Жанр: Стихи
Стихотворения, Поэмы, Драмы.
...е, где блудницы и убийцы
в адовом огне горят!
Н а т а л ь я. Постой... Да не кляни же меня!.. Не
кляни... Дай дух перевести...
Р а г у й л о. Полюбуйся завтра на мою голову, как
она будет над городскими зубцами на копье торчать!
Н а т а л ь я. Да пожалей же меня... Дай опомниться...
голова кругом идет...
Р а г у й л о. Зови свою челядь! Выдай меня, и будь
над тобой анафема божья!
Н а т а л ь я. Брат, брат, не кляни! Все, что хочешь,
сделаю, все сделаю - достану тебе ключ!
Р а г у й л о. Побожись!
Н а т а л ь я. Божусь, божусь! Только и ты побожись,
что суздальцев не впустишь,- побожись и ты!
Р а г у й л о. Добро, побожусь!
Н а т а л ь я. Постой! Слышишь?
Р а г у й л о. Что?
Н а т а л ь я. Конский топ на улице - это он!
Р а г у й л о. Куда спрятаться?
Н а т а л ь я. Иди за мной! (Подходит к двери и останавливается,
прислушиваясь.) Нельзя! Он уж на крыльце!
Р а г у й л о. Куда же?
Н а т а л ь я. Сюда! Скорей сюда! Отсюда лесенка на
вышку. (Толкает его в боковую дверь.)
Входит Чермный.
Ч е р м н ы й. Здравствуй, Наташа! Вот, теперь поцелуемся!
Да что с тобой? Что ты так дрожишь? Ты на
ногах еле держишься.
Наталья, рыдая, бросается к нему на шею.
Что с тобой? С беспокойства ты это, что ли? Али с радости,
что я не убит?
Н а т а л ь я. С радости, с радости, дорогой мой!
Ч е р м н ы й. Экая ты неразумная! С радости плачет!
Да пусти же меня, я из сил выбился; дай мне вина, Наташа,
горло засохло. (Садится.)
Наталья подает ему стопу.
Ч е р м н ы й (выпив). Ну, что? Успокоилась?
Н а т а л ь я (рыдая). Не могу! Прости меня, не могу,
силы нет!
Ч е р м н ы й. Экой же ты ребенок! Да быть не может,
чтоб ты с радости так плакала. Тут что-нибудь другое.
Обидел тебя кто, что ли?
Н а т а л ь я. Свет ты мой, разве можно меня обидеть?
Ч е р м н ы й. Так, стало, горе у тебя?
Н а т а л ь я. Да! Горе, горе! Да что я сказала! Сама
не знаю, что говорю. Неправда, нет у меня горя! Так,
по глупости, плачу.
Ч е р м н ы й. Не верю, Наташа, ты проговорилась.
Что у тебя на душе? Скажи мне, авось помочь можно.
Н а т а л ь я. Нет, мой родимый, нет! Никто, никто мне
не поможет!
Ч е р м н ы й. Так есть же оно у тебя, горе-то! Скажи,
не бойся, ты знаешь меня, я ни в чем тебе не отказываю.
Н а т а л ь я. Ни в чем, ни в чем, свет мой, никогда
не отказывал ты мне! Ты уж так добр, так жалостлив
ко мне,- а я-то, я-то!
Ч е р м н ы й. Не о родных же ты плачешь? Ведь ты
сказала, нет у тебя родных? Да говори же, Наташа, болен
ли кто? Убит ли кто? Есть у тебя кто близкий в городе?
Н а т а л ь я. Да, свет мой, прости меня - я солгала
тебе - я не одна на свете; есть у меня.
Ч е р м н ы й. Ну, говори же! Кто у тебя? Отец?
Мать? Брат?
Н а т а л ь я. Нет, нет, не думай, нет! Тетка есть -
только тетка одна - при смерти больна!
Ч е р м н ы й. Ну, выговорила наконец! В бедности она,
твоя тетка?
Н а т а л ь я. В бедности, государь, да, в бедности!
Ч е р м н ы й. Что ж ты сразу не сказала? Глупая ж
ты, глупая! Или не знаешь меня? (Отворяет поставец.)
На, возьми, отнеси своей тетке, купи для нее все, что
надо. Что хочешь в доме возьми, отнеси больной, да и
сама останься с ней на ночь, тебе спокойнее на душе будет!..
