Жанр: Политика
Вооруженные конфликты на территории бывшей югославии
Е.Ю.ГУСЬКОВА
ВООРУЖЕННЫЕ КОНФЛИКТЫ НА ТЕРРИТОРИИ БЫВШЕЙ ЮГОСЛАВИИ
(ХРОНИКА СОБЫТИЙ)
Москва 1999Об авторе.
ВВЕДЕНИЕ.
ОТДЕЛЕНИЕ СЛОВЕНИИ.
ХОРВАТИЯ:
ОПЕРАЦИИ "БЛЕСК" И "БУРЯ"
ПРОТИВОБОРСТВО В БОСНИИ И ГЕРЦЕГОВИНЕ.
ГУСЬКОВА Елена Юрьевна - доктор исторических наук,
ведущий научный сотрудник ИНИОН РАН, руководитель Центра по
изучению современного балканского кризиса Института
славяноведения РАН, Генеральный директор Международного
фонда югославянских исследований и сотрудничества "Славянская
летопись", член Президиума Российской ассоциации содействия
ООН, член Президиума Ассоциации друзей Югославии, член
Ассоциации Европейских исследований, почетный член Сербского
общества сербско-русской дружбы.
В 1994 г. признана "Выдающимся ученым России".
В 1994 г. работала научным экспертом по Балканам в штабе
миротворческих сил ООН в бывшей Югославии.
Награждена Республикой Сербской Орденом Негоша
II степени.
ВВЕДЕНИЕ.
События в Югославии в начале 90-х годов развивались
стремительно, во многом непредсказуемо и трагично. Ни
Югославия, ни тем более Европа не были готовы разрешить лавину
возникших в одночасье проблем в федерации. Возникла угроза
перерастания проблемы в конфликт, а последнего в войну. Ситуация
осложнялась тем, что республики, вставшие на путь
самостоятельности, не хотели ждать принятия согласованного
закона о правилах выхода из федерации. Словения и Хорватия,
первыми объявившие о своей независимости, решительно требовали
вывода со своих территорий Югославской народной армии (ЮНА), а
также закрепления за административными границами статуса
межгосударственных. Вопросы условий сецессии,
правопреемственности распадающегося многонационального
государства, распределения имущества, определения границ, судьбы
армии, прав национальных меньшинств, условия признания новых
государств не обсуждались. На несколько лет вооруженные
столкновения стали единственным средством решения
накопившихся проблем.
Раздоры в СФРЮ начались в республиканских
политических верхах, направлялись и осуществлялись
политическими лидерами. В углублении раскола большую роль
сыграли средства массовой информации - телевидение, печать,
радио. Изначально конфликт был управляем теми силами, которые
хотели отделиться. Находившиеся под их влиянием телевизионные
станции в конце 80-х годов постепенно перекрыли свободный поток
информации,, передавали только ориентированные на республики
новости, смакуя конфликтные моменты, подчеркивая различия,
гордясь независимостью своих лидеров, ставя им в заслугу
несогласие с центром. Телевидение Белграда, в свою очередь,
старалось ограничить объем передач из других республик, всячески
подчеркивая единство федерации. Мировое общественное мнение
формировалось в основном под воздействием средств массовой
информации Запада, склонных поддержать сепаратистские
тенденции и антикоммунистические настроения в республиках
СФРЮ. В силу этого история гражданских, а затем фактически
межгосударственных военно-политических конфликтов на
территории бывшей Югославии не получала всестороннего
освещения. Цель данной работы - восполнить пробел в
публицистике и историографии, используя новые югославские
источники,
Стоит вспомнить, что с начала 90-х годов в СМИ на
территории Югославии, а затем Европы и мира начиналась
настоящая информационная война.
