Жанр: Научная фантастика
Боевой флот 3. Прорыв
...вый лай. Все, как
один, навострили уши и развернулись к боковому экрану.
- Придется напасть на них! - рявкнул Крестен, дав волю раздражению. Это может
испортить весь план наступления. Откуда у голокожих взялись новые военные корабли? -
Стойте, идиоты! - он с силой врезал лапой по пульту. - Это грузовозы, они не могут
причинить нам вреда. Мы должны завоевать честь и славу в бою, а не бросаться, как
глупцы, за беспомощной жертвой.
Младший офицер укусил за ухо молокососа, который поднял тревогу. Пусть впредь
рубец напоминает болвану, что прежде всего надо как следует рассмотреть противника.
К удивлению и радости командира халиан, грузовые корабли не собирались ни бежать,
ни нырять в гиперпространство. Вместо этого они, как идиоты, продолжали двигаться
вперед, так что вскоре вполне могли оказаться на расстоянии пушечного выстрела.
Добыча сама плывет в лапы! Он обессмертит свое имя! Да еще на глазах у всех остальных
капитанов, что тащатся сзади.
Дрожа от нетерпения, Крестен скомандовал:
- Прикажите остальным капитанам не стрелять! Грузовозы принадлежат "Соколу".
Пускай ворчат, но это его добыча! В этот момент Крестен почувствовал что-то вроде
сомнения. Вдруг эти грузовые суда хотят отвлечь его внимание? Вдруг люди тоже
ожидают подкрепления? Нельзя допустить, чтобы хитрость их помешала ему добыть
славу.
- Всем кораблям держать максимальную скорость! - распорядился он. Ничто не
должно остановить нас. - При этом он с беспокойством продолжал следить, как корабли
голокожих упрямо продолжали идти наперерез. Через минуту ему показалось, что
грузовозы повернули, опасаясь столкновения с его кораблями.
Навигатор сообщил, что их траектории должны пересечься за несколько минут до
прибытия к месту настоящей битвы. Ну что ж, придется им поддать как следует!
- Курс прежний, - сообщил он Поэту. Ему хотелось первым нанести удар по людским
кораблям. - И прибавь скорость!
- Сэр, кажется, они сбрасывают груз, - сообщил все тот же молокосос. На этот раз он
говорил неуверенно.
Теперь корабли голокожих отчетливо вырисовывались на экране. Крестен не отрывал
расширившихся от возбуждения глаз от дисплея. Если голокожие решились идти на таран,
то сейчас они спустят шлюпки и попытаются удрать. Но ничего такого не происходило.
Экран не позволял увидеть в подробностях, что творится у кораблей голокожих. Должно
быть, люди действительно сбрасывали груз. Наверно, они только что заметили его
корабли. Крестен живо представил себе панику, охватившую глупых людишек.
- Разве раньше ты никогда не преследовал вонючек? - спросил Крестен с видом
знатока. - Они всегда оставляют за собой всякую дрянь. Эти людишки жертвуют своим
грузом, чтобы немного выиграть в скорости и пожить еще несколько секунд. У них нет
чести. Смотри на них, щенок, и гордись тем, что ты халианин!
Все присутствующие оскалились в знак согласия со своим командиром. Судя по
экрану, людские корабли были уже совсем близко. Теперь надо приготовиться и нанести
удар по глупцам и трусам!
Внезапно экран окрасился в розовый цвет. Корабли голокожих исчезли.
- Они обделались, - весело залаял заместитель Крестена, тыча когтистой лапой в
бесполезный теперь экран. Но в битве не нужны никакие экраны. Главное - пульт
управления. И пушки.
И тут начались взрывы.
У Мейера перехватило дыхание, халианская армада повернула в их сторону. Если они
изменят курс, его план провалится. Однако (как показалось Мейеру, миновала целая
вечность) хорьки лишь ненадолго отклонились от первоначального курса. Слева от него
что-то бормотала хрюбанка. Видимо, поняла, что хорьки решили не принимать их в
расчет. Ее самолюбие было задето. Даже с помощью элементарных датчиков можно
установить беспомощность их кораблей. Более чем на двух дюжинах судов не нашлось бы
достаточного количества оружия, чтобы противостоять даже одинокому халианскому
кораблю.
