Жанр: Электронное издание
Hatson06
...ло разбито в щепки, его покрывали
продольные трещины. Дверные петли скрипели от бешеной атаки нападавших, скрип все
усиливался, и осажденные вздрогнули, когда кулаки забарабанили в дверь, прогибая расколотое
дерево. Через щели видны были безумные лица, желтые глаза, горящие сумасшедшим
желанием. Преследователи достигли добычу. Комод - последнее препятствие между ними -
начал падать.
Тайлер покрылся потом, заливая все новые канистры в генератор. Он отшвырнул
последнюю, нажав на выключатель. Машина зашипела и начала работать. Он с облегчением
вздохнул, когда зажегся свет, еще ярче прежнего. Выключив фонарь, он сунул его в карман и
бросился к лестнице.
Джо громко засмеялась, когда зажегся свет. Весь отель засветился, и из-за остатков двери
они услышали крики боли и гнева. Такие же беспомощные при свете, как их жертвы в темноте,
нападающие выскакивали в окно, пытаясь скрыться от жестокого света ламп. Они неуклюже
спотыкались, падали друг на друга, торопясь исчезнуть в спасительной ночи.
Клейтон отодвинул комод и побежал по коридору. У стены один из больных корчился в
судорогах. Джо, как загипнотизированная, смотрела, как кожа мужчины покрывается большими
рубцами, из которых потекла противная жидкость. Его лицо побагровело, и гной окрасила
малиновая жидкость. Он открыл рот, чтобы закричать, обложенный язык высунулся изо рта,
губы трескались под воздействием света, из каждой трещины на них текла кровь. Его глаза
вращались в орбитах от нестерпимой боли, он корчился как угорь на горячей сковородке.
Пальцы рук, вытянувшись вдоль тела, сжимались и разжимались. Наконец с последним
болевым спазмом он громко кашлянул, и грязная смесь гноя и желчи вырвалась из его губ.
Джо ткнула тело стволом ружья - мертв. Клейтон торопливо прошел в направлении
комнаты, где разыгралась трагедия. Не в силах войти в дверь, остановился на пороге, глядя на
тело своей жены.
- О Боже, - застонал он, - нет, нет...
Приблизясь к телу, он опустился на колени и сжал руку Марии. Слезы потекли по его
щекам, когда он увидел, как изувечена несчастная. Одежда была разорвана; ее тело испещрено
десятками ран.
- Мария, - прошептал он, плача. И тут увидел убийцу, лежащего поблизости. Его
печаль обернулась гневом, дикой злобой. Он принялся наносить по телу удары - в шею,
голову, пока не сломал кость.
- Нет, нет, - рыдал он, - Мария, Мария, мерзкий ублюдок, зверь, убийца, - бормотал
он, продолжая наносить удары по телу.
Тайлер увидел Джо, сразу отметив, что она не ранена.
- Клейтон?.. - спросил он.
- Там, - сказала Джо, показывая на комнату, - и Мария там, она убита.
- О Боже, - устало сказал Тайлер.
Взглянув на тело в коридоре, он прошел в комнату, где Клейтон все еще наносил удары по
телу убийцы. Изнуренный, стоя на коленях, он вонзал пальцы в искалеченное лицо противника.
Нанося удары по лежащему телу, он склонился к жене, и слезы текли по его щекам.
Тайлер покачал головой, глядя на тело Марии, затем подошел к Клейтону и попытался
поднять его, оторвать от ненавистного разбитого трупа.
- Они убили ее, - зарычал Клейтон. - Посмотри, что они с ней сделали.
Тайлер покачал головой.
- Если бы я послушал тебя, этого бы не случилось, - простонал Клейтон.
- Это была не ваша вина, - сказала Джо.
Доктор, казалось, утих, его взгляд снова обратился к изувеченному телу жены.
- Это сделал мой брат, - сказал он.
Тайлер был в ужасе.
- Ты видел своего брата?
Врач кивнул.
- Он убил мою жену.
В комнате повисла тяжелая тишина.
- Я должен был послушать тебя, Тайлер, - упрямо сказал врач. - Я должен был
послушать. - Он вышел из комнаты.
Джо обвила рукой запястье Тайлера.
