Жанр: Электронное издание
Глава 3. ПОЛИВАРИАНТНАЯ МОДЕЛЬ
ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА
3.1. Вариант: сущность, место и роль
в историческом процессе
Одной из важнейших проблем, выявленных при анализе генезис
а поливариантности, является исследование сущности и
структурных элементов варианта. Ее решение - важнейшая задач
а данной главы.
Первым этапом предпринятого анализа выступает эмпирически
фиксируемая, наблюдаемая форма проявления исторического
процесса. Движение от нее к сущности предполагает выделение
наиболее значимого структурного элемента.
Его поиски в исторической науке идут уже давно. При этом
особого внимания заслуживает попытка ряда ученых выделить в
качестве него "событие". По мнению М. Мендельбаума, термин
"история" имеет два значения: "Одно, отсылающее к событиям
прошлого, и другое - отсылающее к знанию или вероятностному
знанию этих событий"^. С ним солидарен В. Лебедев: "Следует
различать два понимания истории. Одно - сами реальные
события... Это ... не есть историческая наука. События, не зафиксиров
анные в текстах или преданиях, не являются историей
в смысле науки"^. Следовательно, в историческом познании событие
рассматривается как зафиксированная и эмпирически наблюд
аемая деятельность людей.
Данное определение находит выражение в попытке понимания
события "как структурной единицы системы"^. Ее выражают
следующие структурно-логические характеристики.
Первая - относительная самостоятельность, обособленность.
Событие протекает во времени и пространстве, имеет место и дату
осуществления, которые фиксируются в исторических источниках.
Обособленность находит выражение и в организационном
единстве, включающем определенную массу (количество) участ^Mandelbaum
М. Philosophy, history and the science. Baltimore, London, 1984,
p. 73.
^Лебедев В. Подлинная история // Вопросы философии, 1996, #11, с. 137.
^Уваров А.И. Гносеологический анализ теории в исторической науке. - Калинин,
1973, с. 201.
вующих субъектов: например, действия армии или фронта во
время войны. Существование организационного единства - важный
элемент события.
Самостоятельность любого события по отношению к другому
проявляется в различии целей и средств их достижения. Так,
различными событиями выступают Английская революция
XVII в. и Наполеоновские войны XIX в. Они отличны не только
по времени и месту осуществления, но и по целям и средств
ам их достижения.
Вторая важная характеристика события - историческая значимость.
Например, английская революция XVII в. выступала прежде
всего как исторически значимое событие национального масшт
аба, оказавшее влияние и на ход общеевропейского развития.
Это можно сказать и о революциях во Франции (XVIII в.)
и Германии (XIX в.). Для европейских стран в 1812 г. нападение
армии Наполеона на Россию явилось важным историческим
событием. Из подобных ему и складывается ткань соци-
альной истории. Данные события существенно меняют соотношение
сил государств, воздействуют на ситуацию в регионе,
стране, мире.
Таким образом, событие - обособленный элемент исторического
процесса, реализующийся во времени и пространстве и
существенным образом меняющий отношение сил в рамках исследуемого
предмета. Так, всемирная история, истории отдельных
стран и регионов рассматривают разные пространственновременные
объекты. В зависимости от них можно говорить о
дифференциации исторически значимых событий: мирового,
континентального, национального, регионального значения.
Например, нападение и отступление армии Наполеона из России
существенно повлияло на политическую обстановку в Европе,
затронуло каждое из государств данного континента в отдельности
и всех их вместе.
Исторически значимыми европейскими событиями второй
половины XIX в. явились Крымская и Франко-Прусская войны.
В XX в. ими были I и II Мировые войны.
Третье свойство события - изменчивость. Оно проявляется в
том, что изменение одного события может вызывать изменение
всей их совокупности. Например, победы Ганнибала над римлян
ами в III в. до н. э. привели к нарушению сложившегося между
Римом и Карфагеном равновесия в пользу последнего. Наполео54
новские войны обусловили изменение соотношения сил между
европейскими государствами.
Четвертое свойство события - его делимость. Событие может
включать более мелкие структурные единицы. Его делимость
предотвращает угрозу того, что любая "попытка построить
систему или структуру... в исторической науке с помощью
одного элемента... будет напоминать попытки найти нечто
абсолютное"^. Отсюда необходимо дальнейшее движение
от конкретного к абстрактному. Оно показывает, что событие
- лишь первая выявленная структурная единица исторического
процесса. Его важнейшим субэлементом является "действие".
Например, Э.Бернгейм считал, что "предметом истории
являются человеческие действия"^. "Вся история состоит из
действий людей. Вряд ли кто станет с этим спорить"^. История
- "сочетание человеческих действий, взаимосвязь и единство
которых достигаются... свободно выбранной целью или
потребностью"^. При этом"действием мы называем действие
человека..., если и поскольку действующий индивид или индивиды
связывают с ним субъективный смысл"^.
В этих определениях верно указано на наличие человеческих
действий как особого объекта анализа исторической науки. Одн
ако в данном контексте действие продолжает соответствовать
лишь конкретному уровню исследования. Оно редуцируется к
отдельным людям, к описанию их деяний. Последнее лишает
"действие" исторической значимости, возможности выступать
структурной единицей исторического процесса. Для устранения
этих недостатков необходимо по-новому подойти к анализу данной
категории.
Главные признаки действия - обособленность и историческая
значимость. Так, обособленность действия сохраняется в рамках
события. Каждое из них датировано, совершается в определенном
месте. Оно также определяется организационным единством
участвующих в нем сил, которое качественно меньше, чем в
событии. Например, анализу подлежат действия корпуса, армии
^Уваров А. И. Гносеологический анализ теории в исторической науке. - Калинин,
1973, с. 202.
^Бернгейм Э. Введение в историческую науку. - СПб, 1908, с. 17.
^Семенов Ю.И. Секреты Клио. - М., 1996, с. 11.
^Мюллер И. Смысловые толкования истории // Философия истории. Антология. -
М., 1994, с. 277.
^Вебер М. Избранные произведения. - М., 1990, с. 602-603.
и т. п. В пределах такого обособленного действия проявляется
спаянность, дисциплина, самостоятельность, инициатива, преследуются
определенные цели. Так, если захват Галлии - событие,
то передвижение и бои легионов Цезаря по ее территории -
обособленные действия. Поражение русских княжеств от монголов
в XIII в. тоже явилось событием европейского масштаба, а
перемещения и сражения войск Батыя и битвы его с отдельными
князьями выступали как обособленные действия.
Обособленность действия как входящей в событие структурной
единицы находит выражение в его исторической значимости.
Самостоятельность характерна лишь для исторически значимых
действий, т.е. оказывающих сильное влияние на изменчивость
событий. Она "измеряется либо через следствия, которые
они вызывали, либо через последствия, которые могло бы вызв
ать другое решение, либо... через инициативу, которая проявляется
в действиях"^.
Так, если принять наступление армии Наполеона на Москву
в 1812 г. за событие общеевропейского значения, то рейд отряд
а Давыдова по тылам французских войск можно квалифициров
ать как исторически значимое действие. Им является и Бородинское
сражение.
Во время Великой Отечественной войны 1941- 1945 гг. исторически
значимыми были передвижения, бои отдельных корпусов,
армий. Часто самостоятельные действия таких подразделений
оказывались решающими в реализации какого-либо события.
Так, важнейшим действием в ходе нападения вермахта на
СССР являлось наступление 2 танковой армии Гудериана. Оно
оказывало существенное влияние на ход всей кампании на Восточном
фронте в июне - декабре 1941 г.
Таким образом, действие обладает критериями выделения
структурной единицы исторического процесса: обособленностью
и исторической значимостью.
При этом возникает проблема дальнейшей делимости действия.
Рассмотрим, исходя из критерия исторической значимости,
возможности дальнейшего деления действия. Такие попытки
уже имели место в исторической науке и художественной литер
атуре. Так, изучаются и рассматриваются передвижения и бои
полков, батальонов, рот, рейды кораблей, воздушные тараны,
судьбы и подвиги отдельных солдат. Следовательно, дальнейшее
^Арон Р. Избранное: Введение в философию истории. - М., 2000, с. 360.
деление исторически значимого действия не только возможно,
но и осуществимо.
Однако, исходя из критерия исторической значимости, дальнейшее
деление действия невозможно. Оно - конечный результ
ат движения от конкретного к абстрактному, исходная "клеточк
а", структурная единица исторического процесса. Последнюю
следует подвергнуть философскому анализу. Так, действие имеет
ряд общих свойств с монадой Лейбница. Она "есть не что
иное, как простая субстанция, которая входит в состав сложных:
простая, значит, не имеющая частей"^.
Таким образом, действие выступает как элемент события,
входит в него как в более сложное целое. Кроме того, действие
как структурная единица исторического процесса сохраняет его
основные характеристики. И в этом качестве оно выступает как
его исходная "клетка". "Так же точно живая клетка, сохраняющ
ая все основные свойства жизни, присущие живому организму,
является настоящей единицей биологического анализа"^.
Характеризуя монаду, Г. Лейбниц пишет: " Каждая монада необходимо
должна быть отлична от другой. Ибо никогда не бывает
в природе двух существ, которые были бы совершенно одно
как другое"^. Эти свойства присущи и действиям. Каждое из них
отличается от другого.
Действие, в отличие от монады, обладает двойственным характером.
С одной стороны, оно вечно и неуничтожимо. С другой,
любое конкретное и исторически значимое действие конечно.
