Жанр: Политика
Гигабайты власти
...рия фирмы с самого ее начала связана с государственными
заказами. Причем заказами не обычными, а повышенной секретности. И за тридцать с
лишним лет своего существования эта "частная лавочка на господряде" выросла в
огромную фирму с ежегодным доходом свыше 6 миллиардов долларов долларов и с 40
тысячами сотрудников. Сегодня SAIC называют одной из наиболее крупных в мире и
наиболее успешной из компаний типа ЗАО [AN03].
Примерно треть нынешнего бизнеса SAIC приходится на системную интеграцию для
других компаний, таких как Pfizer или British Petroleum, однако суть и
сердцевина корпорации - это шпионские и специальные военные технологии. В
секретных спецслужбах не принято публиковать списки фирм-контракторов,
работающих по их заказам. Но при этом в разведывательном сообществе не считают
нужным делать секрет из того, что в последние годы SAIC является главным
поставщиком Агентства национальной безопасности США и входит в пятерку ведущих
бизнес-партнеров ЦРУ [РКОЗ]. Столь интересной фирме имеет смысл посвятить
отдельный (следующий) подраздел, здесь же закончим историю о "владельцах"
Интернета.
К середине 90-х годов в связи с окончанием Холодной войны поток военных
госзаказов SAIC стал ощутимо сокращаться. Обладая мощным научно-технологическим
потенциалом, компания стала искать новые области приложения средств и получения
прибыли. Один из ее выборов пал на Network Solutions, лишь недавно выигравшую
контракт на распоряжение реестром доменных имен Интернета. Есть, правда, и
несколько иное мнение - что NSI, одну из немногих успешных технологических
компаний, возглавляемых афроамериканцами, власти выбрали заранее, поскольку в
США черные лица боссов - это с некоторых пор весьма выгодный фон для прикрытия
разных многоходовых комбинаций.
Так что в 1995 году SAIC целиком купила NSI, превратив ее в свое дочернее
предприятие. Вскоре после этого изменились и порядки регистрации доменных имен.
Имея большой опыт общения с правительством и зная нужные рычаги, SAIC пробила
разрешение взимать 100-долларовую плату за каждое новое имя, а в обмен стала
отчислять с этой сотни 30 долларов в правительственный Фонд поддержки
инфраструктуры Интернета. Практически полностью автоматизировав в NSI процесс
регистрации имен, SAIC успешно обеспечила себе и здесь если не миллиардный, то
все равно вполне ощутимый непрерывный приток доходов. Ну а попутно спецслужбы
США на много лет получили полный контроль за адресной системой Сети, поскольку
среди прочих своих функций Network Solutions хранила и поддерживала так
называемый "корневой сервер А" - компьютер, который содержит официальный список
Интернет-имен и адресов. Тысячи остальных серверов Сети получают этот список из
"корня А".
В течение примерно семи лет Network Solutions наслаждалась полнейшей монополией
на регистрацию доменных имен благодаря эксклюзивному соглашению с федеральным
правительством США. В таких условиях о продаже NSI и речи быть не могло. Но в
конце концов силы, недовольные столь откровенным монополизмом, все-таки дожали
администрацию президента Клинтона, и весной 1999 года Министерство торговли
открыло рынок доменных имен для конкуренции, позволив регистрировать Web-адреса
и другим компаниям. Конечно, Network Solutions продолжала оставаться крупнейшим
регистратором (продавая имена, правда, уже по рыночной цене 35 долларов), и еще
на четыре года под контролем NSI был оставлен "реестр сетевых имен" - главная
база данных обо всех Интернет-адресах. Но в новых условиях с NSI стали
соперничать сразу около 25 других компаний, нередко предлагающих более выгодные
условия регистрации, да к тому же не имеющие сомнительного шлейфа тесного
сотрудничества со спецслужбами. В таких условиях "крыша" SAIC уже становилась
для бизнеса скорее бременем, чем подмогой... Вот тут-то и последовал элегантный
увод NSI под крыло "не замазанной" и сугубо коммерческой VeriSign,
контролирующей к тому же львиную долю рынка цифровых сертификатов.
Ошеломившая многих новость пришла первых числах 2000 года: компанию NSI за 21
миллиард долларов купила интернет-фирма VeriSign Inc., специализирующаяся в
области защиты информации [MFOO]. К тому времени калифорнийская компания
VeriSign (г. Маунтин-Вью) уже была хорошо известна как один из главных в мире
поставщиков цифровых сертификатов, или "услуг доверия" (куда входят
аутентификация, подтверждение достоверности и обеспечение заверенных платежей),
используемых для организации безопасного бизнеса и коммуникаций в IP-сетях.
