Жанр: Психология
Сборник
...м. Мать видела все,
и она сказала все - это можно прочесть, это тысячи раз написано
в ее собственных словах, только мы не понимаем, что они значат.
Нечто просто не может быть схвачено разумом. Нечто нужно найти.
Мы бредем наощупь, как слепые люди, в давно уже открытом. Мы
идем наощупь в открытии Матери. Мы движемся через великую
Амазонию, которой не хватает только имени, в чем-то уподобляясь
первому человеку, пытающемуся в первый раз назвать свой мир и
его объекты и вызвать вещи из несуществования посредством слова
— он заставлял их прийти в бытие, называя их. Собираемся ли мы
найти место, ключ, который заставит нас увидеть, слово, которое
привнесет все это в бытие?
И ее последние слова, ее самые последние слова на
Плэйграунде перед собравшимися детьми, нацеленные на то, чтобы
они смогли увидеть новый мир и прикоснуться к нему,
возвращаются ко мне сейчас с невыразимой остротой: По существу,
громадное большинство людей подобны узникам с закрытыми окнами
и дверьми, так что они задыхаются (что вполне естественно), и
все же у них есть ключ, который открывает окна и двери, но они
не используют его... Они боятся — боятся потерть себя. Они
хотят оставаться тем, что они называют "собою". Они любят свою
ложь и свое рабство. Нечто в них любит это и привязано к нему.
Они чувствуют, что без своих границ они не могли бы больше
существовать. Вот почему путешествие столь длинно и трудно.
Это было 26 ноября 1958 года.
А пока она говорила, малыши из "зеленой" группы, которые
быстро заснули на матах на земле возле ее кресла, начали
"видеть вещи". Теперь, когда им по двадцать, они могли бы
рассказать, что видели. Они видели странную Мать, более
высокую, чем она была, с телом, казавшимся сделанным из другой
субстанции, субстанции, которая излучала свет изнутри -
настоящую Мать; для них это было "настоящей Матерью". И они
спросили, или спросил один из них: "Почему ты пришла такой, как
мы? Почему ты не пришла такой, какой являешься на самом деле?"
Типичная реакция ребенка, еще не совращенного разумом; казалось
удивительным не то, что Мать была светящейся и более высокой, а
то, что материально она была не такой. "Почему ты не пришла
такой, какой являешься на самом деле?" И Мать также типично
ответила: Потому что если бы я не пришла такой же, как вы, то
никогда не смогла бы быть близкой вам и не смогла бы сказать
вам: станьте такой, как я.
Но конечно же! Миру не нужно быть сраженным чудом, даже
чудом одного великолепного тела: ему требуется найти
собственное чудо. Когда мир найдет это, тогда все чудеса будут
естественными. Мистерия Матери в нашем собственном несознании.
Мы должны найти ключ, мы должны открыть дверь. Тогда все мы
станем такими, как она — или, возможно, мы уже такие, как она!
Возможно, настоящее тело уже здесь. Утеряно звено. Есть некая
вуаль, которую нужно поднять... Мать совершенно друга, мир
совершенно другой — мы ничего не понимаем из этого. Над миром
распростерта вуаль смерти. Есть глаза, которые видят смерть и
вызывают смерть. Они назовут нас сумасшедшими или шизофрениками
или параноиками — потому что они так фатально очарованы своей
смертью, они просто не видят вещи другими, чем "как они есть",
это их "закон", их "здравый смысл", их
"но-я-вижу-ия-касаюсь-этого" — как обезьяны, чувствующие тени
деревьев. Мы чувствуем тень невидимого мира. Наши
"патентованные" факты сегодняшнего дня — это научное
ребячество улучшенных обезьян. По сути, - сказала Мать
поразительно острым образом, - материалистическое мышление
является евангелием смерти.
Но предположим, что у нас есть отвага покончить с
евангелиями раз и навсегда, будь то евангелии смерти или
вечного рая, что тогда? Предположим, мы начали верить в истину
материи, в божественную возможность материи, в божественную
жизнь в истинном теле?
Что же, тогда мы должны пойти и поискать настоящую
материю, это все, безо всяких предвзятостей улучшенных обезьян,
будь то научных, материалистических или спиритуалистических.
Бесхитростно. С глазами, открытыми для неожиданного. Потому
что, в любом случае, это там, где мы меньше всего его ожидаем.
