Глава 7

НОВЫЕ ШАНСЫ, НОВЫЕ УГРОЗЫ

Легко признать верность тезиса, что перспективы и возможности
быстрого роста в постсоциалистических экономиках взаимосвяз
аны с процессами, одновременно происходящими в европейской
и мировой экономике. Некоторые из них позитивно сказываются
на скорости и устойчивости роста. На этом основании можно ожид
ать, что в некоторых из стран, переживающих системную трансформ
ацию, будет происходить долгосрочный процесс достижения
уровня высокоразвитых стран. Приведем ряд аргументов.

Первый связан с фактом, что процесс наверстывания отставания
в уровне технического развития уже набирает силу. Благодаря
глобализации трансферт новых технологий из более развитых
стран содействует росту конкурентоспособности всех развивающихся
рынков, в том числе и постсоциалистических. Если только
экономика функционирует на здоровых макроэкономических основ
аниях и в условиях финансовой стабильности, а также при
наличии соответствующих политических институтов, увеличивающиеся
трансферты технологий приводят к заметному ускорению
темпа роста (Cohen, 1998). Именно на этой почве процесс выравнив
ания уровней будет наиболее очевидным и плодотворным.

Вполне логично заключить, что ceterisparibus этот фактор принесет
в долгосрочной перспективе увеличение темпа роста хотя
бы на один процентный пункт. Трансферт технологий вызывает
повышение квалификации рабочей силы, и производительность
труда растет быстрее, чем его оплата. По этой же причине скорость
роста производства, созданного с привлечением прямых иностранных
инвестиций высокоразвитых стран в менее развитые, будет
выше средней. Этот механизм наверстывания отставания уже находится
в движении, хотя его трудно заметить во всем сложном
многообразии изменений, происходящих в переходных экономик
ах в рамках цикла рецессия -" оживление -" рост. Иными словами,
если бы не современная фаза глобальной технологической
революции и трансферта ноу-хау, трансформационная рецессия
могла бы оказаться в некоторых странах еще глубже и продолж
аться дольше и в то же время в других оживление было бы относительно
слабее, а рост - медленнее.

91

Распространение новых технологий и ноу-хау влияет, однако,
не только на повышение квалификации рабочей силы. Одновременно
в результате глобализации происходят также негативные
процессы утечки мозгов, лишающие переходные страны части
высококвалифицированных кадров. Это явление очевидно ограничив
ает способность их экономик к конкуренции и экспансии, а
следовательно, необходимы предупредительные меры в виде лучшего
вознаграждения высококвалифицированных кадров и увеличения
потока инвестиций в развитие человеческого капитала.

Значение прямых иностранных инвестиций, а также трансферт
а новых технологий и управленческих навыков очень велико,
поскольку облегчает сдерживание утечки человеческого капитал
а. Страны, которые находятся впереди в процессе трансформации
и тем самым абсорбируют большую часть потока прямых иностр
анных инвестиций (такие, как Венгрия и Польша), уже сейчас
фиксируют положительное сальдо миграции квалифицированной
рабочей силы. Это означает, что приток квалифицированных работников
в эти страны больше, чем отток. Этот процесс касается и
тех, кто когда-то выехал из страны, - как сейчас оказывается, только
временно, - и возвращается в поисках лучше оплачиваемой
работы. Сегодня ее чаще можно найти в своей собственной стране,
в родной части мировой экономики.

Второй аргумент связан с процессом глобальной экономической
интеграции. Трансформация является чем-то большим, чем
только необходимой составляющей глобализации. Постсоциалистические
экономики имеют шанс стать одним из главных бенефици
аров этого многостороннего процесса. Но ее образ не монолитен,
поскольку значительную роль играют геополитические
факторы. В лучшей ситуации находятся страны Центральной и
Восточной Европы, ведущие переговоры о присоединении к Европейскому
Союзу (ЕС)^. Благодаря интеграции сильный импульс

^После нового этапа расширения ЕС в 1995 г. союз насчитывает 15 членов
(Австрия, Бельгия, Великобритания, Германия, Дания, Греция, Испания,
Ирландия, Италия, Люксембург, Нидерланды, Португалия, Финляндия,
Франция, Швеция), и еще 13 добиваются принятия. Кроме постсоциалистических
стран (Болгария, Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Словакия, Словения,
Румыния, Чехия, Эстония), на принятие в ЕС претендуют Кипр и
Мальта. Турция также намерена присоединиться к ЕС, однако пока она не
получила формального приглашения к официальным переговорам о присоединении.
Необходимо постоянно помнить, что интеграция постсоциалис92

для роста получат в первую очередь Чехия, Эстония, Польша, Венгрия
и Словения, затем Болгария, Литва, Латвия, Словакия и Румыния,
а также Хорватия.

