Жанр: Научная фантастика
Сожгите всех
...ами король упирается в ворота вместе с остальными подданными.
Услышав, что опасность миновала, он пытается опустить руки, но у него не получается: от долгого
напряжения они затекли.
У лошабака тоже затекли конечности. Отойдя в сторону, он начинает вращать короткой шеей, а
потом всем телом, одновременно пританцовывая на месте. Его косточки издают сухое пощелкивание.
Честно говоря, если бы не он, минипутам вряд ли удалось бы сдержать натиск воды. Так что
неудивительно, что у лошабака сильно ломит спину.
Не в силах опустить руки, король по-прежнему стоит у ворот. Он чувствует себя смешным и
одиноким.
- Отец, ворота можно отпустить, они устояли! - напоминает ему дочь. Вид подпирающего
ворота короля ее забавляет.
Шум воды постепенно стихает, исчезает, словно дурное воспоминание. Миро открывает
смотровое окошко, расположенное на уровне его мордочки, и выглядывает наружу.
- Вода ушла! Мы спасены! - кричит крот.
Новость встречена с невиданной прежде радостью, сотни крохотных шапочек взлетают в воздух,
повсюду слышатся радостные крики, песни, возгласы. Все ликуют по случаю избавления от грозной
опасности.
Селения бросается в объятия отца. От радости она вновь чувствует себя маленькой девочкой.
Крупные слезы, только что градом катившиеся по ее щекам, мгновенно высыхают, и она смеется
и радуется вместе со всеми.
Барахлюша буквально распирает от гордости: сколько минипутов восхищаются его рассказами!
Многие рвутся пожать ему руку. Геройское настроение Барахлюша омрачает только необходимость
то и дело говорить "спасибо".
Миро добродушно взирает на всеобщее веселье, но на душе у него кошки скребут. Подойдя к
нему, король кладет ему руку на плечо. Ему известно, какое горе гложет Миро и мешает ему
насладиться праздником.
- Как бы мне хотелось, чтобы мой маленький Мино радовался вместе с нами! - вздыхает
Миро.
Сочувствуя другу, король еще крепче обнимает его за плечи. Больше он ничего не может
сделать; сказать ему тоже нечего. Любые слова сейчас будут лишними.
Внезапно раздается глухой громоподобный звук, и ликующая толпа замирает. Земля под ногами
минипутов содрогается, и праздничного настроения как не бывало. Ликование сменяется страхом.
Перепуганные минипуты в панике разбегаются кто куда.
Подземные толчки усиливаются, с купола падают куски земли, оставляя после себя воронки, как
после бомбежки. Жители столицы уверены, что это Ужасный У обрушил на них свою месть, и
прячутся в дома и укрытия.
Кто, кроме ужасного У, мог разрушить земляные своды над городом?
От сильнейшего толчка сверху обрушивается огромный камень.
- Осторожно! - кричит Миро.
К сожалению, его предупреждение запоздало. Оставшиеся на площади минипуты, из числа
особенно любопытных, шарахаются в стороны. Сорвавшийся сверху камень, подняв тучи пыли,
уходит глубоко в землю.
Удар его от столкновения с землей был так силен, что король сел там, где стоял.
Толчки прекращаются, и в образовавшуюся в своде дыру опускается огромная полосатая труба.
Король не верит своим глазам. Что еще этот дьявол Урдалак сумел изобрести?
Стенки трубы прозрачные, и, подойдя поближе, сквозь них можно разглядеть, как внутри по
отвесной стене скользит вниз какой-то темный шарик.
- Слеза смерти! - восклицает Барахлюш.
Слова его разносятся с быстротой огонька, бегущего по пороховой дорожке, и паника становится
всеобщей. Только Селения не поддается общему смятению. Глядя на большую полосатую трубу, она
мучительно вспоминает, где она видела такую штуку.
- Это же соломинка для коктейля! - неожиданно расхохотавшись, восклицает она. -
Соломинка Артура!