- С тобой все нормально? - спросил он.
Она только покачала головой. Ее глаза были прикованы к двум телам, лежащим у ее ног.
Она могла бы быть на их месте. Джо вздрогнула. Тайлер подошел к окну и посмотрел вниз. В
мглистой тьме ничего не было видно - только тела убитых. Ветерок принес запах смерти. Он
смешался с запахом, наполнявшим комнату. Когда они вышли обратно в коридор, Клейтона там
уже не было. Тайлер на секунду остановился, глядя на скорченное тело убийцы, затем, ухватив
его за ноги, втащил в комнату, где были остальные трупы, и запер дверь.
- А как насчет тела Марии? - спросила Джо, видимо, обеспокоенная ее соседством.
- Мы ничего не сможем сделать до утра, - сказал Тайлер.
Спустившись вниз, они нашли Клейтона в баре. Налив большой стакан шотландского
виски в свой стакан, он водил по краю бутылки указательным пальцем.
- Я хочу похоронить свою жену, Тайлер, - сказал он тихо. - Я хочу... - Он не
договорил, громко вздохнул и сделал несколько глотков. - Мы были женаты пятнадцать лет.
Для меня она была всем. Бог не дал нам детей. - Выпив стакан до дна, он налил
следующий. - Прости меня за вспышку, - он сардонически улыбнулся. - Я должен
рассказать вам о двадцати своих пациентах, которые никогда не выздоровели. Двадцать человек
за восемнадцать лет - это довольно много. Но это всегда было на расстоянии, если вы
понимаете, что я хочу сказать. У смерти до сегодняшнего дня не было реального лица.
Он сделал большой глоток обжигающей жидкости.
- У смерти теперь лицо моего брата. - Клейтон засмеялся. Повисла долгая тишина. - Я
хочу убить своего брата, - нарушил ее доктор. - Я разрушу смерть. - Он улыбнулся и, как
бы усиливая свои слова, поднял стакан над головой.
Доктор достал еще два стакана и наполнил их янтарной жидкостью.
- Выльете со мной? - спросил он.
Тайлер покачал головой.
- Почему бы и нет? - отозвалась Джо.
Они сидели на высоких стульях напротив доктора.
- Что бы вы ни собирались предпринять, - сказал Клейтон, - я помогу вам. Во имя
моей жены.
- Он сжал зубы, на его челюсти дергались узелки мышц.
- Я не думаю, что сейчас время говорить об этом, - сказал фермер.
Клейтон покачал головой.
- Я настаиваю, - его голос окреп, - я хочу, чтобы кто-то заплатил за то, что произошло
сегодня.
Тайлер глубоко вздохнул.
- Мы не можем выбраться отсюда, из Вейкли, - сказал он. - Как я понимаю, у нас есть
только один выход.
Джо задрожала.
- Что? - спросила она.
- Разрушить "Ванденбург кемикалз", - сказал Тайлер.
- И всех зараженных людей в городе? - спросил Клейтон.
- И их тоже, разумеется.
Джо отпила из своего стакана.
- Ты останешься здесь, - сказала она Тайлеру, - а я поеду в "Ванденбург".
- Одна ты не поедешь, - возразил он.
- Она не будет одна, - вмешался Клейтон. - Я поеду с вами, мисс Вард.
Допив свои стаканы, они вышли из бара.
- Позвольте мне теперь, - сказал он тихо, - побыть немного одному...
Они смотрели, как он, сутулясь, шел к выходу. Обернувшись, спросил:
- Тайлер, как насчет оружия?
Фермер подал ему ружье и коробку патронов.
Темные фигуры вновь вернулись к отелю. Они стояли неподвижно, глядя на ее окна.
Через два часа наступил рассвет.
Глава 43
Доктор Алек Клейтон положил одинокий цветок на маленький холмик земли в саду отеля.
Тайлер и Джо стояли рядом, опустив глаза. Поднялось ослепительно яркое солнце, освещая
мрачную церемонию. Меньше получаса потребовалось, чтобы похоронить Марию Клейтон.
Они выкопали могилу с помощью инструментов из магазина скобяных товаров напротив, затем
обернули тело в простыню и осторожно опустили в яму. Яма, не менее двух футов глубины,
была вырыта под тоненькой ивой. Ее цветы как розовые слезы опадали вниз, покрывая холмик.