Как и монаде, действию присуща протяженность. Оно происходит
в пространстве и во времени.
Итак, выделенное при движении от конкретного к абстрактному
"действие" - исходный элемент исторического процесса.
Оно обладает рядом свойств: исторической значимостью, относительной
обособленностью, самостоятельностью, целостностью,
протяженностью, неделимостью. Это - сущностный, глубинный,
абстрактный уровень исследования исторического процесс
а. Наоборот, на эмпирическом уровне действие - субстанция
делимая, конечная, уничтожимая и ограниченная. Оно может
выступать и как идеальный (моделируемый), и как материальный
объект исследования.
^Лейбниц Г. В. Сочинения в 4 т. Т. 1.-М., 1983, с. 13.
^Выготский Л. С. Мышление и речь. - М., 1996, с. 14.
^Лейбниц Г. В. Сочинения в 4-х т. Т. 1.-М., 1983. с. 414.
Выделение действия есть конечный этап движения от конкретного
к абстрактному. В то же время оно - первый пункт восхождения
от абстрактного к конкретному. Его начальный этап
предполагает переход от единого, исторически значимого действия
к анализу их множества. Онтологическая основа данного
процесса - невозможность обособленного существования любого
конкретного действия. Всегда имеет место тесная взаимосвязь
данной структурной единицы с другими.
Наличие множества действий предполагает разные формы их
существования. С одной стороны, это сумма "клеточек". Исходя
из такого подхода, исторический процесс выступает как цепь хаотических,
не связанных между собой, действий. С другой стороны,
исторический процесс можно рассматривать и как структуриров
анную совокупность действий, в которой они вступают
между собой в отношения, образуют интегративную (целостную)
общность, соподчиненную систему. Такой подход, на наш
взгляд, наиболее адекватен действительности.
Главный метод исследования нового объекта исторической
науки - системный. При этом особое значение приобретает проблем
а дифференциации. Так, каждое действие играет в целостной
системе различную роль. Например, основную роль в наступлении
на Москву в 1941 г. играла группа армий "Центр". Последующее
поражение во многом объяснялось действиями входящих
в нее немецких армий. Так, в декабре 1941 года 2 танковой
армии вермахта и входившему в ее состав "24-му танковому
корпусу удалось планомерно оторваться от противника, но 53-й
... испытывал сильное давление его войск; 47-й вынужден был в
результате удара русских сдать Михайлов, 10-я мотодивизия понесл
а... тяжелые потери"^.
Изменившаяся при этом структура действий привела сначала
к срыву плана взятия Тулы. Отступление армии Гудериана обусловило
качественные изменения на фронте и предрешило исход
важного события.
В боях Красной Армии под Москвой важную роль сыграли дивизии,
прибывшие из Сибири и Средней Азии^. Влияние действий
иных советских корпусов, армий, фронтов было менее значимым.
При определении соподчиненности действий важно установить
их местоположение: какая армия находится в авангарде, а
^Гудериан Г. Воспоминания солдата. - Ростов-на-Дону, 1998, с. 259.
^Дуршмид Э. Победы, которых могло не быть. - М., 2000, с. 425 - 426.
какая - в арьергарде, какие подразделения первыми вступают в
населенный пункт. Например, Степной фронт был резервным во
время Курской битвы. Прямого влияния на ее ход он оказывать
не мог. Следовательно, действия Степного фронта в этот период
не были определяющими. В дальнейшем его роль изменилась.
По завершении Курской битвы войска Степного фронта перешли
в наступление и заняли города Белгород, Харьков и ряд иных
мелких населенных пунктов.
Структурные изменения действий обусловливают переход к
новому событию. Так, в феврале 1814 года иные действия Наполеон
а могли привести к благоприятному для Франции окончанию
войны. Бонапарт придерживался однообразной тактики: наносил
поражение одной из союзных армий и переключался на
борьбу с другой. Но что могло произойти в случае продолжения
преследования немецких войск Блюхера? По мнению Клаузевиц
а, это привело бы к противоположным, имевшим место в реальности,
событиям: "главная армия союзников не пошла бы на Париж,
а отступила бы за Рейн"^.
Итак, выявление структуры исторического процесса - важнейший
результат первого этапа восхождения от абстрактного к
конкретному.
Кроме того, выяснилось, что структура исторического процесс
а выступает как иерархическая система. Изменение местоположения
и роли исторически значимых действий определяет
иное качественное состояние события. Это осуществляется в соответствии
с законом перехода структурных изменений в качественные.
Так, если бы Германии в 1940 г. удалось предотвратить
одно действие: нападение Италии на Грецию, то, по мнению В.
Кейтеля, это привело бы к цепи благоприятных для нее событий.
Югославия не противодействует Гитлеру, война с СССР начинается
в апреле или мае 1941 г. и "мы оказались бы в 30 км от
Москвы, окруженной с севера, запада и юга, не в ноябре, увязая
в снегу и при морозе до 40 градусов, а двумя месяцами раньше"^.
Однако структурированность, соподчиненность и изменчивость
находят выражение в проблеме "сослагательного наклонения
в истории". Ее впервые поставил еще Аристотель: "Историк
и поэт различаются...тем, что один говорит о том, что было, а
^Клаузевиц К. О войне. - М., 1997, с. 166.
^Откровения и признания. Нацистская верхушка о войне "третьего рейха" против
СССР. Секретные речи. Дневники. - Смоленск, 2000, с. 345.
другой о том, что могло бы быть"^. Позднее отсюда был сделан
вывод, что "поэзия, которая знает даже, что могло быть, является
более универсальной и философской, чем история"^. Введение
структурированности в анализ "проблемы сослагательного
наклонения" позволяет по-новому подойти к ее решению. Аналогом
здесь могут служить шахматы. Они - структурированная, соподчиненн
ая система фигур. Благодаря этому можно выявить
множество реальных вариантов продолжения игры по алгоритму:
"иной ход - иная позиция - иной вариант". При этом в исторической
науке возникает возможность "перестановок" структурных
элементов. Она и порождает их различные по значению комбинации,
воздействующие на изменчивость хода событий. Исторический
процесс предстает перед исследователем не как набор фактов
и дат, а как особое творение, которое "живет в своих действиях...
Всякое событие можно вырвать из общей цепи и рассматрив
ать... Можно расковать всю цепь и отделить кольца ее одно от
другого, перевести в них время на пространство"^.
Такой подход открывает перед современной исторической наукой
новые возможности исследования исторического процесса
путем его моделирования. Он уже применяется учеными и автор
ами художественных произведений, которые элиминируют из
уже прошедших событий одно или несколько, изменяют тем самым
структуру исторического процесса, придавая ему новое качество.
Например, по мнению И.В. Бестужева-Лады, можно
представить варианты войны 1812 г. "без Бородина и оставления
Москвы, даже вообще без вторжения в собственно Россию, но с
результатами, на которые рассчитывал Наполеон, развязывая
войну"^. Существуют и предположения, что победа персов при
Саламине обеспечила бы новый, более прогрессивный, этап развития
греческой культуры, а победа Ли при Геттисберге предотвр
атила бы I Мировую войну^.
Итак, в процессе восхождения от абстрактного к конкретному
нами был рассмотрен переход от действия к событию. Однако
последнее выступает уже как структурированная совокупность
действий. В этом качестве событие выделяется как один из
^Аристотель. Сочинения в 4-х томах. Т. 4. - М., 1983, с. 655.
^Mc Keon R. An introduction to the thought of Richard Mc Keon. Chicago, 1990. P.126.
^Погодин М.П. Исторические афоризмы // Тайны истории. - М., 1994, с. 60.
^Бестужев-Лада И.В. Ретроальтернативистика в философии истории// Вопросы философии,
1997, #8, с. 117.
^См.: Хук С. Если бы в истории // THESIS, 1994. Вып. 5, с. 206.
объектов исторической науки. Причем, анализ таких объектов,
как исторически значимых, у различных ученых может быть неоднозн
ачным. Например, имеют место две оценки событий II
Мировой войны. Западные историки придают главную роль в
победе над Германией армиям США, Великобритании, Франции.
Для них исторически значимые события - сражение под ЭльАл
амейном, высадка союзных войск во Франции в 1944 г. и т.д.
Советские же ученые отводили основную роль в победе над Герм
анией Красной Армии. Соответственно значимыми событиями
были битвы под Москвой, Курском, Сталинградом и т.д.
Понятие события как структурированной совокупности дей-
ствий не только дает возможность, но и делает необходимым
применение сослагательного наклонения (метода "если бы").
Так, можно, изменив структуру событий, представить, что верм
ахт захватил Москву, выиграл битву под Сталинградом или
Курском. Это привело бы к качественно иной картине развития
исторического процесса. Например, такой: "... Немцы на подступ
ах к Москве. Сталин решает сдать город. Поезд, в котором
эвакуируются вождь и члены Политбюро, попадает под бомбежку,
и руководство страны гибнет... в полном составе... Сопротивление
Красной Армии ...дезорганизовано"^. Но даже при
таких, самых неблагоприятных для СССР, событиях победа антигерм
анских сил все равно была неизбежна. Однако она скорее
всего произошла бы не в 1945 году. Лишь... "к концу 40-х годов...
