Жанр: Научная фантастика
Королевства, проигранные в карты
...и постоянно падали на глаза,
мешая Компоту восторгаться красотами местного ландшафта. Хвост первое время безвольно
волочился по земле, пока я не высказал предположение, что при таких темпах на нем или
натрется здоровенная мозоль, или он попросту сотрется до дыр. После этого колдун поработал
над собой, в результате чего хвост приподнялся на пару дюймов, но при этом его резко
завалило влево, и как старик ни старался вернуть его в нормальное положение, ничего не
получалось.
Через некоторое время, необходимое, чтобы убедиться в полном отсутствии координации
у данного представителя породы, я окончательно устал от бесплодных усилий и плюнул на это
неблагодарное занятие. В конце концов, мне нужен был не медалист-производитель, а всего
лишь обычное создание, способное передвигаться без чужой помощи и не путаться под ногами.
Главное требование по приему на работу было соблюдено - претендент умел ходить. Другой
вопрос, как именно, но это было уже не важно, поэтому за неимением других соискателей
вакансии Компот был зачислен в штат команды на должность сторожевой собаки с окладом
"Покормим, если будет чем".
И только после того, как все эти мелкие неприятности были устранены, а команда
оказалась полностью в сборе, великий поход героев в поисках славы, приключений и венца их
ратных подвигов - "Свинячьей звезды" - начался...
- ... поэтому я буду звать тебя Компотом.
- Гхрав-хгав, гры-ыыы...
- Неужели ты думаешь, что мне интересно каждый раз, когда надо будет тебя позвать,
вспоминать это Каль Оми Мора... Ах, опять забыл.
- Гхрав-хгроув.
- Вот видишь, ты даже говорить нормально не можешь.
Старик в очередной раз попытался укусить меня, но из-за нескоординированности
движений я успел предугадать его попытку и вовремя отпрыгнул. Это нападение переполнило
чашу терпения, и я в бешенстве заорал:
- Или ты будешь откликаться на "Компота" и вилять своим обрубком, когда я тебя так
называю, или, маленькое злобное животное, проваливай к такой-то матери, ты мне больше не
нужен. Пройдет недели две, привыкнешь к своей собачьей жизни и будешь собирать объедки с
помоек, лая на прохожих. Понял?
Он весь сжался, сразу же став каким-то по-детски беззащитным, и пришибленно затих.
Злость моментально прошла, и мне стало ужасно стыдно. По большому счету старику сейчас
было намного хуже, чем мне, ведь он находился не просто в чужом теле, а в теле несуразного
ольтика, и орать на него, угрожая помойками, было нехорошо.
- Ну ладно, - пробормотал я. - Нам надо идти, и... В общем... Ну, я был не прав,
прости.
Не знаю, принял он мои извинения или нет, но после этого путь мы продолжали уже
молча. Каждый думал о своем, и, судя по всему, наши мысли не отличались разнообразием.
Лично у меня на душе было до такой степени тоскливо, что в буквальном смысле хотелось
выть. По-волчьи.
Примерно в таком духе прошло два или три часа с тех пор, как мы попали в это
живописное место, а изменений ландшафта не было никаких. Мы вяло двигались куда-то по
однообразной равнине, ведомые Кларой, и по мере того, как голод и жажда начинали давать о
себе знать, я все больше стал задумываться о том, что если до ближайшего города, деревни или
вообще хоть какого-нибудь населенного пункта осталось больше двадцати миль, то все мы, за
исключением толстяка, уже живые покойники. Аспирин почему-то не позаботился о том, чтобы
дать нам в дорогу хоть какое-то походное снаряжение или припасы, даже на первое время. Он
отправил нас абсолютно без всего - добрый, заботливый, немного чудаковатый, милый
старикан! Слезы умиления катятся по моим не по-мальчишески взрослым щекам, когда я
вспоминаю счастливые минуты нашей такой недолгой встречи...