Компания установила стратегические отношения чуть ли не со всеми ключевыми для
Интернета фигурами - ATT, British Telecom, Checkpoint Technologies, Cisco,
Microsoft, Netscape, Network Associates, Network Solutions, RSA Security, VISA и
т.д. - что обеспечило широкое применение цифровых сертификатов VeriSign как
непосредственно в сетевом оборудовании, так и во множестве программных
приложений. Уже к концу 1990-х годов цифровыми сертификатами VeriSign
пользовались практически все компании из Fortune 500, сотни тысяч бизнес-сайтов
и миллионы индивидуальных пользователей. Компанией созданы несколько десятков
филиалов на всех (кроме Антарктиды) континентах, оказывающие трастовые услуги во
всех регионах планеты. Характерно, что региональные филиалы нередко создавались
путем скупки местных конкурентов.
С приобретением NSI VeriSign получила доступ к ценнейшей базе данных ее
клиентов, уже тогда насчитывавшей свыше 10 миллионов владельцев доменных имен (к
середине 2003 года это число выросло до 27,5 млн), а также непосредственный
доступ к тем тысячам компаний, что ежедневно заводят себе Web-адреса. Когда под
одной крышей объединяются ведущий регистратор доменных имен и провайдер цифровых
сертификатов, подтверждающих идентичность владельца, то услуги получившейся в
итоге фирмы - это, по выражению одного из экспертов, "как одновременная выдача
свидетельства о рождении, водительских прав, паспорта и кредитной карточки в
одном и том же месте".
Но при этом многие выражали и недоумение от столь тяжеловесной покупки,
поскольку обе компании вполне могли бы обеспечить тот же самый сервис через
простое партнерское соглашение и с гораздо меньшими финансовыми затратами. На
проходившей в тот же месяц встрече членов организации ICANN, с 1999 года
надзирающей за новой системой присвоения доменных имен, многие были, мягко
говоря, шокированы, не очень понимая, что вообще происходит. Как сказал один из
участников, "это очень странная вещь, когда компанию, являющуюся центральной для
стабильности и цельности Интернета, можно вот так запросто купить или продать".
Происходило же это примерно так. Компании уже давно приглядели друг друга и
несколько лет работали над рядом совместных проектов. Связи их укреплялись, и
вот главу VeriSign Стрэттона Склейвоса пригласили занять место в совете
директоров Network Solutions. А еще через некоторое время у того как бы сама
родилась идея полностью слить компании. Он отправился с этим предложением к
руководству NSI и к ее крупнейшему акционеру - SAIC (несколькими годами раньше
SAIC акционировала дочернюю компанию, оставив за собой основную долю). Там же
Склейвоса просто как будто ждали, и вопрос о приобретении был решен практически
моментально, за пару дней. Если принять во внимание, что сделка стоимостью более
20 миллиардов долларов - это крупнейшая покупка сервисной интернет-компании за
всю историю Сети, а покупатель напоминал питона, заглатывающего буйвола
(поскольку ежегодные доходы VeriSign составляли менее половины доходов Network
Solutions), то быстрота сделки уже тогда порождала сильнейшее подозрение о
заранее продуманном и заблаговременно подготовленном ходе.
Впоследствии руководству VeriSign, вероятно, довольно быстро стало ясно, что с
торопливой гранд-покупкой NSI они, мягко говоря, несколько погорячились. Бизнес
с регистрацией доменных имен в условиях острой конкуренции оказался намного
менее прибыльным, чем в сладкие времена монополизма 1990-х. Все последующие годы
Network Solutions лишь постоянно теряла свою рыночную долю, снизив цену за имя
уже до 27 долларов. При этом средняя цена на рынке составляет около 15 долларов
- из которых, правда, любой регистратор отчисляет 6 долларов фирме VeriSign как
держателю главного реестра имен. Впрочем, и реестр уже стал не такой уж и
главный, поскольку, после настойчивых "наездов" органов, регулирующих Интернет,
VeriSign сумела оставить за собой головные базы данных лишь на самые популярные
имена ".com" и ".net".
