Жанр: Научная фантастика
Тропа 4. Губитель максаров
...-то этот... Рудокоп то есть... под землей шел. Шкурой своей все на
свете ощущал, - пояснила Рагна. - Если влажный песок, значит, река. Если
несокрушимый камень, значит, горы. Если скрип и грохот над головой, значит,
дорога. А тут, куда ни глянешь, одни гряды эти проклятые! Вон одна, вон другая,
вон третья...
- Зато дорог мало,- попытался успокоить ее Окш. - Та, по которой мы едем,
наверное, единственная... Эх, была бы у нас карта!
- Эх, было бы у нас счастье! - в тон ему добавила Рагна.
- А как выглядел сам тайник?
- Ого, так я тебе сразу и сказала! - хохотнула Рагна.
- Какие между нами могут быть тайны? Чем раньше я найду завещание, тем
быстрее ты получишь свободу.
- И клинок, не забывай.
- Клинок чуть позже. После того, как мы прикончим Карглака. Так как же из
себя выглядит тайник?
- Как я понимаю, это подземная нора. И довольно просторная. Но, чтобы
попасть в нее, нужно спуститься в глубокую котловину. Когда-то там добывали
песок и щебень. А потом рудокопы избрали это место для встреч с жестянщиками.
- А как туда спуститься?
- Не знаю, как теперь, но раньше там была дорога. Вилась змейкой по
стеночкам вплоть до самого дна. А стеночки там крутые. И везде - норы, норы,
норы...
- Как же мы найдем нужную?
- Вот ее-то я сразу узнаю. Она почти у самого дна расположена, и над ней
на камне знак выбит. Странный такой...
- Какой именно? Постарайся припомнить.
- Сейчас, сейчас... - Рагна стала водить пальцем правой руки по ладони
левой. - Так... Сверху горизонтальная палочка, а от нее вниз отходят еще три.
Средняя прямая, а крайние похожи на крючки. Это тебе что-нибудь говорит?
- Надо подумать, - сказал Окш.
Он действительно задумался, потому что аналогичный знак, имевший явное
сходство с иероглифами минувшей эпохи, красовался и на лезвии его клинка. Он
становился виден только под определенным углом, а по времени исполнения был
явно моложе других узоров (уж в этом-то деле Окш хорошо разбирался). Мало
вероятно, чтобы Рагна, державшая клинок в руках всего несколько мгновений,
сумела рассмотреть этот знак. Что же, новость была неплохая. Во-первых, она
подтверждала, что загадочная нора как-то связана с клинком Адракса, а
во-вторых, позволяла надеяться, что Рагна с самого начала говорит правду.
- Мне только интересно, как слепой рудокоп мог определить точную форму
знака? - поинтересовался Окш, искоса глядя на спутницу.
- А я откуда знаю? - беспечно пожала та плечами. - Ты ведь с ними дружбу
водил, а не я. Может, на язык пробовал или носом тыкался.
- Вряд ли, - задумчиво произнес Окш. - Носа у рудокопа не было, иначе его
постоянно забивала бы земля. А язык больше походил на железное корыто. Я не раз
сиживал в нем...
- Пахнет жареным мясом! - вдруг заявила девчонка. - И вином. Правда, самым
дрянным. Где-то здесь поблизости расположен трактир. Давай заглянем туда. Я
хочу пить.
- О, небеса! Когда же ты наконец утолишь свою жажду! - взмолился Окш.
- Ах, тебе жалко пары монет! - возмутилась Рагна. - Хорошо, я сделаю так,
что хозяин угостит нас даром.
- Только этого еще не хватало! Мы ведь не нищие. Ладно, посидим немного в
трактире. Заодно и с людьми поговорим. Если эта котловина находится где-то
поблизости, кто-нибудь должен о ней знать.
Трактир хоть и стоял на отшибе, однако являлся неотъемлемой частью
небольшого захолустного поселка, целиком состоявшего из закопченных бревенчатых
хижин. Постоянные набеги мрызлов, которым подвергались более зажиточные области
страны, имели и свою положительную сторону - все старые постройки давно
выгорели и на их месте, хочешь не хочешь, приходилось строить новые, с
черепичными крышами и основательными каменными стенами.
