Жанр: Научная фантастика
Сумеречный мир
...против, если я пойду с тобой? - спросила она. Сердце Колли подпрыгнуло
и забилось сильнее.
- Буду только рад, - ответил он.
Ирландец яростно оттолкнул от себя шахматную доску.
- Я признаю, что проиграл, - прошипел он сквозь зубы. - Пойду спать.
Бедный парень, подумал Колли. Он даже не может скрыть своих чувств.
В его сожалении не было ни самодовольства, ни хвастовства. Но жалость вскоре
рассеялась в потоке собственных эмоций.
Когда они с Луис вышли на трап, ночь залила их сиянием холодных звезд. Пустыня
казалась темным морем, ее края исчезали в безмерности сверкавшего неба, а застывшие
волны дюн засыпали в бархатных объятиях неподвижного безмолвия. Шорох шагов и
поскрипывание утрамбованного песка громко отдавались в ушах. Едва они сошли с трапа,
он нежно сжал ее ладонь в своей руке.
- Как бы мне хотелось пройтись с тобой под звездным небом без скафандров, и
чтобы вместо песка под нашими ногами стелилась трава.
- Почему? - спросила она.
- Ты сама знаешь почему, - ответил он.
- Так тоже неплохо.
- Луис...
- Нет, Колли, - сказала она. - Мы не можем позволить себе личные отношения.
Здесь им не место. Ой, ты только посмотри на небо! Какой чудесный вид!
Он закусил губу и почувствовал, как пылает его лицо. Вот так всегда. Однажды они
остались совсем одни, и он попытался ее поцеловать. Но Луис не разрешила ему сделать
это. Она даже не хотела говорить об их будущем и о том, что они будут делать на Земле.
Хотя, возможно, она была права.
В полумраке пустыни лицо Луис казалось подсвеченным изнутри. Он скользнул
взглядом по изгибу ее щек, по выпуклым линиям носа и губ. Он видел отблеск звезд в ее
глазах, но их отделяли друг от друга скафандры. "Вот же черт, - подумал Колли. - Я
никогда больше не полечу сюда. И лучше бы я остался дома".
Вокруг них сомкнулась тишина. Они вышли на окраину лагеря и, не говоря ни слова,
стали разглядывать далекие звезды и по-волчьи серую пустыню. Колли хотел пойти
дальше, но Луис поймала его за руку и притянула к себе.
- Стой на месте, - прошептала она.
Он замер, удивленно уставившись на нее. Она вдруг пригнулась. Ее голова в
прозрачном шлеме медленно поворачивалась из стороны в сторону, и свет звезд
поблескивал на завитках волос. Она к чему-то прислушивалась.
- Что случилось, Луис?
- Тихо, - шепнула она. - Тихо... Там кто-то есть. Он хотел поднести руку к уху,
но перчатка глухо ударилась о шлем. Колли ничего не слышал - ни звука, ни шороха,
лишь тихое хриплое дыхание и стук сердца. Луис настойчиво сжала его ладонь.
- Кто-то пробрался на стройку... какое-то животное... Пошли!
- Нет! - сказал он, отталкивая ее. - Это дело для мужчины.
Перебегая от одной тени к другой, Колли помчался к темному силуэту базы. Тело
свыклось с неуклюжим скафандром, и он снова чувствовал себя идущим по следу.
Впереди протянулось открытое освещенное пространство. Он сделал рывок, сердце
отозвалось тревожным стуком, и перчатки внутри стали мокрыми от пота. Хотя какого
дьявола... На Марсе нет больших животных!
И тут он тоже услышал тихое бормотание, какой-то шум и глухое постукивание,
которые раздавались среди каркасов из сваренных балок. Колли перешел на шаг, а затем
лег на живот и пополз вперед вдоль низкой стены.
Люди!
Он разглядел четыре темные фигуры, которые, спрятавшись в тени большого
упаковочного ящика, наблюдали за кораблем. Чужаки! На фоне светлых полос металла и
листов пластика они казались лишь смутными пятнами, но Колли понял, что это чужаки.
И еще он заметил блеснувший ствол оружия.