Эта надежда основана на ряде факторов. Названные страны намного
быстрее, чем другие, приспосабливают свои институцион
альные решения к правилам, обязательным в Евросоюзе, что в
долгосрочном периоде содействует росту. Они также могут рассчитыв
ать на относительно больший приток прямых иностранных
инвестиций. Уже сейчас перспектива членства в ЕС обеспечивает
значительный объем таких инвестиций^ (таблица 6).

Приток столь необходимого капитала будет продолжаться и
далее, и поэтому упомянутая группа стран будет развиваться быстрее,
чем другие переходные экономики, и, похоже, быстрее, чем
другие регионы мира. Интеграция с Европейским Союзом может
увеличить долгосрочный уровень роста на несколько процентных
пунктов. Положительное сальдо ресурсов из Западной Европы в
Центральную будет для этого дополнительным катализатором.

Третий аргумент связан с углублением знаний по экономическим
и финансовым вопросам. Этот аспект еще не оценен в той степени,
как технологическая революция, но и он во все большей мере
будет влиять на постепенное уменьшение разрыва между постсоци
алистическими и высокоразвитыми рыночными странами. Уптических
стран ЦВЕ с развитыми европейскими странами остальной части
континента - это качественно отличный процесс от предыдущего процесса
экспансии ЕС и расширения его границ (Eatwell et al., 1997; Nuti, 2001).

^Из немалой суммы около 104 млрд дол., которые пришли в виде прямых
иностранных инвестиций в 1989 - 1999 гг. во все переходные страны, около
55% размещены в пяти странах Центральной и Восточной Европы - наиболее
продвинутых как в экономических преобразованиях, так и в проведении
переговоров, касающихся их членства в Европейском Союзе. К ним относятся
Чехия, Эстония, Польша, Венгрия и Словения. Больше всего из них
привлекла Польша - около 20% общей суммы этих инвестиций. Если, в свою
очередь, принять во внимание объем прямых иностранных инвестиций, напр
авленных только в ЦВЕ, то окажется, что упомянутая группа привлекла
77% прямых иностранных инвестиций, в том числе Польша около 30%. Следует
подчеркнуть, что в этом случае переливы капитала представляют собой
фактически чистый приток капитала, потому что эти страны, памятуя
об утечке капитала из России, не размещают никаких своих инвестиций за
границей. Если же поглубже вглядеться в это явление, то чистые потоки капит
ала на всем пространстве ЦВЕ и бывшего СССР на протяжении первого
десятилетия трансформации приобретают отрицательное значение: статистически
- для всей группы, фактически же - для России.

93

Таблица 6
Прямые иностранные инвестиции в 1989 - 2000 гг.
(в долларах США)

1989; ...; 2000( Предварительные оценки); Общий приток прямых иностранных
инвестиций, 1989 - 2000; Стоимость иностранных инвестиций на человека, 1989 -
1999.

Венгрия
187; 311; 1459; 1471; 1328; 1097; 4410; 1987; 1653; 1453; 1414; 1650; 18420;
1764;

Чехия
НД*; НД; 511; 983; 563; 749; 2526; 1276; 1275; 2641; 4912; 6000; 21436; 1447;

Эстония
НД; НД; НД; 58; 156; 212; 199; 111; 130; 574; 222; 250; 1912; 1115;

Латвия
НД; НД; НД; 43; 50; 279; 245; 379; 515; 303; 331; 300; 2445; 866;

Хорватия
НД; НД; НД; 13; 78; 106; 96; 509; 302; 781; 1350; 450; 3685; 716;

Словения
-14; -2; -41; 113; 111; 131; 183; 188; 340; 250; 144; 50; 1453; 701;

Литва
НД; НД; НД; НД; 30; 31; 72; 152; 328; 921; 478; 295; 2307; 545;

Польша
НД; 0; 117; 284; 580; 542; 1134; 2741; 3041; 4966; 6642; 10000; 30047; 518;

Словакия
10; 24; 82; 100; 107; 235; 194; 199; 84; 374; 701; 1500; 3610; 391;

Болгария
НД; 4; 56; 42; 40; 105; 98; 138; 507; 537; 805; 500; 2832; 284;

