Жанр: Научная фантастика
Последняя база
...ничего не изменило. К любому из своих ощущений
Джош относился подозрительно, а потому старался ощущать как можно меньше.
- Перерыв десять минут, - объявил надзиратель. - Отдыхайте.
Как и в предыдущие перерывы, Джош даже не встал с места. Соседка
тоже.
2. "НОРВЕГИЯ": 15:30
- Будем удерживать Пелл, - сообщила Сигни экипажу и десантникам - не
только тем, кто находился рядом с ней в рубке, но и всему кораблю. - Мы -
Мациан, я и остальные капитаны - решили оборонять станцию. Агенты Компании
пошли на подлую сделку с униатами, отдали им все Внеземелье, а нам велели
прекратить военные действия. Они выдали наши шифры, - вот почему мы не
нанесли удар, вот почему отступили. Мы не знаем, какие еще секреты Флота
достались врагам. - Она помолчала, глядя в угрюмые глаза; ее мысленный
взор блуждал по всему кораблю, по лицам подчиненных в отсеках. - Пелл...
Тыловые Звезды, весь этот край Внеземелья - вот что нам предстоит
защищать. И мы не собираемся ждать приказа от Компании или подписывать
капитуляцию, чем бы она ни прикрывалась. Мы не цепные псы и впредь будем
воевать по своему разумению. Теперь у нас есть планета и станция, и отсюда
- отсюда! - начинается Внеземелье. Мы восстановим Тыловые, все станции
между Солнечной и Пеллом. На это у нас хватит сил. Похоже, Земле недостает
ума, чтобы позаботиться о буфере между нею и Унией, но со временем
Компания осознает его необходимость, поверьте мне. И еще ей придется
понять, что с нами шутки плохи. Отныне Пелл - наша планета. Для ее обороны
у нас есть девять рейдероносцев. Мы больше не служим Компании, мы - Флот
Мациана, базирующийся на Пелле. Вопросы? Возражения?
Она подождала, хоть и знала своих людей, как любой торговец знает
свою семью... Кто-нибудь из них, наверное, мог предложить иной выход или
затаить недобрые мысли. У многих могли быть на то причины.
Каюты десантников взорвались ревом, он понесся по всем каналам
внутренней связи. В рубке люди ухмылялись и обнимали друг друга. Графф
заключил Сигни в объятья, потом ее стиснул военоп Тихо, затем - по очереди
- остальные офицеры, много лет прослужившие под ее началом. Некоторые
плакали, влага блестела и на глазах Граффа. Сама Сигни не обронила ни
слезинки - оттого, что испытывала чувство вины. Сила привычки, нелепая,
тысячекратно проклятая верность присяге. Она снова обняла Граффа, затем
отстранилась и оглянулась.
- Всем приготовиться, - приказала она по открытому кому. - Займем
центральную, пока там не сообразили, что к чему. Ди, поторопи своих людей.
Графф принялся отдавать распоряжения, по коридорам десантных палуб
полетело отчетливое эхо приказов Ди. В рубке все пришло в движение, техи,
толкаясь, ринулись на боевые посты.
- Десять минут! - выкрикнула Сигни. - Полная экипировка. Всем
десантникам, способным стоять на ногах, построиться с оружием в шлюзе.
Где-то раздались вопли, вид показывал солдат, которые бросились к
оружейным каютам, не дожидаясь приказов взводных. В коридорах гремели
командирские голоса. Пройдя в свой тесный кабинет-спальню, Сигни
облачилась в доспехи, решив обойтись только шлемом и панцирем - пускай
риск будет платой за свободу движений. Пять минут. Она слышала, как Ди
отсчитывал время, перекрывая разноголосицу многочисленных командных
постов. Беспокоиться не о чем, экипаж и солдаты знают свое дело. На борту
- только надежные. Семья. Неподходящие давно покинули строй, оставшиеся
стали близки Сигни, как братья и сестры. Как дети. Как любовники.
