Жанр: Электронное издание
РУКОВОДЯЩИЙ ПАРТИЙНЫЙ РАБОТНИК
в 1924 и 1937 гг.
ПОПЫТКА СРАВНИТЕЛЬНОГО АНАЛИЗА
О.В.НАУМОВ, С.Г.ФИЛИППОВ
В советской исторической науке, мемуарной литературе и публицистике
применительно к верхушечному слою ВКП(б), уничтоженному Сталиным
в 1937-1938 гг., часто применялся термин "ленинская гвардия". В
какой-то степени это понятие продолжает оставаться популярным и среди
современных российских историков. Между тем, на наш взгляд, этот термин
из разряда понятий, пользоваться которыми необходимо крайне осторожно.
При жизни Ленина руководители партии обычно именовались профессион
альными революционерами. Сам же Ленин чаще всего использов
ал термины "старый партийный работник" или "старый товарищ по партии".
Позже, при Сталине, в 1930-е и 1940-е годы применялись термины:
"ученик Ленина" - для ближайшего сталинского окружения, "ученик и
соратник Сталина" - для руководителей рангом пониже и, наконец,
"друг и соратник Ленина" - в отношении самого Сталина. Н.Хрущев в
своем закрытом докладе XX партийному съезду термин "ленинская гвардия"
также не использовал. Скорее всего появление и распространение
этого понятия относится к началу 1960-х годов, когда критика Сталина
на XXII съезде КПСС стала достоянием не только закрытых партийных
собраний, но и всей, как тогда говорили, "советской общественности".
Это симптоматично, так как в своей партийной среде номенклатуре не
требовались такого рода эвфемизмы. Но они были безусловно необходимы
для нужд партийной агитации и пропаганды, так как помогали довольно
искусно переложить всю ответственность за внутрипартийный
террор только на Сталина и кучку его приближенных, выведя из-под удар
а всю остальную тогдашнюю (1950-х и 1960-х годов) партноменклатуру,
которая, как известно, пришла к власти именно на волне репрессий.
Если уж говорить о "ленинской гвардии" как о вполне сформировавшемся
слое управленцев, о "правящем классе", то надо иметь в виду
весьма короткий промежуток времени - от окончания гражданской вой-
ны и до первой половины 1924 г., когда в результате разгоревшейся внутрип
артийной борьбы эта генерация большевистских руководителей стала
претерпевать значительные изменения. В результате естественного внутреннего
развития высший слой партийной номенклатуры, который существов
ал после смерти Ленина в 1924 г. и перед началом большого террора
в 1937 г., имеет весьма серьезные различия. Людей, которые помогли
Сталину уничтожить одну за другой несколько оппозиций и в результате
123
стали его опорой в центральном аппарате и территориальных парторганизациях,
логичнее было называть не ленинской, а "сталинской гвардией".
В этой связи представляется целесообразным посмотреть, что предст
авлял собой командный состав большевистской партии в 1924 и 1937 гг.
Основой для сравнительного анализа могут послужить два источника.
Как известно, в мае 1924 г., через три месяца после смерти Ленина, в
Москве открылся XIII съезд Российской Коммунистической партии. Тысяч
а с лишним его делегатов - это руководящий слой партии, который,
с известными допущениями, и был той самой "ленинской гвардией".
Статистические сведения о составе партии и ее руководящих кадрах вошли
в опубликованный отчет ЦК' . Спустя почти 13 лет, в феврале 1937 г.,
руководитель Отдела руководящих партийных органов ЦК ВКП(б) Георгий
Маленков направил Сталину докладную записку с подробным анализом
тогдашних партийных номенклатурных кадров, сопроводив ее просьбой
о личной встрече^. Рассматривать начало 1937 г. как определенный
рубеж, своего рода точку отсчета представляется вполне правомерным,
так как последовавший вскоре февральско-мартовский пленум ЦК
ВКП(б), с одной стороны, стал настоящим трамплином для новых партийцев
типа Маленкова, с другой - началом конца практически для всего
старого руководства ВКП(б).