Шарик тем временем съехал по вертикальной стенке до самой земли, упал и покатился в сторону.
Остановившись, он повертелся на месте, развернулся и превратился в маленького кротенка. Это
Мино, он стоит и выплевывает набившуюся в рот грязь.
В передних лапках он держит могучий меч Селении.
- Мой сын! - восклицает счастливый Миро.
- Мой меч! - радостно восклицает Селения.
Миро бросается к кротенку и сжимает его в объятиях.
Убедившись, что опасность миновала, народ минипутов вновь начинает ликовать.
Король подходит к Миро и Мино, приклеившимся друг к другу, словно зверюшки моль-моль.
- Все хорошо, что хорошо кончается! - с облегчением произносит он. - И все же жаль, что
приключение завершилось.
- Еще не завершилось! - уверенно отвечает Селения.
Покинув короля и кротов, все еще держащих друг друга в объятиях, она направляется в центр
площади, где лежит древний камень. Взмахнув мечом, она делает выпад, словно хочет проткнуть
камень насквозь. На миг твердая глыба превращается в мягкое желе, впускает в себя клинок и вновь
смыкает свои каменные объятия. Отныне никто больше не потревожит пленника.
Селения с облегчением вздыхает. Бросив взор в сторону отца, она видит, как тот одобрительно
кивает. Селения не скрывает своей радости: значит, она правильно поняла его намек! Пережитое ею
приключение научило ее многому, но, главное, оно наделило ее качеством, необходимым не только
принцессе или правителю, но и каждому минипуту и человеку. Качество это называется мудростью.
Дело сделано. Соломинка медленно поднимается вверх и вскоре исчезает в отверстии купола.
ГЛАВА 16
Артур берет трубочку и внимательно ее осматривает, желая убедиться, что Мино успел ее
покинуть.
- Йес! - радостно кричит он, видя, что соломинка пуста.
Подобрав нужного размера камешек, он аккуратно затыкает дыру, проделанную соломинкой, и
берет блюдце с рубинами.
Самое время: сокровищам давно пора появиться на сцене, ведь Арчибальд уже исчерпал свою
фантазию, придумывая различные отговорки, чтобы выиграть время. Руки у него по самые локти
вымазаны в чернилах, но он по-прежнему продолжает нещадно теребить ручку, которую только что
на глазах у всех ухитрился разобрать на составные части.
- Невероятно! Эта ручка никогда меня не подводила! А сегодня, когда мне надо подписать
важные бумаги, она вдруг предательски потекла! - объясняет дедушка; сейчас он гораздо более
многословен, чем обычно. - Эту ручку подарил мне мой швейцарский друг, а, полагаю, вам
известно, что швейцарцы славятся не только своими часами и шоколадом, но и превосходными
самопишущими авторучками!
Терпение Давидо тает с каждой секундой. Выдернув из кармана пиджака дорогой "Паркер", он
сует его дедушке под нос.
- Держите! Это тоже неплохое перо! А теперь подписывайте! Мы и так потеряли достаточно
времени!
Он больше не потерпит ни единой отговорки, ни единого отвлекающего маневра. Во взгляде
Давидо серой сталью сверкает решимость.
- А?.. О, да... Конечно... разумеется! - бормочет Арчибальд, лихорадочно пытаясь придумать
очередную отговорку.
Чтобы выиграть хотя бы несколько секунд, он с восхищением разглядывает предложенную ему
ручку.
- Великолепно! А... а пишет хорошо? - задает он первый пришедший ему в голову вопрос.
- Попробуйте и увидите! - весьма нелюбезно отвечает Давидо, не упуская возможность
напомнить Арчибальду, чего, собственно, от него ждут.
Тот понимает, что тянуть дальше некуда. И подписывает последнюю бумагу.
Давидо буквально вырывает ее у него из рук и кладет в папку.
- Наконец-то! Теперь вы являетесь законным собственником дома! - бодрым тоном
произносит он.
