вздымалась от глубокого
дыхания. Глаза блуждали, как у помешанной. Время шло, а ничего не
происходило. Линти стала бродить по комнате, прыгать лна кровати,
разбрызгивать воду из бассейна - кровать не ломалась, бассейн казался
бездонным.
В центре комнаты, на постаменте сверкал золотом ритуальный Тесак
Первого Брата - это оружие было как раз то, что искала Линти. Одна беда -
альтинка так и не смогла сдвинуть его с места. Ни руками, ни повиснув всем
телом, ни силой воли: для последнего требовалось сосредоточиться и
успокоиться - само собой, требования нереальные.
Единственное, что оставалось натворить в шикарных покоях Грига,
превратившихся для нее в тюремную камеру, - это порвать тяжелые изумрудного
цвета пологи, которые покрывали стены. И еще - разобраться с шитым золотом
постельным бельем и подушками. Но и эта задача оказалась не из легких -
материал не поддавался ни ногтям, ни зубам. Зато "с пользой" ушло какое-то
время. Линти ободрала в кровь руки, сломала почти все ногти и только тогда
огляделась - результат не доставил ей должной радости. Настоящую победу
удалось одержать только над подушкой, и то наполнитель ее не крошился, не
разлетался, не сыпался и потому никак не мог быть распространен по всему
помещению. Все, что оставалось, - плюхнуться в бассейн и из последних сил
бить по воде ногами в надежде, что брызги все же долетят до кровати и если
и не вымажут ее, то уж точно намочат, а на мраморном полу к приходу Грига
останутся большие и скользкие лужи.
В таком состоянии Линти застал человек, который неслышно приподнял
полог закрывающего стены полотнища и скользнул из потайных дверей в покои
юного Отца. Человек был высокого роста, хорошо сложен, на его обнаженных
руках играли мускулы. Длинные черные волосы доставали до с
...Закладка в соц.сетях