Вопрос о том, что явилось причиной уничтожения этих, безусловно,
преданных Сталину руководителей, до сих пор остается одной из загадок
недавней советской истории. Эмоционально-субъективный, основанный
обычно на некритическом отношении к мемуарным источникам, и публицистический,
преследующий сиюминутную политическую выгоду, подходы
дают, на наш взгляд, весьма неадекватное и необъективное освещение
этой проблемы. Представляется, что Сталин и его ближайшее окружение,
начиная в 1937 г. своеобразную кадровую революцию, руководствов
ались, в первую очередь, все же не своими низменными инстинкт
ами. а объективными статистическими данными о составе командного
слоя руководимой ими партии и страны. Можно предположить, что эти
управленцы объективно не могли выполнять те задачи, которые ставил
перед ними Центр, что в условиях отсутствия института демократической
смены некомпетентных руководителей заставило сталинское руководство
выбрать апробированный ими ранее на других социальных группах путь
физического устранения неугодных.
Если придерживаться такой версии, а она представляется вполне правомерной
для исторического исследования, то действительные, объективные
причины такого явления, как большой террор против партийной номенкл
атуры, можно попытаться понять, изучая и анализируя те же статистические
партийные документы о составе большевистской партии, которые
в свое время попадали на рабочий стол ее вождя.
XIII съезд РКП(б) обычно упоминается в связи с двумя событиями:
обсуждением делегатами так называемого "письма к съезду" В. И .Ленина
1 Итоги партийной работы за год. 1922-1923. М., 1923.
2 РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 120. Д. 278. Сопроводительная записка Маленкова Сталину
хранится в Архиве Президента РФ.
и началом открытой полемики между Троцким и остальной верхушкой
партии во главе со Сталиным и Зиновьевым. Между тем, этот съезд знамен
ателен еще одним событием, не столь бросающимся в глаза, как два
предыдущих, но, тем не менее, как мы это теперь знаем, весьма важным
для последующих судеб партийной номенклатуры. Речь идет о том, что к
этому времени, в основном, было завершено формирование структур апп
арата ЦК партии, отвечающих за кадровую политику.
Из материалов съезда и из недавно вышедших воспоминаний Л.Каганович
а следует, что в период гражданской войны и последующей разрухи
оргетруктуры Секретариата ЦК действовали по типу своеобразной "биржи
труда", подбиравшей работу оказавшимся не у дел партийцам. Естественно,
при таком подходе не могло быть и речи о каком-либо целенапр
авленном строительстве партийного аппарата в центре и на местах.
Начиная с 1919 г. в структуре Секретариата ЦК партии существовало два
отдела, отвечающих за кадровую политику: организационно-инструкторский,
ведавший перемещениями собственно партийных работников, и
учетно-распределительный, отвечавший за расстановку кадров (в том
числе и не членов партии) во всех отраслях народного хозяйства^ . Безусловно,
для Сталина, стремившегося стать лидером партии, первостепенное
значение имел оргинструкторский отдел и его непосредственный руководитель.
Выбор Сталина пал на молодого партийного работника, неплохо
зарекомендовавшего себя в Туркестане, 29-летнего Лазаря Каганович
а, который сразу после XI партийного съезда становится заведующим
этим отделом ЦК партии. Суть изменений, произошедших в работе отдел
а, который Каганович возглавлял вплоть до 1924 года, состоит в том,
что, кроме наведения элементарного порядка, впервые были начаты отдельный
учет и целенаправленное перемещение так называемых ответственных
партийных работников, т.е. тех людей, которых вскоре стали в
просторечии именовать номенклатурой.
Успехи Кагановича на новом поприще были замечены. На XIII партийном
съезде Сталин, делавший Организационный отчет ЦК, и Курский,
выступивший с докладом Ревизионной комиссии, которая незадолго
до этого проводила проверку работы отделов ЦК партии, отметили
значительное улучшение постановки партийного учета. Сам Каганович на
этом съезде выступил с докладом Мандатной комиссии.
Кагановичу и его отделу удалось в соответствии с решениями XI партсъезд
а, установившими ценз по партстажу для определенных категорий
партийных должностей, изменить состав командного слоя партии: с одной
стороны, увеличить там процент рабочих (естественно, по происхождению,
а не по тогдашнему их социальному положению), с другой- увеличить
процент лиц с дореволюционным стажем (см. табл. 1, 2)^ .
^ В начале 1924 г. были объединены в Организационно-распределительный отдел ЦК
РКП(б).