Ну, что опять с тобою?
Н а т а л ь я. Государь ты мой! Дорогой мой! Ты как
господь бог - как господь бог ко мне,- а я-то, я-то негодная,
окаянная! Да как ты меня не убьешь, окаянную,
негодную меня!
Ч е р м н ы й. С ума ты сошла, право! Уж чересчур ты
совестлива! Перестань же плакать, у меня и без того
голова кругом идет. Дай-ка еще вина, надо быть пободрее,
сейчас гости придут. (Выпивает стопу.)
Входит посадник.
А, вот уж и один! Оправься, Наташа! (К посаднику.)
Здорово, Глеб Мироныч! Милости просим!
П о с а д н и к. Здравствуй, Андрей Юрьич!
Наталья подает ему чару.
Спасибо, матушка. Во здравие твое, Андрей Юрьич.
А сам-то что же ты?
Ч е р м н ы й. Дай мне чарку, Наташа. Во твое, Глеб
Мироныч! Все благополучно в городе?
П о с а д н и к. Слава богу. Беглого того только не отыскали,
словно сквозь землю провалился.
Ч е р м н ы й. Вели еще искать. Так оставить нельзя.
Надо над ним пример показать.
П о с а д н и к. Уж велел. По всем домам ищут. Вот
тебе ключ от монастыря, от тайного хода.
Ч е р м н ы й. Спасибо. (Вздевает ключ на пояс.) Так
будет вернее. Ступай же, Наташа, ступай к своей больной,
завтра увидимся.
Наталья уходит.
П о с а д н и к. Что с ней?
Ч е р м н ы й. Тетка у нее захворала, так вот и кручинится.
А иной раз и так себе плачет. Чудная такая!
То словно пташка поет, заливается, то вдруг плакать
начнет.
П о с а д н и к. Дурь бабья. Избаловал ты ее.
Ч е р м н ы й. Нет, она не то, что другая; и не просит
никогда ни о чем, скромная такая.
П о с а д н и к. А все ж не след тебе нянчиться с ней.
Поискал бы себе ровни, в закон бы вступил.
Ч е р м н ы й. И сам иной раз так думаю, и сказать ей
даже собирался, да посмотришь на нее - жалость берет,
язык не поворотится.
П о с а д н и к. Ну, это твое дело.
Ч е р м н ы й. А где ж Василько?
П о с а д н и к. Сейчас придет. Чуть было беды не накурил,
вылазку с своими затеял. Я пригрозил им.
Ч е р м н ы й. Хорошо сделал, Глеб Мироныч, а то пришлось
бы их смертию казнить.
Входит Василько и кланяется молча.
Ч е р м н ы й. Здравствуй, Василько! С повинной
пришел? Благодари тестя, что блажить не пустил, а то
бы я вас в Волхов кинуть велел. Дружба дружбой, а дело
делом. Ты знаешь, я с делом не шучу.
В а с и л ь к о. Прости нашу дурость, Андрей Юрьич!
Ч е р м н ы й. Жаль было бы тебя, а не пощадил бы.
На, выпей чару, не кручинься, без дела не останешься.
Входят Вышата и Рогович.
Поклон,
Бояре, вам! Что видно с валу?
В ы ш а т а
Смирно
Покамест все; с моей лишь стороны
Огней у них прибавилось как будто.
Р о г о в и ч
С моей убавилось огней.
П о с а д н и к
Должно быть,
К Словенскому концу хотят стянуться,
Под Городище.
Ч е р м н ы й
Там у них стоят
Владимирцы. Туда же перешли
И костромцы сегодня.
В ы ш а т а
По всему
Должно смекать: они готовят приступ.
Входит Жирох.
Ж и р о х
Боярину Андрею бью челом!
Всем по поклону! Я, никак, последний?
Не осудите - путь мне дале всех!
Ч е р м н ы й
Какие вести?
Ж и р о х
Все благополучно.
Ч е р м н ы й
Движенья нет?
Ж и р о х
Не видно ничего,
Костры зажгли на старых на местах,
По-прежнему.
Ч е р м н ы й
Садитесь, государи!
Во здравье вам!
Все садятся за стол.
В с е
Во здравие тебе!
Пьют.
Ж и р о х
Тобой, Андрей, мы, Юрьевич, из мертвых
Воскрешены.
