Жанр: Стихи
Избранное
...ажидать".
Сталь нанес + она сверкнула +
И преступный задрожал,
Смерть тирана ужаснула:
Выпал поднятый кинжал.
"Не настало еще время,+
Простонал он,+ но придет,
И несносной жизни бремя
Тяжкой ношею спадет".
Но как будто вдруг очнувшись:
"Что свершить решился я?+
Он воскликнул, ужаснувшись.+
Нет! не погублю себя.
Завтра ж, завтра всё разрушу,
Завтра хлынет кровь рекой +
И встревоженную душу
Вновь порадует покой!
Вместо праотцев закона
Я введу закон римлян;
Грозной местью гряну с трона
В подозрительных граждан.
И твоя падет на плахе,
Буйный Шуйский, голова!
И, дымясь в крови и прахе,
Затрепещешь ты, Москва!"
Смолк. Преступные надежды
Удалили страх + и он
Лег на пышный одр, и вежды
Оковал тревожный сон.
Вдруг среди безмолвья грянул
Бой набата близ дворца,
И тиран с одра воспрянул
С смертной бледностью лица...
Побежал и зрит у входа:
Изо всех кремлевских врат
Волны шумные народа,
Ко дворцу стремясь, кипят.
Вот приближились, напали;
Храбрый Шуйский впереди +
И сарматы побежали
С хладным ужасом в груди.
"Всё погибло! нет спасенья,
Смерть прибежище одно!" +
Рек тиран... еще мгновенье +
И бросается в окно!
Пал на камни, и, при стуках
Сабель, копий и мечей,
Жизнь окончил в страшных муках
Нераскаянный злодей.
1821 или 1822
К.Ф.Рылеев. Полное собрание стихотворений.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1971.
ИВАН СУСАНИН
В исходе 1612 года юный Михаил Феодорович Романов, последняя отрасль Руриковой
династии, скрывался в Костромской области. В то время Москву занимали поляки:
сии пришельцы хотели утвердить на российском престоле царевича Владислава, сына
короля их Сигизмунда III. Один отряд проникнул в костромские пределы и искал
захватить Михаила. Вблизи от его убежища враги схватили Ивана Сусанина, жителя
села Домнина, и требовали, чтобы он тайно провел их к жилищу будущего венценосца
России. Как верный сын отечества, Сусанин захотел лучше погибнуть, нежели
предательством спасти жизнь. Он повел поляков в противную сторону и известил
Михаила об опасности: бывшие с ним успели увезти его. Раздраженные поляки убили
Сусанина. По восшествии на престол Михаила Феодоровича (в 1613) потомству
Сусанина дана была жалованная грамота на участок земли при селе Домнине; ее
подтверждали и последующие государи.
"Куда ты ведешь нас?.. не видно ни зги!+
Сусанину с сердцем вскричали враги: +
Мы вязнем и тонем в сугробинах снега;
Нам, знать, не добраться с тобой до ночлега.
Ты сбился, брат, верно, нарочно с пути;
Но тем Михаила тебе не спасти!
Пусть мы заблудились, пусть вьюга бушует,
Но смерти от ляхов ваш царь не минует!..
Веди ж нас,+ так будет тебе за труды;
Иль бойся: не долго у нас до беды!
Заставил всю ночь нас пробиться с метелью...
Но что там чернеет в долине за елью?"
"Деревня!+ сарматам в ответ мужичок: +
Вот гумна, заборы, а вот и мосток.
За мною! в ворота!+ избушечка эта
Во всякое время для гостя нагрета.
Войдите + не бойтесь!" + "Ну, то-то, москаль!..
Какая же, братцы, чертовская даль!
Такой я проклятой не видывал ночи,
Слепились от снегу соколии очи...
Жупан мой + хоть выжми, нет нитки сухой!+
Вошед, проворчал так сармат молодой.+
Вина нам, хозяин! мы смокли, иззябли!
Скорей!.. не заставь нас приняться за сабли!"