Француз Жак Мерлино в своей книге "Нельзя говорить
вслух обо всех югославских истинах" (34) писал, что в мире появился
новый бизнес - услуги агентств по связям с общественностью,
действующие в сфере политики и информации (35, с. 200). Их
клиентами становятся представители разных стран, когда
необходимо провести манипуляции с информацией. Жак Мерлино
опубликовал досье, которое ему предоставил директор американской
компании Ruder Finns Global Public Affairs Джеймс Харф, согласно
которому компания на протяжении многих месяцев сотрудничала с
Хорватией (с августа 1991 по июнь 1992 г), с Боснией и
Герцеговиной (с мая по декабрь 1992 г.) и с Косово (с октября 1992
г.), чтобы помочь им в борьбе против "сербского агрессора" (35,
С.201). Д.Харф рассказал Ж.Мерлино, как вновь созданные
государства Хорватия, Босния и Герцеговина стали клиентами его
компании, и как ему платили, чтобы в их интересах была
"модифицирована" картина гражданской войны в Югославии, то
есть искажена истинная картина конфликта в полном объеме.
Фирма располагала картотекой, содержащей несколько
сотен влиятельных имен, по адресам которых они направляли свои
версии событий. "Мы можем, - откровенно говорил Харф, - за
несколько минут разослать четкую информацию всем, кто, по
нашим расчетам, отреагирует. Наше ремесло - посеять
информацию, чтобы она как можно быстрее циркулировала, чтобы
тезисы, благоприятные для нашего дела, были первыми,
получившими распространение. Скорость - существенный фактор.
Если какая-то информация представляет ценность для нас, л1Ы
должны сразу же внедрить ее в общественное мнение, потому что мы
хорошо знаем, что в расчет принимается первая информация'
Опровержения не приносят результата... Важно обращаться к
нужным личностям..."(35, с.94-95). С помощью электронной
техники фирма обслуживала несколько сотен ведущих политиков в
Европе и Америке, журналистов, руководителей гуманитарных
организаций, профессоров в университетских центрах, фильтруя
информацию и в считанные минуты поставляя нужные сведения
нужным людям. Только за три месяца было организовано 30 целевь^
бесед с издателями ведущих газет, направлено тринадцать
эксклюзивных материалов, 37 факсов по горячим следам событий,
17 официальных писем и 8 официальных заявлений. Фирма
обеспечила рабочие контакты боснийских властей в США - с виЦСпрезидентом
Гором, госсекретарем, семнадцатью влиятельными
сенаторами (35, с.95).
Больше всего директор компании гордился тем, что ему
удалось привлечь на сторону хорватов и мусульман часть
влиятельных лиц еврейского происхождения. Это было очень
трудным делом, т.к. в антисемитизме могли обвинить как раз и
Ф.Туджмана, и А.Изетбеговича. История давала достаточно
оснований для таких опасений. Как подчеркивал сам Д.ХарФ.
"жестоким антисемитизмом была отмечена история Хорватии и
Боснии. Более десяти тысяч евреев было ликвидировано в
хорватских лагерях". Тем не менее фирме удалось внедрить "блеф"" о
существовании лагерей, которые умело и неназойливо были названы
"концентрационными", в умы еврейских организаций. Уже после
этого легко было сравнить сербов с нацистами и заручиться
поддержкой еврейских организаций в антисербской борьбе (35,
с.96). Д.Харф был особенно доволен, что ему удалось внедрить в
общественное мнение ряд штампов, таких, как "концлагеря' '
"геноцид", "массовые изнасилования", которые очень помогли
"профессионально" выполнить свою работу.
Не только эта фирма, но и многие СМИ вольно или
невольно создавали стереотипы и закрепляли их в сознании
читателей и слушателей. Американский журналист Петер Брок
обработал 1500 статей из газет и журналов в 1992 г., опубликованных
различными агентствами новостей на Западе, и пришел к ВЫВОЗУ"
что соотношение публикаций против сербов и в их пользу составляет
40:1 (29). Журналист Д.Оуэн описал в лондонском журнале "Еигсзрэ
time" в сентябре 1994 г. реакцию редактора журнала, когда он
прочитал его сообщение из Боснии: "Очень хорошее, но разве оно не
могло быть больше антисербским?" - "Почему?" - "Потому, что
большинство газет на этой неделе антисербски настроено..." (18,
с.38).