Засунув пистолет в кобуру на панцире, она вышла и спустилась на
лифте. Река вооруженных солдат в коридорах делилась на рукава и с грохотом
обрушивалась на стены, едва ли кто-нибудь узнавал Сигни. Она
беспрепятственно шла в нос корабля - там, во главе колонны, было сейчас ее
место.
- Сигни! - догоняли ее ликующие голоса. - Браво, Сигни!
Флот жил, и это ощущали все.
3. ПЕЛЛ: ЗАЛ ЗАСЕДАНИЙ СОВЕТА; СИНЯЯ СЕКЦИЯ, ПЕРВЫЙ ЯРУС
- Нет! - сразу ответил Анджело. - Нет. Не пытайтесь их остановить.
Уйдите сами и немедленно выведите нашу полицию.
Центр управления подтвердил получение приказа и вернулся к своим
делам. На экранах зала заседаний появились новые строчки текста;
приглушенные голоса полицейских начальников дублировали донесения по кому.
У стола в центре зала Анджело утомленно опустился в кресло. Многие места
на ярусах пустовали, депутаты, сумевшие пробраться сюда по коридорам,
испуганно перешептывались. Подперев голову костлявыми руками, Анджело
читал доклады, быстро сменявшие друг друга на экране, и наблюдал за
доками, где бурлил водоворот людей в доспехах. Некоторые депутаты
замешкались и не успели выбраться из секций, где находились их рабочие
места или аварийные посты. Дэймон и Элен вместе пришли сюда в поисках
убежища, оба были измотаны до предела. Пользуясь своей привилегией,
Анджело предложил сыну и невестке занять пустующие кресла у стола.
- Пришлось оставить доковый офис, - негромко сказал Дэймон отцу. - Мы
поднялись на лифте.
Сразу после них пришел Джон Лукас с приятелями. Приятели
расположились на ярусах, а Джон - за столом. Явились двое Джекоби - у
обоих волосы растрепаны, лица блестят от пота. Складывалось впечатление,
будто депутаты приходят на заседание лишь затем, чтобы передохнуть.
А обстановка, как показывали экраны, все ухудшалась. Десантники
продвигались к центральной; пытаясь уследить за ними, станционная полиция
спешно переключала каналы вида. На экранах торопливо чередовались
изображения.
- Обслуга интересуется, надо ли запереть двери контрольного центра, -
произнес из дверного проема только что подошедший депутат Дью.
- Замки - против пуль? - Анджело облизнул губы и, не сводя глаз с
экрана, отрицательно покачал головой.
- Свяжитесь с Мацианом, - предложил Дью. - Заявите протест.
- Уже сделано, сэр. Ответа я не получил. По-моему, он сам на станции.
- В "К" беспорядки, - сообщил экран. - Установлено, что погибли двое
и очень много раненых...
- Сэр, - перебил ком, - в "К" толпа штурмует ворота. Прикажете
открыть огонь?
- Не открывать! - Сердце Анджело забилось быстрее при мысли о хаосе
там, где только что был порядок. - Не стрелять, пока ворота держатся. Вы
что, хотите помочь толпе?
- Нет, сэр.
- Вот и не делайте глупостей.
Охранник отключился. Анджело стер пот со лба. Его мутило.
- Я спущусь туда, - вызвался Дэймон, приподнимаясь над креслом.
- Никуда ты не спустишься. Я не хочу, чтобы ты угодил в облаву.
- Сэр, - решительно произнес рядом человек, спустившийся с яруса. -
Сэр...
Крессич.
- Сэр, - в третий раз произнес депутат от "К".
- В карантине не действует ком, - сообщил Константину начальник
тамошней охраны. - Опять расколошматили. Ничего, мы что-нибудь придумаем.
Повесим динамики в доке, под самым потолком, куда не добраться...
Анджело посмотрел на Крессича - седого, изнуренного, столько
вынесшего за последние месяцы.
- Вы слышали?
- Они боятся, - сказал Крессич, - что вы позволите военным разорить
станцию. Сами улетите, а нас оставите униатам.
- Господин Крессич, намерения Флота нам неизвестны. Но если ваши
избиратели попытаются вырваться из зоны, нам останется только стрелять.
