Жанр: Научная фантастика
Стратегическая необходимость
...т, - скривился начмед. - И никто, собственно, не знает.
Глянув на долговязую, кажущуюся широкой из-за наплечника фигуру командира,
Чечель поймал себя на
мысли, что уж он точно не может сказать, каким образом тому удается так легко
подчинять людей своей воле.
Да не просто подчинять, а заставлять их идти следом за собой - с верой и
гордостью. Хотя легко ли?..
Аннат повел их маленький отряд за хижину, левее которой обнаружилась
узкая, едва заметная в высокой
жесткой траве дорожка, когда-то выложенная неровными каменными плитками. Вскоре
дорожка свернула к
реке, и тут колдун остановился.
- Вот, - просто сказал он, указывая рукой на большой куст с шипами на
концах веток. - Самый короткий
путь к залу, где поселились золотые духи. Идемте, этот рукав не будет
долгим.
И он нырнул под куст. Последовав за ним, Ланкастер увидел наконец довольно
узкую темную дыру в
каменистом склоне холма.
"Только бы не ползком, - подумал Моня, на секунду ощутив, как похолодела
спина, - с нашим ростом
лазать по пещерам немыслимо, честное слово!"
Командир, однако, без особого труда пролез в горло подземелья, за ним в
темном провале исчезли один
за другим и солдаты. Моня пошел замыкающим.
Ход, к удивлению Виктора, оказался довольно широким, он мог идти по нему,
лишь слегка пригибая голову.
Под ногами похрустывали мелкие камешки. Стены и свод, похоже, были
обработаны чьими-то трудолюбивыми
руками - постепенно уходящая вниз нора имела чуточку искусственный вид.
Вероятно, в прошлые
столетия здесь поработали целые поколения землекопов, расширявших естественные
пещеры, чтобы иметь защиту
на случай неожиданного нападения крупных хищников.
- Аннат, а зачем тебе понадобилась Эрика? - спросил Ланкастер у семенящего
в авангарде колонны
старца.
И в этот миг неожиданно "погас" его сканер.
- Командир! Господин полковник!
Томор с трудом раскрыл глаза - выспаться последнее время не удавалось
категорически, голова просто
гудела, и час назад он рухнул прямо у себя в кабинете, даже не снимая сапог,
благо старинный кожаный диван
легко чистился, - над ним стоял дежурный адъютант с расширенными от ужаса
глазами. Одного взгляда на
него Томору хватило, чтобы мгновенно сбросить с себя сон и вскочить на ноги.
- Господин полковник, засечка!
Дежурный был совсем еще молод, войну он застал в мундирчике кадетамладшекурсника,
и настоящего
страха ему испытывать, пожалуй, не доводилось.
- Сколько? - резко спросил Томор, хватая со спинки стула свой темнозеленый
китель.
- Пока трудно сказать, они идут плотным роем, мы взяли их на пределе
разрешения, за орбитой десятой
планеты... тип не определяется...
- Понятно, понятно, - скороговоркой перебил его полковник, вылетая из
кабинета.
Его КП располагался на минус третьем этаже базы, в бывшем зале боевого
управления второго уровня
энергосистемы. Вся аппаратура была достаточно компактна, и в зале почти ничего
не перестраивали, просто
установили блоки мониторинга и вычислительные узлы. Сейчас под сводчатым синим
потолком плескался давно
забытый шум. Войдя - точнее, вбежав, - Томор привычно оценил обстановку и
коротко дернул шеей, что
означало удовлетворение. Большинство его людей были ветеранами, четко знающими
свое место и способными
работать по цели без командира. В линейной координации они уже давно не
нуждались.
- Обстановка! - потребовал Томор, плюхнувшись в свое кресло на небольшом
возвышении посреди
зала.
- Дистанция четыре и семь, скорость роя 0,9L, динамика сокращения
нестабильна, тормозят как будто
рывками, курс пока в обгон нас... - четко отбарабанил начальник штаба, - типаж
не идентифицируется. Количество
неясно, но судя по тому, что уже видно, не менее ста единиц разных
массо-габаритных категорий.