Кондратьевна с девушкой ставят блюда на стол и уходят.
Ч е р м н ы й
Простите за прислугу,
Моя вся челядь на валу.
Ж и р о х
Да чья же
Теперь в дому? Ведь мы уж, слава богу,
Не при Фоме! Кишит, как муравейник,
Весь Новгород!
П о с а д н и к
Кажися, ты на вече
Был за Фому? Так отчего ж теперь
Не то ты говоришь?
Ж и р о х
Был - не таюсь;
Да, вижу, обманулся. Видит то
И сам Фома. Когда при нем бы гридьба
Держалась так, как держится теперь,
Не говорил бы он о мире.
П о с а д н и к
Гридьбу
Винить грешно. То не она, а он
Отходную нам затянул.
Р о г о в и ч
На ком
Прорухи не бывает, Глеб Мироныч!
А благо то, что подняли вы нас
С Андреем Юрьичем.
В ы ш а т а
До псковичей
Продержимся, даст бог!
Ж и р о х
Я ж говорю:
Мы и без них продержимся. Ведь каждый
Десятерых стал стоить, словно рубль,
В рост пущенный.
П о с а д н и к
Ты в росте знаешь толк.
Жи р о х
Куда уж мне! Лишь не нажить долгов бы!
Ни у кого в долгу мне оставаться
Не по сердцу.
Ч е р м н ы й
Откуда, государи,
По-вашему, ждать приступа?
В ы ш а т а
Последний
От Прусских мы ворот отбили. Вновь
Там не начнут. Чай, кинутся к Торговой;
Затем они, должно быть, к Городищу
Стянулися.
Р о г о в и ч
Глаза хотят отвесть.
Там топь кругом; не провезти им туров.
В ы ш а т а
Настелют путь. За Волховом весь день
Владимирцы рубили лес. Нам слышен
Стук топоров был и дерев паденье.
Р о г о в и ч
По мне, скорей к Баяним воротам
Их надо ждать.
Ж и р о х
По мне ж, не будет вовсе
И приступа. Чай, колокол был слышен
Им вечевой! Чай, видели они,
Как закипел Детинец, и смекнули,
Что новый воевода ноне в руки
Сиденье взял. Теперь одна осада
От них пойдет, морить нас будут гладом,
А приступа не будет.
Ч е р м н ы й
(к посаднику)
Глеб Мироныч,
Как мыслишь ты?
П о с а д н и к
Спроси-ка Василька;
Пусть скажет он, а я отвечу после.
Ч е р м н ы й
Как, Василько, по-твоему?
В а с и л ь к о
Когда
Ты, государь, мне говорить велишь,
То мне сдается: ведомо им вправду,
Что новый избран воевода, он же
Не кто, как ты, которого нет лучше;
Но ведомо им также, что идет
На выручку нам Псков; когда ж доспеет,
Плохая им останется надежда
Взять Новгород. Теперь иль никогда!
Затем они, не дожидаясь Пскова,
На приступ завтра же полезут.
П о с а д н и к
(к Жироху)
Слышал?
Не старый то и не бывалый молвит,
А молодой. То ясно есть как день,
То всякая понять сумеет баба.
Зачем же ты, бывалый, говоришь,
Что приступа не будет?
В ы ш а т а
Нет, теперь-то
Нам их и ждать.
Р о г о в и ч
Теперь-то и начнут.
Ч е р м н ы й
О том и речи нет!
Ж и р о х
Пусть, государи,
По-вашему. Я что же? Я сказал:
Коль при Фоме нахрапом нас не взяли,
То при Андрее Юрьиче подавно
Нас не возьмут. Они, чай, сами знают,
А захотят попробовать - пожалуй,
Пусть сунутся!
В ы ш а т а
Вопрос: откуда нам
Их ожидать? Урону слишком много
Мы понесли. Не хватит нашей рати
Все стороны успешно боронить.
Р о г о в и ч
Великая была б нам льгота, если б
Разведчика послать.
Ж и р о х
Уж сколько было
Посылано! Перехватали всех.
Небось они не дремлют: днем и ночью
Объезды их круг города кружат:
Что ни увидят, все хватают; пса бы
Не пропустили. Где ж тут посылать
Разведчика.
Ч е р м н ы й
Авось нам бог поможет
Объезды их сей ночью миновать.
