Жанр: Научная фантастика
Академия и хаос
... что должны были найти.
Глава 15
У Гэри разболелись ноги - он слишком долго стоял. Клайус наконец закончил рассказ о
своих самых любимых статуях и ушел, а Гэри нашел диванчик и с невыразимым облегчением
опустился на него, тяжело дыша.
Ему наконец представилась возможность увидеть, как далеко зашел упадок и как далеко
он еще мог зайти. Возможность эта нисколько не радовала ученого, но он давным-давно понял,
что наилучший способ преуспеть в жизни - это извлекать как можно больше выгоды из самых
неблагоприятных обстоятельств. Гэри так хотелось вернуться к Главному Радианту и
углубиться в формулы. Люди! Как много они могли внести нежелательных изменений в ткань,
сотканную уравнениями. Они пожирали ее, подобно голодным насекомым.
Гэри обернулся к открытой двери, но крошечные мошки исчезли - проекторы
отключились, как только из зала вышел Клайус. А когда Гэри отвернулся от двери, он
обнаружил, что рядом с ним стоит низкорослый молодой слуга лаврентиец.
- Император велел мне позаботиться о вас до начала вашей деловой встречи, - сообщил
слуга, приятно улыбаясь. Его округлое, лоснящееся лицо в полумраке, царившем в зале, было
похоже на светильник. - Вы голодны? К вечеру будет подан обильный ужин, но, быть может,
вам бы хотелось перекусить сейчас - съесть что-нибудь легкое, какой-нибудь деликатес...
Приготовить вам что-нибудь?
- Да, пожалуйста, - ответил Гэри. Ему довольно часто приходилось пробовать
дворцовые угощения, и он ни за что не упустил бы возможности отведать их снова. Он и не
надеялся на такую роскошь, как поесть почти в одиночестве. - У меня суставы разболелись, -
признался он. - Нельзя ли позвать массажиста?
- Конечно! - широко улыбнулся лаврентиец. - Меня зовут Коас. Мне велено
заботиться о вас во время вашего пребывания во дворце. Вы ведь тут раньше бывали, верно?
- Да. В последний раз - во времена правления Агиса XIV, - кивнул Гэри.
- Я тогда уже жил здесь! - обрадовался Коас. - Быть может, вам прислуживали мои
родители - или даже я сам.
- Может быть, - сказал Гэри. - Помню, меня принимали очень тепло, а вот сегодня
вечером, боюсь, все будет не так уж приятно. Надеюсь, вы поможете мне расслабиться и
приготовиться к предстоящей нагрузке?
- С радостью, - сказал Коас и учтиво поклонился. - Скажите, что вам принести? Или
вы предпочли бы ознакомиться с меню? Не сомневайтесь, для приготовления пищи у нас
используются только самые лучшие продукты с других планет и из Микогена.
- Фарад Синтер - любитель микогенских деликатесов, верно? - спросил Гэри.
- О нет, сэр, - поджав губы, ответил Коас. - Он предпочитает более простую пищу.
"Значит, в Микоген он отправился затем, чтобы выудить у них все, что они могут
рассказать, - подумал Гэри. - Его интересуют тамошние легенды о роботах. Он просто
одержим!"
Сам Коас искусством массажа не владел, но вскоре в зал вошли две служанки и внесли
массажную кушетку. Гэри улегся на нее и, облегченно вздохнув, поручил себя их заботам.
Ловкие руки массажисток, их умелая работа заставили Гэри почти порадоваться тому, что он
попал во Дворец и попросил аудиенции у Клайуса.
Массажистки начали работу с ног Гэри и размяли затекшие мышцы. Каким-то образом им
удалось снять боль в левом колене, которая терзала его уже несколько недель. Затем
массажистки занялись его руками. Они мяли и дергали их, причиняя Гэри приятную боль,
которая вскоре сменялась полным расслаблением.
