Жанр: Электронное издание
Станислав Лем.
Сумма технологии
"Чем же, собственно, является эта "Сумма"? Собранием эссе о судьбах
цивилизации, пронизанным "всеобщеинженерным" лейтмотивом? Кибернетическим
толкованием прошлого и будущего? Изображением Космоса, каким он
представляется Конструктору? Рассказом об инженерной деятельности Природы
и человеческих рук? Научно-техническим прогнозом на ближайшие тысячелетия?
Собранием гипотез, чересчур смелых, чтобы претендовать на подлинную
научную строгость? - Всем понемногу. Насколько же можно, насколько
допустимо доверять этой книге? - У меня нет ответа на этот вопрос. Я не
знаю, какие из моих догадок и предположений более правдоподобны. Среди них
нет неуязвимых, и бег времени перечеркнет многие из них". Так сам автор
определяет круг вопросов, рассматриваемых в этой книге, и свое отношение к
ним. В увлекательной форме С. Лем касается как многих проблем современной
науки, так и проблем, которые встанут перед наукой будущего.
Популярнейший писатель-фантаст, С. Лем выступает в этой книге в новом
для советского читателя жанре. Но как и в других своих произведениях, он и
здесь остается умным и очень интересным собеседником.
Редакция научно-фантастической и научно-популярной литературы
В. В. Парин. К советскому читателю
Предисловие автора к русскому изданию
Предисловие к первому изданию
Предисловие ко второму изданию
ГЛАВА ПЕРВАЯ. ДИЛЕММЫ
(a) Вступление
(b) Подобия
й Различия
(d) Первопричина
(e) Несколько наивных вопросов
(a) Формулировка проблемы
(b) Формулировка метода
й Статистика космических цивилизаций
(d) Космический катастрофизм
(e) Метатеория чудес
(f) Уникальность человека
(g) Разумная жизнь: случайность или закономерность?
(h) Гипотезы
(i) Votum separatum
(j) Перспективы
(a) Возвращение на Землю
(b) Мегабитовая бомба
й Великая игра
(d) Мифы науки
(e) Усилитель интеллекта
(f) Черный ящик
(g) О морали гомеостатов
(h) Опасности электрократии
(i) Кибернетика и социология
(j) Вера и информация
(k) Экспериментальная метафизика
(l) Верования электронного мозга
(m) Призрак в машине
(n) Затруднения с информацией
(o) Сомнения и антиномии
(a) До хаоса
(b) Хаос и порядок
й Сцилла и Харибда, или Об умеренности
(d) Молчание Конструктора
(e) Безумие, не лишенное метода
(f) Новый Линней, или О систематике
(g) Модели и действительность
(h) Плагиат и созидание
(i) Область имитологии
(a) Основы фантоматики
(b) Фантоматическая машина
й Периферическая и центральная фантоматика
(d) Пределы фантоматики
(e) Цереброматика
(f) Телетаксия и фантопликация
(g) Личность и информация
(a) Вступление
(b) Выращивание информации
й Гностическое конструирование
(d) Конструирование языка
(e) Конструирование трансцендентности
(f) Космогоническое конструирование
(a) Вступление
(b) Реконструкция вида
й Конструкция жизни
(d) Конструкция смерти
(e) Конструкция сознания
(f) Конструкции, основанные на ошибках
(g) Бионика и биокибернетика
(h) Глазами Конструктора
(i) Реконструкция человека
(j) Киборгизация
(k) Автоэволюционная машина
(l) Экстрасенсорные явления
Заключение
Примечания
Б. В. Бирюков, Ф. В. Широков.
О "Сумме технологии", об эволюции, о человеке
и роботах, о науке... (Опыт оценки)
Б. В. Бирюков, Ф. В. Широков.
О "СУММЕ ТЕХНОЛОГИИ", ОБ ЭВОЛЮЦИИ, О ЧЕЛОВЕКЕ И РОБОТАХ, О НАУКЕ...
ОПЫТ ОЦЕНКИ
Итак, читатель, ты перевернул последнюю страницу и хотел было
отложить книгу. Но тут ты заметил послесловие. Не досадуй, мы ведь тоже
были читателями, только несколько раньше тебя! Поговорим же о книге. Нам
поневоле придется делать ссылки на текст, за что мы приносим тебе свои
извинения.