В животе появился холодный тяжелый комок. Сознание захлестнуло потоком
тревожных мыслей. Как долго они следят за кораблем? Неужели эти люди видели, как он
и Луис сходили по трапу? Что им нужно? И кто они такие? Чужаки вели себя очень
осторожно. Выбравшись из укрытия, они перебежали в тень и направились к высокой
серой колонне корабля.
В глубине сознания застучал тревожный молоточек. "Если это друзья, то почему они
крадутся в ночной темноте? Неужели враги... О Боже! А мы здесь совершенно одни!"
Он рванулся им наперерез, и вперед его погнало не мужество и не безрассудство, а
холодное полуинстинктивное понимание, что теперь уже нечего терять. Колли
переключился на общий вызов и крикнул Луис, что она должна предупредить остальных.
Приблизившись к врагам, он в одном длинном прыжке вылетел из темноты и бросился к
ним.
Заметив его появление, чужаки развернулись. У каждого из них имелось оружие, и,
чтобы лишить их возможности выстрелить, Колли решил смешаться с ними. Он знал, что
мышцы, кулаки и зубы в этой ситуации не помогут - броню их скафандров могла
пробить только пуля. Обхватив руками одного из врагов и отбиваясь ногами от
остальных, он начал звать на помощь.
Они выкатились из тени, и, скользнув взглядом по фигуре противника. Колли увидел
плоское узкоглазое лицо. Монгол, подумал он. Сибиряки! А потом пара гигантских рук
рывком оторвала его от врага и подняла в воздух.
Он повис, отбиваясь ногами от гиганта, который не уступал по силе Мише
Ивановичу. Под стеклом шлема виднелось бородатое лицо. Колли кожей чувствовал, что в
него направлено несколько стволов. Он немного развернулся и ударил обеими ногами в
воздушную помпу на спине силача. С третьего раза корпус насоса смялся, воздушный
патрубок треснул, и сибиряк, заорав, швырнул его на землю.
Колли сгруппировался, упал на четвереньки, и, когда ошеломление от удара прошло,
он прыгнул на человека с винтовкой и ударил его головой в живот. Они покатились
кувырком. Улучив момент, Колли вырвал винтовку и метнулся в сторону.
Он выстрелил и тут же пожалел об этом. Автоматная очередь прошила стежками
огня темное полотно ночи. Фонтанчики пыли поскакали ему навстречу. Он отпрянул и
скатился по склону вырытого карьера. Сибиряки бросились за ним и, остановившись на
краю откоса, открыли беспорядочный огонь. Колли быстро отпрыгнул в густую тень,
припал к насыпи и выстрелил в ближайшую фигуру. Один из четырех врагов закричал. Из
пробитого костюма вырвалась струя пара. В лютом холоде кислород превращался в
легкую белую дымку. Человек покачнулся и упал в карьер.
Откатившись за земляную насыпь, Колли ждал дальнейших действий врага. Когда
же подоспеет помощь? Вэйн не верил, что они найдут на Марсе крупных диких зверей,
тем не менее на борту имелся небольшой арсенал оружия. Интересно, почему сибиряки
перестали стрелять?
Поток свинца взбил пыль в паре шагов от него. Враги заходили с другой стороны.
Колли выстрелил в неясный силуэт, вскарабкался на насыпь и побежал к нависшей плите.
Он петлял и делал зигзаги, а позади чавкали и посвистывали пули.
Со стороны корабля открыли огонь, и автоматная очередь принесла спасение. Он
увидел, как упала еще одна фигура. Двое уцелевших сибиряков начали отступать. Они
побежали по склону дюны, удаляясь все дальше и дальше. Не прошло и минуты, как ночь
пожрала их одним глотком.
Колли упал на четвереньки, втягивая воздух в натруженные легкие. Он задыхался,
его колотила дрожь. Волна страха затуманила сознание, и ум погрузился в тьму.
Видимо, он отключился всего на минуту или две. Открыв глаза, Колли увидел над
собой фигуру Луис. На ее плече висел автомат.
- Колли, - едва переведя дух, прошептала она. - Колли, с тобой все в порядке?