Во время сеанса массажа Гэри думал о привилегиях, полагавшихся представителям
имперских властей и членам их семейств. Он существовал незримо, этот бархатный капкан
власти, эта роскошь, которая влекла к тяжелой и неблагодарной работе многих довольно
талантливых и честолюбивых людей. На взгляд Гэри, Клеон I все-таки отличался изрядным
здравомыслием, и время от времени ему удавалось довольно сносно играть роль Императора.
Эту же роль пытался играть и Агис - что и привело к его свержению не без содействия
Комитета, возглавляемого Линь Ченом.
Что же касается Клайуса, то юнец купался в роскоши, не неся ровным счетом никакой
ответственности, а это открывало безграничные возможности для разрушения личности. Гэри
знал множество подобных случаев среди марионеточных лидеров различных государств,
входивших в состав Империи.
Расслабившись под умелыми прикосновениями опытных массажисток, Гэри погрузился в
воспоминания о своих встречах с арестованными диктаторами. Они происходили почти на
километровой глубине под Залом Правосудия и Имперским Судом, в тюрьме Рикериан, в
центре лабиринта самой совершенной системы сигнализации. За десятилетия жизни на
Тренторе Гэри полюбил замкнутые пространства, даже самые тесные, но тюрьма Рикериан
предназначалась для наказания и усмирения.
Многие годы потом ему снились страшные сны про эти крошечные камеры.
В одной из таких камер, где потолок нависал так низко, что едва можно было
выпрямиться во весь рост, где в полу было два отверстия - одно для отправления
физиологических потребностей, а второе для подачи воды и пищи, - где даже не было стульев,
Гэри беседовал с Николо Пасом с планеты Стеррад, кровавым маньяком, загубившим пятьдесят
миллиардов невинных людей.
У Клеона было особое чувство юмора - судя по тому, что, согласно его распоряжению,
беседу с заключенным Гэри позволили вести именно здесь, а не где-то на нейтральной
территории. Возможно, Клеон добивался того, чтобы Гэри понял нынешнее положение этого
человека, представил, что его ждет в дальнейшем, быть может - проникся к нему жалостью
или каким-то другим чувством и не свел все к уравнениям и числам. Похоже, Клеон опасался,
что Гэри способен только на это.
- Прошу прощения, что вынужден принимать вас, не имея возможности выказать
гостеприимство, - горько пошутил Николо, когда они с Гэри оказались вдвоем в тесной
полутемной камере.
Гэри ответил на эту шутку какими-то добродушными словами.
Человек, стоявший перед ним, был сантиметров на шесть ниже его ростом. Светлые,
почти белые волосы, большие темные глаза, маленький вздернутый нос, широкий рот и
небольшой подбородок. Одет он был в тонкую серую рубаху, шорты и сандалии.
- Пришли посмотреть на чудовище, - усмехнулся Николо. - Охранники сказали, что
вы - премьер-министр. Наверняка вы явились не для того, чтобы потолковать со мной о
политике.
- Нет, - ответил Гэри.
- Для чего же? Для того чтобы засвидетельствовать триумф Клеона, восстановление
порядка и удовлетворение его честолюбия?
- Нет.
- Я и не думал восставать против Клеона и узурпировать императорскую власть.
- Понимаю. Но как же вы тогда объясните то, что сделали? - спросил Гэри, решив
действовать без экивоков. - Каковы причины, побудившие вас к этому, какова была ваша
цель?
- Все говорят, что я угробил миллиарды людей на четырех планетах, входивших в состав
моей звездной системы, той системы, которую я был призван сохранять и защищать.
- Так утверждают официальные источники информации. А на ваш взгляд, что же
произошло? Только позвольте вас предупредить - я располагаю показаниями тысяч
свидетелей и другими сведениями.
- А с какой стати мне вообще тогда с вами разговаривать? - огрызнулся Николо.
- С такой, что, вероятно, то, что вы мне скажете, позволит в будущем избежать
подобных проявлений геноцида. Объяснение и понимание могли бы помочь нам предотвратить
подобные катастрофы.
- Каким образом? Будете убивать таких монстров, как я, при рождении?
Гэри промолчал.