Предлагаю вам, как только связь будет восстановлена, обратиться через ком
к вашей секции - это может возыметь действие, если там уцелел хоть один
громкоговоритель. Постарайтесь объяснить ситуацию.
- Чем все это ни кончится, мы останемся париями. - У Крессича дрожали
губы. - Мы просили... мы столько раз просили ускорить проверку
документов... А теперь - слишком поздно, да?
- Ну что вы, господин Крессич...
- В первую очередь вы позаботитесь о своих. Посадите на корабли -
удобные, обеспеченные всем необходимым для жизни пассажиров. На наши
корабли!
- Господин Крессич...
- Дело движется, - вмешался Джон Лукас. - Кое-кто из ваших может
получить документы. По-моему, сэр, они зря рискуют.
Крессич промолчал, бросив на Лукаса неуверенный взгляд. Затем с его
лица сбежала краска, губы задрожали. Дрожь перешла на подбородок. Пальцы
вцепились в край стола так, что побелели суставы.
"Занятно, - подумал Анджело, - как легко у него это получается.
Поздравляю, Джон. Обитателей "К" утихомирить несложно - достаточно
договориться с вожаками, посулить им чистые документы. Вообще-то,
некоторые так и поступают".
- Захвачен третий ярус синей, - пробормотал Дэймон.
Анджело проследил за взглядом сына. На экране быстро и
целеустремленно шли солдаты в доспехах. Захват центральной был
всего-навсего делом времени.
- Мациановцы, - произнес Джон. - И сам Мациан.
Анджело глядел на седовласого офицера, шествующего во главе колонны,
и мысленно отсчитывал секунды. Очень скоро солдаты поднимутся по
спиральным аварийным лестницам на первый ярус и подойдут к залу заседаний.
Лишь до этой минуты просуществует власть Константина.
4. СИНЯЯ СЕКЦИЯ, ПЕРВЫЙ ЯРУС; КВАРТИРА НОМЕР 0475
Образы на стене стали другими. Подпрыгивая от волнения. Лили сновала
между коробочкой с кнопками и Спящей, с тревогой глядевшей на экраны.
Наконец старая низовка решилась и протянула руку к коробочке, чтобы
сменить сон.
- Нет! - воскликнула Спящая, и, обернувшись, Лили увидела боль...
Прекрасные темные глаза на бескровном лице, белые-пребелые простыни. Все
светлое, кроме глаз, следящих за коридорами. Лили приблизилась к Спящей,
опустилась на колени, поправила подушку.
- Я переверну, - предложила она.
- Не надо.
Лили нежно провела ладонью по лбу Спящей.
- Даль-Тез-Элан любит тебя. Любит тебя.
- Это десантники, - обычным своим тихим, умиротворяющим голосом
произнесла Солнце-Ее-Друг. - Люди-ружья. Беда. Я не знаю, что теперь может
случиться.
- Пускай они уходить, - взмолилась Лили.
- Это не в моих силах. Лили. Однако смотри, их ружья молчат. Никто
еще не пострадал.
Лили вздрогнула и придвинулась к Спящей. Время от времени на стенах
появлялось мирное Великое Солнце, сверкали звезды и сиял полумесяц Нижней.
А люди-раковины все прибывали и прибывали, и постепенно они заполнили все
коридоры станции.
Сопротивления не было. Сигни не вынимала пистолета из кобуры, хоть ее
рука постоянно лежала на рукоятке. Мациан, Крешов и Кео - тоже. Угроза
исходила от солдат, от их винтовок, снятых с предохранителей. В доке
десантники дали один предупредительный залп и больше не нажимали на
спусковые крючки. Они шли неотвратимо, как лавина, и при виде их немногие
рисковали задерживаться в коридорах. "Очевидно, - догадалась Сигни, -
Анджело Константин принял единственно правильное решение".
По главному коридору они дошли до аварийной лестницы, поднялись на
территорию контрольного центра. Там осталось несколько подразделений с
офицерами во главе, а остальные отправились занимать другие офисы.
