Жанр: Научная фантастика
Надвигается беда
...то вдруг
становились глубокими и печальными глазами человека,
потерявшего себя. Глаза ни секунды не оставались в покое,
они так и шарили по сторонам, высматривая не то свою
собственную сгинувшую личность, не то запропавших мальчишек.
Казалось, взглядом его управляют двое хозяев, прежний и
нынешний, заставляя глаза совершать жуткие прыжки: назад, в
прошлое, обратно, в настоящее.
- Ма-ма! - тянул свое ребенок.
Карлик остановился возле него (они были примерно одного
роста) и посмотрел на малыша.
Вилли в яме испытал жгучее желание стать плесенью на
бетонной стене у него за спиной. Похоже, Джим тоже пытался
найти для себя местечко между бетоном и паутиной,
покрывавшей его.
- Хватит тут ползать! - Раздраженный женский голос.
Слабо сопротивляющегося малыша уволокли. Поздно. Карлик
уже стоял над решеткой и смотрел вниз. В глазах у него
мелькали осколки человека по имени Фури, того самого, что
давным-давно, в безоблачное, легкое и безопасное время,
продавал громоотводы.
Вилли содрогнулся от жалости. "О, мистер Фури, что они
сделали с вами! - думал он. - Что это было? Копер?
Стальной пресс? Как это было? Вы кричали? Плакали? Они
поймали вас, как кузнечика в коробку, и давили, пока не
осталось ничего. Ничего не осталось, мистер Фури, ничего,
кроме..."
Карлик. Не человек. Механизм. Не глаза. Камеры. Два
объектива уставились в темноту. Щелк. Снимок: прутья
решетки. А заодно и то, что под ней?
"На что он смотрит? - пытался сообразить Вилли. - На
саму решетку или на то, что внизу?"
Миг катастрофы все длился. Жалкое, искореженное
существо, в котором от человека оставалась лишь его
двуногость, не двигалось. Может быть, все еще
фотографировало?
На самом деле глаза-объективы куклы не замечали ни Джима,
ни Вилли, ни даже самой решетки. Но все очертания, цвета,
размеры фотокамера уродливого черепа зафиксировала надежно.
Придет время, изображение проявится, картинка будет
исследована, и тогда дикое, ссохшееся, потерянное создание
бывшего торговца увидит все. А потом? Месть? Уничтожение?
Клац-тук-щелк!
Бегут смеющиеся дети. Их текучая радость смыла Карлика,
он вспомнил о чем-то и поковылял дальше, выискивая сам не
зная что.
Выглянуло солнце. Двое мальчишек в яме едва дышали.
Джим, не заметив, крепко вцепился в руку Вилли Оба со
страхом ждали новых, более внимательных глаз.
Пять синих, красных и зеленых глаз убрались со стойки.
Чарльз Хэллуэй, получивший свой третий кофе, повернулся на
вертящемся стуле к странному посетителю.
Человек-в-Картинках в упор смотрел на библиотечного
уборщика. Хэллуэй благодушно кивнул, но Человек-в-Картинках
не ответил, не мигнул даже, и продолжал пристально
рассматривать соседа "Экий наглец", - подумал м-р Хэллуэй,
но отвести глаза уже не мог, он просто постарался придать
взгляду как можно больше спокойствия.
- Что закажете, мистер? - поинтересовался бармен.
- Ничего. - М-р Дарк все еще разглядывал отца Вилли. -
Я ищу двух парнишек.
"А то я не ищу!" - подумал Хэллуэй и расплатился. -
Спасибо, Нед, - спокойно поблагодарил он и встал. Уже
выходя, он заметил, как татуированный человек протянул руки
в сторону бармена, повернув ладони вверх.
- Парнишек ищете? - переспросил Нед. - Как звать,
сколько лет?
Дверь за Хэллуэем закрылась. М-р Дарк, не слушая
"болтовню бармена, проводил вышедшего внимательным взглядом.
Сначала Чарльз Хзллуэй по привычке двинулся в сторону
библиотеки, но тут же остановился и сделал движение в
сторону здания суда. Нет Он постоял, ожидая, не направит ли
его более точно интуиция, машинально ощупал карман пальто и
обнаружил, что забыл курево. Это внесло определенность в
его планы, и он зашагал к лавке Объединенной Табачной
Торговли.
Джим из ямы взглянул в небо.