И это будет концом материализма. Потому что материализм -
это разум, имеющий дело с нечто отличным от себя. Другой мир
есть просто... как он есть.
Этот материализм должен уйти вместе с той религией.
Конец смерти
9 декабря 1958 года, точно восемь лет спустя после того,
как Шри Ауробиндо был помещен под большое огненное дерево с
желтыми листьями, Мать собралась погрузиться в свое тело и была
вынуждена прекратить всякую внешнюю деятельность. 7 декабря она
сыграла свою последнюю партию в теннис и сделал свой последний
дневной визит на Плэйграунд. Ей не требовалось решать чтолибо
или делать что-то произвольно: сами обстоятельства заставили ее
сделать то, что предполагалось — отчасти грубо. И это в
точности характеризует работу новой Силы в мире: она работает
материально, создает обстоятельства, которые вынуждают наше
действие. Когда возникает некая "проблема" или трудность или
колебание, эта Сила никогда не дает ментального ответа: она
дает физический ответ, через факты и обстоятельства. Эта Мощь
действует исключительно и ошеломляюще на уровне голой материи
— и грубо, через "поразительные" примеры, если требуется. С
растущим чувством удивления и замешательства годами я наблюдал,
как в точности развивается эта Сила. Люди хотят видеть чудеса.
Можно удивляться, почему — мир полон чудес. Но требуется
смотреть в нужное место и под правильным углом, не предпочитая,
чтобы обстоятельства шли в том или ином направлении, даже не
предпочитая наслаждаться так называемым добрым здравием. Тогда
видишь, как работают вещи — в самых микроскопических деталях.
Начинаешь оценивать грандиозное тождество материи, в котором
малейшее обстоятельство, мельчайшая встреча, малюсенький толчок
как будто бы подстегивается той же самой великой волной Силы,
которая побуждает землетрясение или революцию. И иногда даже
схватываешь проблеск того, как маленький толчок здесь может
породить грандиозный отклик где-то там; как маленькая истинная
вибрация здесь, в маленькой трещине материи, отзывается по
всему миру существ и вещей. Новый мир поистине нов. Этот мир
больше не использует разум: это материя, играющая с собой, как
и всегда, сознательная материя, истинная материя, развивающаяся
и находящаяся в процессе прорыва через все ментальное
несознание, которое покрывает ее.
В возрасте восьмидесяти одного года Мать начала йогу
клеток. Она вступила в "как" и "почему" Смерти. Она собиралась
попытаться растворить вуаль, пройти через смерть, не умирая, и
подготовить в клетках своего тела тысячи глаз наших маленьких
клеток, которые однажды будут пробуждены, возможно, без нашего
об этом знания. И все изменится.
Смерть будет мертва, потому что мы больше не видим ее. За
исключением тех, кто хочет этого. Произойдет загадочная и
быстрая дегенерация элементов, которые не могут развиваться:
тех, которые верят в истину смерти.
Конец первой части
Сатпрем.
Мать или Новый Вид. Том 2
---------------------------------------------------------------------------
Трилогия книг о Матери:
I The Divine Materialism
II The New Species
III The Mutation of Death
---------------------------------------------------------------------------
This book was first published in France under the title Mere ou
L`Espece Nouvelle by Editions Robert Laffont, S.A., Paris.
Satprem, 1976
Mother or The New Species. English translation copyright 1983
by Institute for Evolutionary Research, Ltd. All rights reserved.
For information address: Institute for Evolutionary Research,
200 Park Avenue, Suite 303 East, New York, N.Y. 10166.
---------------------------------------------------------------------------
1998. Москва. Перевод с английского Игоря Савенкова.
T Copyright 1998 Игорь Савенков, перевод с английского
Email:savenkov@ext1.ccas.ru
---------------------------------------------------------------------------
Она работает здесь
в теле, чтобы принести вниз
нечто еще не выраженное
в этом материальном мире,
чтобы трансформировать жизнь здесь
Шри Ауробиндо
I. ТОТ ВЕЛИКИЙ ВЗГЛЯД
Начиналась новая жизнь.