* Все таблицы составлены на основании указанных выше источников: Итоги партий-
ной работы за год. 1922-1923. М., 1923; Докладная записка Маленкова (РЦХИДНИ.
Ф. 17. Оп. 120. Д. 278).
Следствием этих перемен явилось планомерное снижение в партийной
верхушке доли лиц из крестьян и особенно служащих. Реальным же результ
атом этого формально-классового подбора кадров совершенно естественно
стало ощутимое падение их образовательного уровня. Таким обр
азом, с одной стороны, партия вроде бы пыталась в условиях нэпа, насколько
это возможно, застраховаться от "перерождения" своих руководящих
работников, с другой - на практике это приводило к тому, что
уровень компетентности руководителей, и так весьма невысокий, еще более
снижался.
На XIII партийном съезде эта политика была существенно изменена.
Прежде всего, было решено продолжить линию на увеличение в руководящей
партийной верхушке доли рабочих, кроме того - увеличить в ней
представительство лиц, вступивших в партию уже после революции. Очевидно,
это было вызвано желанием Сталина, в связи с начавшейся борьбой
с Троцким, убрать из местных партийных органов сторонников последнего.
В своем докладе Сталин заявил, что "в руководящих местных орг
анах, как в губкомах, так и в обкомах, преобладают не подпольщики, а
вступившие после Октября... Что касается секретарей губкомов и обкомов,
мы имеем обратную тенденцию... Задача ясна, - надо понизить стаж секретарей
губкомов"^ . Сталин назвал новую линию "внедрением молодняка в кадры"^ .
Причина "успеха" Сталина в проведении кадровой политики становится
очевидной, если сравнить состав всей партии и ее верхушки к началу
1924 г. Фактором, в наибольшей степени разделявшим верхи и низы партии,
был предмет гордости тогдашних руководителей - партийный стаж.
Почти три четверти руководителей губкомов и обкомов вступили в партию
до Февральской революции. В целом же в партии таковых было менее
3%. Без преувеличения можно сказать, что практически все члены
партии с дореволюционным стажем занимали в России к началу 1924 г.
руководящие должности. Следует отметить, что в стремлении выполнить
решения XI съезда происходило невольное (а может быть, вполне осозн
анное) "размывание" понятия "подпольщик". Абсолютизация формального
признака - партийного стажа - приводила к тому, что в одной
привилегированной категории оказывались и профессиональные революционер
а, и рядовые члены партии, вступившие в нее до Октябрьской революции,
но не имевшие ни достаточного опыта политической и организ
ационной работы, ни достаточного образования. Это, совершенно естественно,
сказалось самым непосредственным образом на уровне компетентности
руководящего слоя. На нем отражался и набиравший силу принцип подбор
а кадров по признаку личной преданности Сталину и его аппарату.
Непосредственную конкуренцию этой прослойке "подпольщиков" сост
авляли выдвиженцы гражданской войны, которых в целом по партии к
началу 1924 г. было около половины от всего ее состава. Как следует из
таблицы 6а, сразу после окончания гражданской войны эти люди были
достаточно хорошо представлены в руководящей партийной верхушке
^ ХШ съезд РКП(б). Стенографический отчет. М., 1963. С. 117-118.
^ Там же. С. 118.
(33,7% на начало 1922 г.). Однако уже к началу 1924 г. в результате политики,
проводимой ЦК, точнее триумвиратом Зиновьев-Каменев-Сталин,
их представительство снизилось более чем в 2 раза, до 15,2%. Совершенно
очевидно, именно эти партийцы, вступившие в РКП в период с конца
1917 по 1920 г., и стали главной опорой новой политики Сталина.
Разумеется, кроме этого главного, на наш взгляд, противоречия между
верхами и низами партии были и другие. После создания в декабре 1922 г.
федеративного государства (СССР) не могли не обостриться национальные
противоречия. Факты возникновения серьезнейших разногласий между
Центром и местным руководством широко известны (группа Б.Мдив
ани в Грузии, группа Саид-Галеева в Башкирии и др.). Образование
СССР сопровождалось созданием новых административных единиц и,
как следствие, резким ростом числа руководящих должностей. На этом
фоне обращает на себя внимание разное представительство некоторых
национальностей по партии в целом и в ее руководящем слое. Например,
бросается в глаза непропорционально низкое представительство в руководящем
слое украинцев и тюрков и завышенное представительство евреев,
латышей и эстонцев и т.д. (см. таблицу 3).