Имя Станислава Лема, конечно, тебе известно. Это - польский писатель,
фантаст, многие его романы и рассказы переведены на русский язык. Здесь и
"Магелланово облако", и "Астронавты", и "Вторжение с Альдебарана" и многое
другое. Однако думал ли ты, что в этих произведениях, помимо
увлекательного сюжета, необычайных фантастических реалий, роботов с
характерами людей, а подчас и людей с психикой роботов, помимо всех этих
литературных "изобретений", есть еще и некая общая идея, некая концепция.
Руководствуясь ею, Лем, как мастер-кукольник, расставляет по сцене своих
марионеток. В этом - секрет успеха, в этом - секрет самого творчества.
Эта общая концепция в виде довольно пухлой книги лежит сейчас перед
тобой, читатель!
Вскоре мы займемся ее разбором, а пока заметим, что у Лема есть еще и
оформление сцены, так сказать бутафория, декорации. Как он не похож этими
декорациями на многих других фантастов! У тех они просто "наполнитель",
ведь нужно же дать герою какую-нибудь профессию, во что-то одеть его,
посадить на какой-то корабль... У Лема, если уж профессия-то, значит, о
ней говорят в научных кругах, ее ждут и предчувствуют; если одежда - то из
таких загустевающих в воздухе хлопьев, в которые нас завтра оденет химия;
если корабль, то, хотя, быть может, и не в точности такой, который завтра
понесет экипаж к Марсу, но все же - один из "реальных" проектов,
опубликованных в общенаучном журнале... Это именно корабль, а не
фантастический "наполнитель"!
Творчество Лема глубоко уходит своими корнями в современную науку, в
тот новый мир, в котором начинает жить человечество. Лем не пугается
никакой науки; врач по образованию, он "не страшится" биологии, но
задумывается и над астрономией, пытается проникнуть в физику и даже
заглядывает в Храм Абстракции, у врат коего меч математики преграждает
путь профану... Но оставим этот панегирик и перейдем к разбору самой
книги.
О названии
Прежде всего - о названии: "Сумма технологии". Не передразнивает ли
автор Фому Аквината? Его "Сумму теологии"? Фому, этого крупнейшего
средневекового богослова, который был уверен, что в божественном
откровении предначертано развитие Вселенной и человеческого рода, что в
нем заключена вся истина о прошлом, все сведения о настоящем и все
предвидение будущего.
Прогнозирование
Однако что же кроется за этим названием, что представляет собой книга
Лема по существу?
Автор говорит, что когда он писал "Сумму", названия "футурология" -
наука о будущем - не существовало. Сейчас этот термин установился и книгу
Лема можно отнести к этой дисциплине. По-видимому, писателю-фантасту с
философским складом ума вполне естественно взяться за книгу именно по
футурологии. Впрочем "Сумму технологии" не так-то легко классифицировать,
здесь на широком полотне Лем крупными мазками набросал картину возможного
развития человечества. Книга его примыкает к тем исследованиям, которые
получили ныне название науковедения 1. Она примыкает и к другим
направлениям, пока еще безымянным. Мы имеем в виду, скажем, книгу
И.С.Шкловского "Вселенная, жизнь, разум" - книгу о жизни в космосе и о
космических цивилизациях.
Итак, "Сумма технологии" посвящена прогнозированию. Опираясь на
сегодняшнюю науку, автор бросает взгляд на развитие техники, науки и
некоторых сторон общественной жизни в будущем.
Причины "Суммы"
Но почему же он это делает? Во все времена отыскивались пророки
будущего, иногда удачливые, но чаще - неудавшиеся. Поражает обилие методов
прорицания и простота утвари. В дело шли и дым благовоний, и внутренности
животных, и знамения небес...
Люди мечтали и о предсказании будущего, но средства у них были не
вполне пригодные, да и прогресс шел тогда медленно. Будущее было почти
равно настоящему. Биологический процесс жизни протекал быстрее, чем
процесс накопления знаний, и предсказание будущего при всей его
заманчивости не стало еще общественной необходимостью.
Иначе обстоит дело сейчас. Быстрый бег современного общества,
огромный рост энергии, информации и вещества, подвластных людям,
стремительное усложнение всех общественных явлений - все это вызвало к
жизни научное прогнозирование.
