Жанр: Философия
Химеры урочища Икс
...дарили - и ушли...
- Значит, с ними можно было и ладить все-таки?
- Можно, - ответил Гусев. - Только ведь как к ним подладиться что им нужно?
Люди говорили, частенько они со скотиной и птицей что-то делали...
- Со скотиной?..
- Да. Был, говорят, такой случай, еще до революции, году гдето в 1910-13-м.
Пропала вдруг у крестьянина лошадь. Он туда, сюда - нет ее! Потом и у
другого мужика опять же лошадь пропала, а там и третья... Подумали
перво-наперво на цыган. А те говорят: "Не брали!" Клянутся - видно, что не
лгут. А пастух пошел как-то в лес лыко драть. Глядь - а лошади-то все три
стоят, к дереву привязаны; трава вокруг объедена, в чем у них и душа
держится... Он - к мужикам: так, мол, и так. Те засаду устроили, смотрят,
идут к лошадям двое - из нашей деревни, отец и сын. Тут-то их и схватили.
Устроили дознание, а те говорят: "Простите, черти попутали, деньги большие
обещали за лошадей этих". - "Какие черти?" - "А такие: зеленые и на
копытах". Не поверили им. Собрали сход всей волости и порешили: сына
помиловать по молодости лет, а отца - убить.
- Как так убить? Возможно ли было такое?
- А вот слушайте. Собрался сход, кричали много, и все-таки так решили,
поскольку эти двое своими действиями три семейства, своих же селян, под
голод подводили. Священник несколько раз слово брал и все просил о
помиловании. Да ведь виданное ли дело: у своих, у крестьян, воровать! На том
и порешили. Составили бумагу. А в деревне жил один пьяница - совсем пропащий
мужик. Говорит: "Дайте я убью". И вот, что же вы думаете - собрали всю
деревню, ребят отвели подальше, осужденного того к дереву привязали - и он,
и священник до последнего о помиловании просили, - и пьяница тот прямо ему
из ружья... Такие, говорят, порядки были... В народе про вора этого так
потом говорили: "Продал душу дьяволу". А цыгане с той поры через деревню в
кибитках своих - с гиканьем, и уж чтоб остановиться - упаси Боже!
...За окнами шумели редкие машины. Осенний день клонился к закату. Мы
находились в планетарии, в центре города. Сидевший перед нами человек
говорил о давно прошедших временах, людях, событиях. О странных, невероятно
странных событиях! И я вдруг ощутил то, что впоследствии ощущал не раз:
время, в котором я существовал, перестало иметь лишь сиюсекундную
значимость; оно вдруг дало трещину; затаив дыхание, я погрузился в нее и
обнаружил, что движение времени, протекавшего над моей головой и уносившего
к старости и разрушению весь этот город, всех людей, весь мир, - это течение
лишь вовне; в глубине же его плотная граница была лишь спереди, в настоящем.
Я обернулся назад и увидел огромное мутное пространство: давно ушедший мир,
сохранившийся здесь в неприкосновенности - в него можно было войти; этот
человек говорил о нем, и он стоял рядом - нас было двое. Испугавшись новизны
ощущений, я вынырнул наверх. Ярко горел электрический свет.
- А было, говорят, и такое, - продолжал свой рассказ Гусев. - Стали в одной
из деревень дохнуть куры. Тоже беда. Оказалось, что пастуху зеленые
человечки дали мешок "муки", так как корм у него кончился. И попросили
"муку" эту рассыпать по деревне. После чего куры-то и стали дохнуть.
Или вот какой случай произошел летом 40-го года у Прасковьи Гусевой. Звали
ее все Лешиха, поскольку отца ее, лесника, прозвали в народе Лешим за то,
что он знался с "зелеными"... Пошла она на двор, а там рядом с коровой стоит
этот. Корова ведет себя спокойно. На боку у нее - белое пятно, а из середины
его кровь идет. Лешиха на того "зеленого" кричать стала, ругать его - а он и
внимания не обращает. Пошел не спеша на задворки. Там его еще трое ждали.
Она и их отругала. А они все четверо так потихоньку и пошли...
Моя бабушка тоже мне рассказывала, что после войны решили как-то поросенка
зарезать. Зарезали, стали в огороде шкуру палить, смотрят - а сзади, внизу,
шов заросший, в виде креста, именно шов, какие при операциях делают. А
поросенок-то незадолго перед этим вел себя странно: есть перестал, кричал,
почему и заколоть его решили Да и сама бабушка говорила, что в это время дня
три какой-то страх на нее нападал.