- Да нет, как я посмотрю, вы не так глупы, - пробормотал Николо. - Наверное, у вас
на уме другое. Вы хотите, чтобы такие, как я, впредь никогда не приходили к власти.
- Возможно, - отозвался Гэри.
- А мне что с того?
- Ничего, - покачал головой Гэри.
- Значит, Николо Пасу вам предложить нечего? Даже права на самоубийство?
- Клеон ни за что не допустит этого, - покачал головой Гэри.
- Значит, мне позволено только поговорить по душам с его премьер-министром, чтобы
Клеон лучше все понял, и тем самым укрепилась его власть?
- Видимо, для вас все выглядит именно так.
- Но только не в этой дыре, - заявил Николо. - Я согласен говорить, но в более чистом
и удобном месте. Вот мое условие. Даже ядовитую змею не сунули бы в такую дыру. А я могу
многое рассказать вам: о людях и о машинах, которые выглядят как люди. Они существовали в
прошлом и будут существовать в будущем.
Гэри слушал, всеми силами стараясь сохранять бесстрастность.
- Не уверен, что мне удастся уговорить Клеона...
- Тогда ничего не узнаете, Гэри Селдон. А судя по вашим глазам, я задел вас за живое,
верно? Вам ведь ужасно любопытно, а?
Гэри вздрогнул, и массажистка, разминавшая его шею, негромко попросила его лежать
спокойно.
"Почему я не вспоминал об этом разговоре до сих пор? - спрашивал себя Гэри. - Что
еще я забыл? И почему?"
Вскоре он так напрягся, что все труды массажисток пошли прахом.
Возник новый вопрос:
"Дэниел, что ты сделал со мной?"
Тела погибших аккуратными рядами парили в кубрике самом большом отсеке на корабле,
а также в отсеке рядом с аварийным люком.
Морс Планш невольно попятился, подумав, уж не стал ли он свидетелем последствий
пыток, устроенных тут космическими пиратами. Все трупы были связаны друг с другом
веревками, чтобы не разлетались в стороны. "Кто-то позаботился о них и после их смерти".
Воздух в кубрике полнился трупным запахом. Тем не менее Планшу обязательно нужно было
сосчитать трупы, чтобы понять, стоит ли продолжать поиски уцелевших членов экипажа в
других отсеках.
Тритч предусмотрительно держалась подальше от люка. Она прикрывала белоснежным
носовым платком нос и рот, глядя на Морса покрасневшими глазами.
- Кто их сюда притащил? - спросила она, не отнимая платка от губ.
- Понятия не имею, - угрюмо буркнул Морс, натянул кислородную маску и вошел в
кубрик, чтобы произвести скорбный подсчет.
Выйдя через несколько минут, он пролетел мимо Тритч и помчался дальше по коридору в
направлении капитанского мостика. Тритч неохотно последовала за ним - только на пару
мгновений задержалась, чтобы передать по интеркому распоряжения для Трин.
- Видимо, все они погибли в течение нескольких минут, - сказал Планш Тритч, когда та
догнала его. - Получили сильнейшую дозу облучения при столкновении с ударной волной.
- Но корабль надежно защищен от облучения, - возразила Тритч.
- От потока нейтрино не защитишься.
- Нейтрино не могут причинить людям вреда. Они - как привидения.
Планш заглянул в темную кают-компанию, включил фонарь, поводил его лучом по
переборкам и мебели, но никого не обнаружил.
- Нейтрино в больших количествах - это те частицы, которые разрывают внешнюю
оболочку сверхновых, - сурово проговорил он. - При таких обстоятельствах и в таких
количествах они способны производить с материей странные и смертельно опасные фокусы, а
особенно - с организмом человека. Принюхайтесь.
- Чувствую трупный запах - там, позади, - сказала Тритч.
- Нет. Вы здесь принюхайтесь. Что чувствуете? Тритч отняла платок от носа и втянула
ноздрями воздух.
- Пахнет горелым. Но не горелой плотью.