И теперь у "предсказателей" уже не старая "утварь", в их распоряжении
- большие вычислительные машины, модели, математические методы...
Лем как "прорицатель"
Таким образом, Ст. Лем вовсе не прорицатель-одиночка, и все же его
"прогностика" своеобразна. Ведь он - писатель-фантаст и, должно быть,
поэтому относит свой анализ к весьма далекому будущему. К тому, которое
прогнозу на вычислительной машине не поддается. Здесь простор для фантазий
или полуфантазий, их ценность - научно-познавательная и мировоззренческая.
Здесь можно дойти до пределов возможного, с точки зрения наших нынешних
представлений. Такие пределы старались указать А.Кларк и Дж.Томсон 2. В
отличие от этих авторов Лема интересуют не конкретные научные открытия, а
сам "генератор прогресса науки".
Типы прогнозов
Прогноз, особенно количественная оценка или конкретное предсказание,
очень часто оказывается "ненадежным", даже если это прогноз на
десятилетия. Артур Кларк в своей книге привел примеры таких прогнозов,
прогнозов развития "по прямой линии", которые сейчас кажутся нам смешными.
Будущее непокорно, его не уложишь в рамки столь простой "геометрии", оно
поражает людей внезапными рывками, которых никто или почти никто не
предвидел. И все же прогнозы возможны и необходимы; общество все чаще
прибегает к сознательным решениям в противовес стихийному развитию.
Прогнозы особенно нужны тому обществу, которое как единое целое владеет
средствами производства и вносит плановое начало в хозяйство и культуру.
Можно выделить (Г.М.Добров, ор. cit.) три "эшелона" прогнозов.
К первому "эшелону" относятся прогнозы на 15-20 лет. Собственно, это
просто предплановые и притом количественные оценки. Во втором - идут более
далекие прогнозы, скажем, прогнозы, на первое десятилетие будущего века.
Они уже чисто качественные. Прогнозы на столетие вперед (третий "эшелон"),
как правило, гипотетичны.
Четвертый "эшелон"
В какую же группу попадают прогнозы Лема? Ни в одну! Это - прогнозы
"четвертого эшелона", попытка заглянуть вперед на сотни столетий. Здесь
вместо количественных или качественных ограничений на сцену выходят иные -
самые общие ограничения практики и познания.
Но ведь при такой общности прогнозов автора может подстерегать
пустота! Поясним наши страхи. При близком прогнозе, например при попытке
представить себе прогресс телевидения, будущее кажется нам почти
"осязаемым". В те годы, когда идея иконоскопа лишь зародилась, А.Толстой
уже написал "Аэлиту", и как реалию завтрашнего дня люди увидели мир,
оплетенный сетью телевизионных каналов, большие экраны, по которым
проносятся вспышки событий. Сегодня эта реалия стала реальностью, а завтра
вновь родившееся поколение уже не сможет представить себе мир без Единой
Телевизионной Сети. И "Аэлита" утратит какую-то частицу своей таинственной
прелести. А через тысячу лет техническая фантазия писателя будет казаться
наивной, столь же наивной, как "техническая" фантазия Лукиана, у которого
шквал, подхватив суденышко, унес его на Луну.
Так вот, "осязаемы" ли виденья далекого будущего и есть ли здесь
вообще о чем думать? Да, есть! Лем развертывает перед нами серию проблем,
тематических проблем, по которым можно писать и футурологические работы
вроде "Суммы", и увлекательные научно-фантастические романы, повести и
рассказы. В этом - один из источников художественного творчества Лема.
Здесь и сравнение био- и техноэволюции, и астроинженерное дело, и
биотехническая деятельность цивилизаций, и автоэволюция человека; здесь же
и вопросы морали...
Ко всем этим вопросам Лем подходит с единой позиции; он называет ее
"позицией Конструктора". Он оптимист, и в отличие от многих писателей и
ученых Запада говорит, что всего этого можно достигнуть. Он обсуждает
возможные пути и следствия. Его основной тезис - "Догнать и перегнать
Природу!".
При всяком далеком прогнозировании надо отвлекаться от "реалий"
сегодняшней науки и техники, от каких-то характерных черт сегодняшнего
общества. В сущности это значит - вводить некоторые упрощающие постулаты;
при этом надо лишь четко представлять себе, от чего мы отвлеклись, что
упростили и огрубили. После построения прогноза эта четкость позволит
оценить его "силу", т.е. вероятность его реализации. Иначе прогнозист
рискует попасть впросак - придать прогнозу большую значимость, чем он того
заслуживает.