Односторонняя картина происходивших событий и их
причин, отразившаяся в средствах массовой информации, привела к
тому, что в общественном мнении сложился устойчивый стереотип
причин и содержания происходивших на Балканах событий.
Назовем основные направления создания стереотипов:
1. Показать начинающийся конфликт как борьбу между
демократией (Словения, Хорватия) и коммунистической
диктатурой (Сербия, Югославия), Отсюда вытекал вывод, что
демократии надо помочь, ведь Запад всегда готов поддержать
демократию.
2. Создать образ руководителей Югославии как ортодоксальных
коммунистов, последний оплот коммунизма, с которым надо
бороться.
3. Создать образ виновного за конфликт. Постепенно он перерос в
образ врага. Им стала Сербия и, соответственно, сербы,
Большинство материалов СМИ Запада и Восточной Европы (в
1991 и 1992 гг. исключением не была и Россия) составляли
перепечатки и пересказы других информационных агентств,
Газеты пестрели заголовками: "Сербию надо поставить на
колени", "Убийцы Сараево", "Бандиты на Балканах".
4. Подготовить повод для наказания агрессора. Взрыв в очереди за
хлебом в Сараево (май 1992 г.) повлек за собой введение санкций
против СРЮ, взрывы на сараевском рынке Маркале (февраль
1994 г. и август 1995 г.) стали поводом для воздушных ударов
НАТО. Хотя позже было доказано, что сербы не совершали этих
акций, они уже были сурово наказаны.
Для многих журналистских публикаций, посвященных
событиям на Балканах, было характерно изображение сербской
стороны как агрессора и виновника войн в Словении, Хорватии,
Боснии и Герцеговине, а мусульман и хорватов как слабо
вооруженных, терпящих постоянные поражения и не получающих
должной поддержки Запада вследствие эмбарго на поставку оружия.
Такая же трактовка событий содержалась и в целом ряде
исследовательских работ, вышедших на Западе (39; 33).
Преобладающей была точка зрения, что "одна нация в рамках
многонациональной Югославии - сербы, под руководством
президента бывшей республики Сербии Слободана Милошевича
решила создать, при поддержке Югославской народной армии,
Великую Сербию" (39, с.18). Для этого они решили занять
территории соседних Боснии и Герцеговины, Хорватии и Словении,
"прогнав и убив все несербское население". "Этой позиции
придерживалось и правительство Соединенных Штатов, часть
американской политической и интеллектуальной элиты, хотя, -
признает С.Вудворд, - на такую позицию повлияли Австрия,
Словения и Хорватия, а позже - Германия" (39, с. 19). Такая точка
зрения стала основой для политики США, которые
идентифицировали С.Милошевича с "новым Гитлером". Нарушение
норм цивилизованного поведения, по мысли руководства США,
должно было быть должным образом наказано. Изоляция такого
лидера от мирового сообщества и уменьшение опасности его
агрессии предполагалось осуществить с помощью целого ряда мер:
"политического исключения из международных организаций,
дипломатической изоляции, экономической изоляции путем
введения торговых санкций и эмбарго на ввоз оружия, установления
зон, запретных для полетов, угрозы авиаударов..." (39, с. 19). Эту
точку зрения выражал и посол США в Югославии У.Циммерман,
который пишет в своей книге, что главная вина лежит на
С.Милошевиче, "который осуществлял стратегию, приведшую
страну к распаду и явившуюся причиной смерти сотен тысяч
жителей Югославии" (40, с.246). Авторы большинства книг,
написанных на Западе, не использовали литературу, написанную на
сербско-хорватском языке, вообще игнорировали такой вид
материалов как документы стран-участниц конфликта, не
стремились разобраться в причинах и сути происходившего.
