Жанр: Научная фантастика
Шторм времени
...ся и остался позади в другой бесконечности. Но все равно она
была права - ничто не могло помешать мне потянуться и попытаться коснуться,
соединиться с тем, частью чего я стал.
Я потянулся. Я попытался ощутить свое тождество с этим окружающим меня местом
так же, как я делал это в своей родной вселенной. Тождество приходило медленно, но в
конце концов оказалось, что мне требовалось сделать еще всего на один шаг больше, чем
тогда, когда я добивался тождественности с Обсидианом и его товарищами.
Я коснулся чего-то. Это было нечто или какие-то вещи, способные отзываться. После
этого общение с ними стало всего лишь делом выработки необходимых конфигураций, и в
этом они пошли мне навстречу. Очевидно - я говорю очевидно, поскольку ситуацию не
так легко, если вообще возможно, перевести в слова, - разница между живой и неживой
материей в этой вселенной не была такой значительной, как в нашей. Вместо этого
граница проходила между теми или тем, что обладало конечными жизнями, и теми или
тем, жизнь которых была бесконечна, и огоньки, которые я видел, каждый были одной
жизнью, светящейся с самого начала, по-видимому, краткого момента ее зарождения до
момента затухания в момент смерти.
Но то, что казалось кратким, не обязательно было таковым. Глядя с другой точки
зрения, то, что казалось мне мимолетной жизнью, в нашей вселенной могло существовать
на протяжении эквивалента миллиардов лет. Кроме того, жить здесь - значило общаться,
так что в конце концов я и сам жил, чтобы общаться, и общался, живя. Это для меня было
долгим моментом, поскольку мне с большим трудом удалось заставить их понять, что я
хочу, чтобы они знали о нас и о нашей ситуации.
Но пришло время, когда я справился с этим, и после этого времени больше не
требовалось. Я остался с законченной миссией, но изолированный.
Единственное, по чему я мог понять, что мое послание дошло до них, так это по
изменению конфигураций. Поскольку, само собой, они никак не могли разговаривать со
мной непосредственно - не в большей степени, чем я мог разговаривать с ними. На самом
деле я только и мог, что посылать грубые сигналы в их направлении, как человек на
вершине холма, махающий флажками, чтобы его увидели в долине у подножия, для того
чтобы привлечь внимание живущих там людей к приближающейся опасности. Между
нами не хватало не только механизма общения - слишком уж разными были не только
наши мыслительные процессы, но и само наше существование.
Так что я преуспел в своем начинании, но оказался в затруднительном положении. У
меня не было представления о том, что мне делать дальше, поскольку у меня не было
представления о том, что я собой представляю здесь в этой, столь отличной от нашей,
вселенной. Было вполне возможно, что здесь меня ждет невероятно долгая жизнь,
медленный, почти незаметный упадок и исчезновение, как у какого-то радиоактивного
элемента с периодом полураспада в миллионы лет. Могло оказаться и так, что я лишь в
нескольких секундах от конца, но что совершенно иное восприятие времени превратит
этот ничтожный срок практически в вечность. Могло быть и так, что здесь я практически
бессмертен и буду существовать вечно, наблюдая и будучи отделен от вселенной,
наполненной жизнью, для которой "чужой" было ничего не значащим неуместным
словом.
Забавно, но ни одна из этих перспектив не беспокоила меня. Я сделал то, что
собирался сделать, и, по большому счету, был удовлетворен. Единственное, что меня
печалило, так это то, что я не мог сообщить своим, что передал сообщение, что битва
выиграна. Мне даже следовало бы сказать - битвы, поскольку уже одним тем, что я
пришел сюда, что передал послание обитателям этого места, я наконец вышел за пределы
самого себя, наконец увидел себя в полном отражении и пришел к внутреннему
пониманию, которое я пытался найти все это время.
Моя охота была не чем иным, как человеческими поисками"! любви. Оказывается, я
искал ее, но на самом деле боялся найти. Поэтому я сделал все для того, чтобы создать
маски для всех тех, с кем сводила меня жизнь, с тем чтобы не привязаться ни к кому из
них, чтобы моя привязанность была к маске, а не к существу, скрывающемуся под ней. В
этом случае, если человек предавал меня, это не имело никакого значения, поскольку я
никогда по-настоящему их не знал. У человека под маской не было реальной
возможности всадить эмоциональные крючья в мою душу, потому что я был привязан
только к маске. В далеком прошлом я наделил масками свою мать и сестру. Я нацепил
маски на Свонни, Мэри и Полу. Тем же, кого я боялся полюбить, я надевал самые
несимпатичные маски. И наоборот - только тех, кто - я абсолютно в этом был уверен - не
сможет полюбить меня, я наделял масками, которые мог полюбить.