Три постулата
Каковы же постулаты Лема? Быть может, они противоречат современной
науке? И все его построения - чистейшая фантазия? А если это не так, если
построения автора согласуются с наукой, то какой период истории общества
он стремится осветить?
Можно выделить три ключевых постулата.
В_о-п_е_р_в_ы_х, Лем предполагает, что основные антагонизмы
современности уже разрешены: человечество объединилось в масштабах всей
планеты; войны и прочие конфликты - блокада на пути цивилизации -
исключены, а "глобальное единство" создало необычайные условия для
дальнейшего прогресса.
Общество, о котором пишет Ст. Лем, уже удовлетворило основные
потребности: продовольствия, одежды и жилищ - достаточно. Созданы
совершенные средства сообщения, достигнуто справедливое распределение
благ, решена биологическая проблема здоровья... Короче говоря, Лем
предполагает, что достигнуты предварительные условия, при которых
цивилизация может поставить вопрос "что же дальше?" и перед нею откроется
свобода в выборе дальнейших путей.
Мы видим в этой отправной точке Лема общество, которое "сможет
написать на своем знамени: Каждый по способностям, каждому по
потребностям" 3, общество, возникновение которого будет означать "скачок
человечества из царства необходимости в царство свободы" 4.
В_о-в_т_о_р_ы_х, Лем отвлекается - в общем и целом - от социальных
аспектов будущего развития цивилизации.
Правомерна ли эта абстракция? Безусловно, да! И вот почему. Научное
исследование общества началось недавно, гораздо позже, чем исследование
природы. Между тем общественные отношения - один из наиболее сложных
предметов познания. Точные методы, скажем математические, в социологии
лишь зарождаются. А ведь необходимость в них осознана уже давно о ней
говорил еще К.Маркс. Чему ж удивляться, если социальные отношения в наше
время едва поддаются количественному прогнозу, даже на короткий период.
Эта трудность непомерно возрастает для отрезков времени, сравнимых по
длительности хотя бы с историей человечества. Вот почему Лем решил
отвлечься от социальных прогнозов в пользу технологии и науки. Его
интересует отношение человека к природе, "космические перспективы" разума,
связь естественного и искусственного в развитии цивилизации.
В-т_р_е_т_ь_и_х, Лем предполагает, что современный тип человека -
т.е. человек, обладающий логическим мышлением, - сохранится и в будущем.
Лем исходит даже из предпосылки, что этот тип человека и творимой им
культуры - "максимально рационалистический тип" - будет все более
преобладать.
Попросту говоря, автор считает, что наши потомки будут по меньшей
мере столь же разумны, как и мы. Мы не станем разъяснять читателю этот
постулат, он вполне ясен.
Вместо этого мы разъясним некоторые понятия и принципы, используемые
Лемом: "технологию", "цивилизацию" и "бритву Оккама".
Технология
"Сумма технологии", "технология", "технологические аспекты"... - эти
слова часто встречаются на страницах книги. Автор рассуждает о путях, по
которым пойдет "развитие технологии", и о влиянии, которое оно окажет на
человеческую культуру. Технология - основа построений Лема, но что же
следует понимать под самим этим словом?
Озадаченные, мы заглянули в "Словарь иностранных слов" и прочли в нем
следующее 5:
"Технология - совокупность знаний о способах и средствах проведения
производственных процессов, напр. т. металлов, химическая т., т.
строительных работ и т.д., а также самые процессы -
т_е_х_н_о_л_о_г_и_ч_е_с_к_и_е п_р_о_ц_е_с_с_ы, при которых происходит
качественное изменение обрабатываемого объекта".
Увы, "технологии" польского писателя не становятся в один ряд со
способами производства серной кислоты или выделки кирпича. Не годится и
понимание "технологии" как синонима "техники" вообще, которое попадается в
зарубежной литературе.