Сволочь проклятая!!! НЕ-НА-ВИ-ЖУ!!!
Только благодаря огромному усилию воли я подавил в себе очередной приступ
зарождающейся в глубине сознания истерики, переключившись на товарищей по несчастью.
- Впрочем, Билли, хотя тебе не нужно есть и ты прекрасно обходишься без воды, но
даже несмотря на все эти достоинства в плане выживаемости, больше месяца тебе не
протянуть, - пробормотал я вслух, имея в виду то, что Аспирин вернет нас на арену, живыми
или мертвыми, ровно через двадцать восемь суток.
Компот слабо хрюкнул-тявкнул, вероятно соглашаясь с моими неоспоримыми доводами.
"Ну, хоть в чем-то мы со стариком оказались единодушны", - с несколько запоздалой
радостью подумал я.
Примерно в таких же невеселых размышлениях прошел еще один томительный час, не
принесший ничего нового в плане смены обстановки, в течение которого мы продолжали тупо
идти навстречу неизвестности, словно стадо баранов, ведомых на бойню.
Я уже начал всерьез подумывать о том, стоит ли вообще продолжать этот бессмысленный
поход, как вдруг поводок в моей руке отчаянно завибрировал. Одновременно с этим колдун,
словно сорвавшись с цепи, прерывисто зашелся хриплым лаем, и хотя больше это походило на
хрюканье, но мне уже было все равно, пусть хоть каркает, главное, чтобы нашлась вода, еда и
хоть какая-то цивилизация.
Я осмотрелся вокруг, но ничего нового не увидел.
- Компот, - обратился я к старику, - ты что-то учуял?
Он продолжал лаять (хрюкать), как потерпевший.
- Если ты кого-то почувствовал, тявкни один раз, и на будущее: если я спрашиваю, а ты
отвечаешь "да", то лай один раз, а "нет" - два и больше, хорошо?
- Хрюв.
- Это деревня или город?
- Гхрвув ав-грвв, грув, хрувв...
- Хватит, я понял. Это караван или группа людей?
- Грав.
- Значит, это группа людей, и она идет в нашу сторону?
- Гав...
- Следовательно, мы спасены - ура!
Надрывный вой, больше похожий на стон смертельно раненного койота, чем на обычный
лай, был мне ответом. Даже с поправкой на то, что колдун был запредельно фантастическим
животным, это все равно звучало слишком мрачно. Я даже не подозревал, что старик способен
издавать такие ужасные звуки. Что-то в этом ответе мне не понравилось. Через несколько
минут я понял что. Но если честно, лучше бы мне до конца жизни оставаться в неведении...
Немного позднее я узнал, что эти подонки называют себя ловцами потерянных душ.
Являясь при этом одним из многочисленных ответвлений клана Кортни. Они были
прирожденными воинами, закаленными в бесчисленных схватках, мобильными,
безжалостными и не слишком религиозными. В клане существовала собственная теория
мироздания, в соответствии с которой и классифицировали души эти садисты - по
единственному принципу: кого поймаем, тот и заблудший. Оригинальностью эта концепция,
конечно, не отличалась, но ребята были простые, без претензий, поэтому никаких сомнений,
моральных терзаний и тем более угрызений совести по поводу возможных ошибок они не
испытывали. Если проводить аналогии, то по структуре больше всего это сборище садистов и
убийц походило на полудикие племена степных кочевников девятого-десятого века. Только
монгольские мародеры и насильники по сравнению с этими больными выродками, на мой
взгляд, показались бы лондонскими денди из высшего света, да и состояли они сплошь из
людей. А эти были настолько разношерстны по своему расовому составу, что было непонятно,
есть ли среди них вообще чистокровные люди, или это стопроцентное сборище уродов,
мутантов, демонов и чудовищ, каких свет не видывал со времен первых серьезных аварий на
атомных электростанциях и последующих за ними мутаций. Лично мне хватило бы увидеть
даже одного, чтобы запросто обделаться со страху, но их было больше сотни.