Нечто закрылось в этом неистовом сердце, подобно тяжелой серебряной
двери, за которой она переносила свою боль в тишине, что, возможно, было
ужасно. Нечто навсегда укоренилось там, что-то вроде взгляда, который
мог быть кромешне черным и золотым в своих глубинах, железной волей, которая
неотступно уставилась на Смерть. Теперь она знала: это был "вопрос,
данный мне для разрешения". Она отслеживала Врага во всех его обличиях;
за всеми жестами, шагами, словами, той или иной личностью, она
смотрела на Врага и пронзала его форму. Я не знаю в мире никакого другого
существа, которые бы так постоянно и столь непреклонно придерживалось
бы невероятно цельной воли — не стоило делать ни одного вдоха той
жизни, не стоило проживать даже секунду из двадцатичетырехчасового дня,
чтобы не посветить их завоеванию того или поискам того. Он ушел, должен
ли был уйти? Полный упадок. И это был даже не Шри Ауробиндо, на которого
она смотрела — это было за пределами Шри Ауробиндо, "нечто", что было
подобно великому Тому: Абсолюту, Всевышнему — и что значат слова? Так
или иначе слова абсурдны. То, что удерживает все от того, чтобы оно сразу
же не развалилось, подобно чудовищному фарсу. Ведь, так оно и есть,
как вещи предстоят с первого взгляда, мир является крайней чудовищностью,
завуалированной только нашим несознанием. Без той вуали несознания
мир был бы непереносим. Убери иллюзию, и останется лишь выбор между
Нирваной или самоубийством — и Тем, единственной надеждой обрести какой-либо
смысл. Единственно позитивная вещь во всей этой чудовищной
бессмыслице. Противоположная сторона Смерти. Иначе Смерть является
единственным абсолютом, торжествующим повсюду, в каждом уголке, ожидающей
нас на следующем повороте дороги, где она снимет свою маску и, смеясь,
выбьет всю нашу болезненную глупость. То или Смерть. В промежутке
между ними нет ничего, кроме маскарада и марионеток в этом маскараде.
Либо устремляешься к Тому, либо ты уже в лапах смерти. То, единственно
возможная и живая вещь в этой пародии на жизнь, которая не является
жизнью, единственная Сила, которая может бросить вызов силе смерти повсюду.
И если мы не верим в это, тем хуже для нас — это значит, что наше
имя уже занесено в скрижали смерти. На самом деле, это не вопрос "веры",
это вопрос дыхания; если уж с иллюзией покончено, то это больше не вопрос
для обдумывания, существует ли кислород, или вопрос изучения метафизики
кислорода: или дышишь, или умираешь. Это так просто. То означает
дыхание. Мы можем назвать это "китом", если угодно, но если мы не на
спине этого кита, то очень скоро будем втянуты на самое дно — это не
так уж далеко. Это завтра. Это даже прямо перед нашими носами: смерть
проскакивает в прошлое и снова проскальзывает назад в каждый момент нашей
жизни, подобно молчаливой акуле, элегантной и улыбающейся — очаровательной.
Истина состоит в том, что уход Шри Ауробиндо толкнул меня
прямо ко Всевышнему, без каких-либо посредников. Или То, или ничто, предельно
просто. Ничто означает Смерть. Она говорила "Всевышний" или "Господь"
или "Ты" — не имеет значения. Это был просто ее способ взывания к
тому, что нисколько не заботит, как мы его называем, но что является
единственной вещью, которой можно дышать перед лицом вездесущей всесильной
смерти. И, может статься, что все наши человеческие переживания --
все, без исключения — независимо от их видимости или языка, существуют
исключительно, единственно и абсолютно ради того, чтобы вести каждого из
нас к единственной Секунде, когда мы поворачиваемся к этой уникальной
Возможности: внезапно мы говорим: то, или смерть. Мы обращаемся к Позитивной
Вещи, к кислороду, мы раскрываем наши руки, и как идиоты, или
нет, твердим: То, то, то... единственный абсолют — это Всевышний,
единственное постоянство — это Всевышний, единственный оплот — это
Всевышний, единственное бессмертие — это Всевышний. И только то существует.
Иначе невозможно, иначе это живая смерть. Все переживания, все без
исключения, предназначены вести нас туда. Это первая секунда жизни в
царстве Смерти. И тогда приходит такое поглощающее, такое абсолютное переживание...