Клейтон произнес короткую молитву своим скрипучим голосом, затем, бросив горсть земли на
холмик, он ушел. Тайлер уже был знаком с этим ритуалом, помня недавние похороны своего
отца. Это вернуло его к месту рождения, а теперь к месту смерти и болезней.
Перед тем как они похоронили Марию Клейтон, Тайлер съездил в хирургическую
клинику Дэна Харлея, где отобрал пару микроскопов, стекла и другое оборудование, о котором
попросил Клейтон. Во время своего путешествия - туда и обратно - он находил на улицах
тела, среди них были объеденные, как жена Клейтона, другие изувечены до неузнаваемости;
среди трупов были в прошлом знакомые ему люди. Per Джентри был одним из них. В Вейкли
многие знали этого старого фермера. Тайлер нашел его с выколотыми глазами и перерезанной
глоткой.
Нашел он и Ринадьда Фабера, владельца магазина одежды. Фабер, довольно плотный
мужчина, отощал, его вислая кожа была покрыта коростой и ранами. Тайлеру казалось, что он
едет через адское кладбище, где мертвых не зарывают в землю.
Вернувшись с нужными инструментами, он принял участие в подготовке похорон. Когда
Тайлер помогал уложить тело Марии на простыню, он ужаснулся страшным увечьям,
нанесенным ей. Но жестокость, казалось, превзошла все возможное, оставив свою печать на
теле одного из больных киллеров, изувеченных Клейтоном, излившим свою злобу и боль на
неподвижный труп. Эта жутко деформированная груда мяса и костей чем-то напоминала ему
забитого им теленка. Как давно это было? Казалось, прошла вечность. Картины воспоминаний
и обрывки мыслей проплывали у него в голове, наверное, и остальные чувствуют себя так же.
Хотя каждый держал про себя мысли в самом дальнем уголке души, прятал чувства.
Тайлеру подумалось: сколько же еще им предстоит увидеть, прежде чем все это кончится?
Тело лежало на большой скамейке из нержавеющей стали в кухне отеля. Совершенно
нагое, на коже желтый налет, без ран и гнойных волдырей. От трупа шел смешанный запах
разложившегося тела и крови. Тайлер и Клейтон, вынесшие его из комнаты, раздели труп,
предварительно надев резиновые перчатки, найденные Джо в шкафу. Из черной сумки они
извлекли инструменты - два тесака, меньший был предназначен для резки кости, больший -
для мяса. Лучших инструментов для аутопсии у них не было, но небольшой шанс оставался.
Доктор ткнул тело пальцем, замечая, как кожа обтягивает кость. Казалось, она вот-вот
прорвется в нескольких местах. Он потер мышцы, и кожа повисла лоскутками.
- Весьма небольшая поверхность синюшности, - сказал он, протягивая руку к
большому ножу.
Тайлер и Джо наблюдали, как врач осматривает тело, вглядывается в лицо, протыкает
острием ножа гноящуюся рану. Вытекшую из нее жидкость Клейтон перенес на стекло
микроскопа.
- Данные повреждения ткани выглядят так, словно они вызваны реакцией внутри
кожных клеток, - сказал он, глядя в микроскоп, и задумчиво потер рукой подбородок.
Джо сжала зубы, когда он воткнул нож в брюшную полость трупа внизу грудины.
Уверенным движением доктор вскрыл труп.
Из дыры пошел запах гнили. Как бы защищаясь от зловония, он на мгновение поднял
перед собой руку, прежде чем взять шприц. Он нащупал пузырь, глубоко вонзил в него шприц,
выкачивая около 25 мл. жидкости, которую тут же капнул на стекло. Капля блеснула в свете
лампы.
- Интересно, - промычал он. - Пузырь не поврежден, полон крови, и, насколько я
вижу, печень и почки также не повреждены. Фильтрация такая же, как у нормального
человека. - Он указал на печень кончиком ножа. - Если бы цвет кожи был вызван желтухой,
тогда клетки печени были бы повреждены...
Раскрыв рот, он осмотрел зубы и десны погибшего.