Система действовала безотказно. Только тогда, когда я забыл применить ее, я
провалился. Полоумный кот и идиотка-девчонка - кто же в начале мог подозревать, что
кто-нибудь из них сможет тронуть меня и разорвать меня изнутри? Верно, я дал слабину в
отношении опасности, представляемой девчонкой, и попытался надеть на нее маску, но к
тому времени было слишком поздно. Тем временем полоумный кот уже добрался до меня.
Когда его убили, мне впервые за много лет стало больно, и в боли я вернулся к жизни,
хотел я того или нет.
Теперь я был благодарен за это возвращение к жизни, поскольку все, что я делал, было
не правильным. Это шло против инстинкта и в конце концов могло никуда меня не
привести, кроме как в высушенный ад отчаянного одиночества, которое находилось на
другом конце спектра от удовольственной изоляции, в которой я сейчас завис. Таким
образом - я был жив. В противном случае я был бы мертв. Золотистое свечение первым
дало мне ответ, но тогда я все еще боролся против него.
Глава 39
Я был в своей спальне летнего дворца. На мгновение мне в голову пришла ужасная
мысль, что все это было чем-то вроде сна. Но потом я понял, что это не так.
Я огляделся и увидел Эллен, стоящую около моей постели с Порнярском и Занудой.
- Привет, - сказал я Эллен, и мой собственный физический голос отозвался странным
эхом. - Я вернулся.
- Да, - ответила она.
Именно такого ответа от нее и можно было ожидать. Я лежал, наслаждаясь знакомой
обстановкой, чувствуя тепло и уют, а эти трое стояли и смотрели на меня с осторожной
заботой, как будто я был аккуратно высиженным яйцом, которое вот-вот должно было
проклюнуться и из него могло вылезти нечто странное. Я перебрал в голове не меньше
дюжины фраз, которые можно бы было им сказать, потом отбросил и протянул руки к
Эллен, которая подошла и обняла меня.
- Как я сюда вернулся? - спросил я, когда она отпустила меня. Кроме сильной
слабости, я, кажется, чувствовал себя вполне удовлетворительно.
- Мы сразу переправили ваше тело, - сказала Зануда на английском языке двадцатого
столетия ничуть не хуже Обсидиана. - Как только поймали вас. Мы едва успели поймать
вашу личность, прежде чем она успела отправиться сквозь линзу.
Я уставился на нее.
- Быть того не может!
Услышав это. Зануда явно смутилась, как человек, которого поймали на лжи, что очень
меня удивило. Мне и в голову не приходило, что она способна выказывать такое чувство,
как смущение, и я не ожидал, что смогу распознать его, если бы это случилось. Но то, что
я видел сейчас, не оставляло никаких сомнений.
- Как бы то ни было, - сказала она, почти оправдываясь, - мы поймали вашу
конфигурацию мысленной энергии как раз перед тем, как она собиралась пройти сквозь
линзу. Возможно, что-то еще и могло пройти туда, что было частью вас, хотя что это
такое - сказать невозможно.
- Его душа, - твердо и отчетливо произнес Порнярск.
- Что ж, если хотите, можете пока называть это и так, - согласилась Зануда. - В любом
случае, с тех пор здесь прошло восемь локальных дней.
- Восемь дней? Всего?
- Это много, - сказала Эллен.
- А мне показалось... - начал было я, но у меня не хватило слов.
- Темпоральная разница, - оживленно сказала Зануда, - или, возможно, разница в
темпоральном восприятии? Это потребует самых серьезных исследований.
- Но ты сделал это, Марк, - сообщила Эллен. - Кто бы они там ни были в этой другой
вселенной, они посылают через линзу послания. Теперь инженеры все понимают. Они
перекрывают поток дифференциальной энергии и вместо этого что-то делают с обратной
тягой. Это должно сработать. Все должно получиться.
- Прежде всего, Марк, вы оказались правы, - сказала Зануда. - Мы в слишком
значительной степени стали частью шторма времени, чтобы понять силы, которые
накапливались все это время.
- Интересно, - вставил Порнярск. - Когда начинаешь вникать во все это, оказывается,
что ничего не существует в неисчерпаемом количестве и ни один контейнер не бывает
таким большим, чтобы его нельзя было наполнить.
- Это относится не только к ящикам, мешкам, океанам и галактикам, но и ко
вселенной, - подытожила Эллен.
- Однако должен сказать, - поправил себя Порнярск, - вполне возможно, что
человеческий дух неисчерпаем. Время и работа покажут.
- Как я уже сказала, вы оказались правы, Марк, - повторила Зануда. Она явно решила
принести извинения или договорить свою речь, уж не знаю что. - Мы были слишком
близки к проблеме, чтобы видеть ее в должном свете. Вас интересуют детали?
- А вы как думаете? - спросил я, подсунул под спину подушки и принял полусидячее
положение. Было немного неудобно, поэтому Эллен поправила их.
- В основном, - продолжала Зануда, - вы были правы, предположив, что было ошибкой
импортировать энергию в эту вселенную из другой. Эллен рассказала нам, что вы ей
сообщили перед тем, как прошли сквозь линзу.