Неопределенность, неустойчивость, мимолетность, непостоянная
и нестойкая природа всякой вещи; можно не зависеть НИ ОТ ЧЕГО — все
распалось — кроме Всевышнего, потому что Он есть все. Только Все, в его
вечности, никогда не терпит крах... Слова глупы, но это переживание. Как
только вы имели это переживание, все кончено: все остальное — это просто
детали, результат того. Тогда мы поистине спасены; или, скорее, обложены
со всех сторон смертью — которую мы не замечали раньше. Мы спасены,
потому что дышим. Мы начали видеть настоящее лицо "жизни". Мы начали
сражаться со смертью. Мы с теми, кто тянет эволюцию к той стороне, на
которой можно дышать — в действительности, мы не "с теми": мы со Всевышним.
"С теми" — это все еще часть нашей смертной путаницы. И безо
всякой дрожи мы можем переносить великий, всесильный взгляд Матери, который
открывался, иногда, за серебряной дверью... потому что это взгляд
ужасающ для всех тех маленьких смертей, которых мы держим внутри самих
себя. Я провожу свое время, покрывая себя вуалью: слой за слоем, слой за
слоем, так чтобы остаться невидимой. Иначе... невыносимо.
Временами.., я видел.
Так что теперь мы знаем, что означает Жизнь в этом царстве Смерти.
Она отправилась завоевывать это, настоящую жизнь для земли — против наших
бесчисленных маленьких смертей. Когда земля сможет переносить этот
взгляд, она ближе подойдет к тому, чтобы быть настоящей землей, ведь
тогда она избавится от своей чудовищной солидарности со смертью. Возможно,
не найдется ни одного существа, которое, так или иначе, не содействовало
бы смерти. Это ужасает. Но те двадцать три года жизни Матери были
ужасными годами.
Коротко говоря, каждое существо в этой эволюционной лаборатории являло
собой некий образчик, в каждом из которых должна быть решена эта
проблема смерти.
II. НОВЫЙ ВИД
Возникал почти новый Ашрам. По сути, мы принимаем всех, всю землю,
и затем "взбалтываем", и все бесполезное отсеивается. Дети, множество
детей, все больше и больше. И, честно говоря, она была гораздо больше
заинтересована в детях, чем в учениках, которые знали все, что нужно или
не нужно было делать, и были полны света, йоги и переживаний: Они застыли
на своем пути. Очень хорошие образцы, чтобы выставить их в музее, но
не для того, чтобы делать работу... Должна сказать, что для своей работы
я предпочитаю кого-либо, кто знает очень мало, кто много не упражнялся
по части само-контроля, но кто имеет великое пламя стремления и обилие
доброй воли. Нечто податливое, прогрессивное, что не нужно разбивать на
мелкие кусочки, чтобы сделать прогресс. Действительно, это очевидно:
следующая жизнь, которая должна прийти, следующий шаг эволюции столь радикально
отличается от того, чем мы являемся, что мы думаем и что мы видим
на своих вершинах ортодоксального света — даже наши качества совершенно
бесполезны и почти не связаны с теми, которые будут двигать новым
видом — что мы должны заставить наш разум культивировать нечто иное,
если мы не хотим продолжать идти во главе вымирающего вида. Нет никакого
смысла в культивировании практики "раскачивания деревьев" или даже в
"йоге", ведь, в любом случае, грядущее будет совершенно иным. Каковы качества
будущего? Будет интересно обнаружить это.
Она ясно видела, она далеко заглядывала в будущее. В 1943 г. она
основала Школу Ашрама [Ashram School], насчитывавшую тогда двадцать пять
учеников; девять лет спустя их было около двух сотен, и она основала
Международный Университетский Центр Шри Ауробиндо [Sri Aurobindo
International University Centre]. Не забывайте, все вы, находящиеся
здесь, — говорила она, — что мы хотим реализовать нечто, что еще не
существует на земле; так что абсурдно искать где-либо пример того, что
мы хотим сделать. По существу, она пыталась внедрить в них чудо будущего,
невиденную возможность будущего, беспрецедентное "нечто", делаемое в
эволюционном тигле — да, эволюция "делается": почему бы нам не делать
ее вместе? Давайте сделаем другое существо на земле. Это гораздо интереснее,
чем стремиться стать благосостоятельными преемниками сотой демократической
династии после Христа, все снова и снова. Прежде всего,
она старалась выкорчевать старый шаблон смерти из сознания учителей;
иными словами, она начала с учителей. Учителя сели за студенческие парты,
и она "замешивала все тесто" вместе в странной, беспрецедентной смеси,
в которой никто не был учителем и никто не был учеником, и в которой
все вместе искали формулу будущего: дети делали это спонтанно, не заботясь
о каком-либо ложном "будущем", а учителя с их неистовым сопротивлением
как бы точно "просверливались" Матерью и самими учениками, пока,
волей-неволей, не был получен некий необычный результат. Для начала, не
было никаких дипломов и никаких экзаменов (и это за четырнадцать лет до
реорганизации университета в Беркли в 1964 г.). Но какая же шла борьба,
чтобы выкорчевать те семена из голов учителей! Зачем нужны дипломы? Чтобы
стать супер-пешками исчезающего вида? Около столетия человеческий вид
страдал от всемирно распространенного заболевания, которое сейчас достигло
наиболее острого состояния: эту болезнь можно назвать утилитаризм...