Естественно, эти диспропорции возникли по причине всякого рода
дискриминационных ограничений, существовавших до революции и затр
агивавших именно те национальности, которые теперь, к началу 1924 г.,
непропорционально высоко были представлены в руководстве партии
(см. таблицу За). Тем не менее спустя семь лет после революции это противоречие
породило еще одну группу сторонников линии Сталина - низовых
работников с периферии и национальных окраин, недавно вступивших
в партию и также стремившихся занять места старых подпольщиков,
которые, как правило, не являлись лицами коренной национальности,
плохо разбирались в национальной специфике и часто проводили
политику откровенной русификации.
Несмотря на сознательно и официально проводимую политику увеличения
в руководящем ядре партии прослойки выходцев из рабочих, к
1924 г. более половины ответственных территориальных партработников
составляли выходцы из семей служащих. При этом в целом по партии таковых
было менее трети. Одновременно крестьяне, которые к началу
1924 года составляли почти четверть всего наличного состава партии, вообще
не были представлены среди руководителей губкомов и обкомов.
Разумеется, эти диспропорции также не делали устойчивым положение
тогдашней руководящей партийной верхушки (см. таблицы 4 и 4а).
Весьма высоким к началу 1924 г. в руководстве партии оставался процент
лиц, которые до вступления в РКП(б) состояли в других политических
организациях. Так, среди делегатов XIII партийного съезда таковых
было 11,6% (против 14,7% - на XII съезде). В основном это были бывшие
меньшевики, эсеры, бундовцы и анархисты. Таким образом, в партии,
где малейшее отклонение от генеральной линии считалось преступлением,
каждый десятый ее руководитель ранее не разделял большевистских
взглядов. Безусловно, этот факт, который в первые послереволюционные
годы приветствовался как проявление торжества идей большевиз127
ма, постепенно вступал в противоречие с официальной пропагандой
"борьбы за единство партии" и не мог приветствоваться рядовой партий-
ной массой.
Наконец, такой важный показатель компетентности руководителей,
как уровень образования, говорит о том, что подавляющее большинство
партийных вождей высшего и среднего уровня были малограмотными
людьми. Из почти 800 делегатов XIII партийного съезда, представлявших
"цвет" тогдашней РКП(б), более трех четвертей имели низшее образование
(см. таблицы 7 и 7а).
Все факторы, перечисленные выше, не позволяют говорить о том, что
сразу после смерти Ленина созданная им партия и ее руководящая верхушк
а были единым организмом. Можно констатировать, что заложенная
Лениным при организации большевистской партии идея о ее разделении
на "профессиональных революционеров" и "рядовых членов" получила
свое развитие и уже к тому времени были созданы все предпосылки для
превращения партноменклатуры в изолированную секту, причем изолиров
анную не только от беспартийных, но и от рядовых членов партии.
Очень многие члены этой секты в последующее десятилетие, пытаясь
противостоять притоку в руководящий слой молодых партийных карьеристов,
приняли участие в разного рода оппозициях - начиная от троцкистской
и заканчивая "право-левым блоком Сырцова и Ломинадзе".
В результате спустя десять лет к XVII партийному съезду подавляющее
большинство из тех, кого с полным основанием можно назвать "ленинской
гвардией", лишились рычагов реальной власти, и их положение в
партийном руководстве стало чисто номинальным. К этому так называемому
"съезду победителей" среди руководителей крупных территориальных
партийных органов практически не осталось ни одного заметного
оппозиционера 1920-х годов. На первый взгляд, данное положение, когда
все ключевые должности в партии были заняты людьми, выдвинутыми
Сталиным и лично ему преданными, должно было бы удовлетворять руководителя
партии, однако еще спустя три-четыре года, в 1937-1938 гг.,
все эти руководители были безжалостно уничтожены.