- Верно, - кивнул Планш. - Запах очень необычный, я такой только раз прежде
чувствовал: в корабле, попавшем в поток нейтрино, но тогда это не было связано со взрывом
сверхновой. Поток шел от планеты, которая распалась на части, а ее осколки угодили в
транзитный туннель. Катастрофа произошла тридцать лет назад на одной из пересадочных
станций. Корабль попал в струю преобразованной материи. Я участвовал в его обследовании в
составе спасательной команды. Там погибли все. На корабле пахло гарью - точно так же, как
здесь. Обгорелым металлом.
- Приятная работенка, ничего не скажешь, - буркнула Тритч и снова прикрыла нос
платком.
Люк, ведущий в командный отсек, был открыт. Планш поднял руку, дав Тритч знак
подождать. Она и не подумала возразить. Мостик освещал только свет звезд, проникавший в
открытые иллюминаторы. Планш включил фонарь, провел его лучом по переборкам, креслу
капитана, дисплеям навигационных приборов. Приборы не работали. Корабль был мертв.
- Скоро у нас закончится воздух, - сказал Планш. - Уводите своих людей.
- Я уже велела им уходить, - отозвалась Тритч. - Не хотелось бы задерживаться здесь
дольше, чем нужно. Мы ничего не добьемся, если корабль не удастся оживить.
- Нет, - ответил Планш.
На мостике было пусто и довольно холодно. С губ Планша при дыхании слетали облачка
пара. Он немного продвинулся вперед, пошарил в воздухе рукой, нащупал скобы, ухватился за
них и, развернувшись, направил луч фонаря в противоположный угол. Там он увидел фигуру
человека, свернувшегося калачиком.
Планш двинулся к нему и в конце концов повис в метре от пострадавшего. То, о чем ему
говорили, оказалось правдой. Человек был жив. Он повернул голову, и Планш узнал советника
Лодовика Трему. Но о том, что тот наверняка жив, Планшу сказал не Председатель Комитета
Общественного Спасения Линь Чен.
Когда они с Тритч заметили звездолет, беспомощно дрейфующий в глубоком космосе,
первым делом Планш связался с Ченом, а потом - с другим человеком, который заплатил ему
еще более щедро, нежели Чен, - с высоким мужчиной, у которого было много обличий и
много имен и который так часто пользовался услугами Планша в прошлом.
Этот человек никогда не ошибался, не ошибся и на этот раз. "Все остальные могли
погибнуть, но не он. И его ни в коем случае нельзя везти к Чену. Нужно сообщить, что он тоже
погиб". Так он сказал.
Лодовик Трема медленно, вяло подмигнул Планшу. Тот прижал пальцы к губам и
прошептал:
- Вы как бы мертвы, сэр. Не двигайтесь, не произносите ни звука.
Затем он произнес пароль - сочетание цифр и слов, которое просил запомнить
многоликий человек. Тритч наблюдала за Планшем с порога.
- Что вы там нашли?
- Того человека, которого искал, - откликнулся Планш. - Видимо, он прожил чуть
дольше остальных, разместил их в кубрике, а сам пришел сюда и здесь умер.
Когда Планш выносил Лодовика, Тритч попыталась отшатнуться, но не сразу нашла
опору. Скрюченное безжизненное тело плыло впереди Планша на уровне носа Тритч. Она
почти инстинктивно задержала дыхание.
- Не бойтесь, - успокоил ее Планш. - От этого не так сильно пахнет. На мостике
намного холоднее.
Тритч никак не могла поверить, что они проделали столь долгий путь только для того,
чтобы забрать с пострадавшего корабля один-единственный труп. Когда они вернулись на
"Цветок зла", где Лодовик был помещен в ящик в грузовом отсеке, она принесла Планшу
бутылку триллианской "воды жизни".
Он налил себе стакан и приветственно поднял его.
- Председатель Комитета хотел удостовериться. Теперь, когда мы знаем, что этот
человек мертв и все остальные тоже, я должен доставить тело на его родную планету и
проследить за тем, чтобы его похоронили как подобает, со всеми имперскими почестями.
