Жанр: Наука
О возможном физическом механизме чернобыльской аварии
и несостоятельности
официального заключения.
Рухадзе А.А.(, Уруцкоев Л.И.((, Филиппов Д.В.**
УДК 621.039
Аннотация
В работе показаны существенные противоречия между официальным заключением о
причинах и механизме Чернобыльской аварии и известными экспериментальными
фактами. Наряду с этим утверждается, что период аварийного разгона реактора не
удаётся объяснить в рамках существующих представлений о физике реактора.
Выдвигается непротиворечивая гипотеза о возможном образовании магнитных зарядов
в ходе проведения испытаний по выбегу турбогенератора на IV блоке ЧАЭС и их
влиянии на рост коэффициента реактивности.
Введение
Настоящая статья направлена исключительно на выяснение истины и не преследует
никаких политических целей. Причина, побудившая авторов к работе над данной
публикацией очень проста - твердое убеждение в том, что, досконально не
разобравшись в механизме одной трагедии, мы рано или поздно станем свидетелями
другой. Официальные объяснения сложно признать удовлетворительными: во-первых,
как будет далее показано, ряд вопросов остался без ответа, во-вторых,
официальные выводы, основанные на численном моделировании, противоречат
аналитическим оценкам.
В данной работе предпринята попытка выдвижения в качестве основного физического
механизма аварии, весьма "экзотической" гипотезы об образовании магнитных
монополей в ходе "выбега" турбогенератора и попадании их вместе с паром в
ядерный реактор. Несмотря на кажущуюся безумность такого предположения, ряд
ранее необъяснимых наблюдаемых экспериментальных фактов находит свое простое и
логичное объяснение.
Возможность существования в природе магнитных зарядов широко обсуждается в
физике с момента выхода работы П. Дирака (1(. Многочисленные неудачи
экспериментального обнаружения магнитных зарядов значительно снизили энтузиазм
исследователей, но при построении Теорий Великого Объединения возник новый
интерес к так называемым "тяжелым" монополям или ТВО-монополям (2, 3(. По
современным воззрениям магнитные монополи могли образовываться на ранних стадиях
эволюции Вселенной и до наших дней могли сохраниться так называемые "реликтовые"
монополи. Относительно ТВО-монополей теоретически предсказан ряд очень
интересных эффектов (4(, в том числе и разрыв нуклонов (5(, т.е. процесс, идущий
с нарушением закона сохранения барионного заряда. Около 20 лет назад появились
работы Ж. Лошака [6, 7], в которых магнитный монополь возникает как следствие
решения уравнения Дирака. Лошак [6] обнаружил, что уравнение Дирака в
представлении Вейля допускает псевдовекторный класс решений, и именно это
обстоятельство позволило ему получить вторую пару уравнения Максвелла. Выражение
псевдоскалярности магнитного заряда не через постоянную g, а через матрицу (5g
[7] позволяет представить электромагнетизм как "горную вершину, имеющую два
склона - векторный (электромагнитный) и псевдовекторный (магнитноэлектрический)".
Магнитный заряд, введенный Лошаком, подчиняется условию
квантования Швингера [8, 6] и является лептоном, т.е. участником электро-слабых
взаимодействий и может быть трактован как магнитно-возбужденное состояние
нейтрино. Такой монополь является безмассовым (или почти безмассовым), т.е.
очень легким (с энергетической точки зрения) и может быть рожден при
электромагнитных явлениях [9].
Вопросы, оставшиеся без ответа.
На сегодняшний день, по мнению авторов, ряд экспериментальных фактов, которые
побудили задуматься над причиной Чернобыльской катастрофы, не имеет убедительных
объяснений:
* Механизм разгона реактора: каким образом реактор с высокой степенью выгорания
топлива (до 20 МВт(сут/кг) и отравленный ксеноном разогнался за 10 сек. с уровня
200 МВт (6% номинальной мощности) до мощности, превышающей номинальную в десятки
раз.
* Целостность конструкций в шахте реактора;
* Невозможность указать место расположения значительного количества топлива;
* Два взрыва с интервалом в 1-2 сек.;
* Странное яркое свечение в разрушенной шахте реактора после взрыва;
* Нарушение изотопного состава в исследованных образцах топлива, в том числе
сдвига в сторону 235U [10, 11];
* Факт притяжения электрических кабелей к паропроводам.