Как мы уже видели, победа Сталина над различными группировками в
руководящем ядре партии в 20-е годы, кроме чисто субъективных причин,
которым посвящена масса исследований, имеет и чисто объективные,
глубинные причины, состоявшие в неразрешимых противоречиях
между верхушкой и рядовым составом партии. Причем правильнее было
бы говорить не о собственно рядовом составе, а о так называемых "активист
ах", т.е. молодых партийных карьеристах, которые в сложившейся к
тому времени (середина 20-х годов) ситуации, несмотря на свои, как они
считали, достаточные деловые качества, не имели возможности постоянного
карьерного роста из-за незначительного партийного стажа или крестьянского
происхождения.
В результате внутрипартийной борьбы 20-х - начала 30-х годов эти
противоречия в какой-то степени были преодолены, что и предопределило
триумфальную победу Сталина над оппозициями. Напрашивается вопрос:
не были ли репрессии против партийной верхушки во время боль128
шого террора не только и не столько проявлением личных качеств Сталин
а и членов его ближайшего окружения, а отражением объективных противоречий
внутри партии и ее руководящих кадров, накопившихся с начала
30-х годов, когда было покончено с внутрипартийными оппозициями?
Для ответа на поставленный вопрос обратимся к документу, который,
судя по всему, перед тем, как принять окончательное решение о терроре
против партийной верхушки, внимательно изучал Сталин.
15 февраля 1937 г. 35-летний заведующий Отделом руководящих партийных
органов ЦК ВКП(б) Маленков обратился к Сталину с просьбой о
личной встрече. Отдел ЦК партии, который к этому времени возглавлял
Маленков, про своим функциям был приблизительно тем же, что и оргинструкторский
отдел, руководить которым перед началом своей схватки
с Троцким Сталин поставил Л.Кагановича. Между прочим начинал свою
партийную карьеру Маленков в самом начале 20-х годов там же, откуда
перешел на работу в Центр в 1922 г. и Каганович, - в Туркестане. За несколько
месяцев до начала 1937 г. Маленков, после ухода Н.Ежова с партийной
работы в НКВД, сосредоточил в своих руках руководство всей
кадровой работой партии. При этом сам Маленков вступил в партию в
конце гражданской войны, не имел рабочего происхождения и некоторое
время до перехода на партийную работу проучился в высшем учебном заведении,
являя собой типичный пример представителя молодых партий-
ных карьеристов, рвущихся к вершинам власти.
С начала 1937 г. фактический статус Маленкова, распоряжавшегося
судьбами многих заслуженных членов ЦК партии, и его формальное положение,
когда за все время большого террора его самой высокой выборной
должностью в партии было членство в Московском комитете ВКП(б),
не совпадали. После проведения кампании по проверке и обмену партий-
ных документов и наведения относительного порядка в системе партий-
ного учета отдел, возглавляемый Маленковым, смог представить Сталину
исчерпывающую информацию о партии и ее руководящем слое. Все эти
данные были обобщены Маленковым в докладной записке объемом чуть
более 30 машинописных страниц, направленной для ознакомления Сталину
незадолго до начала февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б).
Докладная Маленкова состояла из пяти разделов, два из которых были
посвящены составу ВКП(б) и ее партийным кадрам^. Данные о составе
партии были неокончательными, так как кампания по обмену партийных
билетов в ряде крупных парторганизаций, несмотря на открытие с 1 ноября
1936 г. приема в партию, продолжалась в течение всего 1937 г. Одн
ако они являются вполне представительными для проведения сравнительного
анализа.
Какие же изменения произошли в партии за 13 лет, прошедших со
времени смерти Ленина? По данным, имевшимся в Отделе руководящих
парторганов ЦК ВКП(б), на 1 января 1937 г. новые партийные билеты и
" Остальные три раздела были посвящены итогам проверки и обмена партдокументов,
структуре аппарата партийных органов и фактам нарушений партийными комитетами
Устава партии.
кандидатские карточки были выданы 1 981 406 коммунистам. Подавляющее
их число было сосредоточено в РСФСР (69,4%), 16,7% - на Украине
и 2,9% - в Казахстане. Меньше всего членов партии было в Таджикистане
- 0,3% от всего состава ВКП(б). При этом почти 90% всех членов и
кандидатов партии состояли на учете в территориальных партийных организ
ациях, остальные - в партийных организациях РККА, НКВД, Главсевморпути
и советских учреждений за границей. Из крупных городов по
числу коммунистов абсолютными лидерами были Москва (157 888 человек)
и Ленинград (130 485 человек). Женщины составляли 14,8% всего сост
ава партии. По социальному происхождению партия за 13 лет претерпел
а значительные изменения (см. таблицу 4). Относительное число выходцев
из семей служащих сократилось в 2,5 раза, при этом, в основном,
возросла доля выходцев из рабочих, а представительство крестьян хотя и
возросло, но незначительно.