- Можно выпустить энергию, уже запасенную в возрастании энтропии, материей
падающей самое на себя, - сказал я, - вместо того чтобы использовать поток энергии из
другой вселенной.
- Значит, они вам сказали об этом там? - спросила Зануда.
- Ничего они мне не говорили. Просто, когда видишь обе вселенные, это становится
самоочевидным. Их вселенная - противоположность нашей. Там что-либо
перемещающееся со скоростью света является неподвижным. Когда вы начали
перекачивать дифференциал энергии между их вселенной и нашей, вы запустили
эквивалент уменьшения энтропии в их вселенной, где обычно была постоянно
возрастающая энтропия и сжимающаяся вселенная.
- Ага! - воскликнула Зануда. - Это все объясняет!
- Объясняет то, почему вы должны работать с ними, чтобы закачать обратно энергию,
которую забрали у них? - спросил я.
- Нет, - сказала Зануда, - мы, разумеется, уже так и поступаем. Это становится
возможным, если пользоваться обратной тягой, как триггером для выпуска энергии,
запасенной на этой стороне, как вы уже сказали. Нет. Я говорю о послании, которое мы
от них получили. Они благодарят нас за решение их проблемы.
- Ого!
- Очевидно, - продолжала Зануда, - они не понимают, что вы не были специально
посланы к ним в качестве нашего представителя и что вы в основном старались решить
нашу проблему, а не их. Они считают, что мы из альтруизма предложили им помощь в
решении их собственной проблемы.
- Понятно, - кивнул я.
- Все это очень смущает нас, - говорила Зануда. - Мы мало что можем сделать, чтобы
прояснить с ними все вопросы, - по крайней мере до тех пор, пока связь между двумя
нашими вселенными не станет более сложной и мы не поймем более полно их
концептуальные процессы. Несомненно, со временем мы сможем объяснить им, что не
заслуживаем их благодарности. Но это не мешает нам считать, что мы очень вам обязаны.
- Даже и не знаю, что вы с этим можете поделать, - улыбнулся я. - Я только хотел
спасти вселенную для себя и для тех, кто, как я теперь знаю, мне небезразличен.
Подождите-ка...
- Что? - спросила Зануда.
- У меня к вам дело. Вернее, решение проблемы, на которое мы с Порнярском
надеялись с самого начала. Вы сможете что-нибудь сделать для леопарда, который был
моим другом? Он был убит, и Порнярск поместил его в состояние безвременья, надеясь,
что здесь, в нашем будущем, вы уже будете знать, как запустить для него время вспять, до
того момента, когда он был убит. Если бы вы могли сделать это для меня...
- Эллен и Порнярск говорили мне об этом, и мы осмотрели тело этого существа. Боюсь,
мы абсолютно ничем не можем помочь.
- Понимаю, - кивнул я.
- Жизнь нельзя создать простым изменением темпоральной матрицы. Вы наверняка
заметили, что, проходя через линию времени - туманную стену, как вы назвали ее в
прошлом, - и через линии времени во время путешествия с Обсидианом для тестирования,
что ваше движение в другом времени не изменяет вашего биологического возраста или
состояния здоровья...
- Да, я понимаю. Не будем больше об этом.
- Но вот что я хотела сказать, - продолжала Зануда, - так это то, что жизнь, очевидно,
является концепцией, а при наличии концепции остальное совсем не сложно. Как вы
обнаружили и сами во время разговора с Эллен, там, в пространстве, перед тем как
прошли через линзу...
- Ради Бога! - раздраженно сказала Эллен. Она подошла к двери спальни, открыла ее и
высунула голову в коридор.
- Док! - позвала она.
- ..вы смогли вызвать полный концептуальный гештальт вашего леопарда, возможно, в
основном благодаря вашей развитой способности распознавать конфигурации и думать в
них. По нашей теории, вы сложили в своем сознании критическое количество
поведенческих конфигураций леопарда, что привело к появлению созидательного целого.
После этого, само собой, нам было очень просто...
- Конечно, мне и самому следовало догадаться, - сказал Порнярск. - Стыдно, что мне
это не пришло в голову.
- ..создать дубликат физического тела, которому принадлежал этот концептуальный
гештальт. Как говорит Порнярск, такое было возможно даже в его культуре, в те давние
времена. То есть, мы взяли полную конфигурацию из вашего подсознания несколько дней
назад...
В дверях появился Док. Пушистая молния метнулась мимо него, взвилась в воздух,
приземлилась прямо на меня и тут же принялась вылизывать мое лицо шершавым, как
напильник, языком. Кровать буквально содрогнулась.
- Уууф! - сказал я.
Я собирался сказать: "Слушай, ты, полоумный котяра, слезай с меня к чертовой
матери!" - но у меня не хватило дыхания, потому что я едва не задохнулся под ним.
Но это уже не имело никакого значения.
Закладка в соц.сетях