- Идут плотным роем... - задумчиво произнес Томор. - Да-а, интересные
ребята. Если они и дальше
будут так шпарить, то очень скоро мы научим их жить.
- Господин полковник, на линии... - Начальник связи взволнованно прикусил
губу и воздел к потолку
толстый сосископодобный палец с дутым платиновым перстнем.
- Кто? - не сразу понял Кертес. - Крыло? Что ты мне бормочешь?
- Эс-Бе, - хрипло сообщил связист и сделал огромные глаза.
- О боже! - Кертес почувствовал, как на лбу выступил пот. - Какой канал?
- Третий, - все так же сипло буркнул начсвязи.
Кертес прерывисто вздохнул и положил палец на нужный сенсор. Сидящие
вокруг него офицеры тревожно
переглянулись. Вокруг головы Кертеса возникла едва видимая сфера
аудиополя, и он выключился из
общего звукового фона.
- Кто-о? - властно спросили его через бездну в два десятка парсек.
- Подполковник Кертес, заместитель начальника штаба легиона. В данный
момент за командира.
- Вице-маршал Озеров... где твой командир, Кертес?
- Командир возглавляет... - Кертес замялся, не зная, как охарактеризовать
то, чем занимался в данный
момент Ланкастер, - разведывательный рейд по территории аборигенов.
- Делать ему там н-не хрен! - мрачно буркнул его абонент. - С ним что,
связи нет?
- Так точно, ваша милость. В настоящий момент он в подземельях, а тут
сплит частично экранирует...
- Пон-нял. Где твой начштаб, подпол?
- Начальник штаба в лазарете после тяжелого ранения.
- О бардак! Прямо на вас и не похоже. Ладно, Кертес, слушай внимательно.
На вас скоро повалятся
джеры. Сколько и когда - никто не знает. Но вы не бойтесь, кое-кто вас сверху
прикро...
В ушах Кертеса раздался звук, похожий на звон распрямившейся пружины, и
"дальняя" пропала, словно
ее отрезали.
В ту же секунду отказались анализировать наблюдаемую картину и все
средства дальнего поиска в дивизионе
Томора. Могучая машинерия словно издевалась над людьми, демонстрируя на
мониторах что угодно,
только не то, что от нее требовалось, - планеты вдруг поменяли орбитальные и
массовые характеристики, сотни
бороздящих систему комет ускорили свой бег до запредельных сверхсветовых
скоростей, а приближающийся
к Альдарену неприятельский рой просто растворился во всей этой чехарде.
- Дьявольщина! - выкрикнул Ланкастер, включая шлемный прожектор. - Они
опять врубили свою
сучью глушилку!
- Эта какая-то разновидность электромагнитного поля, но, что интересно,
для нас она, кажется, пока не
опасна, - отозвался из хвоста колонны Чечель, у которого имелся особый
медицинский сенсор.
- Хреновые дела, командир, - заметил сержант, идущий вслед за Виктором. -
Светом мы себя издалека
демаскируем.
- Во-первых, врубите синие фильтры, как это сделал я, - огрызнулся тот, -
во-вторых, поменьше болтайте.
Аннат, долго нам еще?
Колдун, морщась от синего луча, забившего из шлема Ланкастера - ему
самому, кажется, свет вообще
не был нужен: пока работали системы ночного видения, он бодро вышагивал в
полнейшей тьме, ни разу даже
не споткнувшись, - недовольно махнул рукой, указывая вперед:
- Скоро колодец...
По ощущениям Чечеля они прошли уже не шесть, а все шестьдесят километров.
Хоть он и был едва не
самым низкорослым офицером легиона, от необходимости пригибать шею это его не
избавляло. К тому же Моня
страшно боялся, что старый грибоед заведет их в какие-нибудь дебри, а сам
скроется, поэтому он с самого
начала включил маршрутный вычислитель и теперь при необходимости мог сразу
увидеть на забрале своего
шлема всю карту пройденного пути. Чертов Аннат - "тоже мне, бля, коллега!" -
вообще казался ему очень
подозрительным. Моня хорошо знал о чуть ли не мистической способности Ланкастера
подчинять себе людей,
но все же согласие колдуна сдать своих друзей, одаривших его какой-то особо
улетной дурью, выглядело немного
неестественным.