Румыния
НД; -18; 37; 73; 87; 341; 417; 415; 1267; 2079; 949; 500; 6147; 252;

Албания
НД; НД; 8; 20; 45; 65; 89; 97; 42; 45; 51; 92; 554; 137;

Македония
НД; 0; 0; 0; 0; 24; 12; 12; 18; 175; 27; 100; 368; 134;

ЦВЕ-13
183; 319; 2229; 3200; 3175; 3917; 9675; 8204; 9502; 15099; 18026; 21687;
95216; 636;

Казахстан
НД; НД; НД; 100; 473; 635; 964; 1137; 1320; 1143; 1584; 1500; 8856; 494;

Азербайджан
НД; НД; НД; НД; 20; 22; 282; 661; 1093; 1024; 510; 274; 3886; 448;

Туркменистан
Нд; НД; НД; 11; 79; 103; 233; 108; 108; 62; 89; 100; 893; 159;

Армения
НД; НД; НД; 0; 1; 8; 25; 18; 52; 221; 131; 150; 606; 120;

Грузия
НД; НД; НД; НД; 0; 8; 6; 54; 236; 221; 96; 109; 730; 116;

Киргизстан
НД; НД; НД; НД; 10; 38; 96; 47; 83; 109; 35; 42; 460; 87;

Молдова
НД; НД; НД; 17; 14; 18; 73; 23; 75; 86; 33; 100; 439; 79;

Россия
НД; НД; НД; 700; 400; 500; 1663; 1665; 4036; 1734; 746; 2000; 13444; 71;

Беларусь
НД; НД; 50; 7; 18; 11; 15; 73; 198; 142; 225; 100; 839; 67;

Украина
НД; НД; НД; 200; 200; 151; 257; 526; 581; 747; 489; 750; 3901; 55;

Узбекистан
НД; НД; НД; 9; 48; 73; -24; 90; 167; 226; 201; 231; 1021; 32;

Таджикистан
Нд; НД; НД; 9; 9; 12; 20; 25; 30; 24; 21; 30; 180; 25;

СНГ-12
НД; НД; 50; 1053; 1272; 1579; 3610; 4427; 7979; 5739; 4160; 5386; 35255; 146;

Итого ЦВЕ и СНГ 25
183; 319; 2279; 4253; 4447; 5496; 13285; 12631; 17481; 20838; 22186; 27073;
129969; 410

*НД - нет данных.

Источник: ЕБРР, 1997 и 2000.

94

равление на макро- и микроуровнях стало сейчас гораздо более
сложным, чем когда-либо (Kozminski, 1993). В то же время наши
знания о способах решения экономических проблем также продвинулись
достаточно далеко вперед. Однако практика доказывает,
что эти знания многими группами населения, в том числе упр
авленческими и политическими элитами, приобретаются с некоторым
опозданием, что имеет как естественные причины,
например культурные, так и политические. Тем не менее в контексте
разных аспектов интеграции с европейской и мировой экономик
ами следует ожидать последующего прогресса в этой важной
сфере. Уже многое достигнуто, и можно надеяться на еще большее
ускорение процесса освоения нового опыта благодаря участию
в мировой экономике. Хотя этот фактор не является измеряемым,
он положительно влияет на процессы роста в переходных
экономиках.

Наконец, четвертый аргумент связан с тем, что трансформация
вкупе с глобализацией и особенно прогрессом в создании институций
приводит со временем к элиминированию узких мест в
системе и структурных деформаций, унаследованных от прошлого
или возникших на первых этапах трансформации. Отсюда следует,
что трансформация влияет на улучшение производительности
труда и общей экономической эффективности (Fischer, Sahay,
Vegh, 1997). Итак, есть основания предположить, что постсоциалистические
страны будут характеризоваться более быстрым темпом
роста, чем в среднем мировая экономика, и особенно промышленно
развитые страны. Если так действительно будет, то с течением
времени переходные страны будут в состоянии преодолеть
значительный разрыв, который отделяет их сегодня от развитых
экономик.

Однако чтобы запустить в полном объеме механизмы достижения
состояния высокоразвитых стран и долгосрочного выравнив
ания уровней развития, необходимо задействовать политические,
культурные и институциональные факторы, что в свою очередь
зависит от достижения отмеченных условий. Сегодня, по
прошествии десяти лет трансформации, обнаруживается, что в
ряде стран - хотя еще не во всех - такие факторы и условия уже
хотя бы частично имеются.