До столкновения грузовых кораблей с армадой халиан оставалось шесть минут. Мейер
приказал сбросить половину всего запаса плазменных снарядов. Дюан наверняка
разозлится, но если халиане выйдут из битвы невредимыми, то о десанте, как и о Флоте,
можно забыть навсегда.
Затем, слегка изменив курс, Мейер приказал сбросить пять с лишним миллионов
единиц разрывных патронов. Еще через две минуты - около миллиона разных деталей. В
оставшиеся три минуты выбросили двадцать три тонны шарикоподшипников и шесть
тысяч банок с краской. Взрывающиеся в космосе банки с красной и белой краской
выглядели особенно впечатляюще.
Наконец грузовозы также неуклюже изменили курс, пристроившись прямо перед
носом халиан. Шерсть встала дыбом на спине у Ремры, когда она увидела, как
приближаются к ним хорьки. Ауро, подчинившись внезапному импульсу, коснулся ее
плеча. Их глаза встретились, и обоим немного полегчало.
Еще через две минуты Мейер приказал выбросить за борт оставшиеся снаряды. Его
китель потемнел от пота. Ауро заметил, что Мейер слегка раскачивается, глядя на экран.
Грузовые корабли выстроились в несколько рядов. "Красный Шар" занял место в центре -
давно известный маневр, позволяющий избежать столкновения со сброшенным грузом.
Халианские снаряды взрывались все ближе и ближе. Ауро Лебари барабанил по
клавишам, разворачивая единственную лазерную пушку. Абрахам Мейер нервничал все
заметней. Он не знал, что будет делать, если его план не удастся. И тут ведущий
халианский корабль налетел на импровизированное "минное поле".
Скорость сброшенных снарядов и бешеный ход корабля привели к тому, что ударная
сила оказалась намного больше, чем при обычном обстреле. Кинетической энергии
нескольких десятков снарядов было достаточно, чтобы уничтожить защиту нескольких
халианских кораблей. Каждый из пятикилограммовых плазменных снарядов, вошедших в
контакт с защитным экраном флагмана халиан, взрывался слепящим фейерверком. На
дисплее "Красного Шара" бесновалось огненное сияние, готовое поглотить корабль
халиан. Ремра тихонько мурлыкала что-то себе под нос. Через несколько секунд
последовала чудовищная вспышка, залив командный, мостик слепящим светом.
Когда исчез первый халианский корабль, на мостике началось ликование. Люди
хлопали друг друга по спине, смеялись, словно сумасшедшие. Ликование перешло в оргию
веселья, когда халианский флагман исчез в огненном вихре, натолкнувшись на несколько
тысяч разрывных патронов. Погубленные собственной сверхскоростью, халианские
корабли через несколько секунд перестали существовать, превратившись в груды
пылающих обломков. Несколько уцелевших кораблей, следовавших в хвосте армады,
разлетелись в разные стороны, одни - чтобы отомстить неведомо кому, другие - просто
удирая подальше от разверзшегося ада. Лишь единицам удалось нырнуть в безопасное
гиперпространство.
Через одиннадцать секунд в этом секторе остались лишь корабли Флота.
Когда стало ясно, что они добились успеха, который не может присниться даже в
самом безумном сне, Ауро Лебари с удовольствием потянулся. Несколько мгновений он
просто сидел за своим пультом, пытаясь осознать случившееся. Потом повернулся к
Абрахаму Мейеру:
- Сэр, могу ли я нарисовать на корпусе... ээ... тридцать семь вражеских кораблей?
Остальные члены команды заулыбались. Ремра в упоении забарабанила по клавишам
пульта управления, и корабль начал выписывать круги - круги победителя. Ритуал куда
более древний, чем сам Флот.
- Если сумеете найти еще немного краски, лейтенант, - торжественно ответил Абрахам
Мейер.