- Вилли! - зашипел он - Смотри, твой отец! Он нам
поможет.
Вилли молчал.
- Ладно, я сам его позову!
Вилли схватил Джима за шиворот и отчаянно замотал головой
- Да почему? - едва слышно удивился Джим
- Потому, - шевельнулись губы Вилли
Потому... Он взглянул наверх. Отсюда отец казался даже
меньше, чем прошлой ночью со стены дома "Это все равно, что
позвать еще одного мальчишку, - подумал Вилли - Зачем он
нам? Нам нужен кто-нибудь важный, самый главный!" Вилли
приподнялся, заглядывая в окно лавки. Вдруг он ошибся, и
лицо отца на самом деле выглядит резче, взрослее,
мужественнее, чем показалось ему ночью, в призрачном лунном
свете? Нет. Все то же. Нервно бегающие отцовские пальцы,
неуверенный излом губ. Он даже табак толком купить не
может.
- Одну... вот эту... сигару мне за двадцать пять
центов.
- Ба! - прогудел м-р Татли. - Да вы никак разбогатели,
мистер Хэллуэй!
Чарльз Хэллуэй медленно вытаскивал сигару из
целлофанового пакетика. Он просто тянул время, ожидая
какого-нибудь движения во вселенной, знака, объяснившего бы
ему, что происходит... Почему он пошел этой дорогой? Зачем
ему сигара за 25 центов? Кажется, кто-то окликнул его по
имени. Он резко повернулся и обежал глазами толпу, яркие
пятна клоунов с афишами . никого не увидел и повернулся
снова прикурить от вечного синего газового пламени,
выглядывающего из янтарной трубки в стене табачной лавки.
Затянулся, выпустил струйку дыма, бросил сигарный кончик и
взглядом проводил его до металлической решетки. Стоп! Он
словно ударился о глаза, блеснувшие из-под земли. Чьи это
тени там? Джим! Вилли! Чарльз Хэллуэй пошатнулся и
попытался ухватиться за сигарный дым. Боже! Что они там
делают, в колодце под улицей? Он чуть было не наклонился,
но вовремя остановил себя и, как можно незаметнее, бросил
уголком губ:
- Вилли? Джим? Черт побери, что происходит?
В этот момент за сто футов отсюда Человек-в-Картинках
резко повернулся и вышел из забегаловки Неда.
- А ну, выбирайтесь! - распорядился Чарльз Хэллуэй.
Человек-в-Картинках, сам толпа посреди толпы, постоял
мгновение и направился к табачной лавке.
- Пап! Мы не можем. Ради Бога, не смотри на нас!
Человек-в-Картинках был футах в восьмидесяти.
- Мальчики, - растерянно произнес Чарльз Хэллуэй, -
полиция...
- Мистер Хэллуэй, - прервал его Джим, - не глядите, а то
нам конец. Человек-в- Картинках...
- Кто?!
- Ну, мужчина такой, в татуировке весь.
Перед глазами Хэллуэя возникли зрячие пальцы на стойке.
- Пап, ты лучше смотри вон на часы, а мы пока расскажем
тебе...
М-р Хэллуэй как мог небрежней выпрямился... и в этот миг
из-за угла появился Человек-в-Картинках Он тут же
остановился, изучая Чарльза Хэллуэя, разглядывавшего уличные
часы со странным усердием.
- Сэр, - звучно произнес Человек-в-Картинках
- Одиннадцать пятнадцать, - бормотал Чарльз Хэллуэй, не
выпуская сигары изо рта и рассматривая свои наручные часы.
- Так и есть, отстают на минуту.
- Сэр, - повторил Человек-в-Картинках.
Джим ухватился за Вилли, Вилли вцепился в Джима, когда на
решетке рядом с истертыми подошвами отца Вилли появились
крепкие чужие каблуки.
- Сэр, - снова повторил человек по имени Дарк, цепко
всматриваясь в черты лица Чарльза Хэллуэя, сравнивая их с
другими - "Объединенное шоу Кугера и Дарка" избрало двух
местных школьников - двух, сэр! - нашими почетными гостями.
- А при чем здесь... - начал Чарльз Хэллуэй, изо всех
сил стараясь не глядеть под ноги.
- Эти двое, - подкованные каблуки лязгнули о решетку, -
эти двое смогут прокатиться на всех аттракционах, побывать
на всех представлениях, пожмут руки всем нашим артистам и
вернутся домой с кучей волшебных подарков...