К сожалению, реальные взаимосвязи и взаимовлияние трансформ
ации и глобализации не окрашены только в розовые тона.
Надо быть глухим, чтобы не услышать высказываемые в этих

95

странах (и не только в них) опасения по поводу глобализации,
особенно в условиях трансформационной перестройки и возникшего
во многих случаях ослабления конкурентоспособности
этих экономик. Надо быть слепым, чтобы не заметить, что значительн
ая часть этих страхов имеет не только психологические
основания, но и глубоко рациональные, настолько же, как рацион
ален страх, который испытывает боксер на ринге перед нач
алом боя с опытным мастером, находящимся к тому же в более
тяжелой весовой категории. Наивно было бы полагать, что
трансформация вкупе с глобализацией приведет к становлению
исключительно современной и развитой социальной рыночной
экономики.

Более того, такой сценарий стал бы, скорее, исключением и мог
быть реализован только в некоторых странах, претендующих на
членство в Европейском Союзе. Необходимыми условиями являются
проведение общественно сбалансированных системных реформ
и реализация такой стратегии экономического развития,
которая должна принимать во внимание императив формирования
капитала страны, а также заботиться о создании институтов,
способствующих развитию национальной промышленности.

К сожалению, в поддающемся прогнозированию на несколько
десятков лет будущем в большинстве постсоциалистических
стран будет возникать зависимая рыночная экономика с доминирующим
в ключевых секторах иностранным капиталом, инвестиров
анным узкими группами интересов и местной олигархии.

Хотя китайский путь к капитализму, по крайней мере до сих
пор, является отрицанием подобной тенденции, появление именно
такого особого постсоциалистического капитализма, подчиненного
интересам богатых стран, демонстрируют многие постсоци
алистические страны Центральной и Восточной Европы и,
в относительно меньшем масштабе, страны Содружества Независимых
Государств.

До сих пор ход трансформации доказывал, что сложилось много
деструктивных альянсов иностранных и отечественных групп
интересов, которые эффективно, с точки зрения своих партикулярных
целей, извлекают выгоду из процессов, сопутствующих
трансформации, особенно связанных с приватизацией и либерализ
ацией торговли, а также процессом дерегулирования движения
капитала. Особенно ярким примером является финансовый
кризис 1997 г., который надломил албанскую экономику. Вслед за
разрушениями, спровоцированными кризисом, дело дошло до во96

оруженного конфликта, который оказался необходимым для восст
ановления относительного общественного покоя. Правда, накануне
сбережения в размере около 60% ВНП (sic!) этого беднейшего
европейского народа были изъяты и в основном переведены за
границу, что не могло произойти без активного участия в этом грабеже
иностранных партнеров.

Это только один пример, но ведь можно найти подобный (хотя
и не столь яркий) в каждой из переходных стран. Масштаб подобного
рода негативных явлений разный, на что влияет как сила
институций нарождающейся рыночной экономики и степень зрелости
политической демократии, так и общий уровень культуры
общественной жизни и особенно способ участия в ней средств
массовой информации. Последние могут как содействовать борьбе
с негативными процессами, так и более или менее осторожно в
них участвовать и даже управлять ими.

Помощь высокоразвитых капиталистических стран иногда оказыв
алась иллюзией, поскольку в действительности не раз случалось,
что она являлась помощью не для постсоциалистических
экономик как таковых, а исключительно для части их политических
элит, содействующих в обмен на это реализации интересов
мнимых жертвователей. Джанин Р. Уидл демонстрирует механизмы
таких действий на примере многих стран (в том числе Польши
начала 90-х, хотя прежде всего - России) и совершенно верно утвержд
ает, что "входе процесса глобализации вопрос о национальности
действующих лиц становится все менее важным. Мировая элит
а, которая имеет все больше связей друг с другом и все меньше -
со своими родными странами, рассматривает себя не как америк
анцев или россиян, а как членов эксклюзивного клуба"^.

И это, к сожалению, правда. Нельзя, впрочем, бросаться в край-
ности, обобщать или недооценивать эти негативные явления, поскольку
они ослабляют экономическую результативность трансформ
ации и уменьшают ее общественную поддержку, а при случ
ае способствуют возникновению антиглобалистских настроений.
И хотя фактом является то, что подобного рода девиации эконо^Цит.
по "Johnson's Russia List". 2000. #4661. 30 November. Джанин
Р. Уидл - профессор антропологии в университете Питсбурга, внимательный
наблюдатель и конструктивный критик недостатков идущей трансформ
ации - награждена Grawemeyer Award for Ideas Improving World Order за
книгу, анализирующую так называемую иностранную помощь (прежде всего
американскую) переходным странам (См.: Wedel, 1998).