Вот скатерть простая на стол постлана;
Поставлено пиво и кружка вина,
И русская каша и щи пред гостями,
И хлеб перед каждым большими ломтями.
В окончины ветер, бушуя, стучит;
Уныло и с треском лучина горит.
Давно уж за полночь!.. Сном крепким объяты,
Лежат беззаботно по лавкам сарматы.
Все в дымной избушке вкушают покой;
Один, настороже, Сусанин седой
Вполголоса молит в углу у иконы
Царю молодому святой обороны!..
Вдруг кто-то к воротам подъехал верхом.
Сусанин поднялся и в двери тайком...
"Ты ль это, родимый?.. А я за тобою!
"Куда ты уходишь ненастной порою?
За полночь... а ветер еще не затих;
Наводишь тоску лишь на сердце родных!"
"Приводит сам бог тебя к этому дому,
Мой сын, поспешай же к царю молодому,
Скажи Михаилу, чтоб скрылся скорей,
Что гордые ляхи, по злобе своей,
Его потаенно убить замышляют
И новой бедою Москве угрожают!
Скажи, что Сусанин спасает царя,
Любовью к отчизне и вере горя.
Скажи, что спасенье в одном лишь побеге
И что уж убийцы со мной на ночлеге".
+ "Но что ты затеял? подумай, родной!
Убьют тебя ляхи... Что будет со мной?
И с юной сестрою и с матерью хилой?"
+ "Творец защитит вас святой своей силой.
Не даст он погибнуть, родимые, вам:
Покров и помощник он всем сиротам.
Прощай же, о сын мой, нам дорого время;
И помни: я гибну за русское племя!"
Рыдая, на лошадь Сусанин младой
Вскочил и помчался свистящей стрелой.
Луна между тем совершила полкруга;
Свист ветра умолкнул, утихнула вьюга.
На небе восточном зарделась заря,
Проснулись сарматы + злодеи царя.
"Сусанин!+ вскричали,+ что молишься богу?
Теперь уж не время + пора нам в дорогу!"
Оставив деревню шумящей толпой,
В лес темный вступают окольной тропой.
Сусанин ведет их... Вот утро настало,
И солнце сквозь ветви в лесу засияло:
То скроется быстро, то ярко блеснет,
То тускло засветит, то вновь пропадет.
Стоят не шелохнясь и дуб и береза,
Лишь снег под ногами скрипит от мороза,
Лишь временно ворон, вспорхнув, прошумит,
И дятел дуплистую иву долбит.
Друг з а другом и дут в молчаньи сарматы;
Всё дале и дале седой их вожатый.
Уж солнце высоко сияет с небес +
Всё глуше и диче становится лес!
И вдруг пропадает тропинка пред ними:
И сосны и ели, ветвями густыми
Склонившись угрюмо до самой земли,
Дебристую стену из сучьев сплели.
Вотще настороже тревожное ухо:
Всё в том захолустье и мертво и глухо...
"Куда ты завел нас?" + лях старый вскричал.
"Туда, куда нужно!+ Сусанин сказал.+
Убейте! замучьте!+ моя здесь могила!
Но знайте и рвитесь: я спас Михаила!
Предателя, мнили, во мне вы нашли:
Их нет и не будет на Русской земли!
В ней каждый отчизну с младенчества любит
И душу изменой свою не погубит".
"Злодей!+ закричали враги, закипев,+
Умрешь под мечами!" + "Не страшен ваш гнев!
Кто русский по сердцу, тот бодро, и смело,
И радостно гибнет за правое дело!
Ни казни, ни смерти и я не боюсь:
Не дрогнув, умру за царя и за Русь!"
"Умри же!+ сарматы герою вскричали,
И сабли над старцем, свистя, засверкали!+
Погибни, предатель! Конец твой настал!"
И твердый Сусанин весь в язвах упал!
Снег чистый чистейшая кровь обагрила:
Она для России спасла Михаила!