Нравы в трактире царили самые независимые, о чем можно было судить по
тому, что никто не вышел встречать гостей и не принял их лошадей. Окшу такое
обращение было не в новинку, а вот Рагна сразу нахмурилась. Открыла пинком
дверь да так, что она осталась висеть на одной-единственной петле.
- Вот я вас сейчас... - грозно начал хозяин, чинивший возле буфета дырявый
сапог, но, увидев прибывших, сразу заткнулся.
- Вина, - коротко приказала Рагна, садясь за длинный, до блеска
выскобленный ножом стол. - И закусить.
- Заодно и о лошадях позаботься, - добавил Окш. Трактирщик, сразу
понявший, что этот день может стать последним в его жизни, засуетился, как
кошка на пожаре. Гости еще не успели распустить свои обремененные оружием
пояса, как на столе появилось и вино, и козий сыр, и соленая рыба. Униженно
кланяясь, трактирщик пообещал, что в самое ближайшее время подадут жареный
бараний бок и свежих улиток.
Рагна отхлебнула прямо из кувшина и смачно сплюнула на пол.
- Нет, это пить невозможно! - категорически заявила она. - А что у тебя
еще есть, кроме этой отравы?
- Есть один заветный бочоночек, - затараторил, трактирщик. - Дочке на
свадьбу храню. Не вино, а чистый мед.
- Неси, - распорядилась Рагна. - Окш мельком заглянул в душу трактирщика,
но не нашел там ничего примечательного - серая, беспросветная, скотская жизнь,
которую он тем не менее считал счастливой, и, поверх всего, клякса страха,
вызванного внезапным появлением двух незнакомцев (хотя что, спрашивается, могло
быть страшного в белобрысой долговязой девчонке и ее столь же молодом чернявом
спутнике, ну разве что оружие, так сейчас оружие все носят).
Вино из заветного бочонка пришлось Рагне по вкусу, а Окш обглодал бараний
бок, ценившийся у жестянщиков как деликатес. Затем он обратился к трактирщику,
близко к гостям не подходившему, но старавшемуся все время держаться в поле их
зрения:
- Приятель, у тебя карта местности найдется?
- Откуда? - Тот сделал страдальческое лицо. - У меня даже календаря нет.
Нынешнее число не знаю.
? А у кого она здесь может быть? - не унимался Окш.
- У старосты разве что. Он у нас человек грамотный. Науки изучал. В
архивариусах служил. Ему отец перед смертью дом отписал. Вот он и вернулся.
- Это тебе за угощение. - Окш положил на стол монетку, к которой потом
добавил еще две. - А это за услуги. Когда приведешь сюда старосту, получишь еще
столько же. Да только пусть он карту с собой обязательно прихватит.
Хозяин был до такой степени запуган, что даже не стал отнекиваться, хотя
поручение ему досталось не простое. Где это видано, чтобы проезжие люди
требовали на поклон к себе старосту, словно бы это был простой кузнец или
торговец мелочным товаром? Да вот спорить с этой белобрысой ведьмой и ее
приятелем, лицо которого расписано шрамами, как праздничный наряд - узорами,
трактирщик не собирался.
Видел он на своем веку немало всего, в том числе и глаза убийц, да не тех,
кто по пьянке зарезал жену или тещу, а настоящих, прирожденных убийц, которым
человека прикончить не в тягость, а в удовольствие. Вот у этих двоих были
именно такие глаза - в этом он мог поклясться.
Староста все же явился (нашел, значит, трактирщик для него какие-то
убедительные слова), хотя даже издали было слышно, как он пыхтит от возмущения.
Для пущей важности он нахлобучил на голову шляпу с кокардой Вольного
Братства (именно эта власть имелась здесь на данный момент), а на грудь нацепил
широкую серебряную цепь - символ своей должности.