В ы ш а т а
Как так, боярин?
Ч е р м н ы й
Есть подземный ход
Ко самому их стану...
Прислужницы вносят блюда.
П о с а д н и к
(к Чермному)
Отошли-ка
Ты лучше баб: что слушать им!
Ч е р м н ы й
И то!
(К прислужницам.)
Возьмите по корзине, отнесите
Вина и хлеба челяди. Без вас
Мы справимся.
К о н д р а т ь е в н а
Кто ж, батюшка-то, в доме
Останется? Окроме нас двоих,
Все на валу; и бабы наши землю
Таскают, вишь!
Ч е р м н ы й
Не бойтесь, не украдут
Меня без вас. Ступайте!
Прислужницы уходят.
Р о г о в и ч
О каком
Ты это ходе говорил?
Ч е р м н ы й
В овраг
Свенельдов он, под городской стеною,
Из Спасского ведет монастыря;
Кустарником густым оброс вкруг устья
И неприметен даже днем. А стан их
Стоит к оврагу тылом.
В ы ш а т а, Р о г о в и ч и Ж и р о х
Не слыхали
Про этот ход.
Ч е р м н ы й
Я сам узнал случайно.
В ы ш а т а
Его б засыпать лучше. Неравно
Проведают они.
Ч е р м н ы й
Как им проведать?
Искать его нарочно - и тогда
Дня три овраг обшаривать бы надо;
А если б кто случайно и набрел,
То все ж ему пройти неможно в город:
Ключ у меня - вот он!
Ж и р о х
Позволь спросить:
Давно ль тебе тот ход, боярин, ведом?
Ч е р м н ы й
С той осени. А что?
Ж и р о х
Да так; я только
Подумал: жаль, что прежде не сказал ты.
Ч е р м н ы й
Из головы он вышел у меня:
То было до войны.
Ж и р о х
Оно и лучше,
Что ты в свое лишь вспомнил воеводство,
А то Фома, пожалуй, только дело
Испортил бы.
Р о г о в и ч
Кого ж послать ты хочешь
Разведчиком сей ночью?
Ч е р м н ы й
Сам пойду,
Дождуся только, чтоб темнее стало.
В ы ш а т а
Час неровен; пошли другого лучше.
Ч е р м н ы й
Нельзя! Себе могу лишь одному
Довериться.
Р о г о в и ч
Но вот уж третьи сутки
Ты на ногах; ты отдохнуть бы должен;
Хоть на часок приляг.
Ч е р м н ы й
Избави бог!
Когда теперь прилягу, то мертвецки
Сейчас засну, а надо до зари
Наверно знать, откуда будет приступ,
Чтоб силы все в ту сторону собрать;
У нас и впрямь осталось мало рати.
В ы ш а т а
Сам о себе пойдешь?
Ч е р м н ы й
Нет, одного бы
Товарища взять надо.
(К Васильку.)
Василько!
Что делает твоя сей ночью сотня?
В а с и л ь к о
Наряжены к дозору, государь.
Ч е р м н ы й
Поставь над ней другого; наперед же
Всем сделай перекличку; обойди
Сперва свои притины, а потом
Ко Спасскому ступай монастырю.
Там жди меня. Тебя беру с собой
Ко вражьему я стану.
В а с и л ь к о
Государь,
Воздай господь тебе за эту честь!
(Уходит.)
Ч е р м н ы й
Последнюю теперь, бояре, чару -
И по местам! За Новгород Великий!
Все встают и пьют.
Ж и р о х
За Новгород - и доброго успеха
Тебе, Андрею Юрьевичу! Любо
Смотреть, как все кипит в твоих руках!
Везде ты сам, на все тебя хватает!
В ы ш а т а и Р о г о в и ч
Прости, боярин,- доброго успеха!
Ч е р м н ы й
Простите все - и помните приказ:
Очередной никто чтоб не помыслил
Очей сомкнуть; чтобы глядели в оба,
О каждом бы движении во стане
Сказали мне, как только я вернусь,
Мы на валу увидимся зарею.
В ы ш а т а, Р о г о в и ч и Ж и р о х
Спокоен будь, мы знаем наше дело.
Направляются к двери.
В ы ш а т а
(уходя, к посаднику)
Ты что же, Глеб Миронович?
П о с а д н и к
Идите,
Я догоню вас.