- Может быть, они не плохие... - За те несколько секунд, пока наши пути окончательно
не пересеклись, я попытался уцепиться за соломинку надежды, но тщетно.
Дико визжащий хоровод демонов окружил меня со всех сторон, так что от такого резкого
перехода безжизненной, серой пустыни к многообразию форм и красок у меня закружилась
голова и зарябило в глазах. Но ничего доброго и уж тем более милого в их движениях и
красноречивых жестах не было.
Эти чудовища обрадовались нашей нежданной встрече, как маленькие дети. Их
неподдельный восторг выразился в реве, который меня не то чтобы испугал, а попросту
мгновенно парализовал. Конечно, это было поведение, недостойное настоящего героя, но в тот
момент я решил сложить с себя возложенные полномочия, уйдя в отставку.
В которой мне было немедленно отказано.
- Делаем привал, ольтика в котел, а с мальчишки медленно сдираем шкуру и разрезаем
его на куски!!! - проревел вожак, чтобы его услышала вся банда.
Судя по восторженной реакции его соратников, культурная программа предстоящего
вечера не вызвала никаких существенных нареканий, за исключением, может быть, двух-трех
робких выкриков насчет того, чтобы сперва поджарить меня на медленном огне.
- Скалк, подготовь все необходимое, - обратился главарь, по-видимому, к штатному
палачу банды - необъятных размеров монстру, похожему на попавшего в авиакатастрофу
мамонта, немного расплющенного вследствие этого прискорбного случая во всех направлениях,
но тем не менее сумевшего сохранить очаровательную непосредственность законченного
садиста.
- Никаких проблем.
- Трос и Урх, выставить посты и разбить лагерь.
- Будет исполнено.
Он отдал еще пару приказов такого же рода, которые были выполнены без малейшего
промедления, но мне как раз хватило этих нескольких мгновений, чтобы, осознав чудовищный
смысл последних слов монстра, настолько испугаться, что я буквально отключился и,
отрешившись от происходящего, впал в абсолютно ничем не омрачаемую прострацию.
Начиная с этого момента только две фразы прокручивались в моей несчастной голове с
методичностью заевшей пластинки: "Сдираем шкуру - никаких проблем, разрезаем на куски
- тоже никаких проблем!" - и так много-много раз подряд, в течение нескольких минут.
Ситуация складывалась, мягко говоря, не совсем обычная. Интеллигентный юноша
попадает в лапы кровожадных бандитов, которые собираются расчленить его молодое цветущее
тело.
Ничего удивительного нет в том, что молодой человек начинает активно переживать по
этому поводу.
Ну, а если быть до конца откровенным, отбросив в сторону всю эту словесную чепуху, то
честно признаюсь - в эти мгновения я как никогда был близок к безумию. На полном серьезе,
казалось, еще чуть-чуть - и все. Мозг, не выдержав такой чудовищной нагрузки, просто
развалится на тысячи мелких кусочков, которые уже никто никогда не сможет собрать.
Наверно, у меня слишком бурная фантазия. Поэтому сцена медленного разрезания на куски
моей бренной оболочки, представленная настолько реально, что была практически неотличима
от правды, чуть было не привела к такому плачевному результату.
Не знаю, как долго это состояние могло продолжаться, но, думаю, около десяти -
пятнадцати минут я с переменным успехом балансировал на краю пропасти, отделяющей
сознание от хаоса.
Из столбняка меня вывела резкая боль. Я по-прежнему был не одинок в этом
помрачающем разум кошмаре. Заботливый Компот бесцеремонно вцепился в мою несчастную
ногу, вероятно таким ненавязчивым способом пытаясь привлечь внимание к своей скромной
персоне. Я чисто механически пнул его свободной ногой, так что бедняга отлетел на пару
метров, но этот сукин сын был настойчив и, поднявшись, опять попытался меня укусить.