97

мических отношений не были бы возможны, если бы не глобализ
ация, тем не менее не ее в том вина, что имеют место нечестные
игры части политических и экономических элит, которые в
условиях глобализации чувствуют себя как рыба в воде, получ
ая кое-что благодаря интенсивной реализации своих, не всегд
а безукоризненных интересов. Такая возможность возникает,
прежде всего, вследствие институциональной слабости постсоци-
алистических стран, из-за отсутствия решимости политических
элит противостоять подобного рода положению дел, а также из-за
ошибочного представления, что свободный рынок дает зеленый
свет всему.

Одновременное течение процессов глобализации и трансформ
ации означает, что капиталистические отношения успешно охв
атывают весь мир, в том числе его постсоциалистическую часть.
Но поскольку природа вещей такова, что на этом этапе истории
постсоциалистический мир гораздо слабее институционально и
гораздо хуже обеспечен капиталом, на первый план выдвигается
зависимость от институциональной зрелости и обеспеченности
капиталом, который может предоставить развитая часть мировой
экономики.

Ситуация, в которой в большой степени еще находятся постсоци
алистические экономики, необязательно и не всегда и, уж
конечно, не во всем благоприятно отражается на будущем. Если
даже кто-то когда-то верил, что в результате системной трансформ
ации путь из так называемого "второго мира" социалистических
стран непосредственно и быстро приведет к "первому
миру" развитых капиталистических стран, то пора бы принять
более правдоподобный сценарий, по которому эта дорога, скорее,
приведет в "третий мир". А будут ли эти страны названы
"восходящими" рынками или "развивающимися", не имеет большого
значения.

Глобализация ограничивает свободу переходных стран как в
выборе, касающемся типа экономической политики, так и в способ
ах конструирования институций рыночной экономики. Фин
ансовая политика должна считаться с требованиями, предъявляемыми
либо МВФ (с большим количеством ограничений, накл
адываемых доктриной неолиберального монетаризма,
применимость которого в переходных экономиках существенно
ограничена), либо критериями acquis communautaire (для стран,
стремящихся в Европейский Союз). Медленно и во все возраста98

ющем масштабе идет понимание и принятие экономического "естественного
порядка вещей". В противном случае страны, которые
не открываются глобальной, или свободной, международной
торговле и притоку иностранных инвестиций, будут обречены на
неудачу.

Глобализация, однако, не принуждает к унификации системных
решений и проводимой политики как минимум на этапе развития.
Правительства поэтому имеют огромную возможность
проявить себя, и действительный объем их свобод при проведении
совершенно суверенных решений во многих животрепещущих
делах порой превосходит возможности их результативной
деятельности. При этом, в любом случае, они не избавлены и еще
многие поколения не будут избавлены от ответственности за судьбу
национальной экономики.

Теоретически для развития постсоциалистической экономики
глобализация дает в итоге больше шансов, чем создает препятствий.
Но чтобы в действительности сальдо фактической пользы,
получаемой в результате умелого извлечения этих дополнительных
шансов и дополнительно понесенных потерь, было положительным,
необходимо выполнение как минимум двух условий:

- нельзя допустить потери экономического суверенитета на раннем
этапе преобразований и, следовательно, принципиального
ограничения способности самостоятельно влиять на процессы
воспроизводства;

- необходимо обладать собственной программой институцион
альных реформ и связанной с ней стратегией общественноэкономического
развития, которая позволит с пользой для всей
страны и экономики (прежде всего национальной) участвовать
в глобализации, разворачивающейся все 24 часа в сутки^.

К сожалению, во многих странах эти условия не созданы, что
связано либо с достаточно высокой степенью зависимости от внешнего
финансирования, либо с отсутствием соответствующей концепции
экономической политики.

^Эти 24 часа имеют не только символическое значение. Следствием глобализ
ации явилось то, что хозяйственный процесс не прерывается ни на минуту,
и поэтому за пределами каждой национальной экономики непрерывно идут
процессы, которые имеют к ней непосредственное отношение. Зато политик
а, в том числе экономическая, замирает в ночное время. Раньше это не имело
значения, потому что "все" спали. Сейчас же постоянно кто-то не спит и
постоянно кто-то реализует свои интересы, не заботясь о нас.