Таким образом, налицо был результат той политики по регулированию
состава партии, которая проводилась с начала 20-х годов. Формально
партия в целом к началу 1937 г. была рабоче-крестьянской. Однако это
определение было верно только по отношению к происхождению большинств
а коммунистов. Дело в том, что к началу 1937 г. в партии, по роду
занятий, на тот момент собственно рабочих и колхозников было только
29,9%, остальную часть составляли служащие, военнослужащие, учащиеся,
кустари и прочие. Следовательно, фактически большинство в партии
составляли всякого рода государственные чиновники, среди которых
обычно и сильны карьерные побуждения.
При этом среди партийных руководителей, которые по роду занятий,
естественно, относились к служащим, таковых по происхождению было
более половины, т.е. в 4 с лишним раза больше, чем в целом по партии.
Выходцев же из крестьян и рабочих среди них было, наоборот, значительно
меньше, чем среди рядовых партийцев (см. таблицу 4а). Таким обр
азом, с точки зрения классового подхода, который тогда господствовал в
политике ВКП(б), рядовые и достигшие еще невысокого уровня молодые
партийные карьеристы имели все основания считать, что тогдашние вожди
должны были уступить им дорогу.
Почти 60% партийцев были в возрасте от 25 до 35 лет. Среди же территори
альных партийных руководителей эта возрастная группа была
представлена явно недостаточно - только 21,7%. Кроме того, как следует
из таблицы 5а, в 1922-1923 гг. именно эта возрастная группа доминиров
ала среди руководящего партийного слоя. Данный фактор также не способствов
ал стабильности в партии (см. таблицы 5 и 5а).
Посмотрим теперь, какие изменения в целом по партии произошли с
1924 по 1937 г. по партийному стажу коммунистов. Из таблицы 6 видно,
что в 4,5 раза сократилось относительное число лиц, вступивших в партию
в период гражданской войны 1918-1920 гг. Как мы отмечали выше,
именно непропорциональное представительство этой группы в середине
20-х годов привело к кризису и началу внутрипартийной борьбы, в результ
ате чего эти люди и заняли доминирующее положение в партийном
руководстве. Последнее хорошо подтверждается данными из докладной
Маленкова. Из таблицы 6а видно, что выдвиженцы гражданской войны к
началу 1937 г. стали основной группой среди высших территориальных
руководителей (41,6%). При этом в партии в целом к этому времени более
80% всего наличного состава вступили в нее после 1925 г.
Национальный состав партии и ее высшего руководства к началу 1937 г.
сравнить не представляется возможным из-за отсутствия данных по партийной
верхушке. В целом же по партии с 1924 г. до начала 1937 г. предст
авительство различных национальностей стало более полным. Более
чем в 2 раза возросла доля лиц украинской национальности, выросло
представительство белорусов и т.д. (см. таблицу 3). Можно предположить,
что продолжающаяся практика 20-х - начала 30-х годов назначать на руководящие
партийные должности в национальных союзных и автономных
республиках лиц славянской национальности, исходя из их опыта
предыдущей работы и большого партстажа, также порождала противоречие
между местными выдвиженцами и присланными из Москвы работниками.
Образовательный уровень членов партии за 10 лет, предшествующих
началу большого террора (1927-1937), кардинально не изменился (см.
таблицу 7). Тем не менее доля партийцев с высшим образованием, остав
аясь в общем низкой, увеличилась почти в 7 раз. При этом среди высших
партийных руководителей за период с 1924 по 1937 г. доля лиц с
высшим образованием увеличилась менее чем в 2,5 раза (см. таблицу 7а).
При этом более 70% территориальных партийных вождей имели низшее
образование. Таким образом, и по этому критерию между верхушкой и
рядовой партийной массой имели место существенные противоречия.
