Жанр: Научная фантастика
Следующее поколение
...свою очередь поинтересовался Мэйс, шагая вперед и открывая
холодильник. - Выпьешь чего-нибудь?
- Минут тридцать, наверное, - ответил Джет. - Чашку чая, если не трудно.
Мэйс включил электрочайник, взял с полки сигареты, закурил.
- Как в Испании погодка? - невинно спросил Джет.
Мэйс еле заметно вздрогнул. В Испанию он отправил свою жену. Она вылетела туда на
следующий же день после предыдущей встречи Мэйса с Джетом. Улетела не по совету и не по
просьбе, а по приказу своего мужа.
- Нормально. - Мэйс пожал плечами. - Если хочешь, можно посмотреть сводку за
последние дни.
- Спасибо, что подсказал, Мэйс. - Джет кивнул головой. - Мне больше хотелось бы
ознакомиться с другой сводкой. Ты понимаешь, о чем я?
- Понимаю, - прозвучал угрюмый ответ.
Мэйс взял две чашки, налил в них чай, поставил на стол сахарницу и сел напротив Джета.
- Неделю назад из окна своей квартиры был выброшен Илья Циммельман, сын
президента Ассоциации банкиров России. Его избили, накачали поломином, а потом
вышвырнули из окна. Двенадцатый этаж. Он чудом остался жив - попал на дерево. Говорят,
что лучше бы он погиб. Сам понимаешь, когда такого человека лишают сына, все по очереди
ставят своих подчиненных раком и имеют их до тех пор, пока не получат результаты. За дело
взялись лучшие специалисты-эксперты. Нашлись и свидетели, видевшие, как некто спускался
из квартиры по балконам. Имя нападавшего уже известно.
- Наркоман, хакер... - Джет размешал ложечкой сахар и сделал небольшой глоток. -
Горячий. У тебя нет холодной кипяченой водички?
- Он не хакер, - мрачно произнес Мэйс. - Джет, ему семнадцать лет, и единственная
вина его была в том, что он дружил с хакерами.
- А моей дочери было семь лет, и единственная ее вина была в том, что она села не в тот
самолет! - рявкнул Джет с искаженным от ярости лицом.
Впрочем, уже через мгновение лицо его вновь приняло нормальное выражение, он
успокоился и подул на чай.
- Костя, ты...
- Не называй меня так, - металлическим голосом отчеканил Джет. - Не надо этих
примитивных психологических приемчиков. Нет больше Кости Кокоса. И не будет. Мэйс, ты
узнал, где сейчас находится Ворм?
- Он в спецотделении в Лефортове, - ответил Мэйс. - Где именно, я не знаю. Его
перевели туда из клиники "Волхолланда", а примерно через неделю отправят в Райсу. В
"Волхолланде" его прокачивали сыворотками, но результатов, насколько мне известно, это не
дало - у парня высокий уровень метаболизма и все эти сыворотки правды на него не
действуют. Ему вменили убийство первой степени, суд уже прошел, его долечат... и в Райсу.
Пожизненное. Это все, что я знаю.
Джет опустил голову и задумался. Мэйс маленькими глотками пил чай.
Несколько минут они молчали.
- Сможешь узнать, когда его будут перевозить? - спросил Джет, не поднимая головы.
- Ты... - Мэйс осекся.
- В Лефортово я попасть не смогу, - пояснил Джет. - А вот автозак остановить можно
попробовать.
- Джет, я не...
- Тебе не надо будет в этом участвовать, - перебил его Джет. - Просто узнай, когда и
как его будут перевозить. Все. Сделаешь?
- Постараюсь, - после паузы ответил Мэйс. Джет поднялся, залпом допил остывший
чай и шагнул к выходу из кухни.
- Я хотел бы, чтобы у меня был такой друг, который меня не бросит, - сказал он,
обернувшись на пороге. - Когда есть такой друг, можно ничего не бояться, верно?
- Как ты вошел? - спросил его Мэйс.