На стенах и потолке вокруг него время от времени попадались разнообразные
мерзкие на вид наросты,
причем некоторые из них испускали слабое свечение. Глядя на всю эту красоту,
Моня испытывал сильное желание
сорвать несколько образцов, определить среди них не самый опасный
галлюциноген и, вернувшись на
базу, заварить себе бульончик. От реальности его мутило.
Отряд прошагал еще несколько сотен метров, и Аннат неожиданно остановился.
Секундой позже, не глядя еще на колдуна, замер и Ланкастер - ему вдруг
почудилось, что под ногами
возникла какая-то слабая, еле ощутимая вибрация. Прислушавшись, он понял: да,
внизу что-то есть. Значит,
Крылатый не соврал: они почти у цели.
- Здесь начинается святой колодец Сургаан, - с придыханием сообщил он и
показал рукой куда-то
влево.
- Он выводит в зал... прямо сверху? - тихо спросил Ланкастер.
- Нет, - усмехнулся Аннат. - Колодец выходит в зал сбоку, из-под Скалы
Заветов. Не бойся, воин.
Духи не сразу увидят тебя. К тому же они не боятся никого и ничего, и я не
думаю, чтобы им пришло в голову
выставлять стражу.
- Ты пойдешь в середине, - решил Ланкастер. - Погасить свет!
Он осветил прожектором большое неровное отверстие в стене. Синий луч
выхватил из мрака какие-то не
то рисунки, не то письмена на потолке, уходящие в глубину колодца, который
опускался вниз под углом градусов
в сорок.
- Чем-то пованивает, - вдруг произнес Моня. - Я бы перешел на патроны...
- Аннату же ничего, - отозвался Ланкастер. - И индикаторы ничего опасного
не видят. Будет нужно,
загерметизируемся.
Колодец был узок, но не настолько, чтобы в нем не мог поместиться гренадер
в снаряжении. Ланкастер
нырнул головой вперед и пополз на животе, упираясь руками в шершавые стенки. Эта
святая дыра имела скорее
всего естественную природу, но и над ней немало поработали аборигены.
Вероятно, пещерный зал, находившийся
ниже, имел для них какое-то ритуальное значение.
Чечель. влезший в трубу последним, с ужасом вспомнил, что на третьем курсе
Академии у него вдруг
диагностировали клаустрофобию, причем выявилась она не на полигонах - кто бы, к
черту, стал гонять будущих
десантных врачей по канализационным трубам? - а на тестах. Тогда его даже
лечили... впрочем, как раз о
клаустрофобии лучше было не думать вовсе, ибо шлем не очень предназначен для
того, чтобы в нем блевали.
В каком-то смысле Моня даже желал бы, чтобы этот колодец оказался
подлиннее... впереди его ждал
бой, причем, что хуже всего, бой с абсолютно незнакомым противником. Моня Чечель
не зря носил свои кресты
в погоне: он давно не боялся ни людей, ни эсис, подсознательно ощущая свою
способность справиться с
врагом, даже если тот превосходил его физически, как те же трехметровые
"воспитатели". Одного такого амбала
Чечель когда-то чуть не забил ногами. Собственно, и забил бы, не подоспей
Ланкастер с Рауфом: уж больно
он был тогда разъярен. Сейчас ему предстояло стрелять отнюдь не в серокожих
гигантов, а в миниатюрных,
едва ли не жалких многоруких уродцев, рожденных на планете с сорокапроцентной
гравитацией, - для них он,
со своими семидесятью с лишком килограммами железных мускулов, оптимизированный
даже для большей,
чем единица, тяжести, выглядел настоящей машиной смерти, монстром из кошмара,
способным просто разорвать
самого сильного из них.
И все же по спине полз неприятный холодок - он не знал, чего ему от них
ждать.