Без единого выстрела шли они по коридорам центральной, вдоль стен со
звуконепроницаемым пластиком поверх холодного металла. Вот и зал с
причудливой деревянной скульптурой. Вновь появление Сигни было встречено
изумленными взглядами богов Нижней.
Дальше будет амфитеатр совета. Несколько десятков депутатов с
круглыми от страха глазами.
Солдаты рванулись вперед, раздвинули двери, щедро изукрашенные
вензелями. Двое с оружием наперевес истуканами застыли у косяка, удерживая
створки и глядя в зал. На полупустых рядах и у стола поднялись депутаты.
Они не сводили глаз с оружия, но в их позах было достоинство, а то и
вызов. Мациан и его спутники направились к столу.
- Капитан Мациан, - произнес Анджело Константин, - могу я предложить
вам и вашим капитанам сесть и побеседовать с нами?
Мациан медлил с ответом. Сигни стояла между ним и Кео, с другой
стороны от командующего Крешов изучал лица депутатов. Совет собрался не
целиком. Не было и половины.
- Мы не отнимем у вас много времени, - сказал Мациан. - Вы просили
нас прийти, и вот мы здесь.
Никто не сел и даже не переменил позы.
- Мы бы хотели узнать, - произнес Константин, - в чем суть этой...
операции.
- На Пелле вводится военное положение, - ответил командующий. -
Вынужденный шаг. У нас тоже есть вопросы, господин Константин. Насчет
соглашений... между вами и некоторыми агентами Компании. Насчет контактов
с Унией и передачи секретных сведений ее разведке. Насчет измены, господин
Константин.
Депутаты, стоявшие перед военными, побледнели.
- Ни о каких контактах с Унией мне не известно, - сказал Константин.
- Впервые слышу, капитан. Мы - нейтралы. Эта станция принадлежит Компании,
но мы не допустим, чтобы нас втянули в военные действия или превратили в
базу.
- А как же милиция, которой вы себя окружили?
- Нейтралитет порой требует защиты, господин Мациан. К тому же
капитан Мэллори в личной беседе со мной предупредила о возможности
прибытия нового конвоя с беженцами.
- Иными словами, вы не осведомлены о том, что гражданские агенты
Компании передали Унии секретную информацию? Вы не участвовали в
переговорах и не знаете ни о каких уступках врагу?
Наступило томительное молчание.
- Вот именно, - подтвердил наконец Константин. - Если и были какие-то
соглашения, Пелл о них не информировали. А если бы информировали, то не
получили бы нашего одобрения.
- Ну что ж, теперь вы в курсе, - сказал Мациан. - Противник знает
коды и сигналы, и это ставит под угрозу существование станции. Компания,
господин управляющий, продала вас с потрохами. Земля отказывается от своих
прав на Внеземелье. Отказывается от ваших и наших услуг. Мы не можем
смириться с таким исходом. Изменническая политика Земли привела к потере
всех остальных станций, и теперь граница проходит здесь. Нам необходим
Пелл, и у нас достаточно сил, чтобы его защитить. Вы меня понимаете?
- Можете рассчитывать на наше сотрудничество.
- Нам нужен допуск к вашим банкам данных. С этого дня всем, что
относится к вопросам безопасности, занимаемся мы.
Взгляд Анджело переместился на Сигни и вернулся к Мациану.
- Господин Мациан, мы выполнили все рекомендации капитана Мэллори.
Выполнили очень точно.
- На этой станции не должно быть секций, жилых помещений, складов и
техники, к которым мои люди не имели бы беспрепятственного доступа. Я
предпочел бы вывести большинство десантников и оставить бразды правления в
ваших руках. Пожалуй, я так и поступлю, если удостоверюсь, что вы меня
хорошо поняли. Но учтите: если обнаружится утечка информации, если
торговец покинет строй или как-нибудь иначе будет нарушен порядок, - мы
примем меры. Вам ясно?
- Абсолютно.