Пуглив он был не меньше трактирщика (весь народ в этих краях остался
такой, непугливых давно вырезали), но умел держать себя в руках.
Едва переступив порог трактира, староста сразу понял, что гости эти (а
девчонка уж точно, здесь таких красавиц отродясь не бывало) пожаловали
издалека, скорее всего из Чернодолья, и даже если он вообще откажется говорить,
его просто наизнанку вывернут.
Как бы в подтверждение этой мысли чернявый молодец - с виду жестянщик,
только на голову выше любого жестянщика и с глазами, как стволы многозаря-док,
- дружелюбно произнес:
- Ты все правильно понял, отец наш. Проходи.
Староста что-то промычал в ответ, неловко поклонился и развернул на
обеденном столе подробную карту округи, на которой был помечен каждый ручеек и
каждое отдельно стоящее деревце. Жесткий пергамент стремился вновь свернуться в
трубку, и девчонка придавила один его край пустым кубком.
- Уважаемые гости что-нибудь ищут? - учтиво поинтересовался староста.
- У нас свадебное путешествие, - пояснил Окш. - Хотелось бы поближе
познакомиться с вашим благословенным краем.
После этих слов девчонка почему-то расхохоталась и знаком попросила
хозяина налить еще вина.
- Места у нас и впрямь замечательные, - сказал староста, стараясь отогнать
мерзкое ощущение, будто бы тебя заставляют участвовать в каком-то дурацком
розыгрыше. - Они славятся целебными источниками, чистейшим воздухом и редкими
растениями. Даже бедствия, сотрясающие эту несчастную страну, обходят нас
стороной. Живем мы просто, как жили наши деды и прадеды.
- То-то и видно, что паутину здесь последний раз еще при дедах сметали, -
сказала Рагна.
- Куда ведет эта дорога? - Окш ткнул пальцем в карту.
- Дорога, поблизости от которой вы сейчас изволите находиться, продолжения
не имеет и обрывается в Соляных горах, - ответил староста.
- Вот здесь она пересекает реку. - Окш продолжал водить пальцем по карте.
- Далеко это отсюда?
- Рукой подать.
- Мост там есть?
- Увы. Средств на строительство моста не имеем. Однако ваши лошади легко
перейдут реку вброд.
.- Так далеко мы забираться не собираемся. Меня интересует вот это место
между рекой и дорогой. Судя по тому, что сзади его замыкают горы, здесь не
бывает сильных ветров. Мы бы хотели разбить шатер, чтобы немного пожить на
свежем воздухе.
- К сожалению, здешние ветры дуют совсем с другой стороны и почти никогда
не утихают. - Лицо ста-росты стало печальным.- Да и место это пользуется весьма
дурной славой.
- Отчего же? - Похоже, Окш весьма заинтересовался этим сообщением.
- Сам-то я не местный, - замялся староста. - Хотя родился здесь, но
воспитывался и жил совсем в других краях. Недавно только вернулся. Возможно,
хозяин этого почтенного заведения просветит вас лучше меня.
- Тут и просвещать нечего, - с готовностью вступил в разговор трактирщик,
мечтавший побыстрее выпроводить опасных гостей. - Всем известно, что там вход в
преисподнюю находится. Через него демоны наружу выползают и за человеческими
душами охотятся. Сколько людей неосторожных там пропало, не сосчитать. А совсем
недавно корова сгинула. Даже копыт не нашли.
- Корова-то демонам зачем? Разве они молоко любят? - удивилась Рагна.
- А кто их знает. У демонов свои понятия. Только не советую вам туда
соваться. Лучше назад поворачивайте, пока погода подходящая.
- Все это, конечно, предрассудки, - прервал трактирщика староста. - Кроме
старой каменоломни, ничего примечательного там нет. Хотя местечко действительно
невеселое.
- А где оно на карте? - поинтересовался Окш.
- Вот это продолговатое пятнышко. Рядом с руинами мельницы.