Ланкастер тем временем бодро продвигался вперед. Ему здорово пригодился бы
сейчас универсальный
сканер, хотя бы для того, чтобы определиться с длиной колодца, но тот не
работал, поэтому приходилось полагаться
лишь на свои глаза. В какой-то момент он даже проклял инженеров,
напихавших в шлем кучу умной
машинерии, которую, оказывается, можно свести с ума. Имперский десантный шлем,
куда более примитивный
по возможностям, в такой ситуации его бы не подвел, ибо сублазерный ПНВ был
прост, как заклепка, и не мог
иметь собственного мнения ни по какому вопросу.
Колодец вдруг начал загибаться вправо, став почти горизонтальным, и
Ланкастер вдруг увидел впереди
слабое желтоватое свечение.
- Внимание, - тихонько произнес он. - Я первый. Стреляем во всех, кого
видим, но стараемся не попасть
в технику. Не пытайтесь влезть в рукопашную: похоже, они все в скафандрах
с усилителями.
Внезапно он почувствовал, что ползти стало намного легче. Местная
антигравитация? Очень может
быть, им тут слишком тяжело, для них наша "единица" больше "двойки", так что или
усилители, или антиграв...
Свет становился все ярче, резко проступили рисунки на стенах - впрочем,
ритуальная графика бородачей
сейчас его не интересовала. Колодец еще раз изогнулся, и впереди появился
световой овал. Выход!
...- Динамику мы просчитать не успели, но с такой скоростью они будут у
нас над головами очень скоро,
- говорил Томор. - Когда эта публика появится на орбите, я смогу стрелять
даже без сканеров, но до того
- увы...
Слушая его, Кертес делал знаки подчиненным. Боевая тревога проревела в
легионе сразу после того, как
Томор доложил о появлении противника, и сейчас все подразделения уже занимали
свои позиции. Люди действовали
четко и спокойно, как на полигоне. Обороняться им еще не приходилось, но
Ланкастер недаром стремился
выработать у своих офицеров способность к импровизации: командиры
дивизионов уже знали, кто кого
будет прикрывать. Три роты тяжелых танков высадились с носителей в лесистом
предгорье, еще одна зарылась
в джунглях на равнине, раскидав повсюду надувные камуфлеты с имитаторами
излучения волновых генераторов,
отличить которые от реального танка можно было только детектором масс.
Двадцать восемь истребителей
и почти полсотни тяжелых ударных катеров спрятались в щелях и лощинах ближайшего
горного массива, готовые
в любую секунду идти на перехват тех, кому удастся избежать поражения
зенитными средствами. Правда,
никто не имел представления о том, какую тактику изберут атакующие, но Кертес
полагал, что не слишком искушенные
в воинском искусстве джеры просто повалятся сверху, попробовав для
начала обработать базу с орбиты.
Впрочем, Томор твердо, гарантировал, что, пока у него не выйдут
боеприпасы, над всем континентом не
сможет пройти ни одна сволочь. Оставалась очень опасная возможность того, что
джеры смогут открыть огонь
по планете с большого расстояния, но те же эсис, как все помнили, так никогда не
делали, предпочитая стрелять
чуть ли не в упор - по астрономическим понятиям, конечно.
Кертес грыз ноготь, еще раз прикидывая, все ли он сделал как надо.
Ланкастер неоднократно говорил,
что хорошее подразделение должно уметь работать и без командира, но сейчас
Кертесу дьявольски не хватало
именно его - командира, - ну и, конечно, Рауфа, которого пока еще нельзя было
отрывать от койки.
А связи с командиром до сих пор не было.
Ланкастер очень осторожно высунул из дыры голову и сразу понял, что там
Аннат булькал про какую-то
скалу с заветом - действительно, колодец заканчивался под массивным каменным
карнизом, да еще и, очевидно,
в каком-то глухом углу зала. До пола было не больше метра. Все это выглядело
просто великолепно, но
Ланкастер не видел решительно ничего, кроме довольно яркого белого света,
льющегося из-под неровного края
"козырька". Не утруждая себя излишними раздумьями, Ланкастер спрыгнул вниз,
приземлившись на руки, тотчас
же улегся на серый каменный пол пещеры и прошептал:
- Пока сидим. Маркое, возьмешь на себя нашего старикана.
