Жанр: Религия
Книга жизни и практики умирания
...й жизни
• "болезненное" бардо умирания
• "светоносное" бардо дхарматы
• "кармическое" бардо становления
1. Естественное бардо этой жизни охватывает весь период между рождением и
смертью. При нашем современном уровне знаний это может показаться чем-то
большим, нежели всего лишь бардо, переходное состояние. Но если мы подумаем об
этом, то нам станет ясно, что, по сравнению с огромной длительностью нашей
кармической истории, то время, которое мы проводим в этой жизни, на деле
относительно невелико. Учения особо подчеркивают, что бардо этой жизни является
единственным, и потому лучшим временем, в которое можно приготовиться к смерти:
то есть познакомиться с данным учением и постоянно его практиковать.
2. Болезненное бардо умирания длится от начала процесса умирания до того
момента, который называется "внутренним дыханием"; в свою очередь, оно доходит
до верхней точки при озарении, проявлении природы ума, того, что мы называем
"Основной Светоносностью", в момент смерти.
3. Светоносное бардо дхарматы охватывает посмертные восприятия сияния природы
ума, светоносности или "Ясного Света", который проявляется как звук, цвет и
свет.
4. Кармическое бардо становления мы обычно называем Бардо промежуточного
состояния, и оно длится до того момента, когда мы принимаем новое рождение.
Каждое из бардо отличает и определяет то, что все они есть промежутки или
периоды, в которых особым образом присутствует возможность пробуждения.
Возможности достижения освобождения постоянно и непрерывно возникают в течение
всей жизни и смерти, и учения о бардо являются тем ключом или орудием, что
позволяют нам найти и распознать их, и использовать их так полно, как это только
можно.
НЕУВЕРЕННОСТЬ И ВОЗМОЖНОСТЬ
Одной из основных характеристик бардо является то, что они - периоды сильной
неуверенности. Возьмем эту жизнь в качестве главного примера. Так же, как мир
вокруг нас становится все более бурным, так и наши жизни становятся все более
фрагментированными. Мы разобщены с самими собой, отделены от себя, тревожны,
беспокойны и часто параноидальны. Мелкий кризис прокалывает воздушный шар
замыслов, за которым мы пытаемся спрятаться. Один момент паники показывает нам,
насколько все неустойчиво и ненадежно. Жизнь в современном мире является как бы
отражением области бардо; не нужно умирать, чтобы испытать это.
Эта охватывающая все неуверенность становится еще более интенсивной, еще более
демонстративной после того, как мы умираем, когда, как говорят нам мастера, наша
ясность или запутанность "умножается семикратно".
Любой, честно смотрящий на жизнь, увидит, что мы живем в постоянном напряжении и
неясности. Наши умы непрестанно переключаются между запутанностью и ясностью.
Если бы только мы были в путанице постоянно - это, по крайней мере, сошло бы за
какую-то ясность. Что в этой жизни действительно озадачивает, так это то, что
иногда мы, несмотря на всю нашу запутанность, можем проявлять настоящую
мудрость! Это показывает нам, что такое бардо: постоянное, нервирующее метание
между ясностью и замешательством, смятением и прозрением, уверенностью и
неуверенностью, здравым рассудком и безумием. У нас, таких, какие мы сейчас,
мудрость и запутанность возникают в наших умах одновременно, или, как мы
говорим, "сосуществуют". Это означает, что перед нами постоянно стоит проблема
выбора, и что все зависит от того, что мы выберем.
Эта постоянная неуверенность может привести к тому, что все будет выглядеть
мрачным и почти безнадежным; но если вы лучше ее рассмотрите, то увидите, что
сама ее природа создает промежутки, куда постоянно втекают большие возможности
для преображения, которое может произойти, если они будут замечены и
использованы.
Поскольку жизнь не что иное, как вечная смена рождения, смерти и перехода, то мы
испытываем бардо постоянно, и эти переживания являются основой нашего
психологического склада. Однако обычно мы не замечаем бардо и промежутков в них,
поскольку наш ум переходит от одной так называемой "твердой" ситуации к
следующей, привычно игнорируя постоянно происходящие переходные состояния.
Фактически, как помогает понять нам это учение, каждый момент нашего восприятия
представляет собой бардо, поскольку каждая мысль и каждая эмоция возникает из
сущности ума и в ней же затухает. Учения позволяют нам осознать, что именно в
моменты сильной перемены и перехода может проявиться истинная, подобная небу,
первичная природа нашего ума.