99

Бесспорно, каждая переходная постсоциалистическая экономик
а сразу после своего открытия внешним рынкам оказывается
опутанной внешней финансовой зависимостью. Перед лицом одновременно
увеличивающейся потребности в капитале и глубокой
трансформационной рецессии все эти страны очень скоро оказыв
аются обремененными быстро растущей задолженностью, при
этом у некоторых стран задолженность превосходит не только их
текущие возможности выплаты, но и будущие. И поэтому они
быстро попадают в долговой капкан. Так произошло со многими
постсоциалистическими странами, начиная с маленькой Албании,
большей Украины и заканчивая огромной Россией^. Избежал этой
опасности только Китай, идя своей дорогой и, несмотря на глобализ
ацию, не теряя контроля над собственной экономикой.

Если же задолженность страны становится слишком большой,
то, учитывая сегодняшнее состояние институциональной системы
в мире, она вынуждена искать поддержки в МВФ, поскольку
иначе не получит доступа к частным рынкам капитала. Формально
никто ей не переходит дороги, но без взаимопонимания с МВФ
de facto страна лишается такой возможности. В конце концов доступ
к безвозмездному финансированию из-за рубежа зависит
от принятия условий, установленных в рамках стабилизационных
программ МВФ, который всегда предлагает достаточно од^Уже
известно, что Россия вновь, несмотря на краткосрочную реструктуриз
ацию, не сможет оплатить свой иностранный долг в 2003 г., когда накопятся
платежные обязательства на сумму более 17 млрд дол. В этой связи возобновляются
предложения по покрытию части иностранного долга за счет
активов государственной собственности, предназначенных для денационализ
ации. Даже если это не приобретет формы замены долга на паи, то в экономическом
смысле регулирование обязательств должно уже сегодня привести
к тому, чтобы обслуживание государственного долга в еще большей
степени обеспечивалось доходами от приватизации. Именно так происходит
в Польше. Несмотря на то что первичный иностранный долг, составлявший
в начале 90-х гг. более чем 40 млрд дол., был сокращен наполовину и с
этого времени нормально обслуживался, иностранная задолженность на
конец 90-х гг. возросла до 70 млрд дол. (общий долг правительства, центр
ального банка и предприятий). Только в 1998 - 2000 гг. он скачкообразно
увеличился более чем на 21 млрд дол., уменьшив тем самым свободу маневриров
ания правительства и задолжавших предприятий. Хуже того, это не
улучшило конкурентоспособности экономики, что выразилось в одновременном
увеличении в 2,5 раза дефицита текущего счета - с 3% ВНП в 1997 г.
до 7,5 в 1999 г. Лишь в 2000 г. этот дефицит немного снизился, но по-прежнему
почти двукратно превышал (6,1%) уровень 1997 г.

100

носторонне сконструированную (согласно жесткой линии так назыв
аемого Вашингтонского консенсуса) политику системных
реформ (Kolodko, 1998). Если пакет реформ включает второй упомянутый
компонент, т. е. осмысленную экономическую политику,
то ситуация улучшается. К сожалению, так происходит не всегда,
потому что осуществление экономической политики, оторванной
от рекомендаций, поступающих извне, даже если они справедливы,
политические элиты многих постсоциалистических стран рассм
атривают как важный символический критерий суверенитета.

Несмотря на это, во всех переходных странах, и даже во всем
мире, наблюдается переоценка значения внешнего политического,
институционального и финансового факторов. Одни страны
справляются лучше, а другие хуже не потому, что слушают рекоменд
ации МВФ и иные внушения со стороны, идущие из разных
уголков глобализованной экономики. Они справляются лучше или
хуже потому, что имеют более или менее успешную собственную
экономическую политику и будущее определяется именно качеством
этой политики, а не чьими-либо советами.

Мировой рынок, возникающий в результате глобализации, обл
адает всеми достоинствами любых рынков - аллокационной эффективностью,
способностью к адаптации по отношению к меняющимся
условиям процесса производства, благодатными условиями
для предпринимательства и т. д. В то же время, к сожалению, он
обладает также и всеми недостатками рынков - безработицей, отриц
ательными внешними эффектами, неравенством в доходах, маргин
ализацией и исключением части населения из участия в процессе
общественного производства и потребления, нестабильностью,
приводящей к производственным и финансовым кризисам, и
т. д. Т

Закладка в соц.сетях