В то время, как мы мило развлекались со стариком, играя в заботливого хозяина и
преданного любимца, на заднем плане Скалк без всякой суеты и спешки, как и положено
настоящему профессионалу, доставал из мешка пилы, крючья, щипцы и еще много другой
интересной всякой всячины такого же рода. Меня никто не связывал, потому что, находясь в
самом центре лагеря этих головорезов, думать о побеге мог только абсолютно ненормальный
идиот.
Компот в очередной раз повторил попытку добраться зубами до моей ноги, после чего его
труды наконец были вознаграждены. Я достаточно пришел в себя, чтобы начать лихорадочно
размышлять о том, возможно ли вообще выжить при таком раскладе.
С какой стороны ни посмотри, получалось, что нельзя. И это пугало не на шутку.
Для начала, чтобы хоть как-то отвлечься от грустных мыслей, развеяться и немного
размять сведенные судорогой страха мышцы, я, поймав старика за шкирку, поднял его в воздух,
так что наши глаза оказались на одном уровне, и прошипел с плохо скрываемой злостью:
- Я прекрасно себя чувствую. Спасибо, что вернул меня к жизни, но сейчас мне надо
очень хорошо подумать о том, как спасти наши шкуры, и если ты еще хоть раз попытаешься
укусить меня, то, клянусь небом, я без всякого сожаления оторву тебе голову, ясно?
- Хгув.
- Рад, что мы с полуслова понимаем друг друга.
- Грав.
- Из тебя вышел бы неплохой оратор. - Я не удержался, чтобы не поддеть старика.
- Гр-р-р-рыыы. - Он оскалился.
Но мне уже было не до него. Опустив колдуна на землю, я продолжал мучительно
размышлять о том, как можно выжить в этом аду.
- Давай спросим у инстинкта самосохранения, - чуть слышно прошептал внутренний
голос.
- За-а-а-ткнись! - Я еле-еле сдержался, чтобы не заорать вслух.
- Нет, серьезно, - продолжал, он, не обращая внимания на эту вспышку гнева, -
подумай, что может увлечь таких садистов и насильников больше, чем вид нашей расчленяемой
плоти?
- Шоу трансвеститов?
- Не знаю, как по-научному называется переделка человека в животное, но, по-моему,
показывать старика в качестве экспоната - не самая удачная мысль.
- О-о-о-о, тупое животное, это была просто шутка.
- Шутить будешь, когда нам в самое ближайшее время начнут лобзиком отпиливать
ногу, или чуть позже - в гробу, а сейчас слушай внимательно. У меня есть неплохое во всех
отношениях предложение. Если мы во всеуслышание объявим, что хотим в честном поединке
показать свою молодецкую удаль и готовы зарезать, ну, к примеру, этого слона Скалка, причем
сделать это не просто так, а красиво, с размахом, в лучших традициях жанра, - он выдержал
многозначительную паузу, - мне как специалисту-психологу кажется, они не смогут отказать
себе в удовольствии посмотреть на такое потрясающее зрелище.
- Ха-ха! - Я чуть было не забился в припадке истерического смеха. - Потрясающе!!!
Ты чудо!!! Мысль действительно гениальна!!! У меня просто нет слов, чтобы отблагодарить
моего спасителя! Может быть, им это действительно понравится, почему бы нет, но ответь,
пожалуйста, только на один, ключевой, вопрос. Кто же будет выступать в роли, так сказать,
наживного червячка и сражаться с этой кучей мяса?
- А кто у нас принц и по совместительству главный герой?
- По-моему, тебе сегодня с утра мозги забыли положить. - Я начал уставать от всего
этого бреда. - Ты что, серьезно думаешь, что я буду биться один на один с этим мясником?
Друг мой, если ты не успел заметить, это сборище маньяков, а не рыцарей Круглого стола
короля Артура, и я, к сожалению, не отважный непобедимый сэр Ланселот в зените славы и
успеха, а всего лишь юноша бледный со взором горящим. Так что, пожалуй, тебе придется
поискать кого-нибудь другого на роль жертвенного тельца, а я, извини, пас.