Вышата, Рогович и Жирох уходят.
П о с а д н и к
(проводив их глазами)
Надо бы Жироха
Сменить.
Ч е р м н ы й
А что?
П о с а д н и к
Сдается, ненадежен.
Ч е р м н ы й
Мне самому сдается.
П о с а д н и к
Злобы он
Не может скрыть - с Фомою заодно.
Ч е р м н ы й
Переместить его могу я завтра.
П о с а д н и к
Перемести; поставь его туда,
Где приступа не будет; ты заметил,
Как он искал, какую б на тебе
Найти вину? Они с Фомой бы рады
Тебя подвесть.
Ч е р м н ы й
Беречься буду их.
П о с а д н и к
Еще один совет. Боярин Чермный!
На волоске повисла воля наша.
Тобой одним лишь Новгород стоит:
Когда тебя убьют или захватят -
Вразброд как раз сидение пойдет
И легкая добыча будет князю!
Не забывай, что ты святой Софии
И щит и стяг и что друзья княжие
В самих стенах новогородских ищут
Тебя избыть. В опасность не хоти
Соваться даром.
Ч е р м н ы й
Милостив господь!
Но не идти в разведку не могу я:
От этого отпор успешный завтра
Зависит наш.
П о с а д н и к
Не лучше ль Василька
Отправить одного?
Ч е р м н ы й
Нет. Молод слишком;
Удерживать приходится его;
Мне ж не впервые: суздальцем оденусь
И, от костра переходя к костру,
Узнаю все.
П о с а д н и к
Блюди ж тебя господь!
Ч е р м н ы й
Ты сам куда?
П о с а д н и к
Прилягу до рассвета,
А то совсем не чую ног.
Ч е р м н ы й
Прости ж,
Чем свет с тобою свидимся.
П о с а д н и к
Блюди
Тебя господь!
(Уходит.)
Ч е р м н ы й
(один)
Да, надобно Жироха
Переместить. Предвидеть надо все!
Ему с Фомой я как бельмо на око.
Прав старый Глеб! Проклятая дремота;
Вино и то сегодня-не бодрит.
Сейчас пойду...
(Задумывается, потом подходит к столу
и выпивает чару.)
Что бишь ему сказал я?
Да! Суздальцем оденусь... а Жироха
Перемещу... Не надо позабыть
Переместить Жироха... надо помнить...
Две вещи помнить... Суздальцем одеться...
И что еще? Вот так ко сну и клонит...
Сменить Жироха... Суздальцем одеться...
Сейчас пойду... На миг присяду только...
Сейчас пойду...
(Садится за стол; голова его опускается на руки,
он засыпает.)
Две двери медленно отворяются: из одной показывается Наталья,
из другой Рагуйло. Разговор их идет шепотом.
Р а г у й л о
Ну, что ж ты?
Н а т а л ь я
Не могу...
Р а г у й л о
Бери же ключ. Отвязывай!
Н а т а л ь я
Брат, руки
Мои дрожат!..
Р а г у й л о
(вынимая нож и делая шаг вперед)
Иль мне уж самому?
Н а т а л ь я
Сейчас, сейчас!
(Подходит осторожно к Чермному
и снимает с его пояса ключ.)
Р а г у й л о
Давай.
Наталья подает ему ключ, падает на колени и закрывает лицо
руками. Нет, шутишь! Встань!
Остаться с ним тебе не дам - разбудишь.
Пускай он спит! Ты проводи меня (поднимает ее насильно)
Иди со мной!
(К Чермному.)
А ты - спокойной ночи!
(Уходит, уводя с собой сестру.)
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
ДОМ БОЯРИНА ФОМЫ
Ночь. Фома, Жирох и Кривцевич разговаривают.
Ф о м а
(ходит по комнате)
Подземный ход! И этого не знал я!
Как он его проведал?
Ж и р о х
Говорит,
Случайно будто.
Ф о м а
А с которых пор?
Ж и р о х
С той осени; и будто он о нем
Совсем забыл, сегодня только вспомнил!
Ф о м а
Поверю я!
К р и в ц е в и ч
Хитер! Молчал небось
Да про свое припас про воеводство.
Ф о м а
Хотя б одним деньком мне ране знать!
К р и в ц е в и ч
Хоть утром бы нам знать, Фома Григорьич,
Успели б князю весточку подать,
Как приступ весть.