- А может, просто шрам был у животного, или, скажем, чемнибудь кожу он себе
так сильно распорол, что действительно швы накладывать пришлось? - спросил
кто-то.
- Нет. - Гусев уверенно помотал головой. - Уж бабушке ли не знать свою
скотину!.. Не было ничего такого, да и, сами понимаете, когда крестьянин
поросенка маленького покупает, так уж осмотрит как следует - не больной ли?
Нет, никаких швов до этого не было.
А то еще такое дело было, я сам тому очевидец. Случилось это опять же году в
45-46-м, примерно в сентябре. Пастух рано утром вышел, а на улице-то туман;
но увидел все-таки, что на осарках, на крыше одной из житниц сидит
здоровенный глухарь. Пастух сразу ко мне заходит. "Сашка, - говорит, - вон
глухарь-то какой здоровенный на крыше сидит!" А у меня как назло - ни одного
патрона. Я - сразу к Гепеухе (а мы с дядей Андреем, несмотря на разницу в
возрасте, друзьями были). Давай, говорю, ружье-то скорей! Тот ружье и
патронташ схватил - и на улицу. А было у него 12 патронов. Подошли мы к
глухарю метров на 50. Гепеуха прицелился - ба-бах! Мимо! А глухарь-то сидит!
Он - еще патрон. Опять мимо?! Не может быть! Подошли ближе. Выстрелили.
Видно, что дробь по птице хлещет, бьет ее, перья рвет, а глухарь сидит - как
окаменел, ничего не чувствует. Мы уж совсем близко подошли, бьем, уже
обозлились. Остался последний патрон, а был он с крупной дробью. Дядя Андрей
выругался - чертово, говорит, место! - да уж вот этим-то зарядом глухаря и
сшиб. Ну, глухарь - как решето, и упал лишь потому, что последним этим
выстрелом ноги ему перешибло. Пришли домой к Гепеухе. Сидим, разговариваем о
деле таком необычном. Потом решили еще раз глухаря осмотреть. И что же? Из
груди у него - сразу-то мы и не заметили! - высовываются две проволочки, как
бы медные, каждая в четверть длиной (четверть - расстояние между
расставленными большим и указательным пальцами). Мы грудь ножом разрезали, а
там - небольшой четырехугольный предмет, довольно тяжелый; проволоки из него
выходили.
Глухаря сварили, но запах от него идет неприятный - нельзя есть. Швырнули
его собаке Султану - и та не ест. Я еще, помню, с тех проволочек трубочки
срезал - для блесны. А предмет тот четырехугольный и хозяйка, тетка Авдотья,
видела. Мы его потом в крапиву забросили...
Разговор закончился поздно. Услышано в тот вечер было много. Масса необычной
информации, выданной Гусевым, к концу беседы занимала в пространстве уже
значительный объем; ее авангарды вторглись в головы слушавших. Одни были
сокрушены и капитулировали, другие, заключив тайный договор, разворачивали
свои войска совместно с новым союзником, третьи медленно отступали, не видя
необходимости начинать кампанию, четвертые остались за стенами собственных
крепостей, давая авангардам "врага" обтекать их, пятые сами ринулись в
атаку. Гусев ушел, но воздвигнутое им государство уже жило: оно нападало и
защищалось, его границы деформировались, стены воздвигались и рушились.
Выпущенные им через трещину времени призраки, выйдя из далекого, размытого,
мутно-дымного прошлого, вошли в наше настоящее. Мы произносили их имена,
называли их деревни, говорили о событиях их жизни. Еще было неясно, что там,
у них, произошло, но имена и названия эти, произносимые нами сейчас, вновь
обретали под собою плоть; так' мастер, найдя забытую всеми форму, вновь
вливает в нее гипс и, глядя на отливку, видит иную эпоху, идею, характер
своего далекого собрата.
Темная и холодная каменная громада города, облепленная мокрыми осенними
листьями, оказалась вдруг забытой нами; ее форма ушла куда-то в запасники
сознания, и взамен проявилась и окрепла другая: в золотистом воздухе
возникло бесхитростное русское селение. Солнце опускалось. Стадо коров,
шумно дыша, возвращалось с пастбища. В низинах и над озером уже поднимался
туман, и над ним будто бы парила в воздухе аккуратная деревянная часовенка.