Он врубил боевой режим снаряжения и, став пятнисто-серым, подполз к краю
нависавшей над головой
скалы. То, что он увидел, удивило его до чрезвычайности.
"Вот черт, - пронеслось у него в голове, - и эти игрушки имеют такую дикую
мощность?!"
Посреди огромного, не менее сотни метров в поперечнике, зала с довольно
низким неровным сводом находился
небольшой бассейн, по края наполненный водой, - явно слишком правильной
формы, чтобы быть
естественным, да и аборигены скорее всего не смогли бы сделать его таким
аккуратным. Посреди бассейна из
воды возвышалось сооружение, напоминающее собой изящный садовый фонарь в виде
пагоды. Полупрозрачные
стенки его "этажей" интенсивно светились красным, и казалось, что внутри
агрегата что-то пузырится. С
трех сторон, образуя нечто вроде звезды, от "пагоды" тянулись гофрированные то
ли шланги, то ли кабели -
два из них шли к ровному ряду одинаковых ребристых блоков, а один включался в
то, что Ланкастер безошибочно
определил как главную излучающую антенну - сотни миниатюрных, не более
апельсина, золотистых
шаров, уходящие в широкое отверстие в потолке. Возле ребристых "сундуков", как
назвал их про себя Ланкастер,
стояли - нет, скорее полусидели, опираясь на нижнюю пару верхних
конечностей, три существа в облегающих
тело синих комбинезонах. На ступнях нижних конечностей, узких и
неестественно длинных, никакой
обуви, кажется, не было. Еще восемь особей сидели в полусферических креслахложементах,
выстроенных в
ряд перед антенной.
Виктор оглядел зал настолько внимательно, насколько ему позволял его
сектор обзора - впрочем, достаточно
широкий. Вдоль дальней стены тянулись одиннадцать одинаковых предметов,
напоминающих сплющенное
яйцо. Вероятно, это были временные жилые капсулы. Никакой иной
аппаратуры, кроме той, что он
увидел сразу, больше не было, а белый свет лился из нескольких сверкающих шаров,
свободно висящих в воздухе
под потолком.
- Пошли, - сказал он своим людям. - Двух постараемся живьем. Одного из
тех, что возле сундуков, и
правого из этой царственной восьмерки.
Его группа почти мгновенно высыпалась из колодца и, распластавшись под
скалой - места как раз хватило,
чтобы занять "шахматную" огневую позицию, - открыла огонь.
В принципе с этой задачей Ланкастер справился бы и сам, без солдат и даже
без Мони. Что такое поразить
девять неподвижных мишеней на дистанции в шестьдесят метров? Задача для
кадета-первокурсника. Поэтому
он даже не стал стрелять. Едва грохнул залп и он увидел, как разлетелись -
да, именно так, просто разлетелись
в клочья девять хрупких синих тел, он швырнул свое тело вперед.
И немного не рассчитал. Гравитация тут не превышала шестидесяти процентов,
поэтому, подброшенный
могучими мускулами, Виктор просто взвился в воздух, опустившись на пол гораздо
дальше от своей первой
жертвы - крайнего правого в ряду кресельных заседателей, который не успел даже
среагировать на мгновенную
и жуткую гибель своих товарищей. Прыгать вторично ему что-то не хотелось:
можно было опять промахнуться
и влететь, к примеру, в антенну, а Ланкастер не сомневался, что его
масса, даже с минусом сорока процентов,
сметет хлипкое сооружение, как рождественскую елку в детском саду.
Поэтому он скользнул (честно
говоря, работать в таких своеобразных условиях ему приходилось лишь раз или два
- на тренажах) по полу и
вмиг выхватил невесомое тельце из мягкого кресла. Второго аккуратненько зацепил
Моня.
- Выключить!!! - взревел Ланкастер, глядя в золотисто-желтые, с крохотными
точечками зрачков глаза
джера.