Приведенные факты не укладываются в принятые теории о механизме катастрофы и не
объяснены до сих пор. Именно наличие таких фактов и заставляет искать ответы на
вопрос: как это могло произойти?
В официальной версии [12 - 16] проведен анализ сценария возникновения и развития
аварии, основанный на численном моделировании. Авторы утверждают, что основными
причинами аварийной ситуации явились:
* появление сильной неоднородности энерговыделения (плотности нейтронов) по
высоте реактора вследствие движения вниз стержней аварийной защиты;
* наличие положительного парового коэффициента реактивности.
Интенсивность размножения нейтронов в активной зоне реактора характеризуется
коэффициентом размножения нейтронов k - это отношение количества нейтронов в
одном поколении к их количеству в предыдущем. Избыточной реактивностью (
называется величина (k-1)/k. При (=0 реактор находится в стационарном режиме,
при ("0 реакция замедляется, а при ("0 - интенсивность реакции нарастает. При
распаде ядра подавляющее большинство нейтронов вылетает из ядра практически
мгновенно (т.е. за время, существенно меньшее времени жизни поколения
нейтронов), но небольшая доля ( (доля запаздывающих нейтронов) испускается
ядрами-осколками через достаточно большой промежуток времени (~ 10 сек.). Для
различных типов реакторов величина ( колеблется от 0.2 до 0.7 %, для
рассматриваемого реактора РБМК на момент перед аварией (=0.45 %. Избыточная
реактивность зависит от параметров среды, в том числе и от плотности
теплоносителя. Паровым коэффициентом реактивности называют ((-отношение
изменения реактивности к изменению объемного содержания пара.
По вопросу о причинах разгона мощности авторы [12 - 16], исходя из своих
"уточненных" расчетных моделей, утверждают, что при уменьшении плотности
теплоносителя должен наблюдаться сильный рост избыточной реактивности реактора
до 5( - кривая на рис. 1а [14]. На рис. 1б представлена зависимость, полученная
на стадии проектирования [17] согласующаяся с экспериментальными результатами,
полученными в ходе испытаний реактора РБМК-1000, взятыми из [18].
Из сравнения рисунков видно, что ход кривых значительно различается в области
малых (. Расчетная кривая (рис. 1б) подтверждена результатами экспериментальных
опытов, в то время как в экспериментальное обоснование расчетной кривой (рис.
1а) положено единичное событие, произошедшее в 1986 году на IV блоке
Чернобыльской АЭС. Никто не станет отрицать, что событие 26 апреля 1986 года на
Чернобыльской АЭС имело колоссальную значимость и последствия, однако, с научной
точки зрения кривая на рис. 1б представляется более обоснованной.
Заметим, что при избыточной реактивности ("( происходит разгон реактора на
мгновенных нейтронах. Следовательно, если приведенная в [12] зависимость ((()
является истиной, то реактор можно разогнать, просто вылив весь теплоноситель.
Это противоречит здравому смыслу и выводам конструкторов реактора, которые,
будучи людьми аккуратными и ответственными не только рассчитывали, но и
проверяли экспериментально все основные параметры системы.
По официальной версии авария развивалась следующим образом: из-за локального
увеличения мощности произошел перегрев теплоносителя. Перегрев вызвал уменьшение
плотности теплоносителя, что в свою очередь привело к росту избыточной
реактивности (рис.1а). Рост реактивности привел к росту интенсивности реакции и
увеличению мощности (выделяемая мощность пропорциональна плотности нейтронов).
То есть это привело к развитию неустойчивости плотности нейтронов во времени.
Нам удалось показать, что время развития такой неустойчивости существенно
превышает фактическое время разгона реактора, наблюдавшееся при аварии, даже
если принять в качестве исходных данных весьма сомнительную расчетную
зависимость (рис. 1а) коэффициента избыточной реактивности от плотности
теплоносителя. Заметим, что кроме парового коэффициента реактивности на динамику
развития неустойчивости оказывают влияние температурный (за счет эффекта
Доплера) и мощностной коэффициенты, которые приводят к уменьшению скорости роста
реактивности [18]. Именно по этой причине в реальных экспериментах тяжело
реализовать внесение положительной избыточной реактивности, большей (.
Рис 1. Зависимость избыточной реактивности от плотности теплоносителя в единицах
(.
а - расчет после аварии; б - проектный расчет до аварии.
Факты о характере разгона реактора.