- Превосходно! - радостно соглашается Арчибальд, прекрасно зная, что все не так просто, как
кажется на первый взгляд. Он подписал кучу бумаг, однако главного документа ему так до сих пор и
не показали.
- А теперь деньги!... - протягивает руку Давидо.
Для Арчибальда это последний шанс. Собственником дома он сможет стать только после того,
как уплатит надлежащую сумму или же предъявит доказательства, что располагает нужной суммой и
внесет ее в ближайшее время. А денег у него нет. Дедушка растерянно улыбается полицейским,
выстроившимся за спиной Давидо, словно просит их помочь ему. К несчастью, стражи порядка
ничем не могут ему помочь.
Давидо чувствует, что ветер, наконец-то, подул в его сторону. Чудо уже случилось: в самый
последний момент, когда развязка была совсем близка, появился этот упрямый старичок с внуком.
Трудно поверить, что чудо, явление само по себе крайне редкое, может случаться дважды в день.
Открыв папку, Давидо собирает все подписанные Арчибальдом бумаги в стопку и готовится
разорвать их.
- Раз денег нет... нет и документов на дом! - заявляет гнусный негодяй, полагая, что теперь-то
назойливый старик не выкрутится.
В эту минуту распахивается дверь, и взоры присутствующих устремляются на вновь прибывшего
- того, кому отведена главная роль в этой истории. У всех, включая Давидо, в глазах читается
вопрос: неужели все их старания оказались напрасны? Хотя, конечно, каждый по-своему старался... И
все по-прежнему ждут чуда. В отличие от Давидо, бабушка уверена, что если свершилось одно чудо,
за ним непременно должно последовать другое.
В данном случае роль чуда отведена главному герою, маленькому и очень вежливому мальчику.
Войдя в гостиную, этот мальчик тщательно вытирает ноги и не забывает надеть тапочки.
Маленький вежливый мальчик - это Артур. Впрочем, это все уже и так поняли. Он неспеша
подходит к столу, за которым сидит дедушка, ожидающий его появления не меньше, чем Второго
Пришествия, и аккуратно ставит перед Арчибальдом блюдце с рубинами.
Бабушка изо всех сил сдерживает свою радость, Давидо, напротив, изо всех сил старается снова
научиться дышать.
Артур обводит окружающих веселым взглядом и улыбается. Он счастлив.
Арчибальд ликует. Настал его черед посмеяться над Давидо!
- Итак!... - произносит он, глядя на рубины. - Как гласит заповедь номер пятьдесят, "будь
точным при расчетах, и никогда ни с кем не поссоришься".
Выбрав самый маленький рубин, он протягивает его Давидо.
- Вот, это вам, теперь мы в расчете! Полагаю, вам известно, что такой глубокий красный цвет
встречается в природе крайне редко, - добавляет он, с безмятежной улыбкой глядя на
перекошенную физиономию нечистоплотного дельца.
Оба полицейских с облегчением вздыхают. Такая развязка им явно по вкусу.
Бабушка ставит на стол маленькую шкатулку для драгоценностей и, взяв блюдце, ссыпает в нее
рубины.
- Вот более надежное место для хранения драгоценных камней... А это блюдечко я ищу уже
четыре года, оно было взято из-под моей чашки и куда-то запропастилось! - насмешливо добавляет
она, забирая блюдце.
Арчибальд и Артур тихонько смеются. Но Давидо не до смеха. Давидо почему-то даже не
улыбается.
- Месье, позвольте с вами распрощаться! - вставая с места, вежливо говорит Арчибальд,
указывая Давидо на дверь.
Кажется, у коммерсанта отнялись ноги, и он никак не может встать.
Желая поскорей завершить столь неприятно начавшееся и столь удачно закончившееся дело, оба
полицейских, отдав честь бабушке и дедушке, направляются к двери, жестом приглашая Давидо
следовать за ними - так сказать, прокладывают ему дорогу. Но на него пример полицейских не
действует. У него внезапно дергается один глаз, потом другой, а потом он принимается часто-часто
моргать обоими глазами. Говорят, именно так начинается нервный тик, от которого рукой подать до
психушки.