- А остальных просто бросить? Это как-то не по-людски. Планш пожал плечами.
- Я полученные приказы не обсуждаю.
- И с какой же планеты он родом?
- С Мэддер Лосса, - ответил Планш. Тритч недоверчиво покачала головой.
- Такая важная шишка - и с планеты, где живут презренные нахлебники?
Планш уставился на содержимое стакана и, прежде чем допить его, покачал указательным
пальцем.
- Позволю себе напомнить об условиях нашего договора, - сказал он. - Смерть этого
человека может вызвать неблагоприятные политические последствия.
- Да я не знаю даже, как его звать!
- Проговоритесь не там, где нужно, - и кое-кто сумеет догадаться и на основании того
немногого, что вам известно. Если проговоритесь - я об этом узнаю.
- Я своему слову верна и буду молчать, как рыба.
- А ваша команда?
- Уж наверное, вы знали о том, что мы - люди надежные, когда нас нанимали, -
сказала Тритч медленно, с оттенком угрозы.
- Да, но только теперь это стало гораздо важнее.
Тритч встала, взяла бутылку со столика и закрыла ее пробкой.
- Вы меня оскорбили, Морс Планш.
- И не думал. Просто проявил излишнюю предосторожность.
- Как бы то ни было, оскорбили. И еще просите, чтобы я доставила вас на планету, куда
уважающий себя человек ни за что не отправится по доброй воле!
- На Мэддер Лоссе тоже люди живут. Тритч закрыла глаза и покачала головой.
- Долго мы там задержимся?
- Недолго. Высадите меня там, а потом летите, куда вам заблагорассудится.
Тритч все меньше и меньше верила Планшу. - Больше я вас ни о чем спрашивать не
намерена, - буркнула она, сунула бутылку под мышку и ушла. По всей видимости Планш
утратил для нее всякую привлекательность, и с этих пор их отношения должны были стать
чисто профессиональными. Планш сожалел об этом, но не очень сильно. Доставив Лодовика
Трему на Мэддер Лосе, он должен был стать очень богатым человеком и больше не собирался
ни на кого работать. Он мечтал о приобретении собственного звездолета - роскошного
корабля, который можно довести до великолепного состояния, такого блеска, который и не
снился большинству капитанов Имперских судов.
Что же до этого странного человека, который согласен был томиться в гробу несколько
дней подряд, ни на что не жалуясь и ничего не прося... Чем меньше Планш будет думать о нем,
тем лучше.
Лодовик лежал в темноте неподвижно, но при этом будучи начеку. Как только он
услышал пароль, он сразу понял, что к его спасению имеет отношение Дэниел. Теперь он
должен был беспрекословно слушаться Морса Планша, и в конце концов его вернут на
Трентор.
Что произойдет с ним там - этого Лодовик не знал. Лежа в ящике, похожем на гроб, он
выполнил три сеанса самодиагностики подряд и окончательно уверился в том, что его
позитронный мозг претерпел какие-то изменения. Однако результаты самопроверки были
противоречивы.
Во избежание неполадок, которые могли возникнуть во время вынужденного бездействия,
Лодовик включил систему накладки человеческих эмоций и проверил и ее тоже. Система,
похоже, не пострадала. Он мог по-прежнему работать под видом человека среди людей, и это
немного успокоило его. Однако контакт с Морсом Планшем в командном отсеке "Копья
Славы" был слишком коротким для того, чтобы опробовать эти функции. Лучше находиться в
изоляции, пока не будет проведено более тщательное обследование.
Самое главное - ему ни в коем случае нельзя было признаваться в том, что он робот. Для
всех роботов - подчиненных Дэниела это правило являлось непререкаемым. Крайне важно
было, чтобы люди никогда не узнали о том, насколько широко распространено влияние
роботов.
Лодовик перевел уровень человеческих проявлений в фоновый режим и приступил к
полной проверке памяти. Для этого ему пришлось на двадцать секунд отключить систему
контроля за внешними движениями. Только зрение и слух остались включенными.