Сильно пахло сеном. Босоногий мальчишка бежал по дороге, потом остановился
и, отвернувшись, стал смотреть куда-то. В тяжелой от влаги траве надсадно
кричали кузнечики...
На дальних подступах
- А как вы все-таки толкуете Посещение?..
- Хорошо, я вам скажу. Только я должен предупредить вас, Ричард, что ваш
вопрос находится в компетенции псевдонауки под названием ксенология.
Ксенология - это некая неестественная помесь научной фантастики с формальной
логикой. Основой ее метода является порочный прием - навязывание
инопланетному разуму человеческой психологии. А. и Б. Стругацкие. "Пикник на
обочине".
1
- Ерунда все это! Когда я слушал Гусева в первый раз, и он знал, что его
слушают люди из астросекции, он и рассказывал обо всем этом как о падении
метеорита. А как только его начали слушать аномальщики, сразу же появились
"корабли", "зелененькие", глухари с "передатчиками". Он подлаживается под
нас и выдает то, что нам хочется.
- Торопиться с суждениями не надо, - возразил астроному Евгений Каштанов. -
Любая легенда неизбежно имеет в реальной жизни какую-то отправную точку...
- Легендами пусть занимаются фольклористы. Но если вы, аномальщики, хотите
делать Науку, то для работы необходим объект изучения...
- Легенды тоже объект для работы, и к делу нужно подходить всесторонне, -
сказал кто-то. К разговору подключалось все больше людей.
- Но вы не имеете и легенд как таковых: вчера это были одни легенды, сегодня
- другие.
- А что в рассказах изменилось?
- Я уже говорил...
- Нет, погодите. Встаньте на позицию Гусева. Человек приходит в планетарий.
Для него это место - государственное учреждение, он вошел сюда с содроганием
сердца. Начал рассказывать. Назвал имена, даты, селения - все это можно
проверить. Человек понимает: то, что он рассказывает - необычно, и опасается
выглядеть смешным. Но он выдает нам не то, что "нам хочется", а то, что мы
можем принять из известного ему. Допустим, он ориентируется по нам, по
нашему поведению, глазам, вопросам, репликам. А как же иначе? Начни мы все
смеяться - и он бы ушел, прояви мы больше сердечности - он рассказал бы
больше...
- Ну да, про зеленых чертиков и русалок... Если пить всей деревней - и не
такое увидишь.
- Не надо так... Я не понимаю, почему один и тот же рассказ должен считаться
для фольклориста достойным внимания, а для аномальщика - нет.
- А потому, что фольклорист за сообщением о таинственной вибрации увидит
прежде всего слова о "комарином писке" и найдет отправную точку легенды -
реальный писк реальных комаров. А аномальщик, начав с реального "комариного
писка", закончит несуществующей вибрацией...
- Мы бы хотели сами решать, с чего нам начинать и чем заканчивать. Мы ведь
не учим вас, как нужно искать метеориты, так позвольте и нам действовать
самостоятельно.
- Пожалуйста. Но нужно же иметь и здравый смысл. А то, видите ли, загорается
торф, а потом гаснет. Вывод: его погасил корабль!
- Никаких "выводов" пока что никто и не делает! А по части "корабля" -
такова легенда. И не нужно пытаться сейчас переписывать историю села, его
легенды и суеверия. То, что мы услышали, очень интересно. Для нас вопрос
прост: стоит этим заниматься или нет?
- Чем? Этим? - Спорящий швырнул бумажку, оставленную Гусевым: от третьей,
считая от звездочки, точки шла "ракетка". - Интересно. Потрясающая
информация: сначала они вдвоем с кем-то записывают и зарисовывают все это,
потом тот, второй, умирает, шар пропадает, потом о нем вспоминают, потом
наглухо забывают, а бумажку сдают в макулатуру. Я еще и не такое могу
придумать...
- Придумывать не надо. Поиск упавшего метеорита начинается со сбора данных
очевидцев, то есть по сути - тех же легенд, не так ли?
- Да, но...
- Затем эти сообщения обрабатываются. Делается вывод, допустим, о
целесообразности проведения экспедиции. У вас ведь были экспедиции за
метеоритами, и неоднократно...
- Да...
- И много метеоритов вы нашли? Пока - ни одного.
- Это разные вещи!..
- Мы пока что не сделали ни одной экспедиции по проверке интересных для нас
сообщений. Но хотели бы сделать. Вы же рубите все это на корню. Зачем?