- Да... Наверное...
Она помогла ему сесть. К его изумлению, он все еще жил. Костюм был цел и
невредим, и Колли по-прежнему мог дышать, видеть, слышать и двигаться. Но он
чувствовал, что силы покидают его, маленькими струйками вытекая из тела.
- Я... в порядке. А где остальные?
- Они скоро будут здесь. Сам знаешь, сколько времени нужно для того, чтобы
забраться в эти чертовы костюмы. Я при бежала к ним, предупредила об опасности, а
потом взяла эту пушку и вернулась к тебе.
- Ты замечательная девушка.
В голове расползалась пустота, но Колли преодолел подступившую слабость.
- Ты не поможешь мне встать?
Он поднялся, цепляясь за нее, и они медленно побрели к кораблю.
"Несколько хороших глотков кислорода, и все пройдет, - успокаивал он себя. -
Пара вздохов во все легкие, и я почувствую себя лучше. Надо же! Я жив! Кто бы мог
подумать?"
Они остановились рядом с гигантским семифутовым телом. Окоченевший сибиряк
лежал на песке, и в льдинках его глаз отражался свет холодных звезд. Патрубок лопнул,
кислород иссяк, и он задохнулся. А еще был тот, который упал в карьер - когда холод
проник в разорванный костюм, его кровь застыла, и глазные яблоки вывалились наружу.
Никто из них уже не скажет ни слова - никогда не скажет.
Колли склонился над сибиряком. К скафандру гиганта крепился массивный ствол
базуки, рядом виднелась обойма реактивных снарядов.
- Что они задумали? - со всхлипом спросила Луис. Теперь, когда им больше не
угрожала непосредственная опасность, она плакала, не стыдясь своих слез.
- Зачем все это, Колли?
- Чтобы пробить дыру в нашем корабле, - спокойно ответил он. - Самый
быстрый способ расправиться с нами.
- Но зачем?
Она прижалась к нему, и каким-то таинственным нервом он почувствовал сквозь
толстый пластик костюмов ее мягкое и теплое тело. Подавив дрожь, накатившую на него,
он пожал плечами и криво усмехнулся:
- Зачем? Наверное, мы им не очень нравимся.
Глава 11
Аларик Вэйн стоял, наблюдая за командой. К тесноте и духоте, к тяжелому дыханию
людей прибавилось новое - комнату заполнил страх. Почувствовав острый запах испуга,
собака ощетинилась и показала зубы. Экипаж молчал. Все ждали, что скажет капитан.
Яркий верхний свет отбрасывал на их глаза и щеки темные пятна теней, и Вэйну казалось,
что на него смотрит шеренга черепов. Они ждали его решения... Они ждали от него какихто
слов.
- Я... я...
Он перебирал в уме фразы и мысли, но все они были пустыми и неважными.
- Я н-не знаю, что с-сказать. Это для меня такая же н-неожиданность, как и для вас.
Д-да, неожиданность.
- Нам надо решить, что мы будем делать дальше, - воскликнул Фейнберг.
- А они точно сибиряки? - спросил Гэммони. Он все еще не мог поверить в
происходящее.
- Да, - ответил Иванович. - На их снаряжении российские штампы.
- И один из погибших оказался азиатом, - добавил Фейнберг. - Так что это наши
друзья из Сибири, можешь не сомневаться. Но откуда они взялись? - Не услышав
никаких предположений, он ответил сам: - Очевидно, сибиряки тоже послали свою
экспедицию. Они послали ее немногим раньше или немногим позже нас - все зависит от
выбранной орбиты и ускорения - но в любом случае эти ребята прилетели позже нас. Я
склоняюсь к мысли, что они приземлились всего лишь несколько дней назад.
- Откуда тебе это известно? - спросил О'Нил.
- Они знают о расположении нашей базы. А это говорит о том, что сибиряки
засекли нас при облете планеты, когда проводили предварительные исследования. Решив
избавиться от конкурентов, они не стали терять времени и тут же предприняли первую
попытку. Диверсанты пришли пешком - значит, их корабль или корабли находятся не
так далеко от нашего лагеря.