ИНТЕРЛЮДИЯ
На экране возникло изображение посла-хрюбанки. За ее спиной сверкал на солнце
боевой крейсер "Регнетрим". Посол разбила о его нос традиционную бутылку
шампанского "Напа". Присутствующие чиновники вежливо зааплодировали.
- Итак, мы с вами стали свидетелями того, как еще один боевой корабль вошел в состав
Флота, - вещал с профессиональным энтузиазмом голос диктора. - Это демонстрация не
только растущей мощи Альянса, но и единения входящих в него рас перед лицом общего
врага.
- Да, ребята, - проворчал один офицер, обращаясь к товарищам.
Это была одна из издержек их службы. За несколько месяцев всегда отстаешь от
жизни. Они провели в открытом космосе пятнадцать месяцев и теперь смотрели передачи
годичной давности.
- Я бы почти обрадовался какому-нибудь новому делу, - отозвался медик, забыв о том,
что он тоже военнообязанный.
- Даже и не намекай на это, - прошипел Мигель, хлестнув его трофейным хвостом
хорька. Но все присутствующие поняли, что богам был брошен вызов.
Джоди Лин Най. ПЕРЕСЕЧЬ ЧЕРТУ
Лаборантка бросила взгляд на грудь Мака Делла и улыбнулась.
- Не надо! - зло выпалил Делл. - Я не просил об этой чертовой награде, как и не
напрашивался на это дело. Не моя вина, что Ирис Тольберт пришло в голову, что я должен
таскать эту медаль ради ее проклятого департамента.
- А разве я что-нибудь сказала? - спросила Третта Маркс, с самым невинным видом
вручая ему гудящий цилиндр. - Ваш вирусный сканер, доктор.
- Спасибо. - Делл провел прибором над вскрытым телом, лежавшим на смотровом
столе. - Прибор загудел громче, и доктор извлек из него снимок. - Не зафиксируете ли
этот экземпляр?
- Для героя - все что угодно, - ответила Третта, но, заметив яростный взгляд Делла,
поспешно сказала. - Простите, пожалуйста! - Одной рукой она спрятала пластиковую
полоску в карман, а другой - нажала на выключатель старинного интеркома. -
Биологическая лаборатория слушает. Гм, это вас, Мак.
Делл вздохнули подошел к ней. Третта с любопытством смотрела на экран. Он
проследил за ее взглядом и сразу весь подобрался.
- Добрый день, адмирал, - отчеканил он.
С экрана на него смотрел Абрахам Мейер.
- Здравствуйте, Делл. Дело в том, что мне сейчас нужен медик для одного деликатного
дела. Ваш диспетчер, командир Тольберт, дала согласие на то, чтобы я обратился
непосредственно к вам.
Делл постарался не обращать внимание на то, что Третта за его спиной-прыснула со
смеху.
- Могу я узнать, что это за дело, адмирал?
Мейер вскинул брови.
- Ну что ж, осторожность никогда не помешает. Почему бы вам и не узнать? За
несколько астрономических единиц отсюда дрейфует подбитый халианский корабль.
Насколько можно судить, энергия у него на нуле, и хорьки могут лишь поддерживать
жизнедеятельность, не более. Они заявляют, что у них на борту находятся двести наших
пленных. Это - единственная причина, по которой мы до сих пор не взорвали их
посудину, и им это отлично известно. Конечно, если бы мы им сообщили, что у нас на
борту двести пленных хорьков, они бы все равно взорвали наш корабль. Но эти твари
рассчитывают на нашу так называемую "слабость". Вы слушаете, доктор?
- Да, конечно.
- Так вот, я думаю, что вскоре они надумают сами подорваться. Я посылаю туда роту, с
тем, чтобы нейтрализовать халиан и попытаться спасти пленных. Лучше всего доставить
туда наших людей на легком медицинском корабле. Он безобиден с виду, на нем нет
никакого внешнего вооружения, но скорость он способен развить вполне приличную.
Хорьки даже сочтут естественным, что мы послали доктора осмотреть наших пленных.
Вот я и обратился к вам.
- Позвольте, я попытаюсь угадать, в чем тут дело. Тарзан и Обезьяны?