- Десны в норме, - сказал он. Затем осмотрел руки с длинными ногтями, обратил
внимание на волосы, росшие на ладонях густыми пучками. - Весьма необычно, - заключил
он, дергая волоски.
- Вы когда-нибудь видели такое? - спросил Тайлер.
Клейтон помолчал, покачивая головой, потом наконец сказал:
- Да, невозможно установить диагноз без полного осмотра.
- Что же это, ради Бога? - спросил Тайлер.
Клейтон посмотрел на Джо.
- Возможно, здесь ответ на большинство восточноевропейских мифов, фольклора, -
сказал он задумчиво.
- Что это значит? - сказал Тайлер возбужденно.
- Кажется, именно мисс Вард первой упомянула о вампирах? - вопросом на вопрос
ответил доктор.
- Не хотите ли вы сказать, что люди в Вейкли превращены в вампиров? Ну и шуточка!
Еще скажите, что здесь бегают оборотни...
- Вик, дай же ему закончить, - сказала Джо, успокаивая фермера.
- Этот человек, - доктор указал на препарируемое тело, - как и все зараженные
горожане, страдал от тяжелой формы порфириновой болезни.
- Какое это имеет отношение к вампирам? - спросила Джо.
- Вы сами видели симптомы, - сказал Клейтон, - светобоязнь, рост ногтей и зубов,
потрескавшиеся губы, желтизна кожи, даже волосы на ладонях. Жажда крови, психоз. Это все
симптомы порфириновой болезни, что в средние века называлось вампиризмом.
- О Боже, - сказала Джо.
- Почему все-таки они пьют кровь? - спросил Тайлер.
- Порфириновая болезнь основана на недостатке железа в крови, нарушении процессов
синтеза. Кровь не может абсорбировать железо. Сначала симптомы похожи на анемию, и
болезнь протекает как анемия. Мы еще очень мало знаем об этой болезни.
- Вы хотите сказать, - усомнилась Джо, - что есть какой-то штамм?..
- Есть шесть штаммов, каждый относится к разным симптомам. Люди Вейкли страдают
от формы порфирия кутанеа тараа. Она может стимулироваться алкоголем, эстрагоном,
найденным в некоторых противозачаточных таблетках, или каким-либо токсичным агентом. В
этом случае бактерии ванденбургского корма переносятся на людей через больных животных.
- Я все еще не понимаю значения тут крови, - сказал Тайлер.
- Кровь сама по себе богата железом, - начал Клейтон, - возможно, это богатейший
источник железа в природе. Как я сказал, все больные порфирией не могут абсорбировать
железо, но им нужно как-то восполнить это. Самый быстрый путь - пить кровь. Вот почему
все незараженные жертвы изувечены. - Его голос прервался, он опустил глаза. - Убийцы
жаждут крови.
- Иисус, - пробормотала Джо. - Не трудно понять теперь, как и почему появились все
мифы о вампирах...
- Есть еще кое-что, связывающее порфирию с мифами, - сказал Клейтон, - вампиры,
согласно фольклору, боятся чеснока. В чесноке есть фермент, который растворяет железо в
крови. Разумеется, каждый страдающий этой болезнью будет держаться подальше от чеснока.
Больные выходят только ночью, так как болезнь достигает своего пика с порфиринами,
свободными от железа, накопляющегося под кожей. Всякое воздействие света или солнца
вызывает химическую реакцию, ведущую к этим поражениям. - Он указал на шрамы и рубцы
на лице трупа.
Тягостное молчание снова прервал Клейтон.
- Сейчас только один из 25 тысяч страдает порфирией. Но эта цифра может
увеличиваться без влияния ванденбургского корма. Корм действует как катализатор, но,
повторяю, его роль может сыграть каждый токсичный агент, даже простой алкоголь или
простые противозачаточные таблетки.
- Это лечится? - спросила Джо.
- Нет, - решительно ответил Клейтон. - О ней так мало известно, что и средств
лечения не найдено. Я распознал ее, так как много лет назад довелось наблюдать такого
больного, но куда более легкую форму. Чаще всего встречается эритрогепатическая порфирия,
когда люди болеют и даже не знают, что заражены.
- Это смертельно? - спросил Тайлер.