1822
К.Ф.Рылеев. Полное собрание стихотворений.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1971.
Тюрьма мне в честь, не в укоризну,
За дело правое я в ней,
И мне ль стыдиться сих цепей,
Коли ношу их за Отчизну.
1826(?)
К.Ф.Рылеев. Полное собрание стихотворений.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1971.
К N. N.
Я не хочу любви твоей,
Я не могу ее присвоить;
Я отвечать не в силах ей,
Моя душа твоей не стоит.
Полна душа твоя всегда
Одних прекрасных ощущений,
Ты бурных чувств моих чужда,
Чужда моих суровых мнений.
Прощаешь ты врагам своим +
Я не знаком с сим чувством нежным
И оскорбителям моим
Плачу отмщеньем неизбежным.
Лишь временно кажусь я слаб,
Движеньями души владею
Не христианин и не раб,
Прощать обид я не умею.
Мне не любовь твоя нужна,
Занятья нужны мне иные:
Отрадна мне одна война,
Одни тревоги боевые.
Любовь никак нейдет на ум:
Увы! моя отчизна страждет,+
Душа в волненьи тяжких дум
Теперь одной свободы жаждет.
<1824>
К.Ф.Рылеев. Полное собрание стихотворений.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1971.
Оставь меня! Я здесь молю:
Да всеблагое провиденье
Отпустит деве преступленье,
Что я тебя еще люблю.
Молю, да ненависть заступит
Преступной страсти пламень злой,+
И честь, и стыд, и мой покой
Ценой достойною искупит.
<1824>
К.Ф.Рылеев. Полное собрание стихотворений.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1971.
Ах, тошно мне
И в родной стороне:
Всё в неволе,
В тяжкой доле,
Видно, век вековать.
Долго ль русский народ
Будет рухлядью господ,
И людями,
Как скотами,
Долго ль будут торговать?
Кто же нас кабалил,
Кто им барство присудил,
И над нами,
Бедняками,
Будто с плетью посадил?
По две шкуры с нас дерут,
Мы посеем + они жнут,
И свобода
У народа
Силой бар задушена.
А что силой отнято,
Силой выручим мы то,
И в привольи,
На раздольи
Стариною заживем.
А теперь господа
Грабят нас без стыда,
И обманом
Их карманом
Стала наша мошна.
Бара с земским судом
И с приходским попом
Нас морочат
И волочат
По дорогам да судам.
А уж правды нигде
Не ищи, мужик, в суде,
Без синюхи
Судьи глухи,
Без вины ты виноват.
Чтоб в палату дойти,
Прежде сторожу плати,
За бумагу,
За отвагу +
Ты за все про все давай!
Там же каждая душа
Покривится из гроша:
Заседатель,
Председатель,
Заодно с секретарем.
Нас поборами царь
Иссушил, как сухарь:
То дороги,
То налоги,
Разорили нас вконец.
А под царским орлом
Ядом потчуют с вином,
И народу
Лишь за воду
Велят вчетверо платить.
Уж так худо на Руси,
Что и боже упаси!
Всех затеев
Аракчеев
И всему тому виной.
Он царя подстрекнет,
Царь указ подмахнет,
Ему шутка,
А нам жутко,
Тошно так, что ой, ой, ой!
А до бога высоко,
До царя далеко,
Да мы сами
Ведь с усами,
Так мотай себе на ус.
<1824>
К.Ф.Рылеев. Полное собрание стихотворений.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1971.
ПОДБЛЮДНЫЕ ПЕСНИ
Слава богу на небе, а свободе на сей земле!
Чтобы правде ее не измениваться,
Ее первым друзьям не состареться,
Их саблям, кинжалам не ржаветься,
Их добрым коням не изъезживаться.
Слава богу на небе, а свободе на сей земле!
Да и будет она православным дана. Слава!
Как идет мужик из Нов а город а ,
У того мужика обрита борода;
Он ни плут, ни вор, за спиной топор;
А к кому он придет, тому голову сорвет.