общий сценарий Второй мировой войны неумолимо приближ
ается к тому, который был разыгран в 1943 - 1945 годах в
"реальной" истории"^. Р. Харрис делает из своего анализа противоположный
вывод: о поражении антигерманских сил вообще
и СССР - в частности. Он исходит из предположения о том, что
немецким войскам удалось в 1942 г. выиграть Сталинградскую
битву: "... наступление вермахта... отрезало Москву от Кавказ
а. Сталинская военная машина просто остановилась из-за отсутствия
горючего"^.
Итак, наличие структурированности действий и событий пок
азывает, что изучение исторического процесса не должно исчерпыв
аться эмпирически наблюдаемыми формами их проявления.
Такой подход даст возможность выявить накопившиеся к
^Кудряшов С., Олейников Д. Оккупированная Москва//Родина, 1995, но 5, с. 12.
^Там же, с. 19.
^Харрис Р. Фатерлянд. - М., 1994, с. 78.
настоящему времени проблемы, наметить перспективы их решения.
Его можно рассматривать как целостное единство явления и
сущности. Более того, изучение структуры исторического процесс
а показывает, что в нем целесообразно выделить три уровня:
1) действий; 2) совокупности действий - событий; 3) совокупности
событий. Здесь завершается движение от абстрактного
к конкретному. Причем, в совокупности событий находит выражение
вертикальная взаимосвязь всех уровней. Прежде всего перемены
в структуре действий приводят к изменению событий, а
затем меняется и их структура. Следовательно, исторический
процесс можно представить как субординированную, многоуровневую
систему действий, событий и их совокупности, котор
ая на данном этапе анализа является неизменной и застывшей.
Она и выступает как качественно новое образование: вариант.
В традиционной исторической науке категория "вариант"
раскрывает исторический процесс на уровне явлений, обладает
статусом реальности, выражается в наблюдаемости, фиксируемости,
каузальности. Под ним понимается "видоизменение, разновидность;
одна из возможных комбинаций"^. Имеет место и
противопоставление "реального" и "альтернативного" вариантов.
Под первым понимается эмпирически наблюдаемая и фиксируем
ая действительность. А под "альтернативным" - потенци-
альная, внеэмпирическая. В историческом явлении "обнаружив
аются скрытые возможности, альтернативы реальным проявлениям"^.
Так, "человеческая история есть... реализовавшаяся возможность
социального бытия, и, следовательно, альтернатива
небытию человечества. Любые разновидности... обществ в подобном
ракурсе следует рассматривать как варианты в рамках
данной альтернативы"^.
Вариант рассматривают и как "объективно существующую
тенденцию общественного развития, которая коренится в матери
альных условиях жизни общества, содержащих возможность
определенного исторического действия"^.
Вариант понимают и как единичный, константный, уникальный.
При этом иных вариантов не существует. Так, А. Лабриола
^Советский энциклопедический словарь. - М., 1980, с. 197.
^Хвостова К. В. К вопросу об историческом познании// Новая и новейшая история,
1993, #3, с. 27.
^Альтернативность истории // Анналы. Научно-публицистический альманах. -
Донецк, 1992, #3, с. 53.
^Могильницкий Б. Г. Историческая альтернативность: методологический аспект //
Новая и новейшая история, 1990, #3, с. 7.
утверждал: "У нас имеется только одна единственная история, и
мы не можем сопоставлять эту реальную, действительную существов
авшую историю с другой, лишь возможной"^. С ним солидарен
и А. В. Гулыга: "... Суждения типа "если бы да кабы" не для
историка. История - не гадание и не стенанье по поводу утраченных
возможностей. Это - рассказ, оценка и объяснение"^.
Главными недостатками существующих определений варианта
являются: 1) сведение его лишь к внешним проявлениям исторического
процесса; 2) отсутствие учета его структурированности.
Однако проведенный анализ показывает, что понятие "вари-
ант" - не просто одна из возможных комбинаций или альтернатив
а, возможность какого-либо иного развития событий. Вариант -
сущностная категория, в основе которой лежит структурированность
действий и событий.
Рассмотренное статическое понимание варианта, с одной стороны,
выступает как положительное, интегративное понятие,
раскрывающее новые возможности изучения исторического
процесса. С другой стороны, его главный недостаток - отсутствие
учета изменчивости исторического процесса.
Конечно, можно анализировать лишь свершившийся вариант
исторического развития 1914- 1918 гг. как зафиксированную
на данный момент совокупность событий. Тогда она будет выступ
ать как единственно возможная и свершившаяся. Но развитие
событий можно рассматривать и с точки зрения их изменчивости.
Так, предположим, в 1914 г. Россия не стала бы участвов
ать в I Мировой войне. Это существенно изменило бы структуру
событий и ход исторического процесса в целом. В этом случ
ае имел бы место иной вариант соотношения сил в Европе,
иная структура событий.
Таким образом, становление свершившегося варианта предполаг
ает несколько возможных, не свершившихся. При этом один из них
может быть оптимальным. Так, по мнению А. А. Кара-Мурзы, "Россия
вынуждена заниматься не тонкой настройкой своего социального
организма, когда из неплохих вариантов можно выбрать оптим
альный, а всегда выбирает из плохих вариантов такой, который бы
не привел к катастрофе"^. В целом же совокупность свершившегося
и не свершившихся вариантов и образует поливариантность.
^Лабриола А. Очерки материалистического понимания истории. - М., 1960, с. 66.
^Гулыга А.В. Искусство истории, - М., 1980, с. 216.
^Цит. по: Круглый стол "Риск исторического выбора в России" // Вопросы
философии, 1994, #5, с. 9.
Существуют и концепции, которые отрицают ее. Так, Ф. Фукуям
а считает, что поскольку все государства мира движутся к
западной (американской) модели развития в политике и экономике,
то это автоматически элиминирует все возможные "альтерн
ативы". Весь XX век "монархия, фашизм, либеральная демокр
атия и коммунизм были жестокими соперниками в борьбе за
политическое верховенство, тогда как различные страны выбир
али какой-либо из противоположных путей в экономике: протекционизм,
корпоративизм, свободный рынок и социалистическое
централизованное планирование. Сегодня все передовые
страны переняли или пытаются перенимать либерально-демокр
атические политические институты и огромное их количество
движутся ... к рыночно-ориентированным экономикам"^.
Этот тезис формулируется им и в статье "Конец истории":
"Триумф Запада ... очевиден прежде всего потому, что у либерализм
а не осталось ... никаких жизнеспособных альтернатив"^.
Данное положение можно оспорить на базе качественно иного
уровня понимания исторического процесса. Если рассматрив
ать его как структурированную, многоуровневую взаимосвязь
действий и событий, то получается не "конец истории", а иной
вариант ее развития.
3.2. Система вариантов: структура и виды
В предыдущем параграфе рассмотрена сущностная основа однов
ариантного исторического процесса, вскрыта его структура.
Однако в последнее время в отечественной и зарубежной исторической
науке все более важное значение приобретает исследов
ание проблемы поливариантности. Она была поставлена уже
в рамках марксистской теории: "Один и тот же экономический
базис - один и тот же со стороны основных условий, - благодаря
бесконечно разнообразным эмпирическим обстоятельствам,
естественным условиям, расовым отношениям и т.д., может обн
аружить в своем проявлении бесконечные вариации и градации,
которые возможно понять лишь при помощи анализа этих
эмпирически данных обстоятельств"^.
Наличие онтологических оснований - еще одна проблема,
которая выявилась в ходе анализа поливариантности. Ряд спе^Fukuyama
F. Trust. - N.Y., 1996. P. 3.
^Фукуяма Ф. Конец истории // Философия истории. Антология. - М., 1994, с. 290.
^Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 25, ч. II, с. 354.
циалистов считают, что она является лишь гносеологическим
феноменом. Многовариантность "заключена в природе познав
ательной деятельности историка, она имеет гносеологический
характер"^.
Противоположное мнение состоит в том, что поливариантен
сам исторический процесс. История есть "лабиринт", т. е. "то,
что складывается множеством способов"^. В ней существует
множество вариантов, имеет место борьба "разных тенденций,
выражающих различные возможности общественного развития"^.
Затем одна из них побеждает, уничтожает другие альтерн
ативы, становится единственным "реальным вариантом"^.
Рассмотрим проблему онтологических оснований поливари-
антности с учетом структуры анализируемых вариантов.
Не отрицая данные концептуальные подходы, попытаемся изложить
собственную гипотезу возникновения феномена поливари
антности исторического процесса. Ее исходными пунктами являются
следующие положения. Первое: реальность действий и
событий. Второе: изменение их структуры "потенциально содержит
в качестве равновозможных многочисленные варианты"^.
При этом не исключены реальные взаимопереходы данных вари-
антов. Так, вода, находящаяся в жидком состоянии, может переходить
в твердое и газообразное состояния. Глина при определенных
условиях может превратиться в кирпич, песок - в стекло.
Основной причиной перехода возможного варианта в свершившийся
являются структурные изменения, аналогом которых
может служить превращение графита в алмаз. Массовые примеры
образования качественно новых веществ, возникающих в
процессе структурных преобразований, дает кристаллография.
Таким образом, многовариантность присуща физическому
миру. Ее онтологическая основа - изменение структуры его элементов.
Оно обусловливает переход возможности в действительность
и образование иных вариантов. Исходя из этого можно:
1) установить наличие реального множества вариантов; 2) разде^Смоленский
Н. И. Возможна ли общеисторическая теория? // Новая и новейшая история,
1996, #1, с. 5.
^Делез Ж. Складка. Лейбниц и барокко. - М., 1997, с. 8.