В работе (19( весьма убедительно показано, что при аварии разгон реактора РБМК1000
четвертого энергоблока Чернобыльской АЭС происходил на запаздывающих
нейтронах. Аргументация автора (19( основана на показаниях приборов, из которых
следует, что первые 6сек. разгон мощности происходил при неизменном избытке
реактивности реактора ( ~ 0.5(, причем мощность изменялась со временем
приближенно по экспоненциальному закону N = 200(et/3 Мвт, с периодом 3 сек. Еще
через 4 сек. был зарегистрирован сигнал резкого повышения давления газа в
графитовой кладке реактора. Таким образом, по имеющимся фактическим данным
разгон мощности реактора в целом продолжался t~10 сек. Из этого факта в работе
(19( был, совершенно справедливо, сделан вывод о том, что разгон реактора
происходил с участием запаздывающих нейтронов, поскольку на мгновенных нейтронах
он произошел бы примерно в 100 раз быстрее, и проследить его во времени по
приборам на пульте управления было бы абсолютно невозможно.
Отсутствие разгона реактора на "мгновенных" нейтронах, косвенно подтверждается
отсутствием видимых повреждений стенок реактора, так называемой схемы "КЖ"
(кожух). Этот факт был установлен в 1990 году сотрудниками "Комплексной
экспедиции" ИАЭ, когда с помощью бурения скважин удалось через перископ
визуально осмотреть внутреннюю поверхность реактора. Весь внутренний объем
реактора оказался пуст, т.е. полностью отсутствовало содержимое реактора.
Видимых деформаций и повреждений внутренней стенки реактора отмечено не было,
более того, сохранилась даже краска на схеме "КЖ". На рис. 2 представлен
фрагмент внутренней поверхности реактора, сделанный с помощью телекамеры через
скважину, пробуренную из помещения № 605 сквозь биологическую защиту реактора.
Визуально было установлено, что лишь в юго-восточном квадранте на внутренней
поверхности стенки наблюдались следы копоти. Этот факт ставит под большое
сомнение версию о возникновении пожара в самом реакторе с последующим плавлением
топлива. К такому же выводу пришли специалисты, исследовавшие фрагменты топлива
[20].
Принимая во внимание все выше перечисленные аргументы и факты, можно прийти к
неутешительному выводу о том, что общепринятый на сегодняшний день сценарий
аварии [12,13] не только их не объясняет, но и находится с ними в прямом
логическом противоречии.
Анализ влияния парового коэффициента реактивности.
В рамках официальной версии причиной роста реактивности называется большой
паровой коэффициент. Но в этом случае скорость роста реактивности
пропорциональна плотности нейтронов и поэтому нейтронный поток растет
значительно медленнее, чем при скачкообразном изменении реактивности, который
рассмотрен в [19].
Предположим, что выполняется зависимость ((() - кривая на рис. 1а, в этом случае
паровой коэффициент реактивности (( (отношение изменения реактивности к
изменению объемного содержания пара) не превышает:
так как из данных [18] (с.34) следует, что для реактора, вышедшего на
стационарный режим перегрузки топлива (=0.0045. Заметим, что даже в официальной
информации [13] указывается меньший коэффициент (( = 2(10-4 %-1.
По данным конструкторов [18] паропроизводительность реактора при номинальной
мощности равна 1.5 т/с, при этом в реакторе находится одновременно не менее 30
т. теплоносителя, а скорость изменения плотности теплоносителя (паросодержания)
пропорциональна мощности (плотности нейтронов).
Теплоноситель прокачивается через реактор восемью Главными Циркуляционными
Насосами (ГЦН). В соответствии с программой испытаний на 4-ом блоке ЧАЭС четыре
из них были запитаны от электрической сети 3-го энергоблока ЧАЭС. Следовательно,
в любом случае эти четыре ГЦН должны были обеспечить нормальное охлаждение
реактора, по крайней мере, до 50% номинальной мощности, а разгон реактора
начался с 6% номинальной мощности.
Если предположить, что движение теплоносителя через реактор было по каким-то
причинам полностью остановлено (чего быть не могло), то даже в этом крайнем
случае скорость изменения реактивности не превысит:
где W = 200 Мвт - начальная мощность реактора, с которой начался разгон, W0 =
3200 Мвт - номинальная мощность. Следовательно, для функции ((t) получаем
уравнение:
(1)
где ("0.025 сек-1, n - плотность, а no - начальная плотность нейтронов. Обратим
внимание на то, что уравнение (1) выполняется локально, так как мы
воспользовались лишь тем предположением, что находящийся в замкнутом объеме
теплоноситель выпаривается за счет выделяемой тепловой энергии.