Позвольте мне привести пример. Представьте, что однажды вы приходите домой с
работы и обнаруживаете, что ваша дверь сорвана и висит на одной петле. Вас
ограбили. Вы входите внутрь и видите, что все, чем вы владели, исчезло. На
секунду вас парализует шок, и вы в отчаянии лихорадочно пытаетесь вспомнить то,
чего здесь уже нет. На вас обрушивается осознание: вы лишились всего. Затем ваш
беспокойный, возбужденный ум пораженно замирает, и мысли прекращаются. И тут
внезапно наступает глубокий покой, воспринимаемый почти как блаженство. Нет
больше борьбы, нет усилий, потому что все это бесполезно. Вам просто приходится
сдаться; у вас нет выбора. Итак, в один момент вы лишились чего-то ценного, и
затем, в следующий момент, вы обнаруживаете, что ваш ум отдыхает в глубоком
состоянии покоя. Если с вами такое случится, не заставляйте себя сразу же
кидаться искать пути разрешения ситуации. Некоторое время побудьте в этом
состоянии покоя. Позвольте ему быть промежутком. И если вы действительно
задержитесь в этом промежутке, глядя внутрь собственного ума, то вы заметите
проблеск бессмертной природы просветленного ума.
Чем глубже наша чувствительность и чем острее наша готовность ухватиться за
поразительные возможности испытать основополагающее прозрение, которые
предлагают нам такие промежутки и переходы, случающиеся в нашей жизни, тем более
мы будем внутренне готовы к ним, когда они произойдут наиболее сильно и
неуправляемо, после смерти.
Это чрезвычайно важно, поскольку учения о бардо говорят нам, что это такие
моменты, когда ум наиболее свободен, моменты, наиболее сильные, несущие наиболее
мощный кармический заряд и значение. Высшим из них является момент смерти. В
этот момент тело оставляется, и нам предоставляется величайшая из возможностей
освобождения.
Каким бы высоким ни было наше духовное мастерство, мы ограничены телом и его
кармой. Но вместе с физическим освобождением смерти приходит самая чудесная
возможность достичь всего, к чему мы стремились в своей духовной практике и
своей жизни. Даже для высочайшего мастера, достигшего высшего постижения, такое
высшее освобождение, называемое паранирвана, наступает только при смерти.
Поэтому в тибетской традиции мы не отмечаем дней рождения мастеров: мы отмечаем
их смерть, момент их окончательного просветления. Во время моего детства в
Тибете, и много лет спустя, я слышал рассказ за рассказом о великих духовных
практиках и даже о внешне обычных йогах или простых людях, которые умирали
поразительным и впечатляющим образом. Только в этот самый последний момент они
наконец показывали глубину своего постижения и силу учений, воплощением которых
они стали [[9. В Тибете мастера не выставляют свое сознавание напоказ. Они могут
обладать огромными парапсихическими силами, но обычно не показывают этого. Это
рекомендуется нашей традицией. Истинные мастера никогда, ни по какому случаю, не
пользуются своими силами для самовозвеличения. Они используют их только тогда,
когда знают, что они окажут другим истинную пользу; или же могут позволить
нескольким из своих ближайших учеников быть свидетелями их проявления в особых
обстоятельствах и в особом окружении.]].
Тантры Дзогчен, те древние учения, от которых произошли указания о бардо,
говорят о мифической птице Гаруде, которая рождается полностью зрелой. Этот
образ символизирует нашу первичную природу, которая уже целиком совершенна. Все
перья в крыльях птенца Гаруды вырастают внутри яйца, но он не может полететь до
того, как вылупится. Только в момент, когда лопнет скорлупа, он может вырваться
наружу и взмыть в небо. Так же, как говорят нам мастера, качества будды скрыты
телом, и как только тело отброшено, они сияюще проявляются.
Момент смерти предоставляет столь большую возможность потому, что именно тогда
основная природа ума, Основная Светоносность или Ясный Свет, естественно
проявляется и проявляется грандиозно и величественно. Учения говорят нам, что
если в этот критический момент мы сможем узнать эту Основную Светоносность, то
достигнем освобождения.