- Господин Константин, мои люди будут ходить везде и стрелять, если
сочтут это необходимым. Если одному из нас понадобится расчистить себе
путь огнем, мы расчистим. Но я надеюсь, что этого не произойдет благодаря
стараниям вашей полиции. Если понадобится наше содействие, вы получите его
безотлагательно.
Анджело стиснул зубы.
- Капитан, мы считаем оправданным ваше стремление защитить свои
корабли и нашу станцию. Мы готовы сотрудничать и ожидаем сотрудничества от
вас. Полагаю, впредь мои сообщения будут доходить до адресатов.
- Безусловно, - с легкостью согласился Мациан. Окинув быстрым
взглядом зал, он направился к выходу. Сигни и остальные задержались.
- Капитан Кео, - произнес Мациан от дверей, - можете обсудить с
советом остальные вопросы. Капитан Мэллори, займитесь центром управления.
Капитан Крешов, проверьте документацию и оперативную память полиции.
- Мне нужен толковый помощник из местных, - сказал Крешов.
- Начальник полиции, - предложил Константин. - Я с ним договорюсь.
- Мне тоже нужен кто-нибудь в помощь, - подала голос Сигни, отыскав
взглядом знакомое лицо, выражение которого тут же изменилось. Но молодая
женщина, сидящая за столом рядом с Дэймоном, коснулась его руки.
- Капитан? - холодно произнес он.
- Дэймон Константин, - усмехнулась Сигни, - надеюсь, вы не откажете
даме в любезности.
Мациан с небольшим сопровождением отправился осматривать станцию или
(депутатам это казалось более вероятным) захватывать остальные секции, в
том числе ядро со всеми его механизмами, - эта задача отводилась Яну
Мэйсу, первому помощнику капитана "Австралии". Кео выдвинул кресло и
устроился за столом, вступив во владение залом совещаний. Крешов вышел
следом за Мацианом.
- Пойдемте, - позвала Сигни. Дэймон задержался, чтобы посмотреть на
отца, который сидел, поджав губы и угрюмо глядя перед собой, и проститься
с молодой женщиной. "Не очень-то им приятно мое общество", - подумала
Сигни.
Она подождала Дэймона, затем вместе с ним подошла к двери и жестом
позвала за собой двух десантников - Куна и Дектина.
- В центр управления, - велела она Дэймону, и тот со свойственной
ему, но, пожалуй, излишней в эту минуту, вежливостью пропустил ее вперед.
Он молчал, выражение лица было сдержанным и неприступным.
- Это ваша жена? - поинтересовалась Сигни, перебирая в памяти только
что увиденные лица.
- Да.
- Как ее зовут?
- Элен Квин.
Сигни удивилась.
- Станционерка?
- Она из семьи Квинов. С "Эстели". Вышла за меня перед последним
рейсом этого корабля.
- "Эстель" погибла. Вы это знаете?
- Знаем.
- Жаль. У вас есть дети?
Он помялся.
- Ждем.
- Угу. - Сигни стало немного не по себе. - Кажется, вас, младших
Константинов, двое?
- У меня есть брат.
- Где он?
- На Нижней. - Дэймон все заметнее нервничал.
- Вы совершенно напрасно беспокоитесь.
- Я не беспокоюсь. Вы и на Нижнюю высадились?
Сигни улыбалась.
- Насколько я помню, вы из юрслужбы?
- Да.
- Следовательно, вам известны кодовые ключи к личным делам персонала?
Он метнул в нее бесстрашный, гневный взгляд. Сигни посмотрела вперед,
в конец коридора, где на страже контрольного центра, окруженного окнами,
стояли солдаты.
- Нас уверяли, что вы окажете помощь.
- Это правда, что нас сдали?
"Константины - себе на уме, этим и знамениты, - подумала Сигни. - Они
знают себе цену".
- Уж поверьте, - усмехнулась она.
"КОНТРОЛЬНЫЙ ЦЕНТР", - сообщала надпись над стрелкой. "КОММУНИКАЦИИ,
- гласила другая, - СИНЯЯ, ПЕРВЫЙ, 01-0122".
- Указатели убрать, - распорядилась Сигни. - Отовсюду.