Ф о м а
(к Жироху)
И на разведку хочет
Он сам идти?
Ж и р о х
Так нам сказал.
Ф о м а
Один?
Ж и р о х
Нет, с Васильком.
К р и в ц е в и ч
Кабы на той разведке
Ухлопали его!
Ж и р о х
Не уповаю:
Вернется здрав!
Ф о м а
О чем еще шла речь?
Ж и р о х
Все об одном: откуда князя ждать?
Кто говорит: пойдет на Городище,
Кто - к воротам Баяним. Я пытался
Их с толку сбить, да срезал старый черт!
Я, правда, тож ввернул ему загвоздку:
Его долгами здорово кольнул.
Ф о м а
С ума сошел? Какие тут загвоздки!
Ты должен был поддакивать ему,
Ласкать его, быть мягче шелка с ним,
Кадить ему!
Ж и р о х
Что ж делать - сорвалось,
Не вытерпел. Когда б ты только видел,
Как на меня смотрел он! Вспомнишь - сердце
Так и вскипит!
Ф о м а
А ты его рассудком
Придерживай. Взгляни хоть на меня:
Ко Глебу разве мене сердце злобой
Во мне кипит? А разве волю я
Даю ему? Нет, злобу приглушать
Умею я! Боярыня Мамелфа
Сегодня вот мне говорит про Глеба:
Он то и то! И в бога-то не верит,
И в церковь-то заказывал ходить,
И даром-то безвинного меня
Оклеветал! Я что ж? Небось помог ей
Чернить его? Нет, я не так-то прост!
Горою встал за Глеба! Он-де мне
Хотя и враг, хоть вправду благочестья
Немного в нем, а все ж его я чту
За то, что он душою не кривит,
По-своему, вишь, Новгород он любит,
Неведеньем меня лишь оскорбил,
И прочее, и прочее! Старуху
Так умилил - чуть-чуть не прослезилась,
А Глеб чрез то и вдвое стал черней!
Вот надо как!
К р и в ц е в и ч
С тобой кому тягаться,
Фома Григорьич! Бог тебя сподобил,
А мы себе по простоте!
Ф о м а
Вот то-то
По простоте!
(К Жироху.)
Ругал ли ты меня,
Как я тебе наказывал?
Ж и р о х
Ругать-то
Неловко было; за тебя на вече
Ведь я стоял, а я сказал: Фома, мол,
И сам смекнул, что был не прав.
Ф о м а
Не то!
Ругать меня ты должен был; звать бабой,
Звать дураком, звать вором, трусом звать!
Фома, мол, трус! Фома - княжой прихлебник.
Фома, мол, вор! Фома - христопродавец!
Он и меня лукавством обошел!
Ж и р о х
Пересолил бы так, Фома Григорьич,
Заметили б расчет!
Ф о м а
Эх, простота!
Пересолишь, когда щепотку соли
Ты передашь; когда же опрокинешь
Солонку всю, тогда ошеломишь.
Что нужно нам? Чтоб мнили бы они,
Что сторону мою ты бросил. Так ли?
А из чего ты им передался -
Вопроса нет - вестимо, из расчета!
Своим ты их усердьем не обманешь,
Ни у кого святым не прослывешь;
Не чистотой ты в Новгороде ведом,
Так чистого не корчи из себя.
Всяк должен знать, о нем что мыслят люди,
В чем можно их уверить, в чем нельзя.
А с Чермным Глеб тебе лишь в том поверят,
Что ты меня из выгод продаешь.
Так продавай! И чем наглей, тем лучше!
Не очищай - черни меня пред ними,
Черни сплеча.
Ж и р о х
Я думал понемногу
В их мнении отречься от тебя.
Ф о м а
Нет времени нам делать понемногу -
Железо куй, пока красно! У нас
Псков на носу! Мы пень через колоду
Валить должны! Мы Чермного подсечь
Должны теперь, покуда псковичи
Не подошли, и для того теперь же
Нам заодин работать, а наружно
Врозь надо быть.
(К Кривцевичу.)
Так иль не так?
К р и в ц е в и ч
Фома
Григорьевич! Царь Соломон глаголет
Из уст твоих; придай же нам ума:
Как Чермного подсечь?