Короче говоря, к осени 2003 года в VeriSign вполне дозрели до того, чтобы
признать покупку фирмы NSI ненужной и продали ее за 100 миллионов долларов
аризонской венчурной фирме Pivotal Private Equity. Продали, правда, не полностью
"с потрохами", а лишь вялый бизнес регистрации имен и хостинга, оставив за собой
наиболее существенное - базы данных доменных имен.
Одновременно вся эта история продемонстрировала, насколько дальновидным
оказалось в своих расчетах и действиях руководство SAIC, вовремя купив Network
Solutions за 4,5 миллиона, а спустя несколько лет продав компанию почти в тысячу
раз дороже - уже за 3,1 миллиарда долларов. Причем продажа была организована
всего лишь за несколько месяцев до того, как на глазах изумленной публики начал
лопаться пузырь перегретой интернет-экономики [AN03].
Закрытое акционерное общество власти
"Мы - компания-невидимка", - доверительно поведал в интервью один из топменеджеров
SAIC Кит Найтингейл, в прошлом полковник подразделения спецопераций
американской армии. - "Мы повсюду, но почти никто этого не видит" [РКОЗ].
Калифорнийская штаб-квартира SAIC находится на северной окраине г. Сан-Диего, и
внешне ее ухоженный кампус ничем не отличается от всех остальных сооружений
подобного рода. Однако внутри повсюду бдит вооруженная охрана, двери запираются
на сейфовые замки, а многие комнаты экранированы от компрометирующих
электромагнитных излучений. На протяжении многих лет миллиардные доходы компании
почти полностью обеспечивались контрактами федерального правительства США. В
значительной части - это задания разведки: разработка мощных компьютерных систем
анализа данных (data mining), программное обеспечение для спутников видовой
разведки, спецтехника для систем наблюдения.
Помимо выполнения контрактов разведслужб, корпорация SAIC разрабатывает
компьютерное обеспечение для подводных лодок и реактивных истребителей,
участвует в создании систем противоракетной обороны и подземных ядерных бункеров
в Неваде, обеспечивает работу общенациональной системы учета преступлений ФБР, а
также имеет контракт с федеральной налоговой службой США на администрирование
финансовой информации. Еще одна бурно развивающаяся в последнее время сфера
бизнеса - разного рода системы для нового Департамента безопасности отечества,
вроде сканирующих приборов на базе гамма-излучения, прощупывающих содержимое
опломбированных контейнеров и грузовиков.
Аура секретности постоянно окружает SAIC, в кадрах которой работает огромное
количество бывших сотрудников спецслужб, руководящих кадров из военных структур
и правоохранительных органов. Допуск к государственной тайне имеют свыше 5000
сотрудников SAIC, а основатель и свыше 30 лет бессменный руководитель компании
Дж. Роберт Бейстер, говорят, имеет один из самых высоких уровней допуска, когдалибо
выдававшихся штатским гражданам страны.
Самая же, наверное, выдающаяся достопримечательность SAIC - это ее совет
директоров. Точный состав этого коллектива никогда не известен, поскольку (как
сообщается на сайте компании) численность данного органа все время варьируется в
пределах 12-22 человек. Кроме того, имеется и специальный механизм непременной
ротации - ежегодно состав обновляется на треть с приглашением новых директоров
на примерно трехлетний период. Прежние директоры нередко отходят от бизнеса,
чтобы "всплыть" на каком-нибудь из очередных высоких государственных постов.
В целом же состав участников этой "карусели" очень впечатляет: адмирал Бобби
Инман, бывший директор Агентства национальной безопасности и зам. директора ЦРУ;
Мелвин Лейрд, министр обороны при президенте Никсоне; генерал Макс Турман,
командовавший вторжением в Панаму; Дональд Хикс, в прошлом возглавлявший
исследования и разработки в Пентагоне; Роберт Гейтс, бывший директор ЦРУ; Уильям
Перри, министр обороны в клинтоновской администрации; Джон Дойч, еще один
недавний директор ЦРУ... И так далее.
Из самых последних директоров можно упомянуть отставного генерала Уэйна
Даунинга, члена совета "Комитета по освобождению Ирака", а перед началом войны -
главного лоббиста американского детища под названием "Иракский национальный
конгресс" и его главы Ахмеда Чалаби. Ранее уже упоминался и другой
высокопоставленный военный, адмирал Уильям Оуэнс, главный операционный директор
и вице-председатель совета директоров SAIC, одновременно заседающий в советах
пяти компаний, активно прокачивающих через себя миллиарды "помощи Ираку", а
также член Консультативного политсовета Пентагона, вырабатывающего стратегию для
министра обороны Рамсфелда [SP03].