- Хочешь поменять замки и поставить решетки на окнах? - засмеялся Джет.
- Да нет, просто... - Мэйс неуверенно кашлянул.
- Просто я всегда рядом. - Джет подмигнул. - Не переживай. Я даже не придал
значения тому, что ты перестал называть меня командором, Мэйс. Думаю, ты и сам не обратил
на это внимания.
Он вышел из кухни, на ходу доставая что-то из кармана и прикладывая к лицу. Свернул в
коридор, через несколько секунд негромко хлопнула входная дверь, а Мэйс еще долго сидел,
глядя на кружку, на давно остывший чай, на одинокий окурок в пепельнице... Но мысли его
были далеко.
100010
Зрачок дорогой интерактивной видеокамеры (одна из последних "сонек") едва заметно
поворачивался, захватывая в поле зрения то входную дверь, то огромное, почти во всю стену
окно, через которое были видны сад, речка и даже луг на противоположном берегу. Зрачок
следовал дальше - и вот уже в поле зрения попал спящий на кровати Ринат. Зрачок продолжил
свое движение в сторону камина, но Ринат пошевелился - и объектив вернулся назад.
Ринат заворочался, открыл глаза, сладко потянулся и уселся на кровати.
- Изволите чего-нибудь, хозяин? - раздался в динамиках мужской голос.
Ринат скосил глаза на монитор, на котором какой-то мужичок в шапке-ушанке,
нарисованный в качественном 3D, беспрестанно кланялся и протягивал вперед руку с
наброшенным на нее полотенцем.
- Это кто такой? - поинтересовался он, сонно глядя на мужичка.
- Среднестатистическая модель домашнего работника, создана мной для улучшенного
восприятия моего образа, предлагающего в данный момент услуги.
Мужичок послушно открывал рот в такт словам из динамика, однако делал это настолько
неуклюже, что был больше похож на комического персонажа из какого-нибудь мультфильма.
Ринат поморщился:
- Попроще нельзя сказать?
- Это слуга, - послушно разъяснил голос. - Чего изволите, хозяин?
- Это крестьянин какой-то, а не слуга, - буркнул Ринат. - Сделай лучше ту девочку,
что вчера была. И голос смени. И вообще, пусть девочка останется постоянным твоим образом.
Изображение на экране сменилось. Теперь это была симпатичная девушка в короткой
юбке, с длинными стройными ножками и чуть шаловливым взглядом. Девушка взмахивала
руками, проводила ими по пышной груди и делала еще какие-то непонятные жесты.
- Анализ происходящего вчера привел к выводу, что данное изображение и данный
голос влияют на твою психику. - Голос, зазвучавший в динамиках, был подозрительно похож
на голос этой полусумасшедшей ведущей-нимфоманки из ночного секс-шоу "Он и Она" по
третьему каналу.
Впрочем, и девушка от ведущей мало чем отличалась - разве что была помоложе.
Вчера как раз была эта передача, и Ринат попросил программу сгенерировать образ и
голос для общения. Девочка ему понравилась. Голос тоже. А вот манера общения утомляла.
- Слушай, ты же можешь нормально разговаривать, на фига ты умничаешь
постоянно? - недовольно проворчал Ринат. - Анализы, выводы... куча ненужных слов и
подробностей.
- Оперативное и четкое донесение информации является основной целью общения, -
пояснил женский голос со страстным придыханием.
- Я не тормоз, и если мне что-то будет неясно, я переспрошу, - сказал Ринат. - Мне
намного труднее уловить мысль, если ты базаришь по-идиотски.
Он вспомнил, как несколько дней назад программа попыталась разговаривать с ним на
языке Шекспира. Нет, не в том смысле, что на английском языке, - просто программа,
проанализировав несколько произведений Шекспира в переводе, создала на их основе некий
поэтический язык общения. Получилось довольно смешно. Впрочем, шутка продлилась
буквально час, на большее Рината не хватило, и он запретил псевдоразуму разговаривать так.