Запишем уравнения кинетики реактора [21]:
(2)
где Сi и (i соответственно - плотности и обратные времена жизни ядер-излучателей
запаздывающих нейтронов, T = 10-3 сек. - время жизни одного поколения мгновенных
нейтронов. В [21] приведены решения этих уравнений в приближении одной
(эффективной) группы запаздывающих нейтронов ((=0.1 сек-1) для случая
скачкообразного и линейного изменения реактивности. При рассмотрении всех групп
запаздывающих нейтронов вычисления становятся более громоздкими, но не меняют
качественных выводов.
Проанализируем решения системы нелинейных дифференциальных уравнений (1-2) в
приближении одной эффективной группы запаздывающих нейтронов. Перейдем к
следующим безразмерным переменным:
Из (1) и (2) путем дифференцирования и несложных подстановок приходим к
уравнениям:
(3)
Интегрируя один раз полученное уравнение, и учитывая начальные условия ((0)=0,
('t(0)=( и (''t t(0)=((n't(0)=0, так как разгон начался из стационарного
состояния, получаем:
(4)
так как в рассматриваемом случае T(( "" ( и T(( "" (, то приходим к уравнению:
(5)
Нелинейный член становится существенным при . Не сложно получить решения
полученных уравнений при временах t""(-1=40 cек. Переходя к переменным уравнения
(2) с кубической точностью получаем:
(6)
Напомним, что ("0.025 сек-1, а решением (6) можно пользоваться при временах,
меньших 40 сек., т.е., по крайней мере, первые 10 сек. Это означает, что в
рамках принятых начальных условий рост мощности за первые 10 с. не мог быть
существенно больше 1.5 раза. Этот результат согласуется с решениями [21], так
как в нашем случае первое время избыточная реактивность растет линейно со
скоростью (. Так как при аварии реактор разгонялся каждые 3 сек. в e - раз, то
можно сделать вывод, что даже столь высокий паровой коэффициент реактивности,
который взят за основу в [12] - кривая на рис. 1а, не мог быть причиной разгона
реактора при перегреве теплоносителя.
Как уже отмечалось (и читатель может сам в этом убедиться) учет всех групп
запаздывающих нейтронов не изменит полученного результата: рост мощности
реактора в e раз с 200 Мвт до 530 Мвт не мог произойти быстрее, чем за 20 сек.,
тогда как фактически такой рост произошел за 3 сек.
Мы пришли к выводу, что предлагаемые численные модели [14-16], скорее всего,
искусственно притянуты для объяснения скорости разгона мощности реактора. Это
порождает сомнения в правильности расчетов зависимости избыточной реактивности
от плотности теплоносителя - кривая на рис. 1а, которая является чрезмерно
завышенной по отношению к проектной [17].
Анализ пространственной неоднородности.
Рассмотрим далее утверждение [12] о разгоне реактора из-за пространственной
неоднородности энерговыделения (плотности нейтронов). Во-первых, заметим, что
характер взрывной разгерметизации реактора и разлета его конструктивных
элементов свидетельствует, скорее всего, о достаточно однородном по объему
увеличению плотности нейтронов [22]. Кроме того, уже в классических работах
Ферми [23] было показано, что учет пространственной неоднородности при небольшой
положительной избыточной реактивности приводит к затуханию высоких
пространственных гармоник. При большой реактивности высокие пространственные
гармоники растут, по крайней мере, медленнее основной. Действительно, первое
уравнение (2) при учете пространственной неоднородности принимает следующий вид
[23]:
(7)
где D = l(v/3 - коэффициент диффузии нейтронов, v - скорость нейтрона, l =
((расс.n)-1 - средняя длина переноса (пробег по отношению к рассеянию). Заметим,
что D = L2 / T, где T - как и раньше время жизни одного поколения мгновенных
нейтронов, L = (l(() 1/2 - длина диффузии, ( = ((погл.n)-1 - средний свободный
пробег по отношению к захвату или поглощению. Длина диффузии для графита L ~ 50
см., для воды ~ 3 см. При поиске собственных решений уравнений (7) в виде n(t) =
((x,y,z) . f(t) , учитывая, что на границе реактора n = 0, приходим к:
(8)
То есть, фактически, неоднородность приводит к уменьшению реактивности на
величину (2(L/a)2, где a - длина волны пространственной гармоники. Другими
словами, в уравнениях кинетики реактора из-за неоднородности пространственного
распределения нейтронов появляется "диффузионный член". Он обуславливает
сглаживание ("размывание") пространственных неровностей плотности нейтронов.