Суть весьма доходного частного предприятия SAIC, сытно подсосавшегося к
изобильной государственной кормушке, видимо, уже ясна в общих чертах. Со времен
Ричарда Никсона, с тех пор, как физик-ядерщик Роберт Бейстер создал свое
"закрытое акционерное общество" в 1969 году, в ближайшем окружении каждого из
президентов США непременно находится кто-то из совета директоров корпорации
SAIC. Благодаря несомненным организаторским талантам Бейстера и столь выгодному
положению фирмы при власти, абсолютно все годы существования корпорации были для
нее прибыльными - несмотря на экономические спады, политические кризисы и прочие
неурядицы жизни. Доход фирмы, владельцами которой являются исключительно ее
сотрудники, вырос с 243 тысяч долларов в 1970 г. до 6 с лишним миллиардов
долларов в 2003 году [РКОЗ].
В ноябре 2003 г. Роберт Бейстер, которому уже 78 лет, принял решение оставить
ключевые посты президента и исполнительного директора корпорации, пригласив себе
на смену Кеннета Далберга, вице-президента по инфотехнологиям корпорации General
Dynamics. За собой Бейстер оставил кресло председателя совета директоров SAIC.
Считается, что лишь при нынешней госадминистрации Буша-сына бурная приватизация
выгодных госзаказов обрела в США столь откровенно неэтичные - на взгляд многих,
просто уродливые - формы, свидетельствующие о неуемной алчности
высокопоставленных госчиновников. Ярчайшим примером тому обычно приводят
компанию Halliburton (нефть, строительство, военные заказы), "вне конкурса"
получившую многомиллиардный контракт на восстановление иракской нефтяной
индустрии фактически лишь по той причине, что недавним ее директором был
нынешний вице-президент Дик Чейни.
Но в действительности весь этот механизм раздачи контрактов "среди своих"
отработан уже очень давно и при самом непосредственном участии SAIC. Поэтому
совершенно не случайно, конечно, что корпорация SAIC оказалась среди первых,
получивших выгодные контракты в Ираке, причем еще за несколько месяцев до начала
войны. Сколь жирный кусок здесь ожидается отхватить, можно понять уже по тому,
что издание Wall Street Journal назвало иракский проект "крупнейшими
восстановительными работами правительства США со времен помощи Германии и Японии
после Второй мировой войны". Точные суммы денег американских налогоплательщиков,
которые уйдут в проект, пока неизвестны. Но уже ясно, что госадминистрация Буша
дополнительно запросила в сентябре 2003 года 87 миллиардов долларов, помимо тех
3,7 млрд, что выделяются на Ирак ежемесячно. Согласно приблизительным оценкам,
за ближайшие годы эта сумма в общей сложности может вырасти до 200-500
миллиардов долларов [SP03].
На сегодняшний день SAIC, вероятно, является самой влиятельной в американской
госадминистрации компанией, о которой большинство людей никогда не слышало.
Федеральное правительство - как главный заказчик - обычно совершенно не желает,
чтобы публика хоть что-то знала о том, чем занимается SAIC. А благодаря своему
статусу ЗАО, весьма необычному для крупного господрядчика, SAIC удается также
постоянно пребывать вне досягаемости обременительных проверок финансовых органов
и обеспокоенных инвесторов. Еще одна из важных особенностей в деятельности SAIC
- мощная диверсификация бизнеса и огромное количество сравнительно небольших
заказов. В 2003 году корпорация одновременно работала над выполнением 8 с лишним
тысяч контрактов, из которых более 5300 - это заказы правительства США, главным
образом спецслужб и Пентагона [ВАОЗ].
Когда Пентагон решил собрать и подготовить команду иракских эмигрантов, чтобы
она помогла США в восстановлении послевоенного Ирака, контракт на эту работу был
заключен с SAIC. Когда губернатор Мэриленда Роберт Эрлих решил организовать
экспертизу безопасности закупаемых штатом электронных машин голосования, он
поручил это SAIC. Когда Армия США решила приступить к решению весьма деликатной
задачи по уничтожению старого химического оружия на полигоне Aberdeen Proving
Ground, контракт был заключен с SAIC. Национальный онкологический институт США
(National Cancer Institute) обратился за помощью к SAIC при организации работ в
исследовательском центре Frederick, шт. Мэриленд (здесь в рамках 1,25миллиардного
контракта около 1500 сотрудников корпорации занимаются, среди
прочего, разными аспектами применения биологического оружия).