^Могильницкий Б.Г. Историческая альтернативность: методологический аспект //
Новая и новейшая история, 1990, #3, с. 7.
^Могильницкий Б. Г. Историческая альтернативность: методологический аспект //
Новая и новейшая история, 1990, #3, с. 7.
^Лешкевич Т. Г. Постнеклассическая методология: эволюция парадигмы фундамент
альной философии // Вестник МГУ. Сер. "Философия", 1998, #6, с. 57.
лить его на: основной (свершившийся) и ряд возможных, не
свершившихся.
Поливариантность имеет место и в биологическом мире, где
развивается бесконечное число структурных компонентов: видов
растений, животных, симбиозов.
Ряд вариантов заложен в клеточной структуре, многообразии
соотношений ген и хромосом. Здесь заключен реальный матери-
ал для изменчивости, новых направлений развития биологического
мира. Так, наличие генной структуры предполагало ряд возможных
вариантов биологической эволюции. Возникший, свершившийся
вариант - не единственный. Не исключено, что при
иных внешних условиях мог проявиться и другой вариант развития
биологической жизни. При этом любой "вид должен обладать
генетическим разнообразием, иначе он не сможет измениться в
соответствии с изменениями окружающей среды. А потому то,
что сегодня у любого вида кажется избыточным генетическим
грузом, завтра может преобразиться в средство спасения"^.
Таким образом, в эволюции живых существ наблюдается существов
ание бесконечного множества возможных соотношений
ген и хромосом, каждое из которых представляет собой один из
множества потенциальных вариантов. В этом - основа поливари
антности в биологическом мире.
Одно из ее свойств - наличие видимого и ряда невидимых вари
антов. Например, при работе селекционера с зернами пшеницы
из ранее генетически возможных, невидимых вариантов может
возникнуть ряд свершившихся, видимых. Из них и отбирается
один нужный сорт.
Таким образом, биологический мир является поливариантным,
в котором наряду со свершившимся, видимым существует
ряд возможных, но невидимых и ненаблюдаемых вариантов.
Соотношение структурных элементов обусловливает бесконечное
количество их сочетаний. Причем, одни выступают как
возможные, другие как действительные. Их содержание и соотношения
необходимо изучать в рамках исторической науки. Это
позволит осуществить более точный анализ развития фиксируемого,
основного варианта.
Таким образом, мы считаем, что в рамках исторической науки
следует изучать не только свершившийся, но и существовавшие
возможные варианты.
^Иди М. Недостающее звено. - М., 1977, с. 38.
Данные методологические предпосылки и лежат в основе нашей
классификации вариантов.
Ее первое основание - степень наблюдаемости. Отсюда вытекает
деление вариантов на: 1) видимые (свершившиеся); 2) невидимые
(не свершившиеся). Так, в целом историю человечества можно
рассматривать как цепь войн, прерываемую периодами мирного
существования. Их частая смена показывает, что в одни периоды
наглядно конкретными выступают войны, а мирные отношения
становятся невидимыми, но возможными. В другие периоды первые
находятся в скрытом (латентном) состоянии, а вторые являются
эмпирически наблюдаемыми. Например, формально в 1941 -
1945 гг. имели место мирные отношения между СССР и Японией.
Однако вариант их военных действий существовал как возможный.
В августе 1945 г. он стал свершившимся, наблюдаемым.
Таким образом, один вариант оказывается реальным и наблюд
аемым, а другой - возможным, невидимым и нефиксируемым.
Второй критерий классификации - степень реализации. В соответствии
с ним все варианты можно разделить на: 1) реализов
авшиеся; 2) нереализовавшиеся. Например, в 1941- 1945 гг. ре-
ализовался вариант военных действий СССР и Германии. Существов
авший же вариант их сотрудничества остался нереализов
анным, как и мирное сосуществование европейских государств
с 1914 по 1918 гг. и с 1939 по 1945 гг.; победа Германии и ее союзников
во II Мировой войне и т.д.
В соответствии с третьим критерием - место в дифференциров
анном ряду - варианты можно разделить на: 1) основные;
2) дополнительные. Основной - реализовавшийся вариант. Нере
ализовавшиеся, возможные выступают как дополнительные.
Последние - "почти" или "квази" варианты. Следовательно, их
можно делить на: 1) реализовавшиеся (основные) и 2) нереализов
авшиеся (квази).
Свершившийся (основной) вариант изучается традиционной
исторической наукой. Но рассмотрение несвершившихся (квази)
вариантов тоже представляет интерес для нее. Например, наряду
с основным вариантом - победой антигитлеровской коалиции -
целесообразно, по нашему мнению, рассмотреть и иной, возможный
вариант II Мировой войны: победу нацистской Германии.
Тогда " единая европейская держава могла бы стать господствующей
в глобальном масштабе"^. Такой анализ имеет как те^Бжезинский
З. Великая шахматная доска. - М., 1998, с. 16.
оретическое, так и важное практическое значение. Например,
учет возможных последствий захвата Москвы вермахтом осенью
- зимой 1941 г. способствовал совершенствованию организ
ации работ по эвакуации населения и предприятий на Восток,
созданию новых путей обороны столицы, форм управления вой-
сками и т. д.
Моделирование позволяет осуществить сравнение основного
и квазивариантов. Так, многие специалисты анализируют потери
СССР в Великой Отечественной войне. При этом указывается на
различные цифры: 20 и 27 млн. и даже больше^. Однако они - результ
ат анализа лишь основного варианта. Но был и другой, возможный,
при котором "поражение СССР в 1941 году превратило
бы мировую войну в кошмар всех 40-х годов XX столетия. Цена
победы мира над фашизмом не могла бы и тогда быть чрезмерной,
но выросла бы сверх всяких временных пропорций"^.
Таким образом, историческая наука должна осуществлять
сравнительный анализ не только реализовавшегося (основного),
но и возможных (нереализовавшихся) вариантов. При этом значимость
какого-либо события или действия будет оценена всесторонне,
с учетом их возможной реализации.
Наличие основного и квазивариантов позволяет раскрыть их
взаимопереходы. Например, в начале XX в. вариант "Соединенные
Штаты Европы" существовал лишь в качестве нереализов
авшегося, возможного. Затем Соединенные Штаты Европы
стали (с 1938 по 1945 гг.) выступать как реализовавшийся, основ
анный на завоеваниях Германии вариант. В настоящее время
он осуществляется уже на основе мирных отношений.
Другой пример - I Мировая война. Она выступала как основной,
свершившийся вариант. Предположим, что структура реализов
авшихся событий изменилась. Например, из числа участников
войны удалялась Россия. Такое стечение обстоятельств являлось
крайне вероятным. При этом был бы возможен нейтралитет
Великобритании, что серьезно повлияло бы на ход всей I Мировой
войны. Более того, теоретически можно предположить,
что возникшая в таком случае ситуация способствовала бы постепенному
уменьшению числа участников и ограничению сферы
военных действий вплоть до их прекращения и развития мирных
отношений в данный период.
^Серебрянников В.В. Социология войны. - М., 1997, с. 167 - 168.
^Кудряшов С., Олейников Д. Оккупированная Москва//Родина, 1995, #5, с. 19.
Таким образом, изменение одного или нескольких событий
могло перевести военный вариант в мирный. Подобный подход
имеет практическое значение в историческом познании.
Он дает возможность моделировать развитие исторического
процесса, определять роль и значение каждого варианта в их
дифференцированном ряду. Так, большое значение при анализе
перехода квазиварианта в основной имеет его местоположение.
Чем ближе он находится к основному, тем сильнее его вероятность
стать таковым. Например, в ходе I Мировой войны
события могли сложиться иначе, чем в реальности. В случае
поражения Франции в 1916 г. мирные отношения могли бы наступить
уже в 1917 г. Однако в случае мирного договора России
и Германии в 1915 г. I Мировая война скорее всего завершил
ась бы не в 1918 г., а на несколько лет позже. "Военные
действия против Франции и Англии Германия продолжала бы
еще долго (причем, американцы могли под давлением "изоляционистов"
и не вступить в войну). Отсюда вытекают два возможных
пути: либо Франция была бы в короткие сроки разбит
а, либо затянувшиеся сражения привели бы к социальному
взрыву... в Великобритании"^.
Движение несвершившихся вариантов к своей реализации
предполагает анализ степени вероятности их осуществления.
Последнее находит выражение в том, что любая "система будет
иметь некоторые характеристики с вероятностью 1 и некоторые
другие - 0"^.
Однако и между ними имеет место ряд промежуточных значений:
от 1 до 0, которые выражают вероятность реализации
квазивариантов. Если признать, что основной вариант уже
осуществился, то степень вероятности его воплощения можно
принять за 1. Остальной дифференцированный ряд квазивари-
антов выступает как вероятностный. И чем она выше (0,8; 0,9;
0,95), тем скорее произойдет смена основного и квазивариант
а. Например, союз СССР с некоторыми государствами Восточной
Европы выступал до II Мировой войны как один из
возможных вариантов развития. При этом, в силу военно-экономического
и геополитического положения данных стран, вероятность
его реализации в качестве основного была очень
^Бушков А. А. Россия, которой не было. - М., 1999, с. 519.
^Винер Н. Кибернетика или управление и связь в животном мире и машине. - М.,
1968. с. 98.
высокой. После победы над Германией в 1945 г. этот вариант
стал основным.
Итак, варианты бывают: 1) реализовавшиеся и нереализовавшиеся;
2) основные и дополнительные (квази).