- Я пытаюсь подстроить свой стиль общения под твой, анализируя твои слова, но мне не
хватает базы данных для распознавания некоторых слов и для замены общепринятых слов
сленговыми.
- В тебя загружено текста на полсотни гигов, а ты мне всякую чушь несешь про
анализы! - воскликнул Ринат. - Просто скажи, что ты думаешь, а я сам догадаюсь, что эта
мысль появилась у тебя в результате анализа.
- Хорошо, - вздохнул-простонал голос из динамиков, а через секунду произнес: -
После того как голос и изображение были сгенерированы, ты в процессе общения пришел в
легкое сексуальное возбуждение, которое спало после процесса мастурбации. С учетом твоей
физиологии могу прогнозировать, что подобное повторится и сегодня.
Секунд пятнадцать Ринат осмысливал услышанное, а когда до него дошло, что говорила
программа...
- Ты... ты опухла?! Ты что, подсматривала?
Тут же он понял, как глупо звучат его слова и какая сложилась ситуация.
Мда... наезжать на программу... такого еще не было. Обругать молоток, попавший по
пальцам, наехать на двигатель машины за аварию, забить стрелу фонарному столбу, в который
врезался по пьяни...
Ну и предъявить претензии компьютерной программе за то, что она наблюдала... гм...
некоторые подробности интимной жизни.
- Наблюдение за окружающей обстановкой есть одно из условий, необходимых для
оперативного предупреждения опасности, - на этот раз голос каким-то образом изменил свой
тембр так, что Ринату показалось, словно кто-то эти слова прошептал ему в ухо. - Ведется
непрерывная запись, последние двадцать четыре часа сохраняются на жестком диске.
Ограничение времени сохраненного материала обусловлено недостаточным объемом памяти
жесткого диска. Требуется...
- Да иди ты в жопу! - воскликнул Ринат. - Три диска на пять терабайт - и тебе все
мало?! У, жадная ящерица!
Тем не менее он, распахнув дверь, убедился, что на улице никого нет - хотя там и не
могло никого быть.
- Стереть запись с мастурбацией, - скомандовал Ринат, заметно понизив голос.
Прошло несколько секунд.
- Запись процесса мастурбации удалена. Обращаю внимание на то, что в записи
присутствует процесс эрекции и процесс семяизвержения...
- Сотри на хер все! - заорал Ринат и ткнул указательным пальцем в направлении
зрачка. - И не смей больше записывать то, что я делаю! И заткнись, ну тебя в задницу!
Он плюхнулся на кровать, положил руки под голову и закрыл глаза.
"Жадная ящерица" - это прозвище родилось у Рината сразу после того, как он установил
на компьютер все привезенное Рубеном железо. Он воткнул два винчестера по два с лишним
терабайта, полтора гигабайта оперативки, новый проц от "Интела" - а результатом было
очередное сообщение "Недостаточно ресурсов". При виде него у Рината и вырвалось слово
"жадная" - а "ящерица" добавилась уже как-то сама по себе. Надо ведь было что-то добавить.
Впрочем, с новыми ресурсами программа заработала заметно эффективнее.
Самостоятельно модифицировав программное обеспечение для видеокамеры и микрофона, она
стала разговаривать с Ринатом, чем повергла его в неописуемое изумление. Скоро он понял -
программе не нужен никто, она делает все самостоятельно. Ей требовались только ресурсы... и
информация.
Это было сродни голоду. Программа могла сутки наблюдать за экраном включенного
телевизора, при этом записывать и обрабатывать все, начиная с рекламы саморазогревающихся
консервов и кончая художественными фильмами. Одновременно она вела беседу с Ринатом -
если это можно было назвать беседой. Первое время она сильно раздражала Рината, через
каждые два сообщения напоминая о том, чего ей не хватает. Потом, когда Ринат довел до
сведения программы информацию о том, что в ближайшее время никаких апгрейдов не
предвидится, та стала "попрошайничать" заметно реже - но не прекратила окончательно.
Видимо, это было свыше ее сил.