Журналистов, выступавших против сложившихся
стереотипов, было сравнительно немного. Они пытались найти
сбалансированный подход и возложить ответственность за
продолжение войны на всех участников конфликта, в том числе и на
"мировые державы". Уже упоминавшийся Ж.Мерлино (34),
обозреватель "Цайт" М.Тумман (38), американский журналист Петер
Брок (29; см. также 32; 36), Арнольд Шерман (37), англичанин
Йосеф Бодански (28), австриец Петер Хандке (31) и другие
журналисты указывали на односторонность освещения балканского
конфликта, вскрывали механизмы дезинформации, критиковали
своих коллег за предвзятость в освещении балканского кризиса.
Сегодня еще много вопросов, связанных с балканским
кризисом, остается без ответов. Не все документы доступны ученым.
Еще молчат многие участники событий. Но стремление к
всестороннему рассмотрению происходившего на Балканах
подкрепляется большим количеством появившихся в последнее
время новых источников, так необходимых исследователям -
сборников документов, дневников и воспоминаний руководителей
переговорного процесса, дипломатов и военных, участвовавших в
операции международных сил на территории бывшей Югославии,
свидетельств очевидцев. Важнейшими из них являются документы
ООН, в частности, Совета Безопасности, Генеральной Ассамблеи
ООН, доклады Генерального Секретаря. Они до сих пор так и не
стали предметом тщательного анализа ученых.
В России не существует обобщающего труда по истории
югославского кризиса конца XX века. Представленный материал
рассматривает лишь один аспект сложного комплекса проблем
распада федерации - вооруженные столкновения на территории
Словении, Хорватии, Боснии и Герцеговины'. Впервые в
российской историографии автор использует большое количество
новых материалов, опубликованных в США (документы ООН),
Югославии, Республике Сербской, Республике Сербской Крайне,
Хорватии, Боснии и Герцеговине. В соответствии с обозначенной
выше целью работы, вводится в научный оборот большое количество
югославских источников, практически не использовавшихся в
научных работах, выходивших в разные странах. Автор надеется, что
данная хроника, как и другие опубликованные работы российских
югославистов (2-17; 20-27; 30) является вкладом в мозаику общей
сложной картины балканской трагедии.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Булатови?1 Лз. Генерал МладиР1.-Београд,1996.-336 с.
2. Валев Э.Б. Югославский клубок //География.-М.,1996.-№ 5.-С.17,9;
№ 7.-C.1,8-9,14,15; № 9.- C.8-9; № 13.-C.2-4; № 15.-C.7-9-N°
19.-C.IO-11.
'Здесь не анализируются вопросы военных преступлений в ходе
вооруженных столкновений ввиду сложности проблемы, требующей специального
исследования.
3. Волков В. К. Трагедия Югославии // Новая и новейшая история.-
М.,1994.-№ 4.-С.З-32.
4. Гуськова Е.Ю. Балканская трагедия: 90-е годы XX века// Очаги
тревоги в Восточной Европе (Драма национальных
противоречий).-М., 1994. - С . 292-316.
5. Гуськова Е.Ю. Кризис на Балканах и позиция России:
Предисловие// Югославский кризис и Россия.-М, 1993.-С.40-54.
6. Гуськова Е.Ю. Новые государства на Балканах: Первые шаги на
пути самостоятельности.- М.: ИНИОН, 1996.- 66 с.
7. Гуськова Е.Ю. От тоталитаризма к демократии: первые итоги
выборов на многопартийной основе.- М.:ИНИОН,1991.-52 с.
8. Гуськова Е.Ю. Основные направления внешней политики России
и балканский кризис // Обозреватель.-М.,1995.-№ 13.-С.32-37.
9. Гуськова Е.Ю. Политический ландшафт новой Югославии.-М.:
ИНИОН, 1996.- 42 с.
10. Гуськова Е.Ю. Распад югославской федерации// Россия и
современный мир. - М., 1993.-№ 2.-С. 13-33.
11. Гуськова Е.Ю. Урегулирование на Балканах: От Бриони до
Дейтона (мирные планы 1991 - 1995 гг.) .- М.: ИНИОН,1998.- 68
с.