- Но подумай хорошенько, в конце концов, если нас убьют, то, по крайней мере, это
произойдет быстро и практически безболезненно. К тому же я не стал бы предлагать такие
вещи просто так, потому что у меня специально для этого случая в запасе имеется неплохой
план.
- Хороший, плохой или никакой ?
- Хм-м-м...
Он принялся строить из себя скромную девочку, что при его актерском таланте не
очень-то хорошо получалось, и набивать себе цену, но я уже решил, что придется принять его
идиотский план со всеми потрохами в придачу, потому что собственного плана на данный
момент у меня, к сожалению, не было.
- Все понятно, можешь не отвечать.
- Ну-у...
- Я сказал - ПО-НЯТ-НО!!! Хватит. У меня все равно нет выбора, поэтому я согласен
на любой, даже самый распоследний план. Только давай побыстрее приступим к его
реализации, чтобы покончить со всем этим сразу, одним махом.
- Ну... В общем-то, ты главный. Как скажешь. Покончить так покончить. Но когда вся
эта история благополучно завершится, не забудь, пожалуйста, поблагодарить того, кто
выступил в роли нашего спасителя.
- Мне кажется, мы по-разному интерпретируем термин "благополучно", - устало
подумал я, терзаемый самыми мрачными предчувствиями, но спорить уже не стал.
Спустя полчаса два чудовища притащили неизвестно откуда взявшийся крест и под
дружный рев оживившихся по этому случаю соратников-садистов начали вкапывать его в
землю.
Зрелище было настолько угнетающим и так подавляюще действовало на психику, что
меня начала бить крупная дрожь, постепенно переходящая в нервный тик, причем не одного
глаза, как это обычно бывает, а всей головы сразу.
Попытавшись успокоиться, что хотя и с трудом, но все же почти удалось, я понял, что
если хочу хоть как-то изменить неблагоприятный ход событий, то стоит начать осуществлять
свои замыслы немедленно. Потому что как только эти милые ребята установят крест, вряд ли
им захочется вступать в полемику, выслушивая мои бредовые предложения насчет поединка
титанов. Скорее всего, они без всяких проволочек прибьют меня к кресту огромными ржавыми
гвоздями, после чего с чувством глубокого удовлетворения начнут резать на куски.
Такое развитие событий не входило в мои планы, поэтому для начала я решил найти
вожака, который пользовался в банде столь непререкаемым авторитетом. Эта идея была свежей
и как нельзя более подходила к данной ситуации, но, как назло, именно сейчас объект моих
запоздалых поисков куда-то запропастился. Лихорадочно обозревая окрестности, пока не
зарябило в глазах, в конце концов я убедился в том, что это занятие лишено всякого смысла,
после чего перешел к более решительным мерам, закричав изо всех сил:
- Мне нужно поговорить с главарем!
Рев, свист и хохот, похожий на отхаркивание туберкулезных мокрот, были мне
неутешительным ответом.
"Звучит не слишком обнадеживающе", - затравленно подумал я, но пасовать, когда на
кону стоит жизнь, а у противника "флэш рояль", бессмысленно, поэтому остается только одно
- продолжать нагло блефовать до самого конца.
- Мне нужен главарь, чтобы сообщить ему важные сведения.
- Скалку все и расскажешь. - Чувство юмора у этих отмороженных уродов было просто
чудовищным.
"Надо что-то срочно предпринять", - лихорадочно билась в тисках сознания
одна-единственная мысль, пока все тело покрывалось холодной испариной от одного вида уже
почти установленного сооружения, на котором, по всей видимости, в самое ближайшее время
мне предстояло закончить в страшных мучениях свой такой недолгий, но по-своему
прекрасный жизненный путь.