Именно в это мгновение что-то стукнуло по крышке ящика.
Снаружи донеслись звуки возни, скрежет металла. Тянулись секунды: пять, семь, десять...
Крышка ящика с металлическим стоном открылась. Лодовик лежал, повернув голову
вбок, и потому смутно различил очертания двух лиц людей, по очереди заглянувших в ящик.
Восемнадцать секунд. Проверка памяти была почти завершена.
- Выглядит он мертвым, - прозвучал женский голос. Проверка памяти завершилась, но
Лодовик решил не шевелиться.
- У него глаза открыты, - произнес мужчина. Это был не Морс Планш.
- Переверни его, поищи идентификационную карточку, - сказала женщина.
- Ну уж нет! Сама ищи. Это твое сокровище. Женщина растерялась.
- У него румянец!
- Радиационный ожог.
- Да нет, у него вполне здоровый вид.
- Он мертв, - буркнул мужчина. - Он уже полтора дня в этом ящике валяется. Тут же
воздуха нет.
- И все-таки на мертвеца он не похож. - Женщина наклонилась и осторожно
прикоснулась к руке Лодовика. - Кожа прохладная, но не холодная.
Лодовик медленно, плавно осветлил кожные покровы, понизил температуру тела, уравняв
ее с температурой в грузовом отсеке, и мысленно отчитал себя за то, что не сделал этого
раньше.
- Да бледный он, - сказал мужчина и решился прикоснуться к руке Лодовика. - И
холодный, как ледышка. Все ты выдумываешь.
- Мертвый он или нет, он стоит кучу денег, - сказала женщина.
- Я Морса Планша по слухам знаю, - проворчал мужчина. - Он тебе его просто так не
отдаст, Трин.
Лодовик, когда его переносили на спасательное судно, слышал имя "Трин". Так
обращались к женщине, которая, судя по всему, была помощницей капитана. А капитана звали
Тритч. Похоже, ситуация складывалась нешуточная.
- Сделай снимок, - распорядилась Трин. - Отправлю сообщение, вот и узнаем, тот ли
это, кто им нужен.
Над ящиком зависла голографическая камера и бесшумно сделала снимок. Лодовик
пытался вычислить причины такого поведения этих людей, провести экстраполяцию,
представить возможный исход развития событий.
- И потом, Тритч связана с Планшем уговором, - продолжал напирать мужчина. - А
она - честная женщина.
- Если нам удастся все провернуть, мы получим в десять раз больше того, что Планш
отвалил Тритч, - процедила сквозь зубы Трин. - Сможем купить собственный корабль и
станем свободными торговцами на Периферии. Тогда мы забудем о том, что такое имперские
налоги и инспекции. Может быть, вообще найдем работу в свободной звездной системе.
- Говорят, там чертовски опасно, - сказал мужчина. - Свобода - это всегда опасно, -
огрызнулась Трин. - Ладно. Мы пришли сюда. Взломали пломбы на крышке. Считай, уже
преступили закон. Сделай надрез на его макушке и давай заберем то, ради чего пришли.
Мужчина что-то вытащил из кармана - скорее всего скальпель. Лодовик активировал
зрение, чтобы лучше разглядеть людей в полумраке. Мужчина еле слышно выругался и опустил
руку со скальпелем в ящик.
Лодовик не мог допустить, чтобы его резали. Любое поверхностное повреждение кожи
вызвало бы у него вполне натуральное кровотечение, но стоило кому-то сделать более глубокий
надрез, и сразу выяснилось бы, что Лодовик - не человек. Лодовик быстро оценил все плюсы
и минусы возможных вариантов своего поведения и принял оптимальное решение, основанное
на имевшихся у него сведениях.
Он сделал резкое движение и крепко сжал запястье мужчины со скальпелем.
- Привет, - сказал Лодовик и сел.
Мужчину словно громом поразило. Он дернулся, взвизгнул, попытался вырвать руку,
снова взвизгнул. Глаза его закатились, на губах появилась пена.