Резюмируя данные, приведенные в этом сравнительном анализе, можно
констатировать, что Сталин и его ближайшее окружение к началу 1937 г.
имели в своем непосредственном подчинении руководителей, у которых
по сравнению с подросшей к тому времени партийной молодежью были
такие преимущества, как большой партийный стаж и старые заслуги. В
течение первой половины 30-х годов, несмотря на пропаганду и шумиху,
эти люди явно не справлялись со своими обязанностями. Косвенной иллюстр
ацией является констатация Маленковым того факта, что "данные
свидетельствуют о частой сменяемости (непродолжительность работы на
одном месте) руководящих партийных кадров"* . Менее двух лет работали на
последней должности 86% секретарей райкомов, 89% секретарей горкомов,
89% секретарей окружкомов и 57% секретарей обкомов партии^ .
Кроме того, и это был в глазах Сталина неискоренимый недостаток,
многие из старых руководителей претендовали на роль самостоятельных
политических фигур. Например, такие руководители, как П.Постышев на
Украине, АЛепа в Татарии, Разумов в Восточной Сибири, и многие другие
всячески поощряли собственное восхваление в качестве "вождей"
возглавляемых ими областей, краев и национальных республик. Между
тем, несмотря на былые заслуги, их прошлое, с точки зрения Сталина, не
было безупречным. Хотя, как это следует из записки Маленкова, из 166
* РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 120. Д. 278. Л. 22.
^ Там же.
секретарей обкомов и крайкомов ранее состояло в других партиях только
6, а участвовало в оппозициях - только 13 человек. Многие из этих руководителей
во время внутрипартийной борьбы могли проявлять (и наверняк
а проявляли) определенные колебания, пусть даже и из чисто
прагматических, карьерных соображений. Не случайно Маленков отмечал
в своей докладной, что "по партийному стажу почти % членов партии
относятся к вступившим в ВКП(б) после 1927 года, т.е. когда троцкистск
ая оппозиция была партией разгромлена, а принадлежность к оппозиции и
пропаганда ее взглядов была признана несовместимой с пребыванием в рядах
большевистской партии"^.
Таким образом, в начале 1937 г. назрел внутренний партийный кризис.
Перед Сталиным и его ближайшим окружением стояла дилемма: попрежнему
делать ставку на старых, но во многом обанкротившихся руководителей
или заменить их на молодых, более образованных, значительно
менее политически амбициозных и не менее, чем "старая гвардия", лично
ему преданных партийных карьеристов. Решение, которое принял Сталин,
всем хорошо известно, хотя перед этим им была предпринята попытк
а избавиться от ставших ему ненужными руководителей, так сказать,
демократическими методами. Именно с этой целью Сталиным была развернут
а отчетно-перевыборная кампания в мае-июне 1937 г. Однако
вождь партии быстро убедился в неэффективности этих методов: практически
все высшие территориальные партийные руководители сохранили
свои посты. Сталинская политика "борьбы за единство партии" дала плоды.
Молодые партийцы не имели ни опыта, ни традиций, ни политической
культуры для решения вопроса смены одной генерации руководящих
кадров другой демократическими методами. Чинопочитание и железн
ая партийная дисциплина оказались сильнее жажды власти и желания
сломать преграды на своем пути наверх. Для решения проблемы следов
ало использовать другие пути, другие инструменты. И маховик большого
террора был запущен, начал набирать свои чудовищные обороты,
безжалостно унося и калеча тысячи и тысячи человеческих жизней.
Таблица 1
Социальное положение и партийный стаж секретарей областных и губернских
(75 губерний) партийных комитетов к XIII съезду РКП(б)
(в процентах.)
Социальное положение Партийный стаж
рабочие крестьяне прочие до 02.1917 г. 03-10. 1917 г с 11.1917 r. и позже
к XI съезду РКП 24,7 3.6 71,7 48,3 18,0 33,7
к XII съезду РКП 44,6 0,9 54,5 62,5 20,5 17,0
к XIII съезду РКП 48,6 0,0 51,4 71,4 13,4 15,2
в целом по СССР
к XIII съезду РКП 36,3 - - 50,0 22,7 25,3
по национальным
республикам
1" Там же. Л. 10.
Закладка в соц.сетях