- Кто же эти счастливцы? - прервал его м-р Хэллуэй.
- Мы выбрали их по фотографиям, сделанным вчера у входа
на Карнавал. Помогите нам определить их, сэр, и вы
разделите с ними удачу. Вот они!
"Он увидел нас! - панически подумал Вилли. - О Боже!"
Человек-в-Картинках выставил вперед руки ладонями наружу.
Отец Вилли пошатнулся. С правой ладони на него смотрел
мастерски вытатуированный ярко-синей краской портрет
собственного сына. На левой ладони, как живое, улыбалось
лицо Джима.
- Вы знаете их? - От внимательного взгляда
Человека-в-Картинках не укрылась растерянность м-ра Хзллуэя.
И немудрено. У старика перехватило горло, и глаза
разъехались в стороны, словно его огрели дубиной по голове.
- Их имена?
"Молчи, папа!" - мысленно закричал Вилли.
- Я, собственно, не... - начал отец Вилли.
- Вы знаете их.
Протянутые вперед, требующие имен руки
Человека-в-Картинках слегка подрагивали, и вместе с ними
вздрагивали и страдальчески морщились лицо Вилли на правой
ладони, лицо Джима на левой ладони, лицо Вилли в яме под
улицей, лицо Джима внизу под решеткой.
- Сэр, вы же не хотите, чтобы мы не нашли наших героев?
- Нет, но...
- "Но"? - удивился м-р Дарк и подался вперед. Его
собственные глаза и глаза всех тварей, бродивших по прериям
его тела, вцепились в пожилого человека, стиснули со всех
сторон, завораживали тысячами взглядов. М-р Дарк придвинул
ладони еще ближе - Вы сказали "но"?
М-р Хэллуэй покрепче прикусил сигару.
- Пожалуй, я припоминаю...
- Что?
- Один из них похож...
- На кого?
"Папа, неужели ты не видишь, как он заинтересовался?" -
думал Вилли
- Мистер, - удивился Чарльз Хэллуэй, - да чего вы так
разнервничались из-за каких-то мальчишек?
- Я? Разнервничался? - Улыбка м-ра Дарка исчезла.
Похоже, он слегка опешил. - Сэр, я забочусь о своем деле, а
для вас это всего лишь нервы?
Отец Вилли смотрел, как перекатываются бугры мускулов под
легким костюмом его собеседника. Наверняка все кобры и
африканские гадюки, которыми расписан этот молодец, шипят и
скручиваются в клубки от злости.
- Один из этих сорванцов, - подчеркнуто медленно протянул
м-р Хэллуэй, - напоминает мне Милтона Блумквиста.
М-р Дарк стремительно сжал пальцы. Голову Джима сдавила
тупая боль.
- А второй, - почти ласково продолжал отец Вилли, -
второй похож на Звери Джонсона.
"Ну, папа, - внутренне возликовал Вилли, - ты - гигант!"
И тут же чуть не застонал от неожиданно обрушившейся боли
Это м-р Дарк сжал вторую ладонь.
- По-моему, они оба, - невозмутимо закончил м-р Хэллуэй,
- уехали на прошлой неделе в Милуоки.
- Вы лжете, - холодно произнес м-р Дарк.
Отец Вилли искренне возмутился:
- Что б я, да испортил победителям веселье?!
- Мы знаем имена мальчиков, - с расстановкой произнес м-р
Дарк, - мы узнали их десять минут назад. Просто хотели
удостовериться еще раз.
- И кто же они, по-вашему? - недоверчиво спросил отец
Вилли.
- Джим, - уронил м-р Дарк. - Вилли.
Джим скорчился в темноте, Вилли втянул голову в плечи.
Отцовское лицо оставалось глубоким омутом, в котором без
всплеска утонули два имени.
- Джим, значит? Вилли? Да их тут туча, Джимов и Вилли,
в таком городе, как наш, уж наверняка пара сотен наберется.
"Кто же нас выдал? - лихорадочно думал Вилли - Кто
рассказал? Мисс Фолей? Но ведь ее нет, она ушла, и дом со
льдистой занавеской пуст. А та девочка, рыдавшая под
деревом и так похожая на мисс Фолей? - спросил он себя. -
Ее ведь тоже нет. Может быть, парад подобрал ее? Она так
долго плакала, она так боялась... А если они пообещали, что
музыка, кони, трубы, весь этот шальной карнавальный мир
помогут ей, сделают взрослой, вырастят, покрутив вперед,
поднимут, утешат, прекратят этот ужас и вернут все, как
было? Да за это она скажет им все на свете Что наобещал,
что наврал ей Карнавал, когда они нашли ее под деревом?"