Мейер непонимающе смотрел на него.
- Простите?
- Не настаивал ли на моем участии сержант Альвин Шилитоу?
- Да, это действительно так. Можете ли вы дать ответ немедленно, доктор? Пленные
долго
не выдержат. Когда кончаются воздух и тепло, наши люди, как нам с вами известно,
страдают в первую очередь.
Делл печально посмотрел на рабочий стол. Потом бросил взгляд на Третту, которая
продолжала давиться от смеха.
- Да, сэр. Я немедленно отправляюсь.
Делл вошел в конференц-зал "Красного Шара" и стал медленно пробираться вперед.
Зал был заполнен людьми, и почти каждый считал своим долгом похлопать его по плечу
или по спине. Наконец он добрался до единственного свободного стула.
Поприветствовав Мейера и его помощника, он уселся и посмотрел назад. Зал был
битком набит здоровенными детинами. Доктор знал многих из них.
Это были Обезьяны. И в самом центре восседал Тарзан, приветливо улыбавшийся
доктору, некогда спасшему ему жизнь.
- Привет, док! - крикнул сержант Альвин Шилитоу.
- Привет, Тарзан, - весело отозвался Мак.
Он все еще не снял своего лабораторного халата, на лацкане которого позвякивала
чертова медаль. Но Обезьяны не обратили на это никакого внимания. У большинства из
них имелось по нескольку таких бронзовых звезд, а у многих и кое-что посерьезнее.
Чтобы получить серебряные и золотые звезды требовалось куда больше крови как
собственной, так и вражеский.
- Мы тут решили переманить вас к себе, - продолжал сержант. - Платят хорошо,
работенка непыльная, жратва - что надо...
- Можно мне вас перебить? - вмешался Мейер, терпеливо ожидавший наступления
тишины.
Он кивнул своему помощнику, который включил экран, стоявший на столе. На фоне
звездного неба болтался халианский боевой корабль. Согласно данным о температуре,
месте, продвижении и времени, корабль находился отсюда менее, чем в двух часах полета.
Устроить такую штуку в мгновение ока - на Флоте это считалось чудом. Мак понял, что
тут дело в связях Мейера. Его дед был знаменитым адмиралом, а сам Абрахам слыл
мастером безобидных чудес.
- Вопрос ясен, - сказал Мейер. - Чем больше мы медлим, тем больше вероятность, что
халиане убьют пленных. А если они поймут, что мы посылаем спасательный отряд, то это
можно считать свершившимся фактом. Халиане считают, что умирать следует сражаясь.
Вот почему мы и выбрали медицинский транспорт. Нет никакой славы в том, чтобы убить
безоружного доктора. Это очень легко.
Мак проглотил комок в горле.
- Каким же образом мы попадем внутрь корабля? - спросил сержант, - если они,
скажем, откроют огонь и велят нам держаться на расстоянии?
- С помощью одного хитрого маневра, - улыбнулся Мейер. - Легкий медицинский
скутер прибудет первым. Следом приблизится "Красный Шар". Мы остановимся на
расстоянии выстрела. И Ауро продемонстрирует свое искусство стрельбы, используя их
башни как мишени. - Мейер показал на своего молодого помощника в форме кандидата.
"Этот паренек? И мы должны войти в поле обстрела, когда он решит пострелять?" -
Мак чуть было не высказал вслух свою мысль, но удержался. Десантники вокруг него
были явно встревожены.
- Пусть они думают, что мы атакуем. Когда "Красный Шар" отвлечет их внимание, вы
под шумок проникнете на борт.
- Но как же, - воскликнул Мак, - они попадут туда?
- Вслед за вами, на своем транспорте, - просто ответил Мейер. - Они будут в
соответствующей камуфляжной форме.
- А что помешает им пустить нас всех вверх тормашками, когда они заметят вас? -
спросил сержант.
- Они будут слишком заняты, - пообещал Мейер. - К тому же, мы полагаем, что у них
сейчас серьезные проблемы с оружием.
- Вы полагаете, сэр?