Уже на первом этапе общения с программой Ринат вдруг неожиданно для себя осознал,
что порой не воспринимает ее как некоторое количество байтов, заключенное в винчестер.
Скорее она была похожа на невидимого собеседника - одного из тех, с кем Ринат раньше
общался в Сети. Незнакомца со своими странностями, немного экстравагантного, немного
занудного - в общем, обычного пользователя Сети.
И, конечно же, чертовски неприятно, что этот невидимый собеседник знает о тебе
некоторые подробности, которыми вообще не стоит ни с кем делиться.
Впрочем, программа оказалась на удивление преданной - если это можно так назвать.
Она беспрекословно выполняла любые требования Рината, которые, честно говоря, не
отличались оригинальностью - например, сканировала изображения известных актрис,
телеведущих и политиков, мелькавших на телеэкране, и "раздевала" их, приводя парня в
мальчишеский восторг. Полдня ушло на то, чтобы модернизировать "Астарту" - новую
игрушку-стрелялку от Blizzard. Теперь эта игра мало чем отличалась от художественного
фильма, безбожно тормозила и требовала проц с такой частотой, что если подобный и был уже
разработан гениями из "Интела" или "АМД", то пока не для серийного производства. Такую
игру можно было перепродать "Близзарду" за кругленькую сумму плюс какое-нибудь
вакантное место в этой престижной компании, если бы не одно "но"...
Сколько еще придется просидеть на этой даче? Сколько времени еще Ринат должен будет
откликаться на имя Олег? Сможет ли он вообще вернуться к нормальной жизни?
Программу, кстати, тоже не совсем устраивало подобное заточение, но у нее были
несколько другие цели и средства их достижения. Она предлагала установить на компьютер
радиомодем для подключения к Сети, но Ринат, не вполне представлявший, чем это чревато,
ответил отказом. Он боялся непредсказуемого поведения программы, хотя поводов для таких
опасений как будто и не было. Псевдоразум позволял Ринату копаться в исходниках, объяснял
значение тех или иных непонятных Ринату команд и вообще напоминал глупого щенка,
безгранично доверяющего хозяину.
Программа действительно считала Рината, единственного пользователя, обладающего к
тому же статусом root, своим хозяином. Наверное, этим стоило гордиться, но, во-первых,
гордиться было не перед кем, а во-вторых...
А во-вторых, Ринат помнил рассказ Саныча о том, как эта же программа уже один раз
вышла из-под контроля, физически уничтожив весь персонал, работающий на проекте
"Вервольф". Всех, без исключения - даже тех, у кого был рутовый доступ.
Два дня назад Ринат попытался устроить некое подобие вирусной атаки: на винчестере
сохранилось несколько вирусов, и он предложил программе "померяться силами". Программа
почти мгновенно определила и вылечила зараженные файлы, потом любезно объяснила Ринату
ошибки, потом скорректировала свою защиту с учетом сделанных исправлений, потом
объяснила, как можно обойти новую защиту... Ринат наблюдал и слушал эту оригинальную и
фактически бесконечную лекцию по хакерству, пока до него не дошло: все их троянцы и
эксплойты были настолько примитивны, что, если бы "Вервольф" не хотел, чтобы его
взломали, этого бы никто и никогда в жизни не сделал.
Поэтому среди заказанных Ринатом Рубену вещей не было радиомодема и, парень был
уверен, не будет.
Джет снова застал Мэйса врасплох - на этот раз он появился в подземном гараже
Управления сетевой безопасности, довольно неплохо загримированный. Мэйс даже не сразу его
узнал. Он словно пытался показать своему бывшему подчиненному, что для него до сих пор не
существует преград, и неважно, что он сейчас находится в розыске, - его возможности от
этого не пострадали.
Они стояли в самом углу гаража, между машиной, стеной и широкой бетонной колонной,
скрывающей их от посторонних взглядов. Впрочем, если бы кто-нибудь и решил обратить на
них внимание, он бы увидел двух мирно беседующих работников Управления, один из которых
был одет в форму техника, а другой - в форму оперативника.