- Возможно, они приехали на вездеходе или какой-то машине, - осмелился
добавить Колли.
- Учитывая стоимость каждого фунта массы, я не верю, что у них есть вездеход, -
ответил Фейнберг. - К тому же помимо лучевых приемников мы нашли на трупах
батареи индивидуального обогрева, а это говорит о том, что они действительно пришли
пешком. Между прочим, лучевые приемники сибиряков абсолютно идентичны нашим.
Очевидно, их шпионы - или агенты разведки, если вам так больше нравится, -
похитили у нас секрет энергопитания по лучу. И я не удивлюсь, если они строили свой
космический корабль по чертежам и планам, взятым из сейфов американских военных
ведомств. Сибиряки знали о нашем полете все - вплоть до даты вылета и
предполагаемого места посадки.
- Но мы и не скрывали эту информацию, - заметил Вэйн.
- Согласен, - сказал Фейнберг. - Тем не менее они стартовали почти
одновременно с нами, и это нельзя объяснить простым совпадением. Черт возьми!
Возможно, они полетели сюда только для того, чтобы ликвидировать нас!
- Но зачем? - вскричал Вэйн, и на его лице появилось странное беспомощное
выражение. - Зачем им это нужно?
- Мы не нравимся их правительству, - ответил Аракелян, - и они захотели
выбить нас отсюда. К тому же сибиряки могут теперь завладеть всем нашим
оборудованием и установками. Мы подвезли сюда кучу материалов, хорошо поработали,
и они решили воспользоваться всем этим, чтобы создать свою собственную марсианскую
колонию.
- Здесь хватило бы места для всех, - сказала Луис. - Великий Боже, неужели мы
перенесем эти глупые споры даже сюда?
- По каким-то причинам сибиряки хотят объявить монополию на Марс, -
продолжал Аракелян. - И пока не важно, почему они ведут себя подобным образом. В
счет идет каждая минута, и мы должны обдумать наши дальнейшие действия.
- Нам лучше убраться отсюда ко всем чертям, - сказал О'Нил. - Если они заранее
готовились к ликвидации нашей экспедиции, у них есть все преимущества. Давайте
вернемся домой, пока еще возможно. Мы доложим обо всем правительству, и оно
предпримет ответные меры.
Иванович тряхнул головой, и в его голубых глазах вспыхнула ярость.
- Нет! - взревел он. - Надо дать им их собственную таблетку. Почему нам надо
улетать? Неужели мы трусы? О'Нил покраснел.
- Зря ты так обо мне думаешь! - огрызнулся он. - Я просто предложил самое
разумное решение.
- Ладно, парни, хватит, - вмешался Аракелян. - Никто здесь не считает тебя
трусом, Том. И лично я во многом согласен с тобой. В данный момент информация
важнее, чем героизм.
- Если они завладеют нашей базой, у них появится преимущество во времени, - с
вызовом произнес Фейнберг. - Сибиряки построят здесь свои укрепления, и нам уже
никогда не вернуться назад. Не потащим же мы сюда танки и боевые корабли?
- Надо подождать... Надо просто подождать! Аларик Вэйн поднял вверх тонкую
ладонь. Казалось, он требовал тишины.
- Чисто экономически... - Капитан замолчал и, глубоко вдохнув спертый воздух,
продолжал: - Мне кажется, что нам лучше какое-то время оставаться здесь - по крайней
мере неделю или две. Теперь мы знаем о грозящей опасности. Давайте подумаем об
обороне. Я могу построить коллоидный резонатор, который однажды уже показал себя в
деле. Подобного оружия нет во всем мире, и оно станет для них полной неожиданностью.
Мне не верится, что сибиряки привезли с собой летательные аппараты, а космические
корабли не предназначены для бомбометания. То есть мы действительно можем
остановить их и дать решительный отпор.
О'Нил угрюмо усмехнулся.
- Давайте рассмотрим и другую возможность, - сказал он. - Что, если мы сами
покончим с ними?