- Никто ничего не "рубит"...
- Если вы хотите помочь - помогите. Если не хотите помогать - так по крайней
мере не мешайте.
- Речь идет о степени доверия информации! Если мне скажут, что рядом с
метеоритом толкались какие-то зеленые человечки, которые читали наши газеты,
то меня - слава Богу! - такая информация не устроит.
- А нас информация о зеленых человечках "устраивает". И мы ее хотим
проверить. Кстати, предварительную проверку информации можно было бы начать
с отработки метеоритной версии. Яма на осарках "пахнет" метеоритом?
- Нет. Иначе снесло бы деревню.
- Шлак?
- Никакого шлака при падении метеоритов не образуется.
- Но житель деревни, по сообщению, подложил под угол дома найденный в яме
блестящий металловидный камень...
- Пусть кладут что им угодно. Повторяю: никаким метеоритом здесь не пахнет -
что еще там за шевелящиеся "стрелы"? И вообще я против применения термина
"кратер" к этой вашей яме, если она вообще существует.
- А не может быть кратером внезапно появившееся озеро?
- Нет! Был бы слышен звук падения и удара.
- Это уже что-то...
- Это - ничего. Понимаете? Применение ничего - к ничему. Никаких метеоритов
там не падало! А то, видите ли, звери копытами натоптали или сельские
озорники следов понаделали, а у них там стрелки компасов отклоняются! Химеры
все это! Наука... - Астроном сел на своего конька, и его понесло...
- Нам нужно собраться одним и обсудить все спокойно. - Мы шли по ночным
улицам.
- Пусть каждый подготовит свои соображения. Там будет ясно, стоит ли дело
начинать, и если стоит - с чего. Мы пожали друг другу руки и расстались.
Собрание аномальщиков в здании пединститута было бурным. Присутствовавший на
нем Гусев, повторив основные моменты истории, как-то потом растерялся и
затерялся в гуще дебатов. Несколько раз он пытался пересказать отдельные
воспоминания, но в данной ситуации это было уже делом второстепенным. Нужно
было решить главное' заниматься этим или нет? Дело грозило большими
затратами сил и времени, и, чтобы не вкладывать их в "химеру", нужно было
найти хоть какую-то материальную зацепку во всем этом, убедиться, что за
"химерами" что-то стоит. Но как?
Простейший путь был - съездить на место и разведать все самим. Но дело
осложнялось двумя моментами. Первый - приближалась зима: где ночевать? как
работать? Второй - место это совершенно случайно оказалось на территории
закрытой зоны: как туда пройти? Поначалу мы все же надеялись успеть оформить
соответствующие документы и попасть на место. Разведки планировались на
28-30 октября и 6-8 ноября. Холода не путали. Определившись на месте, можно
было бы решить, работать над сообщениями зимой или нет, готовить ли основные
экспедиции. Но было поздно: выяснилось, что изза приближения зимы удобные
для нас пути сообщения оказались закрытыми.
В этих обстоятельствах "химеры" следовало либо принять пока на веру и
работать с ними, либо - отвергнуть. Последнее было легче всего, но исходить
все-таки разумнее было из большой предполагаемой значимости возможных
результатов работы, даже если речь шла просто о сохранении легенд. А ведь
речь шла, возможно, о большем: за легендами могла стоять неизвестная нам
история Руси. Человек пришел в планетарий и рассказал часть этой истории.
Отвернуться от нее - значило обречь историю на забвение. Но как убедиться,
что это не вымысел? Искать других жителей деревни? Так это уже само по себе
- начало работы...
- Работать над сообщениями, я думаю, стоит, - сказал Юрий Колотиев. -
Александр Петрович уже назвал часть имен - этих людей необходимо найти и
опросить.
- Но в деревне все так говорили... - Гусев торопливо стал разворачивать
рисунки.
- Мы понимаем, Александр Петрович, но без этого нельзя...
- Вероятно, для экономии времени имеет смысл вести работу по двум
направлениям одновременно: первое - искать и опрашивать очевидцев, второе -
допустив, что за рассказами что-то стоит, подыскать простейшие объяснения
наблюдавшемуся. - На бедного Гусева было жалко смотреть. - В этом плане
начать все-таки следует с отработки метеоритной версии. А поскольку
метеоритчики от этого отказались, работу предстоит проделать нам самим, и
достаточно качественно, - закончил Колотиев.