- Имена как имена, - гнул свою линию м-р Хэллуэй. - А с
фамилиями как?
М-р Дарк не знал фамилий Его космос, населенный
чудовищами, вибрировал и исходил потом, обволакивался дурным
запахом подмышек, шипел и ругался на мускулистых крепких
ногах.
- Сдается мне, теперь вы лжете, -удовлетворенно, с
незнакомой дотоле радостью выдохнул м-р Хэллуэй - Как это вы
не знаете фамилий? И с чего бы это вам, карнавальному
чужаку, лгать мне посреди улицы в моем собственном, хоть и
не Бог весть каком, городе?
Человек-в-Картинках сжал кулаки. Отец Вилли, слегка
побледнев, смотрел, как шевелятся суставы, загоняя ногти в
изображения двух мальчишеских лиц, упрятанных в эту прочную,
очень прочную тюрьму из сильной, живой плоти.
Внизу две тени молча метались почти в агонии.
Человек-в-Картинках смахнул с лица напряженное выражение.
Теперь он выглядел совершенно безмятежным. Только яркая
капля выкатилась из правого кулака, и такая же капнула из
левого. Обе пропали меж прутьев старой решетки на тротуаре.
Вилли перевел дух. Что-то сползло у него по щеке. Он
провел ладонью - на ней остался красный след. Вилли
посмотрел на Джима. Похоже, его тоже отпустило, он лежал
расслабившись и смотрел вверх.
Отец Вилли заметил кровь, сочившуюся из сжатых кулаков
Человека-в-Картинках, но не подал виду, а глядя ему прямо в
лицо, выговорил:
- Извините, приятель, больше ничем помочь не могу.
М-р Дарк повернулся на каблуках. Стальные набойки
высекли искры из прутьев решетки.
Из-за угла, размахивая в воздухе руками и яркими
цыганскими юбками, появилась Предсказательница Удачи, она же
- Пыльная Ведьма. Сегодня ее незрячие глаза скрывали
темно-синие стекла очков.
"Надо же, уцелела! - подумал Вилли. - Его ведь уволокло
тогда, должно было об землю зашибить, а вот не зашибло.
Теперь она взбесилась и не отстанет от меня!"
Его отец тоже увидел Ведьму и почувствовал, как кровь у
него в жилах загустела и потекла медленнее.
Толпа приветливо расступалась и добродушно обсуждала
яркие лохмотья этого удивительного существа. Многие с
улыбками прислушивались к ее прибауткам, чтобы запомнить и
потом пересказать в компании. Ведьма двигалась уверенно,
ощупывая город вокруг чуткими пальцами. При этом она
непрерывно не то пела, не то бормотала.
- Погадаю, услужу, все как есть наворожу. И про жен, и
про мужей, про девиц и про парней. Про удачу и про жизнь,
все мне ведомо, кажись. Приходи на представленье, погадаю в
воскресенье. Девице скажу, на кого он похож. А тебе
расскажу про всю ее ложь. Узнаешь его намерений цвет,
увидишь ее души букет. Далеко не уходи, в шатер заходи,
меня там найди.
Дети сразу пугались ее, а их родители - с развитым
чувством юмора, конечно, - их родители веселились, глядя на
забавную старуху и слушая ее бормотанье. Тем временем
древняя ворожея, с ног до головы покрытая пылью множества
живших на земле племен, все сплетала и разбирала меж пальцев
микроскопическую паутину, пылинки, мушиные крылышки,
микробов и бактерий, слюдяные чешуйки, корпускулы солнечного
света, преломленные уже явленными, а еще больше -
неявленными человеческими страстями.
Ребята изо всех сил вжались в стенки своего убежища.
Дребезжащий голос явственно доносился сверху.
- Слепа-то я - слепа. Но уж что вижу, то вижу. А вижу я
человека в соломенной шляпе - это осенью-то! И еще вижу - и
к чему бы это? - вот мистер Дарк стоит - привет, мистер
Дарк! - а с ним старик...