- Я не представляю себе, как это можно сделать, - тихо ответил Вэйн. - Нас
только восемь, а их наверняка гораздо больше. Мой резонатор имеет ограничения в зоне
охвата. Мне придется вносить изменения в конструкцию и увеличивать дальность
действия. - Он говорил так, как будто извинялся. - Я не маг и не волшебник. Я не могу
вытащить из шляпы непобедимое оружие. Ситуация требует анализа, и мы нуждаемся в
дополнительной информации.
- Надо выслать разведчиков, - поддержал его Гэммони. - Это придется сделать в
любой случае. И я прошу записать меня первым.
Вэйн покачал головой.
- Нам не нужны добровольцы, - ответил он. - Каждый член группы должен
соответствовать своему предназначению.
Колли украдкой взглянул на Луис. Она смотрела на капитана, и ее губы кривились в
злой усмешке. Он знал, о чем она думала - о людях, которых считали винтиками
большой машины.
- Это очень опасное задание, - предупредил Аракелян. - Я думаю, они будут
ждать нашей ответной вылазки.
- Но территория очень велика, - возразил Вэйн. - В том направлении, куда
убежали лазутчики, она довольно холмистая, а значит, у наших людей будут
неограниченные возможности для маневра. Мистер Коллингвуд, у вас особая
наследственность и большой опыт охотника, поэтому вы единственный, кто может
возглавить группу разведчиков.
Колли кивнул, не смея выразить согласие словами. Он тоже был напуган, и ему
совершенно не хотелось идти туда, где их ждали вооруженные люди. Но если без этого не
обойтись...
- Вам будут помогать трое, - продолжал Вэйн. - Мистер Иванович возьмет
основную часть груза во время дальнего похода; телескопическое зрение мистера О'Нила
заменит вам бинокль, отблеск которого может выдать группу; а мисс Гренфил, с ее
чудесным слухом, различит любую засаду и прочие хитрости врага. Остальная часть
экипажа займется обороной.
- Эй, минутку. Подождите!
О'Нил растолкал других и шагнул вперед:
- Вы не можете посылать туда Луис...
- Все верно, Том, - тихо сказала она. - Я сама хочу пойти с вами.
- Но... Мне кажется...
- Мистер О'Нил, вы же слышали ответ мисс Гренфил, - холодно произнес Вэйн.
- Что же касается вас, мистер Коллингвуд, я не могу дать вам каких-то особых
инструкций. Постарайтесь сделать все, что в ваших силах. И помните: вы должны
сохранить свои жизни любой ценой. Каждый из вас представляет собой одну восьмую
часть нашей боевой мощи, поэтому не полагайтесь на безрассудный риск. Сейчас
разведчики отправятся спать, а мы позаботимся о вашем снаряжении.
Вот так, подумал Колли. Просто и без лишних эмоций. Никаких сомнений и тревог.
Марсианский рассвет был почти неуловим - холодная молочная пелена расползлась
по небу, а затем совершенно неожиданно наступил роковой день прощания. Когда Колли
вышел на трап, ржавая пустыня уже протянула щупальца дюн до самого горизонта.
Сердце дрогнуло от тоски по земным рассветам, и ему на миг почудилось, что он снова
стоит в высокой траве, покрытой капельками росы, а вокруг на высоких деревьях щебечут
птицы. Он тряхнул головой, отгоняя видение, и кивнул остальным.
- Вперед, и с Богом.
Четыре фигуры, облаченные в неуклюжие скафандры, пошли через пустыню на
запад. Остальные стояли на верхней площадке трапа и смотрели им вслед до тех пор, пока
маленький отряд не скрылся из виду.
Колли молча прокручивал ситуацию, оценивая преимущества и недостатки. Силовой
луч действовал только в зоне прямой видимости. Когда корабль останется за линией
горизонта, они перейдут на индивидуальные источники питания, подзарядка которых
будет осуществляться с помощью малогабаритных солнечных батарей. Каждый разведчик
нес запас еды и воды. В огромный рюкзак Ивановича они сложили оружие и самые
тяжелые вещи. В целях безопасности Колли выбрал маршрут вдоль края карликового
леса. Поход планировали на шесть дней - три дня туда, три дня обратно. Сибиряки
расположились где-то неподалеку - все говорило о том, что до их лагеря не больше двух
дней пути.