Как известно, от безумия до ненависти всего один шаг, и у Давидо есть все шансы этот шаг
сделать. Он и делает. Распахнув пиджак, он выхватывает из-за пояса пистолет времен Второй
мировой войны и, подражая нехорошим героям боевиков, кричит:
- Всем стоять, не двигаться!
Полицейские еще не успели покинуть гостиную. Услышав крик, они хватаются за пистолеты. Но
безумец опережает их.
- Я же сказал: всем, без исключения! - кричит он еще более громко и властно.
Все, кто собрались в эту минуту в гостиной, застывают в тех позах, в которых их застал окрик
Давидо. Никто из присутствующих не подозревал, что негодяй может решиться на такое.
Пользуясь всеобщим замешательством, Давидо хватает шкатулку и сует ее себе в карман.
- Так вы, значит, для этого хотели заполучить наш сад? - спрашивает Арчибальд, начиная
понимать, что к чему.
- Да! Именно для этого! Чутье меня не обмануло! - усмехается Давидо, обводя безумным
взором комнату.
- Откуда вы узнали, что в саду зарыт клад? - спрашивает дедушка. Ему очень хочется отгадать
эту загадку.
- Да вы же сами мне об этом сказали, старый вы забывчивый осел! - нервно хихикает Давидо,
направляя на дедушку пистолет. - Помните, как-то раз, когда мы с вами сидели в баре "Две реки",
- кричит он, явно испытывая потребность выпустить накопившийся в нем пар, - вы стали
рассказывать ваши любимые байки про мосты и туннели, про маленьких и больших африканцев?
Тогда вы и рассказали мне про сокровища! Про рубины, которые вы привезли из Африки и
старательно зарыли в саду. Вы так старались получше их спрятать, что сами забыли, где закопали!
Вы тогда очень смеялись, а я плакал, плакал долго, много ночей подряд! Я глаз не мог сомкнуть,
зная, что вы мирно почиваете на сокровищах, которые вам не нужны! Да, не нужны, раз вы даже не
помните, где вы их спрятали!
- Простите, что я невольно потревожил ваш сон, - о-о-очень вежливо замечает Арчибальд.
- Ладно, забудем прошлое! Теперь я отосплюсь за все бессонные ночи, ведь сокровище-то у
меня! - заявляет Давидо, отступая к выходу.
- А знаете, Давидо, вам мешало спать не сокровище, а жадность.
- Моя жадность вполне удовлетворена, и теперь я буду спать спокойно! Отправлюсь спать на
Канарские острова! В Африке слишком жарко, мне это не подходит! - отвечает негодяй, не видя,
что за его спиной пятеро матассалаи с копьями наизготовку только и ждут, когда он упрется в их
острые наконечники.
- Не в деньгах счастье, Давидо, это одна из первейших заповедей, и вы скоро в этом убедитесь!
- говорит Арчибальд, с грустью глядя на несчастного безумца, готового угодить в расставленную
им же самим ловушку.
Когда все пять копий упираются в спину беглеца, тот понимает, что удача окончательно от него
отвернулась. Так в считаные секунды грозовые тучи затягивают безоблачное небо. Давидо стоит,
боясь пошевелиться, и полицейские, воспользовавшись его испугом, отбирают у него оружие. Вождь
матассалаи извлекает из кармана Давидо шкатулку, а полицейские надевают на него наручники и
ведут к выходу.
Они не дают ему сказать ни слова. Даже "до свидания".
Вождь подходит к Арчибальду и вручает ему шкатулку.
- В следующий раз убирай, пожалуйста, получше свои подарки! - говорит он, расплываясь в
широченной улыбке.
- Обещаю! - весело отвечает Арчибальд. Он навсегда запомнит преподнесенный ему урок.
Артур бросается бабушке на шею и с полным правом получает заслуженную порцию ласки и
восторгов.