- Хорошая, говорят, была мельница, - вновь подал голос трактирщик. - Для
всей округи муку молола. Как пудра, та мука получалась. Вот демоны и спалили
мельницу, чтоб она людям пользу не приносила.
- Давно это было? - Окш хладнокровно свернул карту и сунул в свою дорожную
сумку.
- Давновато. Моя дочка еще не родилась. А теперь уже под венец идет, -
сказал трактирщик и, словно оправдываясь, добавил: - Нет у нас календарей.
Глухие места.
- Ну ладно. - Окш выложил на стол еще несколько золотых. - Получите за
хлопоты. И будем прощаться. Может, на обратном пути опять к вам заглянем.
- Сделайте милость. - Трактирщик, у которого уже отлегло от сердца, низко
поклонился.
- Вино я забираю с собой, - сказала Рагна, вставая. - Незачем им здешних
дикарей баловать. А жениху с невестой вообще пить вредно. - Уже у самых дверей
она бросила Окшу через плечо: - А ты кончай с этими. Желательно без крови.
У трактирщика лицо вытянулось, а у старосты, наоборот, нижняя губа чуть не
сошлась с носом. Впрочем, Окш поспешил успокоить гостеприимных хозяев:
- Она пошутила. Как выпьет немного, так и начинает шутить.
- Дело хорошее. - Трактирщику не хватало воздуха, словно он только что
осилил крутой подъем. - В дороге без шутки не обойтись. Гости наши часто шутки
шутят. То фальшивую монету подсунут, то погреб разорят, то дочку заставят голой
плясать.
Окш тем временем извлек из ножен клинок и, повернув его к свету так, чтобы
стал виден загадочный знак, спросил у старосты, продолжавшего нижней губой
подбирать сопли:
- Не знаешь, случаем, что означает сие клеймо?
- Погодите, погодите. - Староста, страдавший близорукостью, прищурился. -
Такие письмена употребляли наши предки еще задолго до Великой Бойни... Если мне
не изменяет память, этот символ обозначает боевую секиру. Кроме того, он
передает такие понятиям как "месть", "мститель" и так далее, и...
- Благодарю. - Окш вернул клинок в ножны. - Память тебе не изменила. Но
бывает так, что хороша-память представляет опасность для жизни. Поэтому я
даже не спрашиваю, что для вас обоих дороже: память или жизнь.
Лошади уже нетерпеливо ржали за воротами, и Окшу недосуг было копаться в
сознании этих перепуганных людишек, выискивая клочки памяти, запечатлевшие
недавно закончившуюся встречу. Пришлось выдирать куски с запасом. Ничего не
попишешь - бедняги навсегда забудут не только события нынешнего дня, но и
добрый период своей предыдущей жизни.
Когда мрызл окончательно запутался и завел своих спутников в такие дебри,
где ни один дурак не додумался бы поставить мельницу, решено было заглянуть в
какой-нибудь населенный пункт и там навести справки. Как определил на своей
карте Хавр, ближайший поселок носил странное название Старина.
- Да-да, старина, - затряс головой глуховатый мрызл. - В старину все не
так было. Благородным максарам не приходилось самим посещать такое захолустье.
Мой хозяин Стардах, пусть ему сладко спится в могиле, только успеет что-нибудь
пожелать, а ему уже возами везут. Да и нас самих жестянщики уважали, не то что
нынче.
- Верно! - Карглак с досады огрел мрызла плетью. - Раньше они из уважения
сначала шкуру с вас сдирали, а сейчас сразу головы рубят.
Поселок, и в самом деле старый, сплошь застроенный замшелыми, вросшими в
землю избами, казался вымершим. Вполне вероятно, что его жители, издали заметив
приближение врагов (а кем, спрашивается, они могли считать мрызла?), успели
разбежаться. Пуста была и кузница, и молельня, и дом старосты. Только над
трактиром, стоявшим чуть в стороне, вился дымок.
Оставив мрызла стеречь лошадей, Хавр и Карглак вошли внутрь. Двое
находившихся там жестянщиков судя по одежде и регалиям, трактирщик и староста -
были так заняты каким-то горячим спором, что даже не обратили внимания на
новоприбывших.