Бывают у SAIC и весьма необычные контракты. Например, национальное Управление
безопасности транспортных перевозок (TSA) решило, что нуждается в серьезной
помощи при утилизации гигантского количества всевозможных вещей, после 11
сентября 2001 г. интенсивно конфискуемых при досмотре авиапассажиров -
маникюрных ножниц, газовых баллончиков, праздничных хлопушек, перочинных
ножичков и т.д. Кому-то может показаться, что для разгребания всего этого хлама
намного дешевле было бы нанять какие-нибудь небольшие фирмы при аэропортах. Но в
государственных структурах США считают в корне иначе, и многомиллионный контракт
на эти работы был доверен, ясное дело, надежной компании SAIC [SS03].
Одна из важнейших областей работы корпорации - это, конечно же,
инфотехнологические спецпроекты. В лаборатории SAIC в г. Аннаполисе, штат
Мэриленд, неподалеку от Форт-Мида, штаб-квартиры Агентства национальной
безопасности США, команда из 150 человек разрабатывает для АНБ новое ПО проходки
данных - эффективный инструментарий для анализа гигантских объемов материалов
радиоперехвата, собираемых от коммуникационных сетей по всей планете.
Объявленная стоимость данного суперсекретного проекта, получившего кодовое
название Trailblazer, - 282 миллиона долларов.
Вот еще один, совсем свежий пример. В ноябре 2003 г. под сильнейшим нажимом
Федеральной комиссии по связи (FCC) в США вступили в действие новые правила,
согласно которым все пользователи сотовых телефонов теперь могут сохранять за
собой привычный телефонный номер, переходя от одного провайдера мобильной связи
к другому. FCC провела эти правила в жизнь к великому удовольствию публики,
несмотря на сильнейшие протесты и сопротивление со стороны телекоммуникационных
компаний, терявших надежный инструмент привязки абонентов, а взамен получавших
лишь новые технические проблемы.
На фоне множества весьма непопулярных решений [FA03], принятых FCC за то время,
что ее возглавляет Майкл Пауэлл (сын госсекретаря бушевской администрации,
генерала Колина Пауэлла), подобная забота о нуждах простых граждан выглядела,
прямо скажем, необычно. Но вскоре все стало намного понятнее, когда выяснилось,
что в этом проекте была активно замешана корпорация SAIC. Вероятно,
прослушивающие сотовые телефоны спецслужбы слишком утомила ситуация, при которой
абоненты мобильной связи все время меняют номер при смене провайдера. Интересы
абонентов и тех, кто за ними приглядывает, здесь полностью совпали - и вот на
государственном уровне принято твердое решение о постоянном закреплении номера
за владельцем. Ну, а техническое обеспечение деликатного дела, как обычно,
поручили SAIC. Корпорация наняла 90 человек, которые примерно за три месяца
создали систему обмена телефонными номерами между провайдерами [OR03].
При подобном состоянии дел вряд ли кого уже может удивить, что сопровождение
важнейшей для власти задачи по внедрению в жизнь электронных систем голосования
поручили самой надежной фирме - Science Applications International Corp.
Глава 8. Обратная сторона луны
Страницы жизни героя, 1956.
Бюро подготовки общественных беспорядков
Непримиримая борьба с угрозой мирового коммунизма всегда была для Гувера одной
из главных целей жизни. А уж в 1950-е годы - рост мощи СССР, укрепление
социализма в Восточной Европе и в Китае - более страшной опасности, чем
большевизм, для шефа ФБР, наверное, не существовало. На словах, по крайней мере.
Но вскоре после бесславного заката звезды Джозефа Маккарти, вконец спившегося и
спятившего сенатора от штата Висконсин, при непосредственной помощи Гувера
разжигавшего пламя антикоммунистической "охоты на ведьм", в методах борьбы с
политическими противниками образовался определенный вакуум.