- А я должен буду ждать сигнала, чтобы забрать их? - с надеждой спросил Мак.
Тарзан снова улыбнулся.
- Нет, нет, доктор, - ответил Мейер. - Вы тоже будете внутри корабля.
- Но зачем? - вскричал Мак.
- Ну, во-первых, там действительно могут быть люди, нуждающиеся в вашей помощи.
Во-вторых, медицинское судно должен вести опытный пилот, а в третьих... после того,
как сержант со своими людьми проникнет на корабль, халиане могут взорвать ваше судно.
- О, - ответил Мак, - тогда, конечно, вы правы.
Небольшая каюта медицинского скутера была переполнена. Десантники из роты
Альвина, одетые в стандартную темно-синюю форму и в камуфляжные скафандры,
сидели на скамейках, на столах, на койках - словом, повсюду.
- Прошу прощения за отсутствие удобств, - сказал Мак. Он был одет так же, как и
остальные, только перчатки и шлем лежали под сиденьем. - Большинство моих гостей
обычно лежат.
Скафандры были покрыты специальным камуфляжным слоем. Маскировка была
основана на том, что один приятель Мака называл "старой, доброй оптической
галлюцинацией".
Черная матовая поверхность, состоявшая из невосприимчивых глазом ячеек, обладала
весьма интересным свойством. Если взгляд натыкался на нее, то возникало
непреодолимое желание отвести глаза. Мозг словно противился фиксировать данную
действительность, дело портили поблескивающие лицевые щитки. Знаки различия
полагалось носить под скафандром, их можно было разглядеть в узкую щель. Но
десантники частенько нарушали это правило. И "Гориллы" в этом не отличались от
прочих своих коллег. Они считали своим долгом пришлепнуть на "невидимые" шлемы
ярко-желтые "бананы". Желтый был цветом адмирала Дюана.
- Вам тоже положена такая штучка, - заявил Альвин, вытаскивая из-под сиденья шлем
доктора. - Как почетной Обезьяне.
- Нет, спасибо, - ответил тот. - Помните, мы ведь не должны привлекать к себе
внимания.
- Это же почетный знак, - возмутился Пирелли, темнокожий переводчик, почти такой
же высокий, как и сам Мак.
- Полный вперед, - согласился Занатоби. Он происходил из той же системы, что и Ирис
Тольберт. Тамошних обитателей можно было узнать по характерным синим волосам.
Сержант усмехнулся и прикрепил банан к шлему чуть ниже медицинского креста.
- Спасибо, ребята, - сказал Мак, негодующе округлив глаза.
Серо-синее медицинское судно остановилось в десяти километрах от сигарообразного
корабля халиан. Десантники внимательно рассматривали его изображение на экране.
- Клянусь, он выглядит слишком крошечным для двухсот парней, - заявил Джордан.
- Думаешь, у них там роскошные каюты? - Золотокожая Утун хлопнула его по спине. -
Они там теснятся так же, как мы здесь.
Сержант рассмеялся и приказал всем приготовиться к выходу в космос.
Вспыхнула красная надпись, свидетельствовавшая, что скутер прибыл в назначенное
место, и одновременно с этим из динамика раздался злой голос, обращавшийся к ним на
межгалактическом наречии.
- Ты что-нибудь понимаешь? - спросил у Пирелли Шилитоу.
- Да, сэр. Они хотят, чтобы мы остановились и были уничтожены.
- Ты хочешь сказать: остановились, иначе будем уничтожены? - спросил чей-то
нервный голос.
Пирелли покачал головой.
- Я говорю то, что слышу.
Фоксбург и Занатоби с улыбкой переглянулись.
- По крайней мере, они с нами разговаривают. И Мейер все слышит. Ладно, выключаем
огни.
Тарзан сделал жест Маку. Десантники нахлобучили шлемы.
Мак неохотно повиновался, и скутер погрузился в темноту. Что-то непохоже, чтобы у
хорьков не функционировало оружие, а они сейчас досягаемы даже для небольшой
лазерной пушки. Мак нагнулся, чтобы достать перчатки, шлем и небольшой ящичек с
диагностическим комплектом. Может, Альвин и знает, что он боится темноты, но
сержант не станет болтать об этом. На флоте существует давняя традиция - если личные
слабости не мешают делу, они не имеют значения.