Его жертва издала вдруг пронзительный, режущий уши писк, содрогнулась и
повисла у него на руке.
Зрачки вспыхнули напоследок и медленно погасли, исчезнув совсем.
- А, черт... - удивленно замычал Ланкастер, - Моня, он что, сдох?
- Неси его сюда, - распорядился Чечель. - Мой, гад, вырывается. Тихо ты,
сволочь!
Чечель держал своего пленника за верхнюю часть торса, между первой и
второй парой "рук", а тот то
обвивал его кисть своими "усами", то начинал сучить коротенькими ножками,
пытаясь его ударить. Неожиданно
и он пискнул - правда, не в пример тише первого, и обвис поломанной куклой.
- Да что за черт? - Моня опустил трупик на пол и распахнул медбокс. -
Дьявольщина, и вправду
мертв...
- Это не может быть подобием анабиоза? - тревожно спросил Ланкастер.
- Да нет, он труп, это точно. У него отсутствуют признаки
жизнедеятельности мозга... точнее, остаточные,
как обычно.
- Проклятье, а я так надеялся получить "языка"! Ну что, давай глушить
аппаратуру.
- А ты уверен? - тревожно спросил Моня, оглядывая странную машинерию.
- А что тут такого? В бассейне явно генератор, причем видишь, какие они
хитрые парни: не только вода
им нужна была, они еще и прямиком в пласт сплита влезли. Ты видишь, что у тебя
на индикаторе?
- Точно, фонит. Не очень, но все же лучше отсюда убираться по-быстрому.
- Ну... значит, сперва нужно лишить все это добро энергопитания. Значит,
отстрелим от него волноводы!
- Ой, командир!..
Договорить Моня не успел - Ланкастер вскинул "Боргвард" и тремя выстрелами
практически мгновенно
перерубил гофрированные "кабели", тянувшиеся от "пагоды". Раздался резкий
треск, неожиданно запахло
горелым пластиком, но ничего страшного не произошло, если не считать того, что у
всех разом заработали сканеры,
а в ушах Ланкастера забубнил усталый голос дежурного офицера связи:
- База вызывает командира... база вызывает командира...
- По-моему, - вдруг сказал Моня, вновь глядя на своего покойника, - они
оба померли от стресса.
Никогда такого не видел!
3
- Мать моя!
После того как вдруг, совершенно неожиданно для всех присутствовавших на
КП, снова заработала аппаратура
наведения - полковник Томор едва не вылетел из своего кресла.
- Да они сумасшедшие!!! Огонь по готовности!
Секундная тишина, вызванная невероятным удивлением, взорвалась множеством
голосов.
- Дистанция пятьсот сорок три тысячи, скорость... динамика торможения...
- Сто тринадцать целей, построение типа "рой", вынос по иксу шестьсот
тысяч метров, по игреку -
двести двадцать! Восемнадцать типов, флагман не определяется!
- Угловое склонение двенадцать на плюс тридцать четыре!
- Первая батарея к открытию огня готова!
- Вторая батарея... готова!
- Третья батарея...
- Первая - по четверке наиболее крупных, по две свинки в каждого - пли!
И первый офицер старта отрепетовал команду, перекинув на своем пульте
небольшой ярко-красный рубильник.
То, что они сейчас видели на мониторах, не укладывалось в голове, а ведь
все - опытные зенитчики, навидавшиеся
всякого. Но представить себе, чтобы сто тринадцать кораблей различных
типов вытормаживались
на дистанции в полмиллиона километров от атакуемой планеты плотным, борт к
борту, и казавшимся совершенно
хаотическим "роем", было просто невозможно. Да еще и чуть ли не над самыми
антеннами противодесантного
дивизиона!
- На что они тут рассчитывали, эти кретины? - успел удивиться Томор.
За время, которое потребовалось ему для того, чтобы произнести эту фразу,
ракеты первой батареи преодолели
плотный покров атмосферы и, ничем более не сдерживаемые, рванулись к
своим целям. Впрочем,
"рванулись" - это не то определение. Их маршевые двигатели проработали менее
полусекунды. Этого времени
им хватило на то, чтобы головки подтвердили уверенный захват, и не успел еще
Томор закрыть рот, как восемь
его любимых "свинок", раскрашенные желто-синими полосами, проскочив на
экстенсивном сверхсвете всю
дистанцию, влипли в четверку наиболее крупных сигарообразных кораблей, которые
шли в передней части роя.