Детям, зараженным этой болезнью, не место в Образовательном
Центре Ашрама [Ashram's Centre of Education]. Действительно, нужно было
буквально вбивать в головы этих детей, что они делают будущее: "Это восхитительно,
вы так не думаете?", — говорила она им. Мы открываем будущее.
Мы открываем его без того, чтобы быть ограничены всеми "это невозможно"
или "это возможно". Возможно все, и она никогда не уставала повторять
им: Когда что-то кажется невозможным вам? Когда вы пытались сделать
это. Если бы вы никогда не пытались сделать это, то оно никогда не
казалось бы вам невозможным. И, прежде всего, почему вы пытались сделать
это? Потому что это находится в вашем сознании. Если бы этого не было в
вашем сознании, вы никогда не пытались бы сделать это. И в ту минуту,
когда оно приходит в ваше сознание, становится совершенно очевидно, что
это есть нечто, что вы будете реализовывать. Вы не способны реализовать
лишь то, что находится вне вашего сознания. Это так просто! Нет?
Трудность на пути к будущему заключалась в сознании; ключом было
изменение сознания. Изменить сознание — это, прежде всего, демонтировать
старые невозможности, широко раскрыть двери и перестать возводить
стены между нами самими и возможностями будущего — мы постоянно возводим
стены, мы постоянно сооружаем какие-то конструкции. Необходимо спуститься
прямо в клетки тела, чтобы снести эти конструкции, а тем временем
она старалась открыть двери: Сомнение делает жестким сознание, оно покрывает
его коркой, которая блокирует его восприимчивость. Это как нанести
на что-то лакировку, чтобы препятствовать контакту. Мы все время пребываем
в полнейшем чуде, мы купаемся в будущем; оно здесь вечно, оно
полное, совершенное и переполняющее все — но мы можем соприкоснуться
лишь с тем и реализовать лишь то, с чем мы можем установить контакт.
Амазония здесь, совершенная, Супраментал здесь, совершенный — все зависит
от того, с чем мы можем соприкоснуться. Имей мы веру, мы могли бы
трансформироваться за секунду... Только вера должна простираться вниз
прямо до клеток. И первый шаг — это открытый разум. Первая сена находится
в разуме; грандиозная стена, коллективная, тысячелетняя, поддерживаемая
миллионами и миллионами "разумных" людей: "Но посмотри же! Это
невозможно!" Если вы усвоите, раз и навсегда, — говорила она им, — что
вся вселенная (или, если угодно, наша земля, чтобы заострить проблему)
является ни чем иным, как Божественным, Кто забыл Себя, тогда куда же вы
поместите слабость? Конечно же, не в Божественное! Поэтому в забытье.
Следовательно, если вы боретесь с забытьем, то боритесь со слабостью.
Она учила их верить, прежде всего, в самих себя. Изменение сознания
действительно начинается с выкорчевки старого леса в нас. Будь мы чисто
самими собою, мы были бы совершенно божественны. Это верно. Это даже
ключ к будущему. "О, но посмотри сюда!", — возражают старые эволюционные
типы, — они говорят "но", и мгновенно еще глубже погружаются в тысячелетнюю
трясину. После они легко могут уколоть: "Ну я же тебе говорил."