Мак наклонился к микрофону:
- Это медицинское судно. Меня интересует здоровье людей, находящихся у вас на
борту. Я безоружен.
Из динамика по-прежнему доносился яростный крик. Мак надел шлем и с облегчением
вздохнул, когда звуковой и световой сигналы показали, что его скафандр - в полном
порядке.
- Все готовы к выходу? Позаботьтесь о давлении, док. Будет не слишком удачно, если
они обнаружат наше присутствие в тот момент, когда мы откроем люк.
Люк отъехал в сторону, и перед пассажирами скутера предстала черная бездна,
усеянная серебряными искрами. Красоту этой картины нарушала только тень массивного
халианского корабля. Из динамика продолжали еще доноситься угрозы, но когда
"Красный Шар" включил дальний свет, чужак замолчал на полуслове. Корабль халиан
залило мертвенно-бледное сияние. Похоже, Лебари действительно опытный стрелок.
- Пошли, ребята. - Голос Тарзана был обманчиво спокоен.
- Мы ведь работаем на Мейера, - весело заметил Фоксбург. - Не прихватить ли нам
банку с краской?
Вакуумный багор вылетел в сторону халианского корабля, бесшумно разматывая
металлический трос повышенной прочности, словно в телепередаче с отключенным
звуком. Мак, стараясь обрести душевное равновесие, мысленно озвучил эту картину.
Сначала свист разматывающегося троса, потом резкое всхлипывание - это вакуумный
багор прилепился к корпусу корабля. Кто-то из десантников повернул ворот, натягивая
трос, и зафиксировал его в стационарном положении. Мак взглянул на громаду
халианского корабля, на почти черном корпусе выделялась более светлая вакуумная
присоска. Один за другим десантники хватались за узлы на тросе, расположенные через
пять футов, и растворялись в темноте. Мак последовал за Джорданом, сосредоточившись
на спине десантника и стараясь не смотреть в черную бездну космоса.
- Тишина, - раздался в наушниках негромкий голос сержанта Шилитоу.
Время от времени натянутый трос вздрагивал - это иногда начинали вибрировать
мертвые двигатели вражеского корабля, словно собираясь вот-вот включиться. Должно
быть, Поэт хорьков скандировал у пульта управления свои заклинания-инструкции,
стараясь вдохнуть жизнь в мертвый металл. Если ему это удастся, они обречены.
- Китчи ку! - Утун улыбнулась и, обернувшись, ткнула Джордана в плечо.
- Черт возьми, прекрати! - проворчал он, теряя равновесие. Несколько мгновений он
извивался, пытаясь нащупать следующий узел на тросе.
- Прекратите болтать! - свирепо прошипел сзади Шилитоу.
Джордану наконец удалось уцепиться за трос. Мак осторожно подвинулся, освобождая
ему место.
Добравшись до корабля, десантники включили электромагниты на своих подошвах и
осторожно облепили корпус.
- Вот мы и на месте, - сказал в микрофон Шилитоу. - Теперь у нас нет связи с
"Красным Шаром".
Они не слышали того, что происходило по ту сторону халианского корабля, но знали,
что "Красный Шар" в этот момент ярко освещен. Мак видел, как его медицинское
суденышко отражает свет, исходивший от невидимого сейчас корабля. Хорьки могли
заметить открытый люк скутера, но это уже было неважно. Чтобы избавиться от десанта,
хорькам пришлось бы втянуть пушки внутрь своего корабля. Только тогда они смогли бы
открыть огонь по десантникам. Или взорвать свою посудину. Никто не сомневался, что
хорьки способны на подобный самоубийственный шаг. Если, конечно, у них имеются для
этого технические возможности.