- Нет, ты мне сначала скажи, как я здесь оказался? - наступал на
трактирщика староста. - Кто меня сюда заманил? Да ведь я в твой вонючий вертеп
отродясь не заглядывал!
- Откуда мне знать? - хмуро отвечал трактирщик. - Хотя сожрали и выпили вы
немало. Вон и корки от сыра, и кости от рыбы. Бараний бок будто собаки грызли.
- Да у меня зубов давно нет! На, посмотри! - возмущался староста.
- А куда делся бочонок моего самого лучшего вина? Он только что здесь
стоял.
- В глаза твой бочонок не видел! Я вино терпеть не могу! - Староста от
волнения принялся теребить свою серебряную цепь.
- Во-во! Небось залили зенки и не помните ничего.
- А ты тогда где был? Кто баранину жарил и вино наливал? - нашелся
староста.
- Кто его знает... - трактирщик с сокрушенным видом почесал затылок. -
Может, и я вместе с вами напился.
- Стану я со всяким сбродом пить! - фыркнул староста. - А деньги чьи?
- Уж если на моем столе лежат, значит, мои! - Рука трактирщика потянулась
к золотым.
- Почему твои? - Староста проворно хлопнул собеседника по ладони. - Если
вместе пили, то и денежки пополам.
- Это что еще за новый закон! - возмутился трактирщик. - Разбойник вы, а
не староста!
В этот момент в спор вмешался Хавр. Бесцеремонно оттолкнув разбушевавшихся
аборигенов в сторону, он завладел одной из монет.
- Где-то я уже такую видел, - сказал он, подбрасывая золотой на ладони. -
Кто расплачивался? Чернявый паренек со шрамами? Или кто-то из баб?
- Нет... Не было здесь никого, - пробормотал трактирщик, напуганный пуще
прежнего.
Карглак только мельком глянул на находку и перевел свой тяжелый взгляд на
жестянщиков.
- Не помните, значит, ничего? - грозно произнес он.
- Ничего, - те очумело затрясли головами. - А что мы должны помнить?
- Еще раз зададите глупый вопрос, оторву головы, - предупредил Карглак и
для пущей убедительности смял в кулаке оловянную тарелку. - Рассказывайте про
самое последнее, что вы можете вспомнить.
- Я вроде бы дома сидел. Бумаги какие-то переписывал. - Староста стал
разглядывать свою ладонь, тщетно стараясь отыскать на ней следы чернил. - И
цепи этой на мне не было...
- Я барана собирался резать. Нож точил, - добавил трактирщик. - А теперь
выходит, что баран зарезан давно. Вон, кости от него лежат... Чудеса
какие-то...
- Ты все понял? - Карглак переглянулся с Хав-ром. - Похоже, нас опередили.
У этих дураков в памяти зияют огромные дыры. Они помнят только то, что
случилось еще до моего отъезда из Чернодолья.
- Гостей было всего двое, - сказал Хавр, осматривая стол. - И уехали они
отсюда не так давно. Жир на тарелке едва успел застыть. Пошли, глянем снаружи.
Тут нам делать нечего.
Не прощаясь, они покинули трактир и принялись рассматривать человеческие и
лошадиные следы, оставшиеся на влажной от недавнего дождя почве.
- Похоже, парнишку сопровождает не мать, а дочка. - Хавр пядью измерил
отпечаток изящного сапожка. - Поели, попили и уехали.
- Да-да, поели, попили, - пробубнил мрызл. -А я не ел, не пил. Совсем
голодный. - Так и быть, поешь, - милостиво разрешил Карглак. - А то
еще ноги раньше срока протянешь.
Рассыпаясь в неуклюжих благодарностях, мрызл полез в дверь трактира, для
чего ему пришлось сначала опуститься на четвереньки. Такому посетителю
жестянщики вряд ли могли обрадоваться. И действительно - скоро в трактире
раздались истошные вопли, звон разбивающейся посуды и грохот опрокидываемой
мебели.