Однако это невозможно, если вы не ознакомитесь с природой ума и досконально не
узнаете ее во время вашей жизни, посредством духовной практики. Вот почему, хотя
это и довольно удивительно, в нашей традиции говорится, что человек,
освобожденный в момент смерти, считается освобожденным в этой жизни, а не в
одном из посмертных состояний бардо; потому что именно в течение этой жизни
произошло и было упрочено существенно необходимое узнавание Ясного Света. Это
чрезвычайно важно, и вам необходимо это понять.
ДРУГИЕ РЕАЛЬНОСТИ
Я сказал, что бардо являются возможностями, но что именно в бардо позволяет нам
использовать те возможности, которые нам предоставляются? Ответ прост: все они
являются различными состояниями и различными реальностями ума.
Обучение в традициях буддизма подготавливает нас к точному познанию, посредством
медитации, различных взаимосвязанных аспектов ума, и учит умело входить в
различные уровни сознания. Существует отчетливое и точное соотношение между
состояниями бардо и теми уровнями сознания, которые мы переживаем в цикле жизни
и смерти. И в то время, как мы перемещаемся из одного бардо в другое, как в
жизни, так и в смерти, происходит соответствующее изменение сознания, с которым
мы можем, посредством духовной практики, хорошо ознакомиться и, наконец,
полностью его понять.
Поскольку тот процесс, что разворачивается в посмертных бардо, основан в
глубинах нашего ума, он и в жизни проявляется на многих уровнях. Например, есть
очень сильное соответствие между степенями тонкости сознания, через которые мы
проходим во сне и при сновидениях, и тремя бардо, связанными со смертью:
• Погружение в сон сходно с бардо умирания, когда процессы и элементы мысли
распадаются, открывая переживание Основной Светоносности.
• Видение сновидений сходно с бардо становления, промежуточным состоянием, в
котором вы обладаете ясновидящим и очень подвижным "ментальным телом",
претерпевающим всевозможные происшествия. В состоянии видения снов мы тоже
обладаем сходным видом тела - телом сновидения, находясь в котором и переживаем
все происшествия жизни в сновидении.
• Между бардо умирания и бардо становления лежит очень особое состояние
светоносности или Ясный Свет, которое, как я уже упоминал, называется бардо
дхарматы. Переживание этого происходит со всеми, но лишь очень немногие могут
даже заметить, не говоря уже о том, чтобы полностью воспринять его, потому что
узнать его может только тот, кто тренирован и практикует учение. Это бардо
дхарматы соответствует периоду после засыпания и до начала сновидений.
Конечно, посмертные бардо являются гораздо более глубокими состояниями сознания
и неизмеримо более сильными моментами, чем состояния во сне и при сновидениях,
но их относительные уровни тонкости соответствуют друг другу и показывают те
связи и параллели, что существуют между всеми разными уровнями сознания. Мастера
часто прибегают к этому сравнению, чтобы показать, как трудно поддерживать
сознавание в состояниях бардо. Многие ли из нас сознают изменение сознания,
когда засыпают? Или в тот момент сна, когда сновидения еще не начались? Многие
ли из нас сознают, видя сон, что видят сон? Представьте же, насколько трудно
будет оставаться сознающим в бурной путанице посмертных бардо.
То, как ведет себя ваш ум в состоянии сна и видения сновидений, показывает, как
ваш ум поведет себя в соответствующих состояниях бардо; например, то, как вы
реагируете сейчас в своих сновидениях, при кошмарах и когда вам снятся
препятствия, показывает, как вы можете реагировать, когда умрете. Поэтому йога
сна и сновидений играет такую важную роль в подготовке к смерти. Тот, кто понастоящему
практикует ее, стремится поддерживать, постоянно и непрерывно, свое
сознавание природы ума в течение дня и ночи, и таким образом непосредственно
использовать различные фазы сна и сновидений, чтобы знать и уверенно узнавать
то, что будет с ними происходить в разных бардо во время смерти и после нее.
Итак, мы часто обнаруживаем два других бардо внутри естественного бардо этой
жизни: это бардо сна и сновидений, и бардо медитации. Медитация - занятие
дневное, а йога сна и сновидений - ночное. В традиции, к которой принадлежит
Тибетская Книга Мертвых, эти два добавляются к Четырем Бардо, составляя вместе
Шесть Бардо.
ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ НА ЛАДОНИ
Для каждого из бардо есть собственный набор указаний и практик медитации,
которые точно направлены на эти реальности и присущие именно им состояния ума.