- Метеорит в форме шара?!
- Не будем спешить. "Стрелы" упали примерно в 1890-м, шар найден в 1944-м:
связаны ли между собой эти события?
- Но если допустить, что все рассказанное было, то не слишком ли много
"естественных" причин собралось на столь малом пространстве?
- Одно может вытекать из другого...
- Например?
- Метеорит имел необычный состав...
- Нет, это объяснение неизвестного с помощью другого неизвестного, - сказал
я. - Состав метеоритов достаточно хорошо известен. Легче допустить, что
наблюдения странных существ были результатом галлюцинации.
- Но что могло ее вызвать?
- Допустим, падение метеорита привело к усилению выделения из земных недр
ртути. Отсюда - галлюцинации, страх и болезни у людей и животных. - Я
подкрепил свое предположение ссылками на специальные работы.
- Маловероятно, чтобы ртуть выделялась в таких количествах, - заметил
Каштанов. - Вспомним рассказ о засыпке кратера негашеной известью, а затем
землей. При гашении извести под слоем земли могла развиться высокая
температура. Так как это было недалеко от часовни, то рядом с ней, возможно,
находилось кладбище. Под воздействием температуры из костей могут начать
выделяться соединения азота, в том числе так называемый веселящий газ.
- Совершенно верно! - поддержал Каштанова астроном Сергей Бородулин. - Эти
же соединения могли вызвать и почернение лепестков ромашек. Становится
понятным и поведение глухаря: веселящий газ способен действовать как
обезболивающее...
- Нет, часовню поставили уже после падения... метеорита, - произнес Гусев, -
а кладбища в деревне не было: покойников хоронили в соседнем селе.
- Это не исключает наличия в толще осарков каких-нибудь останков... -
Красивая версия зашаталась.
- Не могли ли выделиться какие-нибудь соединения из почвы уже в момент
падения "стрел" - ведь откуда-то же взялся шлак?
- Да, шлака там много, - подтвердил Гусев, - в глубину метра два с половиной
- три будет.
- Метеоритчики правы: при ударе метеорита шлак не образуется, встречаются
лишь стекла - небольшие застывшие массы расплава мишени, так называемые
тектиты, весьма похожие на те, что вылавливали в озере, "образовавшемся в
одну ночь". Кстати, когда образовалось озеро?
- Точно сказать не могу, - проговорил Гусев, - но, как можно было заключить
из разговоров селян, позднее 1890 года...
- Метеоритная Мекка!
- Можно ли хотя бы примерно определить траектории полета тел?
- Ну, давайте посмотрим. - Гусев вновь взял свои рисунки, мы развернули
карты. Получалось, что пролетевшие над озером близ деревни тела, упавшие
затем на осарки, шли примерно с запада-югозапада. На внезапно же появившемся
озере песчаный бугор располагался с восточной стороны, а вывал леса - с
западной, следовательно, если это озеро появилось в результате падения
какого-то тела, то прилетело оно с запада. Траектории были очень близки!
- Хорошо. Поскольку, как говорил Александр Петрович, была и еще одна яма в
лесу, образовавшаяся одновременно с ямой на осарках, можно допустить, что
все это - следы падения или трех отдельных метеоритных тел, или, что
вероятней всего, осколков одного тела, разрушившегося при входе в атмосферу.
Да и расстояния между местами падения небольшие - 800 метров и 2 километра.
- Для начала неплохо. Падение трех больших метеоритных тел - зрелище
впечатляющее. Воспоминания об этом потом могли обрасти такими "деталями"...
Бедный старик! Зачем он согласился присутствовать на этом собрании...
- Александр Петрович, - в перерыве мы подошли к Гусеву, - вы, пожалуйста, не
переживайте сильно за результаты таких обсуждений: мы доверяем вам, но
нельзя считать, что так все и было, ведь вы пересказываете услышанное, а где
гарантии, что рассказанное сохранилось без изменений в течение ста лет...
- Я понимаю, конечно...
- Сначала нужно попытаться объяснить все наиболее простыми причинами, а вот
уж если из этого ничего не выйдет...
- Да, конечно. Я вот знаете что подумал? Хорошо бы в соседней деревне
порасспросить бабушку Меланью Березину. Ей уже годов сто будет, помнить она
должна много.
- Мы уже начали составлять списки тех, кто может помочь поискам.