Шум еще не успел затихнуть, как наружу высунулась уродливая башка мрызла,
перепачканная белым соусом. Цепь, ранее принадлежавшая старосте, уже болталась
у него на шее.
- Всех можно есть? - поинтересовался мрызл.
- Всех, - брезгливо усмехнулся Карглак. - Если не подавишься. Да
поторопись.
- Я быстро, - пообещал мрызл, снова скрываясь внутрь. - Только мозги и
печенку съем. Ну, может, еще и окорока...
Спустя некоторое время, когда и поселок, и окружающие его холмы, и лес,
полностью отвечающий понятию "заповедный", остались позади, Хавр, внимательно
посматривавший по сторонам, указал плетью на обочину:
- Вон там они съехали с дороги. В отличие от нас, они действуют наверняка,
а не наудачу, - при этом он недобро покосился на мрызла, сильно отяжелевшего
после посещения трактира.
- Да-да, удача, - мрызл погладил себя лапами по брюху. - Особенно по
нынешним временам. Так хорошо, как нынче, я не наедался даже при Стардахе.
Правда, один человек вкусом напоминал конину, зато другой, подаривший мне эту
восхитительную цепь, был как парная говядина. То, что от них осталось, я
оттащил задом и присыпал землей. Если будем возвращаться домой прежней дорогой,
я еще немного перекушу.
- Назад ты вернешься только при условии. Что нам понадобятся носильщики, -
сказал Хавр негромко.
- Нет-нет! - горячо запротестовал мрызл. - Носильщики мне не нужны. Дойду
и сам. Сил пока хватает. Только крестец болит. У меня ведь когда-то хвост был.
Алебардой в бою оттяпали, да заодно и крестец зацепили.
- Послушай, он мне надоел. - Хавр, обращаясь к Карглаку, понизил голос. -
С удовольствием избавился бы от такого попутчика.
- Пусть побудет пока, - ответил максар. - Лишние руки никогда не помешают.
- А они не могут прочесть его мысли?
- Пока я рядом и контролирую его сознание,- никогда.
След двух лошадей хорошо просматривался на мокрой траве, да вдобавок Хавр
вскоре заприметил пустой бочонок из-под вина.
- Ты не говорил, что этот Окш - пьяница, - удивился Карглак.
- Как я мог забыть! - Хавр стукнул себя ладонью по лбу. - Девчонка
рассказывала, что мать угостила ее ядом, который убивает только при
употреблении внутрь воды. В замок она возвращалась не по доброй воле, а лишь
для того, чтобы получить противоядие. Судя по всему, она это противоядие
получила и теперь утоляет нестерпимую жажду.
- Эта история наводит на кое-какие размышления, - сказал Карглак. - Весть
о том, что Генобра и Рагна помирились, смущала меня с самого начала. Знаю я их
обеих, особенно мамашу. А теперь получается, девчонка действовала по
принуждению. Почему же Генобра опять отпустила ее на волю? Да еще в компании со
столь опасным для всех максаров существом?
- Скорее всего они и не спрашивали ее разрешения, - небрежно произнес
Хавр. - Задушили мамашу подушкой и начали самостоятельную жизнь. Как говорится,
из молодых да ранних.
- Ты сам не понимаешь, что несешь, - сурово прервал его Карглак. - Убить
любого из нас, а в особенности такую бестию, как Генобра, весьма и весьма
непросто. И если это удалось Окшу, значит, началось то, что когда-то предрекал
Адракс.
- Гибель максаров?
- Да! - Это было сказано так, что даже глуховатый мрызл сбился с шага. - И
здесь есть немалая доля твоей вины! Кто постоянно отвергал мои планы, предлагая
взамен свои собственные, якобы более действенные, а на самом деле
пустопорожние, как и все твои остальные затеи? Не знаю, кто ты - прирожденный
неудачник, лукавый паяц или двуличный изменник, но, если сегодня мы не
растопчем этого змееныша, тебя ждет суровая кара. Неважно, за что ты
поплатишься - за свои интриги или за нерасторопность. И не надейся, что те
жалкие фокусы, которые ты демонстрировал мне в своем логове, на этот раз спасут
тебя.