Утун вскрыла шлюз с помощью бесшумного взрывного заряда - мелкая пакость,
которую применяли штурмовые группы Флота, когда их не встречали с распростертыми
объятиями. Заряд не мог разрушить внутреннее запирающее устройство. Если на борту
находятся люди, десантникам не стоит рисковать, проделывая бреши в корпусе. Гориллы
постепенно заполнили холл. Второй замок открывался легко. Внутренняя дверь не
предназначалась для задержки вторжения извне. Последним вошел Шилитоу и, закрыв
дверь, начал отдавать приказы. Все действия были продуманы заранее и обговорены с
Мейером. Все, кроме Мака, уже знали, что им следует делать.
- Доккерти и Элис - инженерная часть. Утун и Джордан - жизнеобеспечение.
Остальные пусть следуют за мной. Нам надо спасти пленных. Доктор, можете идти с
нами, но только не путайтесь под ногами.
Мак с хмурым видом последовал за сержантом. Он должен действовать. Где-то здесь
находились люди-рабы, двести человек. Неизвестно, в каком они состоянии. Мак с
тревогой подумал, что его маленького диагностического набора будет недостаточно,
чтобы справиться с предстоящей задачей. Одно из основных правил десантников гласило:
нельзя чувствовать себя уверенно на чужом корабле, пока не будет обеспечена хотя бы
элементарная безопасность. Может быть, сейчас оставшиеся в живых хорьки перестали
сражаться и пытаются взорвать собственный корабль. Мак понимал, что заняться
пленными можно будет только после того, как десантники полностью захватят корабль, а
"Красный Шар" сможет подойти вплотную. Иначе его услуги как врача могут уже не
понадобиться. Все военные были вооружены лучевыми ружьями или пистолетами, а
также клинками камуфляжного цвета.
Мак снял перчатки, швырнул их в угол и направился за десантниками. Занатоби глянул
на него через свою маску.
- Не оставляйте их здесь, иначе больше никогда не увидите. Грызуны используют
перчатки в качестве презервативов.
Мак начал было возражать, нажимая на свое знание анатомии халиан, но вскоре
сообразил, что его разыгрывают.
- А что они делают со шлемами? - спросил он, решив подыграть и отвлечься от
мрачных мыслей.
- Ну, шлемы заменяют им головы.
- Очень разумно? - резонно заметил доктор. - И наши головы без шлемов мало чего
стоят.
Но свой шлем он не стал надевать, чтобы лучше слышать микрофонные переговоры.
Они продвигались вперед по низкому коридору. Снаружи корпус корабля был покрыт
зеркальным материалом, призванным отражать лазерные лучи, а внутренняя обшивка
была матово-черной, для поглощения интенсивного излучения. В космосе это был самый
дешевый способ обезопасить корпус корабля от случайного повреждения лучом лазера.
Пол устилали дорожки, так что тяжелых шагов десантников было почти не слышно.
- Ложись!
В коридоре позади них грохнул взрыв, и вся рота ничком бросилась на пол.
И тут всех чуть не оглушил боевой клич Доккерти.
Через несколько секунд он доложил, что они с напарником прорвались в технический
отдел.
- Мы с ними разделались, сержант! Ну и удивились же эти болваны. Пятеро убиты. Но
один гад успел поднять тревогу. Сейчас проверяем, нельзя ли отключить взрывающий
механизм прежде, чем они смогут запустить его с мостика.
- Значит, они нас обнаружили, - ответил Шилитоу с осторожным оптимизмом. - Не
впускайте никого, кто кажется слишком небритым.
- Есть, сержант, - ответил Доккерти.
Халианский корабль слегка дрогнул, когда Ауро Лебарио нанес свои точно
рассчитанные удары по носу, а затем по корме. Ауро понимал, что если наносить удары в
одну точку, халианский корабль может превратиться в своего рода гигантский волчок. Он
не мог позволить себе забыть, что принимает участие в спасательной операции, но из его
башни ему самому все виделось, как некая видеоигра. На своем компьютере он даже мог
посмотреть данные о числе нанесенных им ударов. Но, к сожалению, если бы халианам
удалось привести в действие свои лазерные орудия, он сам превратился бы в легкую
мишень.
Хватит играть, - подумал
...Закладка в соц.сетях