Не должно быть никаких "но". Должно быть абсолютное ДА. Мы должны
выбраться из старой мировой трясины. Мы должны перестать находиться среди
мертвых, которые думают, что они живы и только волочат за собой хромосомы
своих дедушек. По существу, ЕДИНСТВЕННАЯ ВЕЩЬ, которую вы должны
неустанно делать, — говорила она учителям, — это учить их познавать
самих себя и выбирать собственную судьбу... Учить их исследовать себя,
понимать себя И ХОТЕТЬ СЕБЯ. Это гораздо важнее, чем учить их истории
земли или даже происхождению земли. А ученикам она все повторяла и повторяла:
Вы здесь для того, чтобы стать представителями новой расы. Все
зависит от вашей воли и вашей искренности. Если вы больше не хотите принадлежать
к обычному человечеству, если вы больше не хотите быть только
развитыми животными, если вы хотите стать новыми людьми, реализующими
супраментальный идеал Шри Ауробиндо, если вы хотите жить новой и высокой
жизнью на обновленной земле, тогда вы найдете здесь всю помощь, необходимую
для продвижения. Человечество не является последней ступенью земного
творения. Эволюция продолжается, и человек будет превзойден. Каждому
предоставлено решать, хочет ли он участвовать в приключении нового
вида.
я_Маленькое окно души
"Да, но все же", — возражают мудрые ученые мужи, — "они должны
немного научиться истории и географии, а также химии и тригонометрии, и
затем...". Полный список, прямо до самой смерти. Достаточно лишь простого,
маленького, микроскопического "да, но все же", и мы незаметно оказались
привязанными к нашему трупу (который, более того, не принадлежит
нам; он находится в законном владении похоронного бюро). И это факт, что
Мать учила их химии (в великолепных лабораториях, организованных Павитрой),
географии и всему прочему — но иным путем. Все заключается в том
"другом пути". "Любым избранным методом", — говорил Шри Ауробиндо. Супраментал
будет просачиваться любым образом, даже через тригонометрию,
только мы должны помнить, что это все средства... к чему-то иному. С самого
начала мы должны понять, что это просто "упражнения", как гантели
для накачки "мускул сознания" и что сознание является рычагом — разум
— это просто инструмент для формирования материи, для проникновения в
эту субстанцию и насыщения этой субстанции, которая наследует механическую
инерцию протоплазмы. Мы думаем, что разум предназначен для творения
евангелий, философий или марксизма, но все это просто переходные эволюционные
ступеньки, предназначенные для того, чтобы притягивать все больше
и больше сознания в материю. Вот цель, скрытый ключ, причина всего
этого движения. Разум поистине является выдающимся мучителем, он не оставляет
нас в покое ни на минуту; ничто другое не подходит лучше для того,
чтобы препятствовать нашей дремоте в блаженстве природной эволюции.
Если мы перепутаем химическую валентность и упустим степень доктора гарвардского
университета, что же, это наше неправильное представление как
"развитых животных". К счастью, намерения эволюции гораздо более чудесные.
И поэтому она учила их "иным путем".
По вечерам, после партии в теннис, она приходила на Плэйграунд,
изящная, спокойная, белая, одетая в японские геты, длинные панталоны,
ками, цвет которых зависел от дня — потому что и цвета имели свое значение,
представляя специфические мощности и центры сознания — и с головным
убором белого муслина, чтобы защититься от ветра. Хотя она должна
была подрезать свои длинные волосы. И "зимой" маленькая шелковая накидка
покрывала ее уже ссутулившиеся плечи. Ей было семьдесят три года. Этот
Плэйграунд поистине был ее особой лабораторией. Они делали там гимнастику
— массу — упражнения на бревне, дзю-до, асаны хатха-йоги, все мыслимое,
бокс и скачки с препятствиями, и чего там только ни было. Девочки
опоясывали головы белыми платками и носили шорты — шорты в Индии, в
1950 г. — это скандал, позор! — и они были в группах вместе с мальчиками,
а группы отличались цветом шорт: были группы в красных шортах, в
голубых шортах, в шортах цвета хаки; зеленые шорты носили самые маленькие,
белые шорты носили восемнадцатилетние, были и серые шорты — все
цвета радуги. Царила здоровая, веселая, как бы праздничная атмосфера.
Помимо прочего, было забавно и интересно подготавливать новый вид. И без
родителей — она не хотела никаких родителей, эти родители ужасны.Они
немедленно втискивали вас в с
...Закладка в соц.сетях