Клейтон задумчиво потер подбородок.
- Обычно нет.
- На ранних стадиях зараженные люди, наверное, понимают, что с ними что-то неладное,
так почему же они не обращаются к врачу? - недоуменно поднял брови фермер.
- Болезнь поражает нервную систему, - пояснил Клейтон. - Она изменяет
мыслительную деятельность, влияет на рассудок. Очевидно, ведет к эрозии мозговых клеток.
Это вызывает психозы.
- Наверное, зараженные люди уже через несколько дней обречены, - предположила
Джо.
- Этого сказать нельзя, - возразил Клейтон, - дни, недели, месяцы. Это неизвестно.
- Нам от этого не легче, - резюмировал Тайлер.
- Благодари Бога, что зараженные неактивны в дневное время, - сказала Джо.
- Неактивны, возможно, но совсем не похожи на мифических вампиров, днем они не
впадают в кому. Если их разбудить днем, они весьма опасны.
- Так они все-таки вампиры или нет? - спросила Джо.
- Они близки к концепции мифических вампиров, - уточнил Клейтон, - да мы и сами
это видели.
- Значит, все легенды созданы потому, что люди не знали, что это болезнь, - сказал
Тайлер.
- У человека есть привычка навешивать ярлыки, - сказал Клейтон, - ему так
спокойнее. Невежество во многих случаях породило легенды. Ведь то же самое и с
кататонической комой и преждевременными похоронами в средние века. Отсюда легенды и о
вампирах, и об оборотнях и оживших мертвецах. Если мы чего-то не можем объяснить,
относим это к субнормальному, необычному. Мы боимся того, чего не понимаем. И пытаемся
разрушить то, чего боимся.
Все замолчали. Тайлер посмотрел на часы - наступила полночь.
- У нас немного времени, - сказал он, - меньше семи часов, а дел много. Надо
торопиться.
Сэр Оливер Торндайк ходил вдоль стола - туда и обратно, - останавливаясь каждую
секунду и глядя на часы. Почистил один рукав, затем другой, словно подгоняя этим движением
время вперед.
Раздался стук в дверь.
- Войдите, - пригласил Торндайк, но Старк уже был в комнате.
- Есть что-нибудь важное? - спросил он, садясь на стул с высокой кожаной спинкой.
Торндайк, подойдя к шкафу красного дерева, достал одну из толстых папок, заполнявших
его сверху донизу, и потряс ею над головой.
- Это доклад по новейшей добавке к корму, - торжественно изрек он.
- Я читал, - равнодушно сказал Старк, доставая из кармана флягу.
- Тогда вы, должно быть, знаете, что эта мера далека от уровня необходимой
безопасности.
- Прекрати пороть чепуху, Торндайк. Если у тебя еще есть что сказать - скажи.
- Протеиновая добавка, которую мы сейчас вводим в корм, не безопаснее первой.
Результаты налицо. Правительство не потерпит больше никаких инцидентов по шкале Вейкли.
- Правительство потерпит все, если их устраивает финансовая сторона, получаемые
доходы. Почему, думаешь, они согласились на сотрудничество с этим проектом? С самого
начала?
- Учтя его скрытые возможности, да, это так, но они больше не выдержат. Инцидент
нельзя не предать огласке. - Торндайк сглотнул. - Проекту "Эребус" дается приостановка.
- Нет, - решительно сказал американец, - новая порция корма выработана и готова для
отгрузки.
- Сколько же еще людей умрут, прежде чем в вас заговорит совесть! - воскликнул
Торндайк.
- Не повторяйся, Торндайк! Ты говорил с Мюиром? - рыкнул в ответ Старк. - Вы
осознавали степень риска, когда запускали проект, вы и все остальные, кто работал над ним! И
не читайте мне лекций о совести, сукины дети.
- Назвав его "Эребус", мы что-то хотели этим сказать, вы так не думаете?
- Что именно?
Торндайк бросил папку на стол.
- Эребус - Бог тьмы, правитель царства мертвых. Не правда ли - на расстоянии мили
от нас мы организовали небольшой ад?
Старк поднялся.
- Не старайся показать, какой ты интеллектуал. Твой интеллект, Торндайк, не больно
нужен.