Собрание продолжалось. Конечно, метеоритная версия объясняла многое, но
наличие шлака, разница во времени падения предполагаемых метеоритов,
отсутствие звука и ударной волны при падении говорили против такого
предположения. К тому же, если принять во внимание "корабли" 1900 и 1938
годов, то метеоритов получалось непомерно много. Или это действительно были
таинственные корабли? В Ярославской области?!
- У меня есть данные, - я специально рылся в литературе по истории авиации,
- что 24 сентября 1941 года бомбардировщик ТБ-3, совершавший ночной полет на
высоте 200 метров, сбился с курса и пошел на вынужденную посадку примерно в
этих местах. Безусловно, полет огромной четырехмоторной машины на малой
высоте ночью породил у населения много слухов, которые, распространяясь,
могли принять самые фантастические формы. Необходимо также учесть, что при
посадке ночью в те времена применяли мощные химические источники света, что
довершало эффект. Вспомните: нам самим сейчас приходится прилагать огромные
усилия для того, чтобы доказать очевидцам, что они наблюдали не НЛО, а пуск
ракеты с космодрома Плесецк; земная техника принимается за неземную - так
велико стремление человека к неизвестному.
Вообще конец 30-х годов - период необычайно интересный: именно на это время
приходится последний этап расцвета советского дирижаблестроения.
Какой-нибудь дирижабль вполне мог ночью 38-го года зависнуть над озером,
чтобы пополнить запасы воды - ее применяли в качестве балласта. При этом на
землю могли спуститься "с неба" и "люди в комбинезонах". - Я мельком глянул
на Гусева' он волновался. - Вообще озера - хорошие места посадки для
гидросамолетов и летающих лодок; случай посадки "корабля с прожектором" на
озеро, а также случай взлета "корабля" "из-под воды" (на самом деле - с
воды) можно объяснить этим.
- Безусловно, - поддержали меня из зала, - самолеты и дирижабли, да еще
испускающие лучи света - редкость для сельского жителя тех времен; для того,
чтобы их уверенно опознать, тем более ночью в сложных погодных условиях,
требуется знать что-либо об этих машинах.
- Не исключено, что в этих местах производились испытания какой-нибудь
новой, а может быть даже - и секретной военной техники... - предположил
кто-то.
- Это возможно, но, так как в сообщениях речь идет о полетах "кораблей"
начиная примерно с 1900 года, то уверенно можно говорить лишь о возможности
полетов воздухоплавательной техники, а это секретом никогда не было, -
сказал я. - Что касается, например, запусков ракет, то ни один из полигонов,
насколько можно судить, в этих местах не находился, и первую в СССР
жидкостную ракету запустили лишь в 1933 году.
- Но это не может объяснить того, что, по рассказам, после падения "стрел" и
полетов "кораблей" стали появляться измененные растения.
- Почему же? - в дискуссию снова вступил Каштанов. - После взрыва
Тунгусского космического тела в районе взрыва отмечено появление
растений-мутантов. Только мне-то думается, наиболее интересно сообщение о
находке шара. Это хорошо, что мы начали с метеоритной версии, но был
метеорит или нет - еще под вопросом. Над этим предстоит много работать,
поскольку предполагаемое событие отстоит от нас на сто лет. Александр
Петрович честно рассказывает с том, что слышал, но из этого не вытекает, что
слышанное им - истина. А вот шар - другое дело! Человек был очевидцем его
обнаружения. Если шар действительно был, - Евгений бросил извиняющийся
взгляд на Гусева, - то должна остаться
И труба, которую предстоит найти! По материалу трубы мы определим многое:
является ли она обломком нашего, земного бура или...
- Да, я тоже думаю, что шар и труба - наиболее интересные объекты, -
подключилась к разговору Татьяна Кузнецова. - Это именно то, с чем можно
работать непосредственно. Да, возможно, труба - это обломок старого бура:
мало ли что могли здесь искать, скажем, еще до революции, более того - бур
мог сломаться именно потому, что наткнулся на какой-нибудь шар. Являлись ли
труба и шар одним телом?
- Труба была приварена внутри шара тонким аккуратным швом, - вставил
наконец-то слово несчастный старик.
- К тому же, что это за "какой-нибудь шар"? - спросил Анатолий Леонидов.
Татьяну вопрос не смутил.
- Попробуем рассуждать так. Допустим, осарки - это просто старая сельская
свалка, куда могли попадать и необычные
...Закладка в соц.сетях