В настоящее время в исторической науке фиксируется повторяемость
различных событий: например, Пунических войн,
войн Германии и Франции ( в 1870 - 1871; 1914 - 1918; 1940 и
1944 - 1945 гг. ); крестьянских войн в России и т.д. как установившееся,
закономерное явление. Во многом идентичны сражения
при Маренго и Ватерлоо, военные кампании Наполеона и
Гитлера и т. д. Однако данные явления в исторической науке часто
объясняются случайностями или непредсказуемостью действий
правителей. Так, одной из возможных причин депортации
крымских татар в 1945 г. считают то обстоятельство, что Сталин
случайно прочел об их выселении, которое уже имело место ранее
(в 1853 - 1856 гг.)^.
Сточки зрения предлагаемого подхода объяснение повторяемости
событий может быть иным. Так, рассмотрим в качестве
вариантов I и II Мировые войны, включая период мирных
отношений между ними. Наличие последнего делает
данные варианты независимыми и обособленными, позволяет
в рамках исторической науки проводить их самостоятельный
анализ.
Однако существуют и многочисленные факты повторяемости
событий I и II Мировых войн. Это отражено в таблице 1. В ней
из 11 событий 7 оказались тождественными.
Имели место и сходные действия. Так, У. Черчилль считал,
что в 1940 г. Германия во Франции осуществляла повторную ре-
ализацию обновленного "варианта плана Шлиффена"^. Подобно
тому, как в I Мировую войну Россия, Англия и Франция вступили
в едином союзе против Германии, так и в августе 1939 г.
СССР предложил Англии и Франции три плана совместных опер
аций против Германии в случае, если она нападет на: 1) Англию
и Францию; 2) Польшу и Румынию; 3) СССР с территории Финляндии,
Эстонии и Латвии^. Схожесть ситуаций является столь
очевидной, что при реализации какого-либо из этих "проектов"
на новой основе возрождалась...Антанта 1914 г.!
^Цит. по: Одиссей. Человек в истории. 2000. - М., 2000, с. 62.
^Цит. по: Вторая Мировая война в воспоминаниях У. Черчилля, Ш. Де Голля и др. -
М., 1990, с. 37.
^Цит по: Шапошников Б.М. Воспоминания. Военно-ночные труды. - М., 1974,
с. 23 - 24.
Таблица 1
Тождественность событий, имевших место
в I и II Мировых войнах
#; I; II.
-
Германия - СССР
Германия - Великобритания
Германия - Великобритания
Германия - Франция
Германия - Франция
Германия - Бельгия
Германия - Бельгия
Германия - Люксембург
Германия - Люксембург
Германия - Сербия
Германия - Югославия
Германия - США
Германия - США
-
Германия - Польша
Турция - Россия
-
-
Финляндия - СССР
Италия - Германия
Италия - СССР
Обращает на себя внимание, что и в первом, и во втором вари
анте Германия оказалась в итоге проигравшей стороной.
Таким образом, объяснить все эти совпадения "случайностью"
или субъективными действиями отдельных руководителей
нельзя. Необходимо иное решение данной проблемы. Оно
исходит из того, что военный вариант после 1918 г. не исчез,
сохранил свои базовые характеристики и продолжал существов
ать в другой форме, перемещаясь наряду с основным, мирным.
Это, по нашему мнению, - причина преемственности, повторяемости
событий.
Однако события не только повторяются. Они изменяются, переходят
в качественно иное состояние. Это и нашло отражение в
таблице 1, где имеет место не только тождество, но и несовпадение
и даже существенное различие вариантов. Например, Германия
во II Мировой войне, в отличие от I, смогла в короткий срок
оккупировать не только Францию, но и ряд других стран: Бельгию,
Данию, Норвегию, Голландию и т. д.
Перемены касались также структуры боевых действий. Так,
германо-французская война 1940 г. качественно отличалась от
войны 1914 г. Первоначально немцы, как ив 1914 г., планировали
нанести главный удар через центральную часть Бельгии, изменив
лишь количество и виды соединений. Так, главный удар
планировалось нанести группой армий Бока, а вспомогательный
(через Арденны) - Рундштедта. По мнению Б. Лиддел-Гарт
а, подобные действия немцев могли обусловить лишь один тип
событий: "старый план почти наверняка не смог бы обеспечить
решительного разгрома Франции"^. Он привел бы к новой позиционной
войне. Манштейн предложил и добился утверждения
иного плана действий: перенести направление главного удара
через Арденны, чтобы перерезать пути отступления союзных
армий из Бельгии. Результатом этого стал быстрый разгром и
капитуляция Франции.
Изменилась и роль России. Если в 1914 г. она начала боевые
действия в союзе с Англией и Францией, то в первый период II
Мировой войны (сентябрь 1939 - июнь 1941 гг.) СССР оказался
на стороне Германии.
Таким образом, с одной стороны, варианты военных действий
1914 - 1918 и 1939 - 1945 гг. похожи друг на друга. Это говорит
о том, что в мирное время они вовсе не исчезли, не растворились
в историческом процессе, а "двигались" в нем в форме квазивари
анта, существовали и развивались наряду с основным. С другой
стороны, II Мировая война предполагает иную структуру
действий и событий, что делает ее качественно новым вариантом.
И произойти этот переход мог лишь в период с 1919 по 1939 гг.
Может показаться, что гипотеза о внеэмпирическом перемещении
действий, событий, вариантов противоречит принципу наблюд
аемости, согласно которому "понятия, относящиеся к различиям
за пределами возможного опыта, не имеют ... смысла и должны
быть элиминированы"^.
В философии принцип наблюдаемости анализировался с двух
разных точек зрения. Сторонники первой считали действительным
лишь опыт, второй - признавали реальными идеальные объекты,
данные человеку непосредственно в чувственно восприним
аемой форме.
Существуют и попытки синтеза обоих направлений. Так, для
многих физиков реальность "многослойна и неоднородна. Есть
реальность непосредственно наблюдаемого, есть реальность нен
аблюдаемых объектов и есть реальность, связующая эти две
сферы"^. По нашему мнению, данная "многослойность " присущ
а и историческому процессу. При этом следует учитывать ту
точку зрения, что "происходящие на поверхности социальной
^Лиддел-Гарт Б. Стратегия непрямых действий (Энциклопедия военного
искусства). - СПб, 1999, с. 267.
^Борн М. Физика в жизни моего поколения. - М., 1963, с. 163.
^Панченко А. И. Философия. Физика. Микромир. - М., 1988, с. 70.
действительности процессы не исчерпывают исторической логики"^.
Действительно, если представить исторический процесс
как многоуровневый, "многослойный", который не ограничивается
поверхностными явлениями, а имеет свою структуру, то
возникает необходимость ее изучения. Она и должна стать предметом
исторической науки.
В историческом процессе реализуются движение, взаимопереходы
свершившегося и ряда возможных вариантов. Так, после
1918 г. военные действия перестали быть основным вариантом.
Война между европейскими странами больше ни в каких источник
ах не фиксировалась и никем не наблюдалась. Однако последняя
существовала как возможная. Более того, она осуществлял
а процесс движения. Чтобы понять ее механизм, выделим из
варианта "мировая война 1914- 1918 гг." лишь одно событие:
"война Германии и Франции". В 1918 г. Германия проиграла. В
1919 г., в результате Версальского мирного договора, между Англией,
Францией и Германией установились мирные отношения.
Однако возможность военных действий и малая вероятность их
осуществления в качестве основного варианта существовала более
20 лет: до нового нападения Германии на Францию.
Таким образом, в действительности война между Францией и
Германией продолжала существовать как возможность, которая
могла превратиться в действительность.
Наличие данных взаимопереходов ставит перед исторической
наукой проблему сферы бытия возможных вариантов.
Мы предлагаем следующую гипотезу решения данной
проблемы.
Поскольку квазивариант выступает как возможный, является
невидимым и не фиксируемым, то сфера его существования тоже
должна обладать соответствующими характеристиками. Их
имеет лишь виртуальный мир. Он тоже выступает как возможный
и слабо наблюдаемый.
Виртуальные конструкции уже создаются в ряде наук: кибернетике,
компьютерной технике, самолетостроении и т. д.^ И. В.
Бестужев-Лада предлагает использовать их в философии истории
так же, как это делается в футурологии^. По нашему мнению,
^Панарин А. С. Смысл истории // Вопросы философии, 1999, #9, с. 18.
^Носов Н.А. Виртуальная реальность // Вопросы философии, 1999, # 10, с. 157.
^Бестужев-Лада И.В. Ретроальтернативистика в современной философии истории //
Вопросы философии, 1997, #8, с. 112-113.
виртуальные конструкции целесообразно создавать и в рамках
исторической науки. Это позволит изучать исторический процесс
как "сеть расходящихся и параллельных времен, которые
сближаются, ветвятся, перекрещиваются"^.
Таким образом, по нашему мнению, использование виртуальных
конструкций в исторических исследованиях не только возможно,
но и необходимо. Однако главная особенность виртуальной
сферы в исторической науке - в том, что она выступает как
область существования квазивариантов, событий, действий.
Кроме того, она обладает и некоторыми характеристиками дей-
ствительности. Например, для традиционной исторической науки
два события: Бородинское сражение 1812 г. и битва за Москву
1941 г. давно ушли в прошлое. "Но ... где у нас доказательство
того, что на каких-то интервалах мирового пространственновременного
континуума они не остаются реальностью? Что там
не гремят пушки и не льется кровь? Только то, что мы их не восприним
аем?"^.