- Нельзя.
- И цветовые замки.
- На станции и так неразбериха, а будет еще хуже. Даже резиденты не
смогут найти дороги... Коридоры как две капли воды похожи друг на друга. И
без цветовых замков...
- На наших кораблях, господин Константин, мы не размечаем удобных
путей для захватчиков.
- Без цветовых замков дети...
- Ничего, научатся, - оборвала Сигни. - Все указатели снять.
Перед ними открылся контрольный центр станции, занятый десантниками.
При появлении Сигни и Дэймона стволы вскинулись и тотчас опустились.
Взгляд Сигни обежал стены зала, ряды пультов, лица людей. Увидев ее,
солдаты заметно расслабились; дежурные станционные техи тоже успокоились,
однако Сигни не сомневалась: в этом заслуга не ее, а Константина.
Собственно, для этого-то она и привела его.
- Все в порядке, - заверила она десантников и штатских. - Мы нашли
общий язык с управляющим и советом. Эвакуации не будет. Флот оборудует на
Пелле базу и сдавать ее не собирается. Униатов здесь не будет.
Штатские зашептались, переглядываясь с затаенным облегчением. Солдаты
опустили оружие - в их глазах станционеры из заложников внезапно
превратились в союзников.
- Мэллори, - негромко звучало то в одной, то в другой точке зала. -
Это Мэллори. - Приязни в голосах не было, но и вражды тоже.
- Покажите, что здесь к чему, - попросила Сигни Дэймона.
Он обошел вместе с ней контрольный центр, спокойно называя посты и
имена дежурных. Многие имена Сигни вспомнила сама, - она неплохо это
делала, когда хотела. Задержавшись на минуту, она оглянулась на экран, где
вращался шар Нижней, усеянный зелеными и красными точками.
- Базы? - спросила она.
- Мы оборудовали несколько вспомогательных лагерей, - ответил он, -
чтобы разместить и прокормить тех, кого вы нам оставили.
- "К"? - Монитор перед ней показывал секцию, кишащую людьми. Толпа
ломилась в запертые ворота. Дым, следы разрушений... - И что же вы со всем
этим собираетесь делать?
- Ничего. Вы лишили нас возможности что-либо делать, - резко ответил
Дэймон.
Разговаривать с Сигни в подобном тоне отваживались не многие, и мысль
об этом позабавила ее. Слушая Дэймона, она озирала гигантский комплекс -
ярусы банков, содержащих совсем иную информацию, чем на корабле. Торговля,
управление вековым орбитальным полетом, номенклатура и каталоги
промышленных изделий, реестры туземного и человеческого населения станции,
приисков и баз. Колония, бурлящая мирской жизнью. В душе Сигни
пробуждалось волнение. Ресурсы - вот за что будет сражаться Флот. Без
ресурсов ему не выжить.
Внезапно центральный ком начал транслировать заявление совета...
- Хочу успокоить резидентов станции, - говорил Анджело Константин,
стоя на фоне ярусов с депутатами, - и довожу до всеобщего сведения, что
эвакуация Пеллу не угрожает. Флот прибыл сюда защищать нас...
"Наш мир", - мысленно произнесла Сигни.
Осталось всего лишь навести в нем порядок.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. НИЖНЯЯ: ГЛАВНАЯ БАЗА;
16:00 ПО СТАНЦИОННОМУ СТАНДАРТУ; МЕСТНЫЙ РАССВЕТ
[Сезонные изменения длительности дня и несовпадение периодов
обращения Нижней со станционным (земным) стандартом приводят к тому, что
планета и станция лишь изредка движутся синхронно; днем разница во времени
постепенно нарастает.]
Наступающее утро черкнуло на горизонте алую полосу. Возле купола,
размеренно дыша сквозь фильтр маски и ежась в теплой куртке под
непрерывным ветром, стоял Эмилио. На этой широте, да еще на такой высоте,
ночи всегда бывали студеными.
В сумраке неслышно и торопливо передвигались тени - согбенные под
тяжестью клади низовики, точь-в-точь муравьи, спасающие куколки от потопа.