Поэтому эти духовные практики и обучение, разработанные для каждого из состояний
бардо, позволяют наиболее полно использовать их и предоставляемые ими
возможности для освобождения. Относительно бардо существенно важно понять
следующее: следуя обучению в этих практиках, действительно возможно сознавать
эти состояния ума еще при жизни. Мы можем действительно пережить их здесь и
сейчас.
Такое полное овладение различными измерениями ума может показаться очень трудным
человеку Запада, однако его вполне можно достичь. Куну Лама Тензин Гьялцен был
превосходным мастером, уроженцем гималайской области Северной Индии. В молодости
он встретил в Сиккиме Ламу, который посоветовал ему отправиться в Тибет, чтобы
изучать буддизм. Так он отправился в Кхам, в Восточном Тибете, где воспринимал
учения некоторых из величайших Лам, включая моего мастера Джамьянга Кхьенце.
Знание санскрита вызывало уважение к Куну Ламе и открыло перед ним много дверей.
Мастера охотно учили его, надеясь, что он вернет их учения в Индию, где, как
знали мастера, они почти исчезли, и распространит их там вновь. За время
пребывания Куну Ламы в Тибете, он стал высоко учёным и обрел высокие постижения.
Затем он вернулся в Индию и жил там как истинный аскет. Когда мой мастер и я
покинули Тибет и отправились в паломничество по Индии, мы повсюду искали его и
наконец нашли в Бенаресе. Он жил при индуистском храме. Никто не знал, кто он
такой, и даже, что он буддист, не говоря уже о том, что он мастер. Они знали его
как мягкого в обращении йога, ведущего себя как святой, и подносили ему пищу.
Когда я думаю о нем, то всегда говорю себе: "Наверное, таким был Св.Франциск
Ассизский".
Когда тибетские монахи и Ламы впервые оказались в изгнании, Куну Лама был выбран
учителем грамматики и санскрита в школе, основанной для них Далай-ламой. Многие
высокоученые Ламы учились там у него, и все они считали его превосходным
преподавателем языка. Но однажды кто-то задал ему вопрос об учениях Будды. Он
дал на него очень исчерпывающий ответ. Тут ученики стали задавать ему еще
вопросы, и обнаружили, что он знает ответы на все, что бы они ни спросили. Он
фактически мог изложить любое учение, о котором его спрашивали. Таким образом,
его слава разнеслась повсюду, и вскоре он уже учил членов каждой из различных
школ буддизма их собственным доктринам. Тогда Его Святейшество Далай-лама сделал
его своим духовным руководителем. Он признает, что Куну Лама вдохновил его на
создание его учения и практики сострадания. Фактически, Куну Лама и был живым
примером сострадания. Но все же он не изменился, даже когда прославился. Он попрежнему
носил ту же самую старую одежду и жил в маленькой келье. Когда кто-либо
приносил ему подарок, он дарил его следующему посетителю. И если кто-нибудь
готовил ему пищу, он ел; если же нет, обходился без нее.
Однажды некий мастер, которого я хорошо знал, посетил Куну Ламу, чтобы задать
ему несколько вопросов о бардо. Этот мастер - профессор, прекрасно разбирающийся
в учении Тибетской Книги Мертвых и имеющий большой опыт в связанных с ней
практиках. Он рассказывал мне, как задал свои вопросы и затем, затаив дыхание,
слушал, как отвечает Куну Лама. Он никогда не слышал ничего подобного. Когда
Куну Лама описывал бардо, то это было настолько точно и живо, будто лондонец
описывал, как дойти до Кенсингтон Хай Стрит, или житель Нью-Йорка - до
Центрального Парка, или парижанин - как пройти на Елисейские Поля. Это выглядело
так, будто он действительно находился там.
Куну Лама описывал бардо, исходя из своего собственного опыта. Такой практик,
как он, прошел через все измерения реальности. И именно потому, что все
состояния бардо находятся в наших умах, они и могут быть открыты и освобождены
посредством практик бардо.
Эти учения произошли из ума мудрости будд, которые могут видеть жизнь и смерть
так же, как смотреть на свою ладонь.
Мы тоже являемся буддами. И если мы сможем выполнять духовную практику в бардо
этой жизни и погружаться все глубже и глубже в природу нашего ума, то сможем
открыть знание и других бардо, и истина этих учений сама по себе раскроется
внутри нас. Вот в чем состоит чрезвычайная важность естественного бардо этой
жизни. Здесь и сейчас происходит вся подготовка ко всем бардо. Сказано, что
"высший способ подготовки - сейчас: стать просветленным в течение этой жизни".