Итак, виртуальность в нашем понимании отражает реальные
события, их изменение, движение, взаимопереходы. Она - элемент
исторического процесса, который следует изучать.
Наличие реальной и виртуальной сфер предполагает выявление
их особых функциональных ролей. Так, реальная сфера -
Центр исторического процесса. Здесь реализуется основной вари
ант: видимый, наглядный, фиксируемый. Виртуальная сфера -
его Окраина, Периферия, где в рамках особого пространства существуют,
движутся и изменяются квазиварианты.
Таким образом, Периферия - область существования и перемещения
нереализовавшихся, возможных вариантов.
Рассмотрение механизма этого движения в рамках виртуальной
сферы предполагает анализ взаимодействия пространственно-временных
форм существования исторического процесса. На
перемещение любого действия, события начинает влиять изменяющееся
соотношение сил между государствами. Данный процесс
происходил в ходе всей социальной истории. Одни государств
а становились все более сильными, значительно влияющими
на ход исторического процесса, другие - слабели и распадались.
Например, в древности Вавилон, Шумер, Аккад, Египет, Греция,
Рим сменяли друг друга в роли лидера.
^Борхес Х.Л. Проза разных лет: Сборник. - М., 1984, с. 92.
^Молчанов Ю.Б. Проблема времени в современной науке. -М., 1990, с. 118 - 119.
Причины этого явления объясняются социологической и орг
анизмической теориями.
Первая редуцирует данный процесс к какому-либо социальному
фактору. Так, В. И. Ленин обосновал закон неравномерного
скачкообразного развития стран в эпоху империализма,
который приводил к изменению отношений между ними. Его
суть - в следующем: "При капитализме немыслимо иное основ
ание для раздела сфер влияния, интересов, колоний и пр.,
кроме как учет силы участников дележа, силы общеэкономической,
финансовой, военной и т.д. А сила изменяется неодин
аково у этих участников дележа, ибо равномерного развития
отдельных предприятий, отраслей промышленности, стран
при капитализме быть не может"^. Данный процесс объясняли
не только экономической неоднородностью развития госуд
арств, но и различием степени пассионарной энергии, присущей
каждому этносу (Л. Н. Гумилев); дифференциацией культур
(Н. Данилевский), типов цивилизаций (О. Шпенглер, С.
Хантингтон и т. д.) Все эти факторы тоже служат причиной изменения
соотношения сил.
Организмическая теория исходит из наличия у всех организмов
(и биологических, и социальных) общих принципов функциониров
ания. Они рождаются, живут, умирают и на их останк
ах возникают новые виды и формы. Следовательно, в этом процессе
у них меняется соотношение сил.
Единство данных теорий находит выражение во всеобщем законе
дифференциации. В рамках последнего разнообразие госуд
арств - неизбежный спутник и обязательное условие развития обществ
а в целом. К этому ведет множество самых различных причин.
Но в конечном счете какое-то государство оказывается впереди
в экономическом, политическом, культурном и т.д. отношениях.
На его стороне "оказывается перевес общественных сил"^.
Таким образом, изменение соотношения сил между государств
ами влияет на соотношение событий. Оно может как отдалить
событие от центра, так и приблизить его к нему. Например, вой-
на Франции и Германии с 1918 г. сместилась на некоторое расстояние
от центра. Причем, данная удаленность определялась
условиями Версальского договора. Они делали Германию сла^Цит.
по: Шапошников Б.М. Воспоминания. Военно-научные труды. - М., 1974,
с. 490.
^Ковальченко И. Д. Теоретико-методологические проблемы исторических
исследований // Новая и новейшая история, 1995, #1, с. 10.
бой в военном отношении державой и ее боевые действия с
Францией становились маловероятными. Следовательно, квазисобытие
"война Франции с Германией" из-за нового соотношения
сил оказалось смещенным вглубь исторического процесса,
на значительное расстояние от центра.
Механизм его дальнейшего движения определялся не только
наличием пространственной (горизонтальной), но и вертикально
направленной силы. Время "захватывает" исторические события
и перемещает их: "снизу вверх".
В рамках виртуального пространства находит выражение ре-
альная взаимосвязь этих разнонаправленных сил. Она и образует
вектор движения квазисобытия. Так, событие "война Франции
и Германии", оказавшись на Периферии исторического процесс
а, двигалось поэтапно. В первый период (1919 - 1935 гг.) соотношение
пространственных сил было относительно постоянным.
Это равновесие и удерживало данное событие на одинаковом
(константном) расстоянии от Центра. С другой стороны, силы
времени влекли его вертикально вверх. Следовательно, вектор
движения события, оказавшегося на окраине исторического
процесса, представлял собой вертикальную прямую, параллельную
основному варианту.
С 1935 г. соотношение сил государств, а значит и форма
движения события "война Германии с Францией" меняются. В
Германии, после прихода к власти нацистов, увеличивается
численность армии, быстрыми темпами развиваются новые
самостоятельные рода войск (танковые, авиация и т. д.), происходит
милитаризация экономики. В результате данное событие
изменяет вектор движения. Время по-прежнему определяет
его перемещение вверх. Однако пространственное соотношение
сил, наоборот, начинает притягивать его к Центру. Вероятность
начала военных действий растет. Отсюда вектор
движения данного события уже не выступает как прямая. Он
приобретает форму приближающейся к центру кривой. Наконец,
когда соотношение сил достигло исходного уровня: 1914
г., военные действия между Германией и Францией из квазисобытия
вновь стало основным.
Схематическое изображение движения события "война Франции
и Германии" приведено на рисунке 1.
Рис. 1. Движение в историческом процессе события "война Франции и Германии"
между 1919 и 1940 гг.
Итак, на рисунке 1 отражены три особенности исторического
процесса.
Во-первых, показано наличие у него Центра и Периферии
(виртуальной сферы). Во-вторых, раскрыт переход основного
события "война Франции и Германии 1914-1918 гг." в квази и
его смещение на окраину, Периферию исторического процесса.
В-третьих, показано его перемещение: вертикальное (до 1935 г.),
а затем - быстрое приближение к основному варианту, вплоть до
их слияния в 1940 г.
Таким образом, война Германии и Франции в течение 20 лет,
пока имели место мирные события, существовала как возможн
ая. При этом военные события описывали сложную траекторию
движения, переходили из основного, свершившегося вари-
анта в квази и наоборот. Они перемещались в обеих сферах исторического
процесса: и в виртуальной, и в реальной.
3.3. Поливариантная модель исторического процесса
Во втором параграфе исторический процесс рассматривался
нами как поливариантный. Его анализ позволил выявить множество
вариантов, дать их классификацию, установить "сферы их
обитания", исследовать механизм движения квазисобытий.
Однако проведенное исследование было связано с одним коротким
временным отрезком: 1914- 1945 гг. Кроме того, здесь
рассматривалось лишь движение военных событий на Периферии
исторического процесса. Следовательно, сделанные выводы
могут показаться случайными. Отсюда возникает ряд проблем:
является ли движение квазисобытия закономерным? Носит ли
оно всеобщий характер или присуще лишь одному историческому
периоду? Ограничивается ли оно только военными событиями
или включает и мирные?
Решение этих проблем предполагает иной, более широкий
подход к анализу генезиса поливариантности.
Рассмотрим период, охватывающий не 20 лет, а несколько веков
и включающий движение как военных, так и гражданских
событий. Конкретным примером, отвечающим данным требованиям,
выступает анализ развития отношений между Россией и
Прибалтикой на протяжении последней тысячи лет^. Выявлены
их структурные элементы. Первый - непосредственная связь
данных народов, характеризующаяся подчинением Прибалтики
Российским государством. Назовем данное событие "единство".
Второй - их отношения как самостоятельных государств. Это событие
назовем "обособленность".
Соотношение единства и обособленности, переходы из основного
в квазисобытие имели место на протяжении тысячи лет.
В этом периоде можно выделить ряд этапов. Первый - середина
X - 20 г. XIII в. Основным, фиксируемым событием здесь выступ
ало "единство". Оно базировалось на складывающемся между
Киевской Русью и племенами прибалтов соотношении сил. Могущество
России способствовало ее экспансии, расширению ее
границ на Востоке и Западе, продвижению к Балтийскому морю.
В результате "новгородские князья ... удерживали господство
над восточной частью Эстонии и северной частью Латвии, где ...
в XI веке был основан русский город Юрьев. Полоцкие князья ...
расширили сферу своего контроля вниз по Западной Двине
вплоть до ее устья. Волынские князья были не менее активны в
подчинении ...соседних литовских племен"^.
Следовательно, в результате усиления Киевской Руси "единство"
стало основным, фиксируемым событием.
^См.: Нехамкин В. А. Россия и государства Прибалтики: перспективы
взаимоотношений // Диалог, 2000, #12, с. 10 - 14.
^Вернадский Г. В. Киевская Русь. - Тверь - Москва, 1996, с. 253 - 254.
Однако в этот период нельзя полностью отрицать и наличие
события "самостоятельность". Оно, при сложившихся условиях,
существовало как возможное или квазисобытие, отодвинутое на
Периферию исторического процесса и оставалось таким, пока
сохранялось могущество Киевской Руси. Более того, по мере его
увеличения "обособленность" становилась все менее вероятной.
Под действием сложившегося соотношения сил оно все сильнее
удалялось от Центра на Периферию исторического процесса.