"Не такой уж он и старый!" - крикнул про себя Вилли.
Тень Ведьмы серым лягушачьим пятном накрыла яму. Теперь
Вилли видны были все трое.
М-ра Хэллуэя сотрясала внутренняя дрожь. У него возникло
ощущение длинных острых ножей, по очереди вонзающихся в
живот.
- О, это не простой старик, - вновь забормотала Ведьма и
вдруг замолчала. - А еще... - Шерсть у нее на носу
ощетинилась. Она по-птичьи завертела головой, пробуя
воздух, быстро пережевывая его серыми губами.
Человек-в-Картинках поторопил ее:
- Ну!
- Подожди! - выдохнула цыганка и ногтями принялась
скоблить незримый забор перед собой.
Вилли почувствовал, что еще секунда - и он не выдержит:
заскулит и затявкает от ужаса, как маленький щенок.
Пальцы Ведьмы медленно поползли вниз. Они чутко
прощупывали каждую полоску спектра, взвешивали каждый лучик
света. Вот-вот указательный палец вонзится в решетку на
тротуаре, означая роковое "там!"
"Папа! - взмолился Вилли. - Ну сделай что-нибудь!"
Человек-в-Картинках терпеливо ждал. Как только на сцене
появилась его лучшая ищейка, он успокоился и теперь
посматривал на нее с гордостью, чуть ли не с любовью.
- Вот... - Пальцы Ведьмы отчаянно вибрировали.
- Вот! - громко провозгласил м-р Хэллуэй.
Ведьма подскочила от неожиданности.
- Вот поистине замечательная сигара! - голосил отец
Вилли, картинно обернувшись к дверям лавки.
- Потише, любезный, - с досадой произнес
Человек-в-Картинках.
Мальчишки внизу подняли головы.
- Вот... - тянула свое Ведьма, пытаясь не упустить едва
пойманное ощущение.
- Только жаль - погасла! - вещал на всю улицу Чарльз
Хэллуэй. - Ну да ничего, дело поправимое. Сейчас прикурим.
- Он снова сунул кончик сигары в синее пламя.
- Вы не могли бы помолчать немного? - обратился к нему
м-р Дарк.
- Сами-то курите? - участливо поинтересовался м-р
Хэллуэй.
Ведьма, вконец расстроенная его неожиданным
словоизвержением, опустила руку, ушибленную громкими
словами, и стерла с нее пот; так протирают антенну
радиоприемника, чтобы избавиться от лишних помех. Затем она
снова простерла руку вперед, трепетными ноздрями чутко
пробуя эфемерные токи воздуха.
- Превосходно! - Из сигары м-ра Хэллуэя изверглось целое
облако дыма. Дивные густые клубы окутали гадалку. Она
закашлялась.
- Дурачина! - гаркнул, не сдержавшись,
Человек-в-Картинках. Но не понять было, мужчину или женщину
он имеет в виду.
- Отличная сигара! - продолжал восхищаться м-р Хэллуэй.
- Пожалуй, угощу-ка я и вас тоже! - С этими словами он
сотворил еще одну синюю тучу, почти совсем скрывшую Пыльную
Ведьму.
Она громко и обиженно чихнула раз, другой, забормотала
сердито себе под нос и заковыляла прочь.
Человек-в-Картинках схватил было отца за руку, но понял,
что зашел слишком далеко, признал свое нелепое поражение и
отправился вслед за цыганкой. В спину ему прозвучал
доброжелательный голос отца Вилли:
- Всего вам доброго, сэр!
"Вот это лишнее, папа", - подумал Вилли.
Человек-в-Картинках вернулся.
- Ваше имя, сэр? - напрямик спросил он.
"Не говори, не надо!" - напрягся Вилли. Его отец
поколебался немного, вынул сигару изо рта, стряхнул пепел и
ответил.
- Хэллуэй. Библиотечный работник, к вашим услугам.
Заглядывайте, если придется, - добавил он, подмигнув.
- Не сомневайтесь, Хэллуэй, обязательно загляну!
Ведьма, пританцовывая, поджидала м-ра Дарка на углу. М-р
Хэллуэй послюнявил палец, определил направление ветра и
послал в ее сторону очередное грозовое облако. Ведьма
затопотала на месте, повернулась и исчезла за углом.
Человек-в- Картинках сурово взглянул на старика, повернулся
и удалился широкими шагами, сжимая в кулаках ребячьи лица.