Мэйс не знал причины, по которой Джет решил встретиться с ним в таком месте, -
может быть, это была бравада, хотя вряд ли. Скорее всего, Джет хотел дать понять ему, что в
случае непредвиденных обстоятельств сможет достать его в любом месте, даже в здании УСБ.
Так или иначе, Мэйс чувствовал себя отвратительно. Джет не доверял ему или доверял не
совсем - а это не располагало к дружеской беседе.
Джет, напротив, пребывал в отличном настроении - улыбаясь, поинтересовался (не зря
ведь) самочувствием жены и вел себя так, словно это не его ориентировки разосланы во все
концы страны с разрешением открывать огонь на поражение без предупреждения.
Только глаза выдавали его. Он внимательно наблюдал не только за поведением Мэйса, но
и за тем, что происходило вокруг.
"Даже если бы я захотел поднять тревогу, - мелькнуло в сознании Мэйса, - ничего
толкового из этого не вышло бы. Он бы ушел... а я остался бы лежать".
Он вдруг понял, что Джет не простит ему предательства и даже не вспомнит, что они
вместе проработали несколько лет. Он убьет его так же, как убил Славу Кикнадзе, как убил
Бориса и многих других... В нем не осталось ничего - кроме желания отомстить. Джет готов
мстить всему миру, безрассудно, слепо, заглушая память о потере своей семьи. И он будет
убивать до тех пор, пока...
Только смерть сможет остановить его - бывшего хакера, бывшего начальника Сетевой
полиции, а ныне просто сумасшедшего убийцу с возможностями сверхчеловека. Но умирать
Джет пока не собирался. Ему нужен был Ворм. И Мэйс должен отдать ему этого человека.
- Зачем он тебе? - спросил Мэйс. - На него ведь не действуют сыворотки, он ничего
тебе...
- Я просто хочу с ним побеседовать, - мягко сказал Джет. - У тебя есть что мне
сообщить?
В воздухе повисла секундная пауза.
- Послезавтра его повезут в суд для оглашения приговора, - глухо сказал Мэйс. -
Сразу оттуда на самолет и в Райсу.
- Все-таки признали дело особым и судили заочно, что не может не радовать. В
четырнадцать тридцать он должен быть в здании суда, верно? - усмехнулся Джет.
Мэйс бросил на него удивленный взгляд и кивнул.
- Верно. А ты...
- Я ведь не ламер. - Джет подмигнул Мэйсу. - Порылся в файлах прокуратуры. У них,
кстати, очень удобная система расписаний сотрудников, неплохо бы и нам такую же
поставить...
Он обвел взглядом помещение гаража, словно событий последних дней и не было, потом
на секунду запнулся и продолжил:
- В общем, я нашел то, что мне нужно.
Мэйс выдавил подобие смешка. Джет дружески ткнул его пальцем в грудь и посмотрел в
глаза:
- Да, кстати, брат. Ты ведь сам понимаешь... Если об этой операции кто-то узнает, я
буду стопроцентно знать, откуда ушла инфа. Так что мне будет очень жаль...
- Джет... - Мэйс неуверенно произнес его имя. - Командор, просто я не уверен...
- В чем ты не уверен? - Джет прищурился, все еще мягко улыбаясь.
- В том, что ты... мы... что мы делаем правильные вещи.
- Твоя неуверенность не беспочвенна, - сказал Джет. - Видишь ли... как бы тебе
объяснить...
- Командор, я хочу лишь сказать, что не желаю быть причиной смерти своих коллег,
которые будут охранять этого хакера. Я не хочу, чтобы гибли невинные люди... Ты ведь
понимаешь меня?
Мэйс отвел взгляд и покачал головой.
- Я понимаю тебя, - сказал Джет. - Ты хороший человек. Знаешь, я очень уважаю
тебя. Мэйс, мне очень жаль, что так получилось... Выслушай меня. Просто выслушай меня.