Ф о м а
Рыбак, закинув
Свою уду, глядит на поплавок;
А не клюет его наживы щука -
За лодкою волочит он лесу
Иль с берега нахлесткой дразнит рыбу.
Так или так - под промах подведем
Мы Чермного; иль улучу я случай,
Иль сам рожу. Вы ж помните одно:
Наружно врозь, на деле ж тесно вместе;
Что ни скажу, навстречу говорить;
А между тем смекать из полуслова,
Куда я гну, и спорить так, чтоб я
Всегда был прав...
Звон в колокол.
Ж и р о х
Позволь - никак, набат!
К р и в ц е в и ч
Набат и есть!
Ж и р о х
(отворяя окно)
И зарево пожара!
Крики на улице.
К р и в ц е в и ч
С оружием по улице бегут!
Не ворвались ли суздальцы?
Ж и р о х
Без боя?
Не может быть!
Ф о м а
Пойдемте посмотреть!
Нежданное нам что-то приключилось -
Пригодное, пожалуй, что-нибудь!
Все трое поспешно уходят.
ПЛОЩАДЬ С ЛОБНЫМ МЕСТОМ
Ночь. Зарево пожара. Набат и стук сечи. Граждане с оружием бегут через сцену.
К р и к и. Суздальцы! Суздальцы! Измена! Новгород
взяли! Режут! Где суздальцы? Бей их!
Пробегают. Из боковой улицы выходит Василько в схватке с Рагуйлом, одетым в кольчугу. Набат умолкает, зарево гаснет.
В а с и л ь к о (наступая на Рагуйло). Сдайся! Все твои
перебиты!
Р а г у й л о. Не таковский, чтоб сдаться! Кому бог поможет!
Дерутся. Рагуйло падает. Из той же улицы выбегают Ставр и
Головня.
С т а в р. Ай да Василько! Последнего растянул!
В а с и л ь к о. Где наши?
Г о л о в н я. Пожар гасят.
Р а д ь к о (подходя). Уже погасили. (Указывает на нескольких людей,
выходящих из той же улицы.) Вот эти нам помогли!
О д и н и з н а р о д а. Да что это за притча была? Откуда они
взялись?
Д р у г о й. Словно с неба упали!
Г о л о в н я. Из земли словно выросли.
С т а в р. Нет, они из монастыря выскочили, как раз
когда мы дозором шли.
В а с и л ь к о. Да точно ли все перебиты?
Р а д ь к о. Всех положили! Немного их и было, человек пятьдесят!
Т р е т и й. А поджечь-таки успели!
С т а в р. Кабы не наш дозор, они с разных концов подожгли бы: у
каждого связка смоленого хворосту была.
Г о л о в н я. А тем часом и приступ начался бы. Внутри пожар гаси,
а снаружи врагов отбивай!
Р а д ь к о (к Васильку, указывая на Рагуйло). Смотри, твой жив еще!
Ч е т в е р т ы й. Пришибить его, что ли?
Р а г у й л о (приподнимаясь). Православные... Дайте по-христиански
умереть... Отнесите в церковь али попа позовите...
П я т ы й (замахиваясь). Я тебе поп! Благословлю как раз!
В а с и л ь к о (отталкивая его). Прочь, зверь! Лежачего не бьют!
Спросим его, как они в город вошли? (К Рагуйлу.) Эй, молодец!
С т а в р. Обмер, должно быть, али уж кончился?
В а с и л ь к о. Нет, жив еще, да говорить не может! Отнесите его в
монастырь.
Радько и Головня уносят Рагуйло. Народ шумно собирается на
площадь. С одной стороны входит посадник, с другой - Фома
с Жирохом и Кривцевичем.
П о с а д н и к. Что это было? Что случилось?
В а с и л ь к о. Толпа суздальцев ворвалась, государь.
Да уже все перебиты.
П о с а д н и к. Ты как здесь? Отчего не с воеводой?
В а с и л ь к о. Я по его указу сделал: после переклички сотню по
дорогам разделил, а сам пришел к монастырю дожидаться его. Часа три у ворот
стоял, как из них ратники показались; я их окликнул, а они на меня
с мечами бросились. Тут наш дозор подошел, и мы вместе перебили их.
П о с а д н и к. А воевода? Воевода?
В а с и л ь к о. Не видали его, не приходил.