12. Давыдов Ю.П., Приходько О.В., Смирнов П.Е. Югославский
кризис: интернационализация или интервенция ? // США:
Экономика, политика, идеология.-М., 1993.- № 8.-С.50-60.
13. Князев В. К. Трагическая судьба Югославии предупреждает //
Федерализм.-М., 1996.-№ 3.-С.139-154.
14. Куликова Н.В, Милованов B.C. Балканский кризис и Дейтонское
соглашение // Правила игры.- М., 1996.-№ 1.- С.100-126.
15. Куликова Н.В, Милованов B.C. Дейтонское соглашение - путь к
миру ? // Федерализм.-М., 1996.-№ З.-С. 155-176.
16. Лещиловская И,И. Исторические корни югославского конфликта
//Вопросы истории. - М., 1994.-№ 5.-С.40-56.
17. Мартынова М.Ю., Кошуба М.С. Новая этнополитическая карта
Балкан.-М.,1995.-164 с.
18. Оуэн Д. Непонимание кризиса на Балканах // Сербия. - Белград,
1994.- № 12.- С.37-38 (Перепечатка из журнала "Europa time",
London).
19. Станичи^ С. Луис Мекензи, генерал УНПРОФОРА ко\и je морао да
оде//Политика.-Београд, 1993.- 5 Maj.-C.21
20. Тягуненко Л.В. Уроки Дейтонских соглашений // Свободная
мысль.- М., 1997.- № 2.- С. 18-29.
21. Тягуненко Л.В. Легко ли быть первопроходцем: О некоторых
уроках хозяйственной системы Югославии // Вопр. экономики.-
М. 1991.- № 5.-С.135-145.
22. Тягуненко Л.В. Что происходит в Югославии?: (Мировое
сообщество обязано вмешаться) // Независимая газ.-М., 1991.-II
июля.-С.4.
23. Тягуненко Л.В. Волобуев П.В. Старых друзей не бросают: Не
ужесточать, а отменять санкции против Югославии // Правда.- М,,
1992.-16 сент.- С.З.
24. Тягуненко Л.В. Волобуев П.В. Рискованный обгон: (Что за спешка
с признанием Хорватии) // Правда.- М., 1992.- 26 февр.- С.З.
25. Тягуненко Л.В. Волобуев П.В. Сербский вопрос и интересы
России // Моск. новости.-М., 1992.- 21 июня.- № 25.-С.13.
26. Югославия в огне: Документы, факты, комментарии (1990-1992).-
М.,1992.-372 с.
27. Югославский кризис и Россия: Документы, факты, комментарии.-
М.,1993.-504 с.
28. Bodansky Y. Offensive in the Balkans.-L., 1995.- 117 p.
29. Brock P. Dateline Yugoslavia: the partisan press// Foreign policy.-L.,
1993/1994.-N 93.- P.152-172.
30. Guskova J. Jugoslovenska kriza i Rusija.- Beograd: Inst. za medunar.
politiku i privredu, 1996.- 404 s.
31. Handke P. Eine winterliche Reise zu den flussen Donau, Save, Morawa
und Drina.- Frankfurt am Main: Suhrkamp,1996.-136 p.
32. Influence of the Brock Analysis. Editor's Note // Media Warfare: The
Serbs in Focus. - Belgrade, 1995. - P.32.
33. Magas В. The destruction ofYugoslavia.-L.:N.Y.: Verso, 1993.-366 p.
34. Merlino J. Le verites yougoslaves ne sont pas toutes bonnes a dire.-P.:
Albin Michel, 1993.- 265 p.
35. Merlino Z. Istine о Jugoslavia nisu sve za pricu / Prevod s francuskog.-
Beograd: Kontekst, 1994.- 204 s.
36. Shaltan J. It's Absurd to Deny Media Bias Against the Serbs // Media
Warfare: The Serbs in Focus. - Belgrade, 1995. - P.34-35,
37. Sherman A. Perfidy in the Balkans.- Athens, 1993.-326 p.
38. Thumman М. The War reporter's war// Media Warfare: The Serbs in
Focus. - Belgrade, 1995.- P. 120.