Подытожим вышесказанное:
1. Официальные версии модели аварии являются искусственно притянутыми и
противоречат физическим представлениям в следующих пунктах:
* зависимость реактивности от плотности теплоносителя завышена и противоречит
проектной;
* утверждение о сильной пространственной неоднородности противоречит характеру
взрыва и фундаментальным представлениям, изложенным в классических работах
Ферми;
* время развития неустойчивости, полученное аналитически из анализа уравнений
существенно превышает результаты численного моделирования.
2. Так как до сих пор нет убедительного объяснения причин аварии, то видимо, в
рамках современного научного представления это сделать весьма проблематично.
3. Для объяснений причин аварии, по нашему мнению, следует предположить, что при
аварии могло проявиться новое физическое явление (или даже комплекс явлений).
Эксперименты по изучению свойств магнитного монополя.
Известно, что помимо нейтронного существуют и другие механизмы деления урана,
например - под действием медленных мюонов [24]. Теоретически рассмотрен механизм
деления ядер урана под действием магнитных монополей [25]. В работе (25(
высказывается предположение о том, что монополь-ядерное взаимодействие является
столь сильным, что монополь, проходящий близко к ядру, может индуцировать
деление 238U.
В работе [9] для объяснения экспериментально наблюдаемых явлений в качестве
рабочей гипотезы было высказано предположение об образовании магнитных монополей
в момент паузы тока, возникающей при электровзрыве металлической фольги в
жидкости. С точки зрения авторов работы [9] на основе выдвинутой гипотезы
возможно объяснить регистрируемые с помощью ядерных эмульсий аномальные треки,
наблюдающуюся трансформацию ядер и сдвиг мессбауэровских спектров 57Fe.
Для подтверждения выдвинутой гипотезы об образовании монополей авторами работы
[26] были проведены эксперименты по обнаружению индуцированного деления 238U под
действием магнитных монополей. Результатом экспериментов явилось установление
факта изменения первоначального изотопного соотношения урана в пользу 235U под
действием "странного" излучения.
Отмеченное в [26] падение удельной активности урана в результате электровзрыва
металлической фольги, скорее всего, связано с трансформацией ядер урана. Однако,
учитывая, что предсказанные в [6, 7] монополи являются лептонами, то можно
предположить, что они должны оказывать заметное влияние на (-распад. В
экспериментах [26] зарегистрированы заметные искажения периодов (-распада
изомерных ядер m234Th, являющихся дочерними продуктами 238U.
Таким образом, проведенные эксперименты явились серьезным аргументом в пользу
существования магнитных монополей и серьезной поддержкой высказанной в [9]
гипотезы. Предположим, что магнитные монополи попали в реактор РБМК и посмотрим,
опираясь на результаты работ [9, 26], к чему бы это могло привести.
Влияние изменения свойств распада атомов-излучателей запаздывающих нейтронов на
реактивность.
Для того, чтобы научиться описывать влияние изменений свойств распада на
динамику реактора, необходимо несколько изменить коэффициенты в системе
уравнений кинетики реактора. В уравнениях (2) обычно выделяют шесть групп ядеризлучателей
запаздывающих нейтронов [21]. В стационарном режиме работы реактора
из (2):
Сi = (i / ((i T) n,
количество ядер-излучателей запаздывающих нейтронов на два порядка превышает
количество мгновенных нейтронов (табл. 1).
i
(i, сек-1
ti, сек
(i
14,0
0,071
0,00025
1,61
0,62
0,00084
0,456
2,19
0,0024
0,151
6,50
0,0021
0,0315
31,7
0,0017
0,0124
80,2
0,00026
Табл. 1.
В реакторе постоянно находится огромное количество атомов, способных излучить
нейтроны. Следовательно, нарушение в физике распада атомов-излучателей
запаздывающих нейтронов может привести к значительным изменениям плотности
нейтронов. Дело в том, что все ядра-излучатели запаздывающих нейтронов, а их
более сорока [27, 28], распадаются по двум каналам: (-распад и испускание
нейтрона, причем вероятность нейтронного канала редко превышает 20%. Данные по
атомам-излучателям запаздывающих нейтронов из [27, 28] собраны в таблицу 2.