Ф о м а (к Жироху и Кривцевичу). Смекайте! Тут что-нибудь для нас!
Ведь это его ходом суздальцы пролезли.
Чермный вбегает с мечом в руке.
Ч е р м н ы й. Не может быть! Не верю! Где они? Где суздальцы?
Г о л о с а. Без тебя справились!
Ч е р м н ы й. Как они вошли? Быть не может!
Радько и Головня, отнесшие Рагуйла, возвращаются.
Р а д ь к о. Ход подземный в монастыре есть. Мы видели - монахи его
заваливают.
Ф о м а. Ход подземный? Который это ход?
Ж и р о х. Да не тот ли, про который воевода вчера говорил? От которого
ключ у него?
Чермный хватается за пояс.
К р и в ц е в и ч. Ловко прикинулся!
Г о л о в н я. Вот ключ! Он в дверце снутри торчал.
Ропот.
Ч е р м н ы й. Господи - что это? Он у меня на поясе был!
Ф о м а. А теперь в дверце очутился? Гм! Странное дело!
Ж и р о х. Что, странное дело? Уж ты, прости господи,
не держишь ли подозрения на воеводу?
К р и в ц е в и ч. Ты, чай, зол на него за то, что он на
твое место сел?
Ж и р о х. Рад безвинного чернить!
Ф о м а. Что вы, что вы, побойтесь бога, с чего вы накинулись? Я не черню
его, а надо бы спросить, как с его пояса ключ в дверцу попал и ворогов в
город впустил?
К р и к и. К ответу воеводу! К ответу!
П о с а д н и к. Постойте, люди! Разве можно так спрашивать? Подождем
утра, соберем вече, воевода Новугороду ответ даст.
Г о л о с а. Дело, дело! Подождем утра, на вече спросим.
П о с а д н и к (к Чермному). Кто это учинил? На кого ты мыслишь?
Ч е р м н ы й. Ума не приложу!
П о с а д н и к. Голову отдам, чтоб вора найти!
К р и в ц е в и ч. Да зачем же воеводу к ответу ставить.
Воевода никому не держит ответа. Это не простой воевода; он и смертную казнь
наложил всем, кто не слушает его: какой же на нем ответ?
К р и к и в н а р о д е. Что ж, он князь над нами, что ли? Мы и князей
судим, а его и подавно! Говори! Отвечай!- У тебя был ключ?- Кому ключ отдал?-
Зачем ворогов впустил? - К ответу! К ответу!
П о с а д н и к. Молчите, смерды! Воевода одному вечу повинен!
К р и к и. Так соберем вече! Чего тут ждать! Бегите на колокольню!-
Ударьте в колокол! - Вече! Вече!
Крики и возрастающее смятение. Рассветает.
Ф о м а (к Кривцевичу). На ловцов зверь набежал! Станем вразбивку, чтоб
не сказали: стачка! И держать ухо востро!
Расходятся.
Удар в колокол. Площадь наполняется все боле. Впереди черного
народа становятся бояре и огнищане. Каждая улица под своим стягом. Колокол умолкает. Посадник всходит на лобное
место.
Молчание.
П о с а д н и к. Государь Великий Новгород! Повелите ли вечу быть?
О б щ и й к р и к. Вече! Вече! Вече!
П о с а д н и к
Великий Новгород! Открыто вече!
Горсть суздальцев сей ночью ворвалась
Чрез тайный ход подземный, от него же
У воеводы Чермного был ключ.
Тот ход уже завален, и враги
Побиты все. А кто у воеводы
Похитил ключ - не ведаем. Велите ль
Ему ответ держать?
К р и к и
Пусть говорит!
П о с а д н и к
Кому вести прикажете допрос?
По грамотам держал по Ярославлим
Доселе князь в Новегороде суд;
В бескняжие ж и в смутные годины
Всегда судил посадник.
К р и к и
И теперь
По старице! По пошлине! Посадник,
Допрашивай!
Ж и р о х
Кому же, государи,
Как не ему? И кто же лучше Глеба
Мироныча очистит воеводу?
Ему он друг; его ж на воеводство
Он посадил.
К р и в ц е в и ч
Так как же правду мы
Через него узнаем? Он не может
Допрашивать - он будет выручать!
К р и к и
Нельзя ему! Нельзя! Фома пусть будет
Допрашивать!
...Закладка в соц.сетях