"Может быть, рассказать им басню про какие-нибудь сокровища или, например, историю
о спрятанном в огромной пещере источнике неограниченной силы?" Мои мысли постепенно
начала захлестывать паника.
- По-моему, у этих питекантропов не было в детстве толстой любящей няни, которая бы
читала им на ночь книжки про пиратов или космических злодеев, так что забудь об этом, -
снова ожил внутренний голос.
- Но что-то же должно их завлечь, не может быть, чтобы не было струны, задевающей
даже их черствые души, возможно, это какое-нибудь увлечение или, на худой конец, хобби...
Работа по установке неминуемо подходила к концу.
- Хобби? Я знаю одно хобби, которому они целиком отдают все свое свободное время.
- Какое, если не секрет? - оживился я, как утопающий цепляясь за соломинку
призрачной надежды.
- Ловить одиноких спутников и, прибив к кресту, разрезать на куски, при этом не
забывая без особой спешки вытягивать жилы.
- Охх. - Меня передернуло от отвращения. - А нет ли у тебя других, более мягких
соображений на этот счет?
- Это как раз было самым мягким.
Нд-а... оказывается, монстры окружали меня не только снаружи, но и внутри.
Не знаю, как долго все это еще могло продолжаться, но, на мое счастье, почти в самый
последний момент появился предводитель этого отребья собственной персоной, видимо
намереваясь отдать приказ о начале тихого семейного праздника.
- Я слышал, у тебя есть кое-что важное для меня?
Его звали Гархом, и в этом месте он был самым крупным, мерзким и страшным демоном,
наверняка получившим свою должность не за блестящий ум, творческие способности и умение
лучше всех печь крендельки с маком, а за то, что с регулярной методичностью выбивал мозги
из претендентов на свое место. Честно говоря, описывать его у меня нет ни малейшего желания.
Скажу только одно - отдаленно это чудовище напоминало аллигатора, по крайней мере своей
головой и пастью. Во всем остальном по сравнению с ним рептилия из нашего мира была
сущей красавицей.
- Мне кажется, нам легко удастся запутать эту гору мяса, - не очень уверенно
прошептал внутренний голос, вероятно намекая на то, что в поединке интеллекта и грубой силы
преимущество обычно на стороне первого.
- А я считаю, что для начала аз нас понаделают пирожков с ливером и только потом
разрешат блеснуть эрудицией и красноречием. Поэтому действовать будем прямолинейно,
сразу же раскрыв свои карты, может быть, из этого что-нибудь получится.
- А если нет?
Я мысленно пожал плечами:
- В любом случае мы ничего не теряем, подвесят нас предварительно на крюк или
разрежут в стоячем положении, какая разница?
- В общем-то, никакой.
- Ну, вот видишь...
Прокрутив в голове все эти варианты за какие-то доли секунды, я без дальнейшего
промедления приступил к осуществлению своего безумного проекта.
- Хочу присоединиться к вашему отряду, - начал я не совсем твердым голосом.
Как по команде вся банда дружно взвыла от хохота, словно стая сумасшедших демонов,
волею судеб собранных в одном месте, а впрочем, вряд ли здесь вообще хоть кто-нибудь
дружил с головой. Эти гиблые места можно было смело считать прародиной безумия.
Они все смеялись и смеялись, и казалось, это никогда не кончится. Прошло не меньше
пяти минут, показавшихся мне вечностью, прежде чем, насмеявшись, навывшись и
нахрипевшись вдоволь, вся эта милая компания, включая и главаря, понемногу начала
приходить в себя.
Все время, пока продолжался этот дикий вой, я стоял с трясущимися коленками и мокрой
спиной, с ужасом всматриваясь в "лица" чудовищ и все более и более укрепляясь во мнении,
что в таком отвратительном месте нормальный человек при всем желании больше суток не
протянет.
Когда наконец все немного утихло, я продолжил внезапно охрипшим от волнения
голосом:
- И чтобы доказать, что чего-то стою как воин, предлагаю устроить поединок насмерть,
ну-у-у...