Опытный взгляд охотника без труда различал следы убежавших сибиряков. При
таком безветрии отпечатки на песке исчезали медленно. Почти не осознавая этого, он
запоминал ориентиры, следил за положением солнца и самых ярких звезд. Для
неопытного глаза Марс выглядел неизменным - все те же кроваво-красные дюны,
цветные полосы руды на запыленных скалах и низкие заросли корявых растений. За
крутыми оврагами поднимались низкие холмы, а дальше снова начинались дюны, сухой
песок и острые скалы. Но Колли знал, как найти дорогу назад.
Чуть позже ирландец завел разговор. Голоса, проходя через микрофоны, атмосферу
и наушники, наполнялись резким металлическим дребезгом.
- Неужели сибиряки не подумали о том, что мы можем нанести им ответный визит?
- Наверняка подумали, - пожав плечами, ответил Колли. - И, будь здесь густые
заросли, они могли бы сбить нас со следа. Но на такой открытой местности это просто
невозможно.
- А если им все же удастся ускользнуть? Пройдут они, к примеру, по голым скалам,
и ищи их тогда свищи.
- Они шли по этому пути туда и обратно. Видишь, здесь две цепочки следов.
Потеряв одну из них, мы всегда можем отыскать другую. Очевидно, сибиряки не успели
составить карты и, плохо ориентируясь в пустыне, решили воспользоваться обычным
компасом. Я уверен, что они добирались в наш лагерь по прямой линии. Следы ведут на
северо-запад. Мы без труда найдем их корабль.
Луис закусила губу.
- Наверное, я что-то не понимаю, - прошептала она. - Этот мир и так враждебен
к людям. Зачем же еще сражаться друг с другом?
- Они первые начали, - сказал Иванович.
- Да, но я думаю, что это болезнь всего человечества. Почему мы никак не
научимся жить в мире?
- Некоторые люди не хотят, да и просто не могут делать это, - ответил Колли. -
А других без хорошей дубины такому не научить.
- Нет, тут все гораздо сложнее, - возразил О'Нил. - Мы сейчас пытаемся нанести
ответный удар в целях самообороны. Но именно таким образом и начинается каждая
война. Скажите, кто-нибудь из вас подумал о том, почему они напали на нас первыми?
Мы считаем их убийцами и кровожадными чудовищами. А они обычные люди, и у них
тоже есть высокая цель, ради которой они сражаются за Марс, за свой народ и, возможно,
за всю Вселенную. Тот, кто не может защитить свои идеалы и ценности, просто
нежизнеспособен и должен выйти из игры.
- И что же тогда делать? - с отчаянием спросила Луис. - Рвать друг другу
глотки, пока не наступит конец света?
- Нам надо изменить свои идеалы, - ответил ирландец. - Мы должны дать
человечеству одну великую цель.
- Вряд ли такое возможно, - проворчал Колли. - На Земле больше нет единой
расы людей.
- И все же, друзья мои, это обязательно надо сделать, - сказал О'Нил.
Он отрешенно смотрел куда-то вдаль, и на его лице сияла мечтательная улыбка.
Колли пожал плечами и молча повел отряд вперед. Корабль исчез за горизонтом.
Они остались одни среди скал, коричневых дюн и мертвой тишины.
Любые физиологические процессы становились на Марсе фантастически сложными.
Питаться приходилось холодной едой, извлекаемой из герметично закрытых контейнеров.
В каждом шлеме имелось отверстие с клапаном, и при приеме пищи оно соединялось с
особым патрубком пищевого контейнера, или "сундука с едой", как язвительно называл
его Колли. Потребление воды ограничивалось строго выверенным рационом, а емкости с
жидкостью располагались на спине и по бокам скафандра. Для удовлетворения
естественных нужд люди уходили за дюну и пользовались специальным
приспособлением, которое предохраняло костюмы от потери воздуха и тепла.