39. Woodward S. Balkan tragedy: Chaos and dissolution after the cold War.-
Washington: Brookings Inst., 1995.-485 p.
40. Zimmermann W. lzvori jedne katastrofe / Prevod s engleskog.- Zagreb:
Globus, 1996.- 312 s.
ОТДЕЛЕНИЕ СЛОВЕНИИ.
Словения была самой высокоразвитой в экономическом
отношении республикой СФРЮ. На Словению приходилось более
17% производимого в стране общественного продукта, 19%
промышленного и 7% сельскохозяйственного производства. Здесь
производилось около 30% всех югославских грузовиков, 50%
автобусов, почти 30% холодильников, свыше 40% телевизоров.
Однако экономический кризис, охвативший страну, имел серьезные
последствия и для Словении: около 800 предприятий находились на
грани финансового краха, росло число безработных, ощущалась
нехватка валютных средств, падал уровень жизни (5, с.16).
Общее состояние федеральных органов, близкое к полному
параличу, сделало возможным быстрое осуществление идеи
Словении об отделении от Социалистической Федеративной
Республики Югославии (СФРЮ). Представители Словении
требовали самостоятельности во всех структурах - в Союзе
коммунистов Югославии (СКЮ), в Президиуме СФРЮ, в Союзной
Скупщине, в правительстве, в руководстве Югославской народной
армии (ЮНА). Опираясь на национальную идею, лидеры Словении
стремились сплотить народ вокруг проведения политики на
отделение республики, даже ценой жертв и страданий.
Культивировалась идея, что в истории Словения всегда боролась за
свою самобытность - и против австро-венгерской монархии, и
против наполеоновских полчищ. Подчеркивалось, что в "первой
Югославии" Словения не чувствовала себя по-настоящему
свободной, а при Тито пребывала "под властью Белграда", "висела
на конце телефонного провода, идущего из ЦК СКЮ" (5, с.14).
Националистические круги и лидеров Словении раздражало
постоянное вмешательство центра в республиканские дела, сербское
руководство казалось им преисполненным великодержавными
амбициями. Отношения осложнились после экономического
бойкота словенских товаров, который в конце 1989 г. организовала
Сербия в ответ на закрытие словенским правительством границы для
сербов и черногорцев из Косова, которые хотели провести в
Любляне митинг против их притеснения в Косове. Серьезной
критике подверглось решение центра изъять из денежного
обращения федерации 18, 2 млрд. динаров, что негативно отразилось
на положении дел во всех республиках, в том числе и в Словении.
Словения в течение 1990 г. и первой половине 1991 г.
осуществила ряд акций, направленных на достижение большей
самостоятельности - потребовала, чтобы словенские солдаты
отбывали срок службы только в Словении, а частями,
расположенными в Словении, командовали бы только офицерысловенцы;
8 марта 1990 г. из названия республики было изъято слово
"социалистическая", в июле того же года Скупщина приняла
решение о переподчинении отрядов территориальной обороны
словенскому правительству; 2 июля 1990 г. парламент принял
Декларацию республики о независимости. Как отмечал в своих
дневниках Б.Йович в августе 1990 г., словенцы никак не реагировали
на предложение Президиума СФРЮ разработать закон об отделении
республик и твердо решили идти до конца даже ценой столкновения
и войны. "Об этом дали особо доверительную информацию
делегатам республиканской скупщины... Разработали все варианты
столкновения вплоть до ввоза оружия из-за границы и вооруженного
отпора" (4, с. 174). В октябре 1990 г. Скупщина Словении объявила,
что на территории республики не имеют законной силы 27 союзных
законов, а впредь ни один закон без одобрения Скупщины
применяться в республике не будет.