Глава VIII
ЭТА ЖИЗНЬ: ЕСТЕСТВЕННОЕ БАРДО
Давайте исследуем первое из Четырех Бардо, естественное бардо этой жизни, и
множество его значений; а затем в соответствующем порядке рассмотрим и остальные
три бардо. Естественное бардо этой жизни охватывает всю нашу жизнь, от рождения
до смерти. Учения о нем проясняют нам, почему это бардо является столь
драгоценной возможностью, что такое - действительно быть человеком, и что
является самым важным и единственно по-настоящему существенным из всего, что мы
можем сделать с даром этой человеческой жизни.
Мастера говорят нам, что у наших умов есть один аспект, который является его
основой, состояние, называемое "основой обычного ума". Лонгченпа, выдающийся
тибетский мастер четырнадцатого века, так описывает его: "Это состояние
непросветления и нейтральное состояние, относящееся к категории ума и умственных
событий, и оно стало основой всех карм и "следов" сансары и нирваны". Оно
действует как хранилище, в котором хранятся, как семена, отпечатки всех наших
действий в прошлом, что были вызваны отрицательными эмоциями. Когда возникают
подходящие условия, они прорастают и проявляются в наших жизнях как
обстоятельства и ситуации.
Представьте эту основу обычного ума как банк, в котором содержится карма в виде
отпечатков и привычек поведения. Если мы привычно думаем определенным образом,
положительным или отрицательным, то соответствующие склонности будут очень легко
спровоцированы и приведены в действие, проявятся и повторятся, и будут вновь
повторяться. При постоянном повторении наши привычки и склонности становятся все
более укоренившимися и будут повторяться, возрастая и становясь все сильнее,
даже когда мы спим. Таким образом, они начинают определять нашу жизнь, нашу
смерть и наше новое рождение.
Мы часто спрашиваем себя: "Что со мной будет, когда я умру?" Ответ прост: в
каком состоянии ума мы находимся сейчас, какой личностью мы являемся сейчас, -
такими мы и будем в момент смерти, если не изменимся. Вот почему так абсолютно
важно использовать эту жизнь, чтобы очистить наш поток ума, наше основное
существо и характер, пока это еще возможно.
КАРМИЧЕСКОЕ ВИДЕНИЕ
Как мы вообще стали живыми и обрели форму человеческих существ? У всех существ,
имеющих похожую карму, будет похожее видение окружающего их мира, и этот общий
для них набор восприятий называется "кармическим видением". Такое соответствие
нашей кармы и того мира, в котором мы оказываемся, также объясняет возникновение
различных форм: например, вы и я являемся людьми, потому что имеем общую
основную карму.
Но и в мире людей каждый из нас имеет собственную индивидуальную карму. Мы
рождены в различных странах, городах, семьях; у каждого из нас различное
воспитание, образование, вера, мы подвержены различным влияниям, и все это
составляет эту карму. Каждый из нас представляет собой сложную сумму привычек и
прошлых действий, и поэтому мы неизбежно видим все по-своему, своим собственным,
уникальным образом. Люди выглядят очень похоже, но воспринимают окружающее
совершенно по-разному, и каждый из нас живет в своем собственном, уникальном и
отдельном мире. Как говорит Калу Ринпоче:
Если сто человек заснут и будут видеть сны, то каждый из них будет в отдельном
другом мире в своем сне. Можно сказать, что истинен сон каждого, но было бы
бессмысленно заявлять, что сон только одного человека был истинным миром, а
остальные - ложными. Тут истина есть для каждого из воспринимающих,
соответственно кармическим структурам, управляющим его восприятиями.
ШЕСТЬ МИРОВ
Наше человеческое существование не является единственным родом кармического
видения. Буддизм определяет шесть миров существования: миры богов, полубогов,
людей, животных, голодных духов и ада. Каждый из них является результатом одной
из шести главных отрицательных эмоций: гордости, ревности, желания, невежества,
жадности и гнева.