Щетина и пот тоже вносили свою долю дискомфорта - кожа неимоверно чесалась,
а добраться до нее было невозможно. Дыхание зависело от запаса кислорода, от состояния
вентилей и насосов. Любая поломка механизмов и приспособлений скафандра означала
смерть. Там, на территории лагеря, они в любой момент могли бросить все дела и
подняться на борт корабля, но здесь, в пустыне, им не оставалось ничего другого, как
только идти вперед. Все это доводило их до безумия. Они шептали проклятия и скрипели
зубами. Они сражались с собой, стараясь подавить беспричинную злобу, а она росла и
росла и снова выходила из-под контроля.
- Мы никогда не освоим эту планету, - со вздохом произнес Колли. - Она
слишком велика для нас. И людям здесь не прижиться.
- Главное - начать, - ответил О'Нил. - К тому же у нас нет другого выбора.
- На бумаге и словах колонизация Марса выглядит прекрасно. Но нам не перевезти
сюда столько людей, техники и материалов. Куда проще обосноваться на Южном полюсе.
- Мы бы так и сделали, - сказал О'Нил. - Но Антарктида тоже стала
радиоактивной. Единственная надежда на Марс. И мы должны завоевать планету во что
бы то ни стало.
- Как? Выкапывая ямы в песке?
- Это только начало. А потом колония разрастется и выйдет из своих убежищ. Мы
начнем изменять земные и марсианские растения. Люди научатся выращивать органику и
водоросли, они адаптируют свои биохимические процессы, и колония перейдет на
самообеспечение. Пройдут годы, в атмосфере увеличится содержание кислорода - а его
запасы в грунтовых полостях несметны - здесь появятся вода и углекислый газ. К тому
времени колонисты привыкнут к местным условиям, и в отличие от землян им уже не
потребуется так много кислорода и тепла. Упорное движение вперед, десятилетия усилий
и труда приведут людей к победе, и уже через пятьсот или тысячу лет эти пустыни
превратятся в цветущие сады. Когда есть цель, для человека нет ничего невозможного.
Научных знаний нам хватает. Опыт и технику приобретем в процессе работы. Осталось
вложить труд и деньги. Но прежде всего - труд.
- Деньги? - удивленно спросил Колли. - Того, что необходимо для освоения
Марса, мы не купим ни в одной стране Земли. А здесь, как видишь, деньги не нужны.
- Они нужны всегда, - ответил О'Нил. - Деньги - это символ человеческих
усилий. При колонизации Марса людям придется отказаться от всего, что накоплено
веками. Чтобы хоть как-то возместить такую огромную потерю, мы должны обеспечить
колонистов деньгами. Вопрос простой, но от него зависит существование нашей расы.
Именно здесь нам предстоит создавать научные станции и вести эксперименты со
стабильным набором хромосом марсианской флоры. Именно здесь мы должны раскрыть
тайны генетики и наследственности. Да, возможно, это невыполнимая задача. И может
случиться так, что экология Земли развалится ко всем чертям, пощадив лишь самые
примитивные формы жизни. Но у нас останется Марс. У нас останутся колонии. Придет
день, и люди вернутся на родную планету, чтобы посеять на ней ростки новой жизни. -
Он печально покачал головой и тихо добавил: - Деньги нужны, но жизнь за них не
купишь.
"Как странно, - подумал Колли. - Я никогда не замечал у Тома этого патриотизма
и веры в людей. Иногда я чувствую себя перед ним мальчишкой".
- Знаешь, Том, - сказал он ирландцу, - мне нравятся твои слова. И я во многом
согласен с тобой. Но когда мы вернемся домой... и если мы действительно вернемся
домой, я больше никогда не покину Землю.
- А я вернусь сюда, - тихо ответил О'Нил. - Конечно, на Земле сейчас гораздо
лучше, но Марс - это надежда людей.
Луис долго смотрела на него. Потом перевела взгляд на Колли и вновь взглянула на
Тома.
- Сначала нам надо решить небольшой вопрос с сибиряками, - напомнила она.
Они разбили лагерь в ложбине между двумя дюнами. Мужчины вырыли неглубокую
яму и натянули палатку из тяжелой проч
...Закладка в соц.сетях