Тем временем мать Артура получает оплеухи, беззлобные, но все же оплеухи. Это единственный
способ разбудить ее. Когда же она, наконец, открывает глаза, супруг, приподняв ее за плечи, минут
пять трясет ее как грушу. Первое, что она видит, когда пробуждается окончательно, это Давидо в
наручниках и полицейских, которые сажают его на заднее сиденье своей машины. Мать хмурится:
она уверена, что ей опять снится дурной сон.
- Сейчас тебе лучше, дорогая? - вежливо спрашивает ее супруг.
Она не отвечает. Пристально глядя на полицейский автомобиль, она ждет, взлетит он в небо или
не взлетит.
Машина рвется вперед и, оставляя за собой густой шлейф пыли, уносится, но не на небо, а по
дороге в сторону города.
Значит, она не спит, и все, что вокруг нее, это, бесспорно, реальность.
- Я чувствую себя прекрасно! - с некоторым опозданием заявляет она, поднимаясь и
разглаживая складки на платье. Бросив взгляд в окно, она видит многочисленные ямы, вырытые ее
супругом.
- Все прекрасно! - произносит она, словно ничего не случилось. Крыша ее из-за
многочисленных падений съехала набекрень и еще не успела принять исходного положения. -
Сейчас я тут приберусь немного! - говорит она, словно речь идет об уборке на кухне.
Она мчится в сад и, схватив лопату, принимается закапывать ямы.
Супруг смотрит на нее и беспомощно разводит руками. В конце-концов он вздыхает и садится на
край одной из ям. Остается только ждать, когда крыша его жены встанет на место.
А пока... не будем ее останавливать! Ведь кто-то же должен их закопать! Вот и он не
препятствует жене утрамбовывать землю в яме, которую она только что старательно засыпала.
Со времени необыкновенного приключения Артура прошла целая неделя. Сад обрел почти
прежний вид, перед крыльцом и на стоянке насыпали свежего гравия, заменили расколовшиеся
плиты на дорожках.
Словом, все по-старому, не считая запаха. Сегодня из окон кухни вырывается густой запах
съестного.
Бабулечка приподнимает крышку у кастрюльки и наслаждается несравненным ароматом.
Содержимое кастрюли тушится уже несколько часов, и с каждой минутой запах становится все
вкуснее - именно поэтому Альфред смирно сидит в кухне возле самой плиты.
Бабушка опускает деревянную ложку в кастрюлю, зачерпывает и краешком губ пробует
содержимое. При виде того, как на лице ее появляется довольная улыбка, становится понятно, что
блюдо удалось. Готово.
Старушка хватает две тряпки, с их помощью подхватывает кастрюлю за ручки и несет в
гостиную. Ее встречает дружный гул голосов голодных родственников и гостей.
- О-о-о!! М-м-м!!! - раздается со всех сторон довольное урчание.
Арчибальд раздвигает бутылки, освобождая место для кастрюли, издающей поистине
божественный аромат.
- О! Шея жирафа! Мое любимое блюдо! - восклицает Арчибальд. Его дочь, мать Артура,
тотчас начинает испуганно вращать головой, но супруг мгновенно это пресекает.
Мать успокаивается. Надо сказать, она по-прежнему немного не в себе.
- Шучу! - восклицает Арчибальд и берет бутылку с белым вином. - Вот, держи, дочь моя!
Выпей стаканчик: капелька белого вина еще никогда никому вреда не приносила! - говорит
дедушка, наполняя бокал матери Артура.
Он хочет налить и пятерым матассалаи, но те вежливо отказываются.
Ни один из двух полицейских не собирается следовать их примеру.
- Полицейские всегда готовы оказать услугу, особенно когда требуется помочь распить
бутылочку доброго винца, - шутит один.
Шутка приводит всех в хорошее расположение духа, а дедушка даже закашлялся от смеха.
Бабушка шлепает его по спине и в перерыве между шлепками протягивает ему стакан с вином.