Из-под решетки не доносилось ни звука. "Как бы они там
не померли от страха", - с беспокойством подумал Чарльз
Хэллуэй. А Вилли внизу, с мокрыми от слез глазами, думал
совсем другое: "Господи! Как же я раньше не замечал? Он
же у меня высокий, выше Дарка ростом!"
Чарльз Хэллуэй все еще старался не смотреть на решетку.
От дверей табачной лавки уводили за угол редкие алые кляксы.
Они накапали из стиснутых кулаков м-ра Дарка. Отец Вилли с
удивлением оглядел и себя тоже и не мог не заметить то новое
- наполовину отчаяние, наполовину спокойная ясность, - что
появилось в нем за последние четверть часа, появилось и
совершило невозможное. Вряд ли он смог бы ответить, почему
назвал м-ру Дарку свое имя, но чувствовал, что поступил так,
как надо. Теперь он обращался к циферблату уличных часов с
длинной речью:
- Что-то происходит, братцы. Что-то надвигается. Хорошо
бы вам куда-нибудь деться до конца дня. Нам нужно выиграть
время. Тут важно решить, с чего начать. Вроде бы ни один
писаный закон пока не нарушен, но я чувствую, уже с месяц,
как чувствую: бедой запахло. У меня внутри что-то
подрагивает все время. Прячьтесь, ребята, прячьтесь. Я
скажу вашим матерям, что у вас появилась работа на
Карнавале, до темноты можете не появляться. А вечером,
часам к семи, приходите ко мне в библиотеку. Я знаю,
кажется, с чего начать. Надо просмотреть отчеты полиции по
карнавалам за предыдущие годы, полистать подшивки газет,
покопаться в некоторых старинных книгах. Все может
пригодиться. Глядишь, с Божьей помощью к вечеру у нас
появится какой-нибудь план. До тех пор не тревожьтесь ни о
чем. Господь с вами, мальчики!
Вилли посмотрел. Тщедушная фигурка отца, ставшего вдруг
высоким и сильным, неторопливо удалялась. Еще раньше его
чудесная сигара выпала у него из пальцев - а он даже не
заметил, - скользнула сквозь решетку, на мгновение осветив
подземелье градом искр, и теперь лежала на дне ямы,
гипнотизируя Джима и Вилли единственным багровым глазом.
Ребята ослепили ее и выбросили вон.
36
На юг по Главной улице пробирался через толпу Карлик.
Внезапно он остановился. Пленка была проявлена, и сознание
наконец получило возможность просмотреть отснятые кадры.
Карлик замычал, развернулся и через лес ног заковылял
разыскивать Хозяина. Он скоро нашел его и заставил
пригнуться низко-низко. М-р Дарк внимательно выслушал
сообщение и бросился бежать, даже не оглянувшись на
оставшегося позади удачливого старателя.
Возле индейца чероки Человек-в-Картинках пал на колени и,
вцепившись в прутья стальной решетки, попытался разглядеть
дно ямы. Там открылось ему скопище старых газет, фантики от
леденцов, окурки и розовая полоска жевательной резинки,
совершенно целая. М-р Дарк испустил короткий яростный
вопль.
- Что-нибудь потеряли, сэр? - поинтересовался из-за
стойки м-р Татли.
Человек-в-Картинках, все еще не отпуская решетку,
утвердительно кивнул.
- Не беда, - успокоил его м-р Татли. - Раз в месяц я
обязательно провожу инспекцию. Сколько у вас там:
четвертак? полдоллара?
Банг!
Человек-в-Картинках вздрогнул и посмотрел наверх. В
окошечке кассы, высоко в небесах, выскочил маленький
огненно-красный флажок: "НЕ ПРОДАЕТСЯ".
Городские часы пробили семь. Эхо курантов пошло гулять
по темным залам библиотеки. Хрупкий осенний лист прошуршал
по оконному стеклу или это просто перевернулась страница
книги?
В одном из закоулков, склонившись в травяном свете лампы,
сидел Чарльз Хэллуэй. Руки его, чуть подрагивая, перебирали
страницы, ставили на место одни книги, снимали другие.
Изредка он подходил к окну и, вглядываясь в осенние сумерки,
наблюдал за улицей, потом опять возвращался к столу,
перелистывал страницы, делал выписки, закладки, бормоча себе
под нос. От слабых звуков его голоса под потолком
библиотеки порхали смутные отголоски.