23 декабря 1990 г. был проведен плебисцит, на котором 88,
5% населения высказалось за отделение от Югославии. Через
несколько дней после проведения референдума председатель
Скупщины Словении Ф.Бучар на совместном заседании палат
официально провозгласил Словению самостоятельным
государством. 31 января 1991 г. была принята Декларация об
отделении. В середине января следующего года председатель
правительства Словении А.Петерле, выступая в парламенте,
отметил, что "республика вступила в ключевую и самую сложную
фазу борьбы за самостоятельность" и подчеркнул необходимость
"принять целый свод законов, которые необходимы
самостоятельному, суверенному, независимому государству" (5,
с. 10). Речь шла: а) о достижении как можно большей
самостоятельности в сфере экономической деятельности, о создании
своей кредитно-денежной и банковской системы, проведении
самостоятельной налоговой политики; б) о переводе в ведение
республиканских органов большинства вопросов, связанных с
функционированием систем территориальной и народной обороны;
в) о реализации комплекса мер, обеспечивающих Словении полную
самостоятельность в проведении внешней политики.
В начале 1991 г. в Словении разрабатывалась концепция
увязки платежных средств республики с одной из твердых
западноевропейских валют с последующим введением собственной
денежной единицы, определялись размеры налога с оборота,
таможенных пошлин и т.д. Словения в одностороннем порядке
сократила взносы в федеральный бюджет, объявила
недействительным для республики Закон о фонде для слаборазвитых
республик и ряд других законов.
20 февраля 1991 г. Словения приняла поправку к
Конституции, согласно которой республика становилась
самостоятельным государством, а в начале марта наложила
мораторий на призыв словенских юношей в югославскую армию.
Жесткая критика ЮНА, начавшаяся в конце 80-х годов,
требования предоставить возможность словенским солдатам служить
только в своей республике, а федеральными воинскими
подразделениями, расположенным в Словении, руководить только
словенским офицерам постоянно вносили осложнения во
взаимоотношения между Словенией и ЮНА. Это позволило легко
внедрить в сознание не только словенцев, что югославская армия
"оккупировала" Словению, и начать борьбу с ней. Параллельно
Словения создавала свои военизированные отряды в рамках
существовавшей территориальной обороны (ТО).
Уже в начале февраля 1991 г. печать констатировала, что
"территориальная оборона в Словении - это более не составная
часть вооруженных сил СФРЮ, а часть национальных вооруженных
сил республики" (5, c.ll). В Словении создавалась не подчиненная
руководству ЮНА национальная гвардия. Министр внутренних дел
Словении И.Бовчар, выступая в парламенте, советовал
призывникам не реагировать на повестки о призыве в ряды ЮНА,
если на них нет штампа словенских властей. Было объявлено, что
рекруты будут нести службу только на территории Словении.
Создавалась и собственная служба разведки. Зимой 1991 г. в печати
появились сведения о закупках Словенией оружия' за рубежом (5,
с. 11). В словенских средствах массовой информации часто
повторялась мысль об угрозе Словении со стороны ЮНА. А вот как
описывала ситуацию создания антиармейской атмосферы в
Словении сараевское "Ослободжене": "Все здесь обвиняют ЮНА в
том, что она готовится утопить в крови молодую словенскую
демократию. Министр внутренних дел И.Бовчар разглагольствует о
провокациях со стороны народной армии на очередном заседании
республиканской скупщины. О каких именно провокациях идет
речь, он не говорит, умалчивает он и о том, где и когда
провоцировала кого-либо армия, но тем не менее его выступления
достаточно, чтобы возбужденные толпы людей бросились в
магазины и стали лихорадочно скупать соль, масло, муку, консервы
и другие продукты, пригодные для длительного хранения... Был
случай, когда распространился слух, что танки ЮНА - на подступах
к городу, и репортеры уже ринулись по указанным им адресам, не
обнаружив там, разумеется никаких танков. Был и другой случай,
когда среди жителей Любляны пронесся слух, будто колонны ЮНА
маршируют по центру столицы, и вновь журналисты поспешили в
"горячую точку", но обнаружили там лишь вполне мирную улицу с
открытыми магазинами, учреждениями, банками..."
...Закладка в соц.сетях