Лем понимает "технологию" в философском смысле как "обусловленные
состоянием знаний и общественной эффективностью способы достижения целей,
поставленных обществом". Это определение - достаточно емкое, оно позволяет
охватить и биоконструирование, и автоэволюцию человека, и т.п. Конечно,
"способы" могут меняться от цивилизации к цивилизации, от эпохи к эпохе и
от одного обитаемого мира - к другому, и поэтому Лем говорит о различных
"технологиях".
При всей диффузности лемовской "технологии" все же видно, что ее
ядром служат орудия труда, средства производства в рамках общественных
отношений. И вполне понятно, что Лем - в согласии с материалистическим
пониманием истории - смотрит на технологию как на основу общественных
систем и говорит, что источником изменений общественного строя служат
изменения средств производства, т.е. технологии.
Цивилизация
Лем много говорит и о "цивилизациях"... В философском словаре Генриха
Шмидта 6, к которому мы обратились теперь за справкой, нашли такую
дефиницию:
"Цивилизация - следующая за варварством ступень культуры, которая
постепенно приучает человека к плановым упорядоченным совместным действиям
с себе подобными, что создает важнейшую предпосылку культуры".
Нам вспомнился почему-то circulus vitiosus 7 формальной логики, и этот
призрак стал почти материальным, когда Шмидт меланхолически добавил, что
"во французском и немецком языках слово "цивилизация" равнозначно слову
"культура"". Это понимание, увы, также не годилось.
Лем понимает термин "цивилизация" в широком, "космическом" смысле.
Для него это - б_ы_т_и_е о_б_щ_е_с_т_в_а (не обязательно земного) в
отличие от бытия биологического вида. Цивилизация возникает вместе с
обществом и с появлением первых технологий. На Земле - с палеолитом.
Такое понимание вполне оправдано. Сейчас, когда человек выходит в
космос, когда начат поиск космических цивилизаций, такое употребление
этого термина, пожалуй, напрашивается само собой. Да и вряд ли можно
"обвинить" автора в том, что он ввел это употребление. Он попросту им
воспользовался, а до него термин "цивилизация" в том же смысле употребляли
другие авторы, например И.С.Шкловский. Само же обсуждение вопроса о
космических цивилизациях началось еще во времена святой инквизиции...
Но вернемся к нашей теме. Автор хочет рассмотреть различные аспекты
будущей цивилизации: те, которые поддаются описанию уже сегодня. При этом
он стремится следовать научной методологии и поэтому отрицает особое
положение Земли и ее космического окружения. Отказ от иных гипотез о жизни
в Космосе он мотивирует принципом, который в истории науки и философии
получил название "бритвы Оккама". Что это за принцип?
Уильям Оккам
В XIV столетии начинается распад схоластической философии. В
университетах Парижа, Оксфорда и Кембриджа зарождается новая мысль. И
словно возгорающиеся факелы, в других городах Европы возникают
университеты: 1303 г. - Рим, 1306 г. - Орлеан, 1308 г. - Коимбра, 1339 г.
- Гренобль, 1347 г. - Прага, 1349 г. - Флоренция, 1357 г. - Сиена, 1364 г.
- Краков, 1379 г. - Эрфурт, 1385 г. - Кельн, 1386 г. - Гейдельберг и т.д.
Перенесемся во вторую четверть XIV столетия. Мы видим, как в Париже и
Оксфорде появляется группа блестящих мыслителей. Это течение мысли назовут
н_о_м_и_н_а_л_и_з_м_о_м и к_о_н_ц_е_п_т_у_а_л_и_з_м_о_м, оно будет
противостоять традиционной схоластике. Его свяжут в первую очередь с
именем Уильяма Оккама. Оппозиция этих мыслителей традиционной схоластике
приведет к тому, что лишь в XX веке медиэвисты вскроют их оригинальные
идеи и начнут издавать уцелевшие фрагменты их сочинений...
Уильям Оккам родился где-то между 1290 и 1300 гг. в деревне Оккам в
графстве Сэррей. Он вступил в орден францисканцев, учился в Оксфорде
(1312-1318 гг.) у Дунса Скота, а затем в течение двух лет комментировал
там одно из наиболее известных сочинений средневековой схоластики -
теологический сборник, составленный Петром Ломбардом.