В 1956 году Гувером был запущен существенно иной тайный проект, получивший
название COINTELPRO, или Counter Intelligence Program - "контрразведывательная
программа". Под этим малозначащим наименованием в действительности скрывались
принципиально новые формы работы, изначально по своим целям направленные на
подрыв компартии США. Секретная программа COINTELPRO выходила очень далеко за
рамки обычной деятельности ФБР по сбору информации и отлову нарушителей закона
или иностранных шпионов. В методы COINTELPRO входил целый арсенал грязных
трюков, служивших разрушению изнутри компартии и других "антиамериканских"
организаций: стравливание лидеров запуском в прессу ложных слухов, подбивание
партийных активистов на акты экстремизма с помощью внедренных провокаторов,
подстраивание прочих всевозможных провокаций и множество нечистоплотных операций
на основе заранее пущенной дезинформации. По сути дела, COINTELPRO превращала
ФБР из правоохранительного органа в свою собственную противоположность- в
ведомство по подготовке общественных беспорядков.
Поскольку в умелых гуверовских руках инструменты COINTELPRO оказались весьма
эффективными, в начале 1960-х годов их начали применять против других
радикальных организаций, в первую очередь - против Ку-Клукс-Клана в южных штатах
страны. Успешная борьба нелегальными методами с расистами-экстремистами принесла
свои плоды, но вместе с подрывом деятельности ККК сфера применения COINTELPRO
стала распространяться на другие политические движения, порой весьма далекие от
экстремизма, но активно не нравившиеся Гуверу или его начальству.
Во времена президента Линдона Джонсона, когда общественность и особенно молодежь
активно протестовали против войны США во Вьетнаме, мишенью тайных мероприятий
COINTELPRO стал уже весьма обширный ряд организаций - Студенческий
ненасильственный оргкомитет (SNCC), партия чернокожих радикалов "Черная
пантера", группы "новых левых", такие как Студенты за демократическое общество
(SDS). В конечном же счете под пристальное внимание агентов ФБР стала попадать
любая мало-мальски активная пацифистская группа, организовывавшая акции протеста
против вьетнамской войны. Борьба федеральной полиции с этими организациями имела
уже чисто идеологическую подоплеку, поскольку абсолютно никак не была связана с
преследованием преступников или предотвращением насилия.
В конце концов Америка все же узнала, что за грязными делами втихаря занимается
доблестное ФБР. В ночь на 8 марта 1971 года кто-то вломился в небольшой офис
отделения Бюро в городе Медиа, штат Пенсильвания, и похитил хранившиеся там
сотни документов. Вскоре выяснилось, что сделала это группа общественных
активистов, называющих себя "Гражданская комиссия по расследованию деятельности
ФБР". Похищенные документы давали наглядное представление о грандиозных
масштабах слежки и прослушивания, которые федеральная полиция вела не только в
отношении Черных пантер, левацких организаций, Еврейской лиги обороны или КуКлукс-Клана,
но также против множества обычных граждан либеральных взглядов,
участвовавших в антивоенных демонстрациях или собиравших в своем доме молодежь.
Копии документации ФБР были разосланы некоторым членам Конгресса, а также в ряд
печатных изданий. И хотя генеральный прокурор Джон Митчел настоятельно попросил
прессу не публиковать ничего из этих бумаг, фрагменты все же появились в печати.
Главной причиной возмущения журналистов было то, что под наблюдением полиции
находилось множество людей, не совершивших абсолютно никаких преступлений. На
одном из похищенных документов стоял штамп COINTELPRO - кодовое название
наиболее секретных и грязных операций ФБР. Этим названием заинтересовались
некоторые репортеры, начавшие собственное расследование - и Гуверу пришлось не
мешкая, уже в апреле, свернуть все операции по этой программе. Что интересно,
членов Гражданской комиссии по расследованию деятельности ФБР так и не смогли
поймать.
Широкая публика наконец узнала, насколько глубоко ФБР вторгается в частную жизнь
граждан, ни в чем не преступающих закон. Один из высоких руководителей Бюро
впоследствии признал, что взлом офиса в Медиа стал своего рода событиемводоразделом,
радикально "изменившим образ ФБР, возможно навсегда, в умах многих
американцев".
Далее последовало множество новых критических и разоблачительных публикаций, а
также несколько гневных выступлений и протестов политиков в Конгрессе. Самой
выдающейся в этом ряду стала речь конгрессмена Хейла Боггса, обличавшего ФБР за
беззаконные подслушивания телефонных разговоров своих коллег и засылку
провокаторов в студенческие городки: "Если ФБР берет на вооружение тактику
советского КГБ и гитлеровского гестапо, значит, давно уже пора сделать так,
чтобы нын
...Закладка в соц.сетях