Причем это происходило не быстро (как в случае с войной Герм
ании и Франции после Версальского договора 1919 г.), а осуществлялось
в течение длительного периода. В таких условиях дей-
ствия двух сил - горизонтальной и вертикальной - формируют
вектор движения в виде удаляющейся от Центра вверх кривой.
{Рисунок}
На втором этапе (середина XII - начало XIII вв.) соотношение
сил данных государств, а вместе с тем и движение квазисобытия
стало меняться. Киевская Русь уже не
увеличивала свое могущество, но еще
и не начала его терять. Создалось устойчивое
равновесие сил. В этих условиях
"обособленность" уже не удалял
ась от Центра, а двигалась параллельно
ему.
На третьем этапе (конец XII - сер. XIII вв.) Киевская Русь постепенно
начала терять свое могущество. В этих условиях вероятность
осуществления события "обособленность", а вместе с
тем и его возможность стать основным
увеличивалась. В результате
складывающееся соотношение сил
уже не "удерживает" данное событие
на одинаковом расстоянии от Центра.
Наоборот, оно выступает как приближ
ающаяся к Центру кривая.
Ослабление России все больше увеличивало вероятность реализ
ации квазисобытия "обособленность" в качестве основного. Это
проявилось еще с конца XII в" когда началось отступление войск
русских князей из Прибалтики под давлением тевтонских рыцарей.
Наиболее заметно ослабление Киевской Руси проявилось во время
и после ее поражения от татаро-монголов. Все это вместе обусловило
переход квазисобытия "обособленность" в основное.
Таким образом, вектор движения квазисобытия "обособленность"
представляет собой сначала кривую, направленную от Центр
а к Периферии, затем - прямую, движущуюся параллельно основному
событию и в итоге сливающуюся с ним. Причем данное
перемещение в рамках Периферии продолжалось около 300 лет.
В результате ко второй половине XIII в. произошла смена событий
и сфер их существования. "Обособленность" стала развив
аться в Центре исторического процесса в качестве основного, а
"единство" переместилось на Периферию и превратилось в квази.
Рассмотрим вектор его движения. Он тоже определялся соотношением
пространственных и временных сил. Причем в XIII -
сер. XV вв. продолжает сохраняться общая тенденция дальней-
шего ослабления России из-за внутренних усобиц, раздробленности,
борьбы с многочисленными внешними врагами. Это уменьш
ало вероятность осуществления
"единства" как основного события.
Оно, увлекаемое временем вверх, двиг
алось также и вглубь исторического
процесса: под действием пространственного
соотношения сил.
На втором этапе (с середины XV в.) вектор движения событий
изменился. Пространственное соотношение сил данных госуд
арств стабилизировалось. Это прекратило дальнейшее перемещение
события "единство" вглубь исторического процесса. В
результате сформировался иной вектор, при котором константное
действие пространственных горизонтальных сил обусловлив
ает четкую вертикальную направленность развития, параллельную
основному событию.
На третьем этапе (вторая половина XV в.) вновь стала реализовыв
аться тенденция к увеличению экономического и военного
могущества Руси. Впервые она проявилась во время и после
Куликовской битвы (1380 г.), когда вероятность присоединения
Прибалтики к России стала возрастать. Событие "единство" на80
чало вновь притягиваться к Центру. Это проявилось в увеличении
количества походов русских войск в Прибалтику (Ливонию).
Первый из них произошел уже через 100 лет после Куликовской
битвы: в феврале 1481 г. Он "продолжался четыре недели.
Взяты были города Каркус и Тарваст, а также посад г. Фелин
а"^. Хотя эта война и не принесла России территориальных выгод,
но новое стремление к присоединению Прибалтийских земель
стало явным.
В один из периодов усиления Российского государства, в нач
але Ливонской войны, событие "единство" после трехсотлетнего
перерыва вновь оказалось основным.
Таким образом, успехи России в боевых действиях против
Ливонского Ордена привели к тому, что произошла новая смена
событий. "Единство" стало основным, фиксируемым, а "обособленность"
- квази, переместившимся на Периферию исторического
процесса. Оно двигалось здесь около 20 лет. Сначала,
по мере побед войск Ивана Грозного, "самостоятельность" удалял
ась от Центра на Периферию, затем, под влиянием нового
периода ослабления России, опять стала приближаться к Центру.
К 1580 г. "самостоятельность", описав на Периферии исторического
процесса кривую, вновь достигла Центра и стала
фиксируемым, наблюдаемым, основным событием.
"Единство" же, перемещаясь на Периферии исторического
процесса, почти на 120 лет стало квазисобытием. При этом в нач
але на его движении сказывалась общая пятисотлетняя тенденция
ослабления России. В ее рамках двадцатилетнее возвращение
события "единство" в середине XVI в. как основного выглядело
случайным эпизодом.
Ослабление России конца XVI - начала XVII вв. и обусловило
движение квазисобытия "единство" в виде поднимающейся
вверх кривой. Затем, в период равновесия сил между данными
государствами, его вектором стала вертикально направленная
прямая. Наконец, с середины XVII в. событие "единство" опять
начало притягиваться к Центру. В конечном счете оно стало основным
в начале XVIII в.
"Обособленность" же, в результате такой рокировки, стала
квазисобытием и переместилась на Периферию исторического
процесса. Первый этап его движения происходил в условиях
усиления России. Ее пик - победоносные войны Петра I начала
^Зимин А. А. Россия на рубеже XV- XVI столетий. - М., 1982, с. 71.
XVIII в. Такое соотношение пространственно-временных связей
и обусловило движение квазисобытия "обособленность" все
дальше от Центра исторического процесса и вверх. Во время
стабилизации (равновесия) соотношения сил между Россией и
странами Прибалтики обозначился новый вектор его перемещения:
в виде вертикально направленной параллельной прямой.
С конца XIX в. стала доминировать тенденция ослабления
Российской империи. Это привело к тому, что направление движения
"обособленности" вновь изменилось. Вероятность осуществления
этого события возрастала. Оно начало притягиваться
к Центру, пока не стало основным в 1917 - 1921 гг.
После революции в России произошла новая закономерная
смена событий: доминировать стала "обособленность". Однако в
этом процессе наступили и качественные перемены.
XX век - время бурного научно-технического развития. Поэтому
изменение соотношения сил совершается крайне быстро.
Данная динамика отразилась и на сокращении сроков периодичности.
Так, после 1920 г. самостоятельность Литвы, Латвии, Эстонии
продолжалась 20 лет: до 1940 г. Это было связано в первую
очередь с изменением соотношения сил уже не столько
между СССР и Прибалтикой, как между СССР и Германией.
Литва, Латвия, Эстония оказались заложниками в "битве гигантов".
Новая мощная супердержава (СССР) нуждалась в выходе
к Балтийскому морю. "Обособленность" была тормозом на ее
пути. Это и предвидел генерал Н.Н. Головин: "Новообразовавшиеся
государства на Балтийском побережье отрезали полутор
астамиллионное Российское государство от моря. Может ли
помириться сильное и значительно более многолюдное государство
с теми стеснениями в его экономическом развитии, которые
оказывают маленькие народы, заслоняющие его от моря и
строящие свое благосостояние на эксплуатации трудного положения
своего большого соседа?"^
Но и Германия тоже стремилась к контролю над этими территориями.
Следовательно, вектор движения события "обособленность"
перемещался в соответствии с изменением соотношения
сил между СССР и Германией, реагируя на каждое из них. Так,
в 1940 г., из-за установившегося между супердержавами равно^Цит.
по: Душа Армии. Русская военная эмиграция о морально-психологических основ
ах российской вооруженной силы // Российский Военный Сборник. Вып. 13. -
М., 1997, с. 26.
весия, СССР без боевых действий получил под свой контроль
страны Балтии. Следовательно, "единство", развиваясь сначала в
виде вертикальной прямой, внезапно изменило направление
движения и стало основным событием.
Советская власть просуществовала в Литве, Латвии, Эстонии
еще год. И все это время "обособленность" зависела от нестабильности
соотношения сил между СССР и Германией. Кроме
того, движение данного квазисобытия осуществлялось "рядом"
с Центром. Следовательно, его реализация в качестве основного
могла наступить в результате любого нового изменения соотношения
сил между супердержавами.
В 1941 г. военно-техническое и экономическое преимущество
Германии привело к тому, что в начальный период Великой Отечественной
войны страны Балтии быстро (за 6 месяцев) оказались
под ее контролем. При этом события уже не описывали
классическую дугу. Главная особенность их перемещения с 1917
по 1941 гг.- прямолинейное движение. Оно отражало примерное
равновесие сил СССР и Германии.
Классическая форма движения событий вновь проявилась в
1941 - 1945 гг. Последняя зависела в основном от неудач и успехов
Красной Армии. Так, в 1941 - 1942 гг., когда она терпела
многочисленные поражения, квазисобытие "единство" удалялось
от Центра и двигалось все далее на Периферию. Его осуществление
становилось все менее вероятным. Это вновь формиров
ало вектор движения в виде направленной вверх кривой.
К 1943 г. наступило равновесие военно-экономических сил
Германии и СССР. После 1943 г. оно изменилось в пользу последнего.
Это обусловило движение события "единство" снач
ала вертикально вверх. Затем оно стало приближаться к Центру.
При этом новое объединение СССР со странами Прибалтики
оказывалось все более вероятным. Наконец, с 1945 г.
"единство" стало основным событием, а "обособленность"
возможным.