- Спасибо за откровенность, - сказал Хавр ровным голосом. - Я давно
подозревал, что ты поступишь именно таким образом. Максар всегда останется
макса-ром. Где уж мне равняться с тобой коварством. Вместо обещанных гор золота
мне сулят теперь суровую кару. Как будто это не я вывел тебя на след Окша.
Сейчас он совсем рядом с нами. Скоро ты получишь возможность лицезреть своего
врага. Но учти, дело не доведено до конца. Вряд ли тебе удастся справиться с
этой парочкой в одиночку. Однако, если ты уже не нуждаешься в моих услугах, мы
можем расстаться хоть сейчас.
- Ну уж нет! - заскрежетал зубами Карглак. - Тебе придется делом доказать
свою верность! Посмотрим, так ли ты ловок в схватке, как в словесных баталиях!
Я заставлю тебя сражаться на моей стороне, но ты всегда будешь на шаг впереди!
Не надейся застать меня врасплох!
- Лучше бы этого разговора не было, - покачал головой Хавр.
- Рано или поздно он должен был состояться! Не думай, что я глух, слеп и
не замечаю твоей двойной игры. Сейчас ты получишь последний шанс оправдаться в
моих глазах! Обещаю, в случае удачи моя благодарность будет беспредельной!
- А в случае неудачи?
- Если Окш завладеет тайнами древнего оружия, вся моя предыдущая жизнь
теряет смысл, а будущая - перспективу, - произнес Карглак уже совсем другим
тоном. - Но, уходя в загробный мир, я постараюсь, чтобы меня сопровождала
хорошая компания. А уж эту проклятую страну, - он с отвращением глянул по
сторонам, - я точно превращу в руины.
- Да-да, руины! - взвыл трубным басом мрызл. - Вон та самая мельница!
Теперь я вспомнил!
- Умерь свой восторг! - осадил его Хавр. - Он чересчур запоздал. А заодно
заткни глотку. Мы здесь не . одни.
Они медленно проследовали мимо заросших кустарником развалин. Высокий
каменный фундамент не пострадал, а от башни ветряка осталась только груда
черной трухи, среди которой, словно обглоданный позвонок великана, белел
расколотый на несколько частей жернов.
По следам, оставленным на росе лошадями Рагны и Окша, было видно, что
здесь они перешли с рыси на галоп.
- Торопятся, - сказал Карглак. - А зачем? От смерти не ускачешь...
- Придется догонять. - Хавр пришпорил коня. - Ну вот ты и дождался своего
часа, максар...
Котловина, некогда вырытая рудокопами для нужд жестянщиков, открылась
сразу, как только всадники достигли опушки молодого, реденького лесочка.
- Присядь! - цыкнул Хавр на приотставшего мрыз-ла. - И чтоб не
высовывался!
У края поляны паслись две стреноженные лошади, но Окша и Рагны нигде не
было видно. Оставив своих скакунов на попечение мрызла, Хавр и Карглак
двинулись вперед по широкому следу, проложенному в высокой влажной траве. Их
сапоги сразу промокли, а плащи и брюки облепила зеленая пыльца.
Шли они во весь рост, не таясь - из котловины заметить их невозможно, а
если юная парочка засела где-то поблизости, маскироваться было поздно.
Лошади максаров, приученные не бояться ни людей, ни зверей, ни мрызлов, на
появление новых лиц никак не отреагировали. Похоже, свежая трава пришлась им по
вкусу куда больше, чем отборное зерно, которым кормили в Чернодолье.
Хавр осмотрел вьюки и переметные сумы, но не обнаружил ничего, кроме
запаса еды, изрядной суммы денег да сменной одежды.
- Что ты ищешь? - поинтересовался Карглак.
- Парень-то наш большой затейник... Из гвоздя может кинжал сделать. Вот я
и интересуюс
...Закладка в соц.сетях