Ученый горько ухмыльнулся:
- Мне кажется, я уже это слышал: сначала Андерсон, затем Гленденнинг, Чарльз Мюир,
теперь я, не так ли?
- Забудь о совести, - сказал американец. - Она просто-напросто ни к чему.
Он вышел, оставив Торндайка в той позе, в которой он застыл над папкой, сжав голову
руками.
Папка лежала как обвинение.
Карту Вейкли, пришпиленную к доске объявлений в холле отеля, испещряли красные и
черные отметки, ими были отмечены целые улицы. Тайлер склонился над картой, внимательно
изучая кварталы, оставленные чистыми.
- Они еще что-то скрывают, - сказал он.
- Ты всюду искал? - спросил Клейтон.
- Ходил, как ищейка, кругами - в некоторых местах, кажется, побывал дважды.
- А это что? - Джо показала на северный угол плана города.
- Старый кинотеатр, - почти про себя прошептал Тайлер - пристально глядя на карту,
он что-то начинал понимать.
Клейтон взглянул на него.
- Он достаточно велик? - спросил он.
Тайлер кивнул.
- Как же, черт возьми, я пропустил его? - пробормотал он.
- Тогда посмотри еще там, Вик, - сказала Джо.
- Мы решили, что предпримем еще? - Прервал ее доктор, вспоминая, что они намечали
раньше.
- Я поищу остальные здания, где еще не был, - сказал Тайлер, - а вы с Джо поедете в
"Ванденбург кемикалз" и посмотрите, что нового там. - Он полез в карман и вытащил
идентификационную карточку, которую нашел у Фандуччи. - Используйте ее, проходя через
охрану, - сказал Тайлер, подавая карточку доктору.
- А если они знают Фандуччи в лицо? - спросил Клейтон.
- Тогда вам придется проникнуть туда иначе.
- Мне кажется, это сумасшествие - идти туда днем, у нас было бы гораздо больше
шансов ночью.
- Вам, как и мне, достаточно ясно, что мы не имеем права на ошибку, действуя вслепую,
пока эти создания не уничтожены.
Тайлер шарил в кармане своей куртки, проверяя наличие патронов. Его машина уже была
загружена десятками заправленных бензином канистр. Он хотел чувствовать себя уверенно.
- И мы встретимся в восемь часов? - спросила Джо.
Тайлер кивнул.
Все трое долго стояли молча. Извинившись, Клейтон вышел из дверей отеля. Джо и
Тайлер пристально смотрели друг другу в глаза, читая во взгляде один и тот же молчаливый
вопрос.
Наконец он притянул ее к себе. Она порывисто ответила на его объятие.
- Вик, я боюсь. Я не хочу потерять тебя. Не сейчас.
- Не потеряешь, - ответил он как можно увереннее.
- Пожалуйста, будь осторожен, - попросила она.
- Ты тоже, - сказал он ей, улыбаясь. Они поцеловались и обнялись. Когда она
отклонилась, с ее щеки скатилась слеза. Тайлер вытер ее указательным пальцем. - Что
случилось с той девушкой-репортером? - спросил он, улыбаясь.
- Я думаю, она осталась в Нью-Йорке, - сказала Джо, сердясь на себя, и опустила
голову. Когда она взглянула на него, ее глаза блестели. - Я люблю тебя, Вик, - прошептала
она.
На какой-то миг он застыл в удивлении, затем снова притянул ее к себе.
Так, казалось, они стояли вечность, а затем молча вышли из отеля. Клейтона они нашли
стоящим на коленях возле маленького холмика земли. Склонив голову, он беззвучно читал
молитву.
Чувствуя, что они вторглись в глубоко личное, Джо и Тайлер проскользнули дальше,
чтобы подождать его на шоссе. Он появился через несколько минут.
- Прощу прощения... Мне надо было кое-что сделать.
Тайлер молча прикрыл веки.
Они направились к автостоянке. Тайлер наблюдал, как Клейтон тщательно вытирает
багажник, хотя в салоне было достаточно места для двоих. Но что поделаешь. Охранники
"Ванденбурга" видели Джо. Конечно, они могли и не узнать ее, но риск слишком велик. Тайлер
сел в свою машину, положив на сиденье ружье. Сзади стояло несколько канистр, которые он
прихватил из подвала отеля. Джо проскользнула в багажник. Клейтон закрыл его и прошел на
место водителя.