В уравнениях (2) учитывались концентрации только тех атомов-излучателей
запаздывающих нейтронов, которые испытали распад по нейтронному каналу, а
осколки, испытавшие (-распад, считались потерянными для процесса цепной реакции.
Фактически те нейтроны, которые привели к образованию осколков, испытавших (-
распад учитывались в увеличении потерь, то есть в уменьшении реактивности (.
Кроме того часть распадов одних атомов-излучателей приводит к появлению других
излучателей. В общем случае измененные уравнения (2) будут иметь следующий вид:
(9)
где ki - вероятность нейтронного распада ядра-излучателя, (i - доля ядер i -
группы с учетом тех, которые испытывают (-распад, (полн - сумма (i, kнач -
среднее ki до аварии. Если нарушения процессов распада привели к затруднению (-
распада, то могла увеличиться доля нейтронного канала распада ki. Так как доли
ki " 0.2 (см.табл.2), то имеется достаточно большой запас для увеличения ki.
Если ki выросли и среднне значение k увеличилось до kкон, то время разгона
реактора из (9) получается:
(10)
где (0=kнач((полн. При T(( "" ( получаем:
то есть при kкон ~ 4(kнач время увеличения мощности в e раз может быть ~ 3 сек.
Другими словами, увеличение канала нейтронного распада атомов-излучателей
запаздывающих нейтронов приведет к увеличению доли запаздывающих нейтронов, что
в активной среде приведет к разгону реактора.
Феноменологическая модель явления трансформации ядер.
Экспериментальные результаты [9, 26] показывают, что при электровзрывах
металлических фольг в жидкостях наблюдается трансформация ядер, сопровождающаяся
искажением природного изотопного соотношения ряда элементов. Трансформация ядер
принципиально отличается от ядерных реакций: затраченные и выделяемые энергии
малы - не превышают 10кэв на родившийся атом. Было сделано предположение, что
процесс трансформации ядер является существенно коллективным явлением, т.е. его
нельзя рассматривать как большое количество двух-частичных столкновений.
В попытке научиться анализировать наблюдаемое явление, была построена численная
модель аналогичная [29], которая на основе фундаментальных законов сохранения:
* барионного заряда (количество нуклонов);
* электрического заряда;
* лептонного заряда;
* энергии,
находит такие ансамбли ядер, которые были бы наиболее близки к начальному
ансамблю по суммарной энергии. Энергии связи ядер брались из [30].
Модель в качестве элементарного акта трансформации рассматривает обмен
нуклонами внутри кластера, состоящего из исходных ядер, при котором изменение
энергии (на один элементарный акт) не превышает 10-30 Кэв. Результатом расчета
является распределение появившихся и исчезнувших в результате процесса
трансформации изотопов. В результате расчетов удается получать комбинации,
которые отличаются от исходной на энергию ~0.01Кэв/атом, т.е. практически
совпадают, так как это величина точности измерения энергии связи ядер.
При сравнении результатов численного моделирования и экспериментальных
данных было показано [31], что чем больше размер кластера элементарного акта
модели, тем ближе результаты расчетов к экспериментальным данным, что
подтверждает предположение о коллективности процесса. Кроме того, замечено, что
если в качестве исходных берутся ансамбли из стабильных изотопов, то и ближайшие
к ним ансамбли состоят именно из стабильных изотопов, что соответствует
экспериментальным данным.
На основе численного эксперимента было предположено, что если произвести
электровзрыв титановой фольги при наличии ванадия, то, возможно, будут
наблюдаться следующие качественные эффекты:
* появление гелия и водорода (в исходных компонентах гелий отсутствовал);
* появление малораспространенного изотопа 36Ar (в природе 0.34%);
* и появление изотопа 57Fe (в природе 2.2%).
Причем, именно появление 57Fe отличало ванадий от других элементов.
Проведенный эксперимент с солями ванадия в воде дал подтверждение по всем трем
пунктам, что вряд ли можно отнести к совпадениям [31]. Моделирование процесса
трансформации для ядер урана, показывает, что возможен сдвиг изотопного
соотношения урана в сторону обогащения 23
...Поділитися у соцмережах