Первый исчез в яркой беззвучной вспышке, но три других оказались покрепче.
Одному начисто снесло
корму, и он, закувыркавшись, провалился в глубь строя, второй получил две
громадные пробоины тоже в районе
кормы, но, судя по всему, его двигательные системы не встали окончательно и
он сохранил стабильный
ход, четвертый получил всего одну ракету, которая в куски разворотила его нос,
но тоже остался в строю. Последняя,
восьмая ракета, почему-то проскочившая мимо цели, прошла чуть дальше и
в пыль разнесла относительно
небольшой яйцевидный аппарат, двигавшийся чуть левее. Секундой позже в
глубине роя вспух густожелтый
взрыв - это цель номер два, хаотически крутившаяся среди плотного скопища
своих собратьев, влипла
в чей-то борт.
- Крепкие однако, гады, - с некоторым удивлением произнес главный инженер
дивизиона - так,
словно олухи, не имеющие элементарных представлений о тактике десантного
соединения, и корабли должны
были строить из бумаги.
- Беглый огонь! - распорядился Томор, с трудом сохраняя хладнокровие.
Видимо, командир джеров все же понял, что сто грамм ему тут не нальют, и
принялся шевелить мозгами.
Рой вдруг развалился на несколько отдельных групп, которые, резко набрав
скорость, помчались в разные стороны.
На экранах вычислителей замелькали стремительно меняющиеся цифры и графики
данных стрельбы. Все
три батареи, не теряя времени - ясно было, что большинство джеров сейчас рванет
на ночную сторону, а там
их ракеты не достанут, слишком медлительны они в атмосфере и слишком недолго,
меньше секунды, работают
их марш-моторы, - выстрелили, и каждая "свинка" сумела найти свою цель.
- Уходят в ночь! - крикнул первый офицер наведения.
В батареях выли, вздрагивая от напряжения, приводы автоматов перезарядки,
подавая на трубчатые направляющие
новые сорокаметровые сигары с острыми, вытянутыми носами - "колпачки"
не уступали по
прочности броне тяжелого звездолета, да иначе и быть не могло, ведь при
прохождении атмосферы они принимали
на себя совершенно чудовищные температуры и давления.
- Первый пораженный вошел в верхние слои атмосферы, - бесстрастно доложил
второй офицер целеуказания.
- Держит глиссаду, упадет в океан. Второй вошел... траекторию не
держит... отошли фрагменты...
- Высадочные средства? - быстро перепросил То-мор, поворачиваясь к
соответствующему монитору.
- Не думаю... нет, это именно фрагменты, в основном обшивка. Третий вошел...
держит глиссаду, падение...
черт, рядом с нами! Вошел непораженный! Второй непораженный!
На последних метрах древнего колодца, через который их вытаскивали
десантники, уже упираясь руками
в гладкие от влажности булыжники, которыми были выложены его стенки ближе к
поверхности, Ланкастер
услышал далекий тяжкий рев и почувствовал, как все вокруг содрогнулось от
жуткого атмосферного удара.
Едва его голова показалась над камнями, в затылок ударил тугой порыв ветра, едва
не сваливший генерала обратно
в Зал Суригатта, превращенный в саркофаг для непрошеных гостей.
- Все, - сказал он, прыгая на траву, - Томор начал разгром. Сейчас мы
увидим интересное шоу. Вот,
Аннат, ты и дождался: к нам пожаловали друзья тех, - Ланкастер указал пальцем на
узкий каменный курган
над колодцем, - твоих приятелей.
В глазах колдуна появился страх. Он дернул себя за бакенбарды и пропел
какое-то длинное слово -
транслинг почему-то решил оставить его без перевода.
- Сейчас увидишь, что с ними бу
...Закладка в соц.сетях