Дедушка берет его и залпом, на одном дыхании, выпивает. Кашель прекращается, и он знаками
просит жену перестать колотить его по спине. Затем он берет бутылку и смотрит на этикетку. Это
белое вино из погреба самого Арчибальда. Крепость измеряется десятками градусов. Такое вино
может зажечь пожар не только в дыхательных путях, но и в мозгу. Теперь понятно, кто научил
минипутов готовить Огненный Джек!
Бабушка раскладывает кушанье по тарелкам, и комнату заполняет аромат мяса по-бургундски.
На тарелках лежат солидные порции, и все ждут, когда же, наконец, хозяйка дома сядет и все
приступят к еде. Последняя тарелка наполнена, но один стул все еще пустует.
- А где же Артур? - спохватывается бабушка. Поглощенная обязанностями хозяйки дома, она
не заметила, как мальчик сбежал.
- Он отправился мыть руки, - убежденно говорит дед. - И сейчас придет.
Бабушка понимает, что дед и внук снова в сговоре.
- Всем приятного аппетита, - произносит Арчибальд, стараясь отвлечь внимание
сотрапезников от внука.
- Приятного аппетита! - говорят друг другу собравшиеся и принимаются с аппетитом
поглощать мясо по-бургундски.
Разумеется, Артур и не думал идти мыть руки. Взбежав по лестнице на второй этаж, он
потихоньку проник в бабушкину спальню и снял с гвоздя уже известный нам ключ. И теперь он,
озираясь по сторонам, на цыпочках движется по коридору, надеясь, что за ним не последует
Альфред. Но вокруг все спокойно. Когда подают мясо по-бургундски, Альфред обычно не отходит от
стола дальше, чем на метр.
Артур подходит к дедушкиному кабинету, и несмотря на табличку на двери, гласящую, что вход
воспрещен, вставляет ключ в замочную скважину.
В кабинете вновь все как прежде. Письменный стол занял свое привычное место, каждая
безделушка, каждая маска нашли свой гвоздик. И всюду громоздятся книги.
Подойдя к письменному столу, Артур приветствует его, словно старого приятеля. Ласково
погладив столешницу из черешневого дерева, он проводит рукой по большому чемодану из
буйволовой кожи, касается каждой маски. Прежде, до случившихся с ним невероятных приключений,
он очень любил играть с этими масками. Теперь он взирает на дорогие его сердцу вещицы не только
с нежностью, но и с грустью. Ему очень не хватает его новых друзей.
Он подходит к окну, распахивает его, и в кабинет врывается теплый летний воздух. Опершись
локтями о подоконник, Артур со вздохом смотрит вниз, на большой дуб, возле которого по-прежнему
стоит садовый гном. В вышине, в голубом летнем небе скромно висит тонюсенький серпик луны,
стыдливо побледневший от яркого света солнца.
- ... Больше девяти лун, Селения... больше девяти лун... - тихо произносит Артур. И всем
понятно, что грустит он не просто о друзьях, а о прекрасной принцессе Селении.
Наверное, это любовь. Любовь, исчисленная в лунах и миллиметрах.
- Ты подарила мне королевскую силу, но я никогда еще не чувствовал себя таким слабым. Быть
может, эта сила действует только тогда, когда ты рядом со мной? - спрашивает Артур, заранее зная,
что никто ему не ответит. Но на всякий случай он замирает и прислушивается: вдруг ветер принесет
ему ответ? Но ответа нет. Только легкий ветерок шелестит листвой старого дуба.
Артур посылает воздушный поцелуй в направлении дуба, поцелуй подлетает к его раскидистым
ветвям и, лавируя между листьями, опускается прямо на щеку Селении.
Крошечная принцесса сидит на листе дуба и смотрит на стоящего у окна Артура.
Непрошенная слеза скатывается у нее по щеке.
- ... Я скоро вернусь, - шепчет Артур.
- ... Я буду ждать! - отвечает Селения.
И, уповая на терпение и мудрость, этот фундамент, на котором стоит дом надежды, Артур
закрывает окно.
Закладка в соц.сетях