Действительно ли эти миры существуют вне нас? Они могут, фактически,
существовать за пределами восприятия нашего кармического видения. Давайте
никогда не забывать: То, что мы видим, - это то, что позволяет нам видеть наше
кармическое видение, и не более того. Подобно тому, как мы, со своим теперешним,
неочищенным и неразвитым состоянием восприятия можем сознавать только эту
вселенную, так и насекомое может рассматривать палец человека как целый
самостоятельный ландшафт. Мы настолько заносчивы, что верим в истинность
положения "можно верить лишь в то, что видишь". Однако великие учения буддизма
говорят о бесчисленных мирах, лежащих в различных измерениях, - среди них даже
может быть много миров, очень похожих или почти похожих на наш - а несколько
современных астрофизиков разработали теории о существовании параллельных
вселенных. Как же мы можем определенно утверждать, что существует и что не
существует за пределами нашего ограниченного видения?
Рассматривая окружающий нас мир и заглядывая в собственные умы, мы можем видеть,
что эти шесть миров определенно существуют. Они существуют потому, что мы
неосознанно позволяем нашим отрицательным эмоциям проецироваться вовне и
кристаллизовать вокруг нас целые миры, определяя стиль, форму, вкус и запах, и
окружение нашей жизни в этих мирах. И они же существуют и внутри нас, как
различные зачатки разнообразных негативных эмоций, и склонности к ним, внутри
нашей психофизической системы, постоянно готовые прорасти и вырасти, в
зависимости от того, что на них повлияет, и какой образ жизни изберем мы сами.
Давайте теперь рассмотрим, как некоторые из этих миров проецируются в окружающий
нас мир и кристаллизуются там. Например, основной чертой мира богов является то,
что он лишен страдания, это мир неизменной красоты и чувственного экстаза.
Вообразите этих богов: высокие, белокурые люди, занимающиеся серфингом,
загорающие на пляжах и в садах, залитых ярким солнцем, слушающие любую музыку,
какая им только нравится, опьяняющиеся любым стимулирующим средством, очень
увлекающиеся медитацией, йогой, культуризмом и любым другим способом улучшить
себя, но никогда не напрягающие своих мозгов, никогда не встающие лицом ни к
какой сложной или болезненной ситуации, никогда не сознающие своей истинной
природы и настолько лишенные чувствительности и боли, что они никогда не
сознают, каким на самом деле является их состояние.
Если при описании мира богов на ум сразу приходят некоторые части Калифорнии и
Австралии, то мир полубогов, наверное, можно видеть ежедневно разыгрываемым в
интригах и соперничестве Уолл-стрита, коридоров Вашингтона или Уайтхолла. А миры
голодных духов? Они существуют повсюду, где есть люди, хоть и чрезвычайно
богатые, но никогда не удовлетворенные, жаждущие захватить эту фирму или ту
компанию, или бесконечно пытающиеся насытить свою жадность, затевая судебные
процессы. Включите любой канал телевизора, и вы немедленно окажетесь в мирах
полубогов и голодных духов.
Качество жизни в мире богов может показаться более высоким, чем в нашем мире, но
мастера говорят нам, что человеческая жизнь гораздо более ценна. Почему?
Благодаря тому факту, что мы обладаем сознаванием и разумом, которые являются
необходимым материалом для просветления, и потому, что само страдание, что
наполняет этот мир людей, является стимулом к духовному преображению. Боль,
горе, потеря и разнообразные бесконечные неудачи, что существуют здесь, имеют
настоящее и впечатляющее предназначение: пробудить нас, позволить нам - почти
что заставить нас - вырваться из цикла сансары и освободить заточенное в нас
великолепие.
Каждая духовная доктрина всегда подчеркивала, что эта человеческая жизнь
уникальна и обладает таким огромным потенциалом, который обычно мы даже не можем
представить себе. Если мы упустим ту возможность, которую дает нам эта жизнь для
преображения, то, вероятнее всего, придется слишком долго ждать, прежде чем
получим другую. Представьте слепую черепаху, странствующую в глубинах океана
размером со вселенную. По поверхности этого океана волны носят деревянное
кольцо. Через каждые сто лет эта черепаха один раз поднимается на поверхность.
Буддисты говорят, что родиться человеком труднее, чем этой черепахе случайно
всплыть так, чтобы ее голова просунулась в то деревянное кольцо. А еще
говорится, что даже среди получивших рождение человеком редко встречаются такие,
кто наделяется великим счастьем встретить эти, ведущие к освобождению, учения; а
те, кто действительно вбирает их в свое сердце и воплощает в своих действиях,
еще более редки, "как звезды при свете дня".
ДВЕРИ ВОСПРИЯТИЯ
Как я говори
...Поділитися у соцмережах