Рамки чисто академической карьеры были тесны Оккаму и он вступил в
борьбу с папой Бонифацием VIII, а затем и с Иоанном XXII, против которого
он выпустил манифест. В 1324 г. этот папа вызвал его в Авиньон, где Оккаму
предстояло ответить на выдвинутые против него обвинения. Следствие длилось
четыре года. Опасаясь обвинительного приговора, Оккам бежал из Авиньона в
Пизу искать убежища при дворе императора Людовика Баварского, который
враждовал с папой. Папа отлучил Оккама от церкви (1328 г.), а затем та же
участь постигла и его покровителя. В 1330 г., последовав за Людовиком,
философ отправился в Мюнхен, где началась их совместная борьба с папой.
"Tu me defendas gladio, ego te defendam calamo" 8, - говорил он Людовику.
Умер У.Оккам в Мюнхене около 1350 г., по-видимому, от чумы.
Спор номиналистов и реалистов
Мы поймем сущность философии У.Оккама и, в частности, уясним, как в
ее рамках мог возникнуть принцип, именуемый "бритвой Оккама", если
разберемся в споре между так называемыми р_е_а_л_и_с_т_а_м_и и
н_о_м_и_н_а_л_и_с_т_а_м_и - в споре об "онтологическом статусе
универсалий".
Первая точка зрения - точка зрения реалистов - восходит еще к
Платону. Ее удобно разъяснить на примере простой геометрической теоремы.
Сумма углов треугольника, как известно, равна двум прямым. Однако к какому
собственно объекту относится эта теорема? Ни к какому конкретному
треугольному телу она, конечно, не относится. Ведь таковое не является
идеальным треугольником. Но вместе с тем трудно допустить, что
геометрический факт не относится ни к чему. В упомянутой теореме речь
идет, безусловно, о треугольнике как таковом. Но что же это за
треугольник, которого не встретишь в природе? Лишенный всех материальных
признаков, и, в частности, пространственной локализации. Все его свойства
исчерпываются тем, что он является именно треугольником и ни чем иным. Вот
мы и "вынуждены признать", что он к_а_к-т_о с_у_щ_е_с_т_в_у_е_т, хотя это
существование невоспринимаемо чувствами и доступно лишь умозрению.
Так создается некая новая сущность "треугольник" как таковой. Это -
у_н_и_в_е_р_с_а_л_и_я.
Реалисты считали, что универсалии существуют до конкретных объектов,
т.е. имеют с_а_м_о_с_т_о_я_т_е_л_ь_н_о_е б_ы_т_и_е. Мы не станем описывать
различные нюансы реализма и разъяснять, кто из схоластов был "крайним"
реалистом, а кто - "умеренным". В те века (VI-XIV) если и была возможна
какая-то философия в Европе, то только схоластическая, и, как мы уже
говорили, из среды схоластов вышли мыслители, ставшие в оппозицию к
традиционной схоластике. Они выработали новую - номиналистическую - точку
зрения. Она означала попросту запрет считать, что какому бы то ни было
знанию, сформулированному в общих терминах, отвечает в реальном мире
что-либо отличное от отдельных конкретных предметов (имеющих некие общие
свойства). Номинализм явился в условиях средневековья "...первым
выражением материализма" 9.
Бритва Оккама
Одним из ведущих номиналистов и был Уильям Оккам. Стремление
устранить "избыточные" сущности реалистов оформляется в виде б_р_и_т_в_ы
О_к_к_а_м_а:
Сущностей не следует умножать сверх необходимости.
Имя ученого часто связывают с открытием, к которому он имел весьма
косвенное отношение. Это случалось столь часто, что стало в науке скорее
правилом, чем диковинкой. Так какое же отношение имеет Оккам к "бритве
Оккама"? Увы, в его сочинениях этого тезиса как такового нет, но все же в
них есть близкий тезис:
Не следует делать посредством большего то, чего можно достичь
посредством меньшего.
Многочисленные другие высказывания Оккама идут в том же направлении.
После Оккама этот принцип был переосмыслен и расширен. Не его ли
повторил Ньютон, сказав: "Гипотез я не выдумываю!"? А Бертран Рассел
пишет: "Я лично убедился в необычайной плодотворности этого принципа в
логическом анализе" 10.
Вот этой-то "бритвой Оккама" и пользуется Ст. Лем в своей книге. Он
называет ее "принципом лаконичности мышления". Ее называют и "принципом
бережливости", и "принципом простоты". Хоть эта
...Закладка в соц.сетях