Кому вынется, тому сбудется;
А кому сбудется, не минуется. Слава!
Вдоль Фонтанки-реки квартируют полки,
Их и учат, их и мучат, ни свет ни заря!
Что ни свет ни заря, для потехи царя!
Разве нет у них рук, чтоб избавиться мук?
Разве нет штыков на князьков-голяков?
Да Семеновский полк покажет им толк.
А кому сбудется, не минуется. Слава!
Сей, Маша, мучицу, пеки пироги:
К тебе будут гости, к тирану враги,
Не с иконами, не с поклонами,
А с железом да с законами.
Что мы спели, не минуется ему,
И в последний раз крикнет: "Быть по сему!"
Уж как на небе две радуги,
А у добрых людей две радости:
Правда в суде да свобода везде,+
Да и будут они россиянам даны. Слава!
Уж вы вейте веревки на барские головки,
Вы готовьте ножей на сиятельных князей,
И на место фонарей поразвешивать царей.
Тогда будет тепло, и умно, и светло. Слава!
Как идет кузнец из кузницы, слава!
Что несет кузнец? Да три ножика:
Вот уж первой-то нож на злодеев вельмож,
А другой-то нож + на судей на плутов,
А молитву сотворя,+ третий нож на царя!
Кому вынется, тому сбудется,
Кому сбудется, не минуется. Слава!
1824 или 1825
К.Ф.Рылеев. Полное собрание стихотворений.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1971.
ПАРТИЗАНЫ
В лесу дремучем на поляне
Отряд наездников сидит.
Окрестность вся в седом тумане;
Кругом осенний ветр шумит,
На тусклый месяц набегают
Порой густые облака;
Надулась черная река,
И молнии вдали сверкают.
Плащи навешаны шатром
На пиках, в глубь земли вонзенных;
Биваки в сумраке ночном
Вокруг костров воспламененных!
Средь них толпами удальцы:
Ахтырцы, бугцы и донцы.
Пируют всадники лихие,
Заботы трудны боевые,
Свершив отчаянный набег;
Но весел шумный их ночлег:
Живой беседой сокращают
Они друг другу час ночной,
Дела вождей страны родной
Воспоминаньем оживляют
И лес угрюмый и густой
Веселым пеньем пробуждают.
"Вкушает враг беспечный сон;
Но мы не спим, мы надзираем +
И вдруг на стан со всех сторон,
Как снег внезапный, налетаем.
В одно мгновенье враг разбит,
Врасплох застигнут удальцами,
И вслед за ними страх летит
С неутомимыми донцами.
Свершив набег, мы в лес густой
С добычей вражеской уходим
И там за чашей круговой
Минуты отдыха проводим.
С зарей бросаем свой ночлег,
С зарей опять с врагами встреча,
На них нечаянный набег
Иль неожиданная сеча".
Так сонмы ратников простых
Досуг беспечный провождали.
1824(?)
К.Ф.Рылеев. Полное собрание стихотворений.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1971.
Повсюду вопли, стоны, крики,
Везде огонь иль дым густой.
Над белокаменной Москвой
Лишь временем Иван Великий
Сквозь огнь, сквозь дым и мрак ночной
Столпом огромным прорезался
И, в небесах блестя челом,
Во всем величии своем
Великой жертвой любовался.
1822 или 1823
К.Ф.Рылеев. Полное собрание стихотворений.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1971.
Заплатимте тому презрением холодным,
Кто хладен может быть к страданиям народным,
Старайтесь разгадать цель жизни человека,
Постичь дух времени и назначенье века.
<1824>
К.Р.Рылеев. Избранное.
Поэтическая Россия.
Москва: Советская Россия, 1977.
РОГНЕДА
А. А. В[оейково]й
Потух последний солнца луч;
Луна обычный путь свершала +
То пряталась, то из-за туч,
Как стройный лебедь, выплывала;
И ярче заблистав порой,
Над берегом Лыбеди скромной,
Свет бледный проливала свой
На терем пышный и огромной.