И в "К", и в резидентских бараках спали рабочие, лишь несколько
дежурных помогали низовикам опустошать складские купола. Даже в сумраке
Эмилио без труда отличал их от хиза по росту.
К нему подбежал кто-то маленький, тяжело дышащий.
- Что? Что ты звать, Константин-человек?
- Топотун?
- Я Топотун, - прощелкал низовик, ухмыляясь. - Я хорошо бегать,
Константин-человек.
Эмилио коснулся мохнатого жилистого плеча; в тот же миг вокруг его
руки сомкнулась тонкая, как у паука, лапка. Достав из кармана сложенный
бумажный лист, Эмилио вложил его в мозолистую ладонь хиза.
- А теперь беги, - сказал он. - Покажи людям во всех лагерях. Надо,
чтобы их глаза увидели, понимаешь? И расскажи хиза. Всем, кто живет между
рекой и равниной. Пусть все хиза, даже те, кто не ходит в наши лагеря,
пришлют ко мне своих бегунов. Передай, чтобы они остерегались людей, не
доверяли чужим. Расскажи обо всем, чем мы тут занимаемся. И еще: бегуны не
должны приближаться к нам, пока не услышат знакомый зов. Ясно?
- Хиза понять, Константин-человек, - откликнулся низовик. - Лукасы
приходить. Я - Топотун. Я - ветер. Никто не догнать.
- Ступай, - промолвил Эмилио. - Беги, Топотун.
Жесткие руки обхватили его за пояс с поразительной для такой худышки
силой. Затем темная фигурка беззвучно метнулась в темноту.
Весть понеслась. Ее уже не воротишь.
Эмилио стоял, разглядывая человеческие фигуры на склоне холма. Эти
люди выполняли распоряжения, не понимая их смысла - Эмилио не желал
делиться ответственностью с персоналом. Большинство складских куполов уже
опустело, их содержимое было спрятано в зарослях. Тревожная весть спешила
вдоль берега реки, не по человеческим тропам. Недоступная чужим ушам,
мчалась она со скоростью туземного скорохода. От лагеря к стойбищу, от
стойбища к лагерю... И ни Пелл, ни те, кто его захватил, не могли
остановить ее своим приказом. Кто слышал ее, тот спешил передать другим.
Эмилио вдруг подумалось, что доселе хиза не ведали, что такое вражда
и война. Их племена, рассеянные по планете, не нуждались в единении... Но
каким-то образом новость о появлении человека разнеслась по всей Нижней, а
теперь и человек рассылает свое сообщение по этой необычной сети. Эмилио
вообразил, как оно расползается по берегам реки и кустарникам, как
встречаются друг с другом туземцы - где-то случайно, где-то намеренно, с
какой бы целью не встречались робкие, стеснительные хиза.
Ныне во всей зоне контакта хиза вынуждены красть... а ведь даже
понятие такое - кража - было незнакомо им. Еще им приходится бросать
работу - им, не имеющим представления ни о забастовках, ни о восстаниях.
Его бил озноб, от которого не спасали несколько слоев ткани, надежно
защищавшие от ледяного ветра. Он, Константин-человек, не мог убежать, как
Топотун. Он ждал, а заря все четче обрисовывала согнутые вопросительным
знаком фигуры грузчиков, а в куполах уже просыпались люди. Очень скоро они
обнаружат методичное расхищение припасов и оборудования, организованное
Эмилио Константином и соучастниками из его администрации.
Над прозрачными куполами вспыхнули прожектора. Рабочие выходили из
шлюзов и замирали, не веря своим глазам.
Заревела сирена. Эмилио посмотрел на небо, но разглядел лишь
несколько дотлевающих звезд. И все же ком не стал бы поднимать шум ни с
того ни с сего.
Рядом под чьей-то ногой шевельнулся камень, затем талию Эмилио обвила
изящная рука. Он обнял жену, и оба застыли, наслаждаясь прикосновением.
Раздался возглас. Неподалеку от них, на склоне,
...Поділитися у соцмережах