Вик посмотрел на часы, затем на небо. На западе собирались дождевые тучи - огромная
серая гладь, растянувшаяся по небу сплошной пеленой, приближалась с каждой минутой.
Мужчины молча обменялись взглядами, и Тайлер уехал.
Клейтон посмотрел на исчезающий за углом автомобиль, нажал на газ и выехал на шоссе.
Путь в "Ванденбург кемикалз" займет менее пятнадцати минут.
Тайлер обеспокоенно посмотрел на небо, остановив машину. Голубой купол над ним
сужался, его затягивало серой мглой, надвигавшейся на город. Поднялся небольшой ветерок, и
он зябко передернул плечами, выходя из машины. Ружье, разумеется, было с ним.
Кинотеатр, высокое здание из красного кирпича, был построен сорок лет назад. Теперь
оно обветшало, кирпичи в некоторых местах обломались, окна недосчитывали стекол. Перед
зданием все еще пестрели афиши с рекламой предстоящих аттракционов. Тайлер, приближаясь
к зданию, размышлял: теперь увеселения не соберут публики. Тайлер дернул на себя
стеклянные двери - в ответ громыхнули цепи и висящие на них замки. Придется поискать
другой вход. Он медленно потянул на себя засов одной из двух боковых деревянных дверей.
Они не открылись. Он решил проверить здание с другой стороны.
Обойти здание можно было, пройдя по узкой тропинке между кинотеатром и двором
мебельного магазина. Тайлер уже проверял магазин, но ему не пришло тогда в голову
осмотреть кинотеатр. Он медленно пошел по аллее, поглядывая на затягивающееся тучами
небо.
Кругом валялись пустые канистры, обрывки газет. Дул легкий ветерок. Тайлер, пнув
ногой мусор, повернул за угол. Среди кучи хлама лежало тело женщины. Были видны только ее
ноги и нижняя часть тела. Подойдя вплотную, Тайлер коснулся тела стволом ружья, отбросил
коробки и упаковочную бумагу, чтобы лучше рассмотреть женщину. Она лежала лицом вниз,
чуть повернув голову. Волосы выбивались густыми прядями, брови росли густыми пучками. Ее
глаза с темными подглазьями, налитыми кровью, были открыты, открытым был и рот. По телу
ползало несколько огромных мух. Его внимание привлекла гноящаяся рана под ее правым
ухом, она уже стала гангренозной, местами окрашенной в голубоватый и зеленоватый цвет.
Рана была нанесена ножом, который валялся в метре от тела. На его лезвии запеклась кровь.
Горло жертвы также было перерезано в нескольких местах.
Глубоко вздохнув, он пошел дальше - мимо большой мусоросжигательной печи, где
уничтожали мусор из кинотеатра. Задний вход был чуть приоткрыт. Тайлер пошел к нему,
замечая, какими холодными стали его руки, сжимавшие ружье. Он толкнул дверь концом
ствола и настороженно вздрогнул, когда дверь открылась. На несколько секунд он остановился,
доставая фонарь, и медленно вошел внутрь.
Прямо перед ним находились довольно крутые каменные ступеньки, которые, он знал,
ведут на балкон. Он стал подниматься. Звуки его шагов глухо отдавались в холодном пустом
коридоре, и Тайлер ругнулся. На лестнице было достаточно светло от света, идущего от окна с
матовым стеклом, - фонаря он не зажигал. Шел осторожно, опустив ружье.
Вот и лестничная площадка. Теперь надо повернуть за угол, там другой лестничный
пролет, ведущий на балкон. Тайлер слышал, как капает вода из кранов в туалетах, находящихся
за ним. Монотонное "плин-плинк" действовало ему на нервы все время, пока он медленно
поднимался на второй пролет. Темнота стала гуще, она обволакивала его как перчатка. Наконец
перед ним забрезжили контуры двери, тут его последнее препятствие.
Он зажег фонарь и плечом надавил на дверь. Она не поддалась. Что-то, подум
...Закладка в соц.сетях