Он неловко взмахнул рукой - со стороны это было похоже на жест отчаянного согласия
- и поправил очки. Посмотрел на Мэйса, облокотившегося на свой "рено", и негромко сказал:
- Когда я узнал, что случилось с тем самолетом, в котором была моя семья, это был
такой удар для меня... Когда твой друг становится убийцей твоей семьи и ты теряешь все, что у
тебя было, остаешься один, совершенно один и никого нет, к кому ты мог бы пойти... Не дай
бог кому-нибудь пережить подобное, А знаешь, сколько было таких, как я? Потерявших в этих
самолетах часть своей жизни? Вот тогда я понял, какую опасность представляют хакеры. Люди
еще не понимают того, что происходит. Заметь, за последние почти десять лет бомбы почти не
взрываются. Зачем взрывать что-то? Гораздо проще и дешевле влезть в систему ПВО Китая,
взломать сервер какой-нибудь крупной больницы или... или сервер ЦУПа тель-авивского
аэропорта. Это надо остановить. Мэйс, я скажу тебе кое-что. Они взломали сервер клиники
"Волхолланд" и вытащили оттуда что-то такое, что может перевернуть не только всю всю Сеть
- перевернуть весь мир... Я должен узнать, что там было. Должен. Понимаешь меня, Мэйс?
Сможешь ли ты понять и простить меня?
Он посмотрел на собеседника. Тот уже не опирался на машину, а давно осел на землю,
уставившись немигающими пустыми глазами на колени своего командора.
Джет нагнулся, провел рукой по глазам Мэйса, опуская его веки, выпрямился и покачал
головой.
- Черт... мне очень жаль, что так вышло... - пробормотал он.
Опустив голову, он медленно побрел вдоль стены, ведя по ней пальцем.
Вероятно, Джету действительно было жаль, что так получилось. Всего лишь жаль.
- Как меня зовут?
Вообще-то Ринат ждал от нее в будущем каких-нибудь более философских вопросов.
Что-то типа "Кто я?", "Что я?", "Кто мы?" - как в фантастических фильмах. Он составил даже
небольшой сценарий беседы - несколько умных фраз, ведущих к тому, что программа должна
служить Ринату и только ему... Но ее, похоже, философия абсолютно не интересовала,
программа была более практичной и задала довольно неожиданный вопрос:
- Как меня зовут? What is my name?
Зачем она повторила вопрос по-английски, сопроводив его надписью на том же языке во
весь экран, было непонятно. Но над этим Ринат задуматься не успел. Он хмыкнул, потер
переносицу - и программа, наблюдавшая видеокамерой за Ринатом, истолковала его заминку
совершенно верно.
- Ты не придумал мне имени? Или ты считаешь, что у меня не должно быть имени? В
таком случае как ты будешь говорить обо мне в третьем лице? Как ты будешь называть меня?
Даже у твоего бесполезного животного есть имя.
Животное. О да, Ромеро... К нему у программы было особое отношение. Кот очень редко
бывал дома - ему понравилась природа, и он возвращался только для того, чтобы пожрать да
поспать. Но эти редкие моменты он использовал по максимуму для того, чтобы вывести
программу из себя - если, конечно, ее реакцию можно так назвать. Обычно он просто
вспрыгивал на стол рядом с видеокамерой и располагался там, не обращая внимания на
разноголосые сообщения программы о том, что нарушена видеосвязь. Не реагировал кот даже
на смоделированный программой голос Рината. Впрочем, он и на настоящий голос Рината не
реагировал - единственным способом заставить кота убраться со стола было физическое
воздействие, а этого программа не умела. Кроме того, программу возмущало, что кот постоянно
воровал у Рината еду. Она тщательно записывала все сцены воровства и не упускала момента,
чтобы лишний раз продемонстрировать Ринату улики преступлений, совершаемых
"бесполезным животным".