Все было тихо... лишь поток,
Журча, роптал между кустами
И перелетный ветерок
В дуброве шелестел ветвями.
Как месяц утренний, бледна,
Рогнеда в горести глубокой
Сидела с сыном у окна
В светлице ясной и высокой.
От вздохов под фатой у ней
Младые перси трепетали,
И из потупленных очей,
Как жемчуг, слезы упадали.
Глядел невинный Изяслав
На мать умильными очами,
И, к персям матери припав,
Он обвивал ее руками.
"Родимая!+ твердил он ей,+
Ты все печальна, ты все вянешь:
Когда же будешь веселей,
Когда грустить ты перестанешь?
О! полно плакать и вздыхать,
Твои мне слезы видеть больно,+
Начнешь ты только горевать,
Встоскуюсь вдруг и я невольно.
Ты б лучше рассказала мне
Деянья деда Рогволода,
Как он сражался на войне,
И о любви к нему народа".
+ "О ком, мой сын, напомнил ты?
Что от меня узнать желаешь?
Какие страшные мечты
Ты сим в Рогнеде пробуждаешь!..
Но так и быть; исполню я,
Мой сын, души твоей желанье:
Пусть Рогволодов дух в тебя
Вдохнет мое повествованье;
Пускай оно в груди младой
Зажжет к делам великим рвенье,
Любовь к стране твоей родной
И к притеснителям презренье...
Родитель мой, твой славный дед,
От тех варягов происходит,
Которых дивный ряд побед
Мир в изумление приводит.
Покинув в юности своей
Дремучей Скании дубравы,
Вступил он в землю кривичей
Искать владычества и славы.
Народы мирной сей страны
На гордых пришлецов восстали,
И смело грозных чад войны
В руках с оружием встречали...
Но тщетно! роковой удел
Обрек в подданство их герою +
И скоро дед твой завладел
Обширной Севера страною.
Воздвигся Полоцк. Рогволод
Приветливо и кротко правил
И, привязав к себе народ,
Власть князя полюбить заставил...
При Рогволоде кривичи
Томились жаждой дел великих;
Сверкали в дебрях им мечи,
Литовцев поражая диких.
Иноплеменные цари
Союза с Полоцком искали,
И чуждые богатыри
Ему служить за честь вменяли".
Но шум раздался у крыльца...
Рогнеда повесть прерывает
И видит: пыль и пот с лица
Гонец усталый отирает.
"Княгиня!+ он вещал, войдя: +
Гоня зверей в дубраве смежной,
Владимир посетить тебя
Прибудет в терем сей прибрежной".
+ "И так он вспомнил об жене...
Но не желание свиданья...
О нет! влечет его ко мне +
Одна лишь близость расстоянья!" +
Вещала + и сверкнул в очах
Негодованья пламень дикий.
Меж тем уж пронеслись в полях
Совы полуночные крики...
Сгустился мрак... луна чуть-чуть
Лучом трепещущим светила;
Холодный ветер начал дуть,
И буря страшная завыла!
Лыбедь вскипела меж брегов;
С деревьев листья полетели;
Дождь проливной из облаков,
И град, и вихорь зашумели,
Скопились тучи... и с небес
Вилася молния змиею;
Гром грохотал + от молний лес
То здесь, то там пылал порою!..
Внезапно с бурей звук рогов
В долине глухо раздается:
То вдруг замолкнет средь громов,
То снова с ветром пронесется...
Вот звуки ближе и громчей...
Замолкли... снова загремели...
Вот топот скачущих коней,
И всадники на двор взлетели.
То был Владимир. На крыльце
Его Рогнеда ожидала;
На сумрачном ее лице
Неведомая страсть пылала.
Смущенью мрачность приписав,
Герой супругу лобызает
И, сына милого обняв,
Его приветливо ласкает.
Отводят отроки коней...