В этом месте "отважный идальго" на секунду замешкался, потому что инстинкт
самосохранения упорно отказывался выдать окончание предложения. Громадным усилием воли
оторвав язык, казалось, намертво прилипший к небу, мне все же удалось закончить:
- К примеру, со Скалком...
Если до этого они смеялись , то теперь просто умирали от спазмов хохота и воя.
"Еще пара таких же удачных реплик - и, возможно, все они посдыхают к чертям
собачьим", - со злостью подумал я, пока продолжалось это безумное веселье, но, к
сожалению, на этом мое вдохновение иссякло.
В принципе, если хорошенько разобраться, их можно было понять. Со стороны все это,
наверно, действительно выглядело ужасно забавно: худой бледный юноша, бросающий вызов
Скалку - груде мяса и мышц, раза в два выше этого глупыша и как минимум раз в десять
шире. Этому монстру вполне хватило бы просто несильно стукнуть своей лапой, чтобы моя
голова треснула, как переспелый арбуз.
Фу. Как это мерзко. Воображение всегда рисовало мне самые ужасные картины в самых
ярких и насыщенных красках, как бы специально подчеркивая их реалистичность.
Когда бурное веселье банды улеглось во второй раз, Гарх, вплотную приблизив ко мне
свою оскаленную пасть, так что даже невооруженным глазом стало видно очень много острых,
ужасных и слишком давно не чищенных зубов, весело прохрипел:
- Ты предложил нам неплохое развлечение, дружок, и мы уже давно так не веселились. К
тому же впереди, как мне кажется, нас ждет еще очень много интересного, но если ты наивно
полагаешь, что Скалк позволит тебе легко умереть, то здесь, мой друг, ты глубоко ошибаешься.
Он всего лишь немного покалечит тебя, а уж потом, не торопясь, без всякой суеты вытянет все
жилы.
- О большем и мечтать нельзя, - чуть слышно ответил я, судорожно сглотнув комок,
неожиданно подступивший к горлу, и мимоходом отметив про себя, что с такой душевной
теплотой и отзывчивостью этому образцу добродетели нужно было идти работать в "Мир без
насилия" или в какую-нибудь другую благотворительную организацию.
Сказать по правде, это было несколько не то, на что я надеялся, ввязываясь в эту аферу, но
раз уж чудовища проглотили наживку, то можно было считать, хоть и с некоторой натяжкой,
что первый раунд остался за мной. Теперь оставалась, в принципе, самая малость -
прикончить Скалка - и радоваться жизни.
- Когда все это закончатся, я буду гордиться тобой, - подвел итог внутренний голос.
- У меня появился мощный стимул, спасибо за оказанную честь.
- Ах, право не стоит, и...
- Все, достаточно. - Меня начинала утомлять эта пустая болтовня.
- А по какому принципу вы выбираете палачей? - задал я неожиданный вопрос,
переключаясь на насущные проблемы и постепенно начиная более или менее контролировать
страх, холодной судорогой скрутивший внутренности. Гарх оскалился, так что моему взору
опять предстало слишком много зубов, которые, если быть до конца откровенным, начинали
меня пугать с каждым разом все больше и больше.
- Принцип? Да самый простой. Скалку эта работа нравится больше всего на свете. Он не
согласится променять ее ни на что. А насчет того, как происходит у нас вступление в
должность, так это тоже очень просто - претендент бросает вызов, и если убивает противника,
то заступает на автоматически освободившуюся должность.
- Вот она - демократия в действии, - встрепенулось затихшее было подсознание, -
идеальное общество равных возможностей и...
- Тогда для чего мне драться со Скалком за место палача, если с тем же успехом я могу
побороться с тобой за место главаря? - спросил я.
Он оскалился еще шире:
- А вот этого, к сожалению, мне не позволят мои славные ребя
...Закладка в соц.сетях