Он продолжал вырываться, а Лодовик получил возможность лучше разглядеть, что
происходит рядом.
Трин пятилась к люку выхода. Вид у нее был напуганный, но не такой, как у мужчины,
которого не отпускал Лодовик. Лодовик оценил состояние злоумышленника и осторожно
забрал скальпель, после чего отпустил чужую руку. Мужчина охнул. Лицо его стало
бледно-зеленым.
- Три-ин... - простонал мужчина и с трудом повернулся в сторону люка.
В следующее мгновение он рухнул на пол. Лодовик выбрался из ящика и наклонился к
нему. Женщина возле люка словно окаменела.
- У вашего друга сердечный приступ, - сказал Лодовик, посмотрев на нее. - У вас на
корабле есть врач или медицинское оборудование?
Первая помощница пискливо, по-птичьи, вскрикнула и выбежала из отсека.
Клия Азгар направлялась на встречу с клиентом во Флешплее - дешевой, но довольно
популярной семейной зоне отдыха на окраине Дали, неподалеку от развлекательного сектора
Малый Калган. Здесь проходили испытания всевозможные аттракционы, которые привозили с
Малого Калгана. На них экспериментировали смельчаки, и только потом аттракционы закупали
и ставили в других секторах Трентора.
Повсюду во Флешплее горели яркие вывески. Они взбирались по стенам зданий чуть ли
не до самого купола и оповещали о новых шоу и выступлениях гастролеров, о старых любимых
спектаклях, воскрешенных в театре "Звездная Пыль", рекламировали излюбленные спиртные
напитки, стимуляторы - в том числе и запрещенные, привозимые с других планет. Клия
смотрела на неоновые струи лившихся из неоновых бутылок напитков, и ей страшно захотелось
пить.
Двадцать минут она простояла в нише возле магазина в ожидании клиента, боясь отойти
даже для того, чтобы купить стакан воды в ближайшем уличном киоске.
Клия наблюдала за толпами прохожих не только зрением и видела не только то, что
лежало на поверхности. Внешне все выглядело симпатично. Мужчины, женщины, дети
проходили мимо, одетые так, как было принято одеваться в Дали на время отдыха. Женщины
носили белые блузы, подпоясанные красными лентами, и черные брюки. Маленькие ребятишки
ходили в розовых комбинезончиках. Мужчины были одеты в черные комбинезоны более
вольного покроя, чем повседневные. И внимательное наблюдение показывало, что во всех
чувствуется странное напряжение.
В Дали существовал привилегированный класс. Это были более удачливые рабочие,
которые трудились только в дневную смену, и менеджеры - эквивалент вездесущих
бюрократов других секторов. Вот только далитанские бюрократы все как на подбор имели
угрюмое выражение лица, если только не заставляли себя улыбаться. Глаза у них были усталые,
какие-то мутные наверное, из-за бесконечных месяцев сплошных разочарований и
необходимости слишком долго собирать сумму, нужную для поездки на курорт. Клия могла
прочитать и их эмоции - в виде коротких вспышек, на более внимательное изучение она
сейчас попросту не могла отвлекаться. Она видела злобно-лиловые и желчно-зеленые язвы,
спрятанные в глубоких норах их сознания. Это были не ауры, а ямы, в глубь которых Клия
могла заглянуть только с определенного ментального ракурса.
В этом не было ничего особенного. Клия знала, какие настроения царят сейчас в Дали, но
старалась думать об этом как можно реже. Полное погружение в наблюдения такого рода ее не
только отвлекло бы, но и могло заразить. Для того чтобы сохранять форму, она должна была
держаться подальше от толп народа.
Парня она узнала сразу, как только тот появился на противоположной стороне улицы и
стал переходить дорогу. С виду он был старше Клии на год - невысокий, плотного
телосложения, с приплюснутым лицом, испещренным маленькими шрамиками на щеках и
подбородке - следами столкновения с бандитами на наиболее опасных улицах Биллиботтона.
За последний год Клия нескол
...Закладка в соц.сетях