С Рогнедой князь идет в палаты,
И вот, в кругу богатырей,
Садится он за пир богатый.
Под тучным вепрем стол трещит,
Покрытый скатертию браной;
От яств прозрачный пар летит
И вьется по избе брусяной.
Звездясь, янтарный мед шипит,
И ходит чаша круговая.
Все веселятся... но грустит
Одна Рогнеда молодая.
"Воспой деянья предков нам!" +
Бояну витязи вещали.
Певец ударил по струнам +
И вещие зарокотали.
Он славил Рюрика судьбу,
Пел Святославовы походы,
Его с Цимискием борьбу
И покоренные народы;
Пел удивление врагов,
Его нетрепетность средь боя,
И к славе пылкую любовь,
И смерть, достойную героя...
Бояна пламенным словам
Герои с жадностью внимали
И, праотцев чудясь делам,
В восторге пылком трепетали.
Певец умолкнул... но опять
Он пробудил живые струны
И начал князя прославлять
И грозные его перуны:
"Дружины чуждые громя,
Давно ль наполнил славой бранной
Ты дальней Нейстрии поля
И Альбиона край туманной?
Давно ли от твоих мечей
Упали Полоцка твердыни
И нивы храбрых кривичей
Преобратилися в пустыни?
Сам Рогволод..." Вдруг тяжкий стон
И вопль отчаянья Рогнеды
Перерывают гуслей звон
И радость шумную беседы...
"О, успокойся, друг младой!+
Вещал ей князь,+ не слез достоин,
Но славы, кто в стране родной
И жил и кончил дни как воин.
Воскреснет храбрый Рогволод
В делах и чадах Изяслава,
И пролетит из рода в род
Об нем, как гром гремящий, слава".
Рогнеды вид покойней стал;
В очах остановились слезы,
Но в них какой-то огнь сверкал,
И на щеках пылали розы...
При стуках чаш Боян поет,
Вновь тешит князя и дружину...
Но кончен пир + и князь идет
В великолепную одрину.
Сняв меч, висевший при бедре,
И вороненые кольчуги,
Он засыпает на одре
В объятьях молодой супруги.
Сквозь окон скважины порой
Проникнув, молния пылает
И брачный одр во тьме ночной
С четой лежащей освещает.
Бушуя, ставнями стучит
И свищет в щели ветр порывный;
По кровле град и дождь шумит,
И гром гремит бесперерывный.
Князь спит покойно... Тихо встав,
Рогнеда светоч зажигает
И в страхе, вся затрепетав,
Меч тяжкий со стены снимает...
Идет... стоит... ступила вновь...
Едва дыханье переводит...
В ней то кипит, то стынет кровь...
Но вот... к одру она подходит...
Уж поднят меч!.. вдруг грянул гром,
Потрясся терем озаренный +
И князь, объятый крепким сном,
Воспрянул, треском пробужденный,+
И пред собой Рогнеду зрит...
Ее глаза огнем пылают...
Поднятый меч и грозный вид
Преступницу изобличают...
Меч выхватив, ей князь вскричал:
"На что дерзнула в исступленье?.."
+ "На то, что мне повелевал
Ужасный Чернобог,+ на мщенье!"
+ "Но долг супруги, но любовь?.."
+ "Любовь! к кому?.. к тебе, губитель?..
Забыл, во мне чья льется кровь,
Забыл ты, кем убит родитель!..
Ты, ты, тиран, его сразил!
Горя преступною любовью,
Ты жениха меня лишил
И братнею облился кровью!
Испепелив мой край родной,
Рекой ты кровь в нем пролил всюду
И Полоцк, дивный красотой,
Преобратил развалин в груду.
Но недовольный... местью злой
К бессильной пленнице пылая,
Ты брак свой совершил со мной
При зареве родного края!
Повлек меня в престольный град;
Тебе я сына даровала...
И что ж?., еще презренья хлад
В очах тирана прочитала!..
Вот страшный ряд ужасных дел,
Владимира покрывших славой!