- Так... теперь посмотрим здесь...
- ... здесь! - подтверждали темные переходы.
- О, вот это нам пригодится...
- ... годится! - вздыхали темные залы.
- И вот это тоже!
- ... тоже, - шуршали пылинки в темноте.
Пожалуй, это был самый длинный день в его жизни. Он
бродил среди диковинных толп, выслеживал рассыпавшихся по
городу карнавальных шпионов. Он не стал портить матерям
Вилли и Джима спокойного воскресенья и сказал лишь самое
необходимое, и опять бродил по улицам, держась подальше от
глухих аллей, сталкивался тенями с Карликом, кивал
встреченным Крушителям и Пожирателям Огня и дважды с трудом
сдержал панику, проходя мимо решетки возле табачной лавки.
Он чувствовал, что в яме никого нет, и надеялся, что ребята,
благодарение Богу, нашли надежное местечко. Вместе с толпой
горожан он посетил Карнавал, но не зашел ни в один балаган,
не прокатился ни на одном аттракционе. Уже в сумерки, перед
заходом солнца, исследовал Зеркальный Лабиринт и понял
достаточно, чтобы удержаться на берегу и не кануть в
холодные глубины.
Промокший под вечерним дождем, промерзший до костей, он
дал толпе возможность нести себя и, прежде чем ночь успела
схватить его, причалил к берегу библиотеки. Здесь он достал
самые нужные книги и разложил на столах, как огромные
литературные часы. Теперь они отсчитывали для него свое
время.
Он ходил от стола к столу, поглядывая искоса на
пожелтевшие страницы, словно на коллекцию диковинных
бабочек, расправивших крылья над деревянными столешницами.
Здесь лежала книга, раскрытая на портрете князя тьмы.
Рядом - серия гравюр "Искушение св. Антония", слева -
алхимические рисунки Джованни Батисты Брачелли, изображавшие
гомункулов, рожденных в ретортах. Место "без пяти полдень"
занимал "Фауст", на двух пополудни лежала "Оккультная
иконография", на шести утра, как раз там, где сейчас
трудились его пальцы, расположилась "История цирков,
карнавалов, театров теней и марионеток", во множестве
населенная шутами, менестрелями, магами, клоунами на ходулях
и куклами на веревочках. Сверх того присутствовали
"Справочник по воздушному царству (Летающие твари за всю
историю Земли)", "девять" находилось "Во власти демонов",
выше помещались "Египетские снадобья", еще выше - "Мытарства
на воздусях", придавленные "Зеркальными чарами", а уж совсем
ближе к полуночи стояли под парами "Поезда и локомотивы",
упиравшиеся в "Мистерии сновидений", "Между полуночью и
рассветом", "Шабаши ведьм" и "Договоры с демонами". Все
было на своих местах, и весь циферблат заполнен. Не хватало
лишь стрелок, поэтому Хэллуэй не мог сказать, который час
отзвонили куранты его собственной жизни или жизни двоих
ребят, затерянных где-то среди ни о чем не подозревающего
города.
Чем же он располагал в итоге?
В три часа ночи появился поезд. На лугу раскинул сети
Зеркальный Лабиринт, в город вошел воскресный парад, которым
командовал рослый мужчина, разрисованный вдоль и поперек.
Дальше было несколько капель крови, двое перепуганных
мальчишек в яме и, наконец, он сам, сидящий в этой
кладбищенской тишине над частями мудреной головоломки.
Ребята говорили правду. Это доказывало явное ощущение
страха, сгустившееся в воздухе во время их странной беседы
сквозь решетку. А уж он, Хэллуэй, в своей жизни повидал
достаточно страшного, чтобы распознать его сразу при
встрече. Почему в молчании разрисованного незнакомца ему
послышались все ругательства и проклятья, сколько их есть на
свете? Что почудилось Хэллуэю в фигуре дряхлого старика,
мелькнувшей сквозь щель в пологе шатра под вывеской "М-р
Электрико"? Почему на его теле плясали зеленые
электрические ящерки? Как сложить все это вместе, как
совместить с тем, что говорят книги? Он взял в руки
"Физиогномику. Тайны характера, определяемые по лицу",
полистал. Автор уверял его, что Джим и Вилли - просто-таки
воплощение ангельской чистоты, идеал М
...Закладка в соц.сетях