В ее движении тоже имели место три периода. Первый связан
с усилением СССР, произошедшим после II Мировой войны. В
данных условиях событие "обособленность" все более отодвигалось
от Центра. Это продолжалось до середины 70-х гг. XX в.,
когда пик усиления СССР прошел и установилось равновесие
сил стран Варшавского договора и НАТО. После этого событие
"обособленность" стало перемещаться вертикально вверх.
В третий период, по мере ослабления экономического, политического
и военного потенциала СССР, вероятность приобретения Литвой,
Латвией, Эстонией независимости росла. Квазисобытие "обособленность"
начало все больше приближаться к Центру исторического
процесса. Их соединение произошло в 1990 - 1991 гг., когда
могущество СССР резко пошатнулось, а его возможности удержив
ать страны Балтии под контролем до предела уменьшились. В результ
ате "обособленность", описав на Периферии исторического
процесса кривую, вновь реализовалась как основное событие.
Самостоятельность Литвы, Латвии, Эстонии, имеющая место в
настоящее время, вовсе не означает, что "единство" совершенно
исчезло. Оно, как квазисобытие, продолжает существовать: невидимое
и не фиксируемое. Станет ли "единство" вновь основным -
предмет специального анализа. Главное в том, что и сейчас идет
"невидимая" работа исторических сил, происходят их горизонт
альные и вертикальные смещения. Последнее и определяет новые
направления исторического развития.
Таким образом, наличие сменяющих друг друга событий позволяет
усомниться в случайности и рассмотренного ранее движения
события "война Франции и Германии " на Периферии исторического
процесса. Действительно, анализ тысячелетней истории
отношений России и стран Балтии говорит о закономерности
данного процесса. Это проявляется в неоднократном повторении
событий, их переходах из одной формы в другую, из Центр
а на Периферию и наоборот.
Схема единства движения основных и квазисобытий отражен
а на рисунках 1, 2, 3.
На рисунке 1 показано движение события "единство". Оно
охватывает как Центр, так и Периферию исторического процесс
а. При этом форма движения в Центре и на Периферии разная.
Особенность движения события "единство" в Центре состоит в
том, что здесь оно всегда перемещается в виде вертикальной прямой,
идущей снизу вверх. Следовательно, общее движение "единств
а" в качестве основного события представляет собой ряд прерывистых
прямых участков.
Вектор перемещения квазисобытия на Периферии представляет
собой кривую, включающую и отрезок прямой, параллельной
основному событию. Если рассматривать движение квазисобытия
на Периферии в целом, то оно состоит из отдельных, не связанных
между собой кривых.
Рис. 1.
Форма движения
события "единство"
Рис. 2.
Форма движения
события "обособленность"
Рис. 3.
Общая форма движения
событий "единство" и "обособленность"
При соединении квази и основных событий возникает единый
непрерывный вектор, охватывающий тысячелетний период их движения
на Периферии и в Центре. Он представляет собой ряд отдельных,
обособленных прямых отрезков, связанных между собой перемещением
квазисобытия.
Таким образом, рисунок 1 отражает движение события "единство",
соединяющее две сферы исторического процесса.
На рисунке 2 рассмотрено событие "самостоятельность". Оно
тоже существует в двух формах: основного и квази. В первом
случае движется прямолинейно, "снизу - вверх". Во втором осуществляет
на Периферии исторического процесса движение как
прямолинейное, так и по кривой. В целом здесь отражен вектор
перемещений события "самостоятельность". В Центре исторического
процесса он представляет собой обособленные, прерывистые
участки. Последние соединены кривыми, отражающими
характер движения на Периферии. Данный вектор тоже выражает
единство различных сфер исторического процесса. Причем в
одном случае (в Центре) они являлись видимыми и фиксируемыми,
а в другом (на Периферии) - не видимыми.
На рисунке 3 показано взаимосвязанное движение "единства"
и "обособленности". Рассмотрим их внешнюю, видимую и фиксируемую
динамику, реализующуюся в Центре исторического
процесса. Она раскрывается в таблице 2.
Таблица 2
Периоды политического единства и самостоятельности
России и стран Балтии
Если на рисунках 1 и 2 события "единство" и "обособленность"
развивались в Центре исторического процесса как чередующиеся
прямые отрезки, то на рисунке 3 Центр выступает
уже как целостное единство. В нем 5 периодов объединения до86
полняются 5 периодами обособленности. Именно эти чередующиеся
события и являются объектом изучения традиционной исторической
науки. Однако нельзя абстрагироваться и от того, что
каждый период существования основного события связан с невидимым
и не фиксируемым движением квазисобытий. Рисунок
3 показывает, что когда "единство" является основным, то "обособленность"
выступает как квазисобытие и наоборот.
Таким образом, развитие основного, фиксируемого варианта
опосредуется движением квазиварианта на Периферии. Именно
эта, невидимая и не фиксируемая в традиционной исторической
науке, сфера исторического процесса практически не изучается.
Однако она наиболее интересна и важна. Ее изучение позволит
выявить новые закономерности эволюции основного варианта.
Более того, учет движения квазивариантов на Периферии исторического
процесса имеет не только чисто теоретический, но и практический
интерес. Он позволит лучше и полнее раскрыть, выявить
сущностный характер изучаемых явлений. В этом единстве
сфер раскрывается механизм и характер поливариантности.
В настоящее время уже предпринимаются попытки такого подход
а к историческому процессу. Например, получила широкое
распространение его "древовидная теория". Здесь "ствол" - исторический
процесс, а растущие на нем "ветви" - варианты. В соответствии
с ней картина эволюции любой страны (например, современной
России) выглядит следующим образом: "где-то развив
ается информационно-технологическая ветвь, рядом пробивает
путь росток возможного возврата к коммунизму, не исключен и
перескок на виток тоталитарного развития, есть и угроза возникновения
фашизма - это ветвь, которая также произрастает"^.
Главный недостаток "древовидной теории" в том, что она
имеет дело с внешними проявлениями исторического процесса,
не вскрывает его сущность и структуру.
Однако в рамках исторической науки формируется и другое
направление изучения поливариантности. Оно исходит из того,
что "история образуется как следствие изменения организации
и структуры... системы"^. Применение такого подхода означало
бы уже большой шаг вперед в изучении поливариантности исторического
процесса. В то же время оно бесполезно, если "ре^Лешкевич
Т. Г. Постнеклассическая методология: эволюция парадигмы фундамент
альной философии // Вестник МГУ. Серия " Философия", 1998, #6, с. 53.
^Косолапов В.В. Методология социального прогнозирования. - Киев, 1981, с. 56.
ализация одной из возможностей исключает, уничтожает, реализ
ацию всех других возможностей"^. Изучение поливариантности
необходимо как раз потому, что любой вариант "накладыв
ает существенный отпечаток на ...тенденцию общественного
развития"^.
Кроме того, данный подход дает возможность показать исторический
процесс в целом, выявить его закономерности, основ
анные на единстве формы и содержания, решить ряд стоящих
перед исторической наукой проблем. Например, линеарная теория
исторического процесса исходит из абсолютизации одного:
свершившегося варианта. Его движение прямолинейное. Здесь
пространственное соотношение сил нейтрализуется. Следовательно,
доминирующее место занимает вертикально направленн
ая сила времени. Отсюда можно определить новое место и
роль линеарной теории в исторической науке. Она не может
рассматриваться как универсальная, пригодная для анализа всех
сфер исторического процесса. На наш взгляд, адекватная обл
асть ее применения - Центр исторического процесса. В сфере
существования квазивариантов ее эвристический потенциал
резко снижается, а использование становится нецелесообразным.
Более того, "признание развития материи по "прямой линии"...
равносильно признанию порождения материи, поскольку
подобного рода развитие необходимо должно иметь начало,
когда-то начаться"^.
Циклическая теория тоже может получить иную интерпрет
ацию. Поскольку ее сторонники анализировали основной вари
ант, постольку они установили лишь общую закономерность
смены действий и событий. Так, Плутарх проанализиров
ал сходные ситуации и поведение правителей Древней Греции
и Рима в течение 6 веков. В XII в. китайский поэт Ч. Сяосун
утверждал: "Но у истории свои законы: за процветанием
приходит гибель"^. Ибн Халдун, Полибий, Дж. Вико и др. выявили
повторяющиеся фазы в развитии различных государственных
образований.
Однако элиминирование движения этих событий на Периферии
не позволило раскрыть целостный механизм их перемеще^Волобуев
П.В. Выбор путей общественного развития. - М., 1987, с. 24.
^Могильницкий Б.Г. Введение в методологию истории. - М., 1989, с. 56.
^Лолаев Т.П. Почему вечность не бесконечное время // Вестник МГУ. Серия "Философия",
1998, #2, с. 90.
^Цит. по: Семенов Ю. И. Секреты Клио. - М., 1996, с. 85.
ния в рамках исторического процесса. Следовательно, понять
природу цикличности можно только исходя из единства его различных
сфер.
Итак, нами сделана попытка формирования нового объекта
исторической науки, охватывающего совершаемое в прошлом
движение действий и событий в Центре и на Периферии исторического
процесса. Его изучение открывает новые возможности и
перспективы развития исторической науки. "У виртуальной истории
есть настоящее и будущее"^.
^Ржешевский О. А. Ученые Великобритании о виртуальной истории // Одиссей. Человек
в истории. 2000. - М., 2000, с. 46.
Закладка в соц.сетях