Не через них ли приобрел
Ты на любовь Рогнеды право?..
Страдала, мучилась, стеня,
Вся жизнь текла моя в кручине;
Но, боги! не роптала я
На вас в злосчастиях доныне!..
Впервые днесь ропщу!.. увы!..
Почто губителя отчизны
Сразить не допустили вы
И совершить достойной тризны!
С какою б жадностию я
На брызжущую кровь глядела,
С каким восторгом бы тебя,
Тиран, угасшего узрела!.."
Супруг, слова прервав ее,
В одрину стражу призывает.
"Ждет смерть, преступница, тебя!+
Пылая гневом, восклицает.+
С зарей готова к казни будь!
Сей брачный одр пусть будет плаха!
На нем пронжу твою я грудь
Без сожаления и страха!"
Сказал + и вышел. Вдруг о том
Мгновенно слух распространился +
И терем, весь объятый сном,
От вопля женщин пробудился...
Бегут к княгине, слезы льют;
Терзаясь близостью разлуки,
Себя в младые перси бьют
И белые ломают руки...
В тревоге все + лишь Изяслав
В объятьях сна, с улыбкой нежной,
Лежит, покровы разметав,
Покой вкушая безмятежный.
Об участи Рогнеды он
В мечтах невинности не знает;
Ни бури рев, ни плач, ни стон
От сна его не пробуждает.
Но перестал греметь уж гром,
Замолкли ветры в чаще леса,
И на востоке голубом
Редела мрачная завеса.
Вся в перлах, злате и сребре,
Ждала Рогнеда без боязни
На изукрашенном одре
Назначенной супругом казни.
И вот денница занялась,
Сверкнул сквозь окна луч багровый
И входит с витязями князь
В одрину, гневный и суровый.
"Подайте меч!" + воскликнул он,
И раздалось везде рыданье,+
"Пусть каждого страшит закон!
Злодейство примет воздаянье!"
И, быстро в храмину вбежав:
"Вот меч! коль не отец ты ныне,
Убей!+ вещает Изяслав,+
Убей, жестокий, мать при сыне!"
Как громом неба поражен,
Стоит Владимир и трепещет,
То в ужасе на сына он,
То на Рогнеду взоры мещет...
Речь замирает на устах,
Сперлось дыханье, сердце бьется;
Трепещет он; в его костях
И лютый хлад и пламень льется,
В душе кипит борьба страстей:
И милосердие и мщенье...
Но вдруг с слезами из очей +
Из сердца вырвалось: прощенье!
1827 или 1822
Примечания
Около 970 года варяг Рогволод, оставив отечество, поселился в Полоцке, главном
городе тогдашней области Кривской. Он имел прекрасную дочь, по имени Рогнеду,
или Гориславу: ее сговорили за великого князя Ярополка Святославича. Брат его,
Владимир Великий, взяв Полоцк (в 980 г.), умертвил Рогволода, двух сыновей его,
и насильно понял Рогнеду. От ней родился сын, Изяслав. Впоследствии Владимир
разлюбил жену, выслал ее из дворца и заточил на берегу Лыбеди, в окрестностях
Киева. Однажды, гуляя в сих местах, князь заснул крепко; мстительная Рогнеда,
приблизившись, хотела нанести ему смертельный удар, но Владимир проснулся. В
ярости он захотел казнить несчастную, велел ей надеть брачную одежду и, сидя на
богатом ложе, ожидать казни. Входит Владимир; юный Изяслав, наученный Рогнедою,
бросается к нему и подает меч: "Родитель!+ говорит он,+ ты не один: сын твой
будет свидетелем твоей ярости". Изумленный Владимир простил Рогнеду и вместе с
сыном отправил ее в новопостроенный город, названный им Изяславлем. Сие
происшествие описано в некоторых летописях.
К.Р.Рылеев. Избранное.
Поэтическая Россия.
Москва: Советская Россия, 1977.
Закладка в соц.сетях