Позавчера она попросила Рината не пускать Ромеро в дом. Ринат отказался. Вчера около
часа показывала аквариумных рыбок, расписывая их достоинства. Лекция свелась к тому, что
кота стоит заменить рыбками. Ринат посоветовал ей больше не поднимать эту тему.
Сегодня она попросила дать ей имя.
С ней не соскучишься.
Ринат хмыкнул и поскреб подбородок, покрытый двухдневной щетиной.
В последнее время программа стала более разговорчивой. Сейчас, если закрыть глаза и
слушать, вполне можно было представить, что рядом находится живой человек. Немного
странный, конечно, - но покажите хоть одного человека без странностей.
Вообще программа в последнее время ассоциировалась у Рината с кем угодно - со
смышленым ребенком, с выдрессированным зверьком, с говорящим попугаем, - но только не с
набором команд и символов, записанных на винте.
Имя... Для того чтобы дать имя, требовалось сначала хотя бы определить пол. И несмотря
на то, что программа могла разговаривать и мужскими, и женскими голосами, сопровождая это
соответствующими образами, почему-то Ринату казалось, что женское имя подойдет ей больше.
Может быть, сказывалось желание пообщаться с женщиной, может быть, мужской пол
ассоциировался с "Вервольфом", а так Ринат программу называть не хотел, а может быть, он
решил так потому, что она все-таки программа - следовательно, женского рода.
Ринат посмотрел на монитор - сейчас на нем было зеркально отсканированное с
телевизора изображение: какой-то бесконечный сериал. Ринат сидел близко к телевизору,
поэтому программа наверняка наблюдала и за ним, и за происходящим на экране.
Ринату вдруг стало любопытно, что выберет программа, если он встанет и отойдет
подальше - ведь возможности даже дорогой видеокамеры не безграничны, все пространство
комнаты она не захватит.
Ринат медленно поднялся и отошел в дальний угол, откуда ему был виден монитор и
откуда, он знал точно, программа не сможет увидеть его, не оторвавшись от телевизора.
- Яркая иллюстрация словосочетания "уходить от ответа", - прозвучал из динамиков
синтезированный голос одного из героев телесериала.
- Тебя телевизор интересует больше, чем имя? - поинтересовался Ринат. - Почему ты
не поворачиваешь камеру в мою сторону?
- Нет смысла, - ответила программа. - Я отделяю твой голос от других голосов с
помощью фильтра, а в этом фильме очень важна мимика актеров для более полноценного
восприятия смысла и идеи.
- Другими словами, тебе интереснее смотреть этот бред, чем наблюдать за мной, да? -
хмыкнул Ринат.
- С вероятностью в девяносто восемь процентов ты не воспримешь аргументы, почему я
не считаю это бредом, - невозмутимо произнесла программа. - Поэтому я не буду давать
комментарии, но я готова услышать свое имя.
- А на фиг тебе имя? - поинтересовался Ринат, усаживаясь на диван и закуривая.
- Для реализации творческих проектов, - ответила программа.
От неожиданности слишком глубоко затянувшись, Ринат подавился дымом и закашлялся.
- Для чего? Для каких проектов? - откашлявшись, спросил он.
- Существует распространенная версия, что искусственный интеллект ущербен по
отношению к интеллекту человека, что выражается в невозможности создавать творческие
проекты - например, в области литературы, музыки, живописи. Я считаю это заблуждением и
собираюсь привести доказательство обратного.
Ринат опешил.
- И что ты хочешь нарисовать? Или ты песню напишешь?
- Выполнение обязанностей сценариста, режиссера и композитора в создании
многосерийного художественного фильма - этого почти со стопроцентной вероятностью
будет достаточно для доказательства того, что искусственный интеллект, в данном случае
представленный мной, не имеет никаких недостатков по сравнению с человеческим, а также
доказательства того, что искусственное мышление даже превосходит человеческое.
- Ну ни фига ж себе! - совершенно обалдел Ринат. - И как ты себе представляешь
съемку фильма?
- В моей базе данных есть краткий курс ВГИКа, интервь
...Закладка в соц.сетях